- А где это место? - не удержалась Джилл.
   - Оно у орсу. Большая сияющая каменная арка. Кто сквозь нее проходит, исчезает навсегда. Мудрецы считают, что это дорога в страну Смерти. Некоторые верят, что в обитель Создателей. Вы не разрешите мои сомнения, госпожа? Возможно, народу нивов стоило бы испросить дозволения у орсу и всем отправиться через арку в другие миры, где нет жестокости и гибели?
   "Эх, было бы такое место, - подумала Джилл, - Сама бы туда побежала. Да только все равно и туда войну принесем. Все миры прокляты".
   - Мне очень нужно посмотреть на это место прежде чем советовать вам, - она отвела взгляд, - Вот если бы меня туда проводили и я бы ушла за арку…
   - Я думал, вы всеведущи.
   Джилл смущенно запнулась. Да, прикидываться богом и при этом пытаться выудить из короля сведения о портале домой - задача не из легких. Интересно, не придет ли кому из нивов мысль проверить бога на смертность. Ах да, кому-то, видимо, приходила, раз первый Создатель заснул вечным сном. А откуда, интересно, был он, тот первый? Впрочем, это его проблемы, из своих бы выпутаться.
   - Я должна вам признаться, ваше величество, - сказала она, - Я пришла сюда не ради вас, и принадлежу не вашему миру. И люди отнюдь не всеведущи. Я могу многое, но не все.
   - Да, конечно - Тадеуш как-то сразу смирился с ее признанием, - Вы, по крайней мере, честны. Если бы вы продолжали играть в бога, я бы вас выдворил, - он грустно улыбнулся, - Но как иногда хочется поверить… А вы хотя бы можете замолвить за нас словечко… Там, откуда вы пришли? Впрочем, как нам это поможет? Так ради чего вы здесь? Не ради нивов, орсу или ракша, а ради чего? Пришли забрать Спящего?
   - Я ищу своего друга. Он ушел сюда и не вернулся домой. Возможно, он мертв, но я хочу попытаться найти его, или хотя бы узнать, что с ним произошло. Я за него отвечаю.
   - Он человек?
   - Нет. Он скорее похож на вас.
   Джилл наспех сотворила в воздухе иллюзию рунна. Иллюзия получилась среднего качества, местами блеклая и подрагивающая как пустынный мираж, но на короля она произвела большое впечатление. Он с благоговением посмотрел на Джилл, затем обошел иллюзию, изучив ее со всех сторон.
   - Нет, я такого не видел. И мне не докладывали о появлении таких существ. Можно послать гонцов на заставы и дальние поселения и расспросить пограничников и крестьян. Пожалуй, я так и сделаю. На это уйдет некоторое время. Недели три. Вы - покровитель его народа, да? Как наш Спящий?
   - Наверное, - пожала плечами Джилл, - Я за них отвечаю. Как за семью. Поиски можно ускорить?
   - Мы сделаем все возможное. С трудом верится, что создатель может воспринимать подопечных как семью… О нет, я не сомневаюсь в ваших словах! Просто для меня это странно. Или этот народ уже доказал, что он достоин вашего снисхождения? Должно быть так. Нам это только предстоит… и честно говоря, я просто-таки не знаю, что еще я должен доказывать небесам… Вы не посоветуете?
   Что ему сказать? Если его неведомые Создатели пообещали прийти и всех уничтожить, то могут и прийти. И спросить, из-за чего уснул этот их спящий. И не известно, чего они на самом деле хотят от нивов, ракша и орсу. Посоветовать им быть послушными рабами? Хорошими воинами? Достойными противниками? Харимец предпочел бы последнее, но нивов создавали, скорее всего не харимцы.
   - Тадеуш, - мягко сказала она, - Зачем вам думать о таких вещах?
   - И вы туда же, - в сердцах воскликнул король, - Извините. В последнее время я, наверное, невыносим. Старость, ничего не поделаешь. Итак, мы договорились. Я объявляю розыск вашего подопечного, а вы гостите у меня во дворце все это время. И я не донимаю вас расспросами.
   Отказаться было бы безумием.
   - Со мной был парнишка… - напомнила она, - Что будет с ним?
   - Отправится домой. Я выдам ему грамоту, и управляющий его провинцией не станет наказывать его за отлучку.
   - Мне бы хотелось, чтобы парнишка остался при мне.
   - Я выдам вам более опытных слуг! Этот крестьянин…
   - Этот крестьянин мне по нраву. Что я могу сделать, чтобы ему простили его долг перед государством.
   - Да забирайте его даром! - махнул рукой Тадеуш, - За что ему такая честь - его дело. Просто пусть отметится в канцелярии. Я дам указание, и у него не будет с этим проблем. Вы собираетесь держать его во дворце, или мы можем поселить его в гостинице?
   - Гостиницы ему пока что достаточно, - пошла на компромисс Джилл. Роль "госпожи" начинала ей понемногу нравиться.
   Хорошо. А пока я распоряжусь, чтобы слуги приготовили вам комнаты. Лучшие в моем дворце…
 
   Кубик связи упорно молчал. Джилл в который раз пыталась вызвать хоть кого-нибудь.
   - Последняя попытка, - пробормотала она, сосредотачиваясь на поиске. Руки уже начинали дрожать от напряжения, а глаза закрывались сами собой. И когда она услышала раздраженное "Да?", она в первый момент даже не поверила успеху.
   - Кто это? - спросила Джилл, пытаясь определить собеседника.
   - А кого вы ищете? - мысли отвечавшего были неприятны, они словно завлекали в бездонный темный колодец, из которого нельзя выбраться, их холод обжигал и заставлял сознание сжиматься в маленький агонизирующий комочек. Это не были мысли рунна.
   - Я ищу друга, - стараясь сохранить самообладание ответила Джилл, гадая, успеет ли она отшвырнуть кубик и прервать контакт, если это существо вдруг предпримет атаку.
   - Значит, не меня. Кого? Ага, вижу. Маленькую тварь Пограничья.
   У Джилл пересохло во рту. Она сделала попытку бросить кубик, но непослушные пальцы не разжимались. Она с ужасом осознала, что неизвестный собеседник полностью захватил над ней власть.
   - Соединяю, - неожиданно сказал чужак, - И добро пожаловать на форпост Айдре. В следующий раз будьте осторожнее с бесконтрольным поиском.
   Тьма мгновенно убралась из ее мыслей, унеся ощущение чужого присутствия.
   - Да? - услышала она слабый голос, - Кто это?
   - Я ищу рунна, - пожалуй, теперь ее голос звучал так же слабо, - Ты рунн?
   - Я рунн, - в мыслях почти обреченность, - И что с того.
   - Тебя заждались в Шанзаре, бродяга! - она ощутила облегчение и радость. Рунн был жив, - Где ты?
   - Шанзар?! - всплеск эмоций чуть не оглушил ее, - Ты из Шанзара?! Сколько вас здесь? Вытащите меня отсюда, ребята!
   - Ты где? - продолжала настаивать Джилл.
   - Шахта. Она принадлежит этим уродам-недокошкам. Они называют себя ракшами. Мне сложно определить координаты, но я постараюсь. Ребята! Небольшая атака - и…
   - Ты в плену?
   - Проклятье, да!
   Это было из рук вон плохо. Те самые ракша, которых так опасался Тадеуш?
   - Послушай, - после недолгого молчания сказала она, - У нас пока нет возможности штурмовать твою шахту. Постарайся выяснить, где ты находишься - название местности, любые подробности. Количество охраны, режим смены - это, я думаю, у тебя уже есть?
   - Да.
   - Далее. Скажи им, что у тебя есть родственники, которые хотели бы тебя выкупить… Эти ракша позволяют выкупать каторжников?
   - Что-то такое они мне предлагали в начале. Они принимают меня за нива. Здесь обитает такой народец… Я сказал, что у меня нет родни.
   - Теперь скажешь, что передумал, и родня есть. Узнай, сколько они хотят.
   - Но…
   - Это приказ. Ты уже отличился, позволив взять себя в плен. Так что никаких "но". А теперь я слушаю, что ты можешь мне сказать относительно охраны шахты…
   Того, что рассказал ей рунн, было более чем достаточно, чтобы понять, что в одиночку шахту не взять. Можно попытаться сыграть на религиозных чувствах ракша, если они столь же религиозны, как нивы. Можно выкупить пленника (интересно, какую сумму за него запросят). Можно плюнуть на все, вернуться домой и просто сообщить Тамике, где его воин. Пусть, если хочет, снаряжает штурмовую бригаду в Айдре.
   И есть еще кто-то, кто помог ей связаться с рунном.
   Этот кто-то пугал ее больше чем все ракша вместе взятые.
   Но ведь все обошлось?
   - Мне нравится этот мир… - пробормотала она, пряча кубик связи в поясную сумочку, - Просто отличное место.

2. О богах и демонах

   - В чем разница между молящимися в казино и молящимися в храме?
   - Молящиеся в казино делают это искреннее.

   Лек с трудом дотащился до своей подстилки и со стоном блаженства опустился на кучу грязного тряпья. Три часа долгожданного отдыха. Сумасшедший Ксавье метнулся к нему, придерживая за плечи и помогая устроиться поудобнее.
   - Как твоя нога? - спросил он с дежурным испуганно-заботливым выражением лица. Всех и всегда пытающийся поддержать и утешить Ксавье. Всегда, когда не предсказывает кому-нибудь смерть холодным лишенным какого-либо сочувствия тоном.
   Лек безразлично махнул рукой, позволив ниву заняться своей раной. Хуже от этого уже не будет.
   - Ксавье, ты же башмачник, - сказал нив, сидевший в углу напротив них, - Что ты понимаешь в переломах? Оставь его, ему крышка.
   - У него не перелом, а сильный ушиб и небольшая рана, - кротко возразил Ксавье, - Такое может вылечить любой дурак.
   Лек глубоко вздохнул. Вот именно, дурак. Когда бы еще он доверился слабоумному Ксавье, которого в последнее время даже на работу не гоняют, понимают, что непригоден. Придет к выработке, возьмет кирку, ударит пару раз, да и застынет на месте часа на два. Причем, ни плеть смотрителя, ни окрики товарищей его в себя привести не смогут. Впрочем, смотрители Ксавье больше не бьют - дурная примета… Все считают, что сумасшедшего любит дух шахты. Если кто поднимет руку на дурака - все. Или глыба каменная на голову упадет, или болячка прицепится, или еще что…
   Лек опасливо покосился на нива. Тот уже выдернул из кучи хлама тряпку и перематывал ему ногу. Все равно через пару дней начнется заражение. - Я сберег тебе еды, - шепнул Ксавье, вкладывая ему в руку ломоть хлеба.
   Волна стыда захлестнула Лека и он оттолкнул руку нива.
   - Отойди от меня! - хрипло крикнул он, - И забери свое дерьмо с собой!
   - Какой ты гордый, - покачал головой Ксавье, сочувственно глядя в глаза Леку, - Какой брезгливый. Так нельзя, нужно есть. Я положу хлеб рядом с тобой, ты съешь.
   Лек устало закрыл глаза и тут же тряхнул головой, отгоняя дрему - спать нельзя. С ним могут связаться. В любой момент, поэтому спать нельзя. Нельзя. Иначе они решат, что Лек умер, и уйдут. Уйдут, оставив его догнивать в этой холодной пещере, в компании этих мерзких уродов и сумасшедших. Достойная воина смерть.
   Лек подобрал покрытую зеленью грибка горбушку и, преодолевая отвращение, сунул ее в рот. Машинально поблагодарил Верховных и попросил милости и покровительства. Тут же оборвал себя. Не будет милости. Он не помнил точно, почему, но твердо знал, что милости не будет. Он вообще почти ничего не помнил из прошлого, оно было сплошь затянуто серой пеленой. Его первые яркие воспоминания были связаны с пышной режущей глаза зеленью Шанзара. И с невыносимым чувством потери. Это чувство не оставляло его ни на минуту, заставляя просыпаться среди ночи, выбегать из дома и долго смотреть в небо, надеясь найти ответ - за что? Все, что он помнил из жизни до Шанзара - ощущение абсолютного покоя и защищенности, постоянного заботливого внимания, причастности к чему-то великому.
   Верховные. Совет.
   Изгнан, выброшен, признан ненужным, недостойным. Лишен милости и покровительства.
   Не достоин. Не смог даже умереть, когда был взят в плен. Трус. Хартин предпочел умереть в бою, а он не сумел. Трус и предатель.
   - Ты проклят, - неожиданно сказал Ксавье.
   Лек разлепил отяжелевшие веки и гневно зыркнул в сторону сумасшедшего.
   - Ты и твой род. Вы открыли дверь.
   - Ничего я не открывал, идиот, - огрызнулся Лек, - Лучше заткнись, если зубы дороги.
   - Для кого-то все может измениться, - продолжал Ксавье, безразлично глядя перед собой, - Но не для тебя. Ты раб.
   - Ксавье, что будет с нами? - дрогнувшим голосом спросил нив в углу, - Ты сейчас видишь будущее?
   - Ты умрешь. Сегодня, за работой. От инсульта. Знаешь, что это такое? Впрочем, не важно, - спокойно ответил Ксавье и перевел взгляд на Лека, - Тебя тоже здесь скоро не будет.
   - Что, тоже умру? - Лек выдавил из себя слабую усмешку.
   - Это не имеет значения, потому что рабство для тебя не закончится никогда. Ты рожден рабом, твой хозяин - раб, и вы навеки останетесь рабами. Трусливые жалкие твари.
   - Как ты смеешь, ублюдок?! - Лек сжал кулаки, но наткнувшись на резкий колючий взгляд Ксавье, раздумал бросаться в драку, - Следи за языком, псих.
   - Пора покидать это место, - сказал Ксавье, потягиваясь, - Я видел достаточно, да и вы мне надоели. Прощайте. Пусть смерть ваша будет менее мучительна чем ваша жизнь.
   - Что, Ксавье, ты пройдешь сквозь стену, чтобы улизнуть отсюда? - хохотнул кто-то.
   Ксавье фыркнул, качнул головой и направился к выходу из камеры. Слегка тронув рукой дверь, он открыл ее и спокойно прошел мимо охранника. Тот пропустил его, даже не повернув головы, словно Ксавье не существовало в этом холодном сыром мире подземелья. Окрыленный надеждой, Лек бросился в след за Ксавье, забыв и о больной ноге, и о лихорадке, но тут же был встречен резким ударом в челюсть и под дружный хохот сокамерников очутился на полу.
   - Куда ломишься, крысеныш? - ракша снял с пояса плеть и шагнул к нему.
   Лек беспомощно посмотрел на Ксавье, остановившегося у порога и наблюдавшего за этой сценой.
   - Раб, - презрительно бросил Ксавье, развернулся и пошел дальше по тоннелю.
   Засвистела плеть, и Лек сжал зубы, чтобы не закричать. Затем, когда дверь снова закрылась за смотрителем, отполз к своему месту и уткнулся носом в ветошь.
   Совет правит, Совет защищает, Совет решает судьбы и прозревает в душах, Совет всемилостив и справедлив. Милости просим у Верховных, да пребудут они вечно, - прошептал он, - Тамика, где же вы, братья, где вы?
* * *
   Заюсс растеряно смотрел в окно гостиницы. Все было непривычно в этой новой жизни - и внимание обслуживающего персонала, и чистые белоснежные простыни на неприлично просторной кровати, и новая одежда, присланная ему от имени какого-то государственного департамента. В ней он смотрелся скорее членом королевской семьи, чем простым сельским нивом. Жизнь пророка, праведника, приближенного Создателей. Теперь можно все - отомстить былым обидчикам, рассчитаться со всеми долгами, охотиться там, где хочется, а не там, где позволит (и если позволит) барон… Мелко, все мелко. Неужели все оказывается на поверку так обыденно? Еда, одежда, жилье, гражданские права. Во дворец, правда, не пустили, и перед апартаментами выставлена стража. Не поймешь - то ли почести, то ли арест. Само собой, если король заподозрит Джилл в том, что она не из Создателей, а из Демонов, или, того хуже, шпион ракша, его, скорее всего, казнят, как пособника. Во всем нужен риск. Насколько долго придется рисковать? Нехорошее ощущение - когда твоя жизнь зависит от кого-то другого. Остается молиться о том, чтобы все прошло гладко. Непривычно - молиться. Но можно попробовать. Ведь ответили же небеса на его молитвы один раз - и вот, он здесь, среди всей этой роскоши, в начале жизни, полной приключений и новизны… Если все не сорвется. Не приведи Создатели - сорвется…
* * *
   Утром Джилл едва смогла убедить себя в том, что происходившее вчера - реальность. Впрочем, шелковые простыни и мягкие подушки убеждали в этом более чем хорошо.
   - Вы уже проснулись?- услышала она и окончательно проснулась. У окна, слегка облокотившись о подоконник, стоял серый нив в роскошных (но неудобных для боя и странствий, как механически отметила про себя Джилл) одеждах. Нив с любопытством наблюдал за человеком,
   - Я рад вас приветствовать.
   - Кажется, мне дали эту комнату в личное пользование, - пробормотала она, - И мне помниться, пообещали, что меня тут никто не потревожит.
   - Все так, - улыбнулся нив, - Но у меня высший храмовый допуск, поэтому не обессудьте, а входить к божеству я как первосвященник имею право в любое время. Впрочем, я готов уйти по первому вашему желанию. Но тогда, боюсь, некому будет ввести вас в курс дел.
   - Оставайтесь, - пожала плечами Джилл, - Раз уж зашли.
   - Кстати. В кресле вы можете найти церемониальные одежды по вашему размеру. Лучшие королевские портные трудились всю ночь…
   - Понятно, - Джилл потянулась за новой одеждой. К счастью, не такой неудобной, как у первосвященника. Это оказалось серебристым комбинезоном с дурацкими белыми вставками на груди, локтях и коленях. Будь эти вставки из кожи, комбинезончик сошел бы как износостойкий костюм для ремесленника, а так… Нежный шелк врядли выдержал бы то, что обычно происходит в мастерских. На правом рукаве имелась нашивка с надписью, трудно поддававшейся прочтению - некоторые буквы были похожи на известные Джилл, некоторые были незнакомы. После минуты созерцания надписи, Джилл смогла расшифровать что-то вроде "Звездная дымка". Такие нашивки иногда делали в Орлоктане для идентификации караульных. Как же это теперь далеко…
   - Это что, - поинтересовалась она у нива, - Мое новое звание?
   - Нет, - улыбка нива стала еще шире, - Это Имя Храма.
   - Предстоит экскурсия, - догадалась Джилл.
   - Вы проницательны, - кивнул нив, - Мы отправимся в храм сразу после завтрака. Предстоит небольшое служение по случаю вашего Прибытия, ознакомление с храмом, а дальше - на ваше усмотрение. Йита красивый город, здесь есть на что посмотреть… Вам помочь?
   Джилл наконец справилась с уймой крючочков и застежек комбинезона, попутно мысленно прокляв лучших королевских портных, и отрицательно покачала головой.
   Нив хлопнул в ладоши, дверь в опочивальню распахнулась, и двое нивов, почтительно склонив головы, внесли завтрак на роскошных блюдах. Также не поднимая взгляда, они удалились.
   - Прислуживать вам за завтраком, с вашего позволения, буду я, - продолжил первосвященник, раскладывая приборы на изящном столике, - Это мой долг и право.
   - Скажите, а у первосвященников бывают имена? - поинтересовалась Джилл, пытаясь тем временем угадать, каким прибором следует пользоваться вначале. Вчера, во время ужина с Тадеушем, все было намного проще - она просто делала все то же, что и он.
   - Вы можете называть меня Хайнсом, - поклонился нив, - И не смущайтесь, действуйте так как вам привычно. У вас особое положение. Никто не посмеет вас упрекнуть.
   Джилл кивнула, взяла первый же похожий на нормальную вилку прибор и принялась за завтрак. Закончив, она еще раз отметила для себя выгоды божественности. Так вкусно не готовили даже в Керит-Этре. Скорее всего, она первый воин Харима, которого так обхаживают.
   - Прежде чем мы отправимся в храм, - сказала она, наевшись и с сожалением созерцая то, что никак не могло бы поместиться в ее непривыкший к таким объемам желудок, - Я бы хотела поделиться своей небольшой проблемой. Вчера мы с его величеством вскользь коснулись этого вопроса. Но…
   - Я вас внимательно слушаю, - посерьезнев кивнул Хайнс, - Меня уполномочили выполнять любое ваше желание. Ну, или почти любое, - благоразумно поправился он.
   - Один мой подопечный находится в плену у ракша. Еще вчера мне было неизвестно, где он. Но сегодня утром мне было видение. Парня держат в какой-то мрачной шахте. Кажется, они требуют за него выкуп. Я не знаю, какую сумму они запросят. Но хотелось бы уладить все мирным путем. У меня нет здешних денег, но есть драгоценные камни и…
   - Да что вы, что вы! - замахал руками первосвященник, - О чем может быть речь! Вам выдадут столько, сколько потребуется! Главное - чтобы ракша не поняли, что инициатива исходит от человека. Они ведь еще не в курсе?
   - Конечно, нет.
   - Далее… Я так понимаю, у вас есть связь с этим вашим подопечным? Очень хорошо. Насколько быстро вы сможете передать ему свои распоряжения?
   - Почти мгновенно.
   - Еще лучше. Вот что, давайте сделаем так. Пусть он обратится к ракша и скажет им. Что хочет сделать признание. Он был вольным стрелком в отряде…ну, скажем, кровавого Джарека… И через два дня должна состояться сходка. У Джарека он был вроде кровного брата, так что Джарек с радостью заплатит за него выкуп. Пусть его приведут в назначенное место, Джарек убедится в том, что его фаворит жив, отдаст деньги и все будут счастливы. А уж мы на месте сориентируемся, что делать. Скорее всего, отдадим деньги, раз уж вы желаете решить все мирно. Да и вряд ли они попросят слишком много. Голова разбойника стоит дешево. Процедура, как вам ни покажется удивительно, стандартна. Обычно они не просят больше тысячи. На всякий случай завысим для себя сумму до трех. Но это уже если бы ваш подопечный был важным государственным чиновником, или крупным землевладельцем.
   Все было так просто… Джилл взяла в ладонь кубик связи и сосредоточилась, настраиваясь на знакомую волну. "Слушай, - передала она, почувствовав слабый ответ рунна, - Запоминай. Вот что ты должен сделать…"
   - А ракша не обманут? - засомневалась она, завершив "разговор" с рунном, - Они ведь ненавидят нивов?
   - Это вас напугал Тадеуш, да? - рассмеялся Хайнс, - У него с ракша свои счеты. На самом деле, не все так мрачно. Разумеется, у нас возникают периодические конфликты. Разумеется, они высылают рейды к нам. Мы в ответ высылаем рейды к ним. Но существуют торговые договоры, существует даже договор о неприкосновенности границ. Никто не говорит, что обе стороны не мечтают этот договор проигнорировать. Но, опять же, открытого противостояния нет. Тем более нет той войны на уничтожение, о которой любит говорить Тадеуш. То, что произошло в последнюю войну, было ужасно. Каждый из жителей Йиты пострадал так или иначе. Но вы учитывайте и то, что это - столица. Город Храма. Ее обороняли все от мала до велика. Потому и - особая жестокость со стороны захватчиков. Но ведь ваш подопечный жив, за него даже требуют выкуп. А по мнению Тадеуша его должны были бы растерзать на месте самым жестоким способом. Ваш подопечный ведь - не ракша?
   - Нет. Он скорее похож на вас. Отдаленно. Ну, что ж, пожалуй, я готова к небольшой экскурсии. Да, и еще. Со мной был парнишка…
   - Мне уже рассказали. Он получит допуск в Храм позже, когда и если пройдет соответствующее обучение. Пока что это нежелательно… Разве что вы будете настаивать…