- Ладно, - хлопнул по столу Рымолов. - Следующий вопрос. Противник, почти не встречая ни малейшего сопротивления с нашей стороны, громит город. Каково сейчас его расположение?
   Высказываться решил высокий, тощий парень, чем-то неуловимо похожий на Пестеля.
   - В общем, пока на нас навалилось только шесть треугольников. Два находятся в районе завода, два висят над старой частью города и парком, разрабатывая стадион с волосатиками. Один долбит по тому сооружению, которое возвели зеленокожие, одновременно мешая всем перемещениям людей в районе бывших новостроек, и еще один, по последним сведениям, сковывает наши действия по направлению к аэродрому. У меня все.
   Рымолов обвел глазами сидящих перед ним людей. Спросил низким, глухим голосом:
   - Кто доложит о расположении и состоянии людей?
   За то время, что Рост его не видел, он не сильно изменился. Остался тем же высоким и очень светлым лоб, так же глубоко и сухо блестели глаза. Но в нем появилась какая-то слабина. Рост не очень надеялся, что сугубо штатский Председатель, бывший профессор каких-то там наук выдержит обрушившиеся на Боловск беды со стойкостью настоящего бойца. Но так явно демонстрировать перенапряжение все-таки не следовало.
   - Могу я, - подала вдруг голос теща Ростика, мама Любани. Тамара Ворожева. Вот она была спокойной, даже, пожалуй, равнодушной. В общем, выглядела она как-то непривычно. - Люди преимущественно остались на местах, то есть в своих подвалах или в подвалах соседей. Первый час на дорогах замечалось какое-то движение, но, когда стало ясно, что эти... захватчики бьют по всему, что движется, люди большей частью замерли, залегли кто куда. Да и бежать, как ни крути, некуда. Итого в городе находится почти пятьдесят тысяч человек, из которых почти половина детей. Четверть другой, взрослой половины, в принципе может быть мобилизована, хотя бы для нестроевых целей, но... Но их нужно заставить и в любом случае дать знать о наших планах.
   Так, решил Рост, они обсуждают возможность тотальной мобилизации. Значит, покоряться они еще не хотят. И то хлеб.
   - Сколько они смогут продержаться без воды? - спросил кто-то из задних рядов.
   Рост присмотрелся, это был Кошеваров, некогда второй человек в городе, мэр, а ныне, очевидно, утративший свое влияние рядовой хозяйственник.
   - Ну, за последнее время все привыкли неделю, а то и больше обходиться своими кормами и водой, - отозвалась Ворожева. - Так что большой беды за три-четыре дня быть не может.
   - Они крошат город, как муравейник, а вы... - махнул на нее рукой Председатель. - Ладно. Об оружии пока говорить не будем. Какие будут предложения по схемам мобилизации? Как заставить людей стать в строй перед лицом такого... противника?
   - Эхо-хо, - раздался вдруг знакомый до боли голос. Принадлежал он, без сомнения, Каратаеву. - И как же так получилось, что мы опять проспали противника? Где был наш знаменитый... Этот... который сидел на шаре? Как он вообще сумел не заметить треугольники?
   - А он, кажется, струсил, - негромко, но внушительно проговорила Галя Бородина. - И удрал, не дождавшись...
   - Попрошу не трепать языком, если не знаете фактов, - неожиданно для себя очень жестко проговорил Рост.
   Все повернулись в его сторону.
   - Что? - Галя говорила очень медленно и, как всегда, что-то такое, что не хотелось слушать - настолько это было неправильно, настолько не соответствовало действительности.
   - А то, - отрезал Рост, как-то слишком быстро наливаясь злостью против этой женщины, против. всей этот чиновной шушеры. - Денис Пушкарев пал смертью храбрых на глазах всего города и всей пурпурной братии, взорвав шар вместе с треугольником противника. Первый павший за эту войну враг погиб потому, что Денис защищал таких вот... как ты, Галина. Которые его бездумно и бесчувственно позорят. Хотя, конечно, не за вас он погиб, а за людей.
   - Гринев, - поморщился Рымолов, - хватит патетики. Давай дело. Рост подумал.
   - Что-то вы, Арсеньич, не очень торопились оборвать предыдущего оратора, который порол чушь и позорил, не побоюсь этого слова, настоящего солдата... Он вздохнул. - Именно из-за его самоотверженности у нас сейчас над городом шесть черных треугольников, а не семь.
   - От этого нам ненамного легче, - отозвалась Галя.
   - Ерунда, - тут же парировал Ростик. - Шесть - это не семь. Еще и потому, что враг уже не так уверен в себе, он уже видел, как мы его умеем сбивать. За одно это Бойцу нужно памятник поставить, а не крыть его...
   - Гринев, я же попросил, - снова проговорил Рымолов.
   - А я не могу не выразить свое возмущение Случится мне завтра за Боловск погибнуть, такое вот... сборище и меня обхает. Поэтому - не позволю. Всем это ясно?
   Последние слова он процедил уже сквозь зубы.
   - У тебя по существу что-то есть? Рост хотел было высказаться, что пришел вообще-то послушать, но тут подал голос Каратаев:
   - У нас есть только одна возможность. Нужно атаковать треугольники. И если удастся, как Пушкарев, взрывами котлов наших леталок, нагруженных взрывчаткой или еще как-нибудь, уничтожать противника, то...
   - Это безумие, - отозвался Ростик. - Они перебьют атакующих еще на подлете, и люди погибнут зря.
   - К тому же у нас уже и лодок столько нет, - вдруг раздался голос Кима. Оказалось, он тоже тут, только прятался за спинами в другом конце помещения.
   - Что же делать? - спросил Рымолов. И посмотрел на Ростика. Немигающими глазами, отчаянно и болезненно, с очевидной слабостью и мукой посмотрел, словно хотел этим вот взглядом спасти город.
   - Атаковать лодки... - начал Ростик, помимо своей воли, как будто его губами и голосом заговорил кто-то потусторонний, невидимый, но достаточно могущественный, чтобы навязать свою волю, - необходимо. Только сделать это следует с использованием элемента неожиданности. Повторяю, их можно подловить только на неожиданности. И придумать этот трюк нужно за очень короткое время. Практически у нас есть два дня, в лучшем случае - три. А потом...
   И он рассказал про подходящую армаду мелких леталок. Возможное появление пехоты пурпурных даже эти штатские люди восприняли с отчаянием, даже у них не возникало сомнений - с подходом этих сил город падет окончательно. И ничто его не спасет.
   - У кого есть конкретные идеи?! - почти закричал Рымолов.
   Ростик посмотрел на невысокий потолок помещения. На нем отчетливо запечатлелись потеки воды. Почему-то сейчас он видел все вокруг так резко, словно тут горел не десяток тусклых плошек, а батарея мощных софитов. При желании он мог бы увидеть лица всех людей, что собрались тут и вычитать все надежды, эмоции, даже мысли, которые только можно вычитать по лицам.
   - Разумеется, атаковать черные треугольники, пока они находятся в воздухе, невозможно Поэтому нужно заставить их приземлиться. И атаковать на земле. Ростик подумал и добавил: - И не просто на земле, а в заранее подготовленном месте. Чтобы использовать заранее приготовленные ловушки.
   - Конкретно? - уже в который раз спросил Председатель.
   - У нас ведь где-то осталось несколько пурпурных, не так ли, Арсеньич?
   - Так они и приземлятся, чтобы спасти дюжину-другую своих остолопов! фыркнула Галя.
   - Они - не ты, поэтому приземлятся, - уверенно отозвался Рост. - Тем более если поблизости никого не будет... Или им покажется, что поблизости никого нет.
   - Что ты все-таки придумал? - спросил за всех Кошеваров.
   - Да в общем-то все довольно просто, - отозвался Ростик.
   И начал рассказывать. По мере того как он говорил, лица иных людей вытягивались. Его идея в самом деле была очень простенькой, очень уязвимой для критики, слишком несообразной с идущей на Боловск силой.
   Но лица других людей прояснялись. Им начинало казаться, что у них может выйти. Тем более что это было совсем нетрудно провернуть. Ну, разумеется, нетрудно тем, кто это умел делать, кто понимал этот шанс. К счастью, такие люди тоже были, на них-то Ростик и решил ориентироваться.
   Без помощников - толковых, умелых и дельных - ему было не обойтись.
   - А что, может получиться, - отозвался наконец Ким.
   - Может, - кивнул и Председатель. - Тем более что никто ничего более дельного не предложил. Вот только... Может и не получиться.
   - Почему-то мне кажется, - отозвалась теща Тамара, - что получится.
   Ростик про себя усмехнулся. Ему тоже казалось, что получится. Должно получиться, потому что он перебежал через площадь под огнем неприятеля, а значит, военное счастье было на стороне человечества
   Хотя, как всегда, это следовало проверить боем.
   21
   Рост сидел почти в полукилометре от места, выбранного для основного действия, в полукилометре от того самого колодца, о котором, по словам Пестеля, упоминали еще в конце прошлого века.. То есть на Земле, когда описывали их губернию. После Переноса колодец пересох, трудности с водой, возникшие в Боловске, заставили каких-то строителей изрыть почти всю округу в надежде найти хоть какой-нибудь водоносный слой, который мог бы наполнить опустевший колодец.
   Из этого ничего не вышло, но под землей в этом месте образовалось что-то вроде изрытого странными зигзагами подземелья, хотя и неглубокого, но достаточно извилистого. Вот последнее обстоятельство и заставило остановиться тут при выборе места засады. Вообще-то его предложил использовать в таком качестве Председатель. На примете у Роста были развалившиеся здания на окраине города, в районе хрущевок. Там подземные коммуникации могли прийтись кстати. Но стены домов и территория города могли все-таки насторожить летчиков черных треугольников, а это было нежелательно.
   Здесь же, на полянке, между реденькими невысокими кустами барбариса, который только-только начал цвести и источать одуряющий аромат, не могло возникнуть никакого подозрения даже у самого осторожного из губисков. По крайней мере, Рост на это очень рассчитывал.
   Из города прибежал какой-то парень, которого Ростику отрядил Председатель якобы для связи. Таких вот ребят вместе с конвоирами у Роста набралось уже семь душ. Что с ними делать, он пока не знал, но отсылать их назад не решался. Кто знает, как обернется дело? А эти люди вполне могут оказаться тем резервом, который решит исход боя.
   - Товарищ командир, Председатель просил передать, что, по его сведениям, лодки обратно разделились.
   - Опять, а не обратно, - автоматически поправил Рост мальчишку.
   - Две ушли в сторону Олимпа, вероятно, будут громить алюминиевый завод. Одна пошла на восток.
   - Будет бить по Бумажному и тем, кто там работает, - добавил Ростик.
   Он был неспокоен, и это его раздражало. Перед боем ему бы полагалось ни о чем не заботиться, ни о чем серьезном не думать, а лишь наблюдать за противником. А вот он почему-то все время вспоминал Бойца, Сонечку и жалел, что тут нет Достальского или Антона.
   Но Достальский и Антон все еще оставались в госпитале. А ему прислали его старого друга - старшину Квадратного, которого, невзирая на свежую выписку после ранения, Рост тут же определил на самое ответственное и важное место... Квадратный был лучше, чем кто-то другой, но Рост все равно нервничал.
   Наконец он понял, чем вызвано волнение. Сейчас, тут, у этого вот колодца, решается, кто более удачлив, за кем военное счастье, как это назвал в свое время старшина Квадратный, - за людьми или за пурпурными? Казалось бы, ему, командиру отряда, идущего на смертельно опасное задание, думать о соотношении сил, о времени, о расстановке людей. А он думал о таких эфемерных штуках, как удача, судьба и везение.
   Но ему казалось - такое вот счастье и определяло сейчас победу. А для того, чтобы проверить его, чтобы оно проявило себя, следовало делать свое дело, исполнять долг и - ничего больше. В этом была какая-то чрезмерная необязательность и в то же время странноватая, свойственная, вероятно, только Полдневью, правильность. А впрочем, нет, на Земле это свойство жизни тоже присутствовало, только оно было слишком мало, чтобы его принимать в расчет. Лишь теперь и тут приходилось этому учиться...
   Солдатик тем временем что-то докладывал, от быстрого говорения у него даже пот выступил на верхней губе. Рост его прервал:
   - Подождите, вы говорите, что одна лодка противника висит над центром, одна над заводом, а третья из оставшихся ходит по кругу. Вы сколько времени сюда бежали? Минут сорок... Так что же, за это время они не изменили своего расположения?
   - Я не знаю, - подрастерялся паренек. - Наверное, они как-то изменили свое расположение.
   - Вот и я так думаю, - решил Рост. - Хорошо, донесение принял. Оставайтесь с остальными, ждите команды вести пурпурных на условленное место.
   Девять душ пурпурных, захваченных еще во время их первого налета на город, были пока спрятаны в кустах, чуть дальше того места, откуда Рост пытался "читать" обстановку. Их стерегли двое конвоиров... А впрочем, сейчас уже гораздо больше. Это и была "подсадка", их главный козырь в этой засаде.
   Рост не хотел выводить этих низкорослых ребят с ослепительно зелеными глазами и белыми, как правило длинными, волосами раньше времени. Они должны были появиться в самый выигрышный момент, не раньше и не позже. Вот он и сидел, почитай, уже больше половины дня в этих кустах. Вот и ждал, стараясь уразуметь поведение всех черных треугольников, которые находились в поле зрения.
   И теперь, когда их осталось три вместо шести, такой момент, кажется, настал. Чтобы не ошибиться, Рост еще раз осмотрел низкое, серое небо около города. Две лодки он засек легко, третья, та самая, которая должна была ходить по кругу, куда-то запропастилась. Выискивая ее, Рост совсем забыл о треске полевого телефона.
   - Товарищ командир, вас, - отозвался солдатик, посаженный на связь.
   Рост взял трубку. Это был Каратаев, он звонил по просьбе Председателя, узнать, как обстоят дела. Рост доложил, что пока ждет.
   - Ты имей в виду, Гринев, сейчас от тебя все зависит... - начал было накачку Каратаев.
   Рост мог выдержать начальственные рекомендации от кого угодно, но только не от этого простофили, который на его, Ростиковой, памяти ни разу не предложил и не сделал что-либо дельное. Поэтому он просто положил трубку и снова стал следить за небом.
   Наконец он увидел эту третью машину пурпурных. Она приближалась к ним и должна была зависнуть над колодцем через треть часа, не раньше.
   - Дайте-ка им по последней.
   Чтобы пленные не засветили возможную опасность путами или кляпами, еще с ночи их накачивали спиртом. Переносимость и действие алкоголя на пурпурных оказались приблизительно такими же, как на людей. Вот в них и влили перед рассветом, как только они сюда прибыли, почти по полному стакану спирта. Пару часов назад, когда некоторые из них стали вроде бы понимать, что находятся не в своей камере, в них закачали еще по четверть стакана, а сейчас следовало влить еще столько же.
   Конечно, это было жестоко, но ничего более действенного, чем спирт, придумать в этой ситуации было невозможно.
   - Годится, - скомандовал Ростик, когда каждый из пленных, слабо сопротивляясь, все-таки заглотил положенное количество зелья. - Выводим пленных, и бегом... Бегом!
   Подхватив свое трофейное плазменное ружьецо, он и его солдатики припустили к колодцу. До него добежали довольно быстро, хотя пару раз пленные пытались завалиться, - в самом деле, бежать с жутким количеством спирта в желудке, в крови и в мозгах не самое легкое дело. Но их поддернули на ноги и снова заставили припустить в полный мах... При колодце было сделано невысокое, в метр с небольшим, ограждение. Вот у него-то Рост и приказал посадить вконец одуревших от выпитого пленных. Видимость они создавали вполне правдоподобную беглецы из погрязшего в панике города, без связанных рук и ног, даже без кляпов лежат на траве, обессилев после побега... К тому же никого не было видно в радиусе полукилометра, а может, и больше.
   - Назад, - приказал Рост. - Бегом, скорее.
   Они вернулись туда, откуда привели пленных. Тут уже оказались какие-то новые люди. Где их только брали и зачем посылали сюда?.. Но расспрашивать и тем более инструктировать их у Роста охоты не было. Он приказал всем залечь в заросшей кустами балочке. А сам попросил связиста позвонить Квадратному и Киму.
   И тот и другой были тут же, только до поры не должны были показываться, потому что являлись надеждой человечества, командирами, выдвинутыми со своими отрядами для непосредственного исполнения задания. И тот и другой, узнав, что пленные перемещены к колодцу, сообщили, что они-то уже давно об этом мечтают.
   - Тут же пыльно, - попытался пожаловаться Ким.
   - Терпи, немного осталось, - отозвался Рост и, чтобы не отвлекаться, положил трубку.
   А потом стал ждать ту машину противника, которая расхаживала вокруг города. Она летела низко, не больше ста метров над землей, опустив голову, чтобы пилотам было удобно высматривать цель внизу, поводя из стороны в сторону пушками совершенно ужасающего калибра, какого Рост прежде не видел и о каком даже не подозревал.
   Треугольник был довольно велик, с размахом крыльев почти в тридцать метров у задней кромки и чуть больше двадцати от хвоста до передней кабины, создавая огромный равнобедренный профиль, тяжелый и мощный, словно доисторическое животное. Наверху его покатой черной крыши, сразу за пилотской кабиной, была устроена темная, тоже бронированная, а не стеклянная, как Ростик привык, башенка с пушками. Еще по одному стволу того же калибра торчали спереди распростертых крыльев, в десяти метрах от их окончания. Они тоже могли вести прицельный огонь, вероятно, там находилось по паре стрелков.
   На концах и внизу крыльев, в своей середине довольно высоких, значительно больше двух метров, ворочались антигравитационные блины. Они были так велики и, по-видимому, сильны, что Рост, как ни гадал, так и не сумел придумать, что же это за силища такая ими двигала. Третий блин находился сразу за пилотской кабиной, и был он еще больше, чем два консольных. Кажется, он-то и нес по воздуху машину - боковые предназначались лишь для поступательного движения и для маневров. Ну еще, разумеется, для устойчивости, чтобы треугольная конструкция не опрокидывалась на виражах.
   Насмотревшись на противника всласть, Рост вдруг понял, что его дергает за рукав гимнастерки торчащий из кирасы связист. При этом он лепетал:
   - Командир, ну, командир, спрячься. Не видишь, они приближаются.
   И в самом деле, треугольник подошел уже довольно близко, мог и заметить. Рост присел, укрывшись сверху еще и пуками высокой местной травы.
   Треугольная машина должна была пройти почти строго над пленниками у колодца... Она и наткнулась на них, ровнехонько и точненько, как в аптеке. Изменила курс, чтобы не подавить пленных своими мощными антигравами, снизилась, прошла метрах в сорока от выставленных на обозрение губисков... Те были малоподвижны, но явно свободны. Кто-то из них даже попытался выпрямиться и помахать руками, привлекая к себе внимание.
   - Приготовиться, - скомандовал Рост в телефонную трубку, на другом конце которой находился Ким. Он услышал, как Ким шепотом пустил по рядам предупреждение.
   Треугольник вдруг вздернулся вверх и куда-то умчался. Даже на глаз Ростика это было очень скоростное движение. Обычные лодки, к которым люди уже привыкли, двигались, как минимум, раза в два медленнее.
   - Отбой, - приказал он в трубку. - Птичка улетела.
   - Куда? - забеспокоился Ким.
   - Может, не хочет садиться без поддержки с воздуха. Пригонит приятеля, тогда и сядет.
   - Так получится сложнее, - отозвался в трубке Квадратный.
   - Ты тоже тут? - удивился Ростик.
   - Мы между собой тоже связь провели, - пояснил Ким. - Мне тут один... умелец присоветовал и исполнил.
   Рост и не знал, что такое возможно, но инициатива была, конечно, разумная.
   - Вы бы поменьше там шевелились... - вздохнул Рост. - Ладно, ждите. Пока ничего не меняется.
   Но они зря надеялись на одного "приятеля", улетевший треугольник вернулся с обоими, оставшимися над Боловском. Все три черные треугольные птицы зависли над губисками, многие из которых, отравленные спиртом, вообще уснули, не в силах проявить активность даже при подлете спасителей. Рост приказал связисту снова установить контакт с засадой.
   - Все, на этот раз ребята в этих черных леталках приготовились садиться.
   - Ты только поясни, как и где, а мы ужо... - начал было Ким.
   - Одна ходит над нами, метрах в трехстах от колодца, контролирует округу, - стал докладывать Рост. - Вторая садится... Так и есть, садится почти тебе на голову. От тебя до нее метров сорок.
   - А третья? - спросил Квадратный.
   - Пока не знаю, не видно из-за деревьев. Кажется, на бреющем прочесывает окрестные кусты. Очень низко... - Внезапно он ее увидел. Машина не просто прочесывала кусты, она их попросту пригибала антигравитационными блинами и посадочными полозьями. - Да, на высоте метра или чуть больше она осматривает растительность.
   - Где она от меня? - спросил старшина ровным голосом.
   - Кажется, я понимаю, что ты задумал, - отозвался Рост. - Рискованно, очень.
   - Где?
   - Метрах в ста двадцати на юг.
   - А как там моя пташка? - спросил Ким.
   "Его" машина села. Поводила пушками, повертела башней, ничего необычного не происходило. Потом сбоку от нее откинулась панель, образовав пологий пандус. По нему на песок всего в полусотне метров от пленных сошли трое очень высоких губисков. Двое несли ружья, один был безоружным.
   Потом их растолкал и по-хозяйски выбился вперед обычный, низкорослый пурпурный человечек, видимо офицер.
   - Так, они оказались еще ближе к тебе, Ким, чем я говорил. До них метров двадцать с небольшим... Лучшего мы и не мечтали получить. Приготовиться...
   - Все уже давно готовы.
   - Ким, пошел!
   Словно в странной, необычной сказке песок поблизости от севшего черного треугольника стал шевелиться и шлейфом взлетать в стороны. А из-под него, вернее, из-под щитов, сплетенных из ивняка и засыпанных сверху песком, стали выскакивать люди. И все они как заведенные, даже без команды понеслись в сторону черной леталки пурпурных.
   Почти сразу возникла стрельба, кто-то из корабля попытался стрелять в атакующих Но и ответный огонь людей не задержался... И был результативным, выстрелов из корабля больше не последовало.
   Тех высоких губисков, которые спустились на землю, тоже срезали, почти сразу, лишь один из них, низко приседая, припустил куда-то в кусты. Оттуда, оставаясь невидимым, он мог доставить немало неприятностей. Рост обернулся к своим людям, выискал глазами парня, который, кажется, был старшим сержантом.
   - Бери пять человек - и за тем пурпурным, который удрал. В плен можешь не брать, но если попробует сдаться - не вздумай прикончить.
   Ребята тут же унеслись выполнять приказ. Видимо, им тоже не терпелось пострелять.
   Рост нашел глазами треугольник, который ходил над кустами. Сейчас он развернулся и очень спешно, медленно, тихо, почти не взбивая песка своими антигравами, двинулся выручать попавшего в беду напарника. Его пушки еще не заговорили, но уже показались каким-то кошмаром, воплощением смерти и гибели, и ничто, казалось, не могло ее предотвратить...
   - Квадратный, второй идет через твою позицию... Приготовься.
   Наконец подкрадывающийся треугольник ударил. И сразу скосил чуть не треть атакующих. Выстрел был хорошим - очень точным, убийственно эффективным и не причинившим вреда стоящей на земле черной машине. За поднятыми смерчами песка Рост не видел, сколько людей успели вбежать по пандусу и был ли среди них Ким..
   - Слышу, - отозвался Квадратный. - Ты только скажи, когда он будет ближе всего.
   - Еще чуть-чуть, - проговорил Рост, - еще...
   Черный треугольник снова выстрелил, на этот раз он снес почти всю дальнюю часть засады. Ростик, стиснув зубы, говорил:
   - Десять метров, пять, два...
   Снова выстрел, на этот раз люди дрогнули. Некоторые стали отбегать в сторону, уже не рассчитывая оказаться в черном треугольнике, стоящем всего-то в двух десятках метров от них с откинутым настежь трапом... И таком недоступном.
   - Пошел!
   И тогда сбоку от проходящей на мизерной высоте черной машины из травы появились три человека. Они бежали из разных точек, и каждый нес что-то в руках...
   У Роста тоже оказались нервы. Он не выдержал, опустил голову и стал смотреть на свою руку, сжимающую трубку полевого телефона. Она была белым-бела, но это ничего не решало. Ровным счетом ничего.
   Справившись, он поднял голову. Из треугольника, который шел так низко, что чуть не стелился над землей, ударили боковые пушки. Один из подбегающих к нему людей подлетел в воздух, словно от очень мощного разрыва, второй просто растаял в слишком яркой для одной смерти вспышке... И лишь еще кто-то, юркий и быстрый, как ящерица, несся вперед. По нему снова выстрелили из треугольника, почти в упор, из невидимой на таком расстоянии щели или бойницы... И попали! Бегущий человек упал, но тут же поднялся и, вместо того чтобы снова упасть, побежал еще быстрее.
   Впрочем, его бег теперь замедляла тянущаяся за ним нитка... Вернее, это издалека казалось ниткой, Ростик-то знал, что в действительности это был двадцатитонный трос, взятый на заводе, оставшийся от земной еще цивилизации, стальная жила почти в полсантиметра толщиной. И на конце тросика была намертво заклепана стальная кошка... Все устройство весило едва ли не под сотню килограммов, и с каждым шагом бегуну было все тяжелее ее нести, потому что она становилась все длиннее... И все-таки он добежал!
   Добежал, подпрыгнул, невероятным образом дернулся всем телом, зацепляя за что-то свой крюк, и... отвалился назад и вниз. Рост почувствовал, что не может дышать. Потому что в этом человеке узнал старшину.