– Привет, беби, – сказал Бен.
   Он старался держаться невозмутимо, но в томном взгляде его обольстительных глаз София прочла непритворную обиду.
   – Познакомься, это мои лучшие друзья, Тэз Джексон и Китти Бишоп.
   Все познакомились друг с другом. Тэз Софии сразу понравился. Он держался дружелюбно, а его энтузиазм по поводу сценария, который он писал, оказался заразительным. Тэз описывал будущий фильм как научно-фантастический, нечто среднее между «Звездными войнами» и «Шафтом». В отличие от него Китти показалась Софии колючей и враждебной. Она знала женщин такого типа. Платоническая подружка в мужской компании – злейший враг потенциальной любовницы.
   Как только разговор стал стихать, София увела Бена в сторонку, чтобы поговорить наедине. Просто поразительно, хотя его только что вышвырнули со сцены на середине второй песни, это ничуточки не повлияло на его сексапильность, Бен все так же излучал энергию и уверенность. Его привлекательность затягивала, как наркотик.
   – Прошу прощения за моих родственников. Что я могу сказать? Они просто чокнутые.
   – Не волнуйся, – успокоил ее Бен, – неудачные выступления закаляют характер. Когда-нибудь я буду вспоминать этот случай со смехом.
   Немного подумав, София решила, что дожидаться более подходящего момента не имеет смысла. То, что она собиралась сказать, всегда будет некстати.
   – Мой отец хочет убить тебя.
   Бен пожал плечами:
   – Не беда, я привык, что чьи-то родители жаждут моей крови. Сейчас даже мои собственные разделяют это желание.
   – Ты не понял, он действительно хочет тебя убить.
   Бен помолчал.
   – Эх, лучше бы я начал концерт песней «Счастье быть женщиной!»

Глава 4

   Между Беном и Софией, раздвинув их локтями, втиснулась Китти.
   – Постой, я вспомнила, где слышала твое имя! – Она повернулась к Бену: – Ее фамилия Кардинелла, ее отец – гангстер!
   Бен посмотрел на Китти, потом на Софию.
   – Это правда?
   Девушка побледнела.
   – Она говорит так, будто он – Аль Капоне. Забудь все, что ты видел в телесериалах про мафию. Мой отец не более опасен, чем телепузики.
   Глаза Бена расширились.
   – Значит, он все-таки гангстер!
   София с раздражением посмотрела на Китти. Это уже слишком! Сегодняшний вечер и так пошел наперекосяк, не хватало еще этой особы.
   – Мой отец – порядочный бизнесмен. Можешь считать его облегченным вариантом мафиози. Мафия-лайт. Бывают же облегченные сигареты.
   – Но ты только что сказала, что он собирается меня убить.
   – Да, но он поручил это дело Толстому Ларри и Малышу Бо. Поверь мне, эти двое не смогут убрать даже самоубийцу, который собрался прыгать с крыши небоскреба. Беспокоиться не о чем.
   К ним подошел Костас. Лицо его виновато вытянулось.
   – Прошу прощения, что концерт не получился. – Он положил руку на плечо Бена. – Ребята, лучше вам уйти отсюда. Я лично ничего против вас не имею, но один мой постоянный клиент, из самых солидных, поднял шум.
   Костас неохотно встретился взглядом с Софией. Она решила воспользоваться случаем.
   – Костас, ты сам знаешь, что у Бена есть талант. Когда я его слушала, у меня мурашки по коже пробегали.
   – Будь я в таком наряде, я бы тоже покрылась гусиной ксжей, – съязвила Китти.
   София метнула на нее враждебный взгляд.
   Костас пожал плечами, словно говоря «что я могу поделать?», потом вздохнул и нехотя сказал:
   – Да, голос у него есть, это точно. Пожалуй, я позвоню кое-кому, узнаю, может, удастся организовать выступление в другом ресторане.
   Бен кивнул:
   – Спасибо, вы бы меня очень выручили.
   Костас показал рукой в сторону выхода.
   – А теперь, ребята, войдите в мое положение и не тяните резину, уходите.
   Беи взял Софию за руку:
   – Ну что, принцесса мафии, какие у тебя планы на вечер?
   Неожиданно для себя девушка обнаружила, что от его прикосновения у нее по телу будто прошел ток.
   – Вообще-то я собиралась посидеть где-нибудь с классным парнем.
   – Вот как? – Бен улыбнулся – дерзко, но не чересчур. – Приглашаю тебя в «Быстрый Морган», это третье из моих любимых мест на этом свете.
   – А какое первое?
   – Любая сцена с прожектором и микрофоном.
   – А второе?
   – Моя кровать.
   Бен в упор посмотрел на Софию. У нее на щеках выступил жаркий румянец.
   – Пошли.
   Бен обнял ее за, талию и подтолкнул к выходу, чтобы как можно быстрее покинуть это место. София быстро оглянулась и бросила на отца торжествующий взгляд.
   Выходя, Бен придержал дверь и пропустил ее вперед – настоящий джентльмен. Софии это очень понравилось. Тэз и Китти ушли от них на несколько шагов вперед. Девушка прошептала на ухо Бену:
   – Кажется, Китти я не понравилась.
   – Китти никто не нравится, – небрежно ответил Бен. – Она слишком сурова, у нее было трудное детство. Мать ненормальная, отец неудачник, вечно без гроша в кармане, и она жила то у одних жалостливых родственников, то у других.
   – Ужасно!
   Бен пожал плечами:
   – Так уж сложилась жизнь. Но сама Китти молодец, она очень живучая и способна за себя постоять.
   – Как Шер, – вполне серьезно предположила София. Бен засмеялся:
   – Да, как Шер. Знаешь анекдот: после всемирной ядерной катастрофы уцелеют только тараканы и Шер? Ну так к этому списку можно добавить Китти Бишоп.
   София тихонько засмеялась и оперлась на его руку.
   – Эй, Тэз! – крикнул Бен. – Поймай нам такси.
   – Ты что, приятель, думаешь, это кино? «Миссия невыполнима»? В Нью-Йорке чернокожий не может поймать такси.
   Эту грустную истину Тэз преподнес так добродушно, с такой самоиронией, что все засмеялись вместе с ним. Китти пронзительно засвистела и вышла на дорогу вихляющей походкой, покачивая бедрами. Тут же, взвизгнув тормозами, перед ней остановилось невесть откуда взявшееся такси.
   – Вот это да! – воскликнул Бен. София пришла в восторг:
   – Ну, ребята, с вами не соскучишься.
   – Это еще что! – Бен подмигнул друзьям. – Мы пока только разогреваемся.
 
   * * *
 
   Завсегдатаи «Быстрого Моргана» с покрасневшими, воспаленными глазами встретили Бена, как солдата, вернувшегося домой с большой войны.
   – Алкаши несчастные, – набросилась на них Китти. – Вы что, совсем потеряли счет времени? Он был в этой забегаловке всего несколько часов назад.
   На нее никто не обиделся, все прыснули со смеху. Один из бездельников, отсмеявшись, притворно возмутился:
   – Какое право ты имеешь обзывать нас пьяницами? Ты-то сама что, есть сюда пришла?
   Китти подмигнула бармену:
   – Моя работа – проследить за тем, чтобы Джилли готовил мартини точно так, как его учили. Это очень важно. А еще говорят, что клубные девушки бесполезны для общества!
   Джилли взирал на дерзкую девчонку со смешанным выражением похоти, испуга и обиды.
   Китти повернулась к Софии:
   – Дорогуша, ты одолеешь мартини или тебе лучше начать с бананового дайкири?
   София помрачнела, думая, что эта стервозная особа, будь она Бену хоть сто раз подруга, для одного вечера зашла слишком далеко.
   – Закажи на мою долю два, – ответила она елейным голоском. – Один я выпью, а другой вылью тебе на голову.
   Китти так опешила, что на мгновение потеряла дар речи. Бен, Тэз и остальная компания захохотали. Бен обнял Софию за талию и привлек к себе.
   – Крошка, кажется, ты отлично впишешься в нашу компанию, – прошептал он.
   Взгляд Китти угрожал Софии возмездием, но пока что она сорвала раздражение на бармене. Повернувшись к нему, Китти бросила:
   – Ты не такой красавчик, чтобы торчать здесь просто так, для украшения, лучше сделай нам коктейли.
   – Я оставил тебе несколько сообщений на автоответчике, – сказал Джилли. – Ты их прослушала?
   – Несколько? Не может быть. Между прочим, тот, кто оставляет больше одного сообщения за раз, считается жутким занудой.
   – А я думал, что мы неплохо провели время.
   – Джилли, ты говоришь, как влюбленная школьница.
   – Я просто подумал!..
   – Вот уж не знала, что двадцатишестилетний бармен с такими сексуальными запросами так много думает. Там, откуда я родом, парни вроде тебя только подают выпивку и гоняются за каждой юбкой. Мне не повезло, я наткнулась на единственного чувствительного мужчину в Нью-Йорке.
   – Черт возьми, Китти, – не выдержал Тэз, – не издевайся ты так над человеком.
   – Молчал бы уж лучше. Сам-то небось давал всем девчонкам, которых водил к себе домой на прошлой неделе, несуществующий помер телефона. Я по крайней мере дала ему настоящий.
   Тэз слабо запротестовал:
   – Это было всего один раз… ну, может, два или три. – Он пожал плечами и виновато улыбнулся. – У меня дислексия.
   – Ну да, конечно, – продолжала наседать Китти. – Очень удобное заболевание, правда?
   София придвинулась к Бену и шепотом спросила:
   – Они всегда такие?
   – Нет, – заверил тот. – Иногда они могут сцепиться.
   Девушка удивленно раскрыла глаза. Бен улыбнулся, растопырил пальцы так, что ухитрился зажать между ними два стакана мартини, и направил ее к уютному диванчику в углу.
   София почти машинально сунула руку в сумочку, нащупывая пачку сигарет, но потом вдруг передумала и подняла взгляд на Бена.
   – Пожалуй, тебе стоит поцеловать меня прямо сейчас. Он наморщил лоб.
   – Что?
   София показала ему пачку сигарет.
   – Мне страшно хочется выкурить одну, а где одна, там и две, а то и три. У меня, конечно, есть мятные пастилки для освежения дыхания, но они тоже не всесильны. А ты знаешь, каково целоваться с девушкой, которая только что курила? Если закрыть глаза, покажется, что целуешь ковбоя с рекламы «Мальборо». Может, на моего приятеля Рикки это бы и подействовало, но на тебя – вряд ли, ты же гетеросексуальный. – Она отпрянула. – Ты ведь не бисексуал, правда?
   Бен, казалось, забавлялся разговором.
   – Нет.
   – Это я так спросило, на всякий случай.
   Он засмеялся.
   – Что тебя развеселило?
   – Не что, а кто. Ты. Я развлекаюсь в постели только с женщинами.
   – Если честно, мне кажется, что бисексуальность – это своего рода жадность. Не говоря уже о нерешительности. Сам подумай. Представь себе, что я – одинокая бисексуальная женщина. Ты меня слушаешь?
   Бен ухмыльнулся:
   – Я пытаюсь вообразить картину.
   София с подозрением прищурилась, но продолжила:
   – Ну так вот, я встречаю на вечеринке Брэда Питта и Шарлиз Терон, и они оба со мной заигрывают. Кого из них мне предпочесть? Например, сегодня, собираясь на это свидание, я потратила уйму времени только на то, чтобы выбрать сумочку. А если бы мне пришлось выбирать между Брэдом и Шарлиз? Да я бы, наверное, свихнулась! – София отпила мартини и выдержала паузу. – А ты когда-нибудь был знаком с бисексуалом?
   – Вряд ли, – ответил Бен. – У меня, правда, есть знакомые ребята, которые сами не разберутся, кто они. А Китти как-то раз поехала домой к одной парочке, в которой и муж, и жена интересовались и мальчиками, и девочками. Это считается?
   София шутливо ужаснулась.
   – Нет, это не в счет. Я имела в виду настоящих бисексуалов.
   – К чему ты клонишь? Хочешь сделать признание?
   София оторопело посмотрела на него:
   – Что? Нет! Не говори глупости. Я один раз видела фильм «Лучшее для меня» с Мэри Хемингуэй в главной роли, и этим мое знакомство с бисексуалами ограничивается.
   София вдруг обнаружила, что за разговором незаметно для себя вынула из пачки сигарету. Зажигалка тоже как-то оказалась у нее в руке. Бен перевел взгляд с сигареты в ее руке на ее искристые глаза.
   – Ты собираешься закурить?
   – Возможно.
   – А как же мой бестабачный поцелуй?
   – Судя по всему, он откладывается, а я не привыкла сидеть без дела, как будто я тут для мебели. – Она щелкнула пальцами. – Я хочу, чтобы что-то происходило.
   Бен придвинулся ближе.
   – Если ты на время перестанешь болтать про бисексуалов, может, что-нибудь и произойдет.
   София закрыла глаза.
   – Ладно, я выдерживаю романтическую паузу.
   И тут она почувствовала нечто невероятное. Положив одну руку ей на талию, а другой коснувшись щеки, Бен на несколько долгих, восхитительно чувственных мгновений завладел ее нижней губой. Тепло его руки жгло Софию через кружево брюк, от прикосновений пальцев по внутренней стороне бедра словно пробежали язычки пламени. Ей хотелось, чтобы эти эротические ощущения продолжались вечно.
   Где-то на заднем плане слышались голоса и смех других посетителей. Тони Беннет пел что-то насчет своего сердца, оставленного, кажется, в Индианаполисе. Но все это не имело значения, потому что ее собственное сердце выбивало в груди барабанную дробь.
   «Вот это да! Этот парень определенно умеет целоваться. Если карьера певца не удастся, Бен может открыть кабинку на Таймс-сквер и неплохо зарабатывать на жизнь поцелуями».
   Не было никакой неловкости: ни тебе неуклюжего ерзанья по дивану, ни неловких наклонов головы и попыток пристроиться рядом. Казалось, природа создала Софию Кардинелла такой, чтобы она идеально подходила Бену Эстезу. Раньше бывало, что мужчины, с которыми она целовалась, давили ей на нос, или распускали слюни на подбородок, или действовали языком, как земляным буром. Но только не Бен. Он все делал великолепно и, что особенно приятно, без малейших усилий.
   Игривые легкие покусывания стали сильнее. София принялась подыгрывать Бену и захватила его верхнюю губу своими. Это было похоже на сложный, замысловатый танец, время от времени горячий язык одного или другого быстро обводил губы партнера, еще более усиливая удовольствие.
   Бен передвинул одну руку со щеки Софии на шею, другая же оставалась на прежнем месте, между бедром и талией, не делая попытки подняться выше. София словно впала в гипнотический транс, расслабившись как никогда. Если бы это зависело только от нее, Бен мог бы целовать ее вечно.
   Тони Беннет допел песню, запела Элла Фитцджеральд, ее сменил Дин Мартин, не обошлось и без нескольких песен в исполнении Синатры, а они все целовались. София вдруг спросила себя, сколько времени они ласкают друг друга?
   Бен, по-видимому, почувствовал, что она отвлеклась. Он поцеловал ее в нос, немного отстранился и негромко рассмеялся, открывая великолепные зубы.
   «Боже, неужели он красивее меня? Вполне возможно. Но он, кажется, этого не замечает, что и к лучшему». София решила спрятать свое открытие в папку с надписью: «Вещи, о которых Бен никогда не должен узнать».
   Он огляделся, снова придвинулся ближе и игриво куснул ее за мочку уха.
   – Мы можем не останавливаться, – обольстительно прошептал он. – На нас никто не смотрит. Все остальные пьют и развлекаются кто во что горазд.
   София мельком взглянула по сторонам, чтобы лично оценить ситуацию, но в это время Бен начал водить языком по ее ушной раковине. Ощущения оказались настолько восхитительны, что она невольно ахнула. Бен не ошибся, на них действительно никто не обращал внимания. Тэз в другом углу болтал с высокой рыжеволосой девицей с необъятным бюстом. Китти влилась в компанию старожилов, которые, судя по всему, играли в покер на раздевание. Бедолаги уже остались без рубашек, а Китти держалась очень уверенно и была полностью одета, ей пока не пришлось расстаться даже с шарфиком от Эскады, обернутым вокруг шеи.
   Кстати, о шеях. Бен переключил свое внимание на шею Софии, чем сводил ее с ума. Подумать только! Она всегда возражала против публичной демонстрации нежности. Но появился подходящий партнер, и ее взгляды резко изменились. София подумала, что, пожалуй, после сегодняшнего вечера она может принять участие в митинге в защиту прав эксгибиционистов.
   Бен ненадолго прервался, чтобы пригубить мартини.
   – Пожалуй, я обошелся бы и без спиртного, ты меня опьянила. – Он усмехнулся. – Но жалко, если напиток пропадет.
   София воззрилась на него с выражением, близким к благоговению:
   – Скажи, у тебя вся жизнь – одна большая вечеринка?
   – В основном да. Конечно, не считая тех периодов, когда я совсем на мели и не могу заплатить за квартиру. Эта часть – довольно гнусная.
   Софии вспомнилось отвратительное представление, которое устроил ее отец, и она почувствовала себя виноватой.
   – Извини, что так нехорошо получилось в «Вилле».
   Бен огляделся, притворяясь испуганным.
   – Может, мне надо на время нанять какого-нибудь громилу в качестве телохранителя?
   – Я сама сумею тебя защитить, – пошутила девушка, принимая воинственную позу, но потом посерьезнела. – Между прочим, Костас зря слов на ветер не бросает. Если он сказал, что найдет тебе другую площадку для выступления, значит, найдет.
   Бен в этом сомневался.
   – Посмотрим. – Он допил мартини, перевернул стакан и с задумчивым видом съел оливку. – Кажется, ты не зациклена на успехе, карьере, деньгах и всяких таких вещах.
   София стала водить пальцем по краю стакана.
   – Зацикливаться не на чем, я всего лишь продавщица в косметическом отделе.
   – Хороша парочка, – усмехнулся Бен. – Нищий странствующий певец и продавщица помады.
   У Софии отвисла челюсть.
   – Я не это имела в виду.
   – Я шучу.
   – По-моему, ты молодец. Для того чтобы выйти на сцену, нужно иметь смелость. Куда легче каждый день надевать костюм и идти на работу в офис, как делает большинство. – София покачала головой: – Ты невероятно храбрый. Вспомни ту противную тетку в «Берренджерз» – вместо того чтобы слушать тебя, она хотела смотреть, как собачка гоняется за своим хвостом. А отец так рассвирепел из-за того, что ты посмел петь песни Синатры, что заставил Костаса заткнуть тебе рот.
   – Да, неделька не из лучших, – невозмутимо подытожил Бен.
   – Я имела в виду, что ты сам подставляешь себя под всевозможные удары. Многие бы на это не решились. Люди обычно стараются держать свои маленькие мечты при себе, а ты хотя бы попытался ее осуществить.
   Бен посмотрел на нее долгим, явно одобрительным взглядом:
   – Когда мы снова увидимся?
   София решила поиграть в скромницу:
   – Но ты же видишь меня сейчас.
   – Да, но я уже с нетерпением жду следующего раза.
   Она ощутила смутное беспокойство, все шло не по правилам, казалось нереальным. Первое свидание – приятное, ни к чему не обязывающее. Пожалуй, даже слишком приятное, чтобы быть правдой. Поцелуи выше всех похвал. Опять же, слишком хороши для настоящих. Ранний разговор о втором свидании. А как же ожидание его звонка? Как же волнения – позвонит, не позвонит? А тут еще внешние силы: отец его ненавидит, а ее ненавидят его лучшие друзья. Последнее подозрительно смахивает на сюжет из «Бухты Доусона».
   София поняла, что ей необходимо закурить. Жизненно необходимо. Она зажгла сигарету и затянулась, не дав Бену времени ее отговорить, а потом сказала:
   – Извини, я знаю, что это гадость, но я ограничиваю себя шестью сигаретами в день. Если сравнить с тем, что некоторые выкуривают в день по две пачки, это просто ерунда.
   Без сомнения, в ее рассуждениях существовал какой-то изъян, но это ее не очень смущало.
   Бен посмотрел на пачку. Софии был знаком этот жадный взгляд. Она сама бросала такой на витрину обувного бутика всякий раз, когда проходила мимо.
   – Можно стрельнуть у тебя одну?
   – Ты тоже куришь?
   – Вообще-то год назад бросил.
   – Если ты начнешь сейчас снова, меня совесть замучит.
   – Тогда присоединяйся ко мне, – рассудил Бен. София глубоко затянулась.
   – Я не настолько пьяна. Но все равно спасибо.
   Бен потянулся за пачкой и, постучав по донышку, вытащил одну сигарету. София наблюдала за тем, как он зажигает ее и подносит к своим бесподобным губам.
   – Погоди!
   – Это еще почему?
   – Ты правда целый год не курил?
   Бен только улыбнулся.
   – Ты не можешь начать снова.
   – Почему бы и нет? Обещаю, что если забеременею, обязательно брошу.
   София засмеялась и быстро, пока слабая часть не взяла верх над сильной, затушила сигарету.
   – Ладно, ты победил.
   – Ты не против, если я докурю эту сигарету, только одну? Я так давно не курил!
   София всмотрелась в его невероятные глаза и увидела в них смешинки.
   – Чтобы обвинять меня в том, что я сбила тебя с пути истинного?
   Бен затушил сигарету.
   – Выпей со мной еще. Что-нибудь настоящее.
   София покосилась на свой стакан, он был почти пуст. По-видимому, спиртное уже подействовало, потому что у нее слегка жужжало в ушах.
   – Мне за тобой не угнаться.
   – Крошка, ты себя недооцениваешь, ты можешь угнаться за кем угодно.
   Бен поднял руку, привлекая внимание Джилли, и одним хорошо отработанным хладнокровным движением поднял сначала два пальца, потом один большой. София увидела, что Джилли занялся заказом Бена с серьезностью ученого-ядерщика, работающего над проектом новой бомбы.
   – Кажется, он славный парень, – заметила она. – Китти стоило бы дать ему шанс.
   – Это исключено. Китти – барракуда, а он – аквариумная рыбка.
   – Не думаю. По-моему, ей просто нужен человек, который бы ее любил и хорошо с ней обращался.
   Бен посмотрел на Софию чуть насмешливо.
   – Таких, как Джилли, Китти ест на ужин целыми пачками. Возможно, лет через десять он и сумел бы с ней справиться, но сначала ему нужно набраться опыта. Иначе она разобьет ему сердце. Посмотри туда.
   Девушка проследила направление его взгляда. Покер на раздевание закончился. Все партнеры Китти разделись до трусов, а она сама сняла лишь туфельку. София весело рассмеялась.
   Бен улыбнулся, откинулся на спинку стула и погладил нижнюю губу ногтем большого пальца. Потом сунул руку в карман, извлек оттуда сигарету и маленькую золотую зажигалку «Данхилл».
   Девушка возмущенно ахнула:
   – Ты же говорил, что бросил курить год назад!
   – Это правда, – спокойно согласился Бен. Он чиркнул зажигалкой. – И на прошлой неделе тоже. Если разобраться, я бросаю курить каждый вечер. – Он пожал плечами, сделал затяжку и усмехнулся. – Просто из этого ничего не выходит.
   София достала свою.
   – Это невероятно! – возмутилась она. – Из-за тебя я испортила хорошую сигарету.
   – У меня есть твердые правила: не курить до темноты и никогда не затягиваться больше четырех раз.
   – Тоже мне, хирург нашелся.
   Бен хмыкнул:
   – Смешная ты. И очень красивая. Убойное сочетание, должен сказать. Я могу в тебя влюбиться.
   Эти слова ошеломили Софию, у нее возникло странное ощущение, будто из ее легких разом вышел весь воздух. К счастью, в это время подоспел Джилли с напитками.
   – Сделал, как ты любишь, – сказал бармен, ставя на стол два стакана. – Виски «Джек Дэниелс» на два пальца, четыре кубика льда и остальное вода.
   – Спасибо, дружище.
   София потянулась за стаканом. После последнего заявления Бена ей срочно требовалось выпить, но он накрыл ее стакан рукой.
   – Подожди, пусть постоит. Настоящий аромат разовьется, когда растает лед.
   Джилли, стоя перед ними, смотрел на Бена как на героя.
   – Кто эта девушка? – спросил он наконец. Бен по-хозяйски положил руку на плечи Софии и помассировал ей шею.
   – София Кардинелла. – Он посмотрел на нее. – Я правильно произношу?
   Она энергично закивала, тоже чувствуя себя восторженной поклонницей. По уровню обаяния этот человек может претендовать на место в высшей лиге.
   Джилли наклонился к Бену и вполголоса заметил:
   – Эта девушка – просто находка.
   – Любая девчонка, способная украсить групповой снимок, – находка. Но если находка – монетка на дороге, то эта девушка – федеральный резерв, – ответил Бен.
   София молчала и лишь туповато слушала этот обмен репликами. Не имея под рукой словаря, она могла только догадываться, что сравнение с инструментом, регулирующим национальный денежный запас, следует считать лестным. Во всяком случае, федеральный резерв – это лучше, чем паршивый банк.
   «А кто же тогда Бен?» – думала она, пытаясь в уме поменяться с ним ролями. Внезапно ее осенило: Бен – это Уолл-стрит. И учитывая, что всего лишь несколько дней назад ее собирались выдать за Винсента Скалью, прогресс налицо.

Глава 5

   Бена разбудил пронзительный телефонный звонок – он взял напрокат старомодный аппарат, уродливый и громкий. Но жаловаться не приходилось, телефон оказался надежный, не то что современные беспроводные штучки, у которых вечно в самый неподходящий момент садятся батарейки. Протягивая руку через кровать к тумбочке, Бен гадал, кто бы это мог быть. Никто из его знакомых не пользуется телефоном раньше полудня, за исключением сборщика счетов. Подумав о неоплаченных счетах, он решил не брать трубку. Но звон продолжался, и Бен не вытерпел.
   – Слушаю, – пробурчал он голосом, хриплым после вчерашней веселой ночки.
   – Не говори, что я не держу слова. Это Костас из «Виллы». Я договорился насчет твоего выступления.
   Бен потер глаза и попытался сфокусировать взгляд на часах. Девять утра. Неужели люди вообще перестали спать? Он вздохнул.
   – Попробую угадать. Это «Карнеги-холл»?
   – Эй, умник, имей совесть, где твоя благодарность?
   – Дело прежде всего. Так где концерт?
   – В клубе под названием «Чокборд». Когда придешь, спроси Мэнни.
   Бен сразу проснулся.
   – Это же жуткая дыра. Туда я и сам могу кого хочешь устроить, хоть тебя.
   – Я не пою, – обиженно возразил Костас.
   – Вот именно. – Бон перекатился на спину и потянулся. – Там каждый вечер выступает какой-нибудь любитель. Уверен, они и платят мало, если вообще платят.
   – Мэнни сказал, что он поторгуется.
   – Представляю. Вероятно, меня ждет бесплатное пиво. В этой дыре я за свое выступление не смогу даже нормально выпить. Так дело не пойдет.