А потом из дверей таверны в вестибюль хлынули нелепые фигуры.
   Он нашел их. Все их проклятое гнездо!
   В воздух взметнулись белопламенные шары, устремившись вслед бегущему к лифтам продавцу. Один настиг свою цель, впившись в плечо, и продавец взвыл. Рана его дымилась.
   Рубра немедленно отключил вегетатику этажа, шунтировав себя в управленческую структуру. По его приказу фосфоресцентные клетки потолка померкли, погрузив зал во тьму, нарушаемую лишь вспышками белого пламени. Распахнулся сфинктер двери, ведущей к лестничной шахте, пропуская внутрь одинокий световой луч. Продавец ринулся к нему и, пригнувшись, нырнул в отверстие.
   На полу забарабанили ошметки коралла. По всему потолку раскрывались воздуховодные трубки: по команде Рубры мышцы-регуляторы воздушного потока сжимались и гнулись в направлениях, не предусмотренных проектом. Из рваных отверстий потек густой белесый туман, теплый и маслянисто-тягучий. Тысячи легких обиталища выдували в вестибюль сгущенные водяные пары, которые им полагалось извлекать из воздуха и закачивать в специальные органы-очистители.
   Одержимые пожелали, чтобы туман пропал, - и тот сгинул, расступаясь на пути у бегущих. Но огненные шары завязли в нем, превратившись в бессильные комки неяркого клубящегося свечения.
   Продавец выбежал на лестницу, и Рубра захлопнул мембрану за его спиной, наглухо сомкнув сфинктер. В дверь ударили комья белого пламени, буравя мышцы, точно огненные черви.
   Кира Салтер выбежала в вестибюль, когда проклятый туман уже почти рассеялся. Вспыхнул багровый аварийный свет, заливая просторный вестибюль тускловатым сиянием, - как раз вовремя, чтобы Кира могла увидать, как захлопывается мембрана двери перед разъяренной толпой.
   - Стоять! - рявкнула она.
   Кто-то остановился. Иные швырнули в дверь белым пламенем.
   - Прекратить немедля! - приказала она со злостью.
   - Кира, иди на фиг!
   - Он кончил Росса, черт!
   - Я из него жилы повытяну!
   - Может быть, - Кира вышла на середину зала и остановилась, подбоченившись и оглядывая своих непокорных соратников. - Но не так. - Она махнула в сторону дымящейся, но все еще закрытой двери. Серая мембрана ощутимо подрагивала. - Он знает. - Кира запрокинула голову и произнесла в потолок: - Так, Рубра?
   Медленно-медленно разгорелись фосфоресцентные клетки, озаряя ее лицо. По светящейся поверхности побежали черные линии, складываясь в буквы:
   "ДА".
   - Да. Видели? - Она подождала, не соберется ли кто-то из новоодержанных бросить ей вызов. Двое ее самых сильных помощников, Бонни Левин и Станьон, вышли вперед и встали у нее за спиной. - Сейчас пошла другая игра, и прятаться мы не будем. Мы захватим обиталище!
   "НЕТ", - отпечаталось на потолке.
   - Это тебе не сделка, Рубра! - крикнула она в потолок. - Я тебе не договор предлагаю, ты понял? Если тебе очень-очень повезет, ты останешься в живых. Все. Это если ты меня не достанешь. И не будешь путаться под ногами. Тогда мы, может быть, решим, что от твоего драгоценного Валиска есть польза. Но только если ты будешь себя хорошо вести. Потому что когда мы одержим все население, будет очень просто улететь отсюда. А перед этим разрезать тебя со звездолетов на мелкие кусочки. Я вспорю твою оболочку, выпущу атмосферу, заморожу твои реки, вышибу пищеварительные органы из оконечности... Но на то, чтобы умереть окончательно, у тебя уйдет немало времени. Может быть, десятки лет, кто знает. Хочешь рискнуть?
   "ВЫ ОДНИ. ПОЛИЦИЯ И НАЕМНИКИ С ТЯЖЕЛЫМ ВООРУЖЕНИЕМ УЖЕ ВЫЗВАНЫ. СДАВАЙТЕСЬ НЕМЕДЛЯ".
   Кира злобно расхохоталась.
   - Нет, Рубра, мы не одни. Нас миллиарды. - Она оглядела собравшихся в вестибюле одержимых в поисках несогласных и не нашла (если не считать типов вроде Дариата и Канаана, от которых и так нет проку). - Ладно, ребята, выходим из подполья. Начинаем процедуру пять. - Она легкомысленно прищелкнула пальцами. - Вы трое - подавить процессоры управления лифтом, приготовиться к поездке в парк. Бонни, выследи засранчика, который убрал Росса, я хочу, чтобы он страдал долго. Командный центр устроим в конференц-зале "Магелланик ИТГ".
   Первый лифт прибыл на семнадцатый этаж. Пятеро одержимых ринулись внутрь, демонстрируя Кире свой энтузиазм и готовясь получить награду. Двери сомкнулись. Рубра подавил предохранители электросети звездоскреба и направил восемьдесят тысяч вольт в идущие вдоль лифтовой шахты металлические направляющие.
   Кира слышала доносящиеся из лифта вопли и ощущала ужас насильственного изгнания. Силиконовые уплотнители между дверями сплавились и вспыхнули. В щель пробился на миг ослепительный свет внутреннего огня, пожиравшего тела.
   "НЕ ТАК ВСЕ ПРОСТО, ДА?"
   Секунд двадцать Кира стояла совершенно недвижно, лицо ее превратилось в маску, скрывавшую бурю чувств.
   - Ты! - Она ткнула пальцем в тощего юнца в мешковатом белом костюме. Отвори мембрану. Пойдем по лестнице.
   - Я же говорил! - заметил юнец. - Надо было с этого начинать.
   - Работай! - рявкнула Кира. - А вам, остальным, Рубра показал, на что способен. По сравнению с нами это немного, но раздражает. Рано или поздно мы отсечем звездоскребы от нейронной сети, а до тех пор будьте осторожны.
   Мускульная мембрана послушно раздвинулась, и слегка подавленные одержимые двинулись одолевать пешком семнадцать лестничных пролетов вверх до парка.
   - Это была не совсем сродственная команда, - объяснял Рубра когистанскому Согласию. - Я ощутил нечто близкое к электрическому разряду в нейронах вокруг сфинктера. Похоже на сродство, но разряд просто стер все мои программы в ограниченной зоне - около пяти метров в поперечнике. До главных нейронных слоев дойти он не может.
   - Латон утверждал, что Льюис Синклер, захватывая остров Перник, проявлял схожие способности, - подтвердило Согласие. - Они действуют грубой силой, а ее всегда можно обернуть во вред противнику. Но стоит одному из них перенести свою личность в тебя, и их энергистическая способность увеличится пропорционально числу затронутых нейронов. Ты не должен допустить этого.
   - Пусть пробуют. Вы знаете, что нейроны Валиска построены на моей ДНК и пропускать будут только мои мыслительные цепочки. Полагаю, Латон на Пернике сделал нечто подобное, когда изменил нейронные слои острова своим протеевым вирусом. Способные к сродственной связи смогут разрушать мелкие подпрограммы, вроде управления дверями. Но в нейронных слоях их личности не будут функционировать как независимые единицы, если только не станут частью моей собственной личности. Тогда мне придется их впустить.
   - Превосходная новость. Но сможешь ли ты уберечь свое население от одержания?
   - Это будет непросто, - признался Рубра неохотно. - И всех я спасти не сумею - разве что меньшинство. И внутренний ущерб потерплю при этом огромный.
   - Сочувствуем. Мы поможем тебе отстроиться заново, когда все кончится.
   - Если кончится...
   8
   Андре Дюшамп выбрал астероид Кули своей целью почти инстинктивно. Расположенный в системе Дзамин-Удэ, в добрых шестидесяти световых годах от Лалонда, в определенных обстоятельствах и для определенных судов он служил безопасной гаванью. Словно в противовес китайскому происхождению своих обитателей и их давним традициям тирании, астероид славился своим либеральным подходом к законодательству Конфедерации и проверке грузовых манифестов. Экономика его от такого подхода только выигрывала. Прилетали звездолеты, соблазнившись легкостью сбыта любых товаров, а за ними явились астроинженерные конгломераты, чтобы ремонтировать и снабжать корабли, а вслед за мажорами слетелись мелкие обслуживающие и финансовые компании. Подкомиссия Ассамблеи по контрабанде и пиратству регулярно корила правительство Кули и его политику, но на астероиде ничего не менялось. Во всяком случае, за пятнадцать лет Андре ни разу не испытывал трудностей, сбывая груз или подряжаясь на самые сомнительные чартеры. Астероид стал ему почти вторым домом.
   Однако в этот раз, когда "Крестьянская месть" вышла из прыжка на установленном расстоянии от Кули, диспетчерская космопорта выдала разрешение на посадку с превеликой неохотой. За последние три дня система получила вначале весть о появлении Латона, а за ней - предупреждение с Трафальгара о возможном заражении энергетическим вирусом. В обоих сообщениях источником угрозы назывался Лалонд.
   - Но у меня на борту несколько раненых, - запротестовал Андре, когда ему в третий раз не выделили причала.
   - Извините, Дюшамп, - ответил диспетчер порта, - свободных причалов нет.
   - Движения вокруг порта практически не наблюдается, - заметила Мадлен Коллум, наблюдавшая за астероидом через сенсоры звездолета. - Только челноки персонала и ремонтные боты, звездолетов нет.
   - Объявляю тревогу первой степени, - датавизировал диспетчеру Андре. Теперь им придется нас принять, - пробормотал он Мадлен. Та буркнула что-то в ответ.
   - Тревога принята, "Крестьянская месть", - датавизировал диспетчер. Предлагаем выделить вам вектор к астероиду Якси. Они более приспособлены к тому, чтобы вас принять.
   Андре испепелил взглядом голую панель блока связи.
   - Ну хорошо же. Соедините меня, пожалуйста, с комиссаром Ри Драком.
   Ри Драк был последним козырем Андре, и капитан не думал, что разыгрывать эту карту придется из-за судьбы какого-то космолетчика. Он-то надеялся приберечь долги Ри Драка до того момента, когда под угрозой окажется его собственная драгоценная шкура.
   - Добрый день, капитан, - датавизировал Ри Драк. - У нас, кажется, проблема намечается.
   - У меня - нет, - ответил Андре. - Никаких проблем. Не как раньше, а?
   К раздражению Мадлен, оба разом переключились на шифр высшего порядка, и остаток разговора оказался для нее потерян - о содержании его можно было судить лишь по физиономии Андре, то озарявшейся хитрой ухмылочкой, то мрачневшей от возмущения. О чем бы капитан ни беседовал с комиссаром, у них на это ушло добрых четверть часа.
   - Хорошо, капитан, - сдался наконец Ри Драк. - "Крестьянская месть" позволяется причалить, но если на борту окажутся зараженные, в ответе будете вы. Я предупрежу силы безопасности о вашем прибытии.
   - Месье, - Андре тяжеловесно поклонился.
   Мадлен не стала его расспрашивать, а вместо этого датавизировала автопилоту запрос на системные схемы, помогая капитану запустить зажигание термоядерного двигателя.
   Космопорт Кули представлял собой семиконечную звезду, и печальное его состояние отражало общее отношение начальников астероида к законам о космоходных возможностях. Некоторые участки были погружены в полную тьму, снежно-белые панели теплоизоляции слетали с поверхности, образуя прихотливый мозаичный узор, самое малое три трубопровода протекали, выбрасывая в пространство сероватые газовые струи.
   "Крестьянской мести" выделили отдельный причал близ оконечности одного из лучей. Там по крайней мере работало освещение, исходящие изнутри прожекторные потоки света озаряли металлический кратер бестеневым сиянием. По краю причала пробегали алые вспышки посадочных огней.
   Первым сквозь шлюз прошел вооруженный отряд портовой охраны. Андре и команду загнали на мостик и продержали там до тех пор, пока таможенники не перебрали по винтику капсулы жизнеобеспечения. Только через два часа, когда с досмотром было покончено, им дали разрешение выйти.
   - Неплохая была заварушка, - бросил капитан охранников, проскользнув через потолочный люк на нижнюю палубу, где на борт пробрались одержимые.
   Палуба была в ужасающем состоянии. Балки погнуты и разорваны, всюду странно искривленные, почерневшие от сажи обломки композита и высохшие кровавые пятна. Несмотря на все усилия перегруженной системы очистки, в воздухе висел мерзкий запах горелого мяса. К трапу были прикручены силиконовыми шнурами девять мешков с трупами. Под давлением слабых струек свежего воздуха, которые с трудом выжимал из себя переломанный воздуховод, они плыли в нескольких сантиметрах над опаленной палубой, сталкиваясь и разлетаясь.
   - Мы с Эриком с ними разобрались, - грубо бросил Андре, заслужив этим мрачный взгляд от Десмонда Лафо, помогавшего коронеру сортировать тела.
   - Неплохо, значит, поработали, - заключил капитан. - Похоже, на Лалонде сам ад вырвался на волю.
   - Так и было, - ответил Андре. - Сущий ад. Нам очень повезло, что мы удрали. Не видел я боев более жестоких.
   Полицейский задумчиво кивнул.
   - Капитан! - датавизировала Мадлен. - Мы готовы отправить ноль-тау капсулу Эрика в госпиталь.
   - Конечно, давайте.
   - Нужно, чтобы вы заверили гарантию оплаты, капитан.
   Веселая щекастая физиономия Андре несколько помрачнела.
   - Я сейчас. Мы почти разобрались с таможенниками.
   - Знаете, - намекнул полицейский, - у меня есть друзья-журналисты, которым очень интересно будет взять у вас интервью. Быть может, вы захотите с ними связаться? Возможно, вам даже не придется платить налог на импорт... это в моей власти.
   Мрачность слетела с Андре, как по волшебству.
   - Думаю, мы договоримся.
   Мадлен и Десмонд сопроводили ноль-тау-капсулу в госпиталь, размещенный в главной жилой пещере. Прежде чем отключить поле, врачи просмотрели записанный Мадлен клип.
   - Вашему другу очень повезло, - заметил главный хирург.
   - Мы знаем, - ответила Мадлен. - Мы там были.
   - К счастью, его нейросеть - производства корпорации Кулу, очень качественная и мощная модель. Соответственно, и аварийная анабиозная программа, запустившаяся при декомпрессии, тоже оказалась вполне качественной. Отмирание тканей в большинстве внутренних органов не произошло, и нервная ткань практически не затронута - кровоснабжение мозга осуществлялось адекватно до самого отключения. Потерянные клетки мы сумеем восстановить. Легкие, конечно, придется менять - от декомпрессии они всегда страдают сильнее всего. И кровеносные сосуды придется латать. С предплечьем и кистью будет проще всего - банальная трансплантация.
   Мадлен ободряюще улыбнулась Десмонду. Тяжелей всего было переносить неизвестность, не зная, правильно ли они все сделали - или в камере лежит живой овощ.
   Когда в комнату ожидания, где они собрались, вошел Андре Дюшамп, капитан улыбался так широко, что Мадлен подозрительно нахмурилась.
   - Эрик поправится, - сообщила она.
   - Tres bon. Он прелестный enfant. Я всегда это говорил.
   - Восстановить его можно, - согласился хирург. - Вопрос в том, какую процедуру вы предпочтете. Мы можем воспользоваться готовыми имплантами из искусственных тканей, тогда он встанет с постели через пару дней. Затем можно начать клонирование и замещать импланты по мере взросления тканей. Или же мы можем взять генетические образцы и хранить тело в ноль-тау, пока органы не будут готовы к пересадке.
   - Конечно... - Андре откашлялся, не глядя на остальных членов экипажа. - А во сколько именно эти процедуры обойдутся?
   Хирург скромно кивнул.
   - Дешевле всего будет просто пересадить ему искусственные ткани и ничего не клонировать. ИТ-технологии обычно используются для усиления; органы проживут дольше, чем их владелец, и почти не подвластны болезням.
   - Magnifique! - Андре широко и довольно улыбнулся.
   - Но этот вариант нам не подходит, не так ли, капитан? - с напором проговорила Мадлен. - Потому что, как вы верно сказали, когда Эрик спас ваш корабль и вашу задницу, вы готовы купить ему новое клонированное тело, если придется. Верно? Так что нам очень повезло, что новое тело клонировать не придется, потому что это было бы очень дорого. А сейчас вам придется заплатить лишь за пару искусственных органов и несколько клонов. Потому что вы, конечно, не желаете, чтобы Эрик пришел в себя иначе, как совершенно здоровым. Так, капитан?
   Андре сделал вид, что улыбается, но получилось не натурально.
   - Non, - проговорил он. - Вы правы, моя дражайшая Мадлен. Как всегда, - он кивнул хирургу. - Полное восстановление клон-органами, пожалуйста.
   - Разумеется, сэр, - хирург вытащил кредитный диск Юпитерианского банка. - Я попрошу вас оставить залог - двести тысяч фьюзеодолларов.
   - Двести тысяч?! Я думал, вы его лечить будете, а не омолаживать.
   - Увы, но придется поработать. Ваша страховка, конечно, покроет расходы?
   - Я проверю, - мрачно пообещал Андре. Мадлен рассмеялась.
   - Сможет Эрик летать с этими... искусственными органами? поинтересовался капитан.
   - О да, - ответил хирург. - Для имплантации клонов ему придется вернуться через несколько месяцев.
   - Хорошо.
   - А что? - подозрительно поинтересовалась Мадлен. - Мы куда-то собираемся?
   Андре сунул хирургу собственный кредитный диск.
   - Всюду собираемся. Куда только наймут. Может, нам даже удастся избежать банкротства, пока не вернемся. Думаю, Эрик будет на седьмом небе от счастья, узнав, до чего довела меня его бесшабашность.
   Оборонительные силы астероида Идрия уже третий день были подняты по боевой тревоге. Первые сорок восемь часов все, что было известно совету астероида, - что кто-то захватил сеть СО Новой Калифорнии, одновременно уничтожив или захватив половину космофлота планеты. Детали оставались неизвестны. Трудно было поверить, чтобы на высокоразвитой планете мог случиться переворот, но редкие спутанные донесения, долетевшие до астероидов прежде, чем смолкли передатчики, подтверждали, что платформы СО ведут огонь по наземным целям.
   Потом, сутки тому назад, в систему прибыл курьерский космоястреб от Ассамблеи, и людям стало ясно, что случилось. А вместе с пониманием пришел ужас.
   Все заселенные астероиды пояса Лилла объявили чрезвычайное положение. Обиталища эденистов на орбите Йоссмита объявили запретной зону в двух миллионах километров вокруг газового гиганта и пригрозили расстреливать нарушителей с помощью космоястребов. Избежавшие катастрофы корабли планетарного космофлота Новой Калифорнии рассеивались между несколькими заселенными астероидами, покуда уцелевшие адмиралы, собравшись в следующей троянской точке Йосемита, среди астероидов, обсуждали положение. Единственное, к чему они пока пришли, - вспомнили о старом правиле и выслали разведчиков, чтобы заполнить зияющие дыры своего незнания.
   Коммандер Николай Пенович нес вахту в командном центре СО Идрии, когда в трех тысячах километрах от астероида, вне предписанной зоны выхода вынырнули из червоточин корабли адамистов - пять судов среднего тоннажа. Через несколько секунд после появления сенсоры зарегистрировали вспышку в инфракрасном спектре. Тактическая программа подтвердила запуск боевых ос, нацеленных на платформы СО и систему сенсорных спутников.
   Николай отдал системе автоматического огня приказ ответить ударом на удар. Выплеснулись электронные пучки, вспыхнули лазеры. Поспешно собранный оборонительный флот - то есть все корабли, способные запустить боевую осу, - нацелился на пришельцев. Но к тому времени, когда они вышли на линию атаки, пришельцы уже сгинули в червоточинах.
   Еще четыре корабля выскочили из черных дыр, выпустили боевых ос и ушли.
   Атака велась точно по учебнику тактики, и поделать тут Николай не мог ничего. Его сенсорное восприятие уже ухудшилось на сорок процентов и продолжало снижаться по мере того, как подзаряды боевых ос заполняли местное пространство электромагнитными импульсами. Ядерные взрывы окружали Идрию искрящимся ионным туманом, напрочь поглощая сигналы дальних сканеров. Все сложнее становилось направлять огонь платформ на приближающиеся снаряды. Николай даже не знал, сколько еще залпов у него осталось в резерве.
   Два корабля защитников попали под удар кинетических зарядов, рассыпавшихся в слепящих фейерверках звездного огня.
   Николай и его немногочисленный штаб отозвали флот, пытаясь сформировать вокруг астероида плотную защитную сферу, но связь пострадала не меньше, чем сенсорное восприятие. Самое малое три корабля не ответили на сигнал, и прервалась связь с двумя платформами СО - пали они жертвами ос или ЭМП-ударов, Николай не знал, а тактические программы не могли дать даже прикидочной оценки.
   Эти платформы, подумал он, поддаваясь отчаянию, не предназначались для обороны от полномасштабного штурма. Настоящей защитой Идрии служил боевой флот системы.
   Пара низкоорбитальных спутников слежения предупредила его, что в пятидесяти километрах от астероида вылетели из червоточин еще четыре звездолета. Из недр фрегатов брызнули боевые осы. Восемь, ускоряясь на тридцати пяти g, нацелились на космопорт Идрии, рассыпая облака подзарядов. А у Николая не осталось ничего, чем можно было их остановить. Вдоль двухкилометровой конструкции из металла и композита расцвели цветочки взрывов. Заряды были нацелены точно, разрушив релейные и сенсорные блоки.
   Командный центр СО ослеп и оглох.
   - Ох Господи, блин! - взвизгнула лейтенант Флер Миронова. - Мы все умрем.
   - Нет, - покачал головой Николай. - Они готовятся к штурму.
   Он вызвал схемы внутренних помещений астероида, изучая немногие оставшиеся ему варианты.
   - Все бойцы, какие у нас есть, должны занять места в осевых шпинделях, полностью перекрыть проходы. И перекройте транзитные трубки, соединяющие пещеры с космопортом. Немедля. Если там кто и остался, пусть выкручиваются сами.
   - Против одержимых? - воскликнула Флер. - А не проще их сразу в вакуум вышвырнуть?
   - Лейтенант, хватит! Найдите мне лучше работающий наружный сенсор. Я должен знать, что там творится.
   - Есть.
   - Мы должны защитить большинство населения. Ирека и Орланд откликнутся, как только узнают об атаке, а к Орланду приписано два фрегата. Нам надо продержаться пару часов. Уж с этим-то бойцы справятся. Не настолько хороши эти одержимые.
   - Если Ирека и Орланд не атакованы сами, - с сомнением проговорила Флер. - Мы видели всего лишь дюжину кораблей. А на астероидах и орбитальных станциях находилось несколько сотен, когда одержимые захватили Новую Калифорнию.
   - Господи Иисусе, кончай ныть! Где мой внешний сенсор?
   - Сейчас будет, сэр. Я вызвала по микроволновой связи пару механоидов, осматривавших терморадиаторные панели. Думаю, эти релейные не пострадали.
   - Ладно, давай.
   Качество изображения, поступавшего в его мозг, нельзя было назвать иначе, как отвратительным: серебристо-серые пятна блуждали по тускло-черному фону неба, внизу бугрилась синевато-бурая скала. Флер приказала механоидам сориентироваться на иззубренный диск космопорта, медленно поворачивавшийся на оси. Диск был пробит в дюжине мест - из трещин бил газ, за перебитыми растяжками тянулись следы обломков. Восемь спасательных шлюпок осторожно огибали облака космического мусора, удаляясь от станции. Николаю Пеновичу не хотелось думать, сколько людей осталось внутри и можно ли их еще спасти. На фоне искаженного созвездия Рыб вспыхнули один за другим белые огни взрывов - кто-то еще вел бой.
   В поле зрения вошел, полыхая лиловым ракетным выхлопом, тяжелый звездолет - несомненно, боевой, в рабочей конфигурации: пучки сенсоров ближнего радиуса действия выдвинуты, терморадиаторы втянуты в корпус и из отверстий по экватору струится парок охладителя. По всей передней полусфере были открыты шестиугольные створы люков, слишком больших для установок запуска боевых ос.
   Трудно было оценить размер, но Николай решил, что корабль имеет в поперечнике метров девяносто.
   - Кажется, это десантная шлюпка морской пехоты, - проговорил он.
   Отключился главный двигатель, и блеснули синим огнем ионные движки, зафиксировав шлюпку в пяти сотнях метров от шпинделя, соединявшего неподвижный космопорт с астероидом.
   - Я поместила в шпиндель пару взводов, - сообщила Флер. - Этого, конечно, мало - портовая охрана да дюжина усиленных наемников, пошедших в добровольцы.
   - Горацию еще легко пришлось, - пробормотал Николай. - Но они должны продержаться. Стандартную операцию по захвату плацдарма одержимые провести не могут - их тела разрушают электронику, им не натянуть скафандры, не говоря уже о боевой броне. Значит, им придется швартоваться и пробивать себе дорогу по соединительным туннелям. А это дорого им обойдется.
   Он снова проверил внешние датчики, выискивая подтверждение своим словам. Шлюпка держалась неподвижно, по временам плюясь оранжевым огнем из маневровых двигателей, чтобы поддержать высоту.
   - Дай мне доступ к сенсорам космопорта и проверь внутреннюю связь, приказал Николай. - Возможно, отсюда мы сможем координировать сражение.
   - Есть, сэр! - Флер начала датавизировать команды компьютеру центра, связывая сеть связи оборонительной системы с гражданскими каналами, пронизывающими космопорт.
   И тогда в распахнутых люках корабля показались первые тени.
   - Черт, что у них там такое? - пробормотал Николай.
   Служебные механоиды увеличили разрешение камер. Из корабля, точно шершни из гнезда, вылетали темные фигуры. Из-за интерференции в тусклом свете трудно было разглядеть их в подробностях, но фигуры были, несомненно, человеческие. На плечах у них были маневровые ранцы с расширенными для увеличения тяги соплами.
   - Предатели, - прошипела Флер. - Эти флотские гады перекрасились! Они никогда не поддерживали независимые поселения на астероидах. А теперь они помогают одержимым!
   - Они бы не стали. Никто не пойдет на такое.
   - Тогда как ты это объяснишь?
   Николай беспомощно помотал головой. Снаружи торопливые черные шершни прожигали себе дорогу через карботановые плиты и по одному влетали в рваные дыры.