Брыли хорошо развиты, но тонки какъ бумага. Въ лучшихъ экземплярахъ брыли — красивой формы, съ пріятной складкой въ углу рта. Сл?дуетъ изб?гать головы съ большими рыхлыми и грубыми брылями.
   Образцовыя брыли — у суки на рисунк? таб. VI, какъ и вообще вся форма щипца этой суки, ч?мъ заглаживается непріятный видъ ея ушей, обр?занныхъ какъ у фоксгаунда.
   Глаза пойнтера должны быть большіе, круглые и съ пріятнымъ выраженіемъ. Цв?тъ ихъ бываетъ различный, — отъ св?тло-ор?ховаго до темно-коричневаго, смотря по отт?нку масти. Правильнымъ сл?дуетъ считать глазъ, гармонирующій съ общимъ окрасомъ собаки, мягкій и блестящій. Черный, желтый, зеленый и б?лый глазъ нежелательны.
   Уши должны быть высоко посажены, плотно, безъ складокъ, прилегать къ голов?; на стойк? и вообще въ возбужденномъ состояніи собака ихъ н?сколько приподнимаетъ; они должны быть достаточно длинны, къ концу заострены, очень мягки и тонки; кровеносные сосуды ясно обозначены. Я затрудняюсь указать рисунокъ пойнтера съ правильными ушами, что происходитъ не потому, что такихъ собакъ мало вообще, а скор?е потому, что весьма трудно нарисовать правильное ухо. Укажу рисунокъ Тиціана (рис. № III), суку Удрэ (рис. № VII), гд? ухо посажено идеально, но слишкомъ длинно, рисунокъ г-жи М. Эрлъ л?вая голова (рис. № XVI).
    Колодка.
   «Громоздкость отвратительна, но жидкая собака еще хуже» (Modern Shooter, соч. капитана Lacy, 1842, стр. 171).
   Шея пойнтера длинная, круглая и мускулистая, красиво отд?ляется отъ плеча и такъ соединяется съ головой, что линія отъ носа до плеча представляетъ изъ себя дугу, между т?мъ какъ въ другихъ породахъ голова соединяется съ шеей подъ прямымъ угломъ. Шея не должна им?ть подв?са. Плечо, длинное и косое, постепенно переходитъ въ спину, лопатки почти сходятся у загривка; плечо должно быть подвижное.
   Грудная кость выдается, но не должна излишне выступать; отъ ширины груди зависитъ выносливость, но ширина эта не должна м?шать быстрот?.
   Глубина подпруги большая, ребра спускаются до локотковъ и н?сколько выгнуты. Линія спины отъ загривка къ крестцу выгнутая. Ребра кр?пки и упруги, постепенно укорачиваются къ паху, гд? переходятъ въ ложныя ребра; оканчиваются ребра приблизительно въ середин? между загривкомъ и началомъ прута. Поясница очень сильная, непрем?нно выпуклая и достаточно широкая; это лучшій залогъ выносливости и быстроты. Позвоночникъ, какъ ось всего т?ла, долженъ быть кр?пко связанъ. Мослаки, соединяющіе бедра съ остальнымъ корпусомъ, правильной формы и пом?щаются почти вровень съ позвоночникомъ, н?сколько въ сторон? отъ него, и ясно видимы; отъ ихъ расположенія и формы зависитъ, главнымъ образомъ, и сила и подвижность зада. Крестецъ долженъ быть длинный и прямой, сглаживающій выпуклость поясницы.
    Ноги и лапы.
   Локотки пойнтера должны быть сильны, мускулисты н строго-параллельны, въ движеніяхъ не ст?снены. При достаточной длин? плеча локотки правильно спущены и задняя ихъ сторона будетъ находиться на одной перпендикулярной линіи съ загривкомъ. Отъ локотка до бабки нога должна быть совершенно прямой, кость ноги толстая, но не чрезм?рно, плотная и овальной формы, совершенно непохожая на ногу фоксгаунда. Сухожиліе передней ноги должно быть сильное, пружинистое и ясно видимое, кол?нка не должна выдаваться впередъ и лишь съ внутренней стороны ноги она н?сколько выпукла; излишняя выпуклость указываетъ на слабость ноги и на плохую выкормку. Бабка ум?ренной длины, кость зам?тно тоньше, поставлена наклонно. Такая бабка придаетъ ног? упругость и эластичность, предохраняя корпусъ отъ излишнихъ толчковъ при внезапныхъ остановкахъ собаки съ полнаго хода. Короткая, толстая и грубая бабка — большой недостатокъ и обусловливаетъ недостаточную ловкость собаки.
   Лапа овальная, пальцы дпинные, тонкіе и выпуклые; подошва слабо развита.
   «Круглая кошачья форма лапы вполн? соотв?тствуетъ всему складу кошачьей породы; но если разобрать сложеніе собаки и огромную разницу въ движеніяхъ этихъ двухъ видовъ животныхъ, то съ очевидностью бросается въ глаза совершенная непригодность такой лапы для собакъ. Кошка создана природой, какъ и всякое животное, для своего собственнаго образа жизни. Круглая лапа съ хорошо развитыми пальцами даетъ ей возможность осторожно скрадывать добычу; въ ея лап? заключено ея орудіе — когти, которые она можетъ выпускать или втягивать по м?р? надобности; ими она хватаетъ и держитъ добычу. Подобравшись къ своей жертв?, она бросается на нее; стремительность этого броска зависитъ отъ формы и удивительной силы ея заднихъ ногъ. Движеніямъ этимъ способствуетъ необыкновенная гибкость всего ея т?ла, въ особенности гибкость ея спинного хребта, способность сокращаться или вытягиваться. Всего этого мы не видимъ у собаки; напротивъ, эти два вида животныхъ настолько различны въ образ? жизни, въ движеніяхъ и въ склад?, что то, что составляетъ качество одного, становится нел?постью, уродствомъ другого. Чтобы составить себ? понятіе объ идеальной лап? для пойнтера, мы должны им?ть въ виду длинную, упругую, узкую и характерную по форм? лапу русака. «Русачья лапа» не им?етъ подошвы, собака не можетъ ея совс?мъ не им?ть, однако, въ пород? сл?дуетъ вс?ми силами стараться уменьшать ея величину и припухлость, столь зам?тную у испанскаго пойнтера; сл?дуетъ стараться удлиннить и укр?пить пальцы. Пойнтеръ съ лапой, возможно близко подходящей къ лап? русака, съ прямыми и сильными ногами, сильно спущенными ребрами, способенъ выносить громадную работу; люди, мало обратившіе вниманіе на это обстоятельство, съ трудомъ пов?рятъ, какое оно им?етъ значеніе», (The Sportsman № 4, книга III, стр. 184).
   «Въ пород? пойнтера сл?дуетъ добиваться «русачьей лапы», насколько это только допустимо природой. Подошва должна быть возможно малой, пальцы длинные, узкіе и упругіе. Короткіе, толстые пальцы (кошачья лапа) можно сравнить съ короткой и прямой бабкой лошади; ни то ни другое не совм?стимо съ понятіемъ о быстрот?». (The Shooters Preceptor, соч. Т. В. Johnson, 1842 г., стр. 149).
   «Пальцы должны быть сжаты, длинны, упруги, выпуклы; подошва должна быть маленькая, твердая, но не мясистая. Вообще лапа не должна быть да и не можетъ быть круглой, какъ у кошки, но бол?е продолговатой» (The Modern Shooter, соч. капитана Лэси, 1846 г., стр. 170).
Таблица X.
Черные пойнтера.
   «Я протестую у пойнтера противъ лапы фоксгаунда, которая, кажется, стала нравиться судьямъ многихъ посл?днихъ выставокъ. Если принять во вниманіе быстрые повороты съ полнаго хода, внезапныя стойки и остановки, то здравый смыслъ указываетъ намъ на лапу, способную растопыриться, почему природа и снабдила и пойнтера и борзую сильной и упругой лапой, пригодной для такой работы. Мы вс? знаемъ, что работа фоксгаунда сильно разнится отъ работы пойнтера; круглая, плотная и мускулистая лапа перваго удивительно хорошо подходитъ къ его пріему работы, но откуда же явится необходимая гибкость при быстрыхъ и внезапныхъ поворотахъ съ хода? Я посмотр?лъ бы, какъ «Дрэкъ», г. Гартъ, одинъ изъ самыхъ быстрыхъ пойнтеровъ, вид?нныхъ нами на состязаніяхъ, могъ бы сд?лать внезапную стойку, идя съ быстротой 60 миль въ часъ? Да онъ только бы и д?лалъ, что леталъ черезъ голову, и не въ состояніи бы былъ показать намъ своихъ блестящихъ стоекъ (Письмо W. Brailsford редактору Stock-keeper 1-го марта 1895 г.).
   Даже Идстонъ, изъ вс?хъ писателей самый бурный поклонникъ типа фоксгаунда, долженъ былъ склониться въ сторону предпочтенія «русачьей лапы» (The Dog, 1882 г., стр. 118).
   Очевидно, что «русачья лапа» должна служить образцомъ для лапы пойнтера; связанная съ сильно согнутой задней ногой и большой поступательной силой, она благопріятствуетъ ловкимъ поворотамъ при быстрот? и выносливости. «Кошачья лапа» бол?е отв?чаетъ прямолинейной скачк? и обыкновенно связана съ прямымъ постановомъ зада.
   Голень, отъ кол?нки задней ноги до начала пазанка, должна быть хорошо выгнута, такъ какъ длиной линіи, изм?ряемой отъ мослака до пазанка, обусловливается выносливость собаки, что въ соединеніи съ выгнутой линіей, образованной постановомъ крестца, даетъ наивысшую быстроту при наименьшей затрат? силъ.
   Стр. 113–114 (пропущенные)
   Для этого же нужны: костистый, плоскій и выступающій скакательный суставъ и короткiй пазанокъ. Черныя мяса сильно развиты, мускулисты и широки; сухожилія, являющіяся ихъ продолженіемъ отъ кол?нки до скакательнаго сустава, тоже должны быть сильны и широки.
    Прутъ, псовнна и окрасъ.
   Прутъ пойнтера ум?ренно короткій; кость съ основанія толстая, утончается къ концу, и сходитъ «на н?тъ». Прутъ покрытъ густой, н?жной и блестящей псовиной; несетъ его собака прямо, на одной высот? со спиной. Крючковатый прутъ непозволителенъ. На поиск? прутъ въ постоянномъ движеніи, на стойк? собака держитъ его вытянутымъ прямо или слегка изогнутымъ книзу.
   Н?тъ ничего важн?е прута хорошей, правильной формы, правильной длины, хорошо покрытаго псовиной и правильно поставленнаго. Прутъ — бол?е уб?дительное доказательство кровности, ч?мъ ц?лыя стопы родословныхъ. О лошади говорятъ, что ея родословная — въ ея спин?, въ данномъ случа? можемъ сказать, что родословная пойнтера — въ его прут?.
   Голова пойнтера указызаетъ намъ на характеръ собаки, доказательство же его кровности ищите съ противоположнаго конца.
   Псовина должна быть плотная, жесткая и гладкая какъ стекло, глянцевитая. Длина волоса одинаковая и на п?жинахъ и на б?лыхъ м?стахъ; если провести рукой противъ шерсти, то она немедленно должна принять прежнее положеніе. Ни въ коемъ случа? она не дожна скрывать развитіе мускуловъ и сухожилій, столь зам?тныхъ въ кровномъ пойнтер?. Иногда приходится слышать, что пойнтеръ черезчуръ кровенъ, или что его псовина непригодна для всякой погоды и т. п. Съ такимъ же смысломъ можно искать недостатка въ кровной лошади. Пахарь не можетъ выполнить работы ученаго, обладай онъ и бол?е совершеннымъ сложеніемъ. О чемъ не стоитъ заботиться, того не стоитъ и им?ть; вообще пойнтеръ составляетъ принадлежность богатаго челов?ка, это — предметъ роскоши, какъ и сама охота.
   По отношенію къ масти допускается большое разнообразіе; б?лый, черный, кофейный, палевый, бланжевый, оранжевый, красный, словомъ, почти вс? окрасы, съ б?лымъ или безъ него, допустимы. John Mayer (1815) признаетъ даже с?рый.
   «Сплошные окрасы сл?дующіе: черный, б?лый, лимонный, желтый, св?тло-палевый, тёмно-с?рый, коричневый и т. д.» (Sportsman's Directory, стр. 112).
   Что касается меня, то я позволяю себ? сомн?ваться въ правильности с?раго окраса, но еще сомнительн?е черно-п?гія и кофейно-п?гія собаки въ подпалинахъ; объ этихъ окрасахъ ничего не говорится въ старыхъ сочиненіяхъ; я никогда не видалъ типичнаго пойнтера такого окраса и никогда не получалъ трехцв?тнаго щенка, несмотря на то, что часто вязалъ желтыхъ съ кофейными и черно-п?гими, желто-п?гихъ съ черными. Я отлично помню, что ребенкомъ вид?лъ великол?пныхъ, с?ро-п?гихъ пойнтеровъ, кровей собакъ лорда Сефтона, но теперь какъ ихъ, такъ и чисто б?лыхъ не видно.
   Вощокъ желто-п?гихъ пойнтеровъ можетъ быть и чернымъ и кофейнымъ — и то и другое правильно. Въ настоящее время черный вощокъ не уважается, но почему? На самыхъ первыхъ картинахъ собаки изображены съ чернымъ носомъ, наприм?ръ, картина Тицiана, XV стол?тія (рис. № III), картина Velasquez, XVII стол?тія, картина Stubbs, XVIII с?ол?тія. На картин? художника Seymour XVIII стол?тія, мн? принадлежащей, но не вошедшей въ это сочиненіе, желто-п?гій кобель им?етъ тоже темнаго окраса носъ. Съ другой стороны, впервые я встр?тилъ желто-п?гую собаку съ кофейнымъ носомъ на картин? Удре (рис. VII) ХVIIІ стол?тія; у англійскихъ художниковъ онъ не встр?чается до 1840 года.
   Ha основаніи им?ющихся данныхъ я долженъ признать старшинство за чернымъ окрасомъ носа, хотя лично предпочитаю кофейный; онъ бол?е гармониченъ. Но разъ д?ло доходитъ до того, что на выставк? собака проигрываетъ только потому, что у нея черный носъ, то этимъ высшая точка нел?пости уже достигнута.
   Въ заключеніе скажу н?сколько словъ о чуть? и объ инстинкт? пойнтера, которые, вм?ст? съ его формами, являются выразителями его натуры.
   Весь инстинктъ пойнтера сосредоточенъ на охот?. Чтобы быть здоровымъ, охота, или, за отсутствіемъ таковой, постоянное упражненіе, ему необходимы.
   Жалко вид?ть пойнтера, старательно обыскивающаго пустое пространстео, даже мостовую, если не им?ется бол?е подходящаго м?ста; онъ предпочитаетъ искать безнадежно, ч?мъ совс?мъ не искать.
   Въ силу этой свойственной ему страсти, онъ такъ мало и пригоденъ въ качеств? комнатной собаки и такъ неспокоенъ на прогулкахъ. По темпераменту пойнтеръ сильно отличается отъ спаніэля и даже отъ сеттера, которые гд? угодно будутъ лежать спокойно, лишь бы хозяинъ былъ вблизи; собак? съ темпераментомъ пойнтера сид?ть на ц?пи равносильно пытк?, а безконечныя путешествія съ выставки на выставку обрекаютъ ее на постоянное безд?йствіе въ испорченномъ воздух?.
   По природ? пойнтеръ — одна изъ самыхъ нервныхъ и чувствительныхъ собакъ; наприм?ръ, внезапный шумъ, въ род? стука двери, заставляетъ его вскочить. Я полагаю, что причина этого заключается въ его склонности къ грезамъ, такъ какъ только неожиданность шума его пугаетъ; всего, къ чему онъ подготовленъ, онъ не боится. Къ выстр?лу, если только онъ къ нему пріученъ, онъ совершенно равнодушенъ, равно какъ и строгость наказанія арапникомъ, даннаго вовремя, не пугаетъ его. Зато брошенный въ него камень или щелканіе бича приводятъ часто въ неистовство.
   Н?которые пойнтера, объятые страстью къ охот?, совершенно не проявляютъ полового влеченія, подтверждая слова Горація: «Venator, tenerae conjugis immemor». Я знавалъ очень хорошихъ кобелей, абсолютно не желавшихъ вязаться, равно какъ и сукъ, крайне неохотно уступавшихъ требованію природы. Въ август? 1900 года я охотился съ сукой спаніэлемъ въ полной пустовк?; одновременно работали и мои пойнтера, и ни одинъ изъ нихъ не обратилъ ни мал?йшаго вниманія на ея состояніе. Разъ пойнтеръ созданъ исключительно для охоты, остается обратить вниманіе на т? его природныя качества, благодаря которымъ онъ сталъ избраннымъ помощникомъ челов?ка. Начну со словъ капитана Лэси, касающихся этого предмета.
   «Дв? самыхъ дорогихъ прим?ты при опред?леніи достоинства молодой собаки, это ея см?лость и инстинктивная секундировка съ перваго же раза. См?лость собаки, подающейся прямо къ птиц?, при высоко поднятой голов?, какъ только она ее зачуетъ, зависитъ отъ высокаго чутья. Хорошо также, если собака, окончательно остановившись на стойк?, какъ говорится, наслаждается ею и не трогается съ м?ста, пока птица не взлетитъ. Если она и бросится зат?мъ, то это не страшно, — отъ этого ее скоро можно отучить. Я не утверждаю, что собаки, съ м?ста не проявляющія такихъ способностей, не могутъ впосл?дствіи стать хорошими, а можетъ-быть и прекрасными работниками, — я хочу лишь дать указаніе, какими собаками стоитъ заняться, какихъ охотникъ, если онъ въ то же время и заводчикъ и выращиваетъ ц?лый пометъ, долженъ выбирать. Характеръ собаки лучшій средній между очень мягкимъ и упрямымъ. Собака должна быть храброй, но въ то же время не злобной. Злобная собака не стоитъ веревки, а робкую я бы отказался принять». (The Modern Shooter, 1842 г., стр. 168).
   Я бы склоненъ былъ утверждать, что «высокое чутье» въ то же время обусловливаетъ и высокія умственныя способности. Однако, если в?рить анатоміи и выводамъ Уатта, профессіонала, ссылающагося на мн?нія многихъ выдающихся любителей, приходится притти къ заключенію, что степень чутья находится въ зависимости только отъ обонятельнаго нерва. «Нервъ обонянія собаки — самый большой изъ вс?хъ мозговыхъ нервовъ. Относительная величина этого нерва обусловливаетъ и силу чутья». (The Dog, 1845 г., стр. 107).
   «Н?которыя собаки д?лаютъ стойку съ перваго же выхода въ поле, другія съ перваго раза д?лаютъ стойку и секундируютъ по природ?» (Essay on Shooting, 1789 г. стр.265).
   «Н?которые полагаютъ, что т? собаки, которыя такъ быстро начинаютъ д?лать стойку, впосл?дствіи вырабатываютъ слишкомъ упорную стойку, но это мн?ніе ошибочно: непородныя собаки часто обладаютъ этимъ неисправимымъ недостаткомъ; но непородныя собаки вообще р?дко достойны того, чтобы ихъ держать» (The Sportsman, № 4, книга III, 1836 г., стр. 185).
   Съ вышеприведенными зам?тками о природной стойк? и секундировк? я вполн? солидаренъ; вс? лучшіе пойнтера, которыхъ я зналъ, безъ исключенія начинали работу съ самостоятельной стойки и секундировки.
   To обстоятельство, что собака наслаждается стойкой, такъ сказать, смакуетъ запахъ дичи, служитъ безошибочнымъ признакомъ насл?дства старинной крови пойнтера. Говорятъ: «наслаждается стойкой», «смакуетъ запахъ дичи», когда собака, слыша запахъ дичи, перебираетъ губами, при чемъ у ней течетъ иногда слюна; это служитъ признакомъ того, что запахъ этотъ раздражаетъ ея нёбо и ей пріятенъ, что мн? разъяснилъ одинъ пріятель медикъ. Качество это весьма желательно.
   «Пойнтеръ или сеттеръ, достойный этого названія, долженъ держать на поиск? голову высоко и быть настойчивымъ; онъ долженъ обыскивать м?сто правильно и умно; по знаку руки или свистка долженъ вернуться, долженъ по взлету птицы, посл? выстр?ла, или по знаку руки ложиться, долженъ секундировать на любомъ разстояніи, не долженъ гнать зайца, но по приказанію долженъ итти сл?домъ раненаго, долженъ правильно подавать битую птицу или подранка» (Sporting Magazine, 2-го сентября, книга V, стр. 9, 1832 года).
   Изъ всего этого невольно приходится заключить, что въ т? времена существовали бол?е ч?мъ первоклассныя собаки; однако, я полагаю, что можно безъ ущерба д?лу и не посылать пойнтера за раненымъ зайцемъ. У меня былъ, но и то только одннъ, пойнтеръ, съ которымъ можно было и это прод?лывать. Пойнтеръ этотъ прекрасно подавалъ, я пользовался имъ какъ спаніэлемъ, такъ какъ онъ отлично ум?лъ выгонять скачками хлопуновъ изъ тростника, однако, не взирая на подобныя вольности дома, онъ въ теченіе многихъ л?тъ бралъ призы на состязаніяхъ. Происходилъ онъ отъ стариннаго чернаго пойнтера. Исторія его полубрата еще интересн?е. По странной случайности атавизма, онъ унасл?довалъ способность кружить дичь, какъ описано въ сочиненіяхъ «Dialogos» и «Arte de Ballesteria». У него была твердая стойка, разъ птица лежала спокойно, но пo б?гущей птиц? онъ д?лалъ круги безъ стойки, указывая головой, гд? она находится. Об? собаки эти способности свои, в?роятно, унасл?довали отъ отца, такъ какъ семья со стороны матерей способностей этихъ не выказывала. Авторъ сочиненія «Kunopoedia», повидимому, зналъ собаку, им?вшую частичку этихъ способностей; онъ пишетъ: «Я знавалъ страстнаго и опытнаго браконьера, собака котораго выработала себ? самоучкой изв?стный способъ охоты. Когда ее пускали и ей не удавалось сейчасъ же найти птицу, въ большинств? случаевъ даже съ м?ста, она со вс?хъ ногъ по в?тру, не слушая ни свистка ни окрика, лет?ла въ другой конецъ поля, гд? она, можетъ-быть, по опыту а можетъ-быть ее туда водилъ и влад?лецъ, знала, что птица должна быть, и ползкомъ вела оттуда, показывая лишь голову, прямо на васъ» (Kunopoedia, соч. W. Dob-son, 1814, стр. 105).
   «Поискъ пойнтера не можетъ быть слишкомъ быстрымъ, разъ у него хорошее чутье, хотя н?которыя очень быстрыя собаки иногда и могутъ проскочить птицу» (The Shooting Directory, соч. R. B. Thornhill 1806, стр. 65).
   Это какъ будто и в?рно, но д?ло въ томъ, что пойнтеру, который ищетъ быстр?е, ч?мъ то позволяетъ ему чутье, не хватаетъ инстинкта и ума, словомъ, это собака второклассная. Хорошая собака ежедневно м?няетъ быстроту поиска въ зависимости отъ погоды и степени чуткости. Любопытно вид?ть, какъ это прод?лываютъ даже щенки. Такая собака ннстинктивно ищетъ в?теръ и ничто такъ не волнуетъ молодую собаку, какъ неблагопріятное направленіе в?тра, когда она сознаетъ, что ея чутье отказывается служить. Конечно, старая, опытная собака пойдетъ и по в?тру съ т?мъ же наслажденіемъ. Интересно бываетъ при этомъ просл?дить, какъ она старается уловить мал?йшій запахъ, какъ она внимательна, осторожна, останавливаясь при мал?йшемъ намек? на запахъ, въ ожиданіи помощи со стороны охотника. Пойнтеръ такъ ум?ло пользуется своимъ чутьемъ, граусъ и куропатка такъ мало им?ютъ шансовъ ускользнуть отъ его вниманія, что я не могу назвать преувеличеніемъ, а скор?е вдохновеніемъ слова одного испанца XVI стол?тія, который, видя, какъ даже в?теръ помогаетъ пойнтеру, назвалъ его «властелиномъ воздуха».

ГЛАВА V. Выборъ производителей

   Охотничьи собаки, изъ числа вс?хъ домашнихъ животныхъ, въ отношеніи веденія породы являются самыми интересными, такъ какъ заводчику, кром? ихъ формы, приходится считаться и съ ихъ внутренними качествами.
   Мн?нія старинныхъ заводчиковъ и въ этомъ отношеніи крайне интересны, въ числ? ихъ въ особенности н?которыя положенія, высказанныя главой вс?хъ нашихъ заводчиковъ, сэромъ John Sebright:
   «Если бы меня спросили, въ чемъ состоитъ задача заводчика, я бы отв?тилъ такъ: его задача правильно назначить въ производители кобеля и суку, въ зависимости отъ качествъ и недостатковъ каждаго изъ нихъ» (Аrt of Improving the Breeds 1890, стр. 5). «Заводчикъ долженъ подм?чать мал?йшую склонность къ ухудшенію въ своихъ собакахъ и немедленно принимать м?ры, чтобы не дать развиться недостатку въ пород?» (тамъ же, стр. 6).
   «Животныя неизб?жно должны ухудшаться, если порода долго ведется въ самой себ?, безъ прим?си неродственной крови» (тамъ же, стр. 8).
   «Я не одобряю двухъ совершенно различныхъ породъ, въ надежд? соединить качества и той и другой. Я, да и многіе другіе, пытались это д?лать, но, кажется, всегда безусп?шно. Первое покол?ніе часто даетъ удовлетворительное животное, но, какъ порода, существовать не можетъ» (тамъ же, стр. 17).
   Приведенныя положенія являются аксіомами животноводства вообще, а въ частности, конечно, въ полной м?р? относятся и къ пойнтеру.
   За нимъ по старшинству сл?дуетъ полковникъ Торнтонъ, хотя я думаю, что онъ на практик? былъ не мен?е см?лъ и р?шителенъ.
   «Изъ пятидесяти пойнтеровъ я находилъ едва одного, отв?чающаго моимъ требованіямъ по складу, кости и движеніямъ; если это не были щенки, то дрессировкой они часто бывали доведены до полной неисправимости. Немало надо было времени и денегъ, чтобы осмотр?ть только т?хъ изъ нихъ, которыхъ особенно восхваляли, а ч?мъ больше въ этомъ отношеніи представляется случаевъ, т?мъ больше шансовъ на усп?хъ».
   «Если кобель и сука безукоризненныхъ формъ, то породу отъ нихъ можно брать и рано и они могутъ дать хорошихъ собакъ и въ полевомъ отношеніи» (Sporting Tour, 1804, стр. 279, соч. полк. Торнтона).
   Изъ словъ г. Lascelles мы видимъ, что онъ руководствуется, главнымъ образомъ, чутьемъ.
   «Вь пойнтер? самое главное — хорошее чутье, и я всегда обращаю главное вниманіе на то, чтобы и кобель и сука обладали высокимъ чутьемъ. Если собака трудно поддается дрессировк?, то это — первое доказательство ея некровности. Вс? мои собаки им?ютъ природную стойку и въ то же время он? являются одн?ми изъ самыхъ страстныхъ и обладаютъ очень быстрымъ поискомъ. Я приписывалъ это главнымъ образомъ ихъ высокому чутью; оно даетъ имъ ихъ ув?ренность» (Angling, Shooting, and Coursing, соч. Lascelles, 1811, стр. 136).
   О наставленіяхъ и пріемахъ Т. Б. Джонсона до насъ дошли дв? зам?тки, одна лично его, другая его пріятеля. Об? одинаково важны и достойны вниманія.
   «Въ т? времена, о которыхъ мы говоримъ, существовало уб?жденіе, или мода, а можетъ-быть и то и другое, что большая голова у пойнтера не только некрасива, но даже порочна. Джонсонъ, зараженный этой безсмыслеиной идеей около 1815 года, посл? долгихъ л?тъ настойчиваго скрещиванія, ради условной красоты, наконецъ, добился пойнтеровъ съ маленькими головами. Однако, т?мъ самымъ уменьшилось м?сто для свободнаго развитія обонятельныхъ органовъ и выяснилось, что собаки перестали удовлетворительно выполнять предъявленныя къ нимъ требованія, короче говоря, имъ стало нехватать чутья. Опытъ, такимъ образомъ, подтвердилъ логику и заставилъ уб?диться, что не бываетъ сл?дствія безъ причинъ. На самомъ д?л?, гд? искать объясненія тому, что испанскій пойнтеръ отличался превосходнымъ чутьемъ? Отв?тъ можеть быть только одинъ: причина этого кроется въ его большой, широкой голов?. Придя къ такому заключенію, Джонсонъ немедленно пожертвозалъ пятил?тней сукой «Чансъ», кровнымъ испанцемъ. Вскрытiе обнаружило безчисленное множество тонкихъ б?лыхъ нитей, составляющихъ обонятельные нервы, т.-е. органы, воспрннимающіе впечатл?ніе запаха и передающіе его мозгу. Однако, этого опыта для всесторонняго выясненія вопроса оказалось недостаточно и потребовались еще жертвы».
   «Посл? изсл?дованія ц?лаго ряда головъ, пришлось уб?диться, что количество обонятельныхъ нервовъ прямо пропорціонально ширин? головы, и по м?р? суженія головы уменьшается и ихъ число, а, значитъ, слаб?етъ и сила чутья. Голова испанскаго пойнтера и узкая голова борзой, такимъ образомъ, представляютъ дв? противоположности. Вс? выполненные въ этомъ отношеніи опыты дали зам?чательные наглядные результаты» (The Sportsman, 1836, кн. III, стр. 182).
   Затрудненіе явилось въ томъ, чтобы получить достаточно широкую голову, которая бы въ то же время не служила пом?хой быстрот? и выносливости собаки.
   Въ теченіе своихъ опытовъ писатель, о которомъ я говорю, добывалъ пойнтеровъ изъ разныхъ м?стъ Европы, главнымъ образомъ, изъ Франціи, Испаніи и Португалiи; обращался онъ и къ зд?шнимъ своимъ пріятелямъ и пользовался пойнтерами изъ Іоркшира и Листершира и посл? шестнадцатил?тняго скрещиванія добился пойнтеровъ, работой которыхъ онъ былъ крайне доволенъ.