Да из-за чего они так взъелись-то на него?! Что такого он увидел?! Ну открыли эти Меченые какую-то местную тайну, подобрали ключи к древней машине. Неужели боятся конкурентов?! Он не раз слышал о существовании крупных банд, но раньше от чего-то и мысли не допускал, что их лидеры могут заглядывать несколько дальше борьбы за кусок хлеба. Вновь стало стыдно за собственные неудачи.
   Оказавшись у подножия холма, Артем с опаской огляделся. Вроде бы, никого из бандитов нет! Хотя улица уже не выглядела такой пустынной, как рано утром. Вдали несколько грязных, заросших мужиков катили бочку из-под мазута. К старой пятиэтажке шла женщина с двумя детьми. Рядом шагал насупленный отец семейства в драном камуфляже, сжимая в руках потертый «калаш». Глаза настороженно зыркали по сторонам. Двое парней, громко хохоча, тащили на шесте ободранную тушу местного зверя. У каждого на поясе даже не длинный нож – короткий меч, за спиной охотничьи ружья. За их весельем скрывалась хищная настороженность, и уж наверняка они никого не оставили без внимания. Волки, из людей вырастают волки! Они переживут смутное время, приспособятся, если уже не приспособились, а такие, как Артем – слишком слабые, честные, упорно цепляющиеся за остатки гуманности, – останутся в прошлом. Вымрут.
   Преследовавшие Лазовского бандиты были правы. Взглянув на ставший чужим город немного под другим углом, Артем понял это совершенно ясно. Новой породе людей-охотников до всего будет дело. Устояв перед Волнами, Прозрачниками и голодом, они будут зубами вырывать у мира его тайны. И, похоже, что борьба уже началась. Пока он помойной крысой роется в мусорках, другие делают первые шаги в новую жизнь.
   Лазовский прислушался к своим ощущениям и не нашел ни капли удивления от увиденных способностей Меченых. Пусть он слышал от других бродяг байки про оборотней и колдунов, но ведь не верил. А теперь… теперь готов поверить во что угодно. Он словно стряхнул с себя чары подавленности, отошел от шока Переноса и впервые загорелся желанием все изменить. Здесь можно жить, надо всего лишь самому стать другим. Тверже и сильнее.
   Он свернул со ставшей оживленной улицы в подворотню и пересек пару дворов. Лучи солнца, несмотря на все его ухищрения, на кожу все-таки попадали. Началось слабое жжение, торопящее с поисками укрытия. Народу на улице все равно, а ему солнечный день настоящая мука. То ли он никак не привыкнет, то ли Перенос слишком сильно повлиял…
   Наконец, Артем вышел на небольшой пустырь, в центре которого торчали из земли три верхних этажа провалившейся шестнадцатиэтажки. Если никем не занято, то лучшего укрытия на случай Волны не придумаешь. Прозрачники не любят подземелий.
   Осторожничая, Лазовский обошел дом по кругу, присматриваясь и принюхиваясь.
   Показалось?!
   Артем еще раз втянул носом воздух и процедил сквозь зубы ругательство. Одну из квартир уже заняли. Ее жилец запалил костерок и, судя по запаху, жарил мясо. Желудок Лазовского тоскливо завыл, в памяти всплыло решение начать жить по-новому, стать сильней, и Артем решительно сжал в кулаке нож. Он только припугнет и сразу попросит поделиться. Да, именно так!
   Убеждая себя не трусить, двинулся к наполовину утонувшему в земле балкону. Шаги сами собой замедлились, и последние метры Артем уже крался. Нож в руке подрагивал, тряслись поджилки, но он не отступал. Перескочив через ограждение, Артем замер у балконной двери, и лишь с минуту там постояв, наконец, решительно встряхнулся и, толкнув дверь, вошел внутрь.

Глава 2.
Вождь Меченых

   Это провалившееся под землю здание Захар приглядел давно. Многие сторонились таких домов, боясь однажды сгинуть под завалами вместе с давшими укрытие стенами, но не он. На его взгляд, возможность переждать под землей нашествие Прозрачников перевешивала любой риск. Да и сами страхи слишком преувеличены. Пока еще ни одно такое строение не рухнуло, продолжая оставаться символами Переноса.
   Внизу все осталось по-прежнему. Тонны земли не набились в квартиры, не заполонили проходы. Будто здание просто медленно сползло по огромной трубе с твердыми стенами и замерло, достигнув дна. Вот только не было там никаких твердых стен. Впервые спустившись на подземный этаж, Захар это первым делом проверил. Земля как земля… Что ж, одной загадкой нового мира больше!
   За четыре месяца город дважды пережил жуткие ливни, вызывавшие настоящие потопы на улицах. Русло пересохшей Грачевки тогда вновь наполнялось водой, а несчастные сосновчане спасались в уцелевших многоэтажках. Огромные пустоты провалившихся высоток оказались затоплены. Мародеры смело хозяйничали на ближайших к поверхности уровнях, но вот дальше, ближе к воде, спускались не все.
   «Страшно там. Просто жуть берет!» – сказал Захару один случайный знакомый, но пояснять ничего не стал. Он тогда посмеялся над мужиком, но стоило самому спуститься на пять-шесть этажей вниз, как все доставшиеся от предков инстинкты начали в голос вопить: «Беги отсюда, идиот!» С глубины доносились невнятный шепот тысяч голосов, шорох шагов и глухие стоны. А если убрать факел и посмотреть с лестничной площадки вниз, то где-то там мелькали серые тени и вспыхивали искры.
   Нет, глубоко под землей Захару и вправду делать нечего. У него и наверху дела имеются. Жареный бегунок, к примеру. Захар потянул носом и принялся торопливо ворочать прут с насаженной тушкой. Чуть не подгорело!
   Поймал он зверька в Верхнем парке, в той его части, где теперь находился Сад камней. Выкопал вертикальную ямку и кинул на дно чуть подгнивший плод кровавника. Через час вернулся, и ему осталось лишь вытащить наверх застрявшее животное. Здесь ведь важно не прогадать и прийти вовремя, иначе обязательно найдется воришка и обчистит ловушку.
   – А соли-то у меня и нет! – расстроенно вспомнил Захар.
   Можно поискать на кухне, но мародеры там все вверх дном сто раз перевернули. Ладно, и так сойдет. Положив вертел между кирпичами, Захар подкинул в очаг обломок доски и поставил на огонь кастрюлю с десятком желто-зеленых плодов, залитых водой. Их лучше отварить – для здоровья так безопасней будет.
   Уже столько времени прошло, а он по-прежнему испытывал ощущение нереальности происходящего всякий раз, как устраивался на отдых в какой-нибудь квартире. Изодранный диван, разбитый телевизор в углу, изрубленная мебель, и… весело потрескивающий костерок на полу. Тут же рядом притащенные с улицы кирпичи, ведро с водой и мешок с припасами. Сущее варварство!
   Слабый скрежет металла по камню, донесшийся со стороны балкона, заставил Захара насторожиться. Кто-то решил заглянуть на огонек?! Зверь или человек?! Подхватив «калаш» и ступая по-кошачьи мягко, он перебрался в коридор, оттуда – в соседнюю квартиру и осторожно, стараясь не шуршать наваленным на полу хламом, выскользнул на улицу. Теперь прокрасться обратно и понаблюдать за гостем. Вдруг с таким связываться себе дороже выйдет?!
   Захар осторожно заглянул внутрь через приоткрытую теперь дверь… Нет, вроде бы обычный парень, не зверь и не монстр. Замер посреди комнаты, башкой вертит.
   – Стоять!!! Руки за голову!! – Захар ворвался внутрь, как учили, быстро и стремительно, сметая врага мощью натиска.
   Растерянно стоящий над его обедом незнакомец не успел даже повернуться, как Захар подскочил к нему вплотную и хорошенько приложил прикладом автомата по пояснице. Удар швырнул незваного гостя вперед, прямо на жареного бегунка. Скрючившись от боли, он задел ногой кирпич, уронив мясо на грязный пол. Еще шаг, и вода из перевернутой кастрюли залила огонь. Захар, аж взвыв от злобы, сбил пришельца с ног и принялся с ожесточением пинать.
   – На, на!!! Получай, гад!
   Тому ничего не оставалось, кроме как елозить на спине и пытаться руками защитить лицо от безжалостных ударов. Вспышка ярости быстро прошла, и Захар отошел обратно к балкону. Закрыв дверь, подобрал вертел с мясом и сел на диван.
   – Ну что ты будешь делать! – со злостью проронил он, свирепо зыркнув на сжавшегося в комок гостя. Брезгливо морщась, Захар принялся срезать ножом грязь. – Такой обед испортил!..
   Избитый незнакомец попытался что-то сказать, закашлялся и лишь пробормотал:
   – Извини…
   Он подтянул ноги и сел, привалившись спиной к стене. Из разбитого носа текла кровь, и гость принялся бестолково размазывать ее по лицу.
   – Извини, говоришь… Ты зачем сюда приперся?! – агрессивно спросил Захар. – Тебя кто звал?!
   Не дожидаясь ответа, он откусил от тушки немаленький кусок и снова пристроил прут между кирпичами. Злобно ворча, присел на корточки перед залитым очагом и принялся ворошить сырые деревяшки.
   – Твою мать, а!
   Исподлобья зыркнув в сторону гостя, Захар принялся по новой складывать костер. Обернувшись, подтянул к себе плотный матерчатый мешок и на ощупь вытянул смятый листок. Банкнота! Сунул под сложенные шалашиком щепки и поднес спичку.
   – «Весь покрытый зеленью, абсолютно весь, остров невезения в океане есть», – спел он, безбожно фальшивя. – Казалось бы, почему остров невезения, если весь «зеленью» покрыт?! А ответ прост как репка: «зелени» полно, а потратить ее негде. Да, негде! Эх…
   Разгорелось пламя, и Захар проворчал, ни к кому особенно не обращаясь:
   – Сказал бы кто раньше, что тысячные купюры на растопку пускать буду, без разговора в морду бы дал!
   Незнакомец напомнил о себе тихим шорохом. Захар повернулся на звук и тут же вскочил на ноги, выматерившись в голос. Мерзавец незаметно подбирался к ножу, отлетевшему к стенке.
   – Э, так не пойдет!
   Ногой отшвырнув опасную игрушку от сгорбившегося в ожидании трепки гостя, Захар принялся шарить по карманам.
   – Ага, вот он… – удовлетворенно заметил он и гаркнул: – Живо встал! Руки за спину!!
   Схватив пленника за волосы, рывком заставил его подняться и тут же для профилактики врезал кулаком под дых. Остальное заняло у Захара лишь пару минут. Заломить чужаку руки за спину, стянуть запястья тонким ремнем, соорудить на шее затяжную петлю… Сущая ерунда при должной сноровке!
   – Вот теперь порядок! – довольно произнес Захар, подножкой сбивая незнакомца на пол. – Жестоко, не спорю, но сам знаешь, какие нынче времена. Ты ведь тоже не просто так на огонек ко мне заглянул… Главное, не дергайся, а то петля душить начнет!
   В ответ он получил лишь хрипение еще не приноровившегося к путам человека. Пока Захар восстанавливал нарушенный дракой порядок, связанный гость молча ворочался и сопел. Как-то даже скучно – не выругался ни разу! Лежит, на боку, глазами зыркает, да рожу кривит!
   Первым не выдержал тишины именно Захар. С удовольствием отобедав, он улегся на диван лицом к пленнику и достал из нагрудного кармана пачку сигарет. Закурил.
   – Тебя как звать-то?
   Потянуло сквозняком, и в очаге оглушительно стрельнуло, заставив гостя вздрогнуть.
   – Артем Лазовский… Я тебе ничего плохого не хотел… Зачем ты сразу драться-то?! – сказал он с фальшивым возмущением.
   – Угу, и потому приперся с ножом. Знаем, проходили… – закивал Захар. – А был-то кем… до Переноса?
   – Художником. Рекламные буклеты оформлял, – пояснил Артем, пытаясь улечься удобнее.
   – А-а, интеллигент, значит… Меня Захаром кличут. Ненахов Захар, инкассатор.
   Не вставая с дивана, он шутливо отдал честь. Разговор его развлекал, привнося в послеобеденный отдых приятное разнообразие.
   – Р-рад знакомству… – сказал Лазовский, криво улыбаясь, и добавил: – Развяжи, а? Будь человеком!
   – Так полежишь, – бросил Захар, глубоко затягиваясь сигаретой.
   – Но я ведь тебе не враг! Да, не спорю, пришел, собрался припугнуть ножом и попросить немного еды…
   – О, господи! Интеллигенция – это не люди, а какие-то инопланетяне! Ты определись: либо угрожать, либо просить, – возвел Ненахов глаза к потолку. – Да и неужели ума не хватает понять, что сила не в ноже, а в тебе самом. Такой бестолочи, как ты, даже танк не поможет. Любой дурак за шкирку из люка выдернет и по шее накостыляет. Ума не приложу, как ты столько месяцев продержался-то.
   Забывшись, Артем дернул плечом, отчего в горло тут же врезалась петля.
   – Не шевелись, дурак, – посоветовал Захар. Щелчком отправив окурок в угол, он закинул руки за голову и задумчиво уставился в потолок.
   – Что ты со мной сделаешь? – нарушил молчание Артем.
   Ненахов с интересом на него уставился.
   – Я уж думал, не спросишь. Боишься, да?
   – Сейчас… плохие времена. Встречаются каннибалы. – Голос Лазовского дрогнул.
   – Верно, встречаются… Особенно в Хрущобах. Я там полрожка расстрелял, пока от меня отстали. Хотя, и в других районах кое-кто людоедством не брезгует. От таких, правда, соседи быстро избавляются, – с удовольствием поддержал тему Захар. – А еще есть обезумевшие уроды на юго-западе. Так людей достали, что Меченых теперь там ну просто очень не любят. Своих-то мало осталось, потому готовы платить за чужих любыми товарами. Ты, случаем, не мутант?
   Вопрос отчего-то сильно не понравился Артему, и он мрачно замотал головой.
   – А то, смотри, Церковь Последнего дня большую силу набрала. Если жить надоело, то они враз с билетом на тот свет помогут!
   – Зачем издеваешься? – вдруг зло прохрипел Лазовский, чем удивил Захара. Гляди-ка, а ведь есть у гостя характер, есть.
   – Да настроение такое, заодно, что с тобой делать, решаю. Кровью руки марать не хочу, а продать… Дикость это. Знаю, рассуждать так, в общем-то, глупо, но не лежит у меня душа тебя сектантам в лапы отдавать. Кому другому еще можно, да только не сектантам-фанатикам. Добрый я. – Захар коротко хохотнул. – Вот и думаю, на кой ты мне сдался?!
   – Связал тогда зачем? Выгнал бы на улицу и все… – Почувствовав, что больше ему ничего не грозит, Артем осмелел.
   – А чтоб не дурил. Вдруг кровь в голову ударит, и ты отомстить решишь? Станешь вокруг дома крутиться, а там, чем черт не шутит, нужный момент и подгадаешь. Засну я там или еще что… Мало ли.
   – Но не можешь же ты держать связанным меня вечно! – воскликнул Лазовский и тут же осекся. На лице Захара появился неприятный прищур.
   – Почему же нет? Еще как могу! Оттащу тебя вниз на три-четыре этажа, там и оставлю. Если тебя кто тронет, или сам с голоду помрешь, то я как бы и ни при чем. Но это будет слишком жестоко, ведь так?
   Ненахов поднял с пола нож Артема и повертел его в руках.
   – До чего дрянная сталь, а?
   Хмыкнув, он кинул оружие в раскрытую сумку. Лазовский недовольно шевельнулся, но смолчал.
   – Я тебя отпущу. Просто так возьму и отпущу… Только вечером, сразу как начнет темнеть. Сам знаешь, зверье на охоту выйдет, вот у тебя времени на всякие глупости и не останется. Займешься поисками надежной берлоги, – невозмутимо продолжил Захар. – А сунешься в дом, так я тебя грохну без лишних разговоров.
   – И чем это лучше обычного убийства? – прохрипел Артем. Судя по лицу, ему до боли хотелось встать и набить Ненахову морду.
   В ответ Захар беззлобно рассмеялся.
   – У тебя будет шанс выжить и очень немаленький! А я при любом раскладе буду избавлен от твоей назойливой персоны. Познакомься мы иначе, то тебя бы никто не гнал… Здесь ведь полно квартир!.. Но сосед-вор мне не нужен, а уж затаивший зло, тем более. Так что извиняй, но вечером тебя ждет приключение.
   – С-сволочь!
   – Что поделаешь, такова жизнь.
   Не желая слушать сорвавшегося-таки на ругань пленника, Захар собрал вещи и ушел в соседнюю комнату. От прежних хозяев остались кровать без ножек, разбитый телевизор в углу и трюмо с треснувшим зеркалом. Что особенно хорошо, окно оказалось заклеено газетами – с улицы его никто не разглядит. Прикрыв за собой дверь, он не поленился и соорудил простенькую сигнализацию из валявшихся тут же пары пустых консервных банок, треснувшей бутылки и двух обрезков веревки. Если кто полезет в комнату, то он точно услышит. Швырнув в изголовье кровати сумку, Захар завалился прямо поверх пыльного покрывала и вытянул ноги. Хорошо!
   За стенкой Артем продолжал бубнить ругательства, заставив Ненахова раздраженно сплюнуть.
   – Козел!
   Возникло желание подняться и хорошенько двинуть мерзавцу в зубы, но лень победила.
   Ничего, покричит-покричит и сам заткнется, умиротворенно подумал Захар, устало прикрывая глаза. У него чуткий сон, и если кто решится побеспокоить, то автомат вот он, под рукой.
   Умение засыпать где угодно и когда угодно, стрелять, драться и постоянно ждать от жизни подвоха он приобрел в армии. Совсем молодой ведь был, дурак еще. Отец в институт поступить помог, а ума не вложил. Вот он тогда и покуролесил немного. Девочки, друзья, пьянки-гулянки…. О том, что надо еще и учиться, как-то забыл, а зря. Повестка из военкомата пришла через неделю после отчисления. И сразу – учебка, разведрота, Чечня. Ему повезло, и он не получил даже царапины. Смешно, ведь на гражданке вечно все шишки собирал. Года не было, чтобы в какую-то передрягу не попал, а тут такая удача.
   Как отслужил, Захару предложили остаться по контракту, но он отказался. Война уже поперек горла стояла, домой хотелось. Капитан Уваров – мировой мужик – тогда пообещал, что Захар передумает и вернется. Кто возьмет на работу вернувшегося с войны солдата, да еще без образования?
   В правоте капитана Ненахов убедился весьма скоро, месяца не прошло, но возвращаться в армию не стал – попросил отца и тот пристроил в инкассаторы. Не самая престижная работа, но Захара она устраивала. Скучновато, конечно, чужие деньги возить, да и завидно как-то, но он привык. А потом случился Перенос…
   Они тогда с Ванькой Дугиным на окраину ехали, зарплату в больницу везли. Маршрут привычный, спокойный, у них вообще ни разу никаких происшествий не случалось. И когда началась эта чертовщина, оба растерялись. Еще бы не растеряться, когда в небе воронка открылась, а из нее летающие твари повалили. Они ведь тогда, кретины, машину остановили и вверх уставились. Идеальная мишень для дракона! Вот один чем-то невидимым по ним и врезал, хорошо, промазал немного. Взрывной волной броневик в кювет отбросило.
   Дугин погиб сразу, а вот Ненахову повезло – отделался шишкой на лбу. Очнувшись, сперва даже решил, что умом тронулся: кругом взрывы, на дороге машины полыхают, а по небу крылатые черные тени носятся. Вот только больно реалистичным бред оказался…
   Как окончательно в себя пришел, забрал у Дугина автоматный рожок. Напарнику он уже ни к чему, а Захару пригодится. Подхватил мешок с деньгами и вылез наружу. По инструкции положено остаться внутри и ждать подмоги, но разве могли ее авторы предусмотреть налет драконов?
   Искать объяснения происходящему закаленный войной Захар не стал. Хорошенько все осмыслить можно и потом, сначала надо уцелеть. Даже пусть у него случился приступ острого бреда и галлюцинаций, санитаров можно подождать там, где будет поспокойней. Деньги же взял на всякий случай, для страховки, чтобы потом, когда все закончится, не пришлось отвечать за потерю вверенных ценностей…
   Но ничего не закончилось.
   Город провалился в ад, которому не было конца и края. Даже на войне не творилось таких ужасов. Там хотя бы точно известно, кто враг, кому нельзя спину подставлять и где свои. Здесь же тебя может предать даже собственное тело. Он пришел с северо-западной окраины со Складов, где сотни несчастных оказались истерзаны не прекращающимися превращениями. Необратимые уродства сводили людей с ума, обращая их в кровожадных монстров. Секта «чистых» у соседей в районе Дворца спорта просто не могла не возникнуть. Слишком много бед им принесли Измененные, слишком много жизней унесли. Но теперь страдали и те, кто сохранил человеческий облик. Такие, как Захар.
   В царящей вокруг неразберихе Ненахова радовало одно: до него не дошло ни одного слуха, где говорилось бы о перенесенных в новый мир других городках из области. Не повезло одному лишь Сосновску, а значит родители, сестра и брат остались на Земле. От этой мысли становилось спокойнее на душе, не так терзали страх и одиночество…
   Звяканье покатившейся банки мгновенно разбудило Захара, вырвав из липких щупалец очередного кошмара. Еще не понимая, что к чему, он скатился с кровати и уже с пола взял дверь под прицел. Спросонья он еще не слишком хорошо соображал, но на появление в проеме темной фигуры прореагировал правильно.
   – Стой! Кто идет! – Палец на спусковом крючке, голос твердый и уверенный.
   – Ну-ну, тихо. Я не желаю зла, – попросил гость, нарушивший сон Захара. – Прошу прощения, если помешал.
   На слова пришельца Ненахов попросту не обратил внимания. Мало ли что там он говорит. Раз чужак, то следует ждать любого подвоха. Держа гостя под прицелом, Захар медленно встал. Незнакомец выглядел необычно – как-то чересчур опрятно и аккуратно. Непривычно для города, где нет прачечных, регулярного водоснабжения и электричества. Чистый десантный камуфляж, высокие ботинки со шнуровкой, лицо скрыто маской с прорезями для глаз и рта. На поясе кобура с пистолетом, а рядом нож.
   Нацеленный на него автомат гость попросту игнорировал. Вертел головой, с интересом оглядывая комнату.
   – Ты прав, помешал, – наконец, пробормотал Захар, облизав губы. – С тобой есть еще кто?
   Вместо ответа гость внезапно повернулся к треснувшему зеркалу и с удовольствием заметил:
   – Славно получилось. Давно хотел попробовать…
   – Что?! – переспросил Ненахов удивленно.
   Незнакомец повернулся к нему, тонко улыбаясь.
   – Не стоит так волноваться. Последнее время мне по душе разные эксперименты. – Подчеркнуто медленно он развел руки и кивнул в сторону зеркала. – Посмотри, не правда ли, забавная картина?
   Пришелец вел себя неправильно, подозрительно и оттого опасно. Захар ждал любого подвоха, но все же мазнул взглядом по старому зеркалу… И не смог оторваться! На покрытой пылью треснувшей поверхности расходились концентрические круги бледно-серого тумана. Они притягивали к себе, завораживали, так и норовили засосать в неизведанные глубины. К ужасу Захара, он не мог пошевелиться, мышцы словно обратились в кисель, сознание начала затягивать липкая паутина безразличия. Он пытался бороться, прилагал все силы, чтобы отвернуться или хотя бы закрыть глаза. Весь взмок, но тщетно. Ловушка не желала отпускать попавший в ее сети разум.
   – Неплохо, молодой человек, очень неплохо. Столь упорно сопротивляться притяжению Изнанки удается немногим, – точно издалека донесся голос незнакомца. Захар почувствовал, как из его рук мягко вынимают «калаш». – Верю, при должной тренировке из тебя выйдет толк.
   Удар по щеке стал для оцепеневшего Захара полной неожиданностью. Боль острой бритвой полоснула по вискам, перед глазами замелькали звездочки. Он застонал и упал на колени.
   – Ты не стесняйся, не стесняйся. Некоторых после подобного мутить начинает, так что давай… Не сдерживайся, – без особой издевки посоветовал проклятый мучитель, возвращаясь обратно к выходу из комнаты. Упавшего на четвереньки Ненахова он осторожно обошел, случайно задев ногой.
   – Не дождешься, сука! – яростно прорычал Захар, поднимая глаза на врага. Все нутро болело, желудок так и норовил исторгнуть съеденное. Ничего, прорвемся! Покачиваясь, Захар встал и нашарил на поясе нож.
   – Извини, но драться с тобой мне резону нет, – с прежней невозмутимостью сообщил незнакомец, и вышел в дверь, бросив на ходу: – В этом деле меня Вадим заменит.
   – Стой, сволочь!!! – выдохнул Захар, шагнув следом. Уйдет ведь, гад! Выносливый организм стремительно приходил в норму, и последствия странного видения почти не ощущались.
   – Его зовут Хмурый. – Ввалившийся в комнату здоровенный мужик в таком же, как и у забравшего автомат мерзавца, камуфляже, перегородил Захару дорогу. – А еще Кардиналом. И нам не нравится, когда какой-то щенок пытается его оскорблять.
   Сплюнув, Ненахов тут же объяснил здоровяку, кем именно он считает этого Хмурого-Кардинала, и в каких отношениях тот находится с животным миром Земли и местными тварями.
   – Хватит! – Названный Вадимом мужик говорил негромко, но звучало это настолько веско и убедительно, что Ненахов немедленно заткнулся. – Командир назвал тебя Меченым… Из Перевертышей. Давай, брось нож и покажи, на что способен!
   – Да пошел ты… – огрызнулся Захар и встал в стойку.
   Вадим лишь тяжело вздохнул, хрустнул шеей, повел плечами и… преобразился. Черты лица заострились, нижняя челюсть выдалась вперед, и из-за нижней губы теперь торчала пара великолепных клыков. Сам он стал ниже ростом, руки казались необычайно длинными. На пальцах появились черные когти.
   Сердце предательски ухнуло в пятки, и Ненахов стрельнул глазами в сторону заклеенного газетами окна. Оборотень предупреждающе зарычал и сделал осторожный шаг вперед.
   Вот ведь влип, тоскливо подумал Захар. Внизу живота возникла сосущая пустота, дико хотелось оказаться отсюда как можно дальше. Он же видел такое не раз, когда слонялся в районе Складов. Такие же монстры вынудили его покинуть столь богатое на полезные находки место.
   Играя клинком, перебрасывая его из руки в руку, Захар тянул время, выискивая пути для побега. В драку надо лезть лишь на своих условиях. Но оборотень не собирался давать ему передышку. Еще раз заворчав, он сделал шаг вперед и попытался достать Ненахова лапищей. Захар ловко повернулся и, пропустив руку перед собой, полоснул противника клинком по запястью. Мимо! Он не успел удивиться проворности оборотня, как чудовищная сила выдрала нож из пальцев.