Щука только успел моргнуть, а тип уже миновал боевое охранение группы и вынырнул из сумерек в шаге от Профессора. Еще миг, и тип снова растворился во мраке, а заодно «растворил» бесценный кейс с уникальными Н-капсулами.
   Наемники отреагировали быстро, открыли беспорядочный огонь, но Щуке почему-то казалось, что это все бесполезно. Ловкий «новичок», а это был он, больше некому, исчез, будто бы его и не было.
   Щука перевел взгляд на Трояна. Грозный скорг тоже мгновенно отреагировал на внезапный поворот событий, но сделал это по-своему. Он усмехнулся (да, да, именно так!) и тоже исчез, словно он был не материальным объектом, а голографическим изображением. Померцал с полсекунды и «выключился».
   Некоторое время над местом встречи еще висели драконы, но вскоре исчезли и они. Причем улетели биомехи вовсе не в ту сторону, в которой скрылся Профессор. Возможно, загадочный предводитель наемников сдержал-таки слово и передал коды управления Трояну. А быть может, драконы просто справились с «заразой» и освободились от контроля. Недаром же Профессор оговорился, что наноботы серии «Х» подчиняют биомехов временно. Впрочем, лично Щуке было все равно. Улетели, и слава богу.
   – Во дают, бродяги, – повторил Щука и хмыкнул. – Особенно этот отмочил… новичок липовый. А как ловко «чайником» прикидывался! Первый день в Зоне, шоколадка, ножик… На самом деле он знал об этой «стрелке», специально тут окопался, в засаде сидел. А мы-то повелись! Ну, артист!
   Щука отполз под прикрытие стен «сухой стоянки», поднялся в полный рост и пошагал прочь от засвеченного местечка.
   – Ну, артист, – вновь пробормотал он, выбираясь из развалин госпиталя. – Попадешься, с живого шкуру спущу. Если, конечно, Троян или наемники не опередят.
   Почему-то наиболее вероятным сталкеру представлялся именно второй вариант. Но Щука и не возражал. Лишь бы Троян не нашел воришку до того, как Щука отправит информацию заинтересованным людям. А то ведь некрасиво может выйти: рассказал, получил, что причитается, а тут новая вводная – объект уничтожен и хабар возвращен владельцу. Несолидно.
   Впрочем, какое-то внутреннее чутье подсказывало сталкеру, что так быстро ловкого артиста не найти ни Трояну, ни наемникам загадочного Профессора, ни даже вездесущим биомехам, которые наверняка тоже заинтересовались опасным содержимым прозрачного кейса.

1
Зона, локация Москва, 02 июня 2057 года

   Кто из нас не проходил через это ужасное испытание: по мнению влиятельных и опасных людей, ты виноват во всем, вплоть до плохой погоды и глобального финансового кризиса, и не имеешь решительно никакой возможности доказать обратное? И полбеды, если это действительно так. А если ты и сам не представляешь, в чем конкретно твоя вина? Проблема? Еще какая!
   А уж как подобные проблемы раздуваются и обретают нехороший мертвенный оттенок в Зоне, не передать никакими словами. Жить не хочется. Вернее, наоборот, очень хочется, но возникают огромные сомнения, а получится ли? То есть хоть так, хоть этак, настроение падает ниже плинтуса.
   Примерно в таком унылом расположении духа вольный ходок по прозвищу Леший и с ним еще двое отверженных всем миром гостей из локации ЧАЭС и локации Новосибирск (а если по-простому – из Старой Зоны и Академа) ввалились в подвальную квартирку Эдика, приятеля и партнера Лешего по мелкому бизнесу.
   Квартирка располагалась под развалинами жилого дома на Крылатской улице, в местечке, прямо скажем, экологически неблагополучном, была она тесной и захламленной, но в положении беглецов именно такие трущобы гарантировали хоть какую-то безопасность или хотя бы создавали ее иллюзию. Измотанным физически и морально сталкерам было, по большому счету, все равно, иллюзия это или реальная безопасность, лишь бы где-то прикорнуть и перевести дух.
   Эдик прочитал все это по измученным физиономиям гостей, поэтому не задал ни одного лишнего вопроса. Он просто отъехал в своем инвалидном кресле в сторону, впустил троицу в убежище, указал на узкую кушетку и два продавленных до пола кресла-кровати, а сам покатил в крошечную кухоньку заваривать чай.
   Леший, на правах хозяйского приятеля, показал спутникам, где можно умыться, сбросил в углу порядком надоевшие за двое суток скитаний армейские доспехи и оружие, наспех утер физиономию влажным полотенцем и отправился следом за молчаливым Эдиком.
   Лешего не удивил прохладный прием. Дело тут было не в том, что гости явились в три часа ночи, без приглашения и явно были намерены задержаться надолго. Просто Эдик по жизни был не слишком эмоционален. Приободрялся он, только когда садился играть в карты, да и то ровно настолько, чтобы эмоции не мешали блефовать. А уж после того, как с ним случилось несчастье – во время Большой зачистки пятьдесят шестого года его сильно обожгло взрывом плазменной ракеты, и теперь он не мог нормально ходить из-за рубцов, стянувших мышцы и сухожилия, – бывший сталкер вовсе замкнулся.
   Не для Лешего, нет. Ведь, кроме пятилетнего стажа дружбы, в их отношениях имелся еще один нюанс – именно Леший вытащил Эдика из огня, не позволив ему сгореть заживо. Но вялые эмоции и легкая отчужденность Эдика распространялись и на лучшего друга. Так что молчанка вместо приветствия Лешего не удивила.
   А вот в кухне Лешего ожидал реальный сюрприз. Оказывается, у старого приятеля уже квартировал один постоялец. Леший видел парня впервые, но мгновенно определил, что «они сами не местные». Более того, этот человек явился в Московскую локацию не через тамбур, как сталкеры называли гипертоннели-переходы между пятью локациями Зоны, а из-за Барьера, то есть из внешнего мира. В этом Леший тоже был уверен на сто процентов.
   Однако (вот уж вовсе чудо!) как раз с этим «пришельцем» Эдик разговаривал вполне живо, так, словно чужак был одним из своих, проверенных временем и Зоной сталкеров. Эдик обращался к парню доверительным тоном, бросал в его адрес полуфразы и намеки. В общем, вел себя с ним намного живее, чем с Лешим.
   Впрочем, Лешего озадачило не это. Когда они успели настолько подружиться, вот что заинтриговало сталкера. Не так уж давно Леший ушел в рейд, всего-то двое суток назад. Нет, бывает, что встретишь человека, обменяешься парой фраз и вдруг понимаешь, что настроен с ним на одну волну. Редко, но бывает. Вот только по внешнему виду этого гладкого и франтоватого «пришельца» ни за что не предположить, что он ягода одного поля с Эдиком. Скорее этот холеный тип мог бы подружиться со спутником Лешего посредником Каспером, снобом-миллионером, который волею злодейки Судьбы оказался в компании ничем не примечательного малограмотного сталкера и бизнес-леди с сомнительной репутацией. Ну в крайнем случае этого типа можно было представить ухажером этой самой сомнительной предпринимательницы из Старой Зоны, то есть Леры. Чем он мог так расположить к себе Эдика? Мастерской игрой в покер и преферанс? Или пообещал несчастному калеке денег на операцию?
   – Знакомься, – Эдик кивком указал Лешему на нового приятеля. – Это Черный Лис. Из Академа.
   – Леший, – сталкер протянул человеку руку.
   Тот не стал мешкать, ответил на рукопожатие, доброжелательно улыбнулся и с неподдельным интересом взглянул на Лешего.
   – Эдик много о тебе рассказывал.
   – Надеюсь, о тебе он тоже много расскажет, – Леший устало плюхнулся на скрипучий деревянный стул и навалился грудью на столешницу. – Метаболические импланты – дело хорошее, но двое суток без жратвы – это перебор. Чем богаты, братцы-кролики?
   – Тушенкой, – Эдик поставил на допотопную газовую плиту стеклянную кастрюлю, – и макаронами.
   – Пища богов, – Леший одобрительно кивнул. – Дела идут в гору?
   – Типа того, – Эдик загадочно взглянул на Лешего. – А ты как сходил?
   – По глазам вижу, что и сам знаешь, – Леший бросил на приятеля укоризненный взгляд. – На нас ориентировки по всей Зоне разосланы. Во все локации, гарнизоны и группировки. Скажешь, не в курсе?
   – Но никто не рассылал вашу версию событий, – заметил Лис. – Расскажете? Если это не секрет, конечно.
   – Говорю же, секрет Полишинеля, – Леший устало махнул рукой.
   – Чего? – удивился Эдик.
   – Всем известно, говорю, – исправился Леший.
   В том, что с некоторых пор существенно расширил лексикон и вообще вопреки желанию набрался ума-разума из одного странного источника, Леший не хотел пока признаваться даже Эдику. Всему свое время. К тому же с этим Черным Лисом было не все понятно.
   «Хотя почему же не все? – исподволь разглядывая нового приятеля, подумал Леший. – Во-первых, он действительно не местный. Но только не из Академзоны. Там, конечно, много таких вот выпендрежников, взять того же Каспера, но этот тип не оттуда. Из дальнего зарубежья прикатился крендель, пусть и говорит по-русски, как свой. Два факта в пользу этой версии: холеная физиономия и знание психологии. Вон как улыбается, душа-парень, так и норовит втереться в доверие, с первого момента обрабатывать начал. Во-вторых, прозвище. Для нас слишком длинное, а вот если английский вариант рассмотреть… «Black fox»… вполне нормально произносится, на одном выдохе. Ну и взгляд, манеры… Западный человек, сто процентов. Возможно, вовсе заокеанский. Что это дает? Пока ничего, но на заметку взять надо. Предупрежден – значит вооружен».
   Леший на миг завис и прокрутил только что родившиеся мысли еще разок. Не затем, чтобы убедиться в их справедливости, а чтобы в очередной раз удивиться. Именно так. Удивиться, насколько сильно он изменился за какие-то двое суток.
   Леший знал, в чем техническая причина изменений, но каким образом странный дополнительный имплант в голове воздействует на психику, а главное, насколько сильно он способен изменить личность нового носителя, это для Лешего пока оставалось загадкой, которая очень сильно его тревожила. Да что там тревожила, периодически вгоняла в полный ступор.
   Когда вдруг разыгрывалась фантазия (а это случалось все чаще, причем прогрессировало развитие фантазии не по дням, а по часам), Леший погружался в холодную пучину натуральной паники. Ему мерещились ужасные перспективы сумасшествия, с раздвоением личности, выпадением из памяти целых эпизодов и заменой, в зависимости от времени суток, одной психической оболочки на другую. Почти как в той истории про доктора Джекила и мистера Хайда. Днем ты ангел, ночью демон. Леший едва не застонал, когда впервые об этом подумал. Впрочем, застонал не от страха за свое психическое здоровье, а все от того же удивления. Он не читал этой истории, и не видел ни одной экранизации, но откуда-то знал и фамилии персонажей, и сюжет, и даже кто написал эту историю – Стивенсон!
   А ведь так все хорошо начиналось! Рядовой, не отягощенный интеллектом и совестью, зато работящий и пусть изрядно потрепанный Зоной, но по молодости все еще полный сил сталкер по прозвищу Леший отправился в очередной рейд с простой и понятной целью – подзаработать. Отправился, естественно, в локацию ЧАЭС, поскольку знал ее лучше прочих локаций, да и маркер – своего рода пропуск в одну конкретную часть пятиземелья Зоны – у Лешего был только для Чернобыля.
   Сталкер быстро нашел в Чернобыльской локации отличное местечко, где ему удалось набрать несколько контейнеров первосортных Н-капсул, договорился с покупателями, грамотно провел первый раунд торгов… как вдруг…
   Как вдруг в программе рейда произошел непредвиденный сбой, и все покатилось к чертовой матери.
   Сначала Леший попал в историю с Трояном, из которой едва выкрутился, затем нарвался на шквальный огонь узловиков, то есть рыцарей Ордена Священного Узла, и «почти умер», но чуть позже чудесным образом воскрес и обнаружил, что имеет практически новое тело и дополнительный компьютер-ный имплант в голове.
   И ладно бы этот имплант ему вживили из чисто человеческого сочувствия, опасаясь, что старый компьютер вот-вот накроется и парню придется туго (старый комп был и впрямь дрянным, кустарного производства и работал абы как), но нет, в истории с «апгрейдом» крылся серьезный подвох.
   Механик, легендарный кудесник от наноэлектроники, мнемотехники и медицины в одном флаконе, спас Лешего и усовершенствовал его тело, а заодно и вживленные в разные части этого тела вспомогательные девайсы не из сострадания к гибнущему сталкеру, а с конкретной целью – сохранить данные, записанные в память нового (для Лешего) импланта. Причем не простые данные, а оцифрованную личность бывшего носителя этого импланта – старого приятеля Механика.
   Такой вот поворот. С одной стороны, бог с ним, с приятелем Механика, главное, что Леший остался жив, а кто там теперь сидит в мозгах в качестве «паразита», дело десятое. Но с другой стороны – а ну как этот дядя решит, что он сильнее Лешего и потому имеет полное право вытеснить прежнюю, довольно серую личность сталкера и подчинить себе новое тело целиком и полностью?
   Пока ничего подобного не происходило. Леший оставался собой, старый имплант работал без сбоев, а новый имплант в их дела не лез, только подбрасывал нужную информацию, когда это требовалось владельцу и его основному вживленному помощнику. То есть «паразит» в голове вел себя как «симбионт» – в принципе тот же паразит, только полезный. Но это ведь пока! Где гарантия, что так будет и впредь?
   А еще не было никаких гарантий, что ком неприятностей, которые налипли поверх истории с «чудесным» воскрешением Лешего, каким-то образом усохнет и осыплется, как это обычно происходит с высохшей грязью. Ничего подобного, никакого намека на улучшение ситуации не было пока и в помине.
   Да и с чего бы ему быть? Ведь Леший, когда выбирался из локации ЧАЭС, а затем из Академа, успел насолить практически всем заметным группировкам Зоны. Сначала он повздорил с вольными ходоками (но тут ладно – прикрыла Лера), затем существенно проредил строй егерей группировки «Ковчег», обидел наемников, выставил олухами некоторых особо ретивых рыцарей Ордена, а потом еще и вынес мозги нескольким «праведникам», фанатикам из секты «Пламенный крест». До какого-то момента у Лешего оставался шанс договориться хотя бы с военными, но под занавес злосчастного рейда сталкер умудрился поссориться и с ними.
   И это лишь «живой» список. В том смысле, что здесь не учтены биомехи и Троян – главная головная боль как Лешего, так и его спутников.
   «Если правда оно, ну хотя бы на треть, остается одно – только лечь помереть», – всплыла из памяти чужая цитата.
   Леший в который раз поморщился. Чаще всего информация из дополнительной базы данных оказывалась реально полезной, хотя некоторые блоки и были слабо доступны для понимания. А изредка случалось, что Леший подсознательно чувствовал – новый имплант советует дело, но не представлял, как эти советы можно применить на практике. Всякое бывало. И сталкер, по большому счету, ничего не имел против этой информационной подкачки. Но когда имплант подсовывал вкусовщину, Леший внутренне вставал на дыбы.
   «Нравится песня – слушай дома!» Этот главный принцип любого радиоведущего подходил к ситуации, в которой оказался Леший, как нельзя лучше. Цитаты из песен, Стивенсон, любимые словечки, поговорки… «Паразит» не имел никакого права навязывать все это Лешему. Собственно, именно эти тревожные сигналы и заставляли сталкера нервничать и настороженно прислушиваться к собственным мыслям. А собственные ли они, не противоречат ли прежним жизненным установкам?
   Пока что особо не противоречили. Кем бы ни был по жизни старый владелец импланта, похоже, что фруктом он был еще тем, сталкером до мозга костей. Наверняка прошел огонь, водку и медные трубы и повидал столько, сколько другим не повидать за три жизни.
   Точно этого Леший не знал, имплант не торопился перекачивать в память нового владельца информацию личного характера, даже имени старого владельца не сообщил, конспиратор. Но чтобы сделать выводы, Лешему хватило и того, чем второй имплант уже поделился.
   Взять хотя бы то, что прежний хозяин импланта владел абсолютно нереальными боевыми навыками. За двое суток скитаний по Зоне после «воскрешения» Лешему пришлось раз десять опробовать всякие приемчики на людях и нелюдях, и результат его более чем устроил. Это ли не факт в пользу версии, что парень был особым фруктом, но в то же время своим, простым и понятным?
   То есть возвращаясь к сказанному выше, пока и владелец, и оба его вживленных компьютера работали «на одной волне», поэтому у Лешего не было причин задумываться об избавлении от нового импланта. Но, опять же, это пока. По силам ли окажется ноша в будущем, сталкер пока не знал.
   От невеселых мыслей Лешего отвлекло появление в кухоньке нового участника наметившегося чаепития. Это была Лера, деловая Северная хозяйка, как ее прозвали в Чернобыльской локации. Необдуманно связавшись с Лешим, Лера нажила себе крупные неприятности – поссорилась с наемниками, – поэтому была вынуждена покинуть привычную территорию и спрятаться в Москве. Претензий к сталкеру Лера не предъявляла, но в их отношениях до сих пор так и не наступила «разрядка напряженности», которая возникла после инцидента с наемниками, так что держалась Лера подчеркнуто сухо. И с Лешим, и с его гостеприимным приятелем. На Черного Лиса она вообще не смотрела, будто того и не существовало.
   – Мы истратили всю воду, – сообщила Лера, обращаясь к Эдику. – Я компенсирую.
   – Ну-ну, – Эдик смерил девицу грустным взглядом. – За ужин тоже будете платить? Тогда деньги вперед.
   Лера на секунду замешкалась и непонимающе взглянула на Лешего.
   – Расслабься, – сталкер указал на свободный стул. – Присядь.
   – А ваш третий товарищ… – вмешался Лис, – надевает к ужину смокинг?
   – Юморист, – Лера фыркнула и подняла взгляд к потолку. – В Москве все такие тяжелые?
   – Какие такие «тяжелые»? – удивился Леший.
   – С сомнительным чувством юмора и немногословные.
   – А о чем с нами говорить? – сталкер усмехнулся. – О наших приключениях? Так это только Лису интересно. Все остальные в курсе, о нас в сети целый роман выложен. Так, Эдик?
   – Ты, Леший, не обижайся, – сказал Эдик, меланхолично помешивая варево в кастрюльке, – но ваши подвиги в Чернобыльской локации и вправду прошлогодняя новость. Курчатник по другому поводу гудит, как улей.
   – Это по какому? – Леший прищурился и с подозрением уставился сначала на Эдика, а затем перевел взгляд на Лиса. – Какое-то крупное дело затевается, да?
   – Почему ты так решил? – с легкой улыбкой спросил Лис.
   – Ну, раз всякие хитрые звери, вроде тебя, сквозь Барьер пролезают, значит, большой куш светит.
   – Почему ты решил, что я из-за Барьера?
   – Так, стоп! – Леший несильно хлопнул ладонью по столешнице. – Разговор у нас получается действительно тяжелый.
   – Скорее вязкий, – заметил вошедший в кухню Каспер. – Но иначе и быть не может, когда вы имеете дело с такими всемирно известными личностями, как Черный Лис. Знаменитый потрошитель частных ювелирных коллекций, гроза хранилищ антикварных ценностей, гений бизнес-шпионажа и вообще большой ловкач, никогда не идет напролом. Мутить воду, пудрить мозги и юлить – таков его стиль работы. В одном можно быть уверенным, когда встречаешь Черного Лиса – эта встреча неслучайна. Просто так он никуда не приходит. Уж тем более в Зону. Верно?
   – Спасибо за лестную характеристику… – Лис вновь усмехнулся и едва заметно поклонился, – посредник Каспер.
   – Из чего я делаю вывод, что и здесь вы оказались не ради макарон с тушенкой, – продолжил Каспер. – Поджидали нас всех или кого-то конкретно?
   – В первую очередь Лешего, – Лис кивнул сталкеру. – Но и вы, посредник, можете сыграть свою роль в моей пьесе. Валерия Андреевна тоже.
   – И что это за пьеса?
   – О-одну минуту! – Леший снова хлопнул по столу, теперь сильнее. – Эдик, коротко, что происходит?!
   – Коротко? – Эдик пожал плечами и хмыкнул. – Сделка.
   – Я понял! Не понимаю только, почему меня без меня женили?
   – Выгодная сделка, – Эдик посмотрел на Лешего так, будто хотел добавить что-то с помощью телепатии.
   – А то, что мы понацепляли неприятностей, как собаки репьев, и теперь половина Зоны желает нас угробить, ты учел? То, что мы пришли сюда, чтобы лечь на дно, и что устали, как последние бобики, это тебя не волнует?! Ты подставить меня… нас… решил?
   – У вас будет время для отдыха, – снова вмешался Лис. – Но откладывать дело в слишком долгий ящик нельзя. Это дело на десятки миллионов.
   Последнее замечание Лиса впечатлило всех, поэтому от комментариев воздержалась даже Лера, у которой что-то явно крутилось на кончике языка. И наверняка что-то едкое.
   – Почему я? – выдержав минутную паузу, спросил Леший.
   – Как раз потому, что ты сумел пройти такой длинный и утомительный путь от саркофага ЧАЭС до этого убежища. У тех, кто нанял меня для заключения этой сделки, появилось стойкое убеждение, что именно ты, Леший, самая подходящая кандидатура. Если тебе поможет Валерия Андреевна, шансы на успех возрастут. Если в деле поучаствует еще и посредник Каспер… – Лис расплылся в улыбке и развел руками, – будет вообще супер!
   – Не так давно меня уже заманили в ловушку, обещая миллионы, – негромко пробормотал Каспер. – С меня достаточно.
   – А мы не обещаем, посредник, – Лис перевел на Каспера взгляд, просто светящийся от доброжелательности. – В отличие от других, мы реально платим.
   – Нам не нужны миллионы, нам требуется решение проблем, – вдруг громко заявила Лера. – Ваши друзья могут это гарантировать?
   – Естественно, – в голосе Лиса мелькнула нотка снисходительности. – Все ваши проблемы будут улажены.
   – Даже с наемниками?
   – Даже с ними. Ну, что, приступим к обсуждению сделки?
   – Не гони, дай осмыслить, – потребовал Леший.
   Он взглянул на Леру, затем на Каспера, как бы предлагая: «Пошепчемся?» Лера дала понять, что готова врубить прямую связь между имплантами. Каспер качнул головой отрицательно. Предложение Черного Лиса ему явно не понравилось, и посредник был намерен сползти с ковра. Во всяком случае, Каспер не собирался участвовать в деле в открытую.
   «Как-то слишком лихо подкатил этот деловой, – включив прямую связь между имплантами – своим и Лешего, – сказала Лера. – Просто с места в карьер».
   «Так обычно и делается. В Зоне жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на прелюдии».
   «Философ, – усмехнулась Лера. – Ладно, послушаем, что предложит этот Лис. Но раньше завтрашнего вечера я с места не сдвинусь. Сил нет».
   «Не вопрос».
   Леший снова обернулся к Лису и кивнул.
   – Мы с Лерой в деле. С завтрашнего вечера. Излагай.
   – В таком случае, я не хотел бы загружать лишней информацией посредника Каспера… – Лис взял паузу.
   – Посредник будет у нас мозговым центром, – отрезал Леший.
   – Хорошо, – легко сдался Черный Лис. – Дело в следующем. Сегодня ночью какой-то ловкий проходимец похитил у одного серьезного человека очень ценную вещь. И как похитил! Просочился сквозь три кольца оцепления – а оно состояло не из чистильщиков-новобранцев, а из наемников! – и стянул вещицу у владельца прямо из кармана. Кроме материального, налицо и моральный ущерб, так что…
   – Мы должны найти этого проходимца? – перебил нанимателя Леший.
   – Нет, мы должны вернуть вещицу, это важнее, – возразила Лера.
   – Проходимец перед вами, и вещица у него, – сказал Каспер. – Верно, Лис?
   – Действительно «мозговой центр», – Лис усмехнулся. – Вот эта вещь.
   Он вынул из кармана небольшой прозрачный кейс. Сквозь пластик можно было без труда рассмотреть содержимое коробки. В нее были упрятаны девять стандартных контейнеров для Н-капсул.
   – Даже если контейнеры набиты Н-капсулами под пробку, стоит это богатство не больше ста тысяч, – с сомнением заметил Леший.
   – Я не предлагаю перепродавать этот товар. Его нужно доставить по назначению. Причем в пределах Московской локации.
   – И все? – удивился Леший.
   – И все, – Лис в очередной раз расплылся в улыбке. – А ты думал, придется штурмовать Узел?
   – И это дело на десятки миллионов? – засомневалась Лера.
   – Смотря какие наноботы хранятся в этих контейнерах, – подсказал Каспер. – И кто, кроме бывшего владельца, на них претендует.
   – Претендуют многие, но никто, кроме нас пятерых, не знает, где они находятся, – сказал Черный Лис. – Беспроигрышное дельце. Если, конечно, никто из нас о нем не проболтается.
   – И почему тогда сам не доставишь их по назначению? – Леший взглянул на чужака с подозрением.
   – Мое дело – выкрасть товар. Доставка хабара по адресам в Зоне – ваша работа. Кто чему обучен, тем и занимается.
   – Разумно, – согласилась Лера.
   Леший покосился на спутницу. Похоже, она слегка изменила свое отношение к Черному Лису. То ли он ее убедил, то ли просто понравился, не понять. Но смотрела на пришельца с Большой земли девица уже иначе. Не как на франтоватого пустобреха, а как на делового партнера. И это минимум.
   Леший мысленно себя одернул.
   «Ревность? Нет, какая ревность?! Просто… ну… черт, наверное, все-таки ревность!»
   – В чем подвох? – нахмурив брови, прямо спросил Леший.