Неграш Сергей Вячеславович
"Рояль Ньютона"

   Автор сердечно благодарит:
 
   своих родителей,
   писательницу и критика Марию Галину,
   литератора Бориса Крылова,
   фэна N1 Земли Русской - Бориса Завгороднего,
   писателя и критика Романа Арбитмана,
   писателя и художника Александра Лидина,
   переводчика Николая Кудрявцева,
   писателя и редактора Алексея Гравицкого,
   художника Дмитрия Грачева,
   редактора Светлану Бондаренко,
   критика и редактора Петра Тюленева,
   писательницу Анну Варенберг,
   писателя и редактора Алексея Корепанова,
   писателя Виктора Точинова,
   аспиранта Николая Нестерова,
   доктора философских наук В. Л. Обухова
   и
   отзывчивых Рыжего Кота, Видящего и Баламута.
   А также:
   музыканта Александра Серова,
   писателя Павла Шумила,
   критика Алексея Елсукова,
   писателя Виктора Беньковского,
   писателя Александра Прозорова,
   писателя Константина Бояндина,
   писателя Андрея Мартьянова,
   писателя Сергея Соболева,
   знатока фантастики Владимира Ларионова
   и
 
   мудрых Dimson'а, Goto и tevas'а.
 
* * *
   Когда на Ньютона упало яблоко, он открыл силу притяжения.
   Интересно, что бы он изобрел, если бы на него свалился рояль?
    Одна из величайших загадок Вселенной.
   

Пролог

 
   На космическом корабле "Тиданик" воцарился долгожданный хрупкий мир. Бои давным-давно завершились. Ныне победители - уродливые создания - устроили кровавое пиршество. Они пожирали тела павших людей.
   Но вот им попался чудом выживший землянин - член экипажа. Страшилища набросились на него, но сдаваться просто так не входило в его планы. Зная, что вот-вот умрет, он вытащил из-за пояса бластер и нажал на спуск. Смертоносный луч уничтожил тварь, а затем еще одну, и еще...
   Но погибли далеко не все.
   - За ум, что ли, взяться? - прошептал человек. Но, если он надеялся, что происходящее всего лишь плод его больной фантазии, его ждало разочарование. Это была действительность. Жесткая. Кровавая. И отвратительная.
   - Возьмись, - услышал он громоподобный голос. - Только держи его крепко, а то - убежит!
   Мерзкие создания вновь атаковали бедолагу. Он не успел ничего предпринять. Недруги были быстрее и ловчее него. Они разорвали его на части, а потом, дерясь за лучшие куски, сожрали так же, как и всех его собратьев...
 

Часть первая

 
   Гигантский космический корабль с не очень-то скромным названием "Оплот гениев" летел к своей далекой-далекой цели. Он должен был доставить три тысячи человек, находящихся в состояние анабиоза, на Вегу-8, дикую планету.
   Бодрствовали лишь четыре представителя рода людского. И первый из них - капитан Игорь Лубец, талантливый тип. Единственный его недостаток - это периодические долгие и нудные рассуждения о долге перед отечеством.
   Вторым значился техник Эрнест Гаолянский. Его невысокий рост позволял ему с легкостью забираться в нутро судна и чинить поломки.
   Третий - врач Ван Туррик, о мастерстве коего ходили легенды. Вечная улыбочка, сияющая у него на устах, искажала его и так не особо красивые черты лица и могла вывести из себя кого угодно. Этим-то он и пользовался, когда хотел чего-либо добиться от собеседника.
   Последним членом экипажа был я - Миха Лемоносов, занявший настолько незначительный пост, что о нем даже не упомянули в официальной документации. Поскольку я - сирота - незаконно проник на готовящееся к старту судно и отправился в удивительное путешествие.
   Осознав, что домой никогда не вернусь, быстро нашел общий язык с Ваном Турриком. И он, проникнувшись уважением к моей смелости, настоял на том, чтобы меня не погрузили в анабиоз. Ибо, как он справедливо заметил, от меня им всем могла быть великая польза.
   Отнесясь к его словам скептически, Игорь Лубец все-таки позволил мне остаться вместе с ними. Он даже предоставил в мое распоряжение небольшую каюту, которую изначально планировали использовать в качестве одного из подсобных помещений. Теперь там была установлена постель.
   Вот так и началось мое странствие, которое должно было продлиться около года. Когда подойдет к концу этот срок, мы высадимся на Вегу-8 и колонизируем ее. В плане все это выглядело просто и красиво. Но, к сожалению, в реальности ничего никогда не происходит так, как было задумано.
   В верности этого правила я убедился, когда на двенадцатый день полета Игорь Лубец собрал нас в капитанской рубке. В ее центре был расположен стол, вокруг которого стояло три мягких удобных кресла. А так же предназначавшийся мне жесткий табурет.
   - Когда играешь с судьбой, ставка - жизнь. Не так ли, Миха? - глубокомысленно изрек Игорь. Не дожидаясь ответа, продолжил: - Пока все идет хорошо. Я бы даже сказал - замечательно. Но это временно. Вскоре корабль взорвется, и мы погибнем.
   - С чего ты взял? - поинтересовался Ван Туррик. - Наверное, на твою психику столь отвратно подействовало космическое пространство? Но, если это так, как ты прошел тесты, обязательные для всех членов экипажа?
   - Так же, как и Миха! Правительство, отправляя нас в путешествие, убило двух зайцев!
   - Каких? - заинтересовался я. Я считал, что этот полет - величайшее достижение людей. Мы пустились в путь, дабы прославить в веках не только наши имена, но и Землю. Неужто я ошибся? И светлая идея в очередной раз была испоганена суровой действительностью?
   - Наши пассажиры - преступники, за исключением нескольких сотен добровольцев, - заявил капитан. - Власть имущие позаботились о том, чтобы победить на ближайших выборах. Кто станет голосовать против тех, кто на деле доказал, что заботится о всеобщем благе?
   - Воистину до самой последней минуты своей жизни всяк политик рассказывает народу о светлом будущем. И многие ему верят. А зря. Ибо он говорят исключительно о светлом будущем для себя и своих близких, - иронично заметил Эрнест Гаолянский. - Ван, тебе есть, что сказать?
   - Нет.
   Слушая их, осмотрелся. Первый раз в жизни я очутился в капитанской рубке. Но, увы, ничего героического или романтического тут не было. Хромированные стены, заляпанный грязью пол, рассыпанные по столу крошки и многое другое разрушали чудесный образ, порожденный моим воображением.
   - Господа, - произнес Игорь Лубец, - вместе в замкнутом пространстве нам суждено провести долгих двенадцать месяцев. И я надеюсь, мы не потратим это время попусту. Мы займемся самообразованием, дабы, добравшись до Веги-8, стать правящей верхушкой колонии. Мы превратимся в тех самых политиканов, которых ты, Эрнест, так ненавидишь.
   - Ура! - воскликнул Ван. Его карие глаза вспыхнули колдовским светом. Вероятно, в его голове только что родилась гениальная мысль. Родилась, быстро повзрослела и убежала, отправилась в большую жизнь, не оставив после себя ничего, кроме горечи.
   - Поэтому я взял с собой много книг, - меж тем продолжил говорить капитан. - Но среди них нет работ по политологии, социологии и другим столь же важным областям знаний. Ибо "Оплот гениев" живет не прошлым и не настоящим, а грядущим! И ты, Миха, в свои двадцать лет должен это понимать лучше, чем мы, представители старшего поколения! Мы намного раньше тебя уйдем туда, откуда не возвращаются!
   - Это куда? В космическое странствие? - едко поинтересовался доктор. Расхохотавшись, он встал, отвесил шутливый поклон и покинул капитанскую рубку.
   - Ну вот, вы не дали мне изречь абсолютную истину, - обиженно произнес Игорь. С тоской оглядев пустой стол, он прислушался к собственному недовольно заурчавшему желудку и заявил: - Ладно, на этом собрание завершено. Что же касается моих пессимистических прогнозов, то будем надеяться, что они не сбудутся.
   И Игорь Лубец, которому никогда не суждено было стать великим оптимистом, замахал руками. Он нетерпеливо дожидался, когда мы с Эрнестом Гаолянским оставим его одного. Но перед тем, как мы ушли, техник глубокомысленно изрек: "Наш путь усыпан розами, розами с очень большими ядовитыми шипами".
   Оказавшись в коридоре, спросил у Эрнеста, что он под этим подразумевал. Покосившись на меня, он заявил, что я все пойму, когда повзрослею. А пока мне, юному максималисту, не следует забивать голову всякой чушью. И я, успокоившись, последовал его совету.
   Пожелав Эрнесту спокойной ночи, направился в каюту. И подумал, что неплохо было бы перекусить перед сном. Но где в такой час найти еды? Пожалуй, только в столовой, где находится С-2, синтезатор пищи, у коей была одна общая черта - отвратительный вкус.
   - Хм, на корабле еще есть склад! - жизнерадостно улыбнулся я.
   Склад располагался на нижней палубе, неподалеку от гипердвигателя. Там, кроме запчастей, одежды, лекарств и прочего, были и продукты. В частности в гигантских баках хранилось замороженное мясо.
   Облизываясь, я шел по коридору. Посматривая по сторонам и видя кругом хром, с грустью вспоминал о богатстве красок, которое можно было встретить на моей родной планете. Но о прошлом мне стоило забыть раз и навсегда. С ним я простился.
   Помянув недобрым словом невнятные рассуждения Игоря Лубеца, ухмыльнулся. Я склонен был скептически относиться к его речам. Все закончится хорошо! Мы не погибнем в дороге. Да и планета, на которую мы высадимся, окажется ничуть не хуже Земли.
   Спустившись по лестнице на нижнюю палубу, узрел две железных двери. Если верить висящим на них табличкам, то за одной из них находится машинный отсек и гипердвигатель, а за другой - склад. Что ж, все это было бы великолепно, если бы не одно "но": я не знал, как проникнуть в запертое помещение.
   К счастью, дверь, ведущая на склад, оказалась открыта.
   - Ням-ням, - пробормотал я, зайдя внутрь. Втянув носом воздух, почувствовал странный запах. Нахмурившись, попытался установить его источник. Не получилось. Как бы там ни было, заполучив сырое мясо, я обо всем позабыл.
   Проклиная непозволительно громко ворчащий живот, покинул склад, отправился в обратный путь. Держа в руках добычу, поднялся по лестнице на верхнюю палубу. Здесь находилась не только капитанская рубка и каюты, но и столовая.
   - Хорошо-то как, - довольно произнес я, изучая кнопочки на панели управления С-2. Надеясь, что все делаю правильно, нажал несколько из них. Волнуясь, с нетерпением ждал, что произойдет дальше. Вдруг я допустил ошибку? И с таким трудом раздобытому мной мясу предстоит сгореть?
   - Так-так, и что это мы тут делаем? - услышал я строгий голос. Он принадлежал Вану Туррику, который должен был уже лечь спать.
   Я растерянно уставился на доктора. Впервые за время нашего с ним знакомства улыбка покинула его уста. И я бы изрядно повеселился на этот счет, если бы мне не требовалось немедленно дать ответ на его вопрос. Хотя, зачем что-то говорить, когда и так все ясно?
   - Ладно, все в порядке, - заявил доктор. Внимательно посмотрев на мясо, которое уже было разморожено и готово к употреблению, сглотнул. - Это очень большой кусок. Давай его поделим на две части. Одну половину заберу я, вторую - ты.
   Я молчал, уразумев, что меня не накажут. Более того, мне мерещилась двойная выгода. Я не только вкусно поем, но и значительно улучшу отношения с Ваном!
   - Я никому ни о чем не расскажу. Это будет наш небольшой секрет, - подмигнув мне правым глазом, сказал он. - Надеюсь, это не повторится! Договорились?
   - Да.
   Я запихнул в рот сочный кусок мяса и принялся его тщательно пережевывать. Поев, покосился на доктора, который смаковал кушанье. Ван насыщался медленно, наслаждаясь восхитительным блюдом, которое значительно отличалось от пресной синтезированной пищи.
   - Благодать, - сказал он. - Теперь, когда все съедено, нам с тобой, Миха, здесь больше нечего делать! Так? Или ты еще что-нибудь утащил со склада?
   - Нет.
   Я повернулся к нему спиной и побрел по длинному коридору. Тянуло в сон. Едва оказавшись у себя в каюте, улегся на постель, закрыл глаза и забылся. И мне привиделись многочисленные чудовища...
 
* * *
 
   Выкрикнув что-то патетическое, свалился с постели и проснулся. Пожалев, что в моей каюте нет иллюминатора, зевая, вышел в коридор. И столкнулся с Эрнестом Гаолянским, который, недовольно бурча что-то себе под нос, брел к капитану. Им было о чем поговорить.
   Пожелав Эрнесту доброго утра и не услышав в ответ ни слова, насторожился. Подобное поведение было несвойственно всегда любезному технику.
   - Интересно... - пробормотал я. Сочтя за благо не вмешиваться в их беседу, направился в столовую. Но не дошел до нее. Ибо неожиданно заметил длинную уродливую тень. Она принадлежала гигантской крысе. Тварь была не меньше метра в длину.
   - Небо, - испуганно пробормотал я, отступая.
   Она могла перегрызть мне глотку. Я не верил, что смогу ее победить. Это дикое создание гораздо сильнее и опаснее всего, с чем мне раньше приходилось иметь дело.
   Жалея, что на "Оплоте гениев" нет оружия, пятился. В этой трудной и очень опасной ситуации я повел себя, как герой. Не запаниковал. А действовал решительно и рационально. Повернулся спиной к гигантской крысе и, зовя на помощь, побежал к капитанской рубке.
   Тварь догнала меня и повалила на пол. Сопротивляясь, изловчился и постарался подмять ее под себя. Вырвавшись, она укусила меня за плечо и бросилась прочь. Она жаждала оказаться в безопасности, там, где никому до нее не добраться. И таким местом для нее, наверняка, должен был стать склад.
   Не без труда поднявшись, посмотрел ей вслед. Ни о какой погоне не могло быть и речи. Да что там говорить! Я, вообще, был благодарен Богу за то, что крыса оставила меня в покое. Если бы она продолжила атаку, то одержала победу.
   Пошатываясь, оперся левой рукой о стену. Чувствуя, как по спине течет кровь, собрался с мыслями. Не забывая о том, что жизнь имеет неприятную тенденцию быстро заканчиваться, поджал губы.
   "А что, если на ее когтях было какое-нибудь смертельное для человека вещество? - подумал я. - Надо бы проконсультироваться на этот счет с Ваном Турриком. Вот только где набраться сил, чтобы доползти до медицинского отсека?"
   Я покачал головой.
   - Если на двенадцатый день космического странствия я столкнулся со столь ужасным противником, что будет дальше? - прошептал я. И с изрядной долей иронии добавил: - Вероятно, на нашем пути окажутся еще и белые слоники. Они очень маленькие и наглые. Они летают и едят серых мышек.
   В таком состоянии меня и обнаружили Игорь Лубец и Эрнест Гаолянский. Испугавшись за мое самочувствие, они позвали доктора. Ван Туррик быстро прибыл, держа в руках небольшой чемоданчик, в котором лежали разнообразные лекарства.
   - Все будет в порядке, - произнес доктор, осматривая мою рану. Воспользовавшись современными средствами медицины, сделал анализ крови. Получив результаты, сообщил: - Как я и предполагал, не о чем беспокоиться.
   - У меня немало вопросов к Михе, - нахмурился Игорь. - Я хочу знать, не только что произошло здесь, но и посещал ли он вчера склад? Видишь ли, Ван, Эрнест обнаружил, что кто-то там побывал и похитил часть провианта.
   - Время для ответов еще не пришло, - заметил Ван Туррик, помогая мне подняться. Также он попросил капитана и Эрнеста Гаолянского, чтобы те не беспокоили меня в ближайшие несколько часов.
   - Все это очень странно, - произнес техник. - Эх, если бы мне не было известно, что на нашем корабле, за исключением Михи, более нет безбилетных пассажиров, я бы счел, что здесь произошла драка. Один из ее участников известен. Но кто второй?
   - Тайна, - откликнулся капитан. Изучая оставшуюся на полу царапину от когтей гигантской крысы, произнес: - Наверное, зря мы не вернули Лемоносова на Землю. Вдруг у него только что произошел приступ?
   - Что ты хочешь этим сказать?! - вспылил Ван Туррик. - Не станешь же ты доказывать, что Миха - сумасшедший? Я убежден, что он нормален. Но, если вы сомневаетесь, я предлагаю запросить о нем информацию с Земли!
   - А почему ты сразу это не сделал? Неужели так трудно было навести справки? Я должен знать все о своих подчиненных! Ван, немедленно приступай к сбору данных!
   - Позволь мне сначала позаботиться о Михе, - изрек доктор. Терпеливо дождавшись разрешения, он, поддерживая меня, пошел прочь от места недавней схватки. Нашей целью был небольшой медицинский отсек, расположенный поблизости от моей каюты.
   С трудом передвигая ногами, я раздраженно подумал, что капитан несправедлив ко мне. Пускай называет меня воришкой! Это справедливо! Но не психом же! Хотя, если представить, что никакой крысы не было, то я, действительно, оказываюсь душевнобольным...
   - Но она была, - прошептал я и тут же засомневался. Откуда ей взяться на космическом корабле, который только-только покинул Землю? Мутация? Но ведь на борту нет радиации! А в то, что крыса - пришелец из космоса, мне не верилось.
   Запутавшись, покосился на доктора. Ван, таща меня, что-то недовольно бормотал себе под нос. Судя по всему, он проклинал не только нашего капитана, меня, самого себя, но и весь мир.
   - Вот, - произнес он, когда мы, наконец, добрались до медицинского отсека. Уложив меня на операционный стол, Ван взял в руки какие-то приспособления с многочисленными щупальцами-датчиками. Попросив меня не шевелиться, приступил к осмотру. - Сейчас выясним, откуда взялись эти царапины.
   Но его смелому утверждению не суждено было быть претворенным в жизнь. Полученные им сведенья были невероятными, фантастическими. Отложив в сторону приборы, Ван забегал по отсеку. Периодически останавливаясь, он качал головой.
   - Оборудование неисправно! - наконец, воскликнул он. Обработав мои раны лечебной слюной Завгара, страшного зверя с планеты Сириус-16, вышел в коридор. Он направился в капитанскую рубку, туда, где был передатчик, обеспечивающий связь с родиной. - Я во всем разберусь!
   Оставшись один, я лежал на животе и размышлял. Теперь, когда я, благодаря лекарству, чувствовал себя гораздо лучше, мне нужно решить, что поведать экипажу. Все или ничего?
   - Слишком сложно! - проворчал я.
   Мне было стыдно кому-либо рассказывать о своем проступке. Что же касается гигантской крысы, то, похоже, все считали ее плодом моего богатого воображения. Я бы сам скептически отнесся к этой истории, если бы не был ее участником.
   - Что? - уточнил Игорь Лубец, переступая порог отсека. - Я брел по коридору и вдруг услышал твой голос. Уяснив, что твое состояние не так плохо, как говорил Ван, зашел. Я хочу побеседовать с тобой.
   - Ясно.
   - Итак, как ты получил травму? - спросил он, напомнив мне злобного средневекового инквизитора, поймавшего чернокнижника.
   - Э... - пробормотал я. - Это была большая и злая крыса.
   - Крыса? - брюзгливо поморщившись, переспросил он. - А как же белый слоник, о котором ты рассуждал, когда доктор тебя уводил? Думай, что говоришь. И говори то, что думаешь. Тебе, что, повстречался зеленый крокодил?
   Он надо мной смеялся. Он мне не верил.
   - Нет, крыса, - твердо произнес я. - Они не такая уж редкость. На морских судах их полно. Так что и на "Оплот гениев" они могли пробраться. Но есть одна закавыка.
   - Какая?
   - Я никогда не видел таких крупных экземпляров, - признался я. Набравшись смелости, предположил: - Что если она мутировала во время взлета, как в той истории про подопытную свинку? Она постоянно жаловалось. Дескать, каждый раз, когда кто-то произносит слово "эксперимент", ей почему-то становится больно.
   - О чем ты, Миха? - холодно произнес Игорь. - То ты рассуждаешь о белых слониках, то о мышах и крысах, а теперь о свинках и крокодилах. Мы пока еще ферму или зоопарк открывать не собираемся! Хотя, когда прибудем на Вегу-8, твои познания в этой области понадобятся.
   - Напрасно иронизируешь! Я не лгу!
   - Вот так с шутками и прибаутками экипаж космического корабля "Оплот гениев" медленно сходил с ума, - прошептал он. - Хорошо, с этим мы потом разберемся. Давай лучше поговорим о пропаже продуктов со склада. Но только - молю! - не заявляй, что их съела крыса. Или слоник вместе с чокнутой свинкой.
   - Это сделал я! - выпалил я. Более скрывать это не имело смысла. В конце концов, хуже не будет. Капитан, хоть и изрядно напоминает пыточных дел мастера, не садист. Естественно, он меня накажет, но не убьет!
   - Наконец-то, ты перестал врать. Это хорошо. Если бы ты продолжил отпираться, я бы погрузил тебя в анабиоз. И в нем бы ты провел все оставшееся время полета. Но я все еще могу так поступить. И буду прав. Мне на борту не нужен паникер, распускающий слухи о гигантской твари, пожирающей запасы провизии!
   - Но она есть! Я сражался с ней!
   - О да! Я тебе верю! Конечно, она существует. Так же, как и снежные люди! Они живут рядом с нами. На нашем корабле, в коридорах и даже в каютах. Бывало, посмотришься в зеркало рано утром или поздно вечером, и видишь: вот он - снежный человек!
   - Капитан, я же просил тебя не беспокоить пациента, - раздраженно произнес вернувшийся Ван Туррик. В руках он держал толстую папку с какими-то документами. - Кстати, у меня хорошие новости. Помнишь, ты потребовал, чтобы я навел справки о Михе? Ну так вот, пришли результаты.
   - Любопытно...
   Сердце у меня в груди забилось быстрее. От того, что скажет доктор, зависит мое будущее. И прошлое. Ведь мне до сих пор ничего не известно о родителях. А вдруг они окажутся известными преступниками или сумасшедшими? Или - что гораздо хуже! - политиканами?
   - С Лемоносовым все в порядке. Вроде бы, - сказал Ван. - Сведений о его отце и матери не сохранилось. Возможно, у него дурная наследственность.
   - Та-ак, - потянул он. - И в чем она заключается?
   Перед тем, как ответить на этот вопрос, доктор сделал пару шагов, подошел к Игорю и что-то прошептал. К сожалению, я не расслышал, что именно. Не исключено, что Ван поведал капитану о том, как мы ели мясо.
   Смутившись, я открыл рот, но...
   В этот миг в медицинский отсек прокралась та самая крыса, с которой мне не так давно пришлось схватиться. Как видно, ей понравился вкус человечины.
   Медленно и торжественно она приближалась ко мне. Но на ее пути встали Ван Туррик и Игорь Лубец. Наконец-то, уверовав в правдивость моих слов, они решили прикончить тварь. Но это было не так-то просто сделать: у них не было настоящего оружия.
   - Я не позволю тебе прикоснуться к моему пациенту! - заявил доктор, достав шприц из кармана халата, в который был облачен. - Иди ко мне. У меня есть для тебя сюрприз - снотворное! Как только я тебя усыплю, ты окажешься на операционном столе! И я тебя препарирую. И когда твои кишки...
   - Бр, - поморщился капитан. - Ван, а можно обойтись без подробностей?
   - Конечно! - отозвался он. Немного помолчав, продолжил: - Я тщательно исследую внутренности крысы! Затем напишу работу, коя прославит меня! И тогда весь мир узнает о скромном докторе, который не побоялся сразиться со злом!
   Закончив говорить, Ван вздрогнул и упал в обморок. Его эстетская душа не выдержала отвратительного зрелища - внешнего вида противника.
   - Беда, - пробормотал Игорь.
   Зашипев, крыса набросилась на него. Она вцепилась невероятно длинными, точно у киношного вампира, клыками ему в правую руку. Прокусив тонкую материю форменного костюма, она не остановилась на достигнутом. Теперь у нее появилась новая цель - вожделенное горло.
   Если я не вмешаюсь, Игорь погибнет - тварь прикончит его. А потом доберется и до меня. Посему я поднялся с постели. Чувствуя боль, скрипнул зубами и огляделся, ища что-нибудь, что могло бы сойти за оружие.
   Увидев шприц со снотворным, который все еще держал в левой руке доктор, обрадовался. Склонившись над бедолагой, попытался отобрать у него то, что мне было нужно. Но это было нелегко. Находящийся в забытьи Ван не желал расставаться со своим имуществом.
   Немалого труда стоило мне разжать его цепкие пальцы. Когда у меня это получилось, я почувствовал себя настоящим космическим волком. Задорно что-то выкрикнув, приготовился к долгому изнурительному бою.
   Покосившись на Игоря, поджал губы. Дела его были плохи. Тварь, многому научившаяся во время схватки со мной, не собиралась давать человеку ни малейшего шанса на спасение. Для достижения заветной цели она готова была пожертвовать собственной жизнью.
   Однако, ее мужество не восхитило меня, а разъярило. Я остановлю ее! В моих руках не очень-то ярко горит в тусклом свете неоновых ламп грозное оружие - шприц со снотворным!
   - Если тебе хочется кого-нибудь убить, убей себя! - изрек я, нанося удар ей в основание шеи. Казалось бы, она должна взвыть, смешно задергать лапками и потерять сознание. Но - нет! Оскалившись, тварь удвоила напор. Еще чуть-чуть и она бы прикончила умудрившегося увернуться в последнюю секунду Игоря.
   Не растерявшись, я отпрыгнул в сторону. Как быть? Нужно найти что-нибудь тяжелое, такое, чем можно было бы проломить ей череп! Но, увы, ничего подходящего поблизости нет, если, конечно, не считать тела Вана Туррика.
   Как же так? Мы находимся не где-нибудь, а в медицинском отсеке!
   - Держись! Я помогу тебе! - воскликнул я.
   - Все будет хорошо, - мрачно пообещал Игорь, оттолкнув от себя зубастую противницу. Злодейка упала и более не поднялась. - Похоже, подействовало средство нашего доброго доктора, без которого мы бы через пару минут были мертвы.
   - Слава Богу, - сказал я. Немного успокоившись, приблизился к крысе и пнул ее. - Как ты думаешь, сколько времени она будет находиться без сознания? И успеет ли Ван ее вскрыть?
   - Кто знает?
   - Кто-то упомянул мое имя? - спросил Ван Туррик. Поднявшись, он с радостью отметил, что все уже закончилось. Довольно улыбнувшись, щелкнул пальцами, и в правой от меня стене открылась небольшая ниша. В ней лежали разнообразные инструменты, среди которых мое внимание привлек скальпель - отличная замена кинжалу.