Хотя трёхдневная система составления боевого порядка ВВС Коалиции оказалась прекрасной идеей, использовать её было сложно. В течение войны она постоянно вызывала раздражение командиров подразделений, а 19 января чуть не привела к катастрофе. Получив распоряжения по боевому порядку, командиры крыльев и эскадрилий просто оказались во временном цейтноте, распределяя боевые задачи. В результате одни группы располагали избыточными средствами подавления ПВО противника, а у других едва хватало зенитных ракет. Некоторые самолёты-заправщики были перегружены работой, тогда как другие находились вне зон маршрутов и не могли поддержать назначенные на этот день налёты.
   Тем не менее, принимая во внимание огромные объёмы согласований, необходимых для обеспечения операций дня, можно сказать, что боевые вылеты 19 января прошли с небольшим количеством осложнений. В боевой порядок ВВС Коалиции на 19 января, кроме других, вошли 23-я тактическая истребительная эскадрилья и подразделения, составившие Смешанное авиационное крыло. Они начали осуществлять налёты в Северный Ирак из Инджирлика (Турция). Крыло, общим количеством превышающее сто самолётов, составляли F-4G, F-l6C, F-111E, EF-111, F-l6E, EC-130, KC-135 и АВАКС. 23-я тактическая истребительная эскадрилья представляла собой смешанную эскадрилью, в которую вошли главным образом «Уайлд Уизлы» F-4G и «Иглы» F-16C из европейских эскадрилий.
   В Европе пилотов этих F-16C и F-4G готовили к выполнению заданий малой дальности на малых высотах по подавлению ПВО наступающей Советской армии. Им пришлось быстро перестраиваться на работу в Ираке: требовалось летать на расстояния в сотни километров в глубь иракской территории и подавлять ПВО противника со средних и больших высот.
   В ВВС Коалиции турецкие операции Смешанного авиационного крыла обозначали как «удары задней дверью». Крыло посылало в Северный и Западный Ирак не менее трёх штурмовых групп в день. Некоторые из них были огромными, до шестидесяти машин, их строй растягивался на 65 километров. Пилоты называли такой строй «65-километровым убийцей». Операции из Турции открыли второй фронт воздушной войны. Теперь союзники могли атаковать любую точку в Ираке без необходимости совершать перелёты в тридцать пять часов из континентальной части Соединённых Штатов или в семнадцать часов с военно-морской базы на острове Диего-Гарсия.
   Воздушные налёты на южные районы Ирака продолжались с прежней интенсивностью. На третий день боевых действий предусматривались три больших волны истребителей F-16 для первых дневных налётов на иракскую столицу. Назначенный на раннее утро рейд так и не состоялся вследствие проблем с планированием и оперативным управлением. Второй волне из пятидесяти самолётов в полдень изменили задание на бомбардировку объектов обслуживания ракет «СКАД» на базе H-3 в Западном Ираке. И только группа Q, третья запланированная волна, единственная нанесёт 19 января удар по Багдаду.
   На Кувейтском театре военных действий массированные налёты начались в 6 часов утра: четыре B-52 разбомбили дивизию Республиканской гвардии Ирака «Медина». Волна за волной самолёты B-52, F/A-18 и F-l6 почти до полуночи атаковали позиции дивизий Республиканской гвардии Ирака «Медина», «Хаммураби» и «Тавакална»[8].
   В середине дня большая волна американской авиации вылетела из Саудовской Аравии, взяв курс на север, на Багдад. Группа Q (более восьмидесяти самолётов) осуществляла первый дневной налёт на столицу Ирака и столичный регион. Этот рейд станет самой крупной скоординированной воздушной атакой Войны в Заливе.
   Примерно в 560 километрах к югу от саудо-иракской границы группа Q встретилась с самолётами-заправщиками, «дозаправилась» и около 16 часов двинулась к Багдаду. Возглавляли атаку четыре истребителя F-15C, за которыми шли восемь F-4G «Уайлд Уизел» и два EF-111 «Рэйвен». Истребители F-l5 будут прикрывать группу от иракской авиации, а самолёты F-4 и EF-111 – подавлять средства ПВО противника. Сразу за передовым отрядом двигалось семьдесят два F-l6, каждый нёс по две 2000-фунтовых бомбы.
   Капитан Сезар «Рико» Родригес осуществлял боевое патрулирование границы Саудовской Аравии. Во время полёта он получил приказ присоединяться к собирающейся воздушной армаде, сопровождать четыре передовых F-15E и одну из первых групп F-16 при ударе юго-западнее Багдада. Капитана Родригеса с его ведомым Гэри Андерхиллом поставили контролировать воздушное пространство позади передовых частей ударной группы и прикрывать их отход из района цели.
   Взяв курс на север, Родригес и Андерхилл вывели свои F-15C выше и позади ударной группы. С высоты 9144 метра они имели прекрасный радиолокационный обзор далеко впереди атакующей группы. Когда F-15 и F-16 завершали бомбардировку и разворачивались в южном направлении, на радаре Рико появились два иракских самолёта. Оба F-15C пошли вниз к самолётам противника на скорости 1.1 Маха.
   Под собою капитан Родригес видел, что американские ударные самолёты рванулись на юг, а иракские «миги» преследуют американцев. Оба иракца взяли в прицел замыкающий F-16. К счастью, «миги» находились вне зоны поражения, а F-16 обладал превосходящей скоростью и уходил от них.
   Родригес и Андерхилл круто нырнули к целям. Иракские пилоты были так увлечены погоней за американским самолётом, что не замечали снижающиеся к ним «Иглы», пока один из «мигов» не обнаружил на себе луч сопровождения цели капитана Родригеса. Как только иракские лётчики поняли, что из охотников превратились в дичь, они прекратили погоню, развернулись на север и отступили.
   Родригес решил не преследовать отступающие самолёты. Он и его ведомый уже практически легли на обратный курс, но тут диспетчер АВАКСа объявил о двух «засвеченных» целях всего в 20 километрах от их позиции. Эти перехватчики преследовали отряд из A-7 авиации ВМС, который покидал район после участия в грандиозной бомбардировке.
   Для современного реактивного истребителя 20 километров слишком близко для спокойной работы. Требовалось действовать стремительно. Родригес положился на интуицию. Он сбросил внешние подвесные топливные баки и захватил на автоматическое сопровождение ведущего иракца, который уже находился всего в 12 километрах. Андерхилл и Родригес сократили расстояние до 8 километров, ожидая идентификации подтверждением от диспетчера АВАКСа. Поскольку в районе присутствовало много авиации, оставались сомнения, «свой» это самолёт или «чужой». Капитан Родригес удерживался от огня, пока собственными глазами не увидел, что приближающийся истребитель иракский. Убедившись, он дал подтверждение своему ведомому, затем круто свернул с линии огня. В этот момент Андерхилл захватил цель и выпустил ракету с радиолокационной головкой наведения AIM-7. Первый «миг» взорвался – БУМ!
   Второй «миг» летел прямо на Родригеса. Капитан перешёл к обороне и сделал несколько крутых виражей, выходя иракцу в хвост. Пытаясь уклониться от F-15, иракский пилот перевернулся на спину и начал делать петлю вниз, этот манёвр называется «сплит-S». Однако в пылу сражения лётчик забыл о высоте: он находился не выше 305 метров. С такой высоты у него не было шансов завершить начатый манёвр. Он воткнул свой самолёт прямо в землю – БАХ! Весь бой продолжался менее двух минут.
   Вторая группа из F-16, под кодовым названием «Коллар», направлялась к ядерному исследовательскому центру площадью 130 га в южном предместье Багдада Таваита, на берегах реки Тигр. Именно этот центр бомбили израильтяне в 1981 году. Иракцы впоследствии заново выстроили реакторы, которые были полностью разрушены бомбёжкой. Теперь настала очередь американцев. Группа «Коллар» уклонялась от шквала ракет «земля – воздух» и зенитных снарядов, которые летели из хорошо укреплённой территории ядерного центра. Пилотам F-16 приходилось постоянно совершать манёвры, и все семь «Фалконов» группы «Коллар» сбросили 2000-фунтовые бомбы на цель с максимальной дальности, не нанеся существенного ущерба. К счастью, ни один из семи самолётов не был сбит, все благополучно вернулись на базу.
   Группа за группой «Фалконы» пикировали на назначенные объекты внутри и вокруг Багдада. Впервые иракцы могли своими глазами видеть цели. Огромное количество зенитных орудий непрерывно посылало в небо ракеты «земля – воздух». «Уайлд Уизлы» группы Q быстро расстреляли все свои ракеты «ХАРМ» и повернули обратно.
   Заключительным отрядам F-16 пришлось очень нелегко.
   Майор Джеффри Тайс (позывной «Строук 1») вёл на цели в Багдаде одну из последних групп, в которую входило шестнадцать F-16. Четыре самолёта атаковали Главное управление ВВС Ирака в центре столицы, ещё четыре бомбили штаб-квартиру Республиканской гвардии, а лично Тайс повёл остальные восемь «Фалконов» на нефтеперегонный завод. «Всё было довольно спокойно, пока мы не оказались в 65 километрах южнее нашей цели, вот тут действительно началось», – вспоминал Тайс.
   В районе Багдада было облачно. В просветы между облаков Тайс и его товарищи с трудом успевали заметить нужные объекты. Когда же майор Тайс набрал высоту для атаки, облака немного разошлись, открыв нефтеперегонный завод. «Строук-1» спикировал и положил бомбы точно в цель. Нефтеперегонный завод охватило пламя.
   Через несколько секунд иракская зенитная ракета настигла «Строук-4», когда тот уже отходил от цели. Капитан Гарри M. Робертс сумел катапультироваться, прежде чем его F-16 рухнул на землю. В небо взмыла вторая ракета, она шла прямо на майора Тайса. «Строук-1» не смог увернуться, и ракета серьёзно повредила самолёт. Майор Тайс отчаянно старался удерживать повреждённый F-16 в вертикальном положении, затем повернул на юг. Несколько самолётов двигались на близком расстоянии от Тайса, пытаясь оказать помощь. Всё кончилось тем, что они беспомощно летели рядом, способные лишь говорить майору слова поддержки по радио. «Строук-2» радировал Тайсу, что он находится в 330 километрах от границы и держит курс на юг.
   Вскоре стало ясно, что машина майора Тайса не дотянет до своей территории. Еще несколько секунд, и двигатель заглох, затем появилось сообщение о пожаре в отсеке двигателя. Майор хладнокровно доложил о своём положении и катапультировался на высоте 6000 метров при скорости 320 километров в час. Катапультируемое кресло вынесло пилота из разбитого самолёта. Парашют спокойно возвращал майора Тайса на землю. Пролетев сквозь облака, Тайс увидел, что вот-вот опустится в центр лагеря бедуинов. Времени, необходимого, чтобы ускользнуть от бедуинов, у него не было. Они сразу же набросились на лётчика. Иракские кочевники доставили майора Тайса в местное отделение полиции за вознаграждение в десять тысяч динаров. Его отвезли в Багдад, пытали, допрашивали и посадили в тюрьму.
   37-е тактическое истребительное крыло ВВС США базировалось в Хамис-Мушайте, скрытом горами на юго-западе Саудовской Аравии. Оперативная секция крыла получила донесения с оценкой повреждений реакторов в Таваите от бомбардировки группы «Коллар». Пилотам «Найтхоков» приказали начинать планирование налётов самолётов-невидимок на ядерный исследовательский центр.
   37-е крыло включило Таваиту в расписание в течение сорока восьми часов. Пилотов проинформировали о рейде глубокой ночью в 20 часов. К 23 часам все находились в своих самолётах и начали предполётные проверки. В полночь почти невидимые бомбардировщики поднялись в воздух. Их маршрут к цели и обратно составлял 3336 километров. Подойдя к иракской границе, они состыковались с самолётами-заправщиками, чтобы дозаправиться топливом перед полётом над территорией противника.
   Первыми в район цели прибыли самолёты РЭБ, начавшие радиоэлектронное подавление вражеских радиолокационных средств. Иракские командиры быстро сообразили, что за этими действиями американцев последуют бомбардировки. Защитники Таваиты немедленно открыли огонь, заполняя ночной воздух смертоносными потоками зенитных снарядов и ракет. Они продолжали извергать в небо над ядерным центром свинец, пока стволы их орудий не раскалились настолько, что стрельбу пришлось прекратить, дабы они не развалились. Через две минуты над целью появились F-117, они сбрасывали бомбы с лазерным наведением с интервалом в две секунды. Меньше чем через минуту «Найтхоки» уже поворачивали домой. Они возвращались в Таваиту несколько раз, пока не убедились, что центр полностью выведен из строя. В результате их бомбардировок были полностью уничтожены два реактора и несколько зданий, третий реактор получил серьёзные повреждения.
   Однако известия о ходе воздушной войны 19 января остались в тени известий об обстрелах «СКАДами». Перед рассветом по Израилю было выпущено ещё три «СКАДа». Днём в страну начали прибывать два батальона американских ракетных комплексов «Пэтриот». Впервые в своей истории Соединённые Штаты развёртывали собственные силы на территории Израиля. «Пэтриоты» немедленно встали на боевое дежурство по защите населения от новых атак «СКАДов».
   Прибытие комплексов «Пэтриот» освещалось широко, а вот об операции «Охота на «СКАДы» говорилось мало. Однако на её проведение бросили огромное количество авиации. Многим самолётам отменили запланированные боевые задания. Целую ударную волну, которая должна была бомбить центр Багдада, отправили атаковать базы H-2 и H-3. Американские разведывательные спутники в постоянном режиме отслеживали запуски «СКАДов». Ещё больше авиации вступило в бой с прибытием в Персидский залив авианосца ВМС США «Теодор Рузвельт». Он добавил новое авиакрыло к двум другим, уже выполняющим боевые вылеты с авианосцев «Мидуэй» и «Рейнджер». При интенсификации налётов американцев на Республиканскую гвардию Ирака потерпел крушение один F-4G. Это случилось над территорией Саудовской Аравии: самолёт пытался вернуться на базу, получив серьёзные повреждения от огня зенитной артиллерии. Оба члена экипажа катапультировались и выжили.
   Союзники продолжали бросать на иракцев всё, что только можно. Даже подводный флот ВМС США внёс свою лепту – быстроходная ударная подводная лодка «Луисвилл» (SSN-724) запустила по Ираку крылатую ракету «Томагавк». Впервые в истории войн погружённая подводная лодка атаковала наземную цель.

4. Перемалывание живой силы Саддама

   К 20 января общее количество самолёто-вылетов превысило семь тысяч. Однако всё чаще самолеты возвращались с заданий с полным боезапасом на борту. Жёсткий порядок боевого применения требовал, чтобы пилоты, прежде чем открывать огонь, получали положительное опознавание цели. Такие ограничения были введены для сведения к минимуму количества жертв среди мирного населения, а также ради экономии боеприпасов. Погода ухудшалась, а плохая видимость затрудняла уверенное опознавание объектов. Сложные погодные условия тоже заметно затянут воздушную кампанию.
   Несмотря на плохую погоду, итальянский контингент «Торнадо» вылетел на выполнение второго боевого задания в этой войне. Группа из восьми итальянских самолётов получила приказ бомбить иракские позиции в Южном Кувейте. Вследствие имевших место на прошлом задании затруднений с дозаправкой в воздухе заправщиками KC-135 только четыре машины из восьми «Торнадо» несли бомбы и атаковали цель. Остальные имели внешние подвесные топливные баки и пополняли запасы топлива своих сослуживцев. Эта система дозаправки в воздухе однотипным самолётом оказалась значительно более эффективной, поэтому итальянцы до конца войны использовали баки «товарищей».
   Облачность также мешала работе Группы оценки степени нанесённого ущерба. Требовалось точно определить цели как разрушенные, прежде чем они исключались из общего списка. Подавляющее большинство задействованных разведывательных спутников имело сенсоры визуального наблюдения. Иначе говоря, они могли «видеть» цели на поверхности земли только при безоблачном небе. ВВС США предпочли системы наблюдения космического базирования разведывательным самолётам современных технологий и сняли с вооружения сверхзвуковой стратегический разведчик SR-71 «Блэкберд». В эксплуатации оставался только устаревший U-2. Таким образом, наши возможности собирать разведывательные данные серьёзно сократились. Единственным дополнительным вариантом оказались разведывательные полёты на малой высоте истребителей F-14 и F-15. Однако этот вариант не только был рискованным, но и сокращал количество возможных боевых самолёто-вылетов. Война шла, но «Охота на «СКАДы», сорвавшиеся задания и недостаток своевременных данных для оценки степени нанесённого ущерба замедляли её ход до черепашьего шага. Плохая погода продержалась по 23 января.
   Несмотря на проблемы с оценкой нанесённого ущерба, военный пресс-секретарь объявил, что «союзные бомбардировщики полностью разрушили реакторы иракского ядерного центра и систему противовоздушной обороны страны», а также, что «серьёзно сокращены возможности вещания национальной теле– и радиовещательной компании Ирака». Потери сил Коалиции возросли до пятнадцати самолётов, девять из которых являлись американскими. Одним из пострадавших самолётов был F-15E из 4-го тактического истребительного крыла. Пилот – полковник Дэйвид Эберли, оператор бортового вооружения – Томас Гриффит. Их сбила одна из трёх выпущенных по ним ракет «земля – воздух». Эберли и Гриффит катапультировались и три дня успешно избегали встреч с иракцами, продвигаясь в сторону Сирии. Удача покинула их уже на границе, обоих захватили в плен, отправили в Багдад и там посадили в тюрьму. Другой самолёт, A-6E, был повреждён огнем зенитной артиллерии, однако смог возвратиться и совершить посадку на авианосец. Повреждения оказались настолько значительными, что ВМС записали самолёт в потери.
   20 января по Саудовской Аравии было выпущено девять «СКАДов». Большинство из них перехватили ракеты «Пэтриот». «Охота на «СКАДы» в Западном Ираке, по всей видимости, приносила плоды.
   По Израилю «СКАДами» не стреляли.
   1-й батальон 12-го (артиллерийского) полка морской пехоты при поддержке 1-го ЛМП батальона провел первый в этой войне рейд артиллерии. Именно эта артиллерийская часть морской пехоты первой открыла огонь и во время войны во Вьетнаме. Под покровом ночи подразделения 1-го ЛМП батальона покатились вперёд по пустыне. Приблизившись к границе Кувейта, бронемашины рассредоточились, чтобы создать щит между иракцами и уязвимыми артиллерийскими частями. Батареи «F» и «С» двигались на север позади машин пехоты. Как только они начали выдвигаться, был запущен дистанционно управляемый летательный аппарат, имевший задание прочёсывать местность севернее границы и обозначить цели. Беспилотники морской пехоты разработаны, чтобы летать над территорией противника, передавая на командный пункт видеосигнал реального времени. Аппараты оснащены приборами как дневного, так и ночного видения, но в плохую погоду они малоэффективны. Поскольку небо покрывали сплошные облака, морские пехотинцы не смогли обнаружить значимые цели.
   Пока беспилотники пробирались над расположением иракских войск, морские пехотинцы держали позиции охранения, а батареи «F» и «С» ждали команды «пуск». То ли иракцы расслышали в небе гудение беспилотников, то ли их насторожил радиообмен морских пехотинцев, но они объявили тревогу и запустили собственные беспилотные аппараты в поисках морской пехоты. К счастью, им так же не повезло с облаками, как и американцам. Иракцы не пали духом и начали вслепую расстреливать артиллерийские снаряды по пустыне. Примерно в 1 час ночи батарея «F» доложила о падающих снарядах, к тому же там заметили иракский беспилотник. Морские пехотинцы продолжали оставаться на позициях, ожидая указания цели.
   В конце концов около 3 часов утра командиры морской пехоты пришли к выводу, что беспилотник не сможет обнаружить запланированную цель, и дали приказ открывать огонь по заранее установленной второстепенной цели. Батарея «С» находилась вне досягаемости второстепенной цели и не стреляла. Батарея «F» примерно в 3 ч. 15 мин. дала залп. Затем обе батареи, а за ними прикрывающая часть, устремились на юг в безопасное место, закончив, таким образом, первый артиллерийский рейд.
   Следующей ночью иракские коммандос из 36-й пехотной дивизии (сто пятнадцать бойцов при поддержке артиллерии) атаковали разведывательное подразделение 1-й дивизии морской пехоты на полицейском посту (НП-6) у саудо-кувейтской границы. Восемнадцать морских пехотинцев отбили атаку и отошли с позиции, когда ожидался массированный артиллерийский обстрел. Начало наступления иракцы провели хорошо. Несколько бойцов вышли в тыл расположения морских пехотинцев. Они имели численное преимущество и возможность вести перекрёстный огонь, однако по неизвестной причине иракцы даже не попытались взять позицию.
   Скорее всего, этот отряд был разведывательной силой, прощупывающей наши позиции, и имел целью лишь обеспокоить подразделение морской пехоты огнём. Однако непонятно, почему отряд, имеющий численное превосходство и прекрасную позицию, не продолжил бой. Возможны два варианта. Первый: иракские перебежчики, которые перешли фронт на рассвете 21 января, сообщали, что вся их рота намеревается этой ночью сдаваться. Когда же отряд обнаружил, что пост занимают не арабы, а американцы, бойцы изменили своё решение, и огонь всего лишь прикрывал их отступление. Второй возможный вариант, как мне представляется, состоит в том, что иракцы шли с решимостью взять позицию, но один из пяти погибших в бою иракских бойцов являлся командиром отряда. Оставшись без руководства, иракский отряд отступил.
   21 января по Эр-Рияду и Дахрану было выпущено несколько «СКАДов». Ракеты «Пэтриот» перехватили минимум два, при этом ни один из остальных ущерба не нанёс. По Израилю уже второй день «СКАДов» не выпускали.
   Союзники сбили ещё два иракских самолёта, своих потеряли три. Одной из американских потерь стал F-14 ВМС США, которому ракета «земля – воздух» снесла хвост во время фоторазведки. Пилот лейтенант Девон Джоунз и оператор бортовой аппаратуры лейтенант Лоренс Слейд катапультировались. Каким-то образом они разошлись. Лейтенант Слейд попал в плен, а пилоту удалось уйти от иракцев и активировать свой радиомаяк. Два находившихся на патрулировании штурмовика A-10 «Тандерболт» (пилоты Рэнди Гофф и Пол Джонсон) поймали сигнал, вызвали помощь и барражировали в этом районе, пока не прибыл вертолёт специальных операций ВВС. Когда вертолёт уже приближался к пилоту сбитого самолёта, A-10 заметили иракский грузовик, двигающийся прямо на пилота и спасателей. Штурмовики тотчас развернулись и уничтожили машину огнём своих 30-мм пушек. Лейтенанта Джоунза подобрали и благополучно доставили на базу.
   22 января «СКАДы» снова полетели в Израиль и Саудовскую Аравию. На этот раз израильтяне были готовы: все «СКАДы» были перехвачены ракетами «Пэтриот».
   Сухопутные силы Армии Соединённых Штатов впервые познали вкус борьбы, когда бойцы 1-го взвода 3-го эскадрона 3-го бронекавалерийского полка наткнулись на саудовскую пограничную заставу, где шёл бой. Американские солдаты пришли на помощь союзникам-саудовцам и отвлекли на свои боевые машины «Брэдли» взвод иракцев. Последовала короткая схватка: два иракца были убиты, шесть взяты в плен, два американских кавалериста получили незначительные ранения.
   После заката 22 января камуфлированный вертолёт «Чинук» британских Королевских ВВС поднялся в ночное небо, взяв курс на Ирак. В вертолёте летели восемь вооружённых до зубов бойцов САС[9]. Они мчались над пустынной равниной со скоростью 168 километров в час. Пилот, прекрасно подготовленный к операциям в ночное время суток, мастерски обходил здания и линии электропередачи на территории противника. Восемь коммандос имели опасное задание перерезать подземные линии связи между Багдадом и местами запуска оперативно-тактических ракет «СКАД» в пустыне северо-западной части Ирака. Второй целью было найти и уничтожить пусковые установки «СКАДов».
   В 21 час «Чинук» едва коснулся земли в назначенной зоне приземления, за несколько секунд сержант Энди Макнаб со своей группой САС десантировался, а вертолёт исчез в ночной темноте. Теперь Макнаб и его бойцы (Винс Филлипс, Боб Консильо, Стив «Легз»
   Лэйн, Крис[10], Йэн «Дингер» Принг, Майк[11] и Малколм «Стэн» Макгаун) лежали тихой тёмной ночью в глубине территории Ирака примерно в 50-ти километрах к западу от авиабазы Эль-Асад. Сирийская граница от них находилась в 100 километрах на северо-запад.
   Группа выждала десять минут, привыкая к новым условиям, потом быстро выдвинулась из зоны десантирования в пункт сбора. Там они спрятали большую часть своего снаряжения и нашли безопасное место, чтобы укрываться в светлое время суток. Сложив снаряжение и установив оборонительный периметр, Макнаб и его люди отдыхали, ожидая наступления следующей ночи.