Эдмунд многозначительно посмотрел на Данаю, которая только пожала плечами:
   – Не понимаю, что ты имеешь в виду.
   – Ихтиане, – догадался Герцер. – Разве не говорили, что они обосновались после Спада у Южных островов?
   – Именно, – сказал герцог, – если ихтиане будут на нашей стороне, а также дельфиноиды, которые им подчинятся, и настоящие дельфины, мы сможем получить от них полную рекогносцировку приближающегося флота противника. Я буду крайне удивлен, если окажется, что Новая Судьба не прощупывала почву в этом направлении.
   – Значит, это дипломатическая миссия? – спросил Герцер. – Тогда почему отправляетесь вы? Да и я тут при чем?
   – Это дипломатическая миссия, влекущая за собой военные последствия, – сказал Эдмунд. – А я самый известный, чуть не сказал «печально известный», человек на Восточном побережье, и скорей всего, случись что, руководить обороной буду тоже я.
   – Да не скорей всего, а ясно, что будешь, – уточнила Даная.
   – Возможно. А Герцер – из тех же соображений.
   – Так что ж, значит, пока мы здесь зимуем, – огорченно заметила Рейчел, – вы будете гулять по Южным островам?
   – Шейда хочет, чтобы переговоры вел я. Она позволила мне взять в свою команду любого, кого я сочту нужным. Нужен мне Герцер.
   – Значит, ты все-таки оставляешь нас, уплывая на зиму в теплые края, – насмешливо сказала Даная.
   – Может быть, – серьезно, не поддерживая ее веселого тона, ответил Эдмунд. – Герцер классный офицер, но здесь не должно случиться ничего такого, с чем без него было бы не справиться. Кейн и Резерфорд вполне смогут отбить любые атаки, кроме разве что тотального вторжения. Но его не будет, я в этом убежден. Так что я могу ехать в полной уверенности, что город будет стоять на месте, когда я вернусь. Вопрос в том, выдержит ли город без обоих своих врачей?
   – Я не врач, – ответила Рейчел, – но я понимаю, что ты имеешь в виду.
   – Ну, если еще не врач, то – лучшая из студентов, – признал Эдмунд. – У меня есть причины взять с собой одну из вас или обеих. Честно, я бы предпочел Данаю. Не думаю, что будет разумно брать с собой вас обеих, если только мы не сможем обеспечить необходимую медицинскую помощь здесь.
   – А сколько времени это займет? – спросила Даная. – Переговоры, я имею в виду. Портал туда, портал обратно и неделя, максимум две, там.
   – Так-то оно так, но вот проблемка, – поморщился Эдмунд. – Шейда говорит, что это важно, но не настолько, чтобы портировать нас туда. Она работает над каким-то устройством, которое должно сократить утечку энергии при портировании, организовала один экспериментальный портал, так что может покидать свой дом и попадать обратно. Но он пока привязан к местности. Так что на настоящий момент в нашем распоряжении лишь лошади и ветер.
   – Как долго? – повторила Даная.
   – Месяц? Два? Может, больше, если погода будет неблагоприятная.
   – У меня есть здесь обязанности, – вздохнула Даная, – и еще есть Чарльз. Я не уверена, что хочу расстаться с ним так надолго. Я останусь.
   Сын Данаи родился в результате того, что ее изнасиловали вскоре после Спада люди Диониса Мак-Кейнока. Когда ребенок появился на свет, сразу стало ясно, кто внес мужские гены. Так же ясно, как и то, что отца больше не было в живых. Герцеру мальчишка нравился. От отца он унаследовал только внешность и разве что склонность к проказам.
   – Я хочу, чтобы вы серьезно обдумали то, что я сказал, – подвел итог Эдмунд. – Я предпочел бы, чтобы ты поехала, а Рейчел осталась. Даже если тебе придется расстаться с Чарльзом.
   – Почему? – спросила Даная и получила в ответ ничего не выражающий взгляд. – Эдмунд, хватит таинственности. Прекрати темнить!
   – Я не напускаю таинственность. У меня есть причины не говорить вам.
   – Ну да, причины! Просто это способ уходить от ответа, – сказала Даная с усмешкой.
   – Хорошо, приведу одну очевидную причину, – ответил Тальбот, помолчав. – Мы хотим союза с ихтианами, по крайней мере военного союза, но и торговое соглашение будет неплохо. Нам нужно знать, что их может заинтересовать, что мы можем поставлять. Я не говорю, что хочу послать вас побеседовать с женщинами, пока я буду вести «мужской разговор»…
   – И то хорошо! – улыбнулась Даная.
   – …но я скажу, что у нас разные сильные стороны и разные сферы знаний. Я бы взял Мирона, если бы считал, что сельское хозяйство может быть им интересно, но я думаю, что все связанное с… жизненным укладом будет более важным.
   – Я врач, а не антрополог, – возразила Даная. – Если на то пошло, у Рейчел больше знаний о доиндустриальных культурах.
   – Разумно. Но твоим суждениям я доверяю больше, чем ее.
   Эдмунд повернулся к дочери и посмотрел ей в глаза:
   – Я не хотел тебя обидеть, просто Даная…
   – Старше и мудрее? – сказала Рейчел, а затем покачала головой. – Я не обиделась, мне все ясно.
   Я могу оставить управление местной энергетической системой на Эмили, – предложила Даная, – у нее получится не хуже, чем у Рейчел. Я думаю, если что-то серьезное случится, мы сможем дать консультацию оттуда. Она точно справится с родами и небольшими ранениями. В Хотрам Ферри есть доктор Бохано, если что. Тальбот подумал и пожал плечами:
   – Выходит, ты едешь, Рейчел.
   – Когда мы отправляемся? – спросил Герцер.
   – Не раньше чем через неделю или две, – ответил Эдмунд. – Я не думал, что ты вернешься так быстро, и остальным нашим спутникам нужно время, чтобы добраться сюда.
   – И кто это? – спросила Даная.
   – Увидишь, – ответил Эдмунд. – Это сюрприз.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

   Выходя из кабинета, Джоэл заметил, как помощник Шейды, Гарри, чуть ли не подпирает дверь, и подумал, что и это надо взять на заметку. Дом в горах, который когда-то был просто жилищем Шейды Горбани, после Спада стал своеобразным штабом, местом встреч руководства Коалиции Свободы. Хорошо, что дом был просторным: многочисленные гости, официальные делегации и минимальный штат необходимых Шейде сотрудников размещались в нем вполне комфортно.
   Но вот добраться сюда было нелегко. После нескольких энергетических атак дом оказался окруженным целым озером кипящей лавы, и для того чтобы что-то доставить или увезти, нужен был портал, который съедал безумно много энергии.
   Пришлось, как Джоэл выяснил по пути, настроить постоянный портал. Шаг через арку – и вы уже где-то в другом месте. Вряд ли уровень энергии у него был высоким. За все время, пока инспектор был здесь, через портал прошло не более дюжины человек.
   Гарри вместо того, чтобы направиться к порталу, жестом поманил инспектора в другую сторону. Джоэл заметил, что помощник Шейды прихрамывал.
   – Я нашел тебе транспорт, – сказал Гарри, когда они вошли в небольшой кабинет, пропахший пылью и плесенью. Комната без окон, очевидно, раньше служила спальней. Теперь там стояло три письменных стола и возвышались горы коробок с бумагами.
   Гарри вытащил стопку бумаг и маленькую торбу, в которой что-то звякнуло, когда он поставил ее на пол.
   – Золото снова стало международной валютой, – объявил Гарри с ироничной усмешкой. – Постарайся не попасть в лапы грабителей.
   – Постараюсь, – пообещал Джоэл, дружелюбно улыбаясь. Он открыл торбу и вывалил содержимое на стол. – Я беру, и что, нужно расписываться?
   – Да, и отчет придется составить, – сказал Гарри. – Ты знал Шейду до Спада?
   – Мы были знакомы, – ответил Джоэл, складывая слитки аккуратным столбиком. – Я до Спада изучал историю бизнеса и менеджмента. Она хочет, чтобы я занялся снабжением в Вашане и других поселениях на Восточном побережье.
   – Смотри не путайся под ногами у Эдмунда, – посоветовал Гарри и скривился, хлопнув себя по бедру. – Это он мне удружил.
   – Хромотой? – уточнил Джоэл и размашисто, не глядя подписал расписку о получении аванса. На самом деле он уже прочел ее – вверх ногами, пока Гарри держал листок в руке, и указанная там сумма не совсем совпадала с наличностью. Он только что расписался в получении слитка золота, равного оплате двух месяцев труда рабочего на ферме, но получил меньше.
   – Сразу после Спада было дело, – сказал Гарри. – Эдмунд прошелся мечом по моей кольчуге и сделал дыру прямо в бедре. Он всегда говорил, что единственный способ сражаться – это иметь намерение убить. До этого я как-то не думал, что он это серьезно.
   – А он, по-твоему, не знал, что произойдет? – спросил Джоэл, вытаращив в ужасе глаза. – И тебе разве не помогли? Нет, энергии мало, но все же…
   – Ну… Мы не знали, что щиты больше не работают, – признал Гарри. – Ну да, Шейда над этим поработала, но все же не до конца.
   Способ лечения, применяемый в таких случаях, либо срабатывал, либо нет, по крайней мере когда дело касалось большой потери ткани. Поврежденные части тела не просто сшивались, их сращивали на клеточном уровне. Это означало, что любые остаточные явления были психосоматическими.
   – Я постараюсь, чтобы меня никто не задел, – сказал инспектор. – Так что за транспорт?
   – Шейда хочет, чтобы ты летел на виверне, которая направляется туда, – сказал Гарри, бросив на инспектора подозрительный взгляд. – Похоже, она всерьез решила заняться снабжением.
   – Просто оптимальное использование ресурсов, – пожал плечами Джоэл. – Как мне найти эту виверну?
   – Не боишься? – недоверчиво спросил Гарри.
   – На самом деле даже рад, – улыбнулся Джоэл. – Всяко лучше, чем в карете.
   – Ну что ж… пройдешь портал, там спросишь Роберта Скотта, это координатор транспорта. Он будет знать, куда вам нужно, – сказал Гарри, вставая и протягивая Джоэлу руку. – Удачи.
   – И тебе, – ответил Джоэл. – Уверен, что скоро увидимся.
   – Уверен?
   – Конечно. Занятия снабжением порою творят чудеса.
   – Есть некоторые вопросы, которые я бы предпочел решать отдельно, – сказал Чанза, рассматривая нового помощника. – Они отнимают у меня время и энергию. То, что необходимо для подготовки вторжения.
   – Понятно, – кивнул Коннор.
   Он поставил перед собой на стол какой-то старомодный пишущий прибор и положил стопку бумаги, на которой, кивая Чанзе, делал заметки.
   – Сейчас передо мной стоят две глобальные проблемы. Первая – попытки установить политически выгодный климат для нашего вторжения, и вторая – операция Эдмунда Тальбота – его стремление установить союз с подводными жителями.
   – У нас есть китоны, – заметил Коннор, – они справятся с ихтианами.
   – Ихтиане издавна дружат с дельфиноидами, – продолжал Чанза, не обращая на него внимания, – которых, в свою очередь, очень высоко ценят те несколько идиотов, которые превратили себя в настоящих китов. А они носятся по всем океанам. Все эти существа в ту же секунду, как мы выступим, будут знать, где наши суда. Необходимо их нейтрализовать. И я имею в виду абсолютно нейтрализовать: либо они с нами, либо – уже не смогут ни на что повлиять. Вторжение и так на грани возможного.
   – Ясно, – кивнул помощник. Чанза вдруг осознал, что Коннор не делает заметок, а бесцельно чиркает по бумаге. – Где ихтиане сейчас и какими ресурсами мы располагаем на данный момент? Мне понадобится доступ к энергии для связи и бюджет, не говоря уж о последних данных разведки.
   – Могу дать все, кроме энергии, – сказал Чанза. – С тех пор как этот идиот Мак-Кейнок позволил им себя убить, энергии не хватает даже нам, членам Совета.
   – Мой господин, вряд ли будет возможно выполнить эту операцию без энергии, – сказал агент, закрывая блокнот. – И вот еще кое-что. Чтобы добраться до ихтиан, нужны корабли. И солдаты, чтобы общаться с китонами. Я работаю так, мой господин: вы говорите мне, что нужно сделать, и я это делаю. По-своему.
   – Это уже наглость, – выдавил Чанза, сжав челюсти.
   – Мне жаль, что вы это так воспринимаете, мой господин, – сказал агент, – но это мой стиль работы.
   – Почему бы тебе не запросить энергию у Демона? – попробовал изловчиться Чанза.
   – Я не работаю на лорда Демона, – сказал агент с искренней улыбкой, – я работаю на вас. Просить его об энергии было бы наглостью. И он об этом прямо скажет.
   Чанза усмехнулся и кивнул:
   – Я составлю список того, чем мы располагаем. Подыщи себе помещение, здесь полно свободных пещер. Дай мне список, в пределах разумного, того, что необходимо. И вот еще, я говорил с Селин: кроме китонов, она предоставит тебе особых помощников. А все остальное – в твоих руках. Так что постарайся оправдать ожидания.
   – Я уверен, что оправдаю оказанное мне доверие, мой господин, – сказал Коннор.
   – Надеюсь, – пробормотал Чанза. – Иди.
   Портал представлял собой стену тускло мерцающего молочного тумана. Разглядеть то, что на другой стороне, было невозможно. Подойдя ближе, Джоэл заметил, что у входа в портал собралась небольшая очередь. Он занял место в ее конце, кивнув женщине, стоящей впереди. Инструктор задумался об этих людях, ожидающих своей очереди покинуть «святая святых» Коалиции Свободы и попасть куда-то в другое место. Он надеялся, что право доступа к этому порталу может получить не каждый, что существует хоть какая-то охрана, но, зная Шейду, опасался, что это не так.
   – Вы новенький, – заметила худощавая женщина, за которой он встал. Ростом она едва доходила Джоэлу до плеча.
   – Просто посетитель, – признался он. – У меня была встреча с Гарри по поводу организации снабжения.
   – Не так уж много можно сделать с одним-единственным порталом, – посетовала женщина, – доставить еду сюда и то проблема.
   – Вы повар? – спросил он, автоматически выуживая информацию.
   – Ага, у Самой, – ответила женщина с ноткой гордости в голосе. – Вот, собираюсь наружу поговорить с мясником. Мясо, что он прислал в последний раз, было просто отвратительно. Не то чтобы Сама много ест, Она, как птичка, честно говоря, это ужасно. Я пытаюсь Ее заставить поесть, но Она даже мои пирожки не ест. Не знаю прямо, что и делать.
   – Вы готовите для всех остальных тоже? – поинтересовался Джоэл, когда очередь двинулась вперед.
   – Поваров несколько, я в основном для Нее готовлю, – принялась объяснять женщина. – Иногда, когда Она собирает много народу, я и этим занимаюсь. У нас есть главный повар, но Она такая, знаете, нос задирает, просто примадонна. Ну вы понимаете.
   – Угу.
   – Но если действительно много народу, это на самом деле кошмар! Сначала доставь все через портал, потом гостей туда-сюда. Вы не представляете, сколько еды нужно для целого сборища, хотя, наверное, представляете, если занимаетесь снабжением?
   – Довольно смутно, – сказал Джоэл, очаровательно улыбаясь. – Я-то занимаюсь только бумажной работой. Мне не приходится готовить.
   – Конечно, вы просто не можете себе представить. Хорошо, что у нас хотя бы приличная кухня есть, но такая маленькая, и плиты можно было бы обновить… К счастью, я до Спада обучалась настоящей кулинарии. Никаких вам морковок-переростков, куриных бедрышек больше самой курицы, нет, сэр…
   Когда они прошли в распределительный отсек портала, Джоэлу удалось оторваться от женщины, и он мысленно простонал. Он не знал, кто отвечал за контрразведку у Шейды, но организация оставляла желать лучшего. Эти люди просто вообще ничего не смыслили в безопасности. То, что любая кухарка ходит туда и обратно, болтает с первым встречным, это само по себе плохо. Но если на портале нет хорошего фильтра, значит, кто угодно может пройти внутрь и выйти. Или внести все, что угодно. Пронести на кухню яд замедленного действия – нет проблем. Инспектор чуть было не вернулся, чтобы поговорить об этом с Шейдой, но после минутного размышления решил продолжить путь. Он все равно когда-то будет докладывать и обязательно спросит ее об этом позже.
   Портал вынес его в город Шиан. Джоэл первым делом нашел координатора транспорта и узнал, что его дракон отбывает поздно утром на следующий день. Уточнив, где найти дракона, инспектор отправился в город.
   Как в большинстве городов Севама, новые, уже после Спада возведенные постройки сразу бросались в глаза. Здесь многие дома были сложены из земляных кирпичей. Джоэл слышал, что в этих местах такой материал называют адобом. Шиан стоял у подножия западных гор, там часто можно было увидеть пастухов с равнин, из-за рано наступивших осенних холодов в грубых куртках из шкур бизонов. Горожан тоже было много. Побродив некоторое время, Джоэл нашел пункт обмена денег. Старое здание было едва ли не единственным каменным строением в Шиане. Инспектор подумал, что, возможно, оно было построено не только до Спада, а в вовсе легендарные времена первых поселенцев. У дверей стояли вооруженные короткими мечами стражи. Инспектор шагнул в открытую дверь.
   Внутри царил полумрак, свет проникал только через небольшие окошки, устроенные высоко под потолком. Джоэл подождал, пока глаза привыкнут к полумраку, затем подошел к стойке в дальнем углу зала.
   – Я бы хотел поменять немного золота на кредитки и слитки серебра, – обратился он через забранное решеткой окно к женщине за стойкой.
   – Покажите, – сказала она, доставая из ящика стола весы и лупу, какой пользуются ювелиры.
   Джоэл положил на стойку один слиток золота, гадая о том, поймут ли здесь, что это от Шейды.
   – Федеральная чеканка, – подняла брови женщина, едва глянув на золото. – Мы давно такого не видели.
   – Я тоже, – признался инспектор, стараясь улыбнуться как можно любезнее. – Я работал по контракту на федералов, и они вот этим со мной расплатились.
   – Все равно нужно проверить, – сказала женщина без тени улыбки.
   Она потерла слиток куском наждака, затем капнула на него кислотой. Раздалось короткое шипение, и она сравнила получившийся цвет с таблицей. Поджав губы, она положила золото на весы. Наконец она подняла голову уже не с таким хмурым выражением лица.
   – На это установлена фиксированная цена, – объявила женщина и, порывшись в ящике, достала лист бумаги. Она просмотрела информацию на бумаге и подняла взгляд. – Четыреста двадцать три кредитки.
   – Неплохо для работы на правительство, – сказал Джоэл. – Разменяйте их по возможности помельче.
   Женщина открыла кассу и вытащила несколько банкнот, бронзовых чеканных монет и серебро в слитках. Она положила серебро на весы и чуть-чуть добавила, затем просунула все под решетку.
   – Триста кредиток наличными, – сказала она, отсчитывая банкноты, – пять кусков в двадцать кредитов и двадцать три в серебре.
   – Я таких никогда не видел, – признал Джоэл, разглядывая банкноту.
   На одной ее стороне был орел ССШ, а на другой – чей-то портрет, инспектор понятия не имел, кто этот человек. На банкноте было написано: «пятьдесят кредитов». Он потер печать – чернила не смывались.
   – Это новые бумажные деньги, их недавно начали выпускать, – объяснила женщина. – Можно разменять ее на пятьдесят кредиток в любом штате. Даже в городах, которые официально не входят в ССШ.
   – Мне золото как-то больше по душе, – проворчал Джоэл.
   – Если передумаете, я верну вам ваше золото, но на два процента меньше – это сбор за проведение операции, – сказала женщина так, словно объясняла нечто очевидное неразумному младенцу. – А если вы откроете у нас счет, мы не возьмем проценты за проведение операций.
   – Значит, вы еще и как банк работаете?
   – Да, у нас федеральная лицензия, – сказала женщина, – это немного иначе, чем до того, как мы приняли устав. И мы застрахованы от потерь, что приятно. Слишком много ростовщиков и менял были ограблены после Спада. Теперь грабить банки – государственное преступление, и инспекторы из-под земли достанут того, кто осмелится ограбить федеральный банк.
   – Если не из-под земли, то с территории Новой Судьбы, – заметил Джоэл. – Ну что ж, я возьму это. Не посоветуете, где можно переночевать? Я завтра уезжаю.
   – Отель «Брайксон» неплох, – ответила женщина, показывая рукой налево, – у них хорошая кухня.
   – Спасибо за помощь, – улыбнулся Траванте, собирая деньги и рассовывая их по карманам. – Жаль, что не могу открыть счет.
   – Оставайтесь, – сказала женщина, – Шиан хороший город. Быстро растет. Почти вторая столица. Здесь всегда есть работа.
   – Я подумаю, – пообещал он. – Удачи.
   – А чем вы занимаетесь? – спросила женщина.
   – Выполняю самые разнообразные заказы, – сказал Джоэл, направляясь к двери. – Например, сейчас я спасаю мир.
   Человек, в настоящее время называющий себя Мартином Сент-Джоном, сделал глоток на удивление приличного вина и окинул взглядом переполненную таверну. Он ужинал один, заплатив за хорошее вино и плохую похлебку кусочками серебра, которые перекочевали в его карман из дорожной сумки случайно встретившегося в пути торговца. Покойный, похоже, провел удачную сделку в городе. Серебра – валюты, имеющей больший вес в Разин, чем «официальные» бумажные деньги Новой Судьбы, – хватило не только на ужин. Несколько кусочков еще приятно оттягивали карман молодого человека. Он даже подумывал о том, чтобы заказать еще вина.
   Эта небольшая гостиница, славящаяся своим вином, расположилась в каменном доме, стоящем на перекрестке дорог почти тысячу лет. С тех пор он успел побывать и частным жилищем, но возродил былую славу этого места последний владелец дома, воспользовавшись винным погребом и старинным мечом, чтобы снова открыть на перекрестке таверну.
   Его дела шли успешно до тех пор, пока к нему не нагрянул отряд Метаморфов и его владения перешли к закадычным друзьям новой власти.
   Меч по-прежнему висел на стене, но еда до прихода новых хозяев была лучше. Они и держались-то до сих пор лишь за счет винного погреба. Кто знает, может, со временем и они научатся готовить тушеное мясо.
   Впрочем, Мартину на данный момент казалось, что все вполне сносно. Он сидел в тепле, когда снаружи лил дождь, он набил желудок, и зрелый кларет настроил его на почти благодушный лад.
   Все было хорошо до тех пор, пока не открылась дверь и не вошел еще один посетитель.
   Высокий, худощавый человек снял широкополую шляпу и встряхнул ее, обводя помещение белесыми глазами.
   Все выпивающие и жующие посетители таверны подняли головы, чтобы посмотреть на него, но, встретившись взглядом с его зловеще белыми глазами, тотчас же вернулись к своим занятиям, и гул разговоров, на миг стихший, постепенно снова заполнил помещение. Мартин хотел надеяться, что человек с белыми глазами ищет кого-то другого. Но вошедший поймал его взгляд и, дружелюбно улыбнувшись, направился прямо к нему через весь зал.
   – Брат Мартин! – воскликнул белоглазый. – Какая приятная, в высшей степени неожиданная встреча!
   – Да уж, приятная, – недовольно скривился Мартин. – Какого черта ты хочешь, Коннор?
   Братство Розы существовало еще до Спада. В мире, где можно было получить все, что пожелаешь, как по мановению волшебной палочки, в совершении преступлений не было никакого практического смысла. От преступника требовались просто невероятная хитрость и сильнейшая, можно сказать, патологическая потребность творить зло. Возможно, именно поэтому в раю преступления принимали самые дикие формы.
   Для Братства это была игра, способ скоротать время между рождением и смертью в мире, наполненном роскошью. Лишить девушку невинности, предав ее доверие; найти то единственное, чем человек дорожит, и украсть это; убить в мире, где все защищены энергетическими щитами и нанотерапия неизменно берет верх над ядами и увечьями, – вот что составляло истинную радость членов Братства. Все это было трудновыполнимо и требовало хитрости и изощренного ума, особенно если учесть, что полиция Совета имела неограниченный доступ к технологиям расследования, близким к магическим. И «братья» зарабатывали дополнительные очки, делая такие вещи особенно красиво и стильно.
   У Коннора в Братстве был потрясающий рейтинг по очкам.
   После Спада навыки, приобретенные в Братстве, очень пригодилось Мартину, помогая ему оставаться в тепле, сытым и вполне комфортно устроенным, насколько это вообще было возможно в рухнувшем мире. Мартин и раньше догадывался, что его спокойной жизни должен был прийти конец, и почувствовал, что может произойти прямо сейчас. А может, все-таки нет?
   – Ну, как ты? – спросил Коннор, удобно устраиваясь напротив. Он махнул рукой молоденькому официанту, уже доведенному клиентами почти до истерики, и снова повернулся к Мартину. – Все развлекаешься?
   – Как видишь, – протянул Мартин, откидываясь назад. – Живу помаленьку. То так, то эдак.
   – Да, – сказал Коннор с улыбкой, – кто бы сомневался. Я шел по северной дороге, видел, там народ что-то рассматривает. Вроде как на какого-то местного купчишку напал бандит. Ужасная судьба. А ведь Пол старается, как может, стремится сократить преступность в подконтрольных районах. Думаю, этого мерзавца скоро поймают.
   Мартин попытался не поперхнуться вином, которое вдруг показалось ему похожим на уксус. До Спада если ты попадался, то оказывался под жесточайшим контролем. В самых крайних случаях, а то, что попадает именно в эту категорию, Мартин знал, могли приказать провести очистку памяти и в преступника внедрили бы милейшую, законопослушную личность.
   После Спада с преступлениями стали разбираться на местном уровне. Если вора ловили, местные власти имели привычку проявлять прямолинейность и твердость. Веревки были дешевы, и их, в конце концов, можно было использовать не один раз.