Кроме них, в участке находился еще один человек: сидевшая перед компьютером молодая женщина. Бедняжка неизвестно почему заливалась слезами. Когда Мэгги и Джордан вошли, она вытерла глаза рукавом блузки и опустила голову. Мэгги тихо выругалась.
   – Так и не получается, Кэрри?
   – Сами знаете, как я все это ненавижу.
   – Еще бы не знать. С тех пор как ты взялась за эту работу, только и делаешь, что жалуешься.
   – Не бралась я, – пробормотала девушка. – Меня заставили. И я вовсе не так уж и жалуюсь.
   – Не спорь со мной в присутствии подозреваемой.
   – Так я подозреваемая? – уточнила Джордан, ожидая, что шеф это подтвердит. В конце концов, тело обнаружили в ее машине! Пусть ей зачитают права, и она немедленно потребует адвоката.
   Но все пошло не так, как предвидела Джордан.
   – Подозреваемая? – переспросила Хейден, наклонив голову набок и нахмурившись, словно не знала, как поступить. – Это я определю после допроса.
   Джордан решила, что она шутит, но выражение лица Мэгги было как нельзя более серьезным. Неужели она воображает, будто Джордан добровольно ответит на все вопросы да еще взвалит на себя убийство, чтобы ее арестовали?! Сюрреализм. Чистый сюрреализм!
   Зато камера оказалась вполне реальной. И ее там заперли. Хейден сама повела Джордан в убогую клетушку и повернула ключ в замке.
   – Я запираю вас, чтобы вы не убежали, пока буду беседовать с криминалистами. И ключ беру с собой на всякий случай, если кто-то войдет и захочет вас выпустить.
   Джордан не ответила. Не могла. Потеряла дар речи. Нужно было успокоиться и собраться с мыслями, поэтому она уселась на топчан, положила руки на колени ладонями вверх и попыталась припомнить позы из йоги, чтобы обрести, как говорил наставник, душевный покой. Конечно, о душевном покое не могло быть и речи, но она могла заставить колотившееся сердце биться равномерно и дышать помедленнее. И тогда, возможно, ей будет не так страшно.
   Прошло добрых два часа, прежде чем начальник полиции соизволила прибыть в участок. Открыв дверь, она притащила в камеру стул. Джордан слышала, как секретарь что-то бормочет, но не могла разобрать ни единого слова.
   – Ваша помощница плачет?
   – Конечно, нет, – процедила Хейден. – Это было бы непрофессионально.
   Обе услышали всхлипы.
   – Простите, я ошиблась, – поспешно пробормотала Джордан.
   – Учтите, наша беседа записывается, – объявила Хейден, ставя на топчан маленький диктофон.
   Джордан лишний раз убедилась в поразительной некомпетентности начальника полиции. Очень хотелось спросить, расследовала ли она до этого хотя бы одно убийство, но она побоялась разозлить и без того недоброжелательно настроенную женщину. Не стоит, пожалуй, упоминать и о том, что Джордан не зачитали ее права.
   – Я хочу задать вам несколько вопросов. Готовы отвечать искренне и откровенно? – начала Мэгги. Джордан еще не успела отреагировать, как она добавила: – Можете начать с рассказа о том, как вы путешествовали в машине, не зная, что в багажнике находится мертвое тело.
   Неприязненный тон не понравился Джордан.
   – Я уже сказала, что сегодня утром взяла машину из гаража и не посмотрела в багажник, пока не оказалась у бакалейного магазина.
   – А ваш приятель, этот профессор Маккенна… совсем недавно он встречался с вами, а два дня спустя найден убитым, и вы понятия не имеете, как это произошло, верно?
   – Думаю, наша беседа должна продолжаться в присутствии адвоката, – вежливо заметила Джордан.
   Но Хейден словно не слышала.
   Джордан решила, что в эту игру можно играть и двоим, и с этого момента сделала вид, будто не понимает ни единого вопроса.
   Наконец Хейден устало вздохнула.
   – Я думала, у нас получится дружеская беседа, – бросила она.
   Джордан удивленно подняла брови:
   – Вы заперли меня в камере и записываете каждое мое слово. Мне это не кажется дружеским обращением.
   – Слушайте хорошенько: я вам не братья Дикки. Меня не запугаешь разговорами о ФБР и министерстве юстиции. Можете позвонить адвокату, когда разрешу я, но знайте, что, поскольку вы отказываетесь сотрудничать, это автоматически делает вас подозреваемой в деле об убийстве.
   Выключив диктофон, она все-таки догадалась зачитать Джордан ее права, после чего вытащила стул в коридор и захлопнула дверь камеры.
   Еще час спустя она заглянула к Джордан и объявила:
   – Вот телефонный справочник. Можете просмотреть его и выбрать адвоката. Если угодно, звоните в Бостон и приглашайте кого угодно, но вы будете сидеть в камере, пока не ответите на мои вопросы. Плевать мне, сколько на это уйдет времени. – Она сунула книгу сквозь прутья решетки и добавила: – Дадите знать, когда решите позвонить.
   Неужели ее арестуют и обвинят в убийстве? Знай Джордан приблизительное время смерти профессора, смогла бы вычислить, где находилась в этот час и кто ее видел. Оставалось надеяться, что профессора не прикончили среди ночи, так как невозможно доказать, что она оставалась в номере мотеля. Прокурор всегда может сказать, что она пешком добралась до дома профессора, убила его… но как в таком случае тело оказалось в багажнике запертой в гараже машины? И каковы ее мотивы? Или обвинение придумает любой мотив?!
   Она окончательно запуталась. И у нее нет достаточно информации, чтобы выработать линию защиты… или хотя бы найти алиби. Она даже не знала, каким образом убит профессор. Просто не могла заставить себя рассмотреть тело, завернутое в пленку, как остатки от обеда. Вот сейчас она совершенно не в своей стихии… или зоне комфорта, как говорил Ноа. Вообще во всем виноват именно он. Он твердил, как уныла ее жизнь! Но сама она была абсолютно счастлива и не подозревала, что ее считают скучной занудой. Зато сейчас она совершенно бессильна! Для того чтобы выжить, человеку необходима еда и вода. Но Джордан нужны еще компьютер и сотовый. Без всего этого она пропала!
   Джордан ненавидела это ощущение бессилия!
   Когда она выйдет отсюда… если выйдет… обязательно поступит на юридический факультет. Знай она законы, сейчас не была бы такой уязвимой.
   Жалостные размышления в очередной раз прервала шеф Хейден:
   – Итак, вы собираетесь звонить адвокату или нет?
   – Я решила подождать брата.
   – Все еще держитесь за свои сказки? – фыркнула шеф. – Только время тянете. Ничего, скоро опомнитесь и будете вести себя паинькой, когда узнаете, что не получите ни еды, ни воды, пока не начнете сотрудничать. Плевать мне на то, сколько времени пройдет. Можете хоть с голоду сдохнуть! – грубо прошипела она.
   – А это законно? – медовым голоском осведомилась Джордан.
   Хейден оказалась настоящей ведьмой.
   – Я закон в этом городе! – объявила она, ткнув себя в грудь. – Понятно! Я не такая лапочка, как выгляжу.
   И тут Джордан не сдержалась:
   – Сомневаюсь, чтобы кто-то посчитал вас лапочкой.
   Этим она ухитрилась окончательно разозлить Хейден. Та побагровела от ярости.
   – Посмотрим, как ты будешь нагличать, если я решу передать тебя братьям Дикки.
   Она хотела добавить еще какую-то гадость, но тут появилась Кэрри.
   – Мэгги!
   – Я велела тебе называть меня «шеф Хейден»! – рявкнула та.
   – Шеф Хейден!
   – Ну, что тебе?
   – Здесь ФБР.

Глава 11

   – Где она? – спросил Ник.
   – Это мое расследование, – возразила шеф Хейден. – ФБР здесь нечего делать.
   Ник и Ноа приехали в участок, ожидая встретить компетентного профессионала, но, как выяснилось, ошиблись. И ни у кого из них не было настроения выслушивать идиотские территориальные притязания.
   – Он задал вам вопрос, – возвысил голос Ноа. – Где она?
   – Не важно, где она. Как я уже сказала, это мое расследование, и вы можете убираться из моего участка.
   Ник уже успел сообщить, что Джордан его сестра, и показал свое удостоверение и значок. Теперь ее очередь. Ей лучше ответить на его вопросы, да поскорее.
   Мэгги с радостью отошла бы подальше от разгневанного мужчины, но мешала перегородка. Она понимала, что повела себя неправильно, но не собиралась отступать. Чем раньше эти двое поймут, кто здесь главный, тем лучше.
   Мужчина, назвавшийся агентом Ником Бьюкененом, выглядел свирепым и устрашающим, но не шел ни в какое сравнение со своим напарником. Пронизывающий взгляд голубых глаз яснее слов советовал не становиться у него на пути. Мэгги нюхом чуяла, что этот хищник вот-вот готов напасть, и ей очень не хотелось стать его добычей. Единственный выход – ударить первой.
   Ник уже терял терпение, когда молодая женщина, сидевшая перед темным экраном компьютера, звонко объявила:
   – Ваша сестра сидит в камере. Как раз за углом. С ней все в порядке, только не удивляйтесь, когда ее увидите.
   При этом она кокетливо навивала на палец длинный локон и улыбалась Ноа.
   – Моя сестра заперта в камере? – переспросил Ник.
   – Совершенно верно, – сухо обронила шеф, обжигая злобным взглядом помощницу.
   – И какие обвинения ей предъявлены?
   – Я еще не готова делиться с вами информацией, – процедила Мэгги. – И вы не увидите свою сестру, пока я не закончу с ней.
   – Ник, она, кажется, сказала: «Пока я не закончу с ней»? – весело осведомился Ноа.
   – Именно так она и сказала, – подтвердил Ник, не отрывая глаз от начальника местной полиции.
   Та выпятила нижнюю губу и надменно прищурилась.
   – Этот город не подпадает под вашу юрисдикцию.
   – Шеф вообразила, что можно безнаказанно выступать против федерального правительства, – заметил Ноа.
   Хейден окончательно взбесилась. Эти агенты еще и давят на нее!
   Она протиснулась через качающиеся двери и встала, загораживая доступ к камере.
   Пришлые фэбээровцы – наглые громилы, которые еще смеют ее оскорблять! Оба так самодовольны и спесивы, что думают, будто могут прижать ее к ногтю. Вот только они не знают, с кем имеют дело! Один тот факт, что здесь, в Техасе, женщина смогла подняться до такой высокой должности, мог бы показать им, что она не какая-то финтифлюшка! Пусть Сиринити – Богом забытая глушь, ей пришлось немало потрудиться, трахая и начальников и подчиненных, и фигурально и буквально, чтобы подняться на эту вершину. Пусть эта парочка с их значками и оружием сначала выбила ее из колеи, но теперь она снова на коне, и пусть только попробуют указывать ей, что делать! Пусть катятся к такой-то матери! Это ее город и ее правила. Она здесь власть и закон!
   – Я скажу вам, что нужно делать. Можете оставить номер телефона у моей помощницы, и, когда я закончу допрашивать подозреваемую, обязательно вам позвоню, агент Бьюкенен. А теперь проваливайте из моего участка и дайте мне спокойно работать.
   Брат подозреваемой улыбнулся ей и, кажется, едва сдержал смех. Мэгги отчего-то стало не по себе.
   – Так что мы собираемся делать в этой ситуации? – спросил Ник.
   Бравада Хейден мгновенно испарилась. Ноа шагнул к ней. Она тут же посторонилась, в твердой уверенности, что если бы не сделала этого, он прошагал бы прямо по ней… или сквозь нее. Никакого сомнения.
   Ноа оглянулся на Ника и ухмыльнулся.
   – Да-да, в этом тебя не превзойдешь, – кивнул Ник, продолжая тактику запугивания. Ноа всегда был способен заморозить любого, женщину или мужчину, одним жестким взглядом. Ник же, по мнению Ноа, все еще не овладел этим искусством в достаточной мере.
   – Ты можешь отнять у нее ключ, – посоветовал Ноа.
   – Послушайте, я не выпущу эту женщину, пока она не согласится сотрудничать, – громко и сварливо объявила Хейден.
   Тем временем Джордан по другую сторону стены терпеливо ждала, пока за ней придут. Она знала, что приехали Ник и Ноа, потому что слышала вопли начальника полиции. При виде Ноа она обмякла от облегчения. И счастья…
   Увидев Джордан, Ноа даже отшатнулся.
   – Что с тобой стряслось? Выглядишь кошмарно!
   – Спасибо, и тебя приятно видеть.
   Ноа проигнорировал ее сарказм. Учитывая обстоятельства, многие женщины были бы немного расстроены, но Джордан не относится к большинству. Как бы паршиво она ни выглядела, все же не подумала жаловаться и готова дать ему отпор. Он невольно восхищался ее самообладанием.
   Прижавшись к стальным прутьям, он улыбнулся ей.
   – Хочешь выбраться отсюда?
   – А ты как думаешь? – раздраженно пробурчала она.
   – Вот что я тебе скажу: объясни, что случилось с твоим хорошеньким личиком, и я тебя выпущу.
   Она осторожно коснулась щеки и поморщилась.
   – Столкновение с кулаком. А Ник здесь? Я его не слышу.
   – Да разве можно что-то услышать за визгом этой бабы?
   – Как вы успели так быстро сюда добраться? Я думала, вы пошлете каких-то агентов из округа.
   – Я смог нанять маленький частный самолет. Так что вызывать никого не пришлось.
   – Ник добровольно сел в маленький частный самолет? Да его приходится целый час уговаривать подняться в обычный пассажирский лайнер! Представить не могу, что он на такое согласился.
   – Разве я сказал «добровольно»? Пришлось заталкивать его силой.
   – Его укачало? – допытывалась Джордан улыбаясь. Уж очень забавно видеть, как зеленеет ее непробиваемый братец!
   – Не то слово!
   Джордан засмеялась.
   – Я так счастлива, что вы здесь! – призналась она.
   – Еще бы! – пожал плечами Ноа. Но сегодня его надменность ничуть ее не задевала. Услышав, как шеф снова принялась вопить, она спросила:
   – Что там происходит?
   – Ничего особенного. Твой брат решил потолковать по душам со здешним шефом полиции.
   – Настоящая милашка, верно?
   – Да уж, вылитая гремучая змея! Позор моего родного штата. Но не волнуйся. Ник с ней управится.
   Джордан встала и попыталась разгладить помятую блузку.
   – Как по-твоему, сможешь найти ключ и вытащить меня отсюда? – льстиво спросила она.
   – Конечно! Как только ты скажешь, чей кулак столкнулся с твоей челюстью.
   В этот момент из-за угла выскочила Хейден. Физиономия кислая, в руке ключ. Что-то бормоча себе под нос, она открыла дверь.
   – Э… э… было предложение сесть и спокойно поговорить. Ну… вы знаете, добраться до сути этой загадки.
   В дверях появился Ник. Растрепавшиеся волосы Джордан частично скрывали ее лицо, но когда она отвела их назад, брат разглядел огромный синяк, заливший щеку.
   – Что с тобой стряслось? – вскинулся он. – Какой сукин…
   – Ничего страшного, – поспешно заверила она, прежде чем он успел докончить ругательство. – Честное слово, все в порядке.
   Глаза Ника яростно блеснули.
   – Это ваша работа? – обратился он к шефу.
   – Разумеется, нет, – отрезала она. – Меня и близко не было, когда случился мнимый инцидент.
   – Мнимый? – Ноа, круто развернувшись, оказался лицом к лицу с Хейден.
   – Джордан, кто тебя ударил? – спросил Ник.
   В этот момент Хейден как раз распахнула дверь и встала перед Джордан, загораживая дорогу. Поэтому Ноа выступил вперед, взял Джордан за руку и потянул к себе.
   – Джордан, немедленно отвечай, – потребовал Ник.
   – Его зовут Джей-Ди Дикки. Не знаю, что означают инициалы. Его брат Рэнди – шериф округа Джессап. Оба были в машине шерифа. Кстати, сейчас мы в округе Грейди, – добавила она.
   – Почему тот тип, что ударил тебя, не арестован?
   – Я пыталась выдвинуть обвинение.
   – Что значит «пыталась»? – не понял Ник.
   – То и значит. Она мне не позволила.
   Такого невежества мужчины не ожидали. И поэтому на несколько секунд потеряли дар речи. Некомпетентность этой особы просто поразительна!
   Все вышли из камеры. Поскольку ни стульев, ни места, чтобы их расставить, не хватало, они сгрудились у письменного стола секретарши. Джордан заметила, что Кэрри, правда без особого успеха, пытается привлечь внимание Ноа. Мэгги Хейден обогнула собравшихся, вошла в свой кабинетик и присела на край стола, нетерпеливо постукивая носком туфли по полу.
   – Мы притащим его сюда, – пообещал Ноа.
   – Где именно тебя арестовали? – допытывался Ник.
   – В трех-четырех кварталах отсюда.
   – Никто ее не арестовал, – бросила Хейден.
   – В таком случае почему меня заперли в камере? Помните, чем мне пригрозили? Собирались морить меня голодом и жаждой, пока не отвечу на ваши вопросы. И добавили, что вам плевать, если я сдохну от голода.
   – Я ничего подобного не говорила.
   Кэрри, до этой минуты не сводившая глаз с Ноа, встрепенулась и на секунду даже перестала теребить свой локон.
   – Сказали! Я сама слышала!
   – Я взяла ее на пушку, – оправдывалась Мэгги.
   – Взяли на пушку? А мы называем подобные вещи попыткой обмана федерального агента и утверждаем, что вы чинили препятствия отправлению правосудия, не так ли, Ник?
   – Совершенно верно, – согласился тот. – Кто ее арестует, ты или я?
   – Минутку! – Голос Хейден повысился на октаву. – Ваша сестра не желала сотрудничать с представителем закона. Мне пришлось ее запереть.
   – Джордан, это правда? – осведомился Ник.
   – А как по-твоему?
   – Отвечай на вопрос, – нетерпеливо потребовал он. Сейчас Ник вел себя скорее как старший брат, чем как агент ФБР, но Джордан была слишком благодарна и счастлива, чтобы раздражаться на вечную привычку командовать.
   – Я потребовала адвоката, – начала она, – и также уведомила шефа Хейден, что позвонила вам. В ответ она сообщила, что не считает меня подозреваемой, но собирается допросить с включенным диктофоном. Однако, когда я не пожелала отвечать на ее провокационные вопросы без адвоката, она передумала и решила все-таки считать меня подозреваемой.
   Лицо Хейден вытянулось. Но Джордан не собиралась щадить злобную ведьму.
   – Не помню, было это до или после того, как вы пообещали отдать меня в руки братьям Дикки.
   Все повернулись к Хейден, ожидая объяснений. Грудь Мэгги тяжело вздымалась: очевидно, женщина сильно нервничала.
   – Я ничем таким вам не угрожала.
   – Еще как угрожали. И добавили… – вмешалась Кэрри. Но шеф окинула ее уничтожающим взглядом.
   – Заткнись, Кэрри, и возвращайся к своему компьютеру. Ты здесь не в отпуске, а на принудительных работах. Иначе сидеть тебе в камере до конца срока!
   Кэрри залилась ярким румянцем. Опустив голову, она уставилась на клавиатуру. Очевидно, девушке было ужасно стыдно, что Ник и Ноа слышали слова шефа.
   – Я не могу работать на компьютере. Эта дурацкая штука сломана.
   Джордан искренне пожалела девушку. Неизвестно, что хуже: работать на эту адскую фурию или возвращаться в тюрьму!
   – Я не знаю, что делать, – униженно пробормотала Кэрри.
   Как ни было противно помогать здешнему начальнику полиции, Джордан не могла оставить Кэрри в беде. Раздраженно вздохнув, она склонилась над плечом Кэрри, нажала две кнопки, подождала с полсекунды, ударила по клавишам, и экран осветился.
   У Кэрри был такой вид, словно свершилось чудо. Широко раскрытыми глазами она уставилась на Джордан и прошептала:
   – Как вы это сделали?
   Пока Джордан объясняла, Ник спорил с Хейден все о той же юрисдикции. Очевидно, шеф обожала это слово и пользовалась им как ответом на любой заданный вопрос.
   – Коронер сообщил приблизительное время смерти жертвы? – спрашивал Ник.
   – Это моя юрисдикция и, следовательно, мое дело. Нечего совать туда свой нос.
   – Почему вы не привезли сюда Джея-Ди Дикки и его брата? Что за дела у вас с шерифом? Что за дела у него в округе Грейди?
   – Это моя юрисдикция, – фыркнула Хейден.
   – Когда вы собираетесь арестовать Джея-Ди Дикки? – настаивал Ник.
   Мобильник Хейден зазвонил. Она повернулась спиной к агентам, обошла письменный стол и, прикрыв рукой рот, прошипела:
   – Узнаю, узнаю. Слушай, на меня тут давят. Требуют твоего ареста. – Помолчав несколько минут, она пояснила: – За избиение женщины. А ты думал за что?
   – Неужели она не понимает, что мы слышим каждое слово? – прошептал Ноа Нику.
   – Очевидно, не понимает.
   В этот момент Хейден повысила голос:
   – А я повторяю: у меня связаны руки. Делаю что могу.
   Она отключила телефон и швырнула на стол. Ник подождал, пока женщина повернется, чтобы констатировать очевидное:
   – Вы говорили с Джеем-Ди Дикки?
   – Вовсе нет.
   – Если вы не арестуете его, это сделаем мы.
   – Это моя юрисдикция.
   Ник снова спросил, сообщил ли коронер приблизительное время смерти профессора Маккенны.
   – Сколько раз твердить, что это моя юрисдикция и мое дело. – Она упрямо сложила руки на груди и принялась постукивать носком туфли по полу. – Я желаю, чтобы вы убрались…
   – Мы никуда не уберемся, – перебил Ноа.
   – Какова причина смерти? – настаивал Ник.
   – Моя юрисдикция, – выдавила она.
   Так продолжалось довольно долго. На все вопросы ответ был один: юрисдикция.
   У Джордан было такое ощущение, словно она наблюдает за партией в теннис: ее взгляд непрерывно перебегал с брата на Мэгги.
   Кэрри осторожно дотронулась до ее руки:
   – Почему я никак не могу запустить принтер?
   Джордан снова наклонилась над столом.
   – Ваш принтер не подключен к компьютеру, – рассеянно бросила она, прислушиваясь к все накалявшемуся спору. Но Кэрри никак не хотела оставить ее в покое.
   – Не могли бы вы все сделать? – умоляюще пробормотала она.
   – Да, сейчас.
   – Я нашла руководство по пользованию компьютером, – прошептала Кэрри, не сводя глаз с шефа. Очевидно, бедняжка боялась Мэгги как огня. – Но так и не прочитала. Я сказала ей, что прочитала, но… вы знаете… у меня и без того дел полно. Наверное, следовало бы прочитать, так?
   – Это, возможно, неплохая идея, – согласилась Джордан и, обойдя стол, принялась подключать кабель.
   – Ваш брат просто неотразим, но у него на пальце кольцо. Это ведь обручальное кольцо?
   – Совершенно верно, – улыбнулась Джордан.
   – А его жена жива? Я имею в виду, некоторые парни продолжают годами носить обручальные кольца после смерти жены.
   – Да, его жена жива, и они счастливы вместе. Собственно говоря, Ник и Лорен через три месяца ожидают второго ребенка.
   Кэрри понизила голос:
   – Джаффи тоже славный парень. Правда, лысеет и все такое, но выглядит о-очень сексуально. Вчера в свой перерыв я шла мимо ресторана, и он с приятелями как раз разговаривал с вами. Тот, богатый ранчеро… вы знаете, о ком я… Уитейкер… крутой парень, ничего не скажешь. И хотя немного худоват, сразу видно, мускулы у него что надо! Бьюсь об заклад, он занимается на тренажерах, как по-вашему?
   Джордан не ответила, но Кэрри словно ничего не замечала.
   – А вот этот… – Она кивком показала на Ноа. – В жизни не видела такого сексуального мужчины.
   Интересно, есть на свете мужчина, которого Кэрри не находит привлекательным? Сколько времени она пробыла в тюрьме?
   Джордан надеялась, что на этом дискуссия закончится. Но не тут-то было.
   – Как по-вашему? – настаивала Кэрри.
   – Да, он сексуален, – нехотя обронила Джордан, – я тоже так думаю.
   Случайно взглянув на Ноа, Джордан обнаружила, что он наблюдает за ней. Неужели слышал разговор? Остается надеяться, что нет.
   Мэгги снова позвонили, и Джордан воспользовалась возможностью:
   – Ник, что теперь будет?
   – Мы ждем твоего адвоката.
   – Кто он?
   – Я с ним не знаком, но репутация у него безупречная.
   – Ему звонил сам доктор Моргенштерн, – сообщил Ноа.
   Джордан испуганно охнула и схватилась за горло.
   – Вы рассказали обо всем доктору Моргенштерну? Зачем?!
   Доктор Моргенштерн был умницей и блестящим специалистом, и его мнение много для нее значило. Джордан не хотела, чтобы он плохо думал о ней или посчитал, что она каким-то образом виновата во всем этом безобразии.
   – А в чем дело? – удивился Ноа.
   – Не стоило беспокоить доктора. Он человек занятой.
   Ник покачал головой:
   – Мы на него работаем, помнишь? Нельзя же сорваться с места, не дав ему знать, куда мы отправились? Пришлось объяснить, что мы собираемся делать.
   – А почему это тебя волнует? – вмешался Ноа.
   – Я, кажется, уже объяснила: он человек занятой, – пробормотала Джордан, присаживаясь на край стола, рядом с Ноа. – В общем, для меня это особого значения не имеет. Я просто не хотела, чтобы вы его беспокоили, вот и все.
   Ноа подтолкнул ее локтем.
   – Да нет, почему-то ты не в себе. Может, все-таки убила того парня? – прошептал он.
   – Конечно, нет! – возмутилась она.
   – В таком случае тебе нечего волноваться.
   – Скажи это шефу.
   – Это больше не твоя проблема.
   Не успела она спросить, что это значит, мобильник Ника зазвонил. Он взглянул на номер и сказал Ноа, открывая флип:
   – Это Чеддик. Чеддик, надеюсь, у вас что-то есть для меня?
   – Кто такой Чеддик? – полюбопытствовала Джордан, тронув руку Ноа.
   – Агент ФБР, который по нашему заданию сделал несколько звонков и кое-что проверил. Если понадобится, он приедет.
   – Большое спасибо, – сказал Ник в телефон. – Хорошо. Встретимся там. Я позвоню, когда буду уезжать из Сиринити. Все устроите? Здорово. Еще раз спасибо.
   Он закрыл флип. Джордан и Ноа выжидающе уставились на него.
   – Удушение, – без обиняков бросил Ник.
   – Значит, убийца подошел близко, – заметил Ноа.
   – Преступление по страсти, – объявил Ник. – Убийца воспользовался веревкой. Чеддик сказал, что несколько волокон впились в кожу.
   – Нужна немалая сила, чтобы удушить человека. Сомневаюсь, что Джордан настолько сильна. Даже если неожиданно подкрасться сзади…
   – Я никого не душила.
   – Не заметила его шею? – спросил Ник. – Не видела синяков или изменения цвета кожи?
   – Ничего не заметила.