– Не знаю, – пожал плечами Ноа. – В подозреваемых недостатка нет благодаря списку Джея-Ди. Но я не перестану тревожиться за тебя, пока дело не закроют и убийца не окажется за решеткой.
   – Сиринити далеко отсюда, и тебе ни к чему волноваться за меня. Приехав в Техас, я просто очутилась в неподходящем месте в неподходящее время.
   – Сделай мне одолжение, – попросил Ноа, – будь поосторожнее, хорошо?
   – Договорились.
   – И купи чертов телефон. Откуда такая забота?
   – Ты такой обаяшка, – прошептала Джордан, уводя его в палату.
   Отец в это время рассказывал Нику и Лорен забавный случай с одной из своих «теней», как он называл телохранителей, не отходивших от него последние несколько месяцев. Джордан была счастлива видеть, что отец снова смеется. Даже морщинки на его лице разгладились, и плечи распрямились, словно с них свалилось тяжкое бремя.
   Когда Ник упомянул о негодяе, проникшем в дом, чтобы оставить записку с угрозой, судья ушел от темы и принялся хвалить агентов за преданность и профессионализм. Однако все же признал, что рад отделаться от них.
   Разговор прервался, когда прибыл доктор Лорен с вечерним обходом. Он объявил, что результаты анализов и лечения вполне удовлетворительны и, если ночью все будет спокойно, пациентка может завтра утром отправляться домой. Пообещав заехать днем и помочь с Сэм, Джордан ушла за несколько минут до того, как время посещения закончилось.
   Ноа последовал за ней.
   – Подожди меня! – окликнул он. – Я провожу тебя до машины.
   – Мне нужно сделать звонок, который я откладываю уже второй день, – пояснила она, вытаскивая телефон. – Как видишь, я уже успела купить чертов мобильник.
   – Тогда все в порядке, – ухмыльнулся Ноа. – Давай звони, но подожди меня внизу, не выходя из приемного покоя.
   – Подожду, – согласилась она.
   – Твой отец скоро уходит. Я спущусь с ним.
   Она вошла в кабинку лифта и обернулась. Ноа дождался, пока двери закрылись.
 
   Пол Пруитт терпеливо дожидался Джордан у больницы. Скорчившись за рулем, уверенный, что никто его не заметит, он думал, что нашел идеальное место. Его прокатная машина была аккуратно втиснута между двумя седанами. Он поставил машину так, чтобы можно было сразу удрать.
   Осталось совсем немного. На сиденье рядом с ним лежал взведенный пистолет.
   Весь сегодняшний день превратился в сплошное ожидание. Сначала он припарковался неподалеку от квартиры Джордан. Чуть пораньше он заметил ее машину перед зданием и понял, что она дома. Пруитт хотел проследить, как она покинет квартиру, чтобы без опаски вломиться туда и взять все, что ему требовалось. Не важно, сколько времени это займет. Он способен просидеть в машине час или двенадцать. Какое это имеет значение?
   План был составлен с его обычной тщательностью. Очутившись в ее квартире, он заберет все бумаги Маккенны, которые она переправила из Сиринити. Для этой цели у него были припасены большие картонные коробки. После этого он исчезнет, а вместе с ним и всякое свидетельство, могущее обличить Пола Пруитта.
   Он подумывал было разгромить квартиру, чтобы все выглядело как обычный грабеж, но вовремя понял, как бы глупо это выглядело. Какой вор польстится на исторические документы?
   Пусть Джордан гадает, почему пропали бумаги. Не имея копий, она ничего не сумеет разгадать. И Пруитт сможет по-прежнему вести свою чудесную новую жизнь.
   К несчастью, положение осложнилось, едва Пруитт очутился в квартире Джордан. Он как раз находился в гостиной, когда зазвонил телефон. Тут же включился автоответчик. Звонил отец Джордан, который пообещал встретиться с ней в больнице Святого Якова, и напомнил, что номер палаты Лорен – 538.
   Прекрасно! Значит, она едет в больницу! Пруитт не знал и знать не хотел, кто такая Лорен. Он намеревался исчезнуть задолго до того, как Джордан вернется домой и обнаружит пропажу.
   И тут ему несказанно повезло заметить лежавший на журнальном столике блокнот. Увидев, что там написано, Пруитт оцепенел. В центре страницы, пульсируя, подобно неоновой вывеске, красовались четыре цифры: 1284, в рамке из вопросительных знаков.
   Она подобралась слишком близко.
   Он вырвал лист из блокнота и отчаянно огляделся, пытаясь привести в порядок мысли. Опять все изменилось. Все. Но он, похоже, знал, что делать.
   Ее отец… да, ее отец, судья Бьюкенен, сейчас в больнице. Идеальная возможность. Пол успел нарыть на Джордан Бьюкенен целое досье и, разумеется, знал, кто ее отец. Герой последних новостных выпусков. Все телеканалы расписывали историю с вынесенным приговором и председателем суда, оказавшимся на стороне обвинения. Упоминались также и записки с угрозами, которые регулярно получал судья. Значит, сейчас самое время. Все посчитают, что объектом покушения был судья, а не его дочь.
   И вот теперь он сидел на парковке, откуда были хорошо видны двери больницы. Если удача действительно на его стороне, судья в любую минуту выйдет на улицу вместе с дочерью.
   Пол поспешно выпрямился. Кажется, это она? Да… это Джордан.
   Пруитт потянулся к пистолету, выжидая подходящего момента.
 
   Остановившись у дверей, ведущих из приемного покоя в гараж, Джордан включила сотовый и запросила номер Джаффи, а сама взглянула на часы и определила техасское время. Сейчас Джаффи должен быть в ресторане.
   Джордан знала, что оператор соединит ее с Джаффи, но хотела записать его номер на случай, если придется снова звонить. Поэтому и порылась в сумочке, в поисках клочка бумаги и карандаша. Прижимая телефон плечом и держа наготове карандаш, она ждала. И тут заметила скамьи, стоящие по обе стороны бетонной колонны. На скамьях никого не было. Джордан направилась к той, что стояла дальше от входа. Яркие флуоресцентные огни над раздвигающимися стеклянными дверями раздражали глаза, а одна из трубок назойливо мигала, издавая тихое жужжание.
   Как раз в тот момент, когда оператор сообщил номер, мимо прошли два санитара, громко беседуя с водителем «скорой», так что Джордан пришлось попросить оператора повторить цифры. Она поспешно записала их, уселась на скамье и стала ждать, пока ее соединят. Трубку подняла Анджела.
   – Алло!
   Джордан закрыла ладонью другое ухо, чтобы отсечь уличный шум.
   – Привет, Анджела.
   – Джордан? Хей, Джордан! Как поживаете? Джаффи будет счастлив услышать весточку от вас! Он так страдает из-за Доры.
   – В ресторане много народа? Может, позвонить позже?
   – Мы закрыты. Сегодня у нас день банкира. Джаффи испек гигантский шоколадный трехслойный торт и повез в Бурбон, к Трамбо. У его жены Сюзанны сегодня ежемесячное собрание бридж-клуба.
   – Жаль, что я не застала Джаффи. Пожалуйста, передайте, что позвоню завтра.
   – О нет, не стоит ждать до завтра! Вы всегда можете застать его в доме Трамбо. Жена Джаффи тоже состоит в клубе и увлекается бриджем. Поэтому Джаффи привозит ее в Бурбон и ждет, пока не закончится игра. И так каждый месяц. Он везет большой шоколадный торт для гостей Сюзанны и бутылку ирландского виски «Бейлиз» для Дейва. Тот любит кофе с виски. Но Джаффи приходится пить просто кофе, поскольку он за рулем. Так что для него – никакого виски. Он обычно устраивается в кухне Трамбо, поэтому вы можете позвонить на домашний телефон. Он ужасно расстроится, если вы не позвоните сегодня.
   Джордан пообещала, что немедленно позвонит Джаффи, и попыталась прервать разговор, но Анджела вовсе не собиралась прощаться.
   – Слышали? Говорят, Джея-Ди убили.
   – Слышала, – вздохнула Джордан.
   – Не могу сказать, что уж очень о нем жалею. Но здешний народ ведет себя как-то странно. Обычно, когда такая невероятная новость распространяется по городу, в ресторане яблоку негде упасть. Все хотят поскорее оказаться здесь, посплетничать вволю… как в те разы, когда вы нашли того профессора и Ллойда, помните? Тогда в ресторане не оставалось свободных мест. Но сейчас все держат язык за зубами, и, похоже, никто не желает высунуть нос из дома.
   – Уверена, что они просто напуганы. Пока не арестуют убийцу…
   – Понимаю, о чем вы. Пока какой-то безумный маньяк бродит по городу, все трясутся от страха. Но тут есть кое-что еще.
   – Не совсем вас понимаю.
   – Все избегают смотреть мне в глаза, словно смущены или что-то в этом роде. Я была в бакалее, закупала продукты для ресторана и увидела там Чарлин. Ну… и подошла сказать «хей»: она точно меня видела, но что, по-вашему, делает Чарлин? Бросает полную тележку посреди прохода и вылетает из магазина, заметьте, с пылающим лицом. Потом я встретилась с миссис Скотт, и, представляете, то же самое случилось с ней в хозяйственном магазине, только вместо Чарлин был Кайл Хефферминт. Он тоже сделал вид, что не узнал ее, и быстренько исчез из магазина. Никак не возьму в толк, что тут творится, – вздохнула Анджела.
   Все дело в видео, сообразила Джордан. Чарлин и остальные из списка Джея-Ди опасаются, что кто-то в городе пронюхал об их грехах. Страшно подумать, какая поднялась паника!
   – Все это звучит очень странно, – сказала она.
   – Так я и думала. А теперь давайте прощаться. Звоните Джаффи. Да, еще одно… я тут все гадала…
   – О чем именно?
   – Думала о вас и Ноа… вы так идеально смотритесь вместе… может, вы решили остаться с ним?
   Вопрос застал Джордан врасплох.
   – Я… я не знаю.
   – Ноа – завидный жених. Но и вы тоже прекрасная партия, не забывайте об этом. Джаффи уверен, что видел ваше фото в одном из спортивных журналов.
   Можно ли считать это комплиментом? Неужели Джаффи воображает, что она достойна украсить обложку журнала спортивной одежды?!
   – Уверены, что Джаффи не имел в виду «Гламур»? – засмеялась Джордан.
   Но Анджела, похоже, не шутила.
   – Знаете, вы женщина в стиле Ральфа Лорена.
   – Спасибо, но…
   – Я всего лишь констатирую факты. Только не повторите моей ошибки. Не сидите восемнадцать лет в ожидании своего мужчины. И если он не понимает, какое счастье находится прямо у него перед носом, тем хуже для него.
   С этими словами Анджела распрощалась. Джордан нашла в сумочке еще один листок бумаги и снова запросила информацию. Из головы не выходили слова Анджелы.
   Позади раздвинулись стеклянные двери. На улицу вышла женщина с корзиной увядших цветов. Оглядевшись, Джордан заметила отца, выходившего из лифта в конце холла. За ним шагал Ник.
   – У меня два адреса Дейва Трамбо, – сообщил оператор. – Один – «Дейв Трамбо моторз», Франтидж-роуд, номер 9818, и второй – Ройял-стрит, 1284.
   – Мне нужен дом… погодите! Не повторите второй адрес на Ройял-стрит? Вы сказали, 1284?
   – Именно. А номер телефона…
   Потрясенная, Джордан уронила телефон на колени. Дейв «устрою по дешевке» Трамбо жил на Ройял-стрит, 1284.
   Скорее бы рассказать обо всем Ноа!
   Джордан схватила телефон, сунула в сумочку и вскочила co скамьи. Где-то раздался пронзительный звук автомобильного выхлопа, и от колонны почему-то отскочили брызги бетона. Джордан инстинктивно пригнулась, чтобы уберечься от осколков. Но выхлоп неожиданно повторился, и Джордан что-то сильно толкнуло в спину. Завизжали шины, и мимо пролетела машина. Она краем глаза успела увидеть водителя как раз в тот миг, когда ноги ее подогнулись.
   С этой минуты все происходило, как при замедленной съемке: Ноа, оттолкнув судью, бежит к ней, что-то кричит и выхватывает пистолет из кобуры.
   Глаза Джордан закрылись. Обмякнув, она упала на тротуар.

Глава 38

   Больницу немедленно окружили полицейские. Никого не впускали и не выпускали до выяснения обстоятельств. Прибывающие машины «скорой» отсылали в ближайшие медицинские центры. Кроме того, копы обыскивали гараж и все этажи больницы, желая убедиться, что внутри не прячется еще один киллер.
   Покушение на федерального судью считалось горячей новостью, поэтому у входа толпились телевизионные бригады, пытавшиеся взять интервью у каждого, кто мог стать свидетелем случившегося.
   Пока что было объявлено, что дочь судьи Бьюкенена находится в критическом состоянии. Один репортер даже взял на себя смелость заявить в прямом эфире, что, не находись мисс Бьюкенен в нескольких шагах от приемного покоя, могла бы истечь кровью.
   К счастью, родные этого не слышали.
   Семья собралась в комнате ожидания хирургического отделения, переговариваясь шепотом и ожидая, когда Джордан вывезут из операционной.
   Два полисмена стояли на страже перед дверью и ясно дали понять, что не спустят глаз с судьи Бьюкенена, пока не прибудут телохранители. Двое уже ехали в больницу.
   Судья Бьюкенен, казалось, постарел на двадцать лет с того момента, когда увидел, как падает его дочь. Ноа успел отбросить его к стене, чтобы убрать с линии огня, и, прежде чем броситься к Джордан, завопил:
   – Ложись! Скорее ложись!
   Судья никогда не забудет выражение лица Ноа, вставшего на колени перед Джордан. Лица человека, убитого горем.
   Мать Джордан сидела рядом с мужем, ни на миг не выпуская его руки. Слезы струились по ее лицу.
   – Кто-то должен позвонить Сидни, – прошептала она. – Не хочу, чтобы она услышала это в новостях. Кто-нибудь позвонил Алеку? Дилану? Где отец Том?
   – Возвращается в Холи-Оукс, – пробормотал судья.
   – Позвоните и ему тоже. Он должен знать. И нужно, чтобы тут был священник.
   – Она не умрет! – рассерженно выкрикнул Закери.
   Ноа отошел в сторону. Сейчас он не хотел ни с кем говорить. Стоя перед окном на противоположном конце комнаты, он тупо смотрел в ночь. Он не мог свободно дышать. Не мог думать. Холодная ярость леденила душу. Кровь… так много крови…
   Он чувствовал, как ускользает от него Джордан.
   Ожидание было сущим кошмаром. В него и раньше стреляли, и он помнил, что раны чертовски болели, но та боль была ничто по сравнению с тем, что Ноа испытывал сейчас.
   Если он потеряет ее… о Господи, он не может ее потерять, не может жить без нее…
   Ник спустился в палату Лорен, рассказать о случившемся. Но жена крепко спала, и он решил не будить ее. Вытащил штепсель телевизора из розетки и попросил дежурную медсестру не упоминать о стрельбе. Лорен еще успеет услышать печальные новости.
   Вернувшись в отделение хирургии, он заметил, что Ноа стоит один, и подошел поближе.
   Ожидание продолжалось.
   Еще через двадцать минут в комнату вошел хирург, доктор Эммет, и, улыбаясь, стянул шапочку.
   – Обошлось, – объявил он. – Пуля прошла сквозь грудную клетку, и она потеряла много крови, но прогноз самый благоприятный.
   Судья пожал руку врача и рассыпался в благодарностях.
   – Когда мы сможем ее увидеть?
   – Сейчас она в реанимации. Но уже отходит от наркоза. Я позволю кому-то из вас войти, но только на минуту.
   Хирург устремился к двери.
   – Идите за мной.
   Судья не шевельнулся.
   – Ноа!
   – Сэр?
   – Если она в сознании, передай, что мы ее любим.
   Ноа превратился в соляной столп, так что Нику пришлось подтолкнуть его. Осознав, что Джордан ничто не грозит, Ноа ослабел от облегчения и, спотыкаясь, последовал за доктором.
   – Всего минуту, – повторил доктор Эммет. – Ей нужно поспать.
   Джордан была единственным пациентом в реанимации. Сестра проверяла, много ли осталось раствора в капельнице, и, увидев Ноа, отступила.
   Глаза Джордан были закрыты.
   – Ей больно? – прошептал Ноа.
   – Нет. Но она то и дело теряет сознание.
   Ноа постоял у постели, довольный уже тем, что видит Джордан. Он осторожно сжимал ее руку, чувствуя исходившее от нее тепло. На ее лицо постепенно возвращались краски.
   Наклонившись, он поцеловал ее в лоб и прошептал на ухо:
   – Я люблю тебя, Джордан, слышишь? Я люблю тебя и никуда не отпущу.
   – Ноа… – хрипло прошептала она, не открывая глаз. Он так и не понял, слышала ли она его, и поэтому повторил, уже погромче:
   – Я люблю тебя. И ты скоро встанешь. Операция закончилась, и ты в реанимации – Сейчас тебе нужно отдохнуть Спи, солнышко.
   Она попыталась поднять руку и недоуменно нахмурилась.
   – Спи, – снова попросил он, нежно гладя ее волосы.
   – Он стрелял в меня.
   Голос, хоть и слабый, был на удивление отчетливым.
   – Да, в тебя стреляли, но все будет хорошо. Джордан боролась со сном, но веки были слишком тяжелы.
   – Я его видела.
   Она снова отключилась. Ноа терпеливо ждал. Она видела его? Киллера? Может, Джордан просто бредит?
   – Я его видела, – настойчиво пробормотала она и снова затихла.
   Он нагнулся, едва не прижимаясь ухом к ее губам. И дождался.
   – Он пытался убить меня, – очень медленно выговорила она. – Дейв… Трамбо.
   Ноа не успел ничего спросить. Джордан погрузилась в сон.

Глава 39

   Поняла ли Джордан, что сказала? Или ее так напичкали наркотиками, что это всего лишь галлюцинации?
   Ноа должен убедиться, что это не так. Он терпеливо дежурил у постели Джордан. И каждый раз, как та приходила в сознание, снова и снова просил рассказать, кого она видела.
   И неизменно получал все тот же ответ. Дейва Трамбо.
   Теперь глаза ее были открыты, и в них стыла боль.
   – Дайте ей поспать, – велела сестра. – Вы здесь уже пятнадцать минут, и этого вполне достаточно.
   – Ей больно, – взволнованно сообщил Ноа.
   – Конечно, больно, и я как раз собиралась дать ей болеутоляющее. Очень важно опередить приступ боли. Она проспит до завтра, и тогда ее переведут в отделение интенсивной терапии.
   Сестра ввела в капельницу морфий. Подождав, пока она закончит, он спросил:
   – Она сознает, что говорит?
   – Сомневаюсь, – покачала головой сестра. – Большинство моих пациентов обычно бредят. К завтрашнему утру она не будет помнить, что сказала.
   Ноа снова поцеловал Джордан и вышел в коридор. Ник, прислонившись к стене, ждал его.
   – Не знаю, что делать, – признался Ноа. – Подумать невозможно…
   – С Джордан все будет в порядке. Передохни, Ноа. Все обойдется.
   Он ничего не понимает!
   – Да, знаю, с ней все будет в порядке. Но не в этом проблема. Она сказала мне кое-что, и я не знаю, верить ей или нет.
   – Что она тебе сказала?
   – Джордан видела киллера. И хотя непрерывно теряет сознание, упрямо твердит одно и то же. Мало того, ее голос становится громче, и она вроде бы приходит в себя. Говорю же тебе, она, кажется, видела ублюдка. Я слышал шум машины, но слишком поздно выбежал наружу, чтобы что-то заметить.
   – Не знаю, стоит ли ей верить. Она в таком состоянии…
   Ноа возбужденно взъерошил волосы.
   – Сестра сказала, что иногда слышит от пациентов совершенно безумные вещи, но все же…
   – Придется подождать, пока Джордан окончательно придет в себя. Рана настолько болезненна, что они будут накачивать ее болеутоляющими двадцать четыре часа в сутки. Когда еще к ней вернется сознание!
   Ноа покачал головой:
   – Она видела его и узнала. Это Дейв Трамбо. Тот парень, что торгует в Бурбоне машинами. Большая шишка в Сиринити. Ты вряд ли его знаешь.
   – С чего это торговцу машинами проделать такой путь до Бостона, чтобы убить Джордан?
   – Понятия не имею, но десять к одному, что он не явился бы сюда, если бы не посчитал, что она может каким-то образом связать его с тремя убийствами в Сиринити. И я не собираюсь ждать, пока ей перестанут давать наркотики.
   – Но не можешь же ты обнародовать его имя? Что, если Джордан все это привиделось? Нужно иметь больше доказательств, прежде чем ты возьмешь его.
   – Это Трамбо, – кивнул Ноа.
   – Послушай, это легко выяснить. Позвони ему домой. Если он ответит, значит, Джордан просто бредила.
   Ник получил номер по справочной, заблокировал кнопку, чтобы его собственный номер не определился, и отдал телефон Ноа.
   Трубку подняла Сюзанна Трамбо.
   Голосом, сладким, как сироп, Ноа поздоровался:
   – Привет, я Боб. Простите, что так поздно…
   – Совсем не поздно, – заверила Сюзанна.
   – Нельзя ли поговорить с Дейвом? Он разрешил позвонить, если у меня возникнут вопросы насчет моей новой машины, и будь я проклят, если понимаю, как действует эта чертова сигнализация.
   – Простите, Боб, но Дейва дома нет. Он в Атланте, на большом автошоу. Если дадите свой номер, я попрошу его перезвонить.
   – Я крупно попал! Не знаю, слышите ли вы, но сигнализация орет как резаная и будит всех соседей! Вы, случайно, не знаете, в каком отеле он остановился?
   – Не знаю. Какая жалость! Он звонил мне всего несколько минут назад, но очень спешил, так что мы почти не успели поговорить. Я совсем забыла спросить название отеля. Он собирался приехать завтра, но сказал, что должен задержаться по какому-то делу. Может, дать вам номер автосервиса? Он наверняка сумеет вам помочь.
   – Огромное вам спасибо, но, думаю, я справлюсь сам. Надеюсь, Дейв хорошо проведет время в Атланте. До встречи, мэм. – Ноа закрыл флип, глянул на Ника и сообщил: – Этот сукин сын здесь. Она сказала, что он в Атланте, на автошоу, но он здесь, Ник.
   Они направились к остальным.
   – Что тебе известно об этом Дейве Трамбо? – осведомился Ник.
   – Торговец машинами. Вот, пожалуй, и все, если не считать двух фактов: его нет дома, и он не сказал жене, в каком отеле Атланты остановился.
   – Повторяю, этого недостаточно. Он вполне может развлекаться с любовницей. Или действительно оказаться на автошоу. Я прикажу агентам поискать его в Атланте. Пусть проверят завтра с утра, действительно ли он там.
   Ноа кивнул. Разумный подход Ника его успокоил.
   – Ладно, ты прав. Нужно посмотреть, что мы можем накопать на Трамбо. Позвони Чеддику и расскажи о случившемся. Может, он сообразит, как его разыскать. И попроси… чтобы без лишнего шума получил его отпечатки пальцев.
   – Думаешь, он есть в картотеке?
   – А вот это мы и должны выяснить. Я хочу знать о нем все, что возможно.
   – Сейчас проверим, – кивнул Ник. – Я введу его имя и посмотрю, не найду ли чего. Один телефонный звонок, и мы получим его биографию.
   – Твой отец еще здесь? – спросил Ноа.
   – Да, а что?
   – Я хочу, чтобы у палаты Джордан поставили круглосуточную охрану. И пусть она для всех посторонних продолжает оставаться в критическом состоянии. Сообщи об этом отцу. Главное, чтобы все знали: рана очень тяжелая.
   – О'кей, что еще?
   – Найди Трамбо. Если Джордан действительно что-то узнала, он обязательно придет за ней еще раз.

Глава 40

   Ник занял одну из больничных комнат для посетителей и использовал ее в качестве командного поста, пока добивался у коллег всех возможных одолжений. Даже вытащил Пита Моргенштерна из постели и заставил делать звонок за звонком, отлично зная, что почтенный доктор получит информацию куда быстрее, чем он или Ноа.
   Ноа в это время дозванивался к Чеддику в Техас. Чеддик из кожи вон лез ради него. Ноа не знал, как это удалось агенту, но тот пробрался в офис Трамбо и получил несколько предметов с отпечатками пальцев владельца. Одним из этих предметов была кофейная кружка с надписью «Лучший папа в мире».
   Чеддик объявил, что едет в лабораторию.
   – Что-то должно получиться, через пару часов… по крайней мере я на это надеюсь. Как там Джордан?
   – Нормально. Спит.
   – Ну и в переплет мы все попали! Стрит сейчас в офисе Запустит компьютерную проверку Трамбо, и посмотрим, что из этого выйдет.
   Теперь уже не менее четырех агентов шарили по обширным компьютерным файлам ФБР. Но доктор Моргенштерн первым принес Ноа весьма странные новости.
   – Дейв Трамбо родился пятнадцать лет назад. Согласно нашим записям, до этого он не существовал. Новый номер социального страхования, новое имя, словом, все новое.
   – Программа защиты свидетелей?
   – Возможно, – согласился Моргенштерн. – Ожидаю получить дополнительную информацию. Отпечатки пальцев наверняка сэкономят нам время. Имеется ли какая-то возможность?..
   Ноа рассказал ему о Чеддике.
   – Он позвонит, как только что-то станет известно. Бьюсь об заклад, его отпечатки есть в картотеке.
   Ноа нашел Ника и передал слова Моргенштерна. Ник ничуть не удивился. С полчаса назад он услышал ту же информацию из другого источника.
   Каждые несколько минут Ноа заглядывал к Джордан, чтобы убедиться, что она по-прежнему спит. Он успел так хорошо познакомиться с мониторами, что даже не спрашивал, как ее тело реагирует на травму. Пульс и кровяное давление были стабильными. Ритмический, попискивающий звук ее сердца служил ему утешением.
   Он не спал всю ночь, а когда часов около семи вновь зашел к Джордан, ее переводили в отдельную палату.
   – Совсем рядом с отделением интенсивной терапии, – пояснила сестра. – Она молодец! Держится прекрасно! Как только мы ее устроим, можете посидеть рядом.
   Вот это здорово!
   Он уже выходил из отделения, когда его догнала сестра.
   – Простите… агент Клейборн?
   – Да?
   – Состояние пациентки должно быть объявлено критическим?
   – Совершенно верно.
   Сестра встревоженно нахмурилась:
   – Боюсь, произойдет утечка. Кто-нибудь обязательно продаст информацию прессе. Такие всегда находятся.
   – Верно, но я просто пытаюсь выиграть время.
   Ему во что бы то ни стало нужно узнать, кто этот Трамбо, прежде чем и эта новость просочится в прессу.
   Позиция Ника со вчерашнего дня претерпела разительные изменения. Теперь он желал объявить срочный розыск Трамбо и показать его снимки по всем телеканалам. Однако Ноа охладил его пыл.
   – Пятнадцать лет назад он сменил имя и сочинил себе новую биографию. Он вполне способен сделать то же самое снова, – заметил он. – И мы не узнаем, когда он снова попытается убить Джордан и попытается ли вообще. Нужно ждать звонка Чеддика. Мы оба знаем, что парень по каким-то причинам скрывается, значит, его отпечатки обязательно найдутся в картотеке.