«Так что, — подумал Скотт, — первым делом — деньги. Другие проблемы придется решать по ходу дела».
   Он снова приложил к уху трубку телефона.
   — Так как вы думаете? — продолжал настаивать Джефрис, начинавший нервничать уже всерьез. В случае провала его ожидало жестокое наказание, и эта система распространялась на всех членов организации без исключения, но в первую очередь — на непосредственных исполнителей.
   — Поступим так, — приказал Скотт, стараясь говорить спокойно. — Пойди и сам забери деньги и уматывай оттуда поскорее. Затем следуй полученным инструкциям, как мы и планировали. Думаю, проблем у тебя не будет.
* * *
   Скотт ошибся, потому что не принял в расчет сержанта Эндрю Уинстона.
   Тот с некоторым подозрением наблюдал за человеком, говорившим по радиотелефону. Отнюдь не потому, что подобная сценка была чем-то необычным. Такими аппаратами теперь пользовались все кому не лень, и они вошли в моду среди представителей свободных профессий и в кругу серьезных деловых людей. Ими широко пользовались и любители позировать. Но картина, которую он наблюдал, выпадала из общего ряда по двум причинам. Во-первых, говоривший по радиотелефону находился менее чем в десяти футах от бесплатных телефонных аппаратов, установленных администрацией гостиницы для постояльцев и гостей. Звуконепроницаемая крыша над аппаратом изолировала от шума и внешнего мира, обеспечивала тайну беседы и стул для комфорта. Однако незнакомец предпочел звонить по телефону, стоя посреди холла в густой толпе. По мнению Уинстона, такое поведение можно было объяснить только невероятной спешкой, близкой к панике. Приняв такое решение, Уинстон стал присматриваться с большим вниманием к человеку, привлекшему его интерес.
   Не вызывало сомнений, что он был встревожен. Уинстон пришел к этому заключению, проследив за тем, как дергался незнакомец во время разговора по телефону, хотя на таком расстоянии не видел выражения его лица. Сержант медленно поднял руку и почесал завитки черной проволоки, служившие ему шевелюрой. Это был сигнал для Твидлиди и Твидлидама. Теперь он знал, что оба следят за каждым его жестом. Тогда Уинстон согнул указательный палец в сторону Джефриса, встал и прошел из бара в холл.
   Положив радиотелефон в карман, Джефрис легким кивком головы пригласил свою команду следовать за ним. Жест был мимолетным, и окружающие его не заметили, но Уинстон именно этого и ожидал. Чисто интуитивно он почуял нечто подозрительное в поведении этого человека, а логика подсказывала, что в одиночку тот не работает. Проследив за взглядом противника, Уинстон быстро определил, кому предназначался сигнал: возле столика, где администрация гостиницы разложила рекламные брошюры, двое парней без видимого интереса перелистывали литературу, предлагавшую всевозможные поездки для туристов. Оба молодые и чувствовавшие себя явно неловко в модных костюмах, как если бы им были более привычны джинсы. Необычная для них обстановка сказывалась и в том, как они держали в руках черные «дипломаты»: не легко и свободно, как люди, постоянно таскающие с собой эти предметы, а как-то неловко и судорожно. Уинстон подозревал, что «дипломаты» содержали нечто более смертоносное, чем бумаги для доклада на заседании совета директоров акционерной компании.
   Внезапно всякие подозрения были отброшены в сторону. Он знал каким-то шестым чувством, которое было в нем запрограммировано долгой боевой подготовкой, что эти люди — провозвестники беды. Он изменил направление движения и обошел холл вдоль стены, чтобы выйти к дальнему концу стойки портье, в то время как парни с черными «дипломатами» двинулись в сторону Джефриса.
   Еще в баре Твидлидам смекнул, что Уинстон чем-то обеспокоен. Ему случалось работать в паре с великаном с Барбадоса достаточно часто, чтобы прочитать любой его жест и телодвижение. Можно даже сказать, что между ними возник телепатический контакт. Он легонько ткнул Твидлиди в бок и шепнул:
   — Что-то назревает.
   В ответ его товарищ только слегка кивнул. Далее они сработали слаженно, как спаренные детали хорошо смазанной машины: оба скользнули руками в пластиковые пакеты, стоявшие под столом.
   Подобно маховику гигантского механизма, постепенно набирающему скорость, события отныне начали развиваться в нарастающем темпе и приобрели свой особый характер, вне связи с окружающим миром.
   В сопровождении двух своих коллег Джефрис подошел к стойке портье и привлек внимание стоявшей за ней девушки. Она приблизилась к нему и внимательно выслушала с вежливой улыбкой его просьбу. Затем подозвала администратора, присоединившегося к ним. Последовавшая беседа заняла всего несколько секунд, и в заключение администратор кивнул, достал из кармана связку ключей и нагнулся вниз под стойку. Оттуда он извлек красный чемоданчик фирмы «Самсонит» и, выпрямившись, положил его перед собой.
   К тому моменту Твидлидам и Твидлиди уже держали свои пластиковые пакеты на коленях. Из-под красочной оберточной бумаги выглядывали два пистолета-автомата МР5К. Их обладатели не сводили глаз со сцены, разворачивавшейся возле стойки портье, одновременно следя за передвижениями Уинстона, который перемещался вдоль дальней стены холла к парадной двери гостиницы.
   — Мне кажется, — поделился своими мыслями Твидлиди, — что все идет наперекосяк.
   Твидлидам согласно кивнул, полностью разделяя мнение своего напарника. В холле в тот момент бродили по крайней мере десяток посетителей, и они создавали между солдатами САС и их противниками стену потенциально невинных жертв. Твидлидам взглянул на входную дверь и двинул локтем своего товарища, чтобы привлечь его внимание. Твидлиди наклонил голову в знак того, что понял предложенный план. В вестибюле и по дороге к двери никого не было, что открывало возможность вести огонь, не опасаясь поразить случайную мишень, если в том возникнет необходимость.
   Та же мысль пришла в голову Уинстона, и он занял соответствующую позицию. Сержант небрежно расстегнул пиджак, чтобы беспрепятственно достать из наплечной кобуры «браунинг». Он зорко следил за тем, как Джефрис взял со стойки портье чемоданчик и направился к выходу из гостиницы.
   Пока все шло отлично, по мнению Уинстона, почувствовавшего некоторое облегчение. Вестибюль представлял идеальную западню. Как только Джефрис со своей командой приблизятся на расстояние в десять футов от двери, он сможет их пристрелить без большого шума. Пара Твидли обеспечит прикрытие и порядок. В общем, все смотрелось просто и операцию можно было завершить быстро и эффективно, так что можно избежать и паники.
   По мере приближения к выходу настроение у Джефриса улучшалось. Его опасения, что они могут попасть в засаду, не оправдались, поскольку деньги удалось получить быстро и легко. Ему представлялось ранее, что помешать им могут лишь в тот момент, когда чемоданчик положат на стойку портье. Он очень внимательно наблюдал за происходившим в холле, но не заметил никакой реакции на появление чемоданчика. С каждым шагом нарастало чувство уверенности, что ничего плохого не произойдет, и Джефрису придавало бодрости сознание того, что за ним следуют по пятам Деннингс и Маккинли. Он уже приближался к выходу.
   В этот момент створки двери качнулись внутрь, чтобы впустить Трематона и Бреннона, избравших именно эту секунду для своего запоздалого и крайне неуместного по времени появления. А тут еще им навстречу идет человек с красным чемоданчиком фирмы «Самсонит» в руке.
   Джефрис застыл на месте, моментально подметив реакцию вошедших в вестибюль. Промелькнувший в его глазах страх послужил четким сигналом для двух солдат, и они прореагировали приличествующим случаю образом. Дальнейшие события разворачивались как бы сами собой и неизбежно должны были достигнуть страшной кульминации.
   Вот-вот перед глазами Уинстона должен был произойти взрыв. Он прекрасно осознавал, что сейчас случится, но никак не мог помешать роковому стечению обстоятельств. От сознания собственного бессилия у него комок подкатил к горлу, но он ничего не упускал из вида. Спутники Джефриса как по команде раскрыли «дипломаты» и выхватили оттуда оружие. Уинстон тотчас же признал тупорылые автоматические пистолеты «скорпион» чешского производства со складывающимся прикладом.
   Он успел подумать, что теперь не удастся избежать гибели невинных людей. Такой пистолет калибра 7,65-мм был способен выдать очередь, не уступающую по мощности автоматическому ружью. Если парни откроют стрельбу в холле, забитом людьми, наверняка будет очень много жертв.
   Помочь Трематону и Бреннону он был не в силах. Их единственным шансом было использовать в качестве прикрытия Джефриса, оказавшегося в тот момент на линии огня между его напарниками и противниками. Твидлидам и Твидлиди в равной мере были беспомощны, потому что им мешали люди, окружавшие двух бандитов. Тем не менее Уинстон начал действовать без дальнейших колебаний.
   Выхватив «браунинг», он сделал два выстрела в потолок и с отчаянным криком «Всем лечь на пол!» прыгнул под укрытие автомата с прохладительными напитками, стоявшего в пролете, между двумя клетками лифтов.
   Последовала секунда молчания, пока до присутствующих дошел смысл происшедшего. Этого было достаточно для Бреннона и Трематона, сработавших автоматически. Воспользовавшись драгоценной краткой передышкой, они выпрыгнули наружу за толстые стеклянные створки двери и заняли там оборону, выхватив собственные пистолеты.
   Тогда началась паника. Холл сразу же оказался забит толпой перепуганных и дико орущих людей. Одни падали плашмя на пол, следуя приказу Уинстона, а другие метались в поисках первого попавшегося на глаза убежища.
   Джефрис бросил чемоданчик и нырнул рукой в карман за тяжелым «кольтом». Он схватил за локоть стоявшую рядом женщину и прижал ее к себе, обхватив левой рукой за горло. Потом поставил прямо перед собой, используя как щит, и приставил пистолет к ее щеке. Его глазки быстро обегали холл и прилегающие помещения в поисках врагов.
   Тесно прижавшись к боку автомата с прохладительными напитками, Уинстон возносил молитвы Богу, в которого верил ровно наполовину. Ситуация все еще была критической и потенциально взрывоопасной. Только чудом можно было объяснить тот факт, что пока не прозвучала стрельба после его двух выстрелов. Если все сохранят самообладание, возможно, им удастся пережить ближайшие несколько критических минут без больших жертв.
   Тем временем напарники Джефриса принялись сбивать вокруг себя группу насмерть перепуганных людей, угрожая им «скорпионами». У их босса была своя заложница, и он мог сам о себе позаботиться. В данной ситуации каждый думал только о своей шкуре.
   — Ну, блин. И что мы теперь можем предпринять? — вполголоса вопросил Твидлиди. На коленях он держал МР5К, пряча его под столом, но в сложившейся обстановке пистолет-автомат не мог пригодиться, и солдат тяжело переживал свою беспомощность. Они не могли открыть огонь, пока у бандитов были заложники, а с другой стороны, оба Твидли представляли собой отличные мишени и собственное положение нравилось им все меньше и меньше.
   Твидлидам опасливо покосился в сторону Уинстона и напомнил своему товарищу:
   — Нам надо бы подумать о том, чем можем помочь боссу.
   Положению Уинстона никак нельзя было позавидовать, и он мог оказаться первой жертвой. Солдат судорожно искал выход. Его внимание привлекли крохотные мигающие огоньки справа. Это был указатель положения лифта на этажах. Кабина шла на первый этаж, либо механизм переключили на автоматическое управление, и в этот момент ему пришла в голову идея, показавшаяся дикой на первый взгляд.
   Оставались считанные секунды. Он сильно пнул Твидлиди под столом, добившись немедленно полного внимания с его стороны.
   — Как только откроется дверь лифта возле босса, — шепнул Твидлидам товарищу, — будь готов к отвлекающему маневру.
   — К какому маневру? — недоуменно спросил Твидлиди. — Что будем делать?
   — Отсюда только один выход, — ответил его напарник, легким движением головы указав на окно позади них. — Ты же видел, как это делают в кино.
   Указатель движения лифта дошел до нижней точки, и раздалось шипенье раскрывающихся дверей. Одновременно два Твидли, свято веровавшие в способность Уинстона реагировать на все события вовремя, вскочили на ноги, схватили стулья и, держа их перед собой, прыгнули в окно. В тот момент, когда они летели вместе с осколками стекла на улицу, Твидлидам успел подать сигнал Уинстону:
   — Босс, все наверх!
   Уинстон уже слышал легкое шипенье дверей лифта и успел подумать, что еще одна невинная жертва пополнит и без того суматошную ситуацию. Внезапный и неожиданный шум в баре и крик Твидлидама послужили толчком для сидевшего в его голове компьютера, тотчас выдавшего новую информацию. Он переварил и осознал ее в одно мгновение и не стал медлить.
   Девушка, вышедшая из лифта, не успела даже как-то прореагировать на открывшийся перед ней вид: вооруженные люди и до смерти перепуганные заложники. Всем своим грузным телом Уинстон втолкнул ее назад в кабину. Прижавшись к стенке, он нажал на кнопку верхнего этажа и одновременно — на кнопку автоматического закрытия дверей. Единственная пуля, выпущенная Джефрисом из «кольта», шмякнулась о створку двери, поехавшей на воссоединение со своей парой.
   Лифт начал подниматься вверх. Уинстон наклонился и помог встать на ноги девушке. Она с трудом переводила дыхание, но в остальном была цела и невредима. С ужасом поглядев на пистолет в его руке, она широко открыла рот, чтобы дать волю чувствам.
   Уинстон знал, что в его распоряжении всего несколько секунд, так как в гостинице «Кортленд» всего пять этажей. Он закрыл рот девушки своей широкой ладонью и тихо, но убедительно стал ей внушать:
   — Послушайте, у меня нет никаких доказательств и вам придется поверить мне на слово, но факт остается фактом — я один из наших, и я на стороне добра. Когда лифт остановится, выходите, найдите первый попавшийся сигнал пожарной тревоги и подавайте сигнал. Потом выбирайтесь на пожарную лестницу и бегите отсюда.
   Он убрал ладонь с ее рта и поинтересовался:
   — Все поняли?
   Девушка согласно, но не очень уверенно кивнула. Лифт слегка содрогнулся и замер. Створки двери начали разъезжаться в стороны. Уинстон подтолкнул к выходу еще не пришедшую в себя от страха девушку, улыбнулся ей на прощанье и попросил:
   — Пожалуйста, доверьтесь мне и сделайте так, как я вас просил.
   Затем вскочил в лифт и нажал на кнопку третьего этажа.
   К тому моменту, когда Уинстон достиг двери своего номера, коридоры гостиницы заполнил резкий и настойчивый звон гостиничной системы противопожарной охраны. Сержант поздравил себя с успехом, поскольку это означало, что по крайней мере большинство постояльцев и служащих вскоре окажутся в безопасности. Войдя в комнату, он достал из-под кровати единственную сумку, которую прихватил с собой. Радиотелефон был спрятан под грудой обойм с патронами для «хеклер-и-кох». Уинстон набрал номер майора Андерсона, и ему ответили почти сразу же.
   Сержант не стал терять слов и коротко и четко доложил обстановку:
   — Майор? Говорит Уинстон. В гостинице «Кортленд» сложилась ситуация с заложниками. Насколько я знаю, трое бандитов. Два «скорпиона» и пистолет. Я на месте и сделаю все, что смогу.
   — Сколько заложников? — спросил Андерсон, быстро оценивая положение.
   — Возможно, человек двадцать, — сообщил Уинстон. — Я надеюсь, что большая часть постояльцев в настоящий момент покидает гостиницу по пожарной лестнице.
   — Обстановка? — продолжал Андерсон. Он задавал главные вопросы, лежавшие в основе оперативного плана, который был разработан на случай ситуации с заложниками или засады с вооруженными людьми. В тактических разработках САС ответы на подобные вопросы обеспечивали ценную и вполне определенную информацию, включая перечень факторов, которые следовало принять во внимание. Они помогали старшим офицерам собрать важные сведения, на базе которых те могли дать начальную оценку конкретной обстановки и спланировать свои действия для достижения успеха.
   — В данный момент они находятся на первом этаже в районе холла и бара, — доложил Уинстон. — Но они могут покинуть этот район. Обстановка непредсказуема и чревата тяжелыми последствиями. Я предполагаю, что они, скорее всего, запрут главный вход и переведут заложников в другое место, где будут чувствовать себя в большей безопасности. Мне кажется, они передвинутся в кухню.
   Уинстон помолчал, чтобы обдумать собственное положение, и затем продолжал:
   — В общем, мне пора убираться из здания гостиницы. Они обо мне знают, и один из них наверняка начнет меня разыскивать. У меня четыре человека вне здания, и мне думается, наибольшую пользу я могу принести, если мы воссоединимся.
   — Ты прав, — согласился Андерсон. — Можешь рассчитывать на подкрепления в течение часа. Я свяжусь с подполковником Дэвисом, который оповестит власти и организует сотрудничество с ними. Командный пункт будет находиться в ближайшем полицейском участке. Ничего не предпринимай, пока мы не выйдем на связь и не установим, какие у них могут быть требования.
   — А если тем временем начнется стрельба? — спросил Уинстон.
   — Тогда следуй плану по освобождению заложников в чрезвычайных обстоятельствах, — ответил Андерсон.
   Как только погибал первый заложник, вступал в действие именно этот план, который обычно предусматривал нападение на бандитов, что могло повлечь за собой большое число человеческих жертв. К таким действиям прибегали в исключительных случаях, но тем не менее добивались результатов. В основе этого плана лежало убеждение правительств и органов безопасности большинства стран мира, что идти на уступки террористам нельзя. За смертью заложника должно последовать немедленное и суровое возмездие.
   — И последнее, — сказал Уинстон. — Я думаю, что во время переговоров эти подонки могут использовать в качестве козыря бомбу, которую они заложили в одном из пабов. Как вы думаете, не удастся ли нам как-то подстраховаться от этой угрозы?
   — Через пятнадцать секунд после того, как ты отключишься и уберешься оттуда, — заверил его Андерсон. — В общем, нам придется прибегнуть к помощи ребят в синей форме.
   Уинстон согласно кивнул. Он остался доволен результатами разговора. Сержант засунул радиотелефон под пояс и начал рыться в своей сумке, подбирая себе оружие.

23

   Как он и обещал Уинстону, майор Андерсон первым делом позвонил по телефону комиссару Макмиллану.
   — Сэр, — сказал он, — я думаю, было бы не лишним приступить к осуществлению плана для чрезвычайных обстоятельств, который мы ранее с вами обсуждали.
   Возражений не последовало.
   — Я немедленно этим займусь, — пообещал Макмиллан, положив телефонную трубку на рычаг ровно настолько, чтобы прервать связь, и сразу же набрал номер особого отдела Скотланд-Ярда и передал приказ.
   Это была широкомасштабная операция, но ее тщательно готовили и неоднократно репетировали. Получив приказ Макмиллана, находившаяся в состоянии готовности команда из двадцати секретарш и телефонисток заняла свои места у телефонных аппаратов, подключенных к линиям специальной связи. По расчетам операция должна была занять ровно двенадцать минут. По их истечении все пабы фирмы «Консолитейтед брюериз» должны были получить предупреждение, персонал и посетители — покинуть помещение, и все здания — находиться под охраной полиции, но на отдалении.
   Это была первая совместная операция, спланированная полицией и САС. Она требовала мобилизации значительных человеческих ресурсов, но должна была принести результаты. «Консолитейтед брюериз» могла потерять еще один паб, но главное — ничто не угрожало жизни людей.
* * *
   Трематон и Бреннон по-прежнему занимали оборону возле парадного входа гостиницы и одновременно старались проследить за развитием событий внутри через стеклянную дверь. Большая часть заложников к тому моменту была построена и образовала своего рода стену из живых людей между вестибюлем и тремя вооруженными бандитами. Последние расположились за стойкой портье, и каждый удерживал перед собой двоих заложников. Создалась ситуация, при которой ни одна сторона не могла предпринять решительных действий, и оставалось только ждать, что будет дальше.
   — Привет! А что это здесь происходит? — раздался знакомый голос за спиной Трематона. — Насколько я могу судить, мы имеем дело с парой засранцев, подсматривающих в замочную скважину.
   Корнуоллец развернулся и увидел перед собой Твидлиди и Твидлидама, улыбающихся и вытряхивающих из шевелюр мелкие осколки стекла. Если не считать местами рваной одежды, оба казались целыми и невредимыми.
   — А вы откуда взялись, черт побери? — удивился Трематон.
   — Мы вышли через запасной выход, — ответил с улыбкой Твидлиди и сразу же посерьезнел.
   — Вы случаем не заметили, удалось ли боссу выбраться из ловушки? — спросил он.
   — Он неожиданно нырнул в лифт и исчез, — сообщил Бреннон к вящему удовлетворению Твидлиди.
   — Пока за ним никто не погнался, — продолжал Бреннон. — Мне кажется, они никак не могут решить, что делать дальше, и только этим и заняты. Что-то мне подсказывает, что наши друзья угодили в непривычную для них ситуацию.
   Кивком головы указав на пистолеты-автоматы МР5К в руках у своих товарищей, добавил:
   — Возблагодарим Бога, что хватило ума притащить сюда тяжелую артиллерию. У меня с Майлзом на двоих по «браунингу» и по запасной обойме, и это все.
   Тем временем Твидлидам бросил быстрый взгляд на живую стену заложников и мрачно заметил:
   — В данный момент артиллерия нам мало поможет. Самый меткий стрелок не сможет достать бандитов, плотно прикрытых заложниками.
   — Так что будем делать? — задал Бреннон вопрос, над которым все ломали головы, но не могли найти ответ.
   — Мне думается, нам остается только ждать, — сделал слабую попытку Твидлидам, пожав плечами. — Все зависит от того, чем занимается наш босс внутри, и вообще от того, что еще может произойти. На мой взгляд, через минуту-другую здесь такое начнется...
   Возражать не приходилось, поскольку было вполне очевидно, что очень скоро что-то действительно должно было произойти. По-прежнему громко орал гостиничный сигнал пожарной тревоги, а Джефрис и его команда не догадывались его отключить. Шум уже привлек толпу любителей бесплатных зрелищ, которая держалась на безопасном расстоянии на противоположной стороне улицы. Число зрителей постоянно пополнялось за счет постояльцев гостиницы, покидавших здание через запасные выходы в задней части и присоединявшихся к толпе в тщетных поисках информации и сочувствия. Пожарная команда и «скорая помощь», по-видимому, тоже вскоре должны были прибыть на место. Твидлидам очень жалел, что с ними не было босса, который мог бы взять ситуацию под контроль. Солдат был в штатском, без документов и каких-либо бумаг, которые бы подтверждали его принадлежность к силам порядка. Ему никак не улыбалась перспектива объяснять полиции, как он оказался на улице в центре Лондона с автоматом в руках.
   Как бы именно ради того, чтобы ухудшить его положение, вдали послышались и стали быстро приближаться звуки сирены полицейской машины и колокол пожарной команды.
* * *
   По мнению Джефриса, ситуация постепенно стабилизировалась и жаловаться не приходилось. Он не имел ни малейшего представления о том, что происходит за стенами здания и какие шаги могут предпринять власти. Его вполне удовлетворяла ситуация, при которой не просматривалось прямой угрозы, а при большом числе заложников власти вряд ли решатся организовать нападение. Единственное, что его волновало в ту минуту, был чернокожий с пистолетом, который сумел скрыться из холла. Джефрис не сомневался, что именно беглец подал сигнал пожарной тревоги и что он по-прежнему скрывается где-то в здании. Оставалось непонятным, кто он и как может поступить, что вызывало дополнительное беспокойство.
   Заложники, поддавшиеся вначале панике, постепенно приходили в себя. Те, кто посильнее духом, смирились со своей участью, а более слабые попросту сдались на волю судьбы. На смену крикам и шуму пришло тихое всхлипыванье и нестройный гул пересудов. Не понимавшие происходящего заложники беспомощно расспрашивали друг друга на десятке разных языков. Разобрать отдельные слова было невозможно, потому что сирена пожарной тревоги перекрывала все остальные звуки.
   Джефрис сумел подавить в себе панические настроения, которым чуть было не поддался вначале, простым и эффективным путем: при первой возможности он бросил в рот и проглотил небольшую белую пилюлю. Как обычно, наркотик сразу же впитала кровеносная система. Он ударил в голову и принес иллюзорное чувство спокойствия и благодушия. Джефрис знал, что со временем придут и другие ощущения, но в тот момент «нирвана» позволила ему мыслить здраво и контролировать ситуацию. Контроль означал власть, а власть означала контроль. Эти два понятия подпитывали друг друга и были сравнимы со змеей, закусившей собственный хвост.
   Джефрис подтащил девушку, которую использовал в качестве личной заложницы, к администратору гостиницы и, размахивая «кольтом» перед его носом, потребовал:
   — Немедленно отключи эту проклятую сирену!