У каждого начальника сектора существовал экстренный канал связи с гроссмейстером ордена. Исходное сообщение с помощью специального алгоритма кодировалось в абсолютно тривиальный текст, который и посылался в общем почтовом потоке от одного произвольного абонента межзвездной сети другому. Фокус состоял в том, что при отправке письма компьютер ЮНИТРИСС был запрограммирован не реагировать на такой код и даже не регистрировать его наличие. При приемке же в точке расположения адресата сообщение вызывало к жизни особую подпрограмму, та и восстанавливала исходник, прикрепляла его к пакету служебной информации и отправляла на Констант гроссмейстеру ордена. Параллельно подчищались системные логии.
   Без сомнения, Паук контролировал портал межзвездной связи на Майе, но даже он не смог бы вычислить и перехватить отправленное таким нетривиальным методом донесение.
   Скинув готовый файл на инфокристалл, Або тщательно уничтожил в компьютере все следы своей работы. Затем он объявил Клер, что отправляется домой принять ванну и как следует поужинать. Женщина понимающе кивнула – за день все порядком устали. Дружески махнув на прощание рукой, Ингемар посоветовал ей долго не задерживаться. Беззаботно насвистывая популярный мотивчик, владелец «Або инвестментс» покинул офис.
 
   Красный автомобиль свернул с шоссе на обсаженную раскидистыми буками проселочную дорогу. Скоро стали видны башенки и шпили родового гнезда Або. Здание в готическом стиле, идеально вписывающееся в окружающий ландшафт, располагалось на берегу небольшого озера в глубине тенистого парка. Подъезжая к ограде поместья, Ингемар загодя посигналил привратнику, но ворота оставались закрытыми.
   «Где же Хенрик? – Резко затормозив, он остановил машину. – Наверное, опять перебрал пива и дрыхнет. Погоди, когда-нибудь я с тобой разберусь, бездельник».
   Хенрик – неразговорчивый тип, в прошлом член спецподразделения местной полиции, уволенный за какие-то грешки, фанатично служил хозяину, и тот снисходительно относился к его слабостям.
   – Да очнись же ты, Хенрик, черт тебя побери! – Або несколько раз требовательно нажал гудок и заорал во всю мочь: – Открывай ворота!!!
   Скрипнула дверь, вместо заспанного привратника из домика у ворот появился совершенно незнакомый Ингемару мужчина. Широко улыбаясь, он направился к решетке.
   – Господин Або, добро пожаловать домой! Мы уже заждались! – В его голосе слышалась неприкрытая издевка.
   «Засада!!!» Ингемар рванул рычаг переключения скоростей и дал задний ход. В следующее мгновение он безвольно обмяк, повиснув на руле. Спину и шею густо утыкали парализующие иглы. Неуправляемый автомобиль съехал на обочину и замер, застряв задними колесами в дренажной канаве.
   На дороге перед воротами появился стрелок. Убрав игольник в наплечную кобуру, Клер неторопливо подошла к машине и выключила зажигание. Откинув тело бывшего шефа на сиденье, она быстро обыскала карманы и, достав кристалл, задумчиво подкинула его на ладони.
   Медленно угасающим сознанием начальника сектора завладела беспросветная тоска. «Дьявол Камински, ты все же переиграл меня».
 
   Компьютер закончил упаковку данных и запросил разрешение на полное уничтожение содержимого постоянной памяти и базовой логики. Антон Камински извлек из записывающего устройства архивную копию, вздохнул и нажал кнопку «ввод». Машина принялась, деловито урча, уничтожать гигабиты информации. Ради соблюдения секретности Антон без сожаления убивал людей, но зрелище компьютера, методично разрушающего собственный интеллект, наполнило его тихой грустью. Наблюдая за работой электронного безумца, магистр меланхолично вздохнул: «Sic transit gloria mundi».
   Отправной точкой в его замысле стал провал кампании саботажа в секторе оккупации легионов Ориона: в короткий срок Лайонелу Винсону удалось переломить ситуацию на Нидаросе в свою пользу. Анализ методов и устремлений нового претора позволил с высокой вероятностью прогнозировать его действия. Оставалось определиться с приманкой и капканом. По счастью, долго ломать голову в поисках Жертвы не пришлось – информация о «Кузнецов энтерпрайзис» подоспела как нельзя вовремя. Затем, выполняя поручение магистра, Або раскопал в архивах ордена упоминание о поставках на Мьёлнир оборудования для обогащения кобальтовой руды и ядерного синтеза, примерно в то же время планета перешла в собственность Халифа Басры, дальнейшие же сведения кто-то намеренно уничтожил. Пытливый Камински сопоставил полученный от агента на Мьёлнире общий план Старой крепости с типовыми схемами военных сооружений Галактической Федерации. Результаты изысканий ошеломил и даже жестокого шефа разведки: в подземельях хранился сюрприз, делавшей планету идеальной западней для матерого хищника. Маас и его добровольцы, появление на Красотке беглого военного преступника с ротой головорезов: все – один к одному. Камински не верил в судьбу, но умел пользоваться ее подарками.
   Мысли вернулись к утренним переговорам.
   «Наемник точно решил меня надуть. – Магистр прикрыл глаза, его губы тронула сардоническая усмешка. – Жалкий глупец, так ничего и не понял. Впрочем, как и другие».
   Камински не строил заумных схем, он умел найти и предложить человеку то, в чем тот наиболее нуждался. Лидерство – главным образом власть над воображением людей. Полем битвы являются умы, все остальное – бутафория. Настоящая сила заключена в способности заставить других выполнить твою работу. Основа успеха – не выбор какого-то одного пути к победе, а создание таких условий, при которых все пути ведут к ней.
 
   Аккуратно прикрыв за собой дверь, Клер тихо прошла в кабинет. Магистр стратегической службы в расслабленной позе сидел за столом. Его умиротворенное дыхание было ровным и глубоким. Сделав несколько бесшумных шагов, женщина приблизилась к спящему и медленно опустила правую руку в карман жакета.
   Камински резко поднял голову.
   Невольно вздрогнув, Клер быстро вынула руку из кармана и положила на стол перед шефом инфокристалл.
   – Спасибо, Клер. Надеюсь, все прошло без лишнего шума?
   – Да, сэр, – поспешила заверить Клер.
   «Умненькая девочка, далеко пойдет… Если выживет…»
   Встав, магистр церемонно поклонился.
   – Поздравляю вас, начальник сектора. Можете и в дальнейшем рассчитывать на мою благосклонность.
   Учитывая прежние отношения между Камински и Або, фраза прозвучала весьма двусмысленно, но Клер уже сделала выбор и отступать от него не собиралась.
   – Постараюсь оправдать ваше доверие, сэр.
   – Старость – не радость! – пожаловался Камински. Он прошелся по кабинету, разминая ноги. – Засиделся я у вас на Майе, милочка. Пора бы и честь знать.
   Клер поняла – недавние события завершили эпизод в большой и опасной игре. Что дальше предпримет Паук?
   «Излишнее любопытство стоило Або головы», – напомнила она себе. У нее не было желания повторять его печальный опыт.
   – Сэр, вы собираетесь нас покинуть в такой напряженный момент?
   – И рад бы остаться, да не могу – дела, – грустно вздохнул магистр. – Знаю, знаю, что вы хотите сказать! – Он жестом остановил собравшуюся было возразить Клер. – И все же признайте, выслушивать длинные нотации и бегать к шефу с докладом по каждому пустячному поводу – утомительно. У вас достаточно опыта, чтобы справиться с текущими проблемами, а мое присутствие будет только мешать.
   – Когда вы вылетаете?
   – Завтра. Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством, тем паче магистр Кийс любезно предоставил мне личный транспорт.
   – Отлично, значит, мы еще успеем вместе наметить план выхода из кризиса. – Клер перешла на деловой тон. – Наш центральный компьютер уже справился с вирусом, который запустил Або перед своим исчезновением, но, к сожалению, все данные за последние несколько месяцев потеряны. – Она бросила вопросительный взгляд на шефа.
   – Все правильно. Я слышал, негодяй также добрался и до хранилища резервных копий, – напомнил Камински.
   – Архив уничтожен.
   – Кстати, – как бы невзначай заметил он, – я думаю, генералу Маасу давно пора выступать в поход. Чем быстрее он покинет планету, тем лучше. Не приведи Господи, до канцелярии гроссмейстера дойдет, что Або вопреки их инструкциям финансировал фронт освобождения Гиад. Согласитесь, еще один скандал нам не нужен.
   Вновь назначенный начальник сектора дипломатично промолчала.
   – Ну вот, пожалуй, и все… – Магистр отечески покачал головой. – У вас усталый вид. Идите-ка отдыхать, считайте, это мой последний приказ.
   – Слушаюсь, сэр. – Очаровательно улыбнувшись, Клер сделала книксен.
   Дверь за ней давно закрылась, а Камински все еще смотрел ей вслед тяжелым недобрым взглядом.
   Мономах, магистры, Або, Клер, Винсон, Маас, Кузнецовы, Колли, люди, брииды – «Расходный материал».

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА 20

    Особняк планетарной администрации,
    Космополис, Мьёлнир,
    Объединенная Республика Гиад.
    17 июня 3000 года
 
   – Ты только посмотри на него!
   Привлекая внимание Алекса, Светлана Ларсон слегка ткнула его локтем в бок.
   Из-за дежурства в крепости командир эскадрильи опоздала на официальную часть приема, устроенного губернатором Ноландом в честь прибытия на планету экспедиционного корпуса фронта освобождения Гиад, и приехала в Мьёлнир-Халл только к началу фуршета. Первым делом она разыскала Александра Кузнецова и Олега Карпенко. Объединившись, троица гвардейцев-«оружейников» медленно фланировала по банкетному залу, чинно раскланиваясь со знакомыми и приглядываясь к гостям с Майи. Так продолжалось до тех пор, пока капитану не попался на глаза невысокий крепыш, обосновавшийся возле стола с напитками, – бритую наголо голову офицера опоясывала устрашающая татуировка.
   – Вот это фрукт! – Девушка была глубоко шокирована столь явным небрежением к уставным нормам. – Интересно, из какого зверинца он сбежал?
   – Наемник, – кратко удовлетворил ее любопытство Алекс и поспешил отвести бойкую на язык особу в сторону.
   По счастью, носитель экзотического украшения то ли не понимал русского, то ли был всецело поглощен дегустацией спиртного, а потому не обратил на них внимания. Убедившись, что увел подругу на безопасное расстояние от ушей бритого, Кузнецов пояснил более подробно:
   – Насколько я понял, откуда-то с Пограничья. Генерал Маас представил их как экспертов по партизанским методам ведения войны. Видишь вон того щеголя в белом смокинге? Это их командир, а эффектная женщина в вечернем платье рядом с ним – пилот транспорта.
   Светлана бросила на указанную пару оценивающий взгляд и едва заметно закусила губу. Кажется, она разочаровалась в собственном выборе – идеально пригнанная парадная форма выгодно подчеркивала достоинства ее фигуры, но наряд спутницы предводителя наемников обладал именно той особенной женственностью, которая гарантировала внимание любого мужчины. Досадно!
   – Не больно-то они похожи на скромных провинциальных ребятишек. Что скажете, господа офицеры?
   Молчавший до сих пор майор Карпенко фыркнул в усы:
   – «Псы войны», так они себя называют.
   – О! В таком случае судьба кампании решена, – живо отреагировала на его реплику Светлана. – Легионеры разбегутся при одном только звуке этого имени.
   Она ожидала, что спутники оценят шутку, но оказалось, те настроены достаточно серьезно.
   – Не думаю, что все будет так просто. Большинство добровольцев Мааса – вчерашние кадеты, – поделился наблюдениями Алекс. – С одной стороны, сейчас пацанов распирает от гордости. С другой же, как поведет себя необстрелянный молодняк в настоящем деле – большой вопрос!
   – Старья тоже хватает, – поддержал его Олег. – Я слышал – полковник Сван командовал драгунским батальоном еще во время Алкионской войны. Просто удивительно, что он снова сел в седло!
   – А я считаю, что затея генерала не так уж безнадежна, – немедленно возразила строптивица. – Особенно если он получит поддержку нашей бригады.
   Сложно сказать, намеревалась ли капитан всерьез оспорить мнение обоих майоров, но уступать им инициативу она точно не собиралась. Светлана приехала в Мьёлнир-Халл вовсе не затем, чтобы дискутировать о потенциальных возможностях воинства ФОГ. Любопытная особа указала подбородком в сторону группы высокопоставленных офицеров и чиновников.
   – Видишь, как он обрабатывает твоего брата? – Хитрюга невинно потупила взор. – Вот бы узнать, о чем там говорят.
   – Делать нечего – двигай на разведку, хлопче, – деловито посоветовал Олег. – Родина тебя не забудет!
   – Да брось ты, Карпеныч, – смутился Алекс.
   Положение совладельца корпорации позволяло ему принять участие в беседе важных персон, но это был именно тот род превосходства, который не следует демонстрировать друзьям.
   – Неудобно.
   – Спать на потолке – одеяло падает, – не приняла его резонов Светлана.
   Появление на планете корпуса генерала Мааса внесло дополнительную неопределенность в судьбу маленькой колонии. Предпочитая командование батальоном ТЕХНО политике, Алекс до сих пор уклонялся от общения с руководителями сторон. Теперь же ему показалось – дальнейшее упрямство может быть неправильно истолковано. Меньше всего хотелось, чтоб Светлана и Олег заподозрили его в желании переложить ответственность на брата.
   – Ладно, искусители, ваша взяла! – притворно сдался Кузнецов-младший. – Ждите меня здесь.
   Не слушая дальнейших напутствий любопытствующей парочки, он устремился к намеченной цели, лавируя в толпе приглашенных.
   Еще на подходе майор услышал напряжение в беседе военачальников.
   – Следовательно, господин Кузнецов, я должен понимать ваши слова как решительный отказ, – раскатисто басил Маас. – А ведь я мог бы и просто приказать вам!
   – Приказать? – В сочном баритоне Кузнецова-старшего появилась металлическая нота.
   «Чего это они сцепились?» Алекс остановился чуть позади брата.
   – Наша бригада – частное военизированное формирование, – сдержанно напомнил тот гиадцу. – Как гражданин Объединенной Республики и производитель оружия я готов оказать вам содействие в материально-техническом плане, но не более того.
   «Ах вот в чем дело».
   – Спасибо и на этом! – Генерал картинно поклонился и щедро наполнил голос едким сарказмом. – Печально видеть, как гражданин решил сохранить нейтралитет в столь напряженный для родины момент.
   Казалось, выпущенная стрела не достигла цели, но Алекс заметил, как побелел старый шрам на лице Бориса.
   Неожиданная перепалка стала привлекать внимание. Все больше голов поворачивалось в сторону влиятельных спорщиков.
   Вместо того чтобы погасить зародившийся конфликт, Маас громогласно изрек:
   – Не все граждане Гиад разделяют ваше мнение, господин заводчик! Уверен, патриоты поддержат меня!
   Его требовательный взгляд остановился на губернаторе Мьёлнира.
   – Да, да, конечно… То есть я имею в виду… – заюлил захваченный врасплох Ноланд.
   Осторожный политик еще не решил, чью сторону принять. Найдя наиболее обтекаемую форму, он закончил на оптимистической ноте:
   – Безусловно, есть проблемы, но мы сможем решить их в рабочем порядке. Не так ли, господа!
   Тем не менее глава «Кузнецов энтерпрайзис» не внял дипломатичному призыву и прямо высказал генералу:
   – У нас с вами разные понятия о патриотизме. – Не дав оппоненту вставить слово, он развил мысль: – Я не гонюсь за славой. С меня довольно ответственности за моих людей и население колонии.
   – С радостью избавлю вас от столь тяжкой ноши, – съязвил Маас. Приняв картинную позу, он объявил притихшей аудитории: – Пользуясь полномочиями старшего по чину офицера в условиях военного времени, я назначаю Мьёлнир постоянной базой фронта освобождения Гиад и принимаю на себя обязанности временного генерал-губернатора планеты. Гражданская администрация в полном составе переходит в мое подчинение и должна оказывать экспедиционному корпусу всяческое содействие.
   – Э… Ваше превосходительство… к-хм, – оторопело промямлил Ноланд. – Я не совсем уверен…
   – Не беспокойтесь, друг мой, – снисходительно перебил его узурпатор. – Я не намерен вмешиваться в хозяйственные вопросы. Но запомните, когда родина в опасности, во всем должен быть порядок!
   Экс-губернатор замешкался с ответом на последнюю тираду, однако Маас уже потерял к нему интерес. Командующий ФОГ победно воззрился на «оружейников», словно хотел им сказать: «Что, съели, голубчики? Я и до вас доберусь!»
   «Вот это номер! – растерялся Кузнецов-младший. – Этак он и нас заставит плясать под свою дудку».
   – Поздравляю вас с вступлением в должность, господин Маас. – Кузнецов-старший подчеркнуто вежливо поклонился, а затем нанес встречный удар: – Хочу напомнить – согласно Хартии Производителей ТЕХНО и Константстким Конвенциям, объекты, принадлежащие нашей корпорации на Мьёлнире, обладают правом экстерриториальности. Неспровоцированная попытка их насильственного захвата рассматривается как военное преступление.
   Генерал ФОГ побурел от оскорбительного намека. Словно не замечая его реакции, полковник продолжил сухим деловым тоном:
   – Сэр, завтра я откомандирую в ваш штаб моего менеджера по продажам. Вы сможете обсудить с ними условия поставок боеприпасов и запасных частей. А сейчас, сэр, если между нами не осталось неясностей и спорных вопросов, я хотел бы покинуть собрание.
   – Я вас больше не задерживаю, господин Кузнецов, – величественно процедил новоиспеченный генерал-губернатор и демонстративно отвернулся.
   «Вот наглец!»
   Уловив гневное движение Алекса, Борис заступил ему дорогу.
   – Хорошо, что ты здесь! Пойдем, проводишь меня.
   – Борис Петрович, я тоже провожу вас! – вызвался Ноланд.
   На всякий случай он решил не портить отношения с влиятельными «оружейниками». Убедившись, что они отошли от Мааса на приличное расстояние, хозяин приема обратился к старшему из братьев:
   – Примите мои извинения за поведение генерала. Право слово, командующий допустил в отношении вас непозволительную грубость.
   Полковник резко остановился.
   – Послушайте, губернатор, – он намеренно подчеркнул прежний титул Ноланда, – на вашем месте меня бы заботили совершенно иные проблемы.
   – Понимаю, понимаю. – Глаза бессменного избранника народа Мьёлнира хитро прищурились. – Вы считаете, мне следует оспорить полномочия Мааса!
   – Я считаю, вам стоит подумать о начале эвакуации гражданского населения.
   – Что вы, что вы! – Ноланд испуганно замахал руками. – Командующий этого не допустит – эвакуация гражданских лиц дурно повлияет на моральный дух его войск!
   – Вы так полагаете? – Борис пожал плечами. – Дело ваше. В любом случае я намерен на днях отправить с планеты часть нашего персонала. Разгрузившись, «прыгун» немедленно вернется на Мьёлнир. Поразмыслите об этом на досуге, губернатор!
   Он резко повернулся и, не прощаясь, покинул банкетный зал.
   Алекс догнал его возле гардероба.
   – Что это ты так завелся, Бо? Маас, конечно, индюк надутый, но ты его славно отбрил. Теперь не сунется!
   – Если бы дело было только в этом, братишка.
   Кузнецов-старший рассеянно накинул на плечи парадный офицерский плащ, почтительно поданный служителем. Неожиданно он спросил:
   – Тебя не удивляет появление здесь экспедиционного корпуса ФОГ?
   – Ну… По идее Мьёлнир – идеальная база для операций в тылу легионов.
   – Заброшенная колония? – Борис покачал головой. – Ответь, ты бы полетел в неизвестность, рискуя с ходу напороться на гарнизон противника?
   Алекс понял свою ошибку и потупился.
   Полковник убежденно продолжил:
   – Маас – профессиональный военный и командовал четвертым драгунским. А теперь вспомни, как они входили в систему – ни предварительной разведки, ни боевого охранения. Не верю, что он ясновидящий, следовательно, заранее знал обстановку на планете.
   Неприятные выводы напрашивались сами собой: «Утечка информации! От нас или с Карлскроны? Вот зараза!» Молодой майор мрачно насупился.
   – Разумеется, мы постараемся установить причину осведомленности генерала, но основная проблема сейчас не в этом. – Борис потер старый шрам так, как будто тот снова беспокоил его. – Сомневаюсь, что необстрелянные новички и дряхлые ветераны долго продержатся против матерых легионеров.
   – Во всяком случае, энтузиазма им не занимать! – Алекс криво усмехнулся.
   Из банкетного зала доносились веселый хохот и бодрые здравицы в честь новоиспеченного генерал-губернатора.
   – Опять же наемники…
   – Наемники – еще одна темная лошадка, – перебил его брат. – Татуировки, как у того малого на голове, делают на каторгах в Срединной империи, а не на каком-то там Сарториусе-3.
   – И тем не менее они вполне могут оказаться отчаянными и умелыми вояками.
   Кузнецов-старший скептически пожал плечами.
   – Рано или поздно легионеры раскатают фоговцев, а потом заявятся на Мьёлнир. Такая у нас перспектива. – Немного помолчав, он выразительно посмотрел на брата. – Но в первую очередь меня тревожит, что некоторым «оружейникам» не терпится подраться.
   – Честно говоря, я разделяю их чувства! – Молодой воин давно мечтал испытать себя в настоящей схватке и не счел нужным скрывать это желание.
   – Отвечу тебе теми же словами, что и генералу: «Я не намерен гробить людей в погоне за сомнительной славой».
   Решив не развивать опасную тему, Кузнецов-младший молча кивнул.
   Глаза Бориса потеплели.
   – Иди, майор, тебя уже ждут!
   В дверях банкетного зала стояли Ларсон и Карпенко, усиленно делая вид, что непринужденно беседуют о чем-то своем. Им явно не терпелось получить свежую информацию.
   – Да никто меня не ждет, – по-детски схитрил Алекс. – Давай провожу тебя до машины.
   – Иди, иди, – усмехнулся Борис и потрепал его по рыжим волосам. – Завтра увидимся, конспиратор!
   Махнув на прощание рукой, он энергично сбежал по широким ступеням. Полы офицерского плаща крыльями взметнулись за его спиной.
   Подошли друзья-«оружейники».
   – Что не весел, хлопче?
   – Политика, дьявол ее раздери, опять политика! – пожаловался Олегу Алекс. – А мне так хотелось проверить легионеров на прочность.
   – Значит, полковник отказался от участия в налетах, – сделала вывод Светлана. – Ну и правильно!
   – Что правильно? – спросил Кузнецов и неожиданно для себя вспылил: – Целыми днями протираем казенные штаны, сидя в бункере КЦ! Это правильно?! Тыловые крысы, вот мы кто!
   Девушка обиженно надула губы и отвернулась.
   Он устало потер виски.
   – Извини, сорвался. От всей этой кутерьмы – голова кругом.
   Но Светлана уже позабыла о его выходке.
   – Братцы, смотрите-ка, кто идет!
   В дверях появилась шумная компания. Точнее, основной шум производили двое, идущие чуть впереди, – давешний татуированный крепыш и разбитной парень с лейтенантскими нашивками на мундире. За ними шел мужчина в безупречном смокинге, ведя под руки двух женщин. В той, что была одета в парадную форму офицера Оружейной гвардии, Алекс сразу же узнал капитана Юхнову с Карлскроны.
   Заметив неразлучную троицу, та приветствовала их:
   – Добрый вечер, господа офицеры! Разрешите представить: шеф-пилот Соммерс, капитан Колли, лейтенанты Парсонс и Лямке.
   – Капитан Ларсон, майор Карпенко, майор Кузнецов, – завершила она взаимное знакомство.
   Алекс поймал на себе внимательный взгляд командира наемников.
   Светлана кокетливо улыбнулась и спросила на интерлинге:
   – Вы уже уходите? Вам не понравился прием?
   Колли церемонно поклонился и ответил на русском:
   – Напротив, все было очень мило. К сожалению, госпожа Соммерс еще днем сильно устала. Разгрузка транспорта – хлопотное дело. К тому же мы практически не знаем города.
   Кузнецов отметил – капитан говорил почти без акцента, разве что мелодика фраз у него была чуть иная.
   – Ваш чертов губернатор засунул нас в какую-то дыру, – встрял в разговор Лямке. – И названия-то сразу не упомнишь!
   У этого, наоборот, был жесткий гортанный акцент. Кроме того, по всей видимости, бравый лейтенант успел уделить изрядное внимание винному погребу Ноланда. Физиономия его раскраснелась, но на ногах стоял он твердо и говорил не запинаясь. Похоже, наемник хотел еще что-то добавить к сказан ному, но захлопнул рот под неодобрительным взглядом своего командира.
   – Нас расквартировали на окраине, – продолжил, как ни в чем не бывало, Колли. – Капитан Юхнова любезно согласилась проводить нас. Примите мои извинения, сударыня, нам надо идти. Скоро совсем стемнеет. Честь имею!
   Козырнув в ответ, гвардейцы-«оружейники» посторонились, дав компании дорогу.
   – Капитан Колли – сама любезность! – промурлыкала Светлана, глядя в след удаляющейся пятерке. – Интересно, где обучают таким манерам?
   – Спросишь потом у Юхновой, – подначил ее Карпенко.
   – Хочешь, чтобы я нарвалась на дуэль? Отлично – будешь моим секундантом!
   – Да бросьте вы трепаться, болтуны несносные, – прервал их шутливую пикировку Алекс. – Пора и нам по домам.
   – И то дело, – согласился усатый комбат.
   Уже глубокой ночью, лежа в постели без сна, Алекс вспоминал разговор с братом: «Почему он так пессимистично настроен? Боится повторения Карлскроны, синдром поражения? – Он решительно отверг крамольную мысль. – Нет, Борис – не трус! Просто парни из экспедиционного корпуса должны показать, чего они стоят. Возможно, тогда он и изменит решение. Мы еще покажем легионерам кузькину мать!»