По поводу только что прошедших октябрьских праздников СМИ с удовлетворением отметили, что «праздничные шествия по России прошли нормально. Правопорядок не был нарушен». Коммунисты, как видим, стали совсем послушными по сравнению с 1991–1993 гг. И в какое, еще большее, смирение приведет их КПРФ, мы скоро увидим. Уместно напомнить о печальной судьбе кастрированных и прирученных европейских компартий. Такая же доля ожидает КПРФ.
   Еще перед октябрьскими, 5 ноября, независимые профсоюзы вывели в большом количестве свои скромные и непритязательные войска на улицы городов России. Войск было много, но все пацифистские. Я бы сменял все эти тихие миллионы на один батальон спецназа, преданный мне лично.
   Трудящиеся попрошайничают, а власть переименовала день Октябрьской революции в День согласия. Очевидно, совершили это мудрецы-советнички, подчитав из книжки Джорджа Оруэлла… Сделаем день военной большевистской революции медовым, паточным, сладким днем Согласия! И сделали. Хитро, конечно, но так как никакого тысячелетнего или даже десятилетнего рейха тяжелобольного президента не ожидается, слабоумный указ этот просто забудут уже через пару лет. Слабоумие — вот диагноз власть имущих, управляющих Россией с 1985 г. (до этого, с 1953 по 1985-й, шел процесс вырождения). А результат этого слабоумия — огромная неудача всех и вся на территории от Балтии до Адриатики и Камчатских берегов. Неудача страны, неудача русских. Неудачи в войнах, неудачи в культуре (ее нет), в науке, в личных жизнях всех и вся.
   Хотите, козлы, я выведу вас к могуществу? Я знаю как. Недаром, как Владимир Ильич, я проторчал под теми же западными широтами и долготами столько же времени, как и он. Как и он, я проникся их умениями. До сих пор я был для вас слишком: слишком ярок, слишком эксцентричен, непривычен слишком… Но вы убедились, что привычные — или ворюги и предатели, или слабоумные карлики? Убедились. Берите меня. Я выведу вас к могуществу.

Два года борьбы

   28 ноября 1994 г. вышел в свет первый номер газеты «Лимонка». Поздно ночью, в снежный буран привезли мы его из Твери на ржавом зеленом автомобильчике майора Шлыкова в Москву. Мы — это я (главный редактор), учредитель газеты Тарас Рабко и майор за рулем. Мотор глох несколько раз, приходилось выходить и толкать машину. Потом было еще немало авралов, катастроф, запарок и бедствий. Прошло два года, но героический период истории газеты не закончился. Нас запрещали в Красноярске и конфисковывали в Питере и Минске. Нас бойкотировали, отказывались брать на распространение. Судебная палата при президенте пыталась осудить нас по статье 74, а в сентябре с.г. на меня напали вблизи помещения редакции, били ногами в лицо — своеобразная честь, которой не удостоились главные редактора «Советской России» или «Дня» даже в самые революционные годы, в 1992–1993. Стукаческий талмуд под названием «Политический экстремизм в России» назвал нас «единственной газетой, которая с 1995 г. систематически призывает к насилию». Нас сумели выжить из двух типографий, причем запугивали директоров-типографов одновременно и власть, и оппозиция. Можно с уверенностью сказать, что второй такой газеты нет в России. Нас будут изучать историки также, как издания Радищева, философические письма Чаадаева, ленинскую «Искру» или «Фолькишер беобахтер». С орфографическими ошибками, с руганью, воплями, воинственные, тщеславные, но честные, подлинные, непроданные, вздрагивающие в такт истеричному пульсу нашего времени — это мы, «Лимонка». Газета давно отделилась от нас, стала достоянием России, ее природным богатством, ее взрывчатым детонатором. Уверен, немало командиров будущей гражданской войны в России заявят некогда: «Меня разбудила, меня взорвала «Лимонка». Мы не боимся ошибаться, и потому ошибаемся редко. «Лимонкой» были проверены на вшивость и оказались вшивыми многие лжекумиры: мы всегда изобличали Руцкого, и недавно он окончательно доказал, что он — гнида. Мы писали, что Лебедь — сукин сын, и если после позорного мира в Чечне это еще не всем ясно, то будьте уверены, он не остановится в своих предательствах.
   Нам ненавистны предатели, перебежчики, позеры, ворье, шлюхи и сутенеры большой и малой политики. У нас холодная голова и горячее сердце. Современная, острая, сильная, насмешливая, честная газета «Лимонка» свободна от предрассудков многих своих оппозиционных чопорных собратьев.
   Раз в две недели, промывая запыленные или закисшие мозги соотечественников, мы учим вас видеть мир. А в рубрике «Легенды» даем вам модели поведения: вот так поступили в октябре 1917-го в Питере, вот как не справились с задачей в Мюнхене в ноябре 1923-го, а вот как «работали» «Красные бригады» в похищении Альдо Моро, а вот как «работал» Че.
   Я горжусь тем, что я главный редактор «Лимонки». С днем рождения, «Лимонка»!

Восемьдесят тверских пенсионеров

   Зима запаздывает на месяц. Время угрожающе остановилось. Такое впечатление, что вот-вот на улицы Москвы высадится десант звероящеров, как в американских фильмах. Хорошо бы.
   В моде скучные думские спектакли. Вся страна смотрела «Страсти по импичменту». Теперь глядит мыльную оперу «Страсти по бюджету». Селезнев с лицом, как кусок сырого мяса, подал в суд на журнал «Итоги». Отрицает, что в сейфе у него 300 тысяч долларов. Было или есть.
   Оказывается, главкома сухопутных войск увольняют и за этим делом следит сам Ельцин. Может быть, от этого и нет снега, что сухопутных увольняют? Что-то с сухими путями? А вообще какой-то Семенов, ну и пошел он, он же не Жуков. Был бы ценный человек, давно бы восстал против мелкооптового режима вооруженным путем.
   Последние русские отряды, хрипло ругаясь в Лебедя, в душу и в мать, покидают бесплодно политую кровью товарищей Чечню. А 67 % наших «опрошенных» поддерживают вывод войск. «Опрошенным» обывателям втайне хочется каждому по чечену на квартиру, они и жен отдадут, как отдают территории. Лишь бы не били, не трогали.
   Пухлые, мягкие, молочные русские против твердых щетинистых чеченов.
   А чечены к выборам готовятся. Вот будет затрещина России, если выберут президентом господина Басаева. Для полного счастья нужно будет послом РФ туда непременно женщину из Буденновска назначить, что в той больнице побывала. Цветы, улыбки, верительные грамоты; стакан крови, стакан нефти — подарки от Черномырдина. А меня до головной боли заботит, почему русская Алла жила с Дудаевым? Не в этом ли отгадка слабости?
   Настоящими героями последних месяцев стали восемьдесят тверских пенсионеров. Они блокировали 6 декабря железную дорогу Москва — СПб у Твери. Остановили два пассажирских поезда и несколько электричек. Прокуратора возбудила против бравых старых ребят и девочек уголовное дело. Им грозит срок до пяти лет. Россия, кажется, покажет всему миру странную революцию — переворот в стране совершат вооруженные пенсионеры. Молодцы, старые ребята! Единственные, кто не обосрался в нашей стране.

Эпоха клоунов

   Только что с треском, достойным лучшего применения, наши убогие «элиты» отметили юбилеи посредственных юмористов Зиновия Гердта и Юрия Никулина. На юбилее Никулина присутствовал даже сам премьер Черномырдин. Говорят, он еще и жонглировал там с успехом. События никчемные, но символические, мы живем-таки в эпоху клоунов.
   Помню, осенью 1995-го я увидел на презентации книги Рыжкова сидящих рядком за ресторанным столиком маршала Язова и клоуна Никулина. Они оба выглядели как старые клоуны.
   В политике у нас «фашистом» подвизался не Гитлер, но Жирик, «коммунистом» служит не Ленин, но Зюганов, автор афоризма «Россия исчерпала лимит на революции». Суровым «спасителем Отечества» поработал немного, но продуктивно, наш доморощенный якобы Пиночет — господин Лебедь, устроивший Отечеству ампутацию, отрезавший от Отечества Чечню. У нас такие пустяки никого не смущают, и у Лебедя, говорят мне, есть завидное политическое будущее. Он теперь партию строит с названием, прямо противоположным тому, чем он занимается, что-то вроде «партии правды, чести и достоинства».
   Народно-патриотическая оппозиция в Госдуме только что сделала возможным принятие бюджета, проголосовав за него поголовно. Факт сам по себе настолько позорный (ведь голосовавшие партийцы КПРФ пять лет кричат, что живут при «оккупационном режиме»), что даже газета «Завтра» отметила его осторожным негодованием в № 51.
   Протурецкие чечены замочили шестерых иностранцев (пять из них — женщины), служащих Красного Креста, плюс две русских семьи в придачу. Человек, выдающий себя за Салмана Радуева и похожий на Майкла Джексона, выкрав пензенских милиционеров, обменивается дружескими рукопожатиями с человеком, призывавшим Коржакова убить своего соперника — банкира Гусинского. Жириновский снимается в фильме Комиссарова в роли милиционера и выглядит крайне убедительно. И т. п. Кошмары и галлюцинации.
   От лицезрения всех этих «политиков» (все время ведь понимаешь, что они — не они, что подставные люди) сама собою напрашивается в воображении такая новогодняя сказка-желание:
   Виктор Степанович остался в родной станице Черный Отрог и, следуя папе-трактористу машинно-тракторной станции, вкалывает на комбайне, а по выходным развлекает домашних жонглированием яблок и плохой игрой на баяне. Жирик выбрал карьеру в ГАИ, и смачнее, остроумнее и коррумпированнее не найдешь мента в Москве и Московской области. Чтобы послушать его брань, автомобилисты приезжают из других областей. Чечены все остались у Назарбаева в Казахстане и воюют на зонах и в тюрягах за лучшее место на нарах, подальше от параши. «Коммерсант» Березовский и «коммерсант» Гусинский, осужденные за общее экономическое преступление, ссорятся, сидя на одних нарах, а вертухай Коржаков наблюдает за ними в «глазок». Лебедь Александр Иванович в валенках с галошами и с пустой кобурой у пояса грозно стоит в тулупе у проходной предприятия ВПК, служит в ВОХРе. Борис Николаевич — сильно пьющий слесарь-сантехник РЭУ — все же уважаем жильцами 38-го микрорайона г. Свердловска, за стать и опухшую физию он получил кличку Президент.
   К несчастью для России, в период смуты все эти персонажи покинули место своего обитания и занялись не своими делами. С твоей помощью, обыватель. Это ты избрал их по всей форме. Ты достоин своего парнокопытного правительства.
   С Новым годом, граждане!
   Поумнейте, пожалуйста, в 1997 г. Самим же легче жить станет.

Ответы вождя на вопросы рабочего

   На вопросы Сергея Никифоровича Гавзова, г. Северодвинск, отвечает Э.Лимонов.
1
   — Правительство проводит политику геноцида, истребления собственного народа. Как вы полагаете, почему в стране нет политического террора? Советский народ утратил инстинкт самосохранения?
 
   — Сергей Никифорович, народ никогда террором не занимался. Террором занимаются политические, этнические или религиозные организации, и только тогда, когда исчерпаны все легальные методы борьбы. Народ же может выплеснуть свои эмоции в мгновенных, скажем, хлебных бунтах, погромив магазины. У нас еще нет террора, так как еще есть легальные возможности для политической деятельности. Правда, их все меньше и меньше, и если так пойдет дальше, мы таки придем к террору. Советский же народ, вы видите, рассыпался и продолжает рассыпаться. Есть русский народ, но ни одна политическая организация его еще не представляет, это слепой колосс. Вот у русского народа есть инстинкт самосохранения, свидетельство тому и мы — Национал-большевистская партия. Нас слышат еще немногие, но все-таки услышат миллионы. Мы говорим — пора очнуться и защитить себя.
2
   — Правильнее сказать, что сейчас пришла к власти буржуазия, а не бояре, как вы говорите. Буржуазия и капитал не имеют национальных границ. Это новый нарождающийся класс в России. В связи с этим в свое время (а оно похоже на нынешнее) Ленин не пошел националистическим путем. Враг — буржуазия, а не братья — украинцы, белорусы, чечены, т. е. враг — националистические буржуазные правительства. Воевать можно бесконечно.
 
   — А вы поглядите внимательнее, кто наша крупная буржуазия? В.С.Черномырдин, его семья владеет контрольным пакетом акций «Газпрома», он кто? Он чиновник, бывший министр газовой промышленности, то есть боярин. А кто такой Рем Вяхирев, председатель правления РАО «Газпром»? Бывший первый заместитель министра газовой промышленности. А господин Алекперов, президент АО «Нефтяная компания «ЛУКойл» был кем? Он был первым замом министра нефтяной промышленности. Так что «новый и нарождающийся» — на самом деле есть старый класс крупных чиновников, лишь переквалифицировавшихся во владельцев. Но это те же бояре, классовой демократической революции у нас не произошло. Они лишь захватили еще и собственность.
   Теперь о братьях. Ну какие же нам чечены — братья? Злейшие враги. До того как мы пришли их воевать, они терроризировали Россию изнутри, а в Чечне просто вырезали русских. Какие ж, вопреки очевидному, братья они нам?! Ленина тут примазывать ни к чему. Государства и нации поддаются принуждению меньшинства. Даже если большинство хорватов (мы не знаем, так ли это) и питали братские чувства к сербам, г-н Туджман с компанией покончил с этим братством. Мы, русские, не выбираем себе врагов, но Украина хочет в НАТО, и братьев таки разведут, вопреки нашему желанию, по разные стороны линии фронта. В свое время философ Ален де Бенуа доказывал мне, что германцы — натуральные союзники русских. Я согласен, и мне германцы нравятся, но что делать, если Германия в Западном лагере и, более того, явно предпочитает Украину России. Насильно братом не будешь.
3.
   — Имеете ли вы отношение к Савенко, непосредственно связанному с декабристом Пестелем?
 
   — К стыду моему, не знаю. Плохо знаю свою родословную.
4
   — Поддерживаете ли вы отношения с РКРП и лично с Анпиловым? Приедет ли он в наш город — «в наш недостойный материк, населенный бабами, мужиками и всяким плебейским элементом»?
 
   — Поддерживаем отношения. Анпилов был первым и чуть ли не единственным из известных политиков, позвонившим мне после нападения на меня и выразившим поддержку. К сожалению, совместный лево-правый радикальный блок на выборах в депутаты у нас не получился. Виктор Иванович долго питал иллюзии и по поводу КПРФ, и по поводу своих союзников — левых коммунистов, пока они его не вычистили из своих рядов. Меня они (Крючков, Пригарин и пр.) также крайне недолюбливают. Вашей цитаты о материке не понял, откуда она?..
5
   — Люди терпят свое бедственное положение, не получая зарплаты месяцами, годами, боясь увольнений. Сводят счеты с жизнью. Что вы предлагаете в плане действия, как организоваться, как разбудить, объединить людей?
 
   — То, что сводят счеты с жизнью, — крайне прискорбно, но, честно говоря, сочувствия такие люди у меня не вызывают. Лучше бы пошли и губернатора замочили или кто там повыше? Тех нужно заставить страдать, кто виновен. А дурак и раб убивает себя и еще семью оставляет без кормильца, детей без отца.
   Объединить, вначале разбудив, целый народ невозможно. Большинство будет всегда спать и голосовать за мерзавцев, на которых клейма негде ставить. Нужно создать организацию — партию для борьбы со злом. В вашем городе есть ячейка НБП, идите к ним. Вот что я «предлагаю в плане действия».
6
   — Кто сегодня определяет политику в России: МВФ, Вашингтон, страны «семерки»?
 
   — Похоже, что МВФ. Стоило им пожаловаться на плохой сбор налогов в России и перекрыть поступление очередного «транша» кредитов, как Ельцин ужесточил налоговое обложение. Но кто бы ни был, определяем сегодня политику в России не мы (хозяева), но они (чужие).
7
   — Не ввести ли в России карточки на хлеб, ведь в Северодвинске был случай людоедства?
 
   — Людоедами становятся не от того, что хлеба нет, по другим — болезненным, патологическим причинам. Введение же карточек в стране, где существуют сотни коммерческих банков, — это поощрение существующей супернесправедливой социальной системы. Нужно перераспределить богатства.
8
   — На северодвинской городской свалке, как я сегодня случайно узнал из разговора с одним шофером, живут уже сотни людей (лет десять назад их были единицы). Не хотели бы вы взглянуть своими глазами?
 
   — Меня свалками не удивишь. Я голодал в Москве в 1967–1970 годах, был безработным в Нью-Йорке в конце 70-х и начинающим писателем собирал пищевые отбросы в Париже в начале 80-х. Ельцина зовите на вашу свалку. Пусть глядит, до чего страну довел. Гарант х..в.
9
   — Город приходит в мерзость запустения, есть много тем для репортажей: рушатся недостроенные дома, ликвидируются предприятия. Безработица, нищета, а большинство одобряет такую политику (голосует за Ельцина). Что делать? «Умом Россию не понять…»!
 
   — Большинство никогда не бывает право. Дело в том, что большинство состоит из очень средних, а то и ниже среднего развитых людей. Почему же их мнение в сложении должно дать нечто умное? Вот и дает глупость. Важно мнение мудрых людей. А таковых всегда крайне мало. Вы думаете, вам подсунули всеобщее избирательное право и волю большинства, потому что это нечто ценное? Золото вам не раздают ведь.
10
   — Какова ваша социальная база, кто за вами стоит: приобретатели, коммерсанты, кто?
 
   — У вас в Северодвинске в Национал-большевистской партии состоят молодые инженеры и студенты. Вот они и стоят за. Коммерсантов отпугивает пока наша ориентация на социальную справедливость. Мальчики-банкирчики — это у Жириновского. НБП независима ни от кого и, как следствие, крайне бедна.
11
   — Зачем изобретать «лимонизм», если у нас есть ленинизм? Извиняюсь за каламбур.
 
   — Вневременных и абсолютных систем и рецептов нет. Потому Ленин сегодня вел бы себя в политике иначе. И Гитлер сегодня вел бы себя иначе. Их политическая гениальность состояла в точной координации их идей во времени и пространстве.
12
   — Кто ваши любимые философы, поэты, писатели, герои, литературные персонажи, деятели и политики прошлого?
 
   — Политики: Ленин, Муссолини, Гитлер, Наполеон, Бакунин. Писатели: Мисима, Пазолини, Селин, маркиз де Сад, Оскар Уайльд, Константин Леонтьев.
13
   — Ваш режим дня.
 
   — Встаю в восемь. За столом в восемь тридцать. Позднее, в зависимости от имеющихся дел, отправляюсь по делам. В метро. Принимаю в редакции и в штабе по понедельникам и средам. С удовольствием езжу по регионам. К сожалению, после нападения передвигаюсь только с телохранителем. Вечером обедаю с девочкой — женой.
14
   — НБП — национал-буржуазная партия?
 
   — Вижу, что вам о нас очень мало известно. Мы — национал-социалистическая партия.
15
   — Любимые газеты, книги.
 
   — Книги, которые я хотел прочесть, мне пришлось написать самому. Газету, которую можно было бы любить, я не встретил, все существовавшие до «Лимонки» устраивали меня лишь частично. Поэтому пришлось вызвать к жизни «Лимонку». Есть еще одна книга, которую страстно хотелось бы написать, но не ручкой на бумаге и не при помощи пишущей машинки, а действиями и кровью на улицах России. Книга называется «Вооруженное восстание, перешедшее в Национальную революцию».

Новогоднее обращение вождя к членам НБП и сочувствующим

   Партайгеноссе, товарищи по партии, друзья!
   Начался новый, 1997 год. Как и предыдущие, он станет для партии годом героической борьбы и неустанного труда по строительству партии, по созданию ее скелета. Труд это тяжелый, порой монотонный, я всегда сравниваю его со сгребанием в кучу сухого песка, когда тотчас рассыпаются собранные вместе песчинки. Но затем каким-то чудом и неустанным трудом они все же накрепко и навечно цементируются вместе. Мы будем сгребать людей. У нас хватит терпения. Менее чем за два года из небытия, без средств, без всякой помощи мы создали Национал-большевистскую партию. Сегодня она есть в нескольких десятках городов и городков России. Есть живые молодые парни и девушки в мертвой окружающей среде, в руинах советской империи.
   Лозунг для 1997 г.: Ищите себе подобных живых среди ходячих мертвецов. Тащите живых в Великую Банду — НБП. Тащите их в нашу Новую Церковь НБП, в нашу религию НБП. Нужно, чтобы во всех городах, городках и селах России появились группы молодежи, ячейки НБП — члены Великой Семьи НБП. Организовывайтесь! Придет время X, и вы станете хозяевами России. Кто был ничем, тот станет всем, в своем городе или поселке, в России. Ваши группы сместят власть имущих жирных чиновников-свиней, прожженных мерзавцев повсюду. Потому ищите живых, обращайте их в нашу веру.
   Организация, группа людей, объединенная единой идеей, единой волей, и есть первая цель. Став в строй НБП, вы становитесь сильны так же, как сильна и многочисленна партия. Никакой университет не сделает Вас сильными, но партия сделает.
   Пусть вас вдохновляют исторические примеры: история партии большевиков, история итальянских фашистов, германских национал-социалистов. Они — смогли, сможем и мы. Они подавили свое время, подчинили его себе. Сможем и мы. Первая задача — организоваться, создать мощную, огромную, общероссийскую организацию. Затем мы бросимся на завоевание власти. Вначале в России, потом — везде.
   Пусть вас не смущает убогость первых ваших шагов в политике. Героизм и рождается от резкого контраста убогого настоящего с Великим Будущим. В партию нужно верить, в Великое Будущее партии нужно верить, как в Бога, бездумно и не оспаривая. Запомните: каждый из вас станет настолько великим героем, насколько осмелится стать. Обыватель преследует свои мечты о теплых тараканьих углах, квартирке, дачке, герой должен идти в НБП.
   Да, разочарованные неуспехом октября 1993 г., массы более не бурлят на улицах. Но причины революционной ситуации, создавшейся в России к 1991 г., не устранены, они никуда не исчезли. Более того, количество бед и несчастий увеличилось, и вслед за чеченской трагедией на горизонте сгустились тучи еще более зловещих трагедий. Верить в то, что проблемы России могут быть решены парламентским трепом, вмешательством рыхлых Селезневых да Лукьяновых или очеловечиванием, «обрусением» власти, могут только олухи. Ни проныра Жириновский, ни дубина Лебедь не смогут и на миллиметр поднять упавшую в бессилии нашу Родину. Даже один Лимонов не сможет этого сделать. России нужна партия молодежи, которая, одевшись в рубашки любого резкого цвета, мощно возьмет власть в свои руки на местах, вдохнет энергию в целое поколение молодежи, заставит, встряхнет, расстреляет тех, кто будет мешать.
   Клинический больной парадокс: мы живем в эпоху войн и революций, а у власти у нас — сытые хари несолдат и нереволюционеров. Вот почему Россия повергнута и побеждена. НБП, революционная партия, должна исправить положение — добиться власти.
   Мы участвуем в выборах всех уровней и будем участвовать в них в 1997 г., хотя и не верим в способность нашего избирателя сделать трезвый выбор. Более того, мы верим, что выборами Россия не отделается, от революции не отвертится. Мы хотим Революции. Мы хотим передела собственности. Это будет борьба не на жизнь, а на смерть. И мы ее не боимся.
   Мы смело глядим в 1997 год. Однако нужно создаваться, созидать партию быстрее. Если бы мы существовали и имели мощную организацию в октябре 1993 года, то в обстановке всеобщей растерянности у нас была бы реальная возможность взять власть. Потому быстрее, не уподобляйтесь чеховским героям-уродам, которые никак не решатся поехать в Москву. В НБП, и немедленно!
   И еще. Слишком пылких следует предостеречь, чтобы не ожидали ежедневных героических будней: есть в партийной жизни и монотонность, это надо принять как необходимую часть борьбы. Но мы промаршируем по Красной и Манежной площадям огромными колоннами, все равно победим! С Новым вас, 1997 годом! Россия — все, остальное — ничто!

Все ждут смерти президента

   Президент опять болен. Это не новость — все знают. Якобы воспаление легких. Конфиденциальные источники в администрации утверждают, что после операции у президента появилась вода в легких. И что это очень мрачно. Между тем происходят интенсивные закулисные консультации и встречи думских фракций на предмет того, кто будет премьером в следующие три месяца после предполагаемой кончины президента!!!
   Ведь по конституции до новых выборов президентская власть должна перейти к Черномырдину, следовательно, место освободится. Лебедь, рябой и злобно ухмыляющийся, таскает свою люмпен-физиономию по западным городам и весям. По ночам ему, конечно же, снится мертвый президент. «Самозванцев нам не надо, командиром буду я», — продекламировал он недавно по НТВ. Съесть-то он, конечно, съест, но вот даст ему избиратель или нет, это еще вопрос. Многие у нас почти дошли до власти (один из них — Жирик), но «почти» не считается.
   Все ждут смерти президента. А он глядишь да и выздоровеет. Он же из Бутки, а там идол остяцкий на том месте стоял, капище языческое было на месте деревни Бутки. Так что он все может выкинуть — президент. (И ведь похож на остяка.)