Чаще всего флибустьеры отправлялись в экспедиции на трофейных судах (призах), что не исключало наличия у них купленных или арендованных судов.
   «Захватив корабль, команда решает, передавать ли его капитану, – свидетельствует Эксквемелин. – Если захваченный корабль лучше их собственного, пираты переходят на него, а свой сжигают».
   Предпочтение всегда отдавалось легким, быстроходным и маневренным судам малых и средних размеров, вооруженных несколькими пушками; они могли ходить как под парусами, так и на веслах, и были весьма практичными во время операций на мелководье, в прибрежных районах Антильских островов и Испанского Мейна. В то же время отдельные отряды флибустьеров могли располагать более крупными и громоздкими судами, вооруженными несколькими десятками пушек. Такие суда обычно использовали для обстрела испанских прибрежных фортов, в сражениях с крупными военными кораблями противника и во время дальних походов через Атлантический и Тихий океаны.
   На заре своей истории (в 20—50‑е годы XVII века) вольные добытчики с островов Тортуга и Эспаньола, как правило, не располагали крупными кораблями, предпочитая использовать каноэ и небольшие парусно-гребные суда; они вмещали в среднем от 20 до 30 человек. Во второй половине XVII столетия, с увеличением численности флибустьерских отрядов, в их флотилиях все чаще стали появляться корабли средних и даже больших размеров (например, в отрядах Кристофера Мингса, Генри Моргана, маркиза де Ментенона, Жана де Граммона, Бартоломью Шарпа, Джона Кука, Эдварда Дэвиса, Джона Итона, Николаса ван Хоорна, Лауренса де Граффа, Этьена де Монтобана).
   Сохранился список флибустьерских судов Ямайки, относящихся к 1663 году. Из этого списка явствует, что они имели на борту от 3 до 14 пушек и команды, насчитывавшие от 40 до 100 человек. Еще один список, составленный полковником Теодором Кэрри в 1665 году, содержит информацию о девяти флибустьерских судах Ямайки, включенных в состав экспедиции полковника Эдварда Моргана. Самые крупные суда были вооружены соответственно 12, 16 и 18 пушками, наименьшие имели на борту лишь по одной пушке.
   В перечне флибустьерских судов, составленном губернатором Ямайки Томасом Модифордом в конце 1670 года, дается краткая характеристика флота Генри Моргана. Это было самое крупное соединение флибустьерских судов из всех, когда-либо бороздивших воды Испанской Америки. Флагман флота – 120‑тонный фрегат «Сэтисфекшн» – имел на борту 22 пушки; остальные несли от 2 до 14 пушек и имели водоизмещение от 10 до 70 тонн.
   Любопытный список был составлен также флибустьером Бэзилом Рингроузом. Он содержит данные о девяти пиратских судах, собравшихся в марте 1680 года в лагуне Бокас-дель-Торо (Панама).
 
 
   Приведенный выше список показывает, что в составе флибустьерской флотилии было лишь одно сравнительно крупное судно – 25‑пушечный фрегат Питера Харриса водоизмещением 150 тонн. Остальные суда были значительно меньше, имели водоизмещение от 14 до 90 тонн и несли на борту от 1 до 8 пушек. Некоторые суда вообще не имели пушек и использовались как транспорты.
   Список Уильяма Дампира содержит сведения о девяти судах английских и французских флибустьеров, собравшихся у острова Спрингер-Ки (Панама) в июне 1681 года. Только два судна имели на борту по 10 пушек и по 100 человек команды. Остальные были небольшими судами, вооруженными несколькими пушками.
 
 
   Точное представление о силах флибустьеров Сен-Доменга дает список, составленный губернатором Пьером-Полем Тарэном де Кюсси для маркиза де Сеньелэ 24 августа 1684 года. Только в этом списке мы встречаем достаточно крупные суда – два 30‑пушечных, одно 45‑пушечное, одно 52‑пушечное и одно 54‑пушечное. Остальные суда несли на борту от 2 до 18 пушек.
 
 
   Наконец, сошлемся на список, составленный на основе данных Уильяма Дампира и Равено де Люссана. Он содержит сведения об объединенных силах английских и французских флибустьеров, собравшихся в Панамском заливе весной и летом 1685 года. Из 10 судов только два имели на борту артиллерию; самым крупным был флагманский фрегат, вооруженный 36 пушками.
 
 
   Приведенные выше списки, а также иные документальные источники указывают на то, что самыми крупными флибустьерскими судами были фрегаты и галеоны; они, как правило, захватывались пиратами во время походов. Фрегат представлял собой трехмачтовый корабль с полным парусным вооружением и одной закрытой батарейной палубой; часть пушек могла размещаться на открытой верхней палубе.
   Кристофер Мингс в 1662—1663 годах оперировал в Вест-Индии на 46‑пушечном королевском фрегате «Центурион», экипаж которого насчитывал 146 человек. Фрегат базировался в Порт-Ройяле и принимал участие в походах флибустьеров Ямайки и Тортуги на Сантьяго-де-Кубу (1662) и Кампече (1663).
   В составе флотилии Генри Моргана в конце 1668 и начале 1669 года находился фрегат «Оксфорд» водоизмещением 240 тонн. Он прибыл на Ямайку из Англии, первоначально имея на вооружении 22 пушки. В Порт-Ройяле фрегат лишился своих командиров, поскольку его капитан Хакит «поссорился со шкипером, пронзив его насквозь, отчего тот умер, а сам сбежал…» В силу сложившихся обстоятельств губернатор острова Томас Модифорд решил передать «Оксфорд» под командование сподвижника Моргана – капитана Эдварда Коллира и велел ему идти на соединение с остальными кораблями ямайской флотилии к острову Ваш. Коллир, по всей видимости, увеличил количество пушек на фрегате до 34 (по другим данным – до 36), довел численность экипажа до 160—180 человек, после чего покинул Порт-Ройял и направился к юго-западной оконечности Эспаньолы. Там в январе 1669 года «Оксфорд» взорвался из-за попадания шальной пули в пороховой погреб.
   Маркиз де Ментенон в 1676 году объединил под своим командованием несколько флибустьерских судов и совершил ряд набегов на прибрежные испанские поселения в Венесуэле – Маракайбо, Асунсьон (на острове Маргарита) и Нуэва-Валенсия. При этом сам маркиз находился на хорошо вооруженном фрегате «Ла Фонтен д’Ор» («Фонтан золота»).
   Французский капитан Жан де Граммон в 1678—1680 годах оперировал в Карибском море на 50‑пушечном фрегате «Ла Тромпёз» («Обманщица»). Этот корабль был флагманом флибустьерской флотилии, базировавшейся в гавани Пти-Гоав на Эспаньоле, и участвовал в набегах на города Маракайбо и Ла-Гуайра. 14 августа 1680 года «Ла Тромпёз» затонул на рейде Пти-Гоава во время урагана.
   В том же году капитан Бартоломью Шарп крейсировал в Тихом океане на трофейном испанском галеоне «Ла Сантисима Тринидад», переименованном в «Тринити». Он имел водоизмещение 400 тонн, но его артиллерийское вооружение было довольно скромным. Это был тот самый галеон, который в начале 1671 года успел увезти значительные ценности из Панамы, когда город подвергся нападению флибустьеров под командованием Генри Моргана. По данным испанских источников, в то время галеон был вооружен лишь 7 пушками и 12 «большими мушкетами» (очевидно, фальконетами).
   Капитан Джон Кук, командуя трофейным 18‑пушечным французским кораблем «Ривендж» («Месть»), в ноябре 1683 года ухитрился захватить в водах Сьерра-Леоне (Западная Африка) то ли голландский, то ли датский 36‑пушечный фрегат водоизмещением 180 тонн. Штурман экспедиции Эмброуз Коули записал в своем журнале, что это был «новый корабль с сорока пушками». Пираты пересели на него, переименовали приз в «Бэчелор’с дилайт» («Услада холостяка») и отправились на нем в Тихий океан. В то время его команда, по разным данным, насчитывала от 52 до 70 человек. После смерти Кука капитаном фрегата стал Эдвард Дэвис. В 1685 году, во время сражения с испанской эскадрой в Панамском заливе, команда «Бэчелор’с дилайта» насчитывала уже 156 человек.
   Голландский флибустьер Николас ван Хоорн в 1681 году купил в Англии 40‑пушечный фрегат «Мэри энд Марта» водоизмещением 400 тонн. Переименовав его в «Сент Николас», он завербовал в команду 150 человек и отравился в работорговый рейс к берегам Западной Африки. Позже Ван Хоорн промышлял в Вест-Индии. В Пти-Гоаве он завербовал около 300 колонистов и пиратов, увеличил количество пушек на борту до 46 (по другим данным – до 52) и прославился набегом на испанский город Веракрус. После смерти Ван Хоорна его фрегат перешел под командование Граммона, который переименовал судно в «Ле Арди» («Смелый») и промышлял на нем до осени 1686 года, пока не погиб в районе Азорских островов во время урагана.
   Крупными кораблями командовал флибустьер Лауренс де Графф. Так, в 1681 году в районе Картахены он захватил добротный 28‑пушечный голландский корабль «Тигр», на котором в июле 1682 года взял на абордаж испанский корабль «Сантисимо Сакраменто». Передав командование «Тигром» своему компаньону Михелу Андресзоону, де Графф переоснастил испанский приз, переименовал его в «Ла Франсез», вооружил 30 пушками и завербовал в команду 150 человек. В следующем году «Тигр» и «Ла Франсез» приняли участие в экспедиции Ван Хоорна на Веракрус. В декабре 1683 года де Графф с несколькими другими капитанами захватил в районе Картахены три испанских судна, в том числе 46‑пушечный фрегат «Ла Пас», 40‑пушечный фрегат «Сан Франсиско» и судно, вооруженное 12 камнеметами и 6 пушками. «Ла Пас» был передан под командование Михела Андресзоона, а «Сан Франсиско» стал флагманом де Граффа. Последний переименовал его в «Нептуна», увеличил количество пушек до 54, а численность команды довел до 210 человек. Это был, пожалуй, самый крупный флибустьерский корабль. Летом 1686 года он сел на рифы к югу от Картахены и был покинут пиратами на произвол судьбы.
   Следует, однако, иметь в виду, что в рассматриваемую эпоху фрегатом могло называться также небольшое быстроходное парусно-гребное судно водоизмещением от 50 до 100 тонн, вооруженное несколькими пушками.
   В целом необходимо признать, что большие корабли в составе «вооруженных сил» флибустьеров Карибского моря и Тихого океана встречались крайне редко. Невыгодность их использования объяснялась:
   а) невозможностью оперирования в мелководных, изобилующих песчаными банками и коралловыми рифами прибрежных районах Антильских островов и Испанского Мейна;
   б) большими расходами, связанными со снаряжением и эксплуатацией таких судов (для обслуживания парусов, такелажа и пушек необходимо было много людей; увеличение же численности экипажа неизбежно требовало увеличения количества провианта и амуниции);
   в) неизбежным сокращением доли добычи каждого участника похода (не зря перед набегом на Пуэрто-Бельо в 1668 году Морган заявил своим людям: «Чем нас меньше, тем больше достанется на каждого»).
   Среди флибустьерских судов встречались пинки (англ. pink). Пинк (иногда пишут «пинка») был небольшим парусным судном водоизмещением до 50 тонн, с плоским дном, выпуклыми боками и узкой кормой. На Средиземном море пинки (итал. pinco) были преимущественно торговыми судами. Они напоминали парусно-гребные шебеки, отличаясь от них большей высотой и более плоским дном. На Балтийском море и Атлантическом океане пинком (нидерл. pincke) называли любое небольшое судно с узкой кормой. Кроме того, в XVII—XVIII веках в качестве торговых и военных кораблей нередко использовались большие пинки с прямыми парусами. Их водоизмещение варьировалось от 50 до 200 тонн. Большой военный пинк мог нести до 20 пушек.
   Флибот (flyboat) был фактически легким флейтом (vliet, floejt, fleute, fluyt, fluit, flute). Флейтом называли парусное судно водоизмещением 200—300 тонн, имевшее следующие отличительные черты: длина в 4—6 и более раз превышала ширину, что позволяло ему ходить под парусами довольно круто к ветру; в такелаже были введены изобретенные в последней трети XVI века стеньги; высота мачт превосходила длину судна, а реи стали укороченными, что позволило сделать узкие и удобные в обслуживании паруса и сократить численность верхней команды. Первый флейт был построен в 1595 году в голландском городе Хорне. Его парусное вооружение фок– и грот-мачт состояло из фока и грота и соответствующих марселей, а позже на больших флейтах – и брамселей. На бизань-мачте выше обычного косого паруса поднимали прямой парус – крюйсель. На бушприте ставили прямоугольный парус блинд, иногда бом-блинд. Именно на флейтах впервые появился штурвал, что облегчило перекладку руля.
   Флейты внешне были весьма похожими на галеоны. На голландских гравюрах, которые можно видеть в книгах А.О. Эксквемелина (1678) и Д. ван дер Стерре (1691), корабли флибустьеров среднего тоннажа выглядят как типичные флейты.
   Если грузоподъемность флейта была менее 100 тонн, его называли флиботом, если более 300 тонн – его называли уркой. В зависимости от размеров на борту могли устанавливать от нескольких до 20 пушек. Заметим, что когда капитан Ван Хоорн перед походом на Веракрус захватил в заливе Аматик гондурасскую урку, он счел ее слишком громоздким судном, не пригодным для флибустьерского промысла, и, разоружив, сжег.
   Бригантиной (от итал. brigante – разбойник, пират) называлось легкое и быстроходное судно со смешанным парусным вооружением – прямыми парусами на передней мачте (фок-мачта) и с косыми на задней (грот-мачта). Первоначально бригантины оснащались веслами и, таким образом, были разновидностью парусно-гребных судов. Их водоизмещение не превышало 70 тонн, экипаж в среднем насчитывал до 60 человек. Бригантины могли иметь палубу, а могли быть беспалубными и нести на борту 4—8 небольших пушек.
   Кеч (англ. ketch) – еще один тип парусного судна, которое оснащалось двумя мачтами. Задняя мачта – бизань – у кеча была ниже передней, называемой гротом. Площадь парусов бизань-мачты составляла около 15—20 % всей парусности. Кеч нес косые паруса и мог использовать гафельное вооружение. При слабом ветре между бизанью и гротом устанавливали апсель – косой треугольный парус. Подобное парусное вооружение давало преимущества по управляемости и ходкости в сильный ветер.
   Баркалона (исп. barca longa – длинная лодка, барка, баркас, ланча) представляла собой парусно-гребное рыболовное, посыльное или боевое судно водоизмещением до 50 тонн. Изначально это судно использовалось в испанском флоте, позже – в английском и французском. Длина баркалоны составляла от 16 до 35 метров, ширина – до 9 метров, осадка – до 2,5 метров. На борту могло находиться от нескольких до 24 орудий (например, Шарлевуа упоминает об «испанской баркалоне с 24 пушками»). Баркалона, как правило, имела одну мачту и длинный бушприт, но могла нести две и даже три мачты, на которых ставили большие прямые паруса и гафельный парус.
   Эксквемелин свидетельствует, что когда корабль Франсуа Олоне застрял на рифах близ островов Лас-Перлас, флибустьеры «разломали корабль и из досок и бревен стали сооружать длинную барку (т.е. баркалону. – В.Г.)».
   Когда часть флибустьеров во главе с Джоном Куком в апреле 1681 года отделилась у берегов Перу от команды капитана Шарпа, они, по словам Уильяма Дампира, взяли с собой «ланчу, или баркалону» и два каноэ.
   Шевалье де Сен-Лоран и Мишель Бегон в мемуаре от 26 августа 1684 года отмечали, что флибустьеры Сен-Доменга «имеют на море 14 судов и три баркалоны с количеством пушек от 4 до 54 и почти две тысячи человек».
   Очевидно, одномачтовая баркалона мало чем отличалась от парусно-гребного одномачтового фрегата (исп. fragata) или от баландры (исп. balandra). Англичане на Ямайке и французы на Тортуге и Эспаньоле могли называть аналогичный тип судна фрегатом (англ. frigate, франц. fregate), шлюпом (англ. sloop, shallop; франц. chaloupe), тартаной (франц. tartane) или каиком (франц. quaїche). Тартана, как правило, имела водоизмещение не более 60 тонн и несла на мачте латинский парус. Двухмачтовый каик англичане называли кечем.
   В мемуаре сьёра де Пуансэ (1677) отмечалось, что в сентябре 1676 года у побережья Сен-Доменга находилось от 10 до 12 флибустьерских судов – «как небольших фрегатов, так и барок, не считая различных каноэ, с которыми они часто ходят на корсарский промысел и неожиданно захватывают суда в портах и на рейдах».
   Вооружение одномачтового шлюпа напоминало вооружение голландской яхты. Паруса такого шлюпа, как и яхты, состояли из большого гафеля и марселя. По лось-штагу ходил фор-стаксель; на бушприте, часто удлиненном за счет утлегаря, ставили один или два кливера.
   20 мая 1680 года Совет Ямайки сообщал в министерство торговли и колоний, что для эффективного подавления флибустьеров необходимо «взять под контроль бухточки и укромные заливчики, чтобы пресечь их разбои на каноэ, шлюпах и барках, где ни один фрегат четвертого ранга не может преследовать их».
   Тартана была небольшим судном, довольно широким, с латинскими парусами и седловатой палубой. В Карибском море этот тип судна использовался в основном испанцами и французами. Длина тартаны составляла примерно 18 метров, ширина – 5,3 метра. Небольшая тартана могла нести одну мачту, более крупная – две и даже три мачты. Равено де Люссан в своих мемуарах упоминает о том, что в январе 1685 года корабль Лауренса де Граффа повстречал в море небольшую флибустьерскую флотилию; при этом «одно из судов оказалось тартаной под командованием капитана Жана Роза».
   Тендером (англ. tender) англичане называли любое одномачтовое судно вспомогательного назначения водоизмещением до 60 тонн, вооруженное несколькими пушками небольшого калибра.
   К малым парусно-гребным судам галерного типа относились также беспалубные испанские пироги. На рисунке XVII века видно, что это судно имело 20 пар весел и несло две съемные мачты с прямыми парусами. Экипаж пироги мог насчитывать от 50 до 120 человек; на носу судна устанавливалась небольшая пушка.
   Уильям Дампир в «Новом путешествии вокруг света» (1697) упоминает «о пироге (или большом каноэ), которое двигалось с помощью 14 весел».
   Карл Марквардт, крупный специалист по парусным судам, так описывает этот тип судна:
   «Пирога – морское каноэ; в отличие от обычных его изготовляли из двух долбленых стволов деревьев, затем складываемых вместе.
   В XVI—XIX вв. это было наиболее распространенное прибрежное судно Карибских островов, Мексиканского залива и Южной Америки. Такелаж пироги был похож на такелаж двухмачтовой шхуны без бушприта».
   Иногда пирогу называли галиотом или полугалерой. Длина ее доходила до 30 метров.
   Еще одним примечательным типом плоскодонного малого парусно-гребного судна был пинас (англ. pinnace, франц. pinasse, исп. pinaza), или пинасса. Имея узкий корпус, пинас был снабжен одной мачтой; его вооружение могло быть шлюповым, латинским, шпринтовым или простым прямым. Водоизмещение судна не превышало 60 тонн.
   В XVI—XVII веках пинасы использовались как рыболовные, посыльные, разведывательные, транспортные и боевые суда, удобные для оперирования на мелководье. Впрочем, иногда пинасами называли и более крупные суда – двухмачтовые и даже трехмачтовые. B начале XVII века на морях Северной Европы появился пинас, несколько напоминавший флейт, но отличавшийся от него менее вогнутыми шпангоутами и плоской кормой. Передняя часть корабля заканчивалась почти прямоугольной поперечной переборкой, простирающейся по высоте от палубы до полубака. Большой пинас имел длину до 44 метров, три мачты и бушприт. На грот– и фок-мачтах поднимали прямые паруса, на бизань-мачте – бизань и над нею – крюйсель, а на бушприте – блинд и бом-блинд. Водоизмещение таких пинасов варьировалось от 150 до 800 тонн.
   Приведенные выше факты подталкивают к выводу, что в XVII веке еще не было устоявшейся классификации судов: один и тот же тип судна мог носить разные названия, а разные типы судов могли иметь одно и то же название.
   Паташ (франц. и исп. patache), очевидно, был разновидностью пинаса. Это плоскодонное парусно-гребное судно использовалось в качестве посыльного, разведывательного или сторожевого судна. Известно, что голландец Ван Хоорн, захватив в Гондурасском заливе испанский паташ, вооружил его 24 пушками и отдал под командование Жана Тристана. Многие специалисты по истории парусного флота убеждены, что паташем испанцы и французы называли не какой-то определенный тип судна, а любое вспомогательное судно.
   В составе флибустьерской флотилии мог находиться также брандер — небольшое судно любого типа, начиненное порохом и легко воспламеняющимися материалами. Брандеры использовались во время морских сражений для поджога и уничтожения вражеских судов. Именно такое судно применил Генри Морган во время нападения на испанскую эскадру в лагуне Маракайбо в 1669 году.
   Для связи с берегом и между судами, а также для плавания по рекам и озерам флибустьеры использовали разных размеров каноэ и лодки (шлюпки, скиффы, каики и пр.). Небольшие шлюпки (ялы) и каноэ могли перевозить на борту судна, а более крупные – вести за кормой на буксире.
   Каноэ (исп. canoaчелн; заимствование из языка карибских индейцев) представляло собой тип безуключенных маломерных гребных судов, которые использовались флибустьерами для действий на мелководье как в бассейне Карибского моря, так и близ тихоокеанского побережья Испанской Америки. Каноэ представляло собой лодку, которая имела симметрично заостренные нос и корму. Характерной особенностью плавания на каноэ был способ гребли; экипаж пользовался лопатообразным однолопастным или двулопастным веслом, которым также производилось руление путем поворота весла в воде и изменением его траектории в конце гребка.
   Вместимость каноэ, в зависимости от его размеров, варьировалась от 2 до 100 человек. Шарлевуа писал, что «каждое флибустьерское товарищество покупало каноэ, и каждое каноэ вмещало двадцать пять – тридцать человек». Каноэ можно было купить на Тортуге, Эспаньоле или Ямайке, изготовить самим или захватить у испанцев или индейцев.
   Изготавливали каноэ двумя способами: 1) путем выдалбливания или выжигания из целого ствола дерева; 2) путем обтягивания легкого каркаса древесной корой.
   Когда Франсуа Олоне собирался в 1667 году идти на промысел в Гондурасский залив, он предварительно решил добыть каноэ у кубинских рыбаков и ловцов черепах. «Каноэ были нужны пиратам для высадки в мелких протоках, потому что осадка у их кораблей была довольно глубокая и суда не могли идти по мелководью», – сообщает Эксквемелин.
   Для нападения на Кампече в 1685 году флибустьеры, возглавляемые Граммоном и Лауренсом де Граффом, использовали 10 кораблей, 6 барок и 22 каноэ.
   В начале апреля того же года отряд французских флибустьеров, в котором находился Равено де Люссан, спустился по реке к Панамскому заливу на 14 каноэ – «каждое имело примерно по двадцать весел».
   Летом 1685 года флотилия из 31 каноэ под командованием Эдварда Дэвиса доставила на тихоокеанское побережье Никарагуа отряд численностью 520 человек, который собирался предпринять набег на город Леон. Часть каноэ флибустьеры построили сами во время стоянки на панамском острове Койба. Описывая одно из этих каноэ (наиболее крупное), Уильям Дампир отмечал, что оно имело 36 футов длины и 5—6 футов ширины; другое каноэ, при той же ширине, имело длину 32 фута. Толщина днища обычно составляла 3 дюйма, толщина борта в нижней части – 2 дюйма, а в верхней части – 1,5 дюйма. По словам Дампира, заостренным мог быть как один конец каноэ, так и оба.
   Выгодность использования парусно-гребных судов и каноэ морскими разбойниками была очевидной: в безветренную погоду они могли двигаться с помощью весел, а также брать на буксир, разворачивать и тащить за собой парусные суда.
   Завершая наш обзор, отметим, что использование флибустьерами тех или иных типов судов было обусловлено как особенностями навигации в различных акваториях (океаны, моря, заливы, прибрежное мелководье, реки, озера), так и целями, которые пираты ставили перед собой. Понятно, что для переходов через Атлантику или Тихий океан предпочтительно было использовать большие и среднего тоннажа суда (фрегаты, флейты, пинки); для охоты на испанские торговые суда в прибрежных районах Америки идеально подходили небольшие быстроходные парусно-гребные суда (легкие фрегаты, баркалоны, шлюпы, бригантины, пинасы); для высадки десантов и оперирования на мелководье приходилось использовать пироги, каноэ и шлюпки.