Уильямc Ш & Дикс Ш
Блудное солнце

   Ш. Уильямc, Ш. Дикс.
   Блудное солнце
   (Evergence #1)
   Перевод с английского В. Гольдича, И. Оганесовой
   ...Победоносное восстание планет Блока Даго ослабило силы планет Содружества Империй и послужило началом войне, которая длится вот уже несколько веков.
   Однако теперь военные силы Содружества обладают мощным искусственным интеллектом, за которым охотятся лучшие профессионалы армии Блока Дата и который капитан Морган Рош должна спасти любой ценой.
   Даже если ради этого ей придется совершить вынужденную посадку на страшную планету-тюрьму, где помощи ждать не от кого - кроме таинственного воина Кейна, чей генетический код изменен кем-то, далеко превосходящим по технологиям и знаниям человеческую расу. Даже человеческую расу далекого будущего...
   Насилие можно скрыть лишь ложью, а ложь поддерживается насилием.
   Всякий человек, заявивший о том, что намерен использовать насилие в качестве метода, вынужден взять ложь в качестве главного принципа.
   Александр Солженицын
   Мрак смотрит на нас и говорит: "Меня с самого начала ввели в заблуждение; все это было ошибкой".
   Хьюберт вам Зеллер
   ПРОЛОГ
   Спасательная капсула кувыркалась в межзвездной бездне.
   По всей ее четырехметровой длине виднелись следы времени: молекулы абляционного защитного поля разметала радиация, гравитационные волны далеких черных дыр искорежили поверхность. Если бы капсулу заметили с пролетающего мимо космического корабля, то приняли бы за бесполезный обломок кораблекрушения - за тысячелетия космических путешествий и торговли в галактике подобного мусора накопилось более чем достаточно. Никто даже не стал бы тратить энергию на ее уничтожение.
   Если бы ее заметили...
   Впрочем, капсула только внешне походила на бесполезный мусор, коим в действительности не являлась. Однако тщательный анализ ее корпуса не дал бы никаких результатов - даже радиоактивное излучение не могло проникнуть глубже чем на пять сантиметров. Капсула сохранила структурную целостность, несмотря на силы, воздействию которых она подвергалась. А если бы кто-то догадался проверить ее плотность, то немедленно обнаружил бы, что она полая.
   Пока капсула болталась в пустоте, сенсоры внутри нее фиксировали частоту и интенсивность внешнего излучения.
   Сама капсула не испускала никаких сигналов, зато тщательнейшим образом фиксировала и анализировала всю полученную информацию, создавала трехмерные карты, по которым прокладывала свой курс - прошлый и будущий, - и, рассматривая различные возможности, выбирала оптимальную.
   За свое долгое путешествие капсула преодолела огромное расстояние, побывала на множестве территорий и видела тысячи цивилизаций: от Гайель, что в далеком рукаве Персея, до разумных сузериан, обитающих возле самого ядра галактики. Едва ли на всем Млечном Пути нашлась бы система, которая не была бы колонизирована или не исследована человеческой расой (в одной из ее форм). Потомки обезьян, которые когда-то с удивлением тянули руки к далекому небу, теперь владели звездами. Они оказались единственными наследниками созревшей галактики, готовой упасть к ним на ладони.
   Пришла пора принимать решение.
   Терпеливое исследование местных магнитных полей привело капсулу к границе двух наций, давно пережившего свой расцвет бессмысленного альянса, который уже начал распадаться из-за бездарного руководства и скуки; и маленькой теократии, стремительно развивающейся под боком у своего родителя. Случайные обрывки излучения - в основном безнадежно устаревшие сообщали о пограничных конфликтах, жадных функционерах, растущем напряжении.,. Капсулу мало интересовали детали - пока есть трение, можно исследовать рост температуры. Не имеет значения, кто с кем воюет.
   Существует лишь одна Истина и одна Ложь, именно им и служит капсула.
   Зерно искало почву, где оно могло бы взойти. Зерно проделало огромный путь и долго дожидалось момента, когда оно сможет принести плоды. Зерно становилось все активнее по мере того, как близился конец пути...
   ЧАСТЬ ПЕРВАЯ - ПОЛНОЧЬ
   ГЛАВА 1 АСОИ "Полночь"
   '954.10.30 ДО 0235
   Морган Рош прекрасно понимала, что попала в ловушку.
   Приказы, обстоятельства, браслет на левом запястье и пристальный взгляд широкоплечего человека средних лет, стоящего у главного экрана фрегата "Полночь", - и ловушка захлопнулась.
   - Мы это уже обсуждали, - заявил он, хмуро глядя на Морган сверху вниз.
   Обычно капитанский мостик поднимался над уровнем пола только во время военных действий, но проктор Клоуз предпочитал постоянно находиться на метровом возвышении. В окружении мерцающих индикаторов капитанского мостика он напоминал Рош незаконченную статую - Клоуз был настолько полон самодовольства, что если бы не раздражение, он вызвал бы у нее смех.
   - Разве с тех пор что-нибудь изменилось, коммандер?
   - Нет, сэр, - ответила Морган. - Я лишь прошу вас изменить решение.
   Клоуз покачал головой.
   - Можете считать меня недостаточно гибким, но я не вижу причин, по которым мне следует выполнять прихоти пассажиров, - проворчал он.
   - Это вовсе не прихоть, капитан, - резко возразила Рош.
   - Конечно, не прихоть, коммандер, - ответил Клоуз, и на его губах промелькнула тень улыбки. - Однако ваше требование лежит вне вашей юрисдикции.
   - Вы уверены? - Морган инстинктивно поправила свободной рукой тугой воротничок формы, ей не удалось скрыть, как сильно она нервничает.
   Она нахмурилась и опустила руку. Шнур, соединявший браслет с чемоданчиком, коснулся бедра, когда Морган выпрямилась. Но она уже привыкла не обращать на это внимания.
   - Без необходимой информации я не в состоянии определить границы моих полномочий. Возможно, если вы откроете причины, по которым отказываете мне в доступе к капсуле, я смогу их уточнить.
   Клоуз заметно помрачнел.
   - Я не обязан вам ничего объяснять, коммандер. Неужели я должен напоминать, кто старший офицер на корабле?
   - Нет, сэр. - Рош стиснула зубы.
   - В таком случае, полагаю, разговор окончен. - Клоуз отвернулся к экрану.
   Рош, однако, не торопилась уходить - хотя и понимала, что формально капитан прав. Однако речь шла не просто о капсуле. Тут были затронуты принципы.
   - Капитан...
   Клоуз вздохнул: - Да, коммандер?
   - Прошу прощения, но у меня создается впечатление, что у вас вызывает раздражение сам факт моего присутствия на корабле. Надеюсь, вы не позволите чувствам повлиять на ваш разум.
   Клоуз вновь посмотрел на Морган, и в его глазах она увидела негодование - значит, не ошиблась.
   Капитан "Полуночи" имел более высокий чин, чем Рош, однако ее начальство - а следовательно, и миссия обладали более обширными полномочиями. За время путешествия скромный чемоданчик стал, как ей казалось, причиной неуважения, которое постоянно демонстрировал Клоуз воображаемого или действительного. Тот факт, что Морган постоянно носила его с собой, потому что ей запретили с ним расставаться, похоже, не имел для Клоуза никакого значения. Приказ есть приказ, и у нее еще меньше выбора, чем у капитана, во всяком случае, в данной ситуации. Но главным оставалось то, что Клоуз исполнял роль ослика, везущего на своей спине курьера.
   Быть может, у них не возникло бы серьезных проблем, если бы совместное путешествие не оказалось столь долгим. За шесть недель постоянное трение между ними произвело на свет такое количество тепла, что любая искра могла вызвать пожар. Вопрос о капсуле и ее таинственном обитателе, каким бы незначительным он ни выглядел, стал катализатором гораздо более серьезных процессов, - Напротив, - ответил капитан, и теперь в его голосе появилась ледяная вежливость. - Мои эмоции здесь ни при чем. Откровенно говоря, коммандер, мне кажется, что вы стали жертвой любопытства.
   - Я являюсь действующим полевым агентом Разведки СОИ, - возразила Морган. - Любопытство - неотъемлемое качество хорошего разведчика.
   - Тем не менее, - Клоуз сложил руки на груди, - сейчас вам лучше всего не касаться этой проблемы.
   - Прошу прощения, сэр...
   - Коммандер, дело в том, что я получил прямой приказ, запрещающий подвергать вашу жизнь какой бы то ни было опасности.
   - Я вполне способна позаботиться о собственной безопасности.
   - Не сомневаюсь, коммандер. Однако мне кажется, что вы недооцениваете риск...
   - Как я могу его недооценивать, я ничего о нем не знаю.
   - "О нем"? Это вам все-таки удалось узнать.
   Она проигнорировала последние слова Клоуза.
   - Если вы хотя бы позволите мне ознакомиться с докладом вашего офицера...
   - Доклад засекречен.
   - Вам прекрасно известно, что у меня есть доступ к секретным документам. - В действительности Рош имела более высокую степень доступа, чем капитан, но не стала заострять на этом внимания. - Дайте мне возможность использовать свой профессиональный опыт.
   Клоуз устало вздохнул: - Ладно. Я обдумаю вашу просьбу - после того, как мы прибудем на Сиакку и избавимся от груза. В настоящий момент для вас - как и для меня - будет лучше, если вы вернетесь в каюту и не станете ее покидать.
   - Но...
   - Защитные поля зафиксировали попадание микрочастиц. - Голос доносился откуда-то из-за спины Рош, но Клоуз не сводил с нее глаз. - Капитан, мы задели метеоритный ореол.
   - Пожалуйста, коммандер, - ровным голосом проговорил Клоуз, указывая на выход из капитанской рубки. - Или мне отдать приказать, чтобы вас отсюда выдворили?
   Рош молча злилась на себя. Она уже успела убедиться в том, что обещания Клоуза "рассмотреть" или "обдумать" ситуацию ничего не стоят, и сильно сомневалась, что сейчас будет иначе. Однако его доводы звучали вполне логично.
   "Полночь" вскоре должна выйти на орбиту вокруг одного из самых опасных миров во всем Содружестве империй; он и его команда обязаны полностью сосредоточиться на управлении кораблем.
   Морган не пожелала вслух признать свое поражение, молча повернулась к Клоузу спиной и направилась к выходу. С неприятным металлическим скрежетом дверь отошла в сторону, однако Рош остановилась на пороге и бросила взгляд на капитанский мостик. Таким образом она словно демонстрировала силу и независимость.
   На главном экране появилось изображение мира Сиакка.
   Серо-коричневый камень, освещенный солнцем, парил в окружении многочисленных спутников, опоясывавших планету по экватору. Время от времени в пространстве возникали яркие вспышки - результат столкновения астероидов. Однако Рош давно научилась не доверять их обманчивой красоте, она прекрасно знала, как опасны для корабля мелкие астероиды.
   Некоторые луны имели до десяти километров в диаметре; малейшая ошибка могла мгновенно погубить "Полночь".
   Рош обратила внимание на одну деталь, которая наверняка ускользнула бы от взгляда обычного туриста. Гражданский человек вряд ли заметил бы отсутствие орбитальных башен, окружающих планету; но даже если бы и вспомнил о них, то не смог бы оценить важность этого факта. Для Рош планета выглядела необитаемой - лишь несколько навигационных станций с астероидным кольцом для компании - словно риф, держащий в отдалении всех любопытствующих; отмель вокруг пустынного острова.
   Они называют ее Обитель, а не отмель, - произнес голос у нее в голове, прервав внутренний монолог. - Точное происхождение названия неизвестно, однако существует миф, в котором утверждается, будто полоса света, окружающая планету - так видят пояс астероидов ее обитатели, - состоит из душ людей, умерших в неволе. Миф о превращении смертной оболочки в нечто более возвышенное характерен для многих угнетаемых сообществ - но образ представляется уж слишком ускользающим, не так ли, Морган?
   Голос замолк. Никто не мостике его не слышал.
   - Ты тоже можешь отправляться в ад, - прошептала Рош.
   Фрегат класса "охотник" - "Полночь", один из немногих кораблей, уцелевших после Атаманских и Гражданской войн, был построен на базе якорного драйва 43-го поколения, распространенного с '212-го по '286 годы. Фрегат имел форму толстой сосиски, в стволе которой находился механизм драйва, расположенного вдоль оси. Корабль насчитывал пять концентрических уровней, где размещалось более четырехсот пятидесяти человек команды, два грузовых отсека и хватало места для пяти истребителей.
   Искусственная гравитация - один из побочных эффектов действия драйва создавала ощущение "низа" внутри корабля, в отличие от кораблей с центробежными драйвами. Кроме того, это делало фрегат значительно более маневренным, чем другие корабли того времени, - что и послужило одной из причин, по которым "Полночь" пережила Атаманские войны.
   Однако прошли столетия, и "Полночь", несмотря на многочисленные переделки и ремонты, превратилась в безнадежно устаревший в техническом отношении корабль. Лишь в '775 году от ДО на "Полночь" поставили драйв 46-го поколения, после чего фрегат вновь стал полноценным военным кораблем. Последний капитальный ремонт производили после Гражданской войны, когда "Полночь" выполняла функции вспомогательного корабля. В '837 году от ДО, всего через несколько недель после Условий ревокации, был заключен договор между Содружеством империй и независимым Блоком Дато, а "Полночь" получила новые обзорные экраны и Э-щиты, но в остальном судно не модифицировалось.
   Рош покинула капитанскую рубку и по тускло освещенным коридорам направилась в свою каюту. По ее мнению, "Полночь" больше походила на музей, чем на действующий фрегат. Двери щелкали и шипели, лифты раскачивались и мелко дрожали, а там, где на других кораблях уже давно функционировал ИИ, здесь по-прежнему работало ручное управление.
   Современная технология гиперпространства в СОИ - которая поддерживалась на определенном уровне Торговой коалицией Экандара, связанной с Коммерческой артелью, - уже вышла на 49-е поколение, на три порядка более эффективное, чем двигательные системы фрегата.
   Впрочем, несоответствие между "Полуночью" и другими кораблями Армады не удивляло Рош; тюремные корабли всегда нуждаются в серьезном обновлении, их оборудование не соответствует современным стандартам, и в лучшем случае их используют для перевозки дешевых грузов.
   На самом верхнем уровне располагались офицерские каюты и рубка управления; на втором и третьем - жилые помещения экипажа. Нижние уровни предназначались для перевозки заключенных, которые следовали в исправительную колонию на планете Сиакка. Каюта Рош - личная камера, как она ее называла, - оказалась самой последней на первом этаже, между защитным щитом драйва и системой регенерации воды. Когда корабль маневрировал, шум двигателей не давал ей спать, да и булькающие трубы вносили в бессонницу свою лепту. Морган сомневалась, что каютой часто пользовались - слишком неудобно для постоянного члена команды или важного гостя. Поскольку она не относилась ни к одной из данных категорий, ей и выпала эта сомнительная честь.
   С отвратительным скребущим звуком переборка отошла в сторону, как обычно, немного не дойдя до конца. Неподалеку от нее находился пост с единственным охранником. Когда Рош приходила мимо него, он отдал ей несть, и она автоматически ему ответила. За спиной охранника тускло светился экран, на котором прослеживалось продвижение "Полуночи".
   Изображение Сиакки почти не изменилось. Истребители, сопровождавшие фрегат - стандартный эскорт для тюремного корабля, - заняли оборонную позицию, как и положено при приближении к планете.
   Перехватив взгляд Рош, охранник кивнул; - Почти прибыли. Впрочем, мы практически ничего не увидим.
   Рош, которая все еще злилась на Клоуза, посчитала, что должна как-то отреагировать на его слова.
   - Мы не пойдем на посадку?
   - Нет. Пришвартуемся возле станции Канага, чтобы разгрузиться и взять топливо. - Он пожал плечами. - Никто не спускается на поверхность планеты. Таковы правила. Станцию покидать запрещено.
   - А как насчет смены персонала?
   - Раз в год КТПР посылает шаттл - независимо от нас. Я уже в пятый раз прилетаю на станцию, но тут ничего не меняется. Иногда мы привозим с собой кое-какие товары.
   На вашем месте я бы не стал беспокоиться, - быстро добавил он - его ввело в заблуждение мрачное выражение лица Рош. - Все идет как обычно.
   Рош рассеянно кивнула - только этого ей не хватало - и пошла дальше. Вход в ее каюту находился в конце коридора.
   Однако она не успела дойти до двери, когда в голове у нее вновь зазвучал голос. Она не стала отвечать. Охранник подумает, что пассажир разговаривает с призраками, а слухи на кораблях распространяются быстро.
   Со вздохом облегчения Рош приложила ладонь к сенсорам замка и открыла дверь. Застоявшийся воздух с легким шипением просочился в коридор, выравнивая давление. Очевидно, один из фильтров вышел из строя. Ничего серьезного, всего лишь дополнительный повод для раздражения. Наверняка неисправность занесена в бортовой компьютер и дожидается устранения.
   Когда дверь у нее за спиной закрылась, она провела ладонью по коротко остриженным волосам и наконец дала выход ^ раздражению: - Будь он проклят
   - Кто?
   - Клоуз. Разве ты не слушал наш разговор?
   Голос в голове Морган мягко пожурил ее: - Тебе прекрасно известно, что я не могу анализировать информацию, к которой не имею прямого доступа. Кроме того, подслушивать без твоего разрешения аморально.
   Рош сомневалась в истинности обоих утверждений, но решила промолчать ей не хотелось продолжать разговор. Узкий проход вел от двери в маленький кабинет; в дальнем конце каюты находились туалет, ванная и спальня. В поперечном сечении каюта имела форму треугольника, в вершине которого располагалась дверь - размеры определялись наличием места, а не удобствами обитателя каюты. Человек ее роста не мог здесь даже лечь и вытянуть ноги, да и повернуться тут практически негде.
   Голос молчал, возможно, ждал, когда у нее изменится настроение. Прежде чем он успел заговорить, Рош подошла к столу и положила на него чемоданчик. Шнур из моноволокна, обернутого в черную кожу, заканчивался браслетом, плотно охватившим ее левое запястье - снять его практически невозможно. Крошечные контакты на внутренней поверхности браслета соответствовали узлам на коже, которые, в свою очередь, соединялись с локтевым нервом, а через него со спинным мозгом, обеспечивая тем самым движение информации в обоих направлениях. Голос, звучавший в голове Рош, проникал непосредственно в акустические центры мозга и казался ей назойливым, а часто и вовсе неприятным.
   Распахнув серую крышку чемоданчика, она посмотрела на его содержимое с чувством, граничащим с ненавистью.
   - Полцарства за топор, - прошептала она, хотя никакой необходимости говорить вслух не было.
   - Это ничего не даст, Морган, - заявил голос. - Я выдержу...
   - ...ядерный взрыв с расстояния в сто метров. - Она устало кивнула. Я знаю, знаю, но если бы не ты, я бы не попала в такое отвратительное положение. Неужели ты не понимаешь, как мне тошно находиться здесь и не иметь возможности хоть чем-нибудь заняться?
   - Откровенно говоря, Морган, прекрасно понимаю.
   Рош прикусила губу. Конечно, он понимал. Прежнее место обитания ИИ мощные информационные сети - находилось на Троице, планете, где он появился на свет. Там, под защитой нейтрального статуса системы, в глубокой тайне, лучшие ученые Высшего человечества производили ИИ для СОИ - уникальные разумные машины, технология производства которых оставалась секретом для всех остальных.
   Лишь очень немногим людям разрешали спускаться на поверхность планеты - Рош не попала в их число. ЕЙ пришлось дожидаться на орбите, пока не появился представитель производителя. А потом она еще целую неделю ждала "Полночь" - и изучала мир внизу. Впрочем, ей мало что удалось узнать. Она сумела заметить лишь несколько городов на дымно-оранжевой поверхности планеты; если не считать пяти аэростатов, расположенных по экватору, здесь практически не было свидетельств разумной жизни. И все же...
   Каким-то образом получилось так, что, когда прибыли представители Высшей касты производителей, Рош оказалась без сознания. Она ничего не запомнила - и не знала, кто они такие, как выглядят или как себя ведут. В ее сознании зияла лишь черная пустота, когда она пришла в себя на своем маленьком корабле, а чемоданчик был уже связан с ней через браслет. Переживание получилось расплывчатым, нереальным и разочаровывающим. Такой уровень секретности представлялся ей настоящим безумием - и все ради сохранения тайн технологии, которую ни один земной человек не сможет постичь.
   Верхняя крышка чемоданчика скрывала прямоугольный ящик из черного дерева с маленькой кнопочной панелью и утопленными в ней узлами. Внутри находился компьютер, продукт мощнейшей микротехнологии, который занимал совсем немного места. Его защищала и одновременно скрывала от любопытных глаз оболочка чемоданчика. На внутренней части крышки стоял номер ИИ: ДВ111101000 - на одну цифру больше, чем обычно. Поскольку удивительное устройство не имело имени в обычном смысле слова, Рош поступила так, как делали миллиарды людей до нее - воспользовалась жаргоном. В данном случае имя "Черный ящик" подходило как нельзя лучше, учитывая форму и цвет контейнера.
   - Знаешь, Ящик, чем быстрее мы вернемся в Штаб, тем будет лучше.
   - Я согласен с тобой, Морган, хотя и не испытываю неприятных ощущений из-за нашего союза; я тебя обременяю, а вовсе не наоборот. Если тебе станет от этого легче, могу сказать, что до того момента, как мы окажемся в Штабе Разведки, осталось всего шесть недель.
   - Всего шесть недель... - Она с трудом улыбнулась. - Если бы не педантичность Клоуза, я бы с удовольствием занялась чем-нибудь необычным.
   - Я чувствую...
   - Я не хочу об этом говорить.
   Рош резко развернула единственное кресло так, чтобы оказаться лицом к рабочему центру. Она положила левую ладонь на контактную панель, активировала консоль и вызвала корабельную Сеть распространения информации. Сеть разрешала ей доступ к любым незасекреченным данным, от количества продуктов питания в трюмах "Полуночи" до новостей, сообщаемых со всех миров СОИ.
   Сведения поступали через левую руку Рош на маленький процессор, находящийся в основании ее черепа, где превращались в визуальный и слуховой сигналы и передавались в имплантированные в левый глаз и ухо устройства. Ее имплантанты не были самыми сложными из всех имевшихся в СОИ - без трехмерного изображения и системы линейной отстройки, - однако девяносто процентов персонала Армады не располагало и таким оборудованием. У оперативников иногда возникала необходимость в подобной системе связи, и она предоставлялась офицерам ранга Рош.
   В поле ее зрения появился виртуальный экран - казалось, он висит в двух метрах от кресла Рош, находясь между переборок. Она случайным образом переходила с канала на канал, пока не нашла станцию новостей СОИ, чтобы выяснить, что происходит в мире. Однако ее мысли настойчиво возвращались к Клоузу и доводам, которыми он воспользовался, чтобы ей отказать. Голос Информационной сети продолжал что-то бормотать ей в ухо, выступая постоянным контрапунктом ее собственным мыслям.
   ..,в кильватере вспыхивающих, разрушающихся солнечных систем, которые уничтожили рудник в районе астероидного кольца и фабрику по переработке водорода на орбите газового гиганта... премьер-министр Эде обнародовал заявление, в котором реабилитируются двое его советников, совершивших вчера ритуальное самоубийство после того, как выяснилось, что Торговая коалиция Экандара была связана с коррумпированными чиновниками Коммерческой артели.
   Корабль и капитан: к лучшему или худшему, но их судьбы и характеры тесно связаны. Звание "командир корабля", вопреки распространенному мнению, не дает свободы, а лишь обрекает капитана на пожизненное заключение, напоминающее существование улитки с тюрьмой, привязанной к его спине. Он не а силах избавиться от нее даже на короткое время. Каждый капитан имеет возможность путешествовать на огромные расстояния, но в реальности имеет не больше свободы, чем заключенный исправительной колонии на Сиакке.
   Очень редко капитаны получают повышение, во всяком случае, в Армаде СОИ; довольно скоро выясняется, что продвинуться по службе в результате военной победы почти невозможно, поскольку сражения случаются очень редко и, как правило, заканчиваются фатально для тех, кто в них участвует. Большинство миссий связано с перемещением ресурсов внутри населенных регионов галактики, а вовсе не с расширением СОИ - Содружество империй прекратило раздвигать свои границы несколько столетий назад; более того, после выхода из его состава Блока Дато, владения СОИ значительно уменьшились.
   Если капитану удается избежать смерти в космосе, он уходит в отставку и оседает на одной из унылых планет Космического командования (их структура копирует архитектуру глубокого космоса) и проводит остаток жизни в воспоминаниях о воображаемых славных делах. Между тем их корабли, которые в лучшем случае можно назвать неверными любовницами, летают с новыми капитанами, обреченными на жизнь в заключении, сначала на своих кораблях, а потом на пенсию или смерть.
   В некотором смысле проктор Клоуз и был "Полуночью", но только на весьма ограниченное время. Он ревниво относился к своему званию и всячески противился любой попытке поставить под сомнение его, полномочия. Именно в этом и заключалась проблема.
   Рош вовсе не стремилась нарушить его покой. Просто ей требовалось заняться чем-нибудь полезным. Как офицер Армады, она была подготовлена к широкому спектру ведения военных действий, а не к долгим месяцам бездействия на старом фрегате, где ей пришлось играть роль няньки при искусственном интеллекте. Она понимала, что ей следует проявить терпение и, наверное, испытывать благодарность за такое несложное задание, но она не могла сидеть без дела слишком долго. Рош хотелось двигаться вперед, действовать, исследовать.