"Ты должен надеятся, что могу", ответил Дантраг своему буйному клинку. "Утегенталь предпочитает свой трезубец мечам. Если победителем окажется он, то Кхазид'хиа может оказаться в ножнах худшего бойца".
   Он будет носить меня.
   Дантраг отодвинул меч, не посчитав нужным отвечать на подобный
   абсурд. Кхазид'хиа, так же устав от бесполезного разговора, притих в раздумьях.
   Меч напомнил кое о чем Дантрагу. Он знал важность предстоящего нападения. И если он сможет победить молодого До'Урдена, вся слава достанется ему, но если его опередит Утегенталь, то Дантраг будет считаться вторым бойцом города, и этот ранг он сможет изменить только убив Утегенталя. Мать никак не будет рада подобным событиям, это Дантраг хорошо понимал. Дантраг вел жалкую жизнь, когда еще не погиб Закнафейн До'Урден, Матрона Баэнре постоянно вынуждала его сразить легендарного мастера оружия.
   Сейчас, пожалуй, Матрона Баэнре не даст ему и этого шанса. Теперь, когда Бергинион входит в возраст воина, Матрона Баэнре может просто принести Дантрага в жертву и отдать позицию мастера оружия своему младшему сыну. Если она сможет доказать, что это было сделано ввиду превосходства Бергиниона, это снова посеет сомнения, какому из Домов принадлежит лучший мастер оружия.
   Решение было простым: Дантраг должен был добраться до Дриззта первым.
   ГЛАВА 8
   НЕ НА СВОЕМ МЕСТЕ
   Беззвучно он шел по темным тоннелям, его глаза сияли, отслеживая изменения в палитре цветов пола и стен, что могло означать тупики - или врагов. Казалось, он находился в привычном окружении, создание Подземья, двигавшееся с характерной тихой легкостью и осторожностью.
   Тем не менее, Дриззт совсем не чувствовал себя дома. Он уже спустился ниже самых глубоких тоннелей Митрилового Зала, и спертый воздух давил на него. Почти два десятилетия он провел на поверхности, изучая правила жизни внешнего мира. Эти правила отличались от законов Подземья, как лесной цветок от грибов глубинных пещер. Человек, гоблин, даже эльф с его обостренными чувствами, не заметили бы движущегося Дриззта даже в нескольких футах, но сам он чувствовал себя неуклюжим и чересчур громким.
   Каждый шаг вызывал у рейнджера-дроу страх, что эхо его разнесется по голым каменным стенам на сотни ярдов. Это было Подземье, место где слух и обоняние были куда важнее зрения.
   Дриззт провел две трети своей жизни в Подземье, и немалую часть из оставшихся двадцати лет под землей в пещерах клана Баттлхаммер. Однако сам он не считал себя более обитателем Подземья. Сердце его осталось позади, в горах, под звездами и луной, рассветом и закатом.
   Здесь же была страна беззвездных ночей - нет, не ночей, одной единственной нескончаемой беззвездной ночи, решил Дриззт - страна застоявшегося воздуха и жутковатых сталактитов.
   Ширина тоннеля постоянно изменялась, иногда приходилось с трудом протискиваться, иногда могла идти дюжина в ряд. Пол тоннеля имел легкий наклон, поэтому Дриззт постоянно спускался все глубже, но потолок шел почти параллельно, и высота оставалась примерно вдвое выше пяти с половиной футов дроу. Долгое время Дриззту не попадалось боковых пещер или коридоров, чему он был только рад, как потому, что он не желал пока принимать никаких решений по выбору направления, так и потому, что любой возможный противник в таких условиях должен будет подбираться к нему прямо спереди.
   Дриззт считал, что пока еще не готов ни к каким сюрпризам. Даже инфравидение подводило его. В голове у него стучало от постояного напряжения, с которым он пытался разобраться в постоянно изменяющихся тепловых картинах. В прошлом, бывало, Дриззт ходил неделями, даже месяцами, с глазами настроенными исключительно на тепловое зрение. Теперь же глаза слишком привыкли к свету солнца и факелов в коридорах Митрилового Зала, и инфравидение раздражало его.
   Наконец, он обнажил Мерцающего, и зачарованный скимитар засиял мягким голубоватым светом. Дриззт прислонился спиной к стене и позволил глазам вернуться к нормальному зрению, используя меч как факел. Вскоре после этого он наткнулся на пересечение шести дорог - два пересекающихся горизонтальных коридора, и вертикальный.
   Дриззт спрятал Мерцающего и посмотрел вверх. Он не видел тепловых источников, но это не успокаивало. Многие хищники Подземья могли маскировать температуру тела, как тигр на поверхности использует свои полосы чтобы прокрасться сквозь толстые пучки высокой травы. Ловцы Ужаса, например, развили у себя экзоскелет, костяные пластины которого прятали тепло тела существа, позволяя ему казаться просто скалами для теплочувствительных глаз. Кроме того, многие опасные создания Подземья были рептилоидами, холоднокровными и трудно заметным"y.
   Дриззт несколько раз принюхался к стоячему воздуху, потом замер и закрыл глаза, возложив все получение информации извне на уши. Он не услышал ничего, кроме биения собственного сердца, и, проверив свою поклажу и убедившись что все надежно закреплено, стал карабкаться вниз по шахте, осторожно цепляясь за ненадежные камни.
   Ему почти удалось спуститься бесшумно на шестьдесят футов в нижний коридор, но один камень соскользнул, ударившись с резким треском об пол почти в то же мгновение, как мягкие башмаки Дриззта тихо опустились со стены.
   Дриззт замер, прислушиваясь к этому звуку и его эху шедшему от стены к стене. Как лидер патрулей дроу, Дриззт когда-то мог точно следовать этим отзвукам, почти инстинктивно определять от каких стен отражается звук и с какого направления. Теперь же он с трудом различал отдельные звуки эхо. Вновь он почувствовал себя чужим здесь, в этой темноте. Вновь он почувствовал себя уязвимым, поскольку многие обитатели темных путей могли идти по следам эхо, а этот конкретный след вел прямиком к Дриззту.
   Он быстро пошел по лабиринту взаимопересекающихся коридоров, некоторые из них резко поворачивали и опускались, проходя под другими, или поднимались вдоль природных лестниц к новым уровням кружащихся путей.
   Дриззту не хватало Гвенвивар. Пантера могла найти путь в любом лабиринте.
   Вновь он вспомнил о кошке позже, когда пройдя поворот наткнулся на свежий труп. Какой-то подземный ящер, слишком изуродованный чтобы Дриззт смог опознать точнее. Хвост его исчез, как и нижняя челюсть, живот был разорван и внутренности сожраны. Дриззт обнаружил длинные разрывы на коже, как будто его исполосовали когти, и тонкие и длинные полоски кровоподтеков, похожие на следы кнута. За лужей крови, в нескольких футах от тела, дроу нашел единственный след, отпечаток лапы очень похожий по размеру и форме на те, что оставляла Гвенвивар.
   Но кошка Дриззта была в сотнях миль от него, а это убийство произошло, как оценил рейнджер, едва ли час назад. Учитывая, что жители Подземья предпочитали оставаться на одном месте в отличие от обитателей поверхности, опасный хищник, скорее всего, был неподалеку.
   * * *
   Бруенор Баттлхаммер несся по коридору, его горе на время было подавлено разраставшейся яростью. Тиббледорф в своей отвратительно дребежжащей броне следовал рядом со своим королем, с его губ слетал один вопрос за другим.
   Бруенор притормозил и повернулся к заросшему лохматой бородой лицу дварфа-берсерка. "Вымойся ты наконец!" прорычал Бруенор.
   Пвент удивленно и испуганно отшатнулся. С его точки зрения, король дварфов приказывающий подданны_} принять ванну это почти то же как человеческий король, указывающий своим рыцарям занятьс"' убийствами детей. Есть все-таки границы, которые властитель не должен пересекать.
   "Ха!" фыркнул Бруенор. "Ну ладно. Но, по крайней мере, иди-ка смажь свои проклятые доспехи! Как может король думать под такой скрип?"
   Голова Пвента качнулась в согласии с компромиссом, и он поспешил удалиться, опасаясь что этот тиран, король Бруенор, вновь потребует от него вымыться.
   Бруенору же просто надо было отослать берсерка подальше - любым способом. День выдался тяжелый. Дварф только что встречался с Берктгаром Храбрым, посланником из Сеттлстоуна, и узнал, что Кэтти-бри не появлялась в поселении варваров, хотя и покинула Митриловый Зал уже почти с неделю назад.
   Мысли Бруенора вновь крутились вокруг событий той последней встречи с дочерью. Он воскрешал в памяти изображения молодой женщин"K, вспоминал каждое слово, сказанное ей, в поисках ключа к происходящему. Но в тот момент он был слишком поглощен собой. И если Кэтти-бри и намекала на что-то кроме своих намерений отправиться в Сеттлстоун, дварф просто пропустил их.
   Первой мыслью его, еще при разговоре с Берктгаром, было что у дочери возникли какие-то трудности в горах. Он почти собрался послать дварфов разведать местность, но, повинуясь мгновенному импульсу, сначала спросил у посланника по поводу кургана, воздвигаемого в честь Вульфгара.
   "Какой курган?" удивился Берктгар.
   Бруенор знал теперь, что его провели, и если Кэтти-бри была не одинока в этом, то Бруенор мог легко предположить ее сообщника.
   Он чуть не вынес с петель деревянную, окованную железом дверь Бастера Брейсера, высококлассного оружейника; дварф и его посетитель-халфлинг застыли от неожиданности. Регис стоял на маленькой платформе, оружейник измерял его, чтобы переделать броню увеличившегося в обхвате халфлинга.
   Бруенор подошел к пьедесталу (и Бастер оказался достаточно мудр, чтобы отскочить от него), схватил халфлинга за тунику и поднял в воздух одной рукой.
   "Где моя девочка?" проревел дварф.
   "Сеттл...", пытался соврать Регис, но Бруенор начал яростно трясти его, мотая взад-вперед по воздуху словно куклу.
   "Где девочка?" снова сказал дварф, теперь уже тише, с угрожающим ворчанием. "И не пытайся играть со мной, Грохочущий Живот!"
   Регису, по правде сказать, уже порядком надоело, как обращаются с ним его предполагаемые друзья. Быстро соображающий халфлинг мгновенно состряпал историю о том, что Кэтти-бри отправилась в Сильверимун, в поисках Дриззта. В конце концов, это была не совсем ложь.
   Глядя на покрытое шрамами лицо Бруенора, искаженное яростью, но также очевидно наполненное болью, халфлинг не смог заставить себя соврать.
   "Опусти меня", тихо сказал он, и, наверное, Бруенор ощутил эмоции халфлинга, поскольку он мягко опустил его наземь.
   Регис поправил тунику, и взмахнул кулаком перед носом короля дварфов. "Как ты посмел?" взвыл он.
   Бруенор отшатнулся при этой неожиданной и необычной вспышке, но халфлинг не утихал.
   "Сначала Дриззт приходит ко мне, и заставляет меня хранить секрет", бушевал Регис, "потом приходит Кэтти-бри и силой заставляет меня раскрыть его. Теперь еще ты... Хорошенькими же друзьями я окружил себя!"
   Ядовитые слова успокоили гнев дварфа, но лишь ненамного. И что это за секрет, на который намекает Регис?
   Тиббледорф Пвент ввалился в комнату, броня его все так же скрипела, но лицо, борода и руки были вымазаны в жире. Он остановился за спиной Бруенора, изучая неожиданно возникшую ситуацию.
   Пвент энергично потер ладони в предвкушении, затем провел ими по своим усыпанным шипами доспехам. "Может, мне обнять его?" с надеждой в голосе спросил он короля.
   Бруенор махнул ладонью удерживая берсерка. "Где моя девочка?", в третий раз повторил король дварфов, на сей раз тихо и спокойно, как подобает спрашивать у друга.
   Регис поджал челюсть, затем кивнул и начал говорить. Он рассказал Бруенору все, включая и то, как помог Кэтти-бри, дав ей кинжал убийцы и магическую маску. Лицо Бруенора вновь стало наливаться яростью, но Регис стоял твердо, в полный рост (каким бы он не был), и слова его погасили поднимавшийся гнев.
   "Должен ли я верить в Кэтти-бри меньше, чем ты?" просто спросил Регис, напоминая дварфу что его дочь уже не ребенок, и привычна к опасностям дороги.
   Бруенор не знал, как ему реагировать на все это. Маленькая часть его мечтала придушить Региса, но он понимал, что это будет просто способом выплеснуть свое раздражение, и что халфлинга, собственно, не в чем обвинять. Но что еще он мог сделать? И Дриззт и Кэтти-бри исчезли давно, и Бруенор не знал как найти их!
   И сил у израненного дварфа в этот момент уже не оставалось. Он опустил взгляд на каменный пол, гнев его утих, а горе вернулось; без единого слова он покинул комнату. Он должен был подумать, и, ради своего ближайшего друга и любимой дочери, думать он должен был быстро.
   Пвент посмотрел на Региса и Бастера ища ответы, но они просто мотнули головами.
   * * *
   Легкий шорох, возможно мягкие шаги охотящейся кошки, было все, что мог различить Дриззт. Рейнджер-дроу был абсолютно неподвижен, всеми органами чувств наблюдая за окружающим. Если это действительно кошка, то она достаточно близко чтобы уловить его запах, и наверняка знает, что кто-то вторгся на ее территорию.
   Дриззт огляделся вокруг. Туннель был очень неровным, где-то широким, где-то узким, в полу было полно выступов и дыр, а в стенах находились ниши и углубления. Потолок тоже постоянно изменял высоту. Дриззт видел неровности в тепловой картине высоких стен впереди, и знал, что эти стены усеяны множеством карнизов.
   Огромная кошка может запрыгнуть туда, и наблюдать за намеченной добычей сверху.
   Мысль была не слишком успокаивающей, но Дриззт должен был продолжать путь. Идти другой дорогой означало бы сначала вернуться назад до шахты, затем взобраться на верхний уровень и пытаться найти там другой путь вниз. У Дриззта и его друзей не было лишнего времени.
   Он прижался спиной к стене и продолжил движение, крадучись, один скимитар обнажен, другой - Мерцающий - наготове. Дриззту не хотелось, чтобы сияние магического клинка еще точнее выдало его позицию, хотя он знал, что кошки-охотники Подземья не нуждаются в свете.
   Легкими шагами он прошел рядом с одним широким альковом, подошел к другому, уже и глубже, затем, уверившись что и этот пуст, повернулся чтобы осмотреться вокруг.
   Сияющие зеленые глаза, кошачьи глаза, уставились на него с карниза на противоположной стене.
   Мерцающий выскочил из ножен, сердитое голубое сияние залило коридор. Глаза Дриззта, перестроившись с теплового зрения, обнаружили огромный темный силуэт прыгающего существа, он ловко уклонился. Кошка опустилась мягко - всеми шестью лапами! - и мгновенно повернулась, демонстрируя белые зубы и страшные глаза.
   Она и вправду напоминала пантеру, черная шкура почти отсвечивала синевой, размерами почти с Гвенвивар. Дриззт не знал, что ему делать. Будь это нормальная пантера, он мог бы попытаться успокоить ее, показать, что он не враг, и сейчас покинет ее территорию. Но эта кошка, этот монстр - с шестью ногами! А на плечах угрожающе покачиваются длинные кнутоподобные выросты, снабженные на конце костяными остриями.
   Рыкнув, зверь двинулся вперед, уши прижаты к голове, жуткие клыки обнажены. Дриззт пригнулся, выставил вперед скимитары, приготовившись в любой момент отпрыгнуть в сторону.
   Зверь остановился. Дриззт осторожно наблюдал как сгибаются его средние и задние ноги.
   Хищник прыгнул; Дриззт двинулся влево, но зверь резко затормозил, и Дриззт поступил также; он рванулся вперед, нанося прямой удар одним клинком. Точно нацеленный скимитар прошел прямо между глаз пантеры.
   И поразил только воздух, заставив Дриззта опрокинуться вперед. Он инстинктивно нырнул на камень и откатился вправо, одно из щупалец пропороло воздух прямо над головой, а другое врезалось в бедро. Огромные лапы были прямо над ним, но беспорядочно размахивая скимитарами ему удалось держать их на расстоянии. Он быстро вскочил, и отбежал, оставив между собой и опасным кошачьим несколько футов.
   Дроу вновь встал в защитную позицию, теперь уже менее самоуверенный. Зверь был явно смышлен - Дриззт не ожидал таких способностей от животного. Что хуже, дроу никак не мог понять, почему промахнулся. Удар был точен. Даже невероятная гибкость кошки не могла увести ее от опасности так быстро.
   Щупальце атаковало его справа, и он ударил скимитаром, надеясь перерубить его.
   Он промахнулся, и, несмотря на удивление, смог крутануться влево, получил еще один удар по бедру, теперь уже болезненный.
   Зверь бросился вперед, одна лапа вытянутая вперед попыталась подцепить вертевшегося дроу. Дриззт приготовился парировать удар Мерцающим, но лапа врезалась в него почти на фут ниже выставленного под углом скимитара.
   Вновь Дриззта выручила его мгновенная реакция, вместо того чтобы рваться прочь от загребавшей лапы (и получить длинные полосы ран на теле), он нырнул вместе с ней, вниз, проскакивая под захлопнувшейся пастью пантеры. Он почувствовал себя мышью, пытающейся пробежать под кошкой, только у этой кошки надо было пробраться еще через две дополнительные пары ног!
   Дриззт нанес удар и попал. Он ничего не видел в диком беспорядке, и только после того, как он выбрался из-за спины пантеры, он понял, что слепота была его спасительной удачей. Он перешел на быстрый шаг, затем стремительно прокатился прямо рядом с двумя дергавшимися щупальцами.
   Он не мог видеть - и нанес единственный точный удар.
   Пантера вновь была рядом, рыча от ярости, зеленые глаза сияли как лампы освещая дроу.
   Дриззт плюнул на них, проверяя свои предположения, и хотя целился он точно, а зверь не двигался с места, плевок упал на каменный пол. Кошка была не там, где казалась.
   Дриззт пытался вспомнить обучение в Академии Мензоберранзана. Он слышал однажды о таких существах, но они были большой редкостью, и отдельных уроков по ним не было.
   Кошка атаковала. Дриззт прыгнул вперед, прямо в опасные щупальца. Пытаясь угадать, он направил свой удар чуть вправо от места, в котором видел хищника.
   Но кошка оказалась слева, и скимитар бесполезно разрубил воздух. Это было опасно. Дриззт попрыгнул вверх, почувствовал как резанул коготь по ноге - той же ноге, что была ранена в схватке с Артемисом Энтрери на обрыве у Митрилового Зала. Мерцающий понесся вниз, великолепный клинок рассек переднюю лапу, заставив кошку отступить. Дриззт приземлился почти прямиком в зверя, почувствовал горячее дыхание из пасти где-то у его предплечья, ударил, поворачивая клинок так, чтобы не дать монстру оторвать ему руку.
   Закрыв глаза - они только путали - он ударил рукояткой Мерцающего по голове зверя. Освободился и побежал. Костяной наконечник щупальца понесся за ним, поймал его спину, и ему пришлось вытянуться в мгновенном броске, поглотившем часть удара.
   Вскочив, Дриззт снова побежал. Добравшись до широкой неглубокой ниши он нырнул в нее, хищник был почти рядом.
   Дриззт воззвал к своей внутренней магии, сотворив шар темноты. Свет Мерцающего погас, как и сияние глаз зверя.
   Дриззт развернулся, прошел два шага и бросился вперед, не желая чтобы зверь покинул участок темноты. Он почувствовал как мимо, очень близко, пронеслось щупальце, затем ощутил, как оно возвращается назад, по другой траектории. Дроу удовлетворенно улыбнулся, его скимитар встретил щупальце и перерубил его.
   Вой раненного зверя направлял Дриззта. Слишком близко подбираться нельзя, он знал это, но скимитары давали ему преимущество в дальности досягаемости. Готовясь отразить Мерцающим оставшееся щупальце, он колол другим клинком, нанеся несколько легких ран.
   Разъяренная кошка прыгнула, но Дриззт почувствовал это, и кинулся на пол, развернулся на спину и направил оба клинка прямо вверх, оба вонзились в живот существу, нанеся тяжелые ранения.
   Кошка приземлилась тяжело, прижалась к стене, и, прежде чем она могла опомниться, Дриззт был уже рядом. Скимитар обрушился на череп, залив кровью морду. Кошка извернулась и прыгнула вперед, выставив лапы и широко раскрыв пасть.
   Мерцающий этого и ждал. Скимитар прошелся под пастью, перерезав шею. Лапа толкнула клинок, чуть не вырвав его, но Дриззт держался крепко, зная, что от этого зависит его жизнь.
   И снова закружился яростный водоворот тел, из которого дроу сумел отпрыгнуть назад, удерживая животное на расстоянии.
   Они выбрались из темноты, хищник все надвигался на него. Дриззт закрыл глаза. Почувствовав, что оставшееся щупальце сейчас рванется к нему, он изменил направление движения, перенеся всю тяжесть тела в сторону Мерцающего. Щупальце скользнуло по боку, дроу едва успел поднять локоть, чтобы спастись от удара по лицу.
   Мерцающий вонзился в зверя почти на половину длины клинка. Хрип вырвался из горла зверя, но тяжелые когти врезались в бока Дриззта, разрывая плащ, царапая митриловую кольчугу. Кошка попыталась повернуть разодранную шею в сторону, чтобы укусить руку Дриззта.
   Его свободная рука ожесточенно поднималась и опускалась, нанося скимитаром удары по голове.
   Когти сомкнулись на нем, удерживая, пасть была в дюйме от его живота, один коготь прорвался сквозь кольцо брони, уколов его в бок.
   Скимитар опускался снова и снова.
   Они повалились вместе. Дриззт, лежа на боку и глядя в жестокие зеленые глаза решил, что обречен, и попытался выскользнуть. Но хватка кошки разжалась, и Дриззт понял, что хищник мертв. Сумев, наконец, выскользнуть из его объятий, он посмотрел на сраженное существо, зеленые глаза которого сияли даже в смерти.
   * * *
   "Не ходи туда", сказал Регису один из стражей около тронного зала Бруенора, когда он целеустремленно подошел к двери. Халфлинг решил, что что-то происходит, - он никогда не видел такого бледного дварфа!
   Дверь распахнулась, и целый отряд дварфов, вооруженных и в доспехах, вылетел оттуда, они понеслись по коридору, постоянно натыкаясь друг на друга. Вслед им несся поток проклятий их короля.
   Один из стражей собрался прикрыть дверь, но Регис успел скользнуть внутрь.
   Бруенор расхаживал рядом с троном, то и дело толкая огромное сиденье. Генерал Дагна, военный лидер Митрилового Зала, сидел в своем кресле с постным видом, а Тиббледорф Пвент подпрыгивая следовал в тени Бруенора, осторожно уклоняясь в сторону когда тот поворачивал.
   "Глупые жрецы!" прорычал Бруенор.
   "Со смертью Коббла нет никого достаточно сильного...", попытался вмешаться Дагна, но Бруенор не слушал.
   "Глупые жрецы!" сказал король дварфов с еще большим напором.
   "Ага!" с готовностью согласился Пвент.
   "Мой король, вы послали два патруля к Сильверимуну, еще один на север от города", пытался спорить Дагна. "И половина моих солдат исследует тоннели внизу..."
   "И вторую половину пошлю туда же, если те не покажут мне пути!" прорычал Бруенор.
   Регис, все еще незамеченным стоявший у дверей, начинал понимать, и его вовсе не огорчало происходящее. Бруенор - и это уже походило на старого Бруенора! - сдвигал небеса и землю, чтобы найти Дриззта и Кэтти-бри. Старый дварф вновь разжег свое внутреннее пламя!
   "Но там тысячи расходящихся тоннелей," спорил Дагна. "И по некоторым надо идти неделю, прежде чем поймешь, что это тупики".
   "Так пошли вниз тысячу дварфов!" Бруенор вновь миновал свое кресло, остановился и резко повернулся, заметив халфлинга.
   "На что это ты уставился?" потребовал Бруенор, заметив широко раскрытые глаза Региса.
   Регис хотел бы ответить, "На моего давнего друга", но смог только пожать плечами. На мгновение он поймал искорку гнева в единственном сером глазу дварфа, и подумал, что Бруенор, возможно сейчас борется с внутренним стремлением придушить его. Но дварф успокоился, и опустился на трон.
   Регис осторожно приблизился, изучая Бруенора, и не обращая внимания на заявления прагматичного Дагны о том, что нет никаких способов найти двух исчезнувших друзей. Регис слышал достаточно, чтобы понять, что Дагна не слишком беспокоится о Дриззте и Кэтти-бри, это не слишком-то удивляло его, если учитывать, что Дагне не мог быть симпатичен ни один не-дварф.
   "Если бы у нас была проклятая кошка!", начал Бруенор, и в его взгляде вновь сверкнул гнев, когда он оглядел халфлинга. Регис убрал руки за спину, и опустил голову.
   "Или мой проклятый медальон!" рыкнул Бруенор. "Где во имя Девяти Адов я мог посеять этот проклятый медальон?"
   Регис моргал при каждом этом взрыве, но даже гнев Бруенора не изменил его ощущения, что он правильно поступил, помогая Кэтти-бри, и отправляя с ней Гвенвивар.
   И хотя он ожидал, что в любой момент Бруенор может заехать ему по лицу, это не могло помешать халфлингу испытывать радость, вновь видя Бруенора полным жизни.
   ГЛАВА 9
   В КЛЕТКЕ
   По каменистой тропе приходилось плестись, чаще ведя лошадей под уздцы, чем скача на них. Каждый дюйм пути был пыткой для Кэтти-бри. Предыдущей ночью она заметила свет костра, и сердце подсказывало ей, что это костер Дриззта. Она направилась к лошади, собираясь немедленно отправиться по этому ориентиру, но Фрет остановил ее, объяснив, что магические подковы не защищают их скакунов от истощения. Напомнил он ей и об опасностях, которые подстерегают ее ночью в горах.
   Кэтти-бри вернулась к их собственному костру, чувствуя себя несчастной. Она раздумывала, не позвать ли ей Гвенвивар, чтобы пантера отыскала Дриззта, но отбросила эту мысль. Огонь был только точкой где-то выше, во многих милях отсюда, да и не было у нее никаких убедительных свидетельств, что это и в самом деле Дриззт.
   Но теперь, уверенно, но так медленно двигаясь в том же направлении по высокогорным тропам, Кэтти-бри боялась что сделала ошибку. Она наблюдала за Фретом, который разглаживал свою бороду, и рассматривал непримечательный ландшафт, то в одном направлении, то в другом, и мечтала чтобы у них был свет костра, чтобы направлять их.