Юлия Цензукова
12:20

   Доказано, что девушки и женщины, привыкшие вести дневник, легче справляются с кризисными ситуациями, так как учатся смотреть на себя со стороны и анализировать поступки – как свои, так и чужие…. Единственная трудность – заставить себя вести дневник. Но это уже другой вопрос….
Из лекции психологического гуру


   Описание жизни человека, выдуманное им самим, является подлинным.
Станислав Ежи Лец

   Давненько у меня не было такой пятницы… такой одинокой и одновременно такой прекрасной. Кафе. Бокал шабли. Столик у большого окна. Прохожие в нем как будто обезьянки в зоопарке. Вокруг куча офисного народа, галдящего вокруг и отмечающего конец недели. Громкая музыка.
   Синоптики уже пятый день обещают грозу – и уже пятый раз ошибаются. Думаю, ошибутся и сейчас – но вдруг повезет? Все гадают – будут ли гореть торфяники на этот раз? Или пронесет?
   Надеваю наушники и отключаюсь от массовки. Слушаю книжку «Любовь живет три года». Депрессивная. Я с ним не согласна. С автором. Надо спросить у Сережи, что он об этом думает… Сережа знает все.
 
 
   Посещает голову мысль: Москва – город огромной толпы абсолютно одиноких людей. У нас сотни, тысячи знакомых, приятелей и даже десятки друзей… или не друзей, а людей, которых мы называем своими друзьями. Но если ты не созвонился ни с кем из них вчера или хотя бы сегодня днем, то вечером ты уже никому не позвонишь. И тебе никто не позвонит. Потому что пятничный вечер – время свиданий, тусовок. Мы ходим на эти встречи, мы шутим, флиртуем, общаемся, смеемся, мы вместе, но в то же время – поодиночке.
   Взгляд падает на торчащие из сумки тетрадки. Накануне разбирала коробки со старыми вещами, нашла стопку тетрадей. Это мои дневники, которые я вела с двенадцати лет. Утром закинула их в сумку, чтобы почитать при возможности.
   Вытащила. Все написано от руки. Планшетников тогда не было. Да и смартфонов тоже… Тогда было все по-другому…
 

Дети глуши

12 лет

Сентябрь. Число поставить забыла.
   Мое имя Юля, и я живу в маленьком городке на краю страны. У нас в Михайловке нет автобусов и другого транспорта, кроме машин, потому что весь городок можно обойти пешком за тридцать – сорок минут. Так говорят родители, а я не пробовала. В принципе, у нас вообще ничего интересного нет – ни самолетов, ни поездов, ни ракет. Да хоть бы летающая тарелка приземлилась! А то всякие интересные вещи показывают только по телевизору, да и то по спутниковой антенне. Сосед вчера устанавливал-устанавливал такую антенну, а в результате поймал переговоры милиции или спецназа. Я не знаю точно, кого, но он сдуру встрял в разговор… или их послал… не знаю только куда, это папа говорил. Уж он-то знает. Мама вмешалась, и он замолчал. У нас вообще сегодня тихо, это вот вчера было шумно. У соседа. К нему очень быстро приехали! И разобрались. Папа говорил, все в броне, в камуфляже, с автоматами… Вышибли дверь с первого раза и занялись воспитательной работой. Папа хотел сказать что-то другое, но мама не позволила, и он сказал именно это. Артем стал задавать вопросы, и его быстро отправили спать.
 
   Артем – это мой брат. Он любит встревать с заковыристыми вопросами. А я – нет. Я люблю слушать и наблюдать. Лучше всего – незаметно. Чтобы не прогнали раньше времени. А то ведь можно пропустить самое интересное!
   Я сейчас спряталась под столом и пишу дневник. Мой дневник! Не школьный, а именно дневник, куда буду записывать… что? Наблюдения, мысли…
   Мне мама как-то рассказала, что в детстве она писала дневник. Я ее спросила: «Зачем?» Мама ответила, что дневник личной жизни пишут, когда хотят сами с собой обсудить что-то, подумать о чем-то, принять правильное решение или «излить душу». Зачем ее изливать, мне пока непонятно, но я видела в одном сериале сыщика, он вел такой дневник. И Настя Каменская что-то записывала. Она такая умная! Я думаю, что буду на нее похожа, когда вырасту.
 
   Итак, мне целых двенадцать лет! Я почти взрослая. Здравствуй, дневник!
   Я тебя завела в этот день, потому что сего дня у нас в классе был школьный вечер. Наша классная руководительница всегда устраивает такое в начале учебного года. Такое – в смысле «вечер», а не что-то криминальное. Сначала было чаепитие. Все принесли сладости из дома. Классная лично заварила чай. Потом мы стали играть в моргалки (это любимая моя игра, все сидят в кругу, и надо подмигивать друг другу, мальчики девочкам и наоборот). А потом были танцы. Наша классная включила музыку, выключила свет и приказала танцевать. Она любит покомандовать. Любит рассказывать, как служила во внутренних войсках и усмиряла заключенных. Ей очень подходит ее фамилия Сержантова. Говорят, что она как-то раз очень сильно усмирила генерала, который приехал с проверкой, и ее демобилизовали. К нам в школу с проверкой стараются не приезжать, но мы не в обиде. Когда классная в хорошем настроении, с ней классно! Вот как на нашем вечере.
   Танцевать стали в основном девочки. Тогда классная сказала: «Сидеть!» – и посадила всех девочек вдоль стены на стулья, а потом построила мальчиков (она умеет это делать быстро), назвала их «кавалерами» и велела приглашать нас на танец. Но это почему-то не сработало, мальчики шептались, из строя не выходили и никого не приглашали. К счастью, классную позвали к директору, и она ушла. Запела Алла Пугачева. Это была хорошая песня, и девчонки встали и опять начали танцевать. Мальчики оживились, после Аллы стал петь Б.Г. Вот тут-то все и случилось! Ко мне подходит Даньшев и говорит:
   – Цензукова, я тебя приглашаю. Я растерялась:
   – Да как же можно танцевать под такую музыку?
   А он отвечает:
   – Да вот так!
   И мы стали танцевать. Мне было неловко, наша пара оказалась в одиночестве. Нам уступили центр класса, кто-то сказал «Похлопаем!», и все стали аплодировать и смеяться. Мы тоже засмеялись. Я отбежала, вцепилась в Гуреева (наш заводила) и потащила, уговаривая: «Иди пригласи Танюшку». (Это моя лучшая подруга.) Он стал упираться. Потом зашла классная и скомандовала всем собираться: На выход, с вещами!»
   Посвящаю первую запись в дневнике моему первому танцу с мальчиком. И пусть он длился всего полминуты и мне было очень стыдно, но я до сих пор об этом думаю и постоянно вспоминаю…
22 октября
   Сегодня суббота и не надо рано вставать, поэтому я встала в 9.00. Артем проснулся в 8.15 и бегал по квартире, как слон. Артем на два года младше меня.
   По субботам у меня музыкальная школа. Там я играю на домре, а фортепиано у меня второй инструмент, я на него хожу раз в неделю. Никто из нормальных людей не знает, что такое домра. Может, это орудие пытки придумали специально, чтобы мучить меня?
   Обычно я прихожу пораньше, чтобы позаниматься перед уроком. Но моя чокнутая учительница по фамилии Бессмертная никак не может оставить меня в покое. Узнав, что я пришла, отпускает предыдущего ученика пораньше и сразу зовет меня. И начинается! Она закончила консерваторию, и по-моему, это хуже, чем все внутренние войска, вместе взятые! С нашей классной ладить легче… Сегодня Бессмертная отчитывала меня за то, что мы до сих пор не купили пианино. Говорит, что я училась бы лучше, если бы оно у меня было. А я не понимаю, зачем, если мне осталось мучиться всего два года и это всего лишь дополнительный пыточный инструмент. Домра у меня дома есть. Мечта садиста, как говорит Артем (ему она тоже не нравится). А Бессмертная говорила и говорила, упрекала и попрекала меня, и казалось, так будет продолжаться целую вечность! Ей-то ничего, а у меня впереди – жизнь, и я не хочу провести ее вместе с пианино!
   Вообще, музыкалку ненавижу. Я учусь здесь уже три года и все время прогуливаю. Учителя ругаются, ставят двойки, вызывают родителей. А я прогуливала и буду прогуливать. Родители заставляют, говорят, что вырасту, «спасибо» скажу им за это. А я не скажу!
1 ноября
   Мама выписывает мне журнал «Штучка», я его всегда очень жду. Он очень интересный, для девочек. Вчера пришел очередной номер, там была статья про знаменитую фотомодель Синди Кроуфорд. Она на меня немного похожа, очень красивая. Теперь у меня появилась еще одна мечта. Чтобы мои фотографии тоже были на обложках журналов. Но я не хочу быть просто фотомоделью. Мне хочется, чтобы мои фотографии как-то помогали людям – хотя бы рекламировали товары, которые приносят реальную пользу. Рекламировать только духи или прокладки – это глупо. Нужно призывать людей помогать бедным или спасать больных детей. Я не знаю, есть ли такие модели, но если нет, то это очень грустно.
   Я даже написала письмо в «Штучку» об этом. Вдруг они захотят тоже сделать какие-то добрые дела.
4 ноября
   Сегодня я встала в школу с охотой! Сегодня последний день учебы перед каникулами, а значит, никто не учится! В этот день проходит только классный час, где объявляют оценки за четверть, и все дети делают генеральную уборку.
   Вообще, я не поддерживаю идею генеральной уборки бесплатной силой детских рук. Но взрослым выгодно.
   В школе было все по-другому, ученики и ученицы не в школьной форме и все веселые. Несмотря на предстоящую трудотерапию в виде выдраивания черных полосок с линолеума.
   Начался классный час, и на нем выяснилось, что по русскому языку у меня четверка в четверти (я боялась тройки, потому что накануне диктант плохо написала), а вот по алгебре трояк… потому что, оказывается, за последнюю контрольную мне поставили двойку.
   После классного часа я пошла к учительнице по алгебре и занялась расследованием. Допрос с пристрастием ничего не дал. Людмила Матвеевна даже отказалась мне показать тетрадь: «Ты там такого нарисовала!» А я вспомнила, что и правда рисовала: придумывала тайный шифр для моих секретных записей – на будущее. Пока у меня нет никаких особых секретов, но ведь они обязательно будут! А для шифра как раз нужны разные значки, цифры и буквы. Урок алгебры (обычные мои оценки 5 и 4) подходил для этого лучше всего. Только вот я совсем упустила из виду, что мы пишем контрольную. Совсем забыла. Ну, как в сериале Каменская, она же тоже не все помнит и иногда отвлекается… В общем, Людмила Матвеевна укоризненно сказала, что выше тройки мне поставить не может. И утешила: «В следующей четверти исправишь».
   Настроение упало. Хуже всего на свете говорить родителям о плохих оценках, если они ждут только хороших. Как это глупо! Неужели они сами получали только хорошие оценки? В соседнем городе один ученик даже пытался покончить с собой – так боялся сообщить родителям о… четверке (он был круглым отличником). Эх, родители! Совсем нас не понимают!
   Когда я училась в первом классе, то даже из школы домой боялась возвращаться, если получала тройку: папа сильно ругался и даже иногда шлепал. Хоть не ремнем! Но рукой все равно больно. И очень обидно.
   В этот раз я была так расстроена (ведь сама виновата!), что даже не могла притворяться. На обед пришел папа, я все сама рассказала. Сразу. Он отчитывал меня и ругал. Я даже заплакала.
   А потом папа стал разбираться с Артемкой. У него оценки похуже – и тоже тройка в четверти была. Ему досталось больше, потому что папа его ремнем наказал, а потом стал объяснять, что плохие оценки – это путь неудачника. Мне это непонятно. Зачем сразу такой суровый приговор?
   Меня папа любит, потому что теперь только ругает, и реже, чем раньше. А вот Артема воспитывает ремнем постоянно и отчитывает, только, по-моему, без особого эффекта.
8 ноября
   Уже скоро кончаются каникулы. Я проснулась и хотела посмотреть мультики, но видик оккупировал Артем: он вставил туда диск, на котором было написано «Плейбой», и попытался выгнать меня из комнаты. Я пригрозила, что сдам его родителям, и осталась смотреть вместе с ним. За ним действительно нужен глаз да глаз! Не знаю, что он ожидал увидеть, но там был обычный показ модной женской одежды – от пляжной до деловой. Ничего такого! Артем разозлился и признался, что его приятель дал посмотреть диск, уверяя, что там – «самая крутая порнуха!» В общем, то ли друг его обманул, то ли диск перепутали, но я в самом деле узнала много нового и как следует изучила модный дизайн наступающего сезона. Один деловой костюм был очень элегантен и подошел бы, например, маме.
   А потом я примеряла перед зеркалом мамины выходные туфли и сломала каблук.
   Мама разозлилась и перестала со мной разговаривать.
9 ноября
   Сегодня у меня появилась новая идея. По-моему, замечательная, и она мне все больше нравится. Пока о ней никто не знает. Это секрет!
   Я случайно услышала, как по телевизору рассказывали об обществах взаимопомощи. Где-то за границей, не у нас. Не смогла запомнить передачу и даже программу. Папа с мамой готовились посетить корпоратив – кажется, так называется праздник на работе. Отмечать будут день рождения его начальника («босса», как папа говорит), и все будут «при полном параде», нарядные. Поэтому мама накануне так огорчилась из-за сломанного каблука. Папе пришлось добывать новые туфли, а они должны подходить к платью, и в нашем городке такую проблему быстро решить сложно. В результате мама поехала на корпоратив с босоножками, которые подходят к платью, но малы и очень жмут. Папа вылил в них целую бутылку водки, и мама их разнашивала все утро. Я старалась лишний раз не мозолить им глаза. Мама нервничала, папа сердился, я очень волновалась, только Артем носился по улице с приятелями и радостно орал. Как бы не простудился!
   Родители вернулись поздно ночью и сразу легли спать.
10 ноября
   Мама отлеживается, папа ушел в гараж. Артем чихает. Все не в настроении, все на меня дуются! Каша, которую я сварила утром, чтобы накормить семью завтраком и помочь маме, подгорела. К тому же папа установил, что я ее забыла посолить. Артем издевался полдня, говорит: «Юлька, ты плохо готовишь, ужасно поешь, топорно рисуешь. В общем, разносторонняя личность».
   Там же сказано: соль и сахар по вкусу. Сахар-то ведь я положила, и много: целых три ложки! Нет, все-таки с мюсли гораздо проще!
   Кажется, на корпоративе что-то произошло. Надеюсь, это не из-за босоножек? Придется провести расследование!
11 ноября
   Я случайно услышала телефонный разговор и почти все выяснила. Мама увидела папину секретаршу, а та увидела ее. В результате, сказал папа, произошел «ядерный взрыв». Последствия «взрыва» удалось предотвратить, только я не поняла – в чем они заключались. Может быть, папа имел в виду взрыв эмоций у мамы? Она миниатюрная, очень красивая, но и очень эмоциональная. Папа тоже видный мужчина, статный и высокий, да еще блондин (мама – брюнетка). Неудивительно, что женщины на него заглядываются, а мама ревнует…
   На корпоративе в конце концов все перепились, а у мамы отскочила застежка на левой босоножке, и они с папой уехали раньше и, кажется, не увидели самого главного. Правда, папа вроде бы не очень огорчился. Но говорил, что ждет амнистии. Наверное, от мамы? Я постараюсь им помочь.
   Иногда многое зависит и от такой мелочи, как застежка на босоножке! Хотя с женской точки зрения это вовсе не мелочь!
12 ноября
   Родители по-прежнему не разговаривают. Мама плохо себя чувствует. Сегодня несколько раз звонили и просили позвать ее к телефону, но, когда я спрашивала: «Кто звонит?», бросали трубку. Странно, два раза голос был мужской, один раз – женский. Секретарша? Но чья?
   Весь день размышляла, как создать Службу добрых дел. Что-то вроде службы психологической помощи, центр, где можно получить совет и поддержку по многим жизненным ситуациям. Кажется, в больших городах подобные службы существуют, но они платные. А наша служба будет бесплатной. Все хорошо, только где взять денег? Ведь кто-то же должен принимать звонки и консультировать?
13 ноября
   Поговорила с папой, но не напрямую, а «на тему». Он, кстати, сказал, что «Штучка» на мое письмо не ответит, так как «добрые дела» это издание не интересуют. Я спросила – почему, он пожал плечами и ответил: «Тряпки, макияж, светские тусовки, роскошь и гламур – вот их тематика. Выше этого они не поднимутся!»
   Он рассказал мне, что создать с нуля фирму или службу, которую я задумала, сейчас практически невозможно без поддержки, административной или финансовой. Но есть выход – привлечь волонтеров, которые могут работать «за идею». Нужны также спонсоры.
   Я поняла, что пока мало чем могу помочь людям, потому что у меня нет своих денег. Но все-таки мне кажется, что помогать можно не только деньгами. И первый шаг я должна сделать сама.
14 ноября
   Ура! Я написала объявление и повесила его в самых людных местах: у почты, кинотеатра, библиотеки, магазинов, школы, остановки междугородного автобуса. Не стала вешать около детского сада и отделения милиции, ну и еще у колледжа – он на отшибе, и мне не нравится этот район нашего города: гаражи, склады…
   Посмотрим, будут ли отклики. Маме гораздо лучше, звонки прекратились, с папой начала разговаривать, хотя и еле слышно.
15 ноября
   Мне удалось дать объявление в газету, и совершенно бесплатно!
   Я туда сначала позвонила, узнала, сколько стоит дать самое короткое объявление («Служба добрых дел» и телефон). Потом посчитала, сколько я накопила денег от «карманных расходов» и тех, что мне давали на завтрак. Получилось впритык.
   Собралась с духом и пошла в редакцию нашей местной газеты. Она помещается рядом со зданием администрации, на втором этаже. Заполнила бланк и встала в очередь. Принимал объявления какой-то небритый мужчина, злой и, кажется, не очень трезвый. Долго никак не мог понять, что за объявление ему давала хорошо одетая старушка: «Лечу от всех болезней». Так он рассердился: «Что ты, бабка, ерунду порешь? От всех болячек не улетишь!» А старушка ему заунывным голосом стала говорить про какое-то свечение у него в мозгах…
   Я уже хотела уходить, как вдруг на лестнице раздались шаги. Я сразу узнала их. В школе у нас кричали: «Штирлиц идет по коридору!» А затем появлялась классная. Появилась она и на этот раз.
   Старушка сразу как-то сникла, сунула деньги за объявление и быстренько ушла. Я поздоровалась: делать было нечего. Классная буквально вцепилась в приемщика, который на глазах протрезвел. Оказалось, они напечатали объявление «Вскрытие и врезка замков круглосуточно» и дали по ошибке номер телефона нашей учительницы. Ну, ей и стали звонить, то в три часа ночи, то в пять часов утра.
   Классная потребовала главреда, но того на месте не оказалось. И вообще из всех сотрудников был только приемщик. Тогда классная пошла в атаку: очень ловко вывернула ему руку, уронила на пол и пригрозила наездом по полной программе. Тот испугался и заверил, что объявление исправят.
   Все это время я тихо стояла в сторонке. Когда классная ушла, а приемщик пришел в себя, я ему посочувствовала и сказала, что она вообще очень суровая женщина и служила в спецназе. Услышав, что мы знакомы, он взял у меня объявление, а денег не взял.
16 ноября
   Пока никто не звонил. Газета выйдет завтра. Папа допоздна на работе. Мама сделала новую прическу и макияж. Артем умудрился разбить стекло в подъезде. Портфелем.
17 ноября
   Сегодня первый раз позвонили! Мама взяла трубку. Девочка сказала, что звонит по объявлению, и спросила меня. Мама меня потом отругала, что я бездумно раздаю номер нашего телефона. Хотя я не понимаю, что в этом такого, ведь он все равно есть в телефонном справочнике нашего города!
   Мама объяснила, что, во-первых, такие вещи я должна делать только с ведома взрослых, так как это затрагивает интересы всех, кто проживает в нашей квартире, а во-вторых, это привлекает к нашей семье излишнее внимание. И что я недостаточно взрослая, чтобы нести ответственность за такие решения.
   Узнав, какое именно объявление я дала, она сначала схватилась за голову, потом рассмеялась и позвонила папе, попросив внимательно прочитать раздел объявлений в последнем номере газеты.
   А теперь о звонке. Девочку зовут Олеся, она рассказала, что получила за четверть двойку по русскому языку и что боится родителей. Дневник она до сих пор не показывала. Они у нее злые, если узнают про двойку, будет очень плохо. Олеся плакала. Кстати, она учится в моей школе, только на два года младше. Я обещала ей помочь и сходить вместе с ней к учительнице поговорить про оценку.
   Мама одобрила, что я поддержала Олесю, но сказала, что та не сможет прятать дневник бесконечно. И прибавила, что нужно посоветоваться с директором школы и с нашей классной. Вызвалась завтра пойти со мной и помочь в разговоре.
18 ноября
   Мама была в школе, мы познакомились с Олесей. Ситуация разрешилась: ей условно поставили тройку, я взялась помочь ей улучшить знания по русскому языку. Кстати, выяснилось, что ее родители – отнюдь не бедные, а вполне состоятельные, клиенты папиной фирмы.
   Папа похвалил маму, и у нас сегодня был нормальный семейный вечер. Но меня он после ужина строго отчитал, сказав, чтобы я сначала научилась жить сама, а потом помогала другим. И добавил, что очень легко помогать, если основная тяжесть по оказанию помощи перекладывается на чужие плечи.
   Велел шефствовать над Олесей как следует, потому что именно я теперь несу за нее ответственность.
19 ноября
   Пошли звонки… но мы были вынуждены отключить телефон. Просят денег, жалуются на произвол власти, требуют произвести ремонт, предлагают котят! Кошмар на улице Дыбенко (это наш адрес) продолжается вторые сутки! Я поняла, что немного перестаралась.
   Папа позвонил в газету и попросил больше не печатать объявление. Но сказал, что некоторое время звонки будут продолжаться. Теперь связь с внешним миром поддерживаем исключительно по мобильникам папы и мамы.
20 ноября
   Первое занятие с Олесей. Как все запущено! Но девочка толковая, ей просто нужно как следует все объяснять, разжевать… Странные у нее родители: по ее словам, они тихо ненавидят друг друга, но вместе занимаются бизнесом, поэтому вместе живут. Дома не с кем поговорить и такая гнетущая атмосфера, что она даже толком не может учить уроки.
   Артем потерял ключи (или их у него вытащили), поэтому завтра меняют дверь.
21 ноября
   Дверь сменили, но соседка снизу сварливо сказала, что новая слишком богато выглядит и нас, того и гляди, обязательно обворуют. Папа отбрил: «По вашей наводке, наверное?» Та криво усмехнулась и ничего не ответила. Очень неприятная женщина, и от ее слов остался какой-то осадок.
22–24 ноября
   Родители проводили со мной воспитательные беседы, и папа сказал, что он не против, чтобы я помогала другим людям, но это может быть опасно. Что плохие люди могут воспользоваться моей добротой. Я ответила, что не вижу в этом ничего опасного. Потому что пока в основном ко мне лично обращаются такие же подростки, как и я. Но мама сказала, что именно подросткам легче всего попасть в беду. Я еще раз пообещала ставить их в известность обо всех своих действиях.
25 ноября
   Олеся сказала, что будет мне помогать по Службе добрых дел, и предложила назвать ее по-другому: Общество добрых дел. Так более современно и престижно. Правда, такое Общество вроде бы нужно регистрировать? У взрослых, куда ни посмотришь, везде проблемы, все сложно, запутано и непонятно.
   Решили пока ограничиться нашим школьным кругом – это и проще, и легче осуществить.
26 ноября
   Интересно, что Сержантова услышала о нашей инициативе и посоветовала перейти к конкретным делам. Сказала, что нужно потихоньку подбирать единомышленников и не опускать руки от первых неудач. Кстати, предложила раза два в неделю навещать нашу бывшую биологичку, ушедшую на пенсию. Ее племянница уехала во Владивосток, ученицы разъехались кто куда, а за редкими видами растений в квартире ей ухаживать уже трудно. Их очень много. Она их пообещала передать в школу, но расстаться пока не в силах. Так что наша помощь будет очень кстати.
   Решили с Таней и Олесей навещать биологичку по очереди.
28 ноября
   Биологичка оказалась нормальной тетушкой. Она маленькая и подвижная, хотя ходит с палочкой, ценит шутки и прекрасно разбирается в школьных проблемах. У нее много разных растений, очень красивых, названий которых я не знаю, а она их знает на нескольких языках и даже на латыни. Оказывается, какие-то растения нужно поливать каждый день, какие-то раз в несколько дней. А кактусы, например, можно поливать несколько раз в месяц: им воды хватает. Мы узнали о ландшафтном дизайне – это сейчас модное направление и быстро развивается. Может быть, мне стоит им заняться? Пока не знаю.
29 ноября
   Папа опять уехал в командировку. Артем совсем отбился от рук. Мы живем с ним то как брат с сестрой, то как кошка с собакой. Мама говорит, у него начинается переходный возраст.
   Хотя, я тут подумала, брат все-таки лучше, чем сестра. С сестрой пришлось бы делиться одеждой и заколками.
30 ноября
   Биологичка – ее, кстати, зовут Мария Францевна – подарила каждой девочке, которая приходит к ней, по небольшому горшку с очень красивым цветком – гортензией. Она говорит, что этот цветок был назван в честь Гортензии Богарне – одной из самых замечательных красавиц Наполеоновской империи.