Айдорн все быстрее и быстрее вращал клинок, надеясь подловить противника. Его меч мелькает то справа, то слева от Сартора, то летит в голову, то направляется в ноги Черного Мага. Но и темный эльф пока не отстает — его клинок черной вспышкой пересекает белоснежное сверкание Молнии всего в нескольких ладонях от тела Сартора. Однако сам Черный Маг почти не атакует — противник оказался и сильнее и быстрее его самого. Два Мага кружат по залу, окруженные сплошными стенами, в которые превратились их Мечи стараниями владельцев.
   Сартор в очередной раз отбил клинок Айдорна и отпрыгнул назад. Дрианорец настиг его через несколько мгновений, но и этого времени хватило темному эльфу, чтобы воззвать к магии своего Меча. На подмогу Черному Магу тут же явились десять Великих Духов Тьмы. Стоявшие возле трона самого Тхайрока, они были лучшими воинами всех Темных воинств после Богов. Колышущиеся туманные фигуры, лишь отдаленно напоминающие человеческие, держали в руках широкие мечи, на вид столь же опасные как и клинок в руке Сартора.
   Айдорн стал медленно пятиться, понимая, что с таким количеством врагов ему не справиться. Юный Маг не знал заклятий, которыми можно противостоять Духам Тьмы, не знал он и как ему использовать силы своего Меча, чтобы позвать на помощь. Молния, почувствовав неуверенность владельца, сама пришла на подмогу дрианорцу. Клинок запел, дивные звуки разнеслись по полуразрушенному подвалу. В ответ на призыв Меча рядом с Айдорном возникли восемь Духов Света. Бывшие в незапамятные времена величайшими воинами они были равны по силам призванным Сартором. Вооруженные мечами, секирами и копьями они стеной двинулись на врагов. Силы сражавшихся сравнялись и Айдорн вновь мог без помех заняться Черным Магом. Два Великих Меча опять ударились друг о друга, рассыпая снопы искр. Духи Света и Тьмы в это время поражали друг друга и исчезали.
   — Айдорн, разбей зеркало! — прозвучал голос Сианеллы, перекрывая звуки боя.
   Дрианорец не мог этого сделать, сначала надо обезвредить темного эльфа. Айдорн усилил натиск, заставляя Сартора отступать все дальше и дальше. Перед глазами юного Мага вновь встала Тиалина, его отец, пронзенный черным мечом, полный боли и отчаяния крик его матери, когда сам дрианорец бежал по лесу. Глаза Айдорна заволокла кровавая пелена и он в ярости берсерка бросился на врага. Юноша бил так сильно, что темный эльф едва удерживал свой клинок. Наконец он нанес настолько мощный удар, что Сартор упал на пол, а его Меч отлетел далеко в сторону.
   — Сдавайся и я оставлю тебе жизнь, — сказал дрианорец, Молния дрожала у горла темного эльфа.
   — Скорее разбей зеркало!!! — звенящий голос Сианеллы заполнил все пространство комнаты.
   В голосе Богини звучал приказ такой силы, что Айдорн не посмел ослушаться. Он размахнулся и швырнул Молнию прямо в середину огромного зеркала. И сделал это как раз вовремя. Тхайрок уже высунул кулак за стекло и теперь силился еще больше ослабить сдерживающие его путы. Коротко сверкнула белоснежная вспышка, раздался громкий звон и осколки зеркала брызнули во все стороны. Исчезла рука Бога Тьмы, исчезли и сами Властители, только Меч Айдорна торчал в стене, глубоко вонзившись в несокрушимые камни.
   Дрианорец перевел взгляд на Черного Мага. Тот все еще лежал на полу, даже не сделав попытки спастись.
   — Ты победил, — сказал темный эльф Айдорну. — Жаль, что наши интересы в этом мире были прямо противоположны. Прощай, мой талантливый противник, может когда-нибудь еще встретимся.
   Едва закончив говорить, Сартор исчез. Вместе с ним пропал и его черный Меч.
   — Неужели все кончено? — спросила Микаэла. Она, Сималар и Дрэрк подошли к дрианорцу. Триаклы, едва увидев падение своего господина тут же сбежали.
   — Не совсем, — ответила ей Повелительница Драконов, вернувшаяся в человеческий облик. — Сартор не погиб, но надолго оставил этот мир. Рано или поздно он вернется и все может начаться с начала.
   — Ну уж теперь-то на Ванаре остались только приверженцы Света, — сказал Сималар. — А с ними проблем не будет.
   — Отнюдь, эльф, — сказала Богиня, обернувшись к воину. — В мире еще много адептов Тьмы и не надо без надобности уменьшать их число. Ведь Тьма не всегда значит Зло, так же как и Свет — Добро.
   — Как это так?! — возмутился гном. — Свет — Добро, Тьма — Зло, как же может быть иначе?!
   — А вот так, Дрэрк, — ответила Повелительница Драконов. — Сартор — слуга Темных сил. Но он хотел принести на Ванар мир и порядок. В своем понимании, конечно. А уж его попытка освободить Богов Тьмы, не боясь нашего гнева — вообще пример настоящего благородства. С другой стороны, возьмем Аголара, отца Микаэлы, с его неуемной жаждой власти и прочими недостатками…
   — Дык мы, выходит, тут зря животы рвали?! — спросил гном, не желавший соглашаться с Сианеллой. — Зачем мы пытались остановить злодея, который вовсе и не злодей?
   — Просто для того, чтобы сохранить равновесие, — ответила девушка. — И ни для чего более. А что касается злодеяний в твоем, Дрэрк, понимании, то даже я, Богиня Света, не лишена недостатков. Айдорн тоже бился с Сартором не за возвышенные идеалы — хотел отомстить за смерть родных.
   — Ну да ладно, — продолжила Богиня. — Хватит рассуждать о высокой морали, давайте лучше убираться отсюда.
   Друзьям действительно пора уходить. По стенам, полу и потолку подвала змеятся многочисленные трещины, камни осыпаются все больше и больше, не выдержав буйства сил. Айдорн подобрал Молнию и вместе с друзьями кинулся прочь из рушившегося подвала.
   Все пятеро покинули подземелья и под предводительством Повелительницы Драконов поднялись в главную башню Цитадели. По пути дрианорец вернул Великий Меч Сианелле, девушка подбросила его и клинок исчез.
   — Он уже у своей хозяйки, — сказала Богиня.
   Именно там находилось то, что предстояло забрать с собой Айдорну. В комнате, куда пришли друзья, было на что посмотреть. У черных стен располагались стеллажи, на которых чего только нет: разнообразные самоцветы, камни и кристаллы; кости различных существ и их кровь в маленьких бутылочках; высушенные пучки растений и чучела животных. Все это — ингредиенты, использовавшиеся Черным Магом в заклинаниях.
   Посреди комнаты стол с задвинутым под него стулом — простая мебель безо всяких вычурностей. На столе тоже много всякой всячины, потребной для колдовства. Еще на столе стоит вещь, сразу привлекшая внимание друзей. Хрустальный шар диаметром в три локтя покоился на массивной золотой подставке и сверкал всеми цветами радуги.
   — Вот она, Сфера, — произнесла Сианелла, приблизившись к шару и положив на него руку. — Одна из пяти, когда-то преподнесенными нами в дар Верховным Белым Магам каждой земли. Во многом благодаря ей Сартор так быстро узнавал обо всем, что творится на Ванаре.
   — Она так и будет сверкать? — спросил Дрэрк сварливо. — Только глаза слепит!
   — Она чувствует мое присутствие и радуется встрече, — ответила Сианелла и обратилась к дрианорцу. — Айдорн, эта Сфера отныне твоя. Ты единственный белый Маг на Ванаре и потому можешь владеть ей по праву.
   — А где остальные четыре? — спросил юноша.
   — Понятия не имею, — ответила Богиня. — Скорее всего затерялись в тех землях, где хранились. Эта — эординорская.
   — Но как я могу ее использовать? — засомневался дрианорец. — Ведь она сейчас служит Тьме, иначе как мог ей пользоваться Сартор?
   — Сартор просто подчинил ее заклинаниями, — сказала Сианелла. — Но с его исчезновением заклятья ослабевают и скоро совсем исчезнут.
   — Это ж ее нам всем вместе тащить придется, — проворчал Дрэрк. — А что будет, если мы ее уроним?..
   — Ну и понесем, — произнес Айдорн. — Вечно ты чем-нибудь недоволен!
   — Перестаньте спорить, — сказала Повелительница Драконов примирительно. — Надо всего лишь найти какой-нибудь мешочек. А уж положить туда Сферу — моя проблема.
   У Айдорна на поясе висит множество мешочков и сумочек и освободить один из них — минутное дело. Сианелла взяла мешочек и попросила дрианорца приподнять Сферу. Он сделал это, хоть и с большим трудом. Даже под просторным балахоном видно, как вздулись от напряжения его мышцы.
   — Не хотел бы я носить такой шарик постоянно, — произнес белый Маг прерывающимся от натуги голосом.
   — Клади Сферу сюда, — приказала Богиня и раскрыла мешочек.
   Маленький клочок материи немедленно увеличился до таких размеров, чтобы хрустальный шар в него как раз поместился. Айдорн осторожно опустил сверкавшую всеми красками глобулу и увеличившийся мешочек немедленно принял первоначальные размеры.
   — Вот это фокус! — хором произнесли друзья дрианорца и наклонились посмотреть, что же случилось со Сферой.
   Она преспокойно лежит на дне мешочка, все так же ярко сверкая. Только теперь стала размером с вишню.
   — Возьми ее, Айдорн, и береги, — сказала Богиня. — Когда-нибудь позже Сфера тебе обязательно пригодится.
   Дрианорце принял мешочек из рук девушки, прицепил его к поясу. Друзья вышли из заклинательного покоя и направились к выходу из Цитадели. Покинув замок, Сианелла остановилась, произнесла несколько слов, эхом разнесшихся по двору. В ответ на шпиле главной башни что-то ярко сверкнуло.
   — Теперь ни один адепт Тьмы не сможет сюда проникнуть, — объяснила девушка друзьям. — И тайны Черного Мага останутся не потревоженными.
   Все вместе они вышли за ворота Цитадели и, обойдя крепко спящего дракона направились в лес. Там их ожидали уцелевшие ратники из отряда, собранного тремя правителями. Сианелла вновь изменила облик и стала Колдуньей Сильвией. Не дойдя немного до первых деревьев Богиня остановила дрианорца.
   — Айдорн, — сказала девушка, — отправь солдат домой одних. Мы с тобой и твоими друзьями задержимся на некоторое время — есть еще одно дело.
   Дрианорец кивнул и направился к ратникам, которые выходили навстречу ему из-за прикрытия деревьев.
   — Доблестные воины! — обратился белый Маг к солдатам. — Сартор повержен и угроза миру миновала! Сейчас вы вернетесь в Вистакор, а мы присоединимся к вам чуть позже.
   Айдорн открыл Врата, замерцавшие голубой дымкой. Ратники один за другим направились в них, чтобы появиться на дворцовой площади в столице Этирии. Когда последний из воинов исчез, дрианорец повернулся к Сианелле.
   — Что там еще за дело? — спросил он. — Я, честно говоря, очень устал и хочу передохнуть.
   — Даже не хочешь награды за содеянное? — поинтересовалась Богиня.
   — Зачем ему награда, он скоро усохнет за книгами, — сказал, потирая руки Дрэрк. — Вот мне она очень пригодится.
   — Ты, гном, никогда своего не упустишь, — произнесла Сианелла, улыбнувшись. — Сейчас мы все отправимся в одно место…
   Прежде чем кто-то из друзей сказал хоть слово, они уже стоят на бескрайней равнине, поросшей удивительно мягкой травой изумрудного цвета. Вдалеке виднеется здание, настолько огромное, что любое другое в сравнении с ним может показаться разве что собачьей конурой. От этого здания к друзьям направлялись три человека. Хотя нет… эти трое только внешне походят на людей, ростом же превосходят среднего человека раз в пять. Друзья поняли, что это существа еще более мифические, чем Драконы. То были Гиганты. А значит здание вдалеке — ни что иное, как Великий Храм, дом Богов на Ванаре. Один из Гигантов подошел совсем близко к друзьям, двое остановились поодаль.
   — Аэвание Нэролмиали виалисар ит хаэдейн Глу Эрант, — сказал Гигант на своем языке. — Вэйрат хаэл ун виалас?
   — Он говорит, что рад видеть хоть кого-то из Богов у столь давно не посещаемого ими Храма, — перевела Сианелла. — А также спрашивает, кто вы такие.
   — Мне конечно лестно разговаривать с представителем единственного народа, который строит лучше нас, гномов, — сказал Дрэрк недовольно, — но лучше бы он говорил так, чтобы мы понимали.
   Гигант и сам сообразил, что говорить со спутниками Богини на Витарасе бесполезно и перешел на Общий. Говорил он настолько правильно, что не слышалось никакого акцента, присущего жителям той или иной земли Ванара.
   — Кто эти смертные, что стоят рядом с тобой, о Повелительница Драконов? Что они делают здесь, на запретной земле возле Великого Храма?
   — Они здесь по моей воле и с согласия других Владык Света, — объяснила девушка. — Это их награда за то, что не допустили освобождения Богов Тьмы.
   Гигант уступил дорогу, разрешая пройти. Повелительница Драконов первой направилась к Великому Храму. Друзья последовали за ней, во все глаза рассматривая легендарное строение. Этот Храм, который как знал Айдорн, являлся сердцем Ванара, этот Храм был самым необычным строением во всех мирах, подвластных Богам.
   Он состоит из семнадцати башен, настолько высоких, что они шпилями задевают небо. Десять принадлежат Богам Света и столь прекрасны, что не могло найтись ни одного смертного, который бы сумел их даже изобразить. Изваяны они из самых редких и ценных пород камня, главное достоинство которых — задерживать и накапливать силу Света. Вся поверхность камней, составляющих башни покрыта прекрасными сценами, показывающими жизнь в других Светлых мирах. Фрески до того правдоподобны, что взирающим на них друзьям показалось что кто-то уменьшил и поместил на стены настоящих животных, людей, растения.
   Другие семь башен принадлежат Богам Тьмы и являют полную противоположность первым десяти. Они кривоватые, перекошенные и уродливые, словно вылезшие из ночного кошмара. На их стенах тоже есть фрески, но друзья, едва взглянув на них, тут же отвели глаза. Изображения обрядов, посвященных Богам Тьмы в их мирах настолько ужасны, что только Сианелла могла смотреть на них без содрогания. Пытки, которым подвергались жертвы на фресках не снились даже самому жестокому палачу Ванара. Здание Храма, из которого берут начало исполинские, теряющиеся в вышине башни, возведено со смешением всех стилей.
   Давно, очень давно не посещался Храм Богами, а в этот раз, впервые за всю его историю внутри должны оказаться и смертные. Друзья стояли перед огромными, в десяток человеческих ростов воротами, ведущими во внутренние помещения Храма. От одного прикосновения Сианеллы громадные створки бесшумно распахнулись, открывая внутренние помещения, которых никогда не видел никто кроме Богов. Войдя внутрь, друзья оказались в исполинском зале. Пол его не устлан коврами, на стенах нет картин и панно, не развешано оружие. Зал абсолютно пуст, но и пол и стены покрывает затейливый узор, на первый взгляд кажущийся беспорядочным переплетением линий. Но стоит приглядеться и то тут, то там обнаруживаются детали: летящий дракон; воины, сражающиеся друг с другом; единороги, пасущиеся на лугу и еще множество подобных картин.
   Стоило же друзьям поднять взоры к потолку, как все четверо изумленно ахнули. Их взорам предстало звездное небо, выписанное с мельчайшими подробностями. Светила его незнакомы никому из присутствующих, за исключением Сианеллы.
   — Это ж надо было столько измыслить, — изумился Сималар всему увиденному. — Какая должна быть фантазия…
   — Если ты о звездах, то они настоящие, — сказала Повелительница Драконов. — Это миры, окружающие Ванар.
   — Сколько смотрел на небо, никогда таких не видел, — сказал Дрэрк недоверчиво.
   — И не увидишь, — объяснила Повелительница Драконов. — Так выглядело небо тогда, когда Храм был только построен. Ладно, это все мелочи, лучше пойдемте дальше.
   Из зала, в котором оказались друзья войдя в Храм, в разные стороны вели три коридора. Повелительница Драконов уверенно направилась к тому, который находился слева от нее. Теперь, находясь внутри храма даже скептик Дрэрк поверил, что она Богиня. От девушки исходила непередаваемая сила, ощущаемая даже косными телами спутников. И еще эта сила наполняла сердца друзей покоем и счастьем. Следы Сианеллы и воздух вокруг Богини неярко светились.
   Путники миновали еще несколько залов, прошли по бессчетному количеству коридоров и оказались в башне Сианеллы. Там им пришлось одолевать бесконечные лестницы. Когда подъем окончился, друзья оказались в огромном зале на самом верху башни. В центре зала, на подставке, невероятно сложной формы располагался огромный переливающийся всевозможными цветами кристалл. У гнома при виде его загорелись глаза. Дрэрк прикидывал, сколько будет стоить такая красота.
   — Это и есть наша награда? — спросил гном.
   — Не совсем, — ответила Сианелла.
   Здесь, вблизи от средоточия ее мощи, сила, исходившая от Повелительницы Драконов, стала почти нестерпимой. В зале негромко зазвучала удивительная музыка, словно где-то в отдалении множество инструментов исполняли дивную мелодию, недоступную никому из смертных. Многие в древности слышали Музыку Богов, были среди них и музыканты, но то что они сочиняли, становилось лишь жалким подобием этой, Божественной Музыки.
   — Возьмитесь за кристалл! — приказала Повелительница Драконов, подведя друзей к самоцвету.
   Голос Сианеллы неожиданно громко разнесся по залу, сама Богиня изменила облик, превратившись в шар слепящего белого пламени. Комок огня взлетел под потолок и встал прямо над огромным кристаллом.
   — Не двигайтесь, — приказал голос Богини.
   Свечение самоцвета становилось все ярче и ослепительней и вдруг из камня прямо в стоящих рядом с ним смертных ударили молнии. Они не испепеляли и не обжигали, наоборот, каждый из друзей чувствовал, как в него потоками вливается сила, родственная той, которая была у Повелительница Драконов. Музыка, звучавшая в зале стала громче, в нее добавились новые нотки, словно кто-то невидимый вплел в мелодию победный марш. Перед глазами друзей замелькали картины непередаваемо прекрасных мест и удивительных существ. Молнии продолжали бить из самоцвета, но становились все тоньше и тоньше, пока не исчезли совсем. Сверкание кристалла вновь ослабело.
   — Это и есть наша награда? — спросил Айдорн, невольно повторяя вопрос гнома, прозвучавший чуть раньше.
   — Да, — ответила Сианелла, вновь опустившаяся на пол и принявшая человеческий облик.
   — А что случилось-то? — поинтересовался Сималар
   — Вы все теперь бессмертны, — объявила Богиня и, видя изумление на лицах друзей, продолжила. — Вы никогда не постареете и никогда сами не умрете, вас можно только убить.
   — Вот это круто, вот теперь повеселимся, — сказал Дрэрк улыбаясь.
   Но Айдорна, Сималара и Микаэлу не обрадовал такой подарок. В ответ Богиня напомнила дрианорцу, что его дуэль с Сартором не окончена, и рано или поздно будет продолжение. Сималару с Микаэлой заявила, что радости совместной жизни для них теперь будут длиться вечно.
   — Лишить вас этого дара нельзя, — сказала девушка. — Но если вам начнут надоедать бесконечные приключения, а я предвижу — их будет много, вы всегда можете оставить Ванар.
   — Теперь пришло время мне вас покинуть, — с грустью в голосе произнесла Сианелла. — Для меня было настоящим удовольствием общение с вами, но… Меня ждут другие миры.
   Богиня по очереди обнялась со всеми и задержалась подле Айдорна.
   — Жаль, — грустно сказал дрианорец.
   — Ничего страшного, — сказала Сианелла одобряюще. — Ты меня скоро забудешь. Тем более, что на Дрианоре тебя до сих пор любит и ждет одна молоденькая эльфийка.
   — Кассиэль, — произнес Айдорн мечтательно и перед ним тотчас встал образ спасенной им девушки. — Неужели она меня еще помнит?..
   — Еще как помнит, — заверила его Повелительница Драконов. — И уже дала от ворот поворот десятку женихов, добивавшихся ее расположения. Так что не печалься, что расстаешься со мной, — и шепнула ему что-то на ухо.
   — Почему ты мне раньше не сказала! — удивленно вскрикнул Айдорн. — Я его когда-нибудь увижу?!
   — Когда-нибудь непременно увидишь, — заверила девушка. — Ну все… Мне пора, потому что как и вам не мешало бы отдохнуть.
   Богиня исчезла, на прощание ее голос разнесся под сводами зала:
   — Только не перемещайся отсюда, сначала покинь пределы Храма.
   Друзья постояли немного, молча прощаясь с Богиней, потом отправились к выходу из Великого Храма. По дороге и Сималар и Дрэрк, и Микаэла стали расспрашивать дрианорца о том, что же сказала ему Сианелла, перед тем, как исчезнуть. Айдорн сначала отнекивался, потом не устоял.
   — Она сказала, что у нее от меня будет сын.
   Спутники его онемели от услышанного, потом разразились восторженными возгласами.
   — Ну ты даешь, — сказал Дрэрк. — Мало того, что оторвал себе такую девушку, так еще и того…
   Сималар и Микаэла тоже поздравили друга, только в более приличных выражениях.
   Наконец все четверо вышли из Великого Храма. Айдорн произнес заклинание и друзья очутились на площади перед дворцом королевы Фэйнил. Их тут же заметили многочисленные горожане и под оглушительные приветствия провожали до самого входа во дворец. Не успел Айдорн с товарищами дойти до дверей, как навстречу им уже спешили и королева Фэйнил и князь Увилар, и Верховный тан Теодред. За тремя правителями торопилась их многочисленная свита.
   — Ты сделал это, — сказала этирийка дрианорцу. — Ты уничтожил Сартора!
   — Его войска бегут, отступают отовсюду, — добавил авейронец.
   — Ты действительно оказался достоин, — сдержанно произнес правитель Тар-ит-Карпаша.
   Через час во дворце состоялся пир в честь Айдорна и его друзей. На него собралось такое множество гостей, что правительница Этирии решила перенести празднество в сад. Слуги вынесли столы, расставили на них яства и скоро многочисленные приглашенные сидели в тени цветущих деревьев и поднимали кубки, восхваляя освободителя.
   Айдорн сидел во главе одного из столов, по правую руку устроились его друзья, по левую правители трех стран. До крайности смущенный дрианорец отмалчивался, когда его просили рассказать о поединке. Вместо него это делали его спутники. Особенно усердствовал в этом Дрэрк. Он расписывал их поход, добавляя столь красочные подробности, что слушавшие гнома гости разевали рты от удивления. Дрэрк умолчал только о превращении Сильвии и о Великом Храме, посчитав, что если будет нужно, Айдорн сам об этом расскажет. Когда он закончил повествование, его наградили оглушительными аплодисментами.
   — Представляете, о нас уже весь город говорит, — сказал он друзьям. — Это же великолепно, на старости лет прославиться и стать всеми уважаемым гномом.
   — А слава-то не твоя, а Айдорна, — заметил на это Сималар.
   — Ну и что! Думаешь он без меня справился бы? — заявил гном и встал, высоко задрав подбородок. Борода его воинственно топорщилась.
   Этим он до такой степени рассмешил друзей, что даже воспитанная Микаэла вынуждена была бросить еду, чтобы не поперхнуться.
   — Вы все мне очень помогли, — сказал Айдорн спутникам. — Без вас троих у меня мало что бы получилось. Так что Дрэрк прав — в этой победе есть и ваша заслуга.
   — Кстати о победе, — заметил сидевший рядом Увилар. — Почему с вами нет Сильвии? Мне казалось, что она твоя подруга, а Айдорн?
   — Она оказала неоценимую помощь в Цитадели, — ответил дрианорец печально. — Но она… ушла.
   — Выпьем же за то, что ее жертва была не напрасной! — предложил князь Авейрона.
   — Да нет, ты не так понял, — сказал Айдорн, грустно улыбнувшись. — Она не погибла, а в самом деле ушла. Дело в том, что эта девушка вовсе не была Колдуньей Сильвией.
   Дрианорец рассказал, что под личиной Сильвии скрывалась Богиня Сианелла. Поведал и о своем обучении у Драконов, когда она первый раз приняла свой настоящий облик. Рассказал и о том, как в Цитадели она удерживала Богов Тьмы, пока сам Айдорн бился с Черным Магом. Умолчал дрианорец только об их совместном путешествии к Великому Храму.
   — Значит мы были правы, когда считали что она не та, за кого себя выдает, — сказала Фэйнил Микаэле. — Только мы ошибались, думая, что она служит Тьме.
   В это время их беседу прервал один из королевских гвардейцев, подбежавший к повелительнице.
   — Народ требует героев, Ваше Величество, — сказал воин, почтительно поклонившись.
   — Придется вам удовлетворить желание моих подданных и выйти на улицу, — обратилась к дрианорцу и его друзьям Фэйнил.
   Когда они вышли из дворцового сада, глазам предстало незабываемое зрелище: вся огромная дворцовая площадь заполнена горожанами. Не осталось и пяди свободного места.
   — Да здравствуют избавители мира! — разнеслось над площадью, едва четверо друзей показались из ворот.
   Люди прорвались сквозь строй гвардейцев, охранявших вход, подняли героев на руки и понесли на площадь. Отпустили их только через час, когда небо совсем потемнело. Друзья вернулись во дворец помятые но довольные.
   — Ну как, приятно чувствовать себя героем? — спросил Сималар Дрэрка.
   — Немного укачало, но вообще-то очень даже. Представь только сколько девчонок сами завтра бросятся мне на шею.
   На самом деле как раз эльфа и Дрэрка помяли особенно сильно. Микаэлу пожалели, а Айдорну люди просто боялись выказывать одобрение чересчур. Все четверо отправились спать — устали до невозможности.
   Утром Айдорн стал прощаться с друзьями. Он хотел отправиться на Дрианор, посетить Тиалину, потом найти Кассиэль. Ту маленькую эльфийку, которую он спас от работорговцев. Как давно это было… Сималар и Микаэла тоже собирались уезжать, но позже. Они решили сначала отправиться в Авейрон, но потом девушке надо спешить в Хейрутан, чтобы по праву занять отцовский трон. Дрэрк же собирался отправиться в путешествие по Эординору. Позавтракав вместе с правителями, друзья начали прощаться.
   — Ну что ж, пора нам расставаться, — сказал Айдорн и крепко обнял друзей.
   — Ты смотри, не забывай нас там, на своем Дрианоре, — сказал Дрэрк, подозрительно часто моргая. — Я к тебе как-нибудь наведаюсь в гости.
   — Обязательно, — согласился дрианорец. — Все вместе приезжайте.
   — Ты сам, как устроишься, побывай у меня в Хейрутане, — предложила Микаэла, целуя друга в щеку. — И в Авейроне у моего мужа тоже.
   — Само собой, — сказал Айдорн. — Посмотрю, какой ты станешь королевой.
   Сималар не стал ему ничего говорить, лишь молча сжал в объятьях.
   Потом к белому Магу подошли три правителя. Они дали ему право свободного прохода по своим странам и заверили, что он всегда будет желанным гостем при их дворах, когда бы ни появился.
   Попрощавшись со всеми, дрианорец вышел из дворца и исчез из Вистакора чтобы появиться уже на Дрианоре. Он переместился в лес недалеко от Тиалины и отправился в свою деревню, окутанный воспоминаниями.
   Наконец-то он снова дома. В ноздри бил почти забытый аромат джунглей, ноги приминают траву, в которой столько игр было в детстве. Вокруг до боли знакомые джунгли. Он совсем недалеко от деревни: вон дерево, на котором у него и Фая была хижина, вон там они со Свиором и Бренном рубили кусты, воображая что сражаются с чудовищами.
   Вот наконец показалась и деревня. Все тот же частокол, отгораживающий обжитое человеком пространство от леса, те же приземистые домики. Айдорн направился внутрь, надеясь найти свой дом. Пока он шел по маленькой улочке, на него смотрели незнакомые мужчины и женщины. Вот и кузница. И из нее, как и прежде валит дым. Сердце дрианорца кольнула надежда, но заглянув внутрь он обнаружил там совершенно незнакомого человека.
   Да, это все та же Тиалина, но она больше не его деревня. Здесь не осталось никого, кто помнил бы Айдорна. Он даже не стал подходить к дому, в котором жил когда-то вместе с отцом и матерью. Те времена ушли безвозвратно.
   Вокруг него стали собираться люди, с удивлением взиравшие на странного незнакомца в развевающихся белоснежных одеждах. Айдорн ушел из деревни. Теперь он знал, зачем Сианелла сказала ему про эльфийку. Девушка знала, что вернувшись сюда он больше не будет ощущать Тиалину своим домом.
   С новообретенными знаниями молодому Магу не составило большого труда найти расположившийся совсем недалеко от деревни эльфийский город, а в нем найти и Кассиэль. Подойдя к стенам из Радужного камня, совсем как во сне, виденном им давно на Дрианоре. Стоявшая на воротах стража не посмела остановить белого Мага и он беспрепятственно пошел по городу. Он быстро нашел нужный ему дом и постучал в дверь. Открыл престарелый слуга.
   — Мне нужно видеть Кассиэль, — сказал Айдорн.
   — Госпожа никого не принимает, — последовал ответ.
   — Я знаю, меня она примет! — произнес дрианорец настойчиво и вошел в дом.
   Слуга проводил его до закрытой комнаты и постучал.
   — Да, — послышался из-за двери нежный девичий голос.
   — Госпожа, к вам пришли, — сообщил старый слуга.
   — Если это кто-нибудь из женихов, пусть убирается! — теперь девушка говорила с явным недовольством.
   Айдорн открыл дверь и вошел внутрь.
   — Я пока еще не твой жених, но очень хотел бы им стать, — сказал он.
   Эльфийка сидела за вышиванием и с удивлением обернулась к вошедшему. Молодой Маг вновь видел ту, которую спас когда-то: детское еще лицо с мягким загаром, большие фиолетовые глаза, маленький носик, полные алые губы. Ее длинные светлые волосы завиты несколькими косами, спускающимися до пояса. Светло-голубое платье настолько прозрачно, что почти не скрывает молодого тела. На лице девушки ясно читалось негодование, но сквозь него проглядывала затаенная печаль. Однако постепенно выражение недовольства сменилось радостью, девушка отбросила шитье и бросилась на шею вошедшему.
   — Айдорн, неужели это ты?! — спросила прекрасная эльфийка, не веря своим глазам.
   — Я, собственной персоной.
   — А почему на тебе такие странные одеяния?
   — Тогда я был воином, а теперь я Маг.
   — Я тебя так ждала, так ждала, — произнесла девушка и расплакалась.
 
   Через месяц они сыграли пышную свадьбу, на которую дрианорец собрал всех друзей и знакомых. Поздно ночью, когда торжество окончилось, дрианорец лежал на мягкой постели вместе со своей женой.
   — Наконец-то все позади и я могу спокойно уснуть, — прошептал он, закрывая глаза.
   Отец и мать отмщены, мир спасен. Рядом лежит его Кассиэль, где-то рядом верные друзья, готовые поддержать в трудную минуту. Белый Маг Айдорн уснул спокойным, безмятежным сном, каким не спал уже очень, очень давно…