Джордан не терпелось убраться отсюда. По дороге в мотель она уныло пробормотала:
   – Воображаешь, будто знаешь человека, а потом оказывается, что он просто сексуальный маньяк.
   – Но ведь ты почти не знала Чарлин, верно? И видела раза два, не больше, – возразил Ноа.
   – Верно, но все же крайне неприятно.
   – Если ты не согласна на другой ресторан, полагаю, мы можем поужинать у Джаффи. Согласна?
   – Сейчас подумаю. Он есть в списке?
   – Хочешь посмотреть? – рассмеялся Ноа.
   – Сам посмотри.
   Ноа остановился у обочины, наскоро просмотрел список и увидел имя Амелии Энн. Интересно, как отреагирует Джордан, если узнает?!
   – Джаффи в списке нет, – сообщил он.
   – Хорошо, – вздохнула она.
   Ноа подумал об испытаниях, которым подверг ее сегодня.
   – Ты настоящий товарищ, – кивнул он. – За эти дни мы стали одной командой.
   Она хотела что-то ответить, но он притянул ее к себе.
   – Что… – начала было Джордан, но жесткие губы запечатали ей рот. Она не ожидала поцелуя, но инстинктивно расслабилась и впустила его язык. Он мгновенно воспользовался ее слабостью: Ноа ничего не делал вполовину. Поцелуй длился недолго, но у нее закружилась голова. Когда он отодвинулся, ее сердце тревожно ударялось о ребра. Обмякнув на сиденье, она пыталась отдышаться.
   В отличие от Ноа. Его дыхание ни на секунду не сбилось с ритма. Он спокойно включил зажигание и влился в поток машин.
   – Мне хочется рыбы. И холодного пива, – объявил он. Ни упоминания о поцелуе, ни «спасибо», ни даже традиционного вопроса: «Тебе было хорошо?»
   Ноа повернул голову.
   – Что-то не так? – спросил он, прекрасно понимая, в чем дело. Она ответила яростным взглядом. – Выглядишь немного раздраженной.
   – Да неужели? С чего бы это? Все так.
   – Вот и прекрасно.
   – Я просто не могу понять, как ты можешь быть таким спокойным… ну, знаешь… равнодушным.
   – Спокойствие и равнодушие – вещи разные.
   – Но прекрасно сочетаются в тебе. Ты только что поцеловал меня.
   Ну вот. Она сказала это вслух и выдала себя.
   – М-м… действительно поцеловал.
   – И это все? «Действительно поцеловал»? – выпалила она с такой яростью, что он улыбнулся. Джордан действительно неподражаема, особенно когда разозлится.
   – А что я, по-твоему, должен был сказать?
   Он что, шутит? Можно подумать, ему нечего сказать! Хотя бы обронил, что этот поцелуй что-то значит для него… значит много… Но, очевидно, это не так. Он целовал десятки женщин. Что для него еще одна?
   Ей вдруг захотелось напомнить ему о вчерашней безумной ночи. Подчеркнуть, что сегодня утром он вел себя так, словно не случилось ничего из ряда вон выходящего. И если он спросит, что ей хочется от него услышать, Джордан, вероятно, последует примеру Джея-Ди и врежет ему правой в челюсть. Вот это он наверняка запомнит!
   И хотя мысль была весьма заманчивой, она отчетливо понимала, что насилием ничего не решить.
   Они остановились на красный свет, и Ноа искоса глянул на нее.
   – О чем ты думаешь, солнышко? У тебя такой озадаченный вид.
   – Насилие, – не задумываясь, ответила она. – Я думала о насилии.
   Черт возьми, ему никогда не угадать, что она скажет в следующую минуту!
   – А при чем тут насилие?
   – Насилием ничего не решить. Этому меня и Сидни научили родители.
   – А твои братья?
   – Они вечно пытались вбить друг друга в землю. Может, поэтому и преуспели в спорте. Расправлялись с членами других команд.
   – Каким же образом ты избавилась от своих агрессивных порывов? – с искренним любопытством спросил он.
   – Ломала вещи.
   – Вот как?
   – Это не было вандализмом, – пояснила она. – Я ломала вещи с тем, чтобы потом починить. Это был… полезный опыт.
   – Должно быть, ты доводила родителей до безумия.
   – Вероятно, – согласилась он. – Правда, они меня терпели, а потом и привыкли.
   – А вещи, которые ты поломала?
   – Учти, что я была совсем девчонкой и поэтому начала с малого. Тостер, старый вентилятор, газонокосилка…
   – Газонокосилка?
   – Газонокосилка до сих пор остается больным местом моего отца, – улыбнулась Джордан. – Как-то он пришел с работы пораньше и увидел, что все части газонокосилки, включая болты и гайки, разбросаны по подъездной дорожке. Радости ему это не прибавило.
   Ноа никак не мог представить Джордан, измазанную машинным маслом, с отверткой в руках. Она такая женственная и хрупкая. Просто немыслимо!
   – Но ты собрала газонокосилку?
   – С помощью братьев, в которой, кстати, я совершенно не нуждалась. На следующей неделе мой отец приволок домой старый, сломанный компьютер и сказал, что отдаст его мне при условии, что больше я не дотронусь ни до одной вещи в доме, включая газонокосилки и машины.
   – Машины?
   – До машин дело не дошло. Просто было неинтересно. Но как только я получила компьютер…
   – Поняла, что нашла свое призвание.
   – Полагаю, так и было. Как насчет тебя? Каким ты был в детстве? И тогда мечтал об оружии?
   – Вспыльчивым и своенравным. И вечно лез в драку. Но мы жили в Техасе, а это означало непременный футбол в средней школе. Мне повезло получить стипендию для обучения в колледже, как лучшему школьному спортсмену. Кроме того, я всегда хорошо учился.
   Но даже он не мог лгать не моргнув глазом.
   – Я и тогда терпеть не мог правила.
   – И сейчас не любишь?
   – К сожалению.
   – Ты – прирожденный мятежник.
   – Так меня называет доктор Моргенштерн.
   – Можно спросить тебя кое о чем?
   Он остановил машину на парковке мотеля.
   – Конечно. Что ты хочешь узнать?
   – Интересно, длились ли когда-нибудь твои отношения с женщинами больше недели-другой? И ты хотя бы раз в жизни любил кого-то?
   – Нет, – не задумываясь, ответил Ноа.
   Если резкий ответ и небрежный тон были попыткой заставить ее переменить тему, он ошибся.
   – Боже, да ты сама чувствительность!
   Он остановил машину и открыл дверцу.
   – Солнышко, в моем теле нет ни одной чувствительной косточки.
   В этом он тоже был не прав, но спорить она не собиралась.
   – А ты? – внезапно бросил он. – У тебя когда-нибудь был настоящий роман?
   И, не дожидаясь ответа, обошел машину, открыл дверцу с ее стороны, взял ее за руку и повел к улице. Стоянка освещалась только одним фонарем, на дальнем конце, и тишину нарушал только хор цикад.
   Он на секунду остановился и взглянул ей в глаза.
   – Я знаю, что ты собой представляешь, Джордан Бьюкенен.
   – Может, объяснишь и мне?
   – Нет.
   И тема была закрыта.

Глава 30

   – Предупреждаю сразу: если в бистро «У Джаффи» полно народа, я захожу черным ходом и ем на кухне.
   – Но почему? – удивился Ноа.
   Джордан уставилась на него с таким видом, словно не ожидала такой непонятливости.
   – Не хочу в очередной раз подвергаться допросу. И не желаю, чтобы люди злобно пялились на меня, пока я ем. Это дурно влияет на пищеварение.
   – Людям просто любопытно, вот и все, – пожал плечами Ноа. – Смирись с тем, солнышко, что ты – главная новость в этом городе.
   – Еще бы не новость! С того дня, что я появилась здесь, погибло уже три человека. Если учесть количество моих посещений бистро, количество жителей и количество неожиданных смертей и оставить место для статистической аномалии…
   – Аномалией, насколько я понял, ты считаешь себя.
   – Совершенно верно. Я – единственное отклонение в своих вычислениях.
   – Разумеется, – сухо согласился он.
   – Из этого можно сделать один верный вывод.
   – А именно?
   – Я стала причиной эпидемии.
   Ноа обнял ее и притянул к себе.
   – Да ты просто гигант! – протянул он.
   – Не смешно.
   – А по мне, так очень даже.
   Джордан вздохнула. Странно, но в последнее время ее так легко вывести из себя!
   – Ладно, наверное, я действительно несу чушь, что, нужно сказать, не в моем стиле. Обычно я вполне рассудительна. Но здесь… похоже, не могу мыслить здраво.
   «Особенно рядом с тобой».
   Они свернули за угол, перешли дорогу и оказались у бистро. Заглянув в окно, Джордан заметила, что почти все столики пусты.
   – Мы заходим, едим и тут же убираемся. Согласен?
   – Звучит волшебно. А можем мы присесть за столик или будем есть стоя? – осведомился он, распахнув дверь.
   – Хей, Джордан! – весело окликнула Анджела, завидев поздних посетителей.
   – Хей, Анджела! Помнишь Ноа?
   – Еще бы! – улыбнулась официантка. – Столик вас ждет. Должно быть, за всеми сегодняшними событиями вы и поесть не успели. – Приняв заказ на напитки, она добавила: – Вы пришли под занавес. Я как раз собиралась снимать со столов скатерти.
   – Сегодня затишье? – спросила Джордан.
   – Как всегда в ночь покера, – пояснила она. – Мы закрываемся на час раньше, чтобы Джаффи успел убрать на кухне. Ненавидит опаздывать на игру.
   Ноа ушел в туалет, чтобы умыться, а когда вернулся, напитки уже стояли на столике и Анджела ждала.
   – Не хочется торопить вас, и обещаю, что немедленно уйду, как только получу заказ, но Джаффи хотел бы поскорее выполнить ваши пожелания.
   Она порекомендовала несколько блюд и, записав заказ, поспешила на кухню.
   Джордан расслабилась. Последние посетители ушли, и они с Ноа остались вдвоем. Ни Анджела, ни Джаффи их не беспокоили.
   Ноа поднял бутылку с пивом:
   – За нашу последнюю ночь в Сиринити.[8]
   Джордан нерешительно взяла стакан воды со льдом.
   – Будем надеяться, эта ночь станет последней.
   Ноа припал к горлышку бутылки.
   – Еще пара убийств, и им придется сменить название города.
   – Кажется, я слишком близко все принимаю к сердцу. Вообразила, что нас снова окружит толпа, засыпая вопросами о пожаре и Джее-Ди. Но взгляни только, целый ресторан в нашем распоряжении, и можно поесть спокойно. Повезло, верно?
   Ноа улыбнулся в ответ, но промолчал. Анджела деловито складывала скатерти, но он заметил, что поднос, который она поставила на стол, был доверху нагружен карточными колодами. Очевидно, Джаффи устраивал в ресторане ночь игры в покер. Интересно, успела ли понять это Джордан.
   Но Джордан не обращала на Анджелу никакого внимания. Ее занимали открытия агента Стрита.
   – Что будет с пленками, отснятыми Джеем-Ди? – прошептала она. – Их обнародуют?
   – Вероятно, нет.
   – Знаешь, чего я не понимаю? Вроде бы здесь все про всех знают, так как же Чарлин смогла утаить свое маленькое хобби?
   – Хобби? – рассмеялся он. – Никогда раньше не слышал, чтобы это так называли.
   – И сколько еще людей в этом списке сумели скрыть свою внеурочную деятельность? – полюбопытствовала она.
   Ноа пожал плечами:
   – Если чего-то очень хочешь, сумеешь найти способ это получить.
   Джордан вопросительно уставилась на него:
   – А ты когда-нибудь хотел чего-то так сильно, что был готов рискнуть всем?
   Ноа долго смотрел на нее, прежде чем ответить.
   – Да. Полагаю, что так.
   Разговор оборвался, когда Анджела понесла пустую посуду на кухню. Вышедший поздороваться Джаффи робко спросил Джордан, не согласится ли она посмотреть Дору.
   Джордан встала. Ноа последовал ее примеру.
   – Кто такая Дора? – удивился он.
   – Компьютер, – пояснила Джордан. – Допивай пиво, я сейчас вернусь.
   – Я составлю ему компанию, – пообещала Анджела. – Хотите еще пива?
   – Нет, с меня хватит, – покачал головой Ноа. – Когда начнется игра?
   – Минут через пятнадцать. Скоро начнут собираться мужчины. О, смотрите, вот и Дейв Трамбо выходит из машины вместе с Эли Уитейкером! Эти всегда приезжают первыми. Они лучшие друзья. Эли – самый богатый человек в Сиринити, а многие считают, что и во всем Техасе, – тараторила Анджела, кокетливо подбоченившись. – Бьюсь об заклад, вы тоже гадаете, откуда у него столько денег. Никто точно не знает, но у каждого своя теория. Лично я думаю, что он их унаследовал. Все равно никто не посмеет спросить. Он нечасто приезжает в город. Живет сам по себе и ужасно застенчив. А вот Дейв совсем другой. Говорит, что еще не встречал человека, который бы не пришелся ему по нраву.
   – А женщины не играют в покер?
   – Еще как играют! – засмеялась Анджела. – Просто мы не любим играть с мужчинами. Они слишком самолюбивы и обижаются из-за пустяков. У нас своя собственная ночь покера. Смотрите, сюда идет Стив Нельсон. Не помню, вы знакомы или нет. Он директор единственного в округе страхового агентства.
   Тем временем Джордан сидела за компьютером Джаффи, не подозревая, что зал быстро наполняется народом. Ноа досадливо вздохнул. Неужели до нее не доносится шум?
   Вскоре все столики были заняты.
   Джордан быстро решила очередную проблему Джаффи, спутавшего команды, и хотя до нее доносились голоса, пришлось объяснять Джаффи его ошибку.
   – Помните, – сказала она напоследок, – Дора не кусается.
   Джаффи вытер руки о полотенце и кивнул:
   – Но если я опять попаду в переплет…
   – Можете послать мне е-мейл или позвонить, – посоветовала Джордан и попыталась предложить способы выявления неисправностей, но, заметив подернутые тоскливой пеленой глаза Джаффи, отступилась. Он явно не понимал ни слова из того, что она силилась ему внушить. Кажется, отныне ей придется терпеть его ежедневные звонки.
   С этими невеселыми мыслями она направилась к столику. Вечер прошел не так напряженно, как она ожидала. Теперь ее единственной заботой был десерт. Стоит есть на ночь сладкое или нет?
   К действительности ее вернул шум голосов. При виде горланившей толпы она замерла в дверях.
   Ноа узрел выражение ее лица и с трудом сдержал ехидный смешок.
   В зале воцарилось мертвенное молчание. Взгляды присутствующих устремились на Джордан. Та медленно побрела к своему месту.
   – Что это такое? – в ужасе спросила она.
   – Ночь покера.
   – Здесь? Ночь покера здесь? Но я думала… то есть полагала… Как по-твоему, мы можем уйти сейчас?
   – Сомневаюсь.
   – А если выбраться с черного хода?
   – Это не выход, – покачал головой Ноа.
   Обернувшись, она поняла, что он прав. Мужчины дружно встали, а те, кто еще не был знаком с ней, ждали своей очереди быть представленными.
   Роль распорядителя взял на себя Джаффи. Претендентов было так много, что она не запомнила и половины имен. И каждый восклицал «Хей!», после чего бомбардировал ее вопросами. Каждый хотел знать не только о пожаре и ужасной гибели Джея-Ди. Каждый хотел еще и услышать, как она обнаружила тела профессора и Ллойда. Джордан не удивилась бы, попроси они разыграть все сцены в лицах. Она честно, а иногда и дважды ответила на все вопросы, смогла несколько раз рассмеяться, а в паузах Дейв, как истинный торговец, пытался продать ей новую машину. Ноа тоже получил свою долю вопросов.
   – Скажите, Джо считает, что это Джей-Ди убил тех двоих? – допытывался Джаффи.
   – Он парень неглупый, – вмешался Дейв. – Бьюсь об заклад, так оно и есть.
   – Я слышал, что Джей-Ди исчез, – вставил некий Уэйн.
   – У Джо достаточно улик, чтобы его арестовать? – спросил Дейв.
   – Какая теперь разница? Он все равно мертв, – напомнил собравшимся Стив Нельсон. – Скажите, агент Клейборн, вы с Джо уже обыскали дом Джея-Ди?
   Ноа стоило большого труда не улыбнуться. Он-то знал, к чему клонит Нельсон. Пытается вынюхать, нашли ли они видеозаписи.
   – Да, и очень тщательно. Агенты, ведущие расследование, все запаковали и отправили в Бурбон. Впрочем, улик было не так уж много.
   Стив, очевидно, был плохим игроком, поскольку ему так и не удалось сохранить бесстрастное выражение лица. Ноа увидел проступившее в его взгляде облегчение и понял, в чем дело. Стив не только спал с Чарлин, но еще и пользовался весьма сомнительными методами в деятельности своего агентства.
   – Как считаете, мы когда-нибудь узнаем, почему Джей-Ди убил этих людей? – поинтересовался Дейв.
   – Джо все расскажет, как только узнает, – заверил Стив.
   – А мне жаль Рэнди Дикки. Он человек порядочный и шериф хороший. Для него это жестокий удар. Насколько я знаю, Джей-Ди был его единственным родственником, – сказал Дейв.
   Ноа заметил, что Эли Уитейкер внимательно прислушивается к беседе, но сам почти все время молчит.
   – Чем занимаетесь, Эли? – спросил он.
   – Выращиваю на продажу лошадей и скот.
   – Какой породы?
   – Коровы в основном лонгхорны. Они лучше всего переносят здешний климат.
   Ноа задал еще пару вопросов, и вскоре мужчины отошли от общей компании, оживленно беседуя о лучших методах ведения хозяйства.
   – В жизни не видел, чтобы Эли так проникся к чужаку, – ухмыльнулся Дейв. Остальные дружно закивали. Стив снова обратился к Джордан:
   – Знаете, хотя вы двое пробыли здесь недолго, совсем не кажетесь мне чужаками. Вы, можно сказать, внесли свежую струю в нашу унылую жизнь. Когда вы с Ноа покидаете город?
   – Завтра, – нерешительно пробормотала Джордан.
   – Искренне рад знакомству, – кивнул Дейв.
   – Думаю, на сегодня с них хватит расспросов, – вступился Джаффи. – Почему бы вам не запастись выпивкой и не занять свои места?
   Когда мужчины разбрелись по залу, Дейв, Эли и Джаффи тепло распрощались с Джордан.
   – Мне будет вас не хватать, – жаловался Джаффи. – И мне так жаль, что все бумаги сгорели. Я слышал, вы все оставили в доме профессора. Столько трудиться, чтобы сделать копии, и увидеть, как все превращается в пепел!
   – Как обидно! Кажется, вы приехали из самого Бостона, чтобы познакомиться с работой профессора, – вторил Дейв.
   – Хотите сказать, что все сгорело? – уточнил Эли.
   Джордан едва удалось вставить слово.
   – Копии у меня. Их в доме профессора не было, и мне удалось почти все переправить в Бостон еще до пожара. Если Джо и агенты ФБР захотят их просмотреть, придется все отправить обратно.
   – Хорошие новости! – обрадовался Джаффи. – Не зря съездили! Ужин за счет заведения, и не вздумайте спорить. Мы с Дорой благодарим вас от всего сердца за помощь и поддержку. Искренне надеюсь, что когда-нибудь вы вернетесь, сказать нам «хей».
   Он крепко обнял ее и потряс руку Ноа.
   – Если надумаете купить машину, вспомните обо мне. Я пригоню ее прямо в Бостон, – пообещал Дейв.
   – Он такой. Он может, – кивнул Эли, направляясь к своему столику.
   Ноа оставил щедрые чаевые для Анджелы и под дружный хор прощальных восклицаний повел Джордан к выходу.
   Оба молчали, пока не оказались в квартале от ресторана. Только тогда Джордан пробормотала:
   – Вот это да! Ночь покера. В жизни не подумала бы.
   – Видела бы ты свое лицо, когда вся эта толпа ринулась к тебе, – хмыкнул Ноа.
   – Но вечер прошел не так уж и плохо. Нам никто не мешал ужинать, и мы познакомились с обаятельными джентльменами. Обаятельными… и интересными, – решила Джордан.
   – А знаешь, что было самым интересным?
   – Что?
   – Половина этих обаятельных джентльменов значится в списке Джея-Ди.

Глава 31

   Джордан стояла под душем, смывая остатки сегодняшней жары и намыливая волосы мылом с запахом абрикоса, когда ее неожиданно осенило. Она не хотела возвращаться домой!
   Джордан немедленно выкинула из головы абсурдные мысли. Ну конечно, она хочет домой, назад, в свою упорядоченную жизнь! Продав компанию, она получила огромную прибыль, но теперь нужно решить, что с ней делать. Может, вложить деньги в производство нового компьютерного процессора, такого быстродействующего, что он подойдет для работы с самыми сложными программами. Она уже видела не только проект, но и опытный образец. Проблема состояла лишь в том, что она не хотела вторично переворачивать основы Кремниевой долины. Пусть кто-то другой изобретет схему, заставляющую мир вращаться все быстрее!
   Нежелание вновь вступать в игру было не единственным поразительным откровением. Она уже не спешила покупать новые лэптоп и мобильник. Раньше они были неотъемлемой частью ее жизни, но больше она не зависела от лэптопа и находила необычайно приятным тот факт, что ей не приходилось каждые пять минут отвечать на звонки. Ничего не скажешь, в недоступности есть свои несомненные преимущества.
   – Я начинаю бояться себя, – прошептала она.
   Что с ней происходит? Будто она преображается в совершенно иного человека. Может, пребывание на сорокаградусной жаре в ожидании, пока Ноа исследует остатки сгоревшего дома, каким-то образом повлияло на ее мозги? Или солнце их расплавило, а душ, под которым она стояла часами, размыл мозговые клетки?
   Нет. Должно быть, она просто обезвожена. Вот и все.
   Джордан натянула футболку и «боксеры», почистила зубы и, не вынимая щетки изо рта, протерла запотевшее зеркало и всмотрелась в свое отражение. Красная, распаренная физиономия и веснушки. Просто королева красоты в стиле унисекс.
   Джордан отложила щетку, потянулась за специальным лосьоном для тела, подаренным Кейт, и открыла дверь. Раньше ей было совершенно все равно, как она выглядит. Но с тех пор все перевернулось.
   Слишком хорошо она сознавала, в чем ее истинная проблема, хотя до этого момента отказывалась открыто ее признать. Ноа. О да, именно он. Он все изменил, и теперь она понятия не имела, что делать.
   Она может тревожиться и задавать себе этот вопрос сколько угодно, этим ничего не изменишь. Умная женщина бежала бы от Ноа со всех ног, но ее умной не назовешь. Хотя бы потому, что она только и думала о том, как бы снова провести с ним ночь.
   Пожалуй, следует отвлечься, чтобы не мечтать о сексе.
   Она решила свернуться калачиком в постели с бумагами профессора и прочитать очередную мрачную историю о кровопролитии, казнях, пытках и суевериях. Это уж точно заставит ее забыть о Ноа.
   Кстати, где ее очки? Она думала, что оставила их рядом с футляром для линз, но очков там не было.
   Джордан подошла к письменному столу, ударилась пальцем о стул и со стоном принялась скакать на одной ножке, одновременно пытаясь рыться в сумке.
   – Ноа! – крикнула она. – Ты не видел…
   – На столе, – откликнулся он из своей комнаты. Как он догадался, что ей нужно? Читает ее мысли? Очки действительно оказались на столе.
   – Откуда ты узнал…
   – Ты щуришься, – пояснил он, прежде чем она успела договорить. – И только что наткнулась на стул.
   – Я не замечала, куда иду.
   – Ты не видела, куда идешь, – рассмеялся он. Заметив брызги воды на линзах очков, Джордан вышла в ванную, но по пути услышала чей-то стук. Кажется, к ней пришли?
   – Ноа, открой дверь, – попросила она. Вскоре из комнаты Ноа донесся женский голос. Значит, стучались к нему!
   Сгорая от любопытства, она наскоро протерла очки, насадила на нос и вышла в спальню. Вот это да! Ноа опять обслуживают по первому разряду! Сама Амелия Энн стелила постель, а Ноа прислонился к дверному косяку, наблюдая за ней. Услышав шаги, он обернулся и подмигнул Джордан. Похоже, ему в отличие от Джордан нравится такой почет!
   Джордан во все глаза смотрела на Амелию Энн. Сегодня эта особа разоделась, как официантка, разносящая напитки в захудалом баре: укороченные шорты, красные босоножки на шпильках и блузка с огромным вырезом, которую она к тому же «забыла» застегнуть. Она положительно выглядела забавно, а манера низко наклоняться над кроватью, оттопыривая зад, была просто комичной, но Джордан не смеялась. Поведение Амелии Энн иначе, как позорным, не назовешь!
   Что-то сердито бормоча себе под нос, Джордан развернулась и сняла с кровати покрывало. Положила его в уголок, плюхнула на постель груду бумаг, схватила бутылку воды и, усевшись, стала читать.
   Телефон, стоявший в комнате, негромко звякнул. Звонила Сидни.
   – Никогда не догадаешься, где я.
   – И догадываться не желаю. Говори сразу, – буркнула Джордан.
   – Мой номер не высветился?
   – Ты позвонила в мотель. Пора бы знать, что здесь нет АОНов.
   – Я в Лос-Анджелесе и сижу среди коробок. Так случилось, что я заселюсь в общежитие только через полторы недели, а пока что застряла в отеле. Правда, отель прекрасный. Рассыльный даже внес наверх все мои вещи.
   – Я думала, на следующей неделе вы поедете туда с мамой. Почему так рано?
   – Все внезапно изменилось, – недоуменно протянула Сидни. – Вчера я ночевала у своей подруги Кристи, а когда вернулась домой наутро, мама отдала мне билет на самолет.
   Похоже, ей не терпелось от меня избавиться. Наверное, я сводила ее с ума своими опасениями насчет папы.
   – И теперь ты одна и свободна.
   – И счастлива этим, – добавила Сидни. – Пожалуй, чересчур часто звоню в обслуживание номеров, но что поделать, если я не могу попасть в общежитие?! Надеюсь, па не хватит удар, когда он узнает, сколько денег ушло с его кредитки!
   – Как там папа?
   – Вроде бы неплохо. Ты же его знаешь. Плевать он хотел на все угрозы. А вот мама – дело другое. Она совсем измучена, правда, старается этого не показать. Из-за чертова суда все на ушах стоят.
   – Не знаешь, когда это закончится? – встрепенулась Джордан.
   – Откуда? В нашем доме полно телохранителей. Куда ни взглянешь, всюду маячат они. Постоянное напоминание о том, что кто-то хочет смерти папы.
   – Как только вынесут приговор, угрозы прекратятся.
   – Разве можно знать наверняка? Правда, все это твердят, но, согласись, Джордан, речь идет о рэкете, а где рэкет, там и мафия.
   Джордан услышала тревожные нотки в голосе Сидни.
   – Понимаю.
   – И если этого ужасного человека осудят, вполне возможно, его родственники и деловые партнеры решат отомстить папе? А если нет, тогда другая сторона…