Он бесстыдно использует женщин, с отвращением подумала она.
   Это было давно, тогда Крисси считала, что ее сестра Элайн слишком расчетлива, чтобы какой-то мужчина причинил ей боль. Но Блэйз разбил сердце Элайн. После их головокружительного романа он хладнокровно и равнодушно бросил ее. Чтобы спасти свою репутацию, Элайн пришлось выйти замуж за человека, которого она не любила. Самонадеянная сестра стала очередной жертвой светских сплетен и следующей в списке любовных побед Блэйза. Тогда впервые в жизни Крисси стало жаль Элайн.
   – Так это и есть та причина, из-за которой ты не можешь вернуться домой? – Блэйз с любопытством наклонился к Рози и взял из ее рук пушистого мехового кролика, которого она доверчиво протянула ему.
   – Кролик Лози, – с важностью сказала девчушка.
   – Я люблю кроликов, – ребячливо ответил Блэйз, и теплая улыбка озарила его лицо, на нем не осталось и следа от былого цинизма и равнодушия. Он нежно провел рукой по темным кудряшкам Рози и выпрямился. Это проявление человечности было неожиданным.
   Крисси с трудом отвела взгляд от чувственного изгиба его губ, у нее перехватило дыхание.
   – Может быть, это глупый вопрос, но как ты дошла до этого? – спросил Блэйз.
   Он решил, что это ее ребенок. Но в конце концов все так считают. В данной ситуации это было совершенно естественным предположением.
   Рози была ее сводной сестрой, единственным напоминанием о «браке» ее матери с Деннисом Каррутерсом.
   – Думаю, тебе лучше уйти, – холодно произнесла Крисси.
   – Ты права. Мне лучше уйти и забыть о том, что я видел, – пробормотал Блэйз. – У меня такое странное ощущение, что все это связано со мной. К тому же ты теперь и безработная…
   – И кто же в этом виноват? – отрезала она.
   – Я не привык к такому тону, – ответил он, ни капли не возмутившись. – Но если я сказал что-то лишнее, позвони мне, и мы объяснимся.
   Услышав такое приглашение, Крисси собралась с последними силами и оглянулась. Господи, какое же отвращение она испытывала к нему! Но не все из сказанного им у Лейлы было ложью. Ее отец – богатый выскочка и до боли грубый… Гамильтоны не вписались в окружающую их аристократическую загородную обстановку. Ее отец очень любил всякими вульгарными способами показывать свое новообретённое богатство. Он думал, что, показав людям свое материальное превосходство, завоюет их уважение. Но все, чего он достиг, – это всеобщего осмеяния.
   – Полагаю, что тебе лучше съехать отсюда, – коротко сказал Блэйз. – Тебе есть куда пойти?
   – Нет, – признание поневоле сорвалось с ее губ.
   Он должен был понять, что с ее средствами к существованию, вернее, с их отсутствием, нет никакой надежды найти другое жилье.
   Лондон – это город, в котором опасно жить без друзей и поддержки. Но именно это Крисси и сделала.
   Она училась в колледже, но ей пришлось бросить учительские курсы и взвалить на свои плечи всю заботу о своей младшей сестренке. Слишком быстро ей пришлось перейти из беззаботной юности в реальную взрослую жизнь.
   За первые шесть месяцев после смерти матери она позврослела сразу лет на десять.
   – Чем ты думаешь заняться в выходные? – вопрос неожиданно слетел с его губ. – Будешь ходить по улицам в поисках жилья? – резко спросил Блэйз.
   – Мы сами разберемся, – устало пробормотала Крисси.
   – Как разобрались до этого? – едко усмехнулся он. – Ты просила помощи. у отца?
   – Я не разговаривала с ним уже три года, – неуверенно ответила Крисси. – Он был в бешенстве, когда я переехала сюда с матерью. Он ничего не знает о Рози, а если даже и узнает, то это ничего не изменит. Тогда он хоть немного заботился обо мне, а я, по его мнению, предала его, уехав с матерью…
   – А твой брат? Сестра? – не отступал Блэйз. – Хотя бы один из них?..
   Крисси невесело улыбнулась от одной только нелепой мысли о том, что Рори или Элайн предложат им свою помощь.
   Рори жил в Калифорнии. У него жена, семья, и, так же как и Элайн, он был шокирован поступком матери. Ни один из них не захотел простить Белл. Даже когда та лежала в реанимации и ее жизнь висела на волоске, Элайн отказалась приехать в Лондон.
   У Крисси никогда не было возможности рассказать им о Рози. А их реакцию на это известие предугадать было несложно. Рози была дочерью Белл от другого мужчины, результатом незаконного брака. Имя Белл пестрело в заголовках газет в течение нескольких дней, когда Деннис был под арестом.
   Белл была не единственной обманутой Деннисом женщиной, которую он повел к алтарю: были и еще две, ни с одной из них он не развелся.
   – Я никогда не смогу наладить отношения с отцом, – сказала Крисси, стремясь не обсуждать больше эту тему, потому что не хотела лгать.
   – А кто сможет? – с ледяным высокомерием произнес Блэйз. – Да он был готов продать душу дьяволу, чтобы побыстрее разбогатеть.
   Произнеся эти слова, Блэйз уставился на нее сверкающими злостью глазами. Крисси была просто изумлена его неистовством. Что же сделал ее отец, чтобы вызвать такой гнев? Но прежде чем она смогла высказать любопытство, Блэйз посмотрел на часы.
   – Через час у меня деловая встреча.
   – Я перешлю тебе эти деньги, – снова сказала она.
   – Забудь, – посоветовал Блэйз. – Считай, что это маленькая компенсация за потерю работы.
   – Мне не нужны твои подачки! – побледнев от боли, воскликнула Крисси.
   – Представь, что это заработанные деньги. – И его темно-синие глаза задержались на ней. – Я перед тобой в долгу. К тому же сейчас тебе нужна помощь, – добавил он, презирая себя за то, что оказался в столь щекотливой ситуации.
   – Мне не нужна твоя помощь! И мне не нужны твои грязные деньги! – прошипела Крисси.
   – Боюсь, что тебе придется с этим смириться, – заявил Блэйз тоном, не терпящим возражений. – Прости за прямой вопрос… А где отец Рози?
   – За решеткой! – в ярости воскликнула она.
   – В тюрьме? – Теперь она действительно привлекла его внимание.
   Какую-то долю секунды он был просто в шоке. Блэйз, которого было так трудно вывести из равновесия, был потрясен. Густые черные ресницы, унаследованные вместе с золотистым цветом кожи от отца испанца, скрывали его изумительные глаза от ее взора.
   – Когда твои нервы взвинчены до предела, ты говоришь все, что думаешь, не так ли? – пробормотал он.
   Крисси просто не могла поверить своим ушам, но потом спохватилась, что перед ней Блэйз, который выполняет немногие правила общества. Он был склонен говорить то, что думает, с прямотой, нервирующей окружающих. У него не было времени для светского лицемерия. И в этой энергии, бьющей через край, всегда была доля нетерпения, как будто в его жилах текла не кровь, а огонь.
   – Я хочу, чтобы ты ушел, – повторила девушка.
   Он с мрачным лицом изучал ее. Крисси была на грани нервного срыва. Блэйз знал это, и поэтому она его ненавидела.
   – Поедешь ли ты домой и будешь на коленях просить помощи у отца или будешь по-прежнему обслуживать других, – рассуждал он, – в любом случае ты не сможешь обойтись без чьей-либо поддержки и помощи.
   – Ты уберешься отсюда? – Крисси рывком открыла дверь. Эмоции переполняли ее.
   На какое-то мгновение Блэйз застыл на месте. Он с удивлением смотрел на ее горящие изумрудно-зеленые глаза, и впервые за этот день их взгляды встретились.
   Она упала в бездонную синеву его глаз, как пловец-новичок, забывший о том, что нужно дышать. Спазмы сжали ее горло, и мелкая дрожь сотрясла все тело.
   Блэйз провел указательным пальцем по ее спелой, как вишня, нижней губе, и от этого прикосновения ее сердце затрепетало.
   – Расслабься. Успокойся. Иначе ты очень быстро загонишь себя в угол. Напряжение – это дорога к боли. Разве ты еще не знаешь этого?
   Когда он ушел, комната, казалось, опустела и уменьшилась. Закрыв глаза, Крисси неуверенно встряхнула головой и вдруг вздрогнула. Однажды она уже испытала подобное. Почувствовала себя как птичка, попавшая в ловушку, потерянной и опустошенной. Она переставала быть самой собой, когда Блэйз слишком близко подходил к ней.
   Все его чувства скрывались за изумительными, похожими на сапфиры глаза и за прохладной полуулыбкой. Один раз, всего лишь один раз она стала свидетельницей того, как Блэйз вышел из себя. Но он действительно не помнил того случая… Да и почему он должен помнить? То была лишь юная Крисси, выходец из клана Гамильтонов, имеющего дурную репутацию. Почему он должен помнить то, как безумно напугал ее тогда.
   Крисси была напугана дрожью, охватившей все ее тело. С трудом верилось, что по прошествии стольких лет она могла чувствовать и переживать это так же сильно. Однажды Блэйз прикоснулся к ней, пытаясь показать свою неотразимость, только однажды, когда она была глупой семнадцатилетней н ужасно наивной дурочкой. Все это длилось считанные секунды, но Крисси никогда не забывала того чувства унижения. Он был пьян и считал, что она, как и все женщины, жаждет его. Еще очень долго она злилась на себя за то, что почувствовала тогда непреодолимое влечение к нему.
   Девушка содрогнулась от стыда и унижения, вспомнив о том, что Блэйз заставил ее пережить. Но в конце концов она должна набраться сил и противостоять ему.
   – Если ты не будешь осторожна, то тебя ждет то же, что и твою сестру! – злобно заявил Блэйз. – Я могу не раз преодолеть препятствие, но у меня же для этого есть какие-то стандарты!
   Он был груб с Крисси и после ссоры с Элайн. Не соблюдая ни малейших правил приличия, Блэйз высказал все, что он о ней думал, в оскорбительной форме, сопровождая ругань насмешками. Его слова были подобны соли, попадавшей на открытые раны. Будучи ужасно самонадеянным, Блэйз тогда думал, что Крисси сделает все, чтобы быть с ним. Эти воспоминания все еще причиняли ей боль.
   Крисси не была увлечена Блэйзом Кеньоном в юности. Но она также не могла отрицать и того, что он был невероятно привлекательным мужчиной. И Крисси никогда не смогла бы устоять перед ним. Несмотря на эти странные чувства, он действовал ей на нервы так же, как звук гвоздя по стеклу.
   То страстное прикосновение его губ полностью опустошило ее. Она поняла, что отвечает на его поцелуй, и испытала тогда ужас и стыд от того, что изменила своим принципам. Внезапное проявление чувства стало еще более мучительным от мысли, что Блэйз всего лишь насмехался над ней. Он мог с таким же успехом вытолкнуть ее совсем обнаженной на улицу, в гущу смеющейся толпы. Крисси пережила невыносимую душевную боль.
   – Ну и что дальше? – кривляясь, спросила Карен, держа в руках пальто и таща за собой чемодан. – Ты заставляешь меня ужасно волноваться.
   – Если я пойду на биржу труда, – напряженно прошептала Крисси, – они наверняка заберут у меня Рози.
   – Чепуха! – воскликнула Карен. – Они поселят тебя в общежитии или в какой-нибудь комнатенке с клопами.
   – У меня нет никакого права держать Рози у себя, – с болью напомнила ей Крисси. – И если они обратятся к Деннису, то он наверняка захочет удочерить ее. Хотя никогда раньше он даже не вспоминал о ней. Но в любом случае Деннис – ее отец. У него больше прав на нее, чем у меня…
   – Рози, конечно, очень милый ребенок, но я не могу понять, зачем тебе в твоем возрасте такая обуза, – поинтересовалась Карен. – Я хочу сказать… ты не обязана заботиться о ней. И давай посмотрим правде в глаза… Что ты можешь ей дать?
   – Карен! – Крисси причинила боль эта откровенность.
   – Послушай, это нелегко признать, но удочерение даст ей хороший дом и семью. Будь практичной, Крисси, – уныло заметила Карен. – Я не могу больше жить здесь без работы, поэтому собираюсь вернуться в Ливерпуль. А ты как будешь жить дальше, да еще с ребенком? – Но другие же живут!
   – Они вынуждены. А ты – нет. Рози сама должна выбрать, – подчеркнула Карен. – Иногда ты должна признавать факты. Даже если ты найдешь другую работу, все равно не сможешь полностью покрыть расходы на ребенка. У тебя вряд ли когда-нибудь будет прилично оплачиваемая работа.
   Каким облегчением оказался этот приезд Карен в Лондон. Нравилось это или нет, но эта женщина заставила Крисси взглянуть правде в глаза. Карен присматривала за Розй, получая за это гроши, и поэтому работа ее была временной. Рано или поздно Крисси пришлось бы искать другую работу, и она все равно не смогла бы больше платить няне.
   Крисси боялась даже думать о бирже труда. Она не была законным опекуном Рози. Помимо регистрации даты рождения, у властей не было никаких сведений о существовании ее сестры. Еще когда Белл была жива, они переезжали трижды, и с каждым разом квартиры становились все более дешевыми и маленькими. Ее мать упорно отрицала существование Рози и отказывалась взять на себя заботу о ребенке. Часто меняя адреса, они платили наличными из накопленных денег.
   Теперь не осталось ничего… Но что случится, если они вынуждены будут искать помощь? Потеряет ли она Рози? Этот страх мешал Крисси попробовать придать ее отношениям с маленькой сестричкой законную основу. К тому же, как она уже сказала Карен, мнение Денниса на сей счет просто необходимо, а он наверняка захочет удочерить девочку.
   Крисси не верилось, что она смогла бы любить своего собственного ребенка больше, чем любила Рози.
   Белл так и не смирилась с тем, что сделал с ней Деннис. Это была беременность, которая убила Белл. Не столько напряжение от вынашивания ребенка в сорок пять лет, сколько позор от того, что произошло до этого. Разрьв с Деннисом, когда он понял, что Белл убежала с ним без гроша за душой. Его арест, всеобщая огласка, его двоеженство…
   Крисси надеялась, что после рождения ребенка мать поправится. Но этого не произошло. Все глубже и глубже впадая в депрессию, Белл почти ничего не делала для Рози. Она отказалась посещать врача. В отчаянии Крисси сама пошла к врачу, умоляя его прийти и осмотреть Белл. К несчастью, Белл разыграла перед доктором ужасающую комедию, а после его ухода закатила еще больший скандал и пригрозила выгнать Крисси из дома, если она когда-нибудь снова попытается вмешаться. Мать по-прежнему не заботилась о своем здоровье, и проблема с легкими, которые беспокоили ее и раньше, вернулась. Пневмония явилась осложнением после гриппа. Белл обратилась в больницу, но было уже слишком поздно. У Белл не было желания бороться за жизнь. Она положилась на судьбу.
   Перед тем как она умерла, они с Крисси как раз снова собирались переезжать. После похорон Крисси переехала одна с Рози. Только врач тогда поинтересовался судьбой Рози, но Крисси солгала ему, сказав, что заберет сестричку, домой, к семье. И врач, не зная обстоятельств, связанных с рождением Рози, не стал больше интересоваться…
   В половине восьмого на следующее утро раздался громкий стук в дверь. Слегка приоткрыв дверь, беспокойными глазами Крисси недоверчиво уставилась на Блэйза Кеньона.
   Воспользовавшись ее смущением, он шире открыл дверь и вошел внутрь.
   – Ты уже завтракала?
   – Завтракала? – тупо повторила она.
   – Я хотел застать тебя, поэтому пришел так рано. – Блэйз опустился на колени, и Рози бросилась в его объятия. – Маленькое ласковое существо!.. У нее есть нянька?
   – Нет, – в полном изумлении Крисси уставилась на него, содрогнувшись от того, как ее малышка с ребяческой непосредственностью бросилась ему на шею. «Ласковое существо» – это было слишком слабо сказано: Рози просто не «отлипала» от него. Мужчин почти не существовало в ее мире, и Блэйз стал объектом ее любопытства. – Поноси… поноси Лози, – попросила она.
   – Подожди минутку, – произнес Блэйз, доставая из кармана листок с телефоном. Держа его подальше от Рози, он набрал номер и заказал такси.
   – Зачем тебе такси? – поинтересовалась Крисси.
   – В моей машине нет места для ребенка, – сказал Блэйз, поднимая Рози на руки.
   – Но мы никуда не собираемся. – Крисси скрестила руки на груди.
   – Я забираю вас с собой на завтрак. Может быть, малышка выпьет бутылочку чего-нибудь? – Он неуверенно взглянул на Рози.
   – Ей всего лишь два с половиной, – сухо произнесла Крисси.
   – Дети для меня – закрытая книга. – Блэйз пожал своими широкими плечами, и Крисси заметила, как заиграли мышцы под облегающим черным свитером.
   Возможно, он считает, что они голодают? Крисси не могла найти другого объяснения его неожиданному нашествию.
   – Послушай, мы никуда не собираемся. Нам не нужен твой завтрак… – сказала она, и ее щеки запылали.
   – Ты такая худая. У тебя потеря аппетита? – предположил он, неожиданно нахмурившись.
   – Возможно, – огрызнулась Крисси.
   – А я ужасно люблю поесть. – Усмешка исказила его рот.
   Любовь к еде абсолютно не отражалась на его стройной мускулистой фигуре, в которой не было ни грамма лишнего веса. Его черные джинсы лишь подчеркивали узкие бедра, а облегающий свитер говорил о мускулистой груди и плоском, как доска, животе. Крисси с трудом оторвала взгляд от его истинно мужской фигуры, ужасно злясь на себя за это.
   Блэйз по просьбе Рози покорно поднял с пола ее кролика и в награду получил ослепительную улыбку. Крисси, наблюдая за ними, не могла поверить своим глазам. При общении с Рози он становился другим человеком, и с его лица исчезали раздражительность и нетерпение.
   – Я могу предложить тебе работу, – сказал он ей как бы между прочим.
   Крисси напряглась, как борзая, почуявшая зайца.
   – Где? У кого? – спросила она.
   – Давай не будем говорить на голодный желудок. Не волнуйся, – предупредил он, – это не в Лондоне и поэтому может не устроить тебя.
   Так вот почему он приехал сюда. Блэйза мучила совесть за его поступок. Она вдруг сильно покраснела. Блэйз был последним мужчиной в мире, от которого она хотела бы принять помощь. Однако все им было сделано так, словно положение обязывало его оказать ей эту помощь, поэтому самолюбие Крисси не было сильно уязвлено. Но тогда почему она была так взволнована? Она ведь могла и не получить работу, а даже если и получила бы, неизвестно, где бы они жили и что стало бы с Рози. Одна проблема перерастала в другую.
   В такси Рози уселась рядом с Блэйзом и всем своим видом показывала, что будет вести себя хорошо и ни за что не вернется к Крисси.
   Блэйз отвез их в фешенебельный отель, где метрдотель отнесся к ним с повышенным вниманием.
   Когда Рози уселась на стул, Крисси дала волю своему нетерпению:
   – Работа, – напомнила она ему.
   – По месту жительства. Ребенок не будет помехой. Это большой дом, – заметил он, с хозяйским видом откинувшись в кресле, насквозь пронзая ее своим холодным взглядом. – Один постоянный жилец и время от времени приходящие гости.
   – Частный дом? – Ее брови взметнулись вверх.
   Этого она не ожидала. Он кивнул.
   – Где?
   – Недалеко от твоего дома.
   – Точнее! – Крисси с тревогой напряглась. Это было еще более неожиданно.
   – Около пяти миль от Саузфорка.
   – Что это за работа? – с волнением спросила она, стараясь не думать о том, каково ей будет работать так близко от собственного дома.
   Блэйз с удовольствием доедал огромный кусок жаркого. Молчание длилось всего несколько минут, но время для Крисси тянулось так медленно, что ей хотелось закричать. Блэйз держал ее в постоянном напряжении. В конце концов он отложил в сторону нож и вилку и поднес к губам чашку с кофе.
   – Кухарка… экономка. Я должен быть честным. Работа будет разная. Ты должна выполнять всю работу по дому, иначе…
   – Так ты считаешь, что я должна буду работать до полного изнеможения?
   – Нет. Если возникнет необходимость, будет нанят новый штат слуг. Просто сейчас они не нужны, – заявил он. – Дом полностью обновляется. В нем царит беспорядок, и к тому же он почти не обставлен мебелью. Владелец еще не въехал в него, и поэтому ты довольно долгое время будешь предоставлена сама себе. Там есть телефон, и ты сможешь пользоваться машиной. Ну? Что скажешь?
   – А как насчет зарплаты?
   – Немного, насколько я знаю, но зато тебе не о чем будет беспокоиться.
   – Ты шутишь? Я же буду жить просто припеваючи, – усмехнулась Крисси и затем попыталась подавить волнение и посмотреть на все взглядом здравомыслящего человека. Все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Должно было быть больше препятствий, чем он упомянул. – Почему я? Почему именно мне предоставлен шанс?
   – Кто-то другой отказался от работы в последнюю минуту. Посмотрел и сказал: «Ни за что», – усмехнулся Блэйз.
   – Но у меня ведь нет никаких рекомендаций…
   – Ты подойдешь, если хотя бы умеешь готовить, – заверил он ее. Крисси прикусила губу.
   – Какой он?.. Хозяин, я имею в виду.
   Блэйз с задумчивым видом откинулся на своем стуле.
   – Вряд ли он залезет в твою постель посреди ночи, если ты это имеешь в виду… – сказал Блэйз, саркастически приподняв бровь.
   – Да я даже не подумала об этом!
   – Хотя он и не монах, – взгляд Блэйза остановился на ее пылающих щеках. Он явно забавлялся увиденным зрелищем.
   – Вряд ли у него что-нибудь получится со мной. – Крисси внимательно изучала свою тарелку.
   – В любом случае он предпочитает тихую, спокойную жизнь. Людям предпочитает лошадей, большую часть времени проводит вне дома. Хозяина не очень волнуют окружающие его предметы. От тебя вовсе не требуется полировать мебель, чтобы она сияла как зеркало…
   – Если он женится, все это изменится, – рассеянно заметила Крисси.
   – Он никогда не женится, – усмехнулся Блэйз. – Нет причин для этого, все только против.
   – Когда я могла бы побеседовать с ним? – настаивала Крисси.
   – Считай, что ты уже побеседовала, – неосторожно сказал Блэйз.
   Его внимание переключилось на Рози, пытающуюся дотянуться своей коротенькой ручкой до его тарелки и стащить оттуда гриб.
   – Перестань, Рози! Ты не можешь взять его, – автоматически сделала замечание Крисси. – Так ты говоришь, что я могу получить эту работу по твоей рекомендации? – сказала она, вновь обращаясь к Блэйзу.
   Рози наконец-то дотянулась до гриба п взяла его.
   – Если хочешь, она твоя.
   – Он, должно быть, твой хороший друг. – Не услышав никакого ответа, Крисси поняла, что Блэйзу уже наскучила эта тема разговора. – Когда я могла бы начать? – спросила она.
   – Как только доберешься до места.
   Рози теперь бросала томные взгляды на ломтик помидора, лежавший на его тарелке.
   – Ты должна была позволить мне заказать ей нормальную еду. Она же умирает от голода! – Блэйз с упреком взглянул на Крисси.
   – Она просто любит таскать кусочки из чужой тарелки.
   Крисси наблюдала, как он медленно пьет кофе из маленькой чашечки. Если она устроится на эту работу, возможно, снова увидит Блэйза. Поместье Торбальд, дом его покойного дедушки, находилось всего лишь в десяти милях от ее нового места работы. Интересно, он все еще живет там? Крисси нахмурилась. Она не слишком хорошо знала правила наследования у аристократов. Титул, насколько она знала, перешел к его дяде, и даже если бы Блэйз был следующим в роду, он не смог бы унаследовать его. Его родители никогда не были женаты.
   – Он незаконнорожденный! – воскликнула Элайн, когда узнала правду. – Ты в это веришь?.. Я имею в виду, что в такой семье…
   – Ты закончила? – Блэйз выжидающе разглядывал ее.
   – Да. – Она отодвинула от себя чашку, почувствовав его нетерпение. – К полудню я должен быть в Брайтоне.
   В такси он позвонил по радиотелефону. Что-то о вагоне для лошадей и о несчастном случае. Он говорил очень разбочиво. Крисси хотелось прикрыть Рози уши. Она с ненавистью посмотрела на Блэйза, но он. был полностью поглощен своим разговором, чтобы заметить это. Такси остановилось за несколько секунд до того, как он закончил разговор.
   – Транспорт… это небольшая проблема… – проговорил он мимолетом, взглянув на часы. – Транспорт? – непонимающе повторила она. – Ты можешь доехать до Ридинга на поезде?
   Она кивнула.
   – Хорошо. Сделаешь это завтра днем, ладно? – Он открыл дверь своей машины, достал откуда-то блокнот и что-то небрежно нацарапал на нем. – Когда доберешься, позвони по этому телефону, и кто-нибудь заедет за тобой на станцию. Спроси главного… – Главного, кого?
   – Спроси Гамиша, – быстро добавил он. – Он отвезет тебя в Холл.
   Несколько секунд спустя он уже сидел за рулем. А еще через десять уехал.
   Нижняя губа Рози взволнованно задрожала. Их бесцеремонно оставили одних. Миссис Дэвис уже суетилась в прихожей.
   – Вы, кажется, уже решили свои проблемы, – лукаво проговорила она. – Простите, я…
   – Не думайте, что я не знаю, кто он. Да, да, да, я думала об этом прошлой ночью, – призналась она. – Представь себя на его месте, сказала я себе. Он, похоже, решил перейти к своим прямым обязанностям, так ведь? Поздновато… Но…
   – Не понимаю, о чем вы говорите. – Крисси пыталась перевести разговор на другую тему.
   Миссис Дэвис поджала губы. Ее откровенность не вызывала ответной реакции у девушки.
   – Он ведь не хочет никого знать? Но любой, у кого есть глаза, сказал бы, что это его ребенок. Те же волосы, те же глаза. Тебе следовало бы продать эту историю в газету Они много платят за такие вещи…
   У Крисси буквально отвисла челюсть. Эта женщина думала, что Рози ребенок Блэйза.
   – Но она н-не его ребенок, – запинаясь произнесла девушка. Она была просто в ужасе. – У нее с ним нет ничего общего!
   Миссис Дэвис отступила, но последнее слово все же осталось за ней:
   – Однако он вместо тебя заплатил за квартиру, дорогуша, – сказала она с самодовольной улыбкой.