два техника в белых халатах оживленно болтают друг с другом. Аварийная
кнопка, похоже, не срабатывала. Откуда мог знать индеец, что эту кнопку
сегодня утром установил его начальник Бухер?
Пасариан снова нанял кнопку, но оба техника как ни в чем не бывало
продолжали свою беседу. Очевидно, они ничего не замечали.
И тут индеец услышал крики курсантов. Ребята задыхались и кашляли,
они, спотыкаясь, наталкивались друг на друга в отчаянной попытке выбраться
отсюда. Охваченные ужасом курсанты жадно хватали ртом воздух. Слезы
струились у них из глаз. У некоторых ребят на лицах и руках высыпали
крошечные волдыри.
Сопровождающий курсантов сотрудник бросился к грузовому лифту и
принялся неистово нажимать подряд все кнопки.
Но безуспешно. Лифт не работал.
Сотрудник тыкал в кнопку за кнопкой. Он не знал, что ему делать.
Меньше всего в этой ситуации молодой человек боялся за свою собственную
жизнь. Но допустить, чтобы с кем-нибудь из юных Торнов случилась беда, -
этого он не мог. Чего будет стоить тогда его собственная жизнь?
Единственным человеком, кого, казалось, совершенно не коснулась
всеобщая паника, был Дэмьен. Газ не действовал на него. Он оглянулся на
своих друзей, уже начинающих терять сознание. И тут впервые Дэмьен ощутил
свою особую силу.
Понял мальчик и другое. У него появилась свобода выбора. Он может
сейчас уйти и остаться в живых. Он будет единственным уцелевшим в этой
аварии. Но есть еще одна возможность. Дэмьен поможет всем остальным
выпутаться из этой ситуации и, конечно, тут же попадет в герои.
Странно, но все это начинало обретать для него некий смысл.
Дэмьен решил помочь ребятам. Ему пришлась по вкусу мысль прослыть
героем. Мальчик быстро оглядел потолок и заметил металлический трап,
закрепленный на стене и ведущий к люку, который выходил, очевидно, на
крышу.
- Туда! - крикнул Дэмьен и устремился к трапу. Он ловко и грациозно
вскарабкался по нему, дотянулся до портика и наконец распахнул люк,
впустив потоки солнечного света и свежего воздуха.
Остальные ребята брели, еле передвигая ноги, вдоль узкого прохода.
Они опирались друг на друга. Мальчики на ощупь взобрались по трапу на
крышу, где тут же рухнули, распластав руки и глубоко вдыхая воздух
тяжелыми, жадными глотками.
Внезапно Дэмьен вспомнил про Пасариана. Он огляделся по сторонам,
чтобы убедиться, все ли на месте, потом повернулся и снова скользнул вниз.
Мальчик двигался быстро и осторожно по верхнему коридору. Потом он
молниеносно сбежал по металлической лестнице.
Никого. Пасариана и след простыл. Лишь зеленый ядовитый газ, клубясь,
наполнял зал. Сработал наконец аварийный сигнал, и кругом замелькали
красные огни.
Дэмьен перебежал на другую сторону и опустился по лестничному пролету
на следующий уровень.
Здесь он увидел Пасариана. Но индеец уже ни на что не реагировал.
Скорчившись, он лежал рядом с развороченной трубой. Рука индейца была
вытянута вперед, по-видимому, это была его последняя попытка заделать
отверстие. Вздувшееся и покрытое волдырями лицо было практически
неузнаваемо.
Дэмьен с отвращением отвернулся и со всех ног кинулся к лестнице.
Вновь очутившись на крыше, мальчик обнаружил, что остальные ребята
все еще находятся в состоянии панического смятения. Они катались по крыше,
задыхались, жадно хватая ртом воздух. Дыхание с присвистом вырывалось из
легких. От боли слезы струились из глаз.
Дэмьен пробирался между корчившимися телами к Марку. Ему необходимо
было узнать, в каком состоянии находится его брат.
И пока Дэмьен разыскивал Марка, он внезапно осознал, что вот такой -
нынешний - он начинает себе нравиться. И плевать на то, кто он есть на
самом деле.



    9



Узнав о случившемся, Ричард Торн и Анна покинули Озерный уголок и
помчались в Детский госпиталь, куда после аварии отвели курсантов.
Торн стоял бледный и небритый. Его трясло от гнева. Он разговаривал с
Бухером по больничному телефону рядом с палатой мальчиков.
- Кажется, с ними обошлось, - говорил Ричард, - но я пока не
переговорил с врачом. Мне нужен полный отчет о том, что произошло, и этот
отчет должен лежать сегодня на моем письменном столе!
Ричард бросил трубку и, вконец измученный, тяжело привалился к стене.
Краешком глаза он заметил высокого и красивого чернокожего врача,
входящего в палату мальчиков. Торн бросился за ним. Он а нетерпением ждал
результатов предварительных анализов.
Анна сидела на стуле меж двух кроватей. Марк был бледен и слаб.
Однако Дэмьен, похоже, чувствовал себя вполне прилично.
Врач подошел к Анне. Он назвался доктором Кейном. Торн стоял позади
него.
- С мальчиками все будет в порядке, - обнадежил доктор Кейн. - Мы
проверили, не повреждены ли у кого из ребят легкие. Никаких признаков.
Какое-то время их еще будет подташнивать, но постоянных...
- Я хочу, чтобы за всеми ухаживали самым лучшим образом, - прервал
его Торн.
Доктор Кейн утвердительно кивнул.
- Конечно, - согласился он, отводя Торна в сторону. - А нельзя ли мне
переговорить с вами лично? Всего минуту? - прошептал врач.
- Да, да, конечно. - Торн последовал за доктором в коридор.
Дэмьен, лежа в кровати, пристально наблюдал, как они выходили.
Выйдя в коридор, доктор Кейн подождал, пока пройдет медсестра, и,
когда уже никто не мог услышать их, тихо заговорил.
- Мы провели все возможные анализы крови и поврежденных тканей.
Каждый мальчик в той или иной степени подвергся воздействию газа. Каждый,
за исключением вашего сына Дэмьена.
Мускулы на лице Торна дрогнули.
- Что вы имеете в виду? - спросил Ричард. - Он что...
Доктор Кейн перебил его.
- Нет, нет, мистер Торн. Это совсем не то, что вы думаете. - Врач изо
всех сил старался объяснить все как можно деликатней. - Дэмьен вообще не
подвергся _н_и_к_а_к_о_м_у_ воздействию... _с_о_в_с_е_м_.


В палате Дэмьен обратился к Анне.
- Как ты думаешь, что происходит? - Его глаза начали затуманиваться
темным и холодным гневом.
- О, скорее всего ничего, - рассеянно произнесла Анна. - Доктора ведь
так любят всякие секреты.
Когда мужчины вернулись в палату, Ричард выглядел очень расстроенным.
- Доктор просил оставить Дэмьена здесь еще на пару дней, - произнес
он, пытаясь говорить непринужденно. - Ему необходимо провести еще
кое-какие анализы.
Дэмьен сел на кровати.
- Но со мной же все в порядке, - запротестовал он. - Почему мне надо
остаться, если...
- Вы хотите провести повторные анализы? - прервала мальчика Анна,
обращаясь к доктору Кейну.
Торн выразительно взглянул на них: не в присутствии ребят.
Дэмьен снова заговорил:
- Я не хочу оставаться здесь!
Анна подошла к мальчику и взяла его руки в свои.
Марк тоже поспешил на помощь брату.
- Если он останется, то и я с ним.
Анна устремила взгляд на врача.
- Почему мы не можем сейчас же забрать их домой? Мы приведем сюда
Дэмьена на следующей неделе. Ужасно все, что с ним произошло.
- Может быть, так и сделаем? - робко спросил Ричард.
Похоже, доктору Кейну не очень нравился этот вариант, но врач
прекрасно понимал, что он окончательный.
- Хорошо, - согласился доктор Кейн.
Анна, торжествуя, улыбнулась и еще раз обняла Дэмьена.
- Замечательно, мальчики, - обратилась она к ним. - Почему бы вам
теперь не отдохнуть, а попозже мы заедем за вами и отвезем на озера,
договорились? Свежий воздух будет вам полезен.
Мальчики радостно закивали, расцеловались с родителями и проследили
взглядом, как за ними и доктором Кейном закрылась дверь.


В тот же день поздно вечером доктор Кейн сидел в больничной
лаборатории, склонившись над микроскопом. Он пытался усвоить значение
только что увиденного и в сотый раз уставился на стеклянную пластинку с
мазком крови. Затем заглянул в справочник, лежащий подле него: это была
толстая голубая книга с мелким шрифтом и до мельчайших деталей подробными
фотографиями, потом снова уставился на слайд. Ошибки быть не могло.
Кровь Дэмьена Торна содержала хромосомный набор шакала.
Это походило на какую-то абракадабру, что-то вроде дурацкой шутки, и
тем не менее доказательство было налицо. Вот с ним-то рассудительный ум
Кейна и вел сейчас борьбу.
По необъяснимой причине Кейну не хотелось заниматься всем этим в
одиночестве. Врач поднял трубку и набрал внутренний добавочный номер.
Совершенно случайно его друг и коллега оказался на работе.
- Да, - буркнул знакомый голос.
- Бен! - крикнул Кейн. - Слава Богу, ты еще на месте! Можно я спущусь
к тебе на минутку? Надо перекинуться парой слов.
- Вообще-то, - раздался хрипловатый голос, - я уже уходил.
- Пожалуйста, это срочно, - попросил Кейн.
- Ладно, спускайся, - согласился наконец коллега.
- Спасибо, Бен. Через минуту буду. - Кейн повесил трубку, аккуратно
поставил слайд в контейнер и, засунув справочник под мышку, направился к
лифту.


В Озерном уголке все крепко спали. И лишь Дэмьен бодрствовал. Он
неподвижно лежал в постели. Его широко раскрытые глаза были устремлены в
одну точку. Казалось, они глядели на что-то невидимое, находящееся в ином,
далеком измерении. Мальчик чувствовал, что ему необходимо сосредоточиться
на этом. Он изо всех сил сконцентрировался. Пот выступил на лбу, и все
тело охватила дрожь.


Доктор Кейн вошел в лифт и нажал кнопку. Ему надо было спуститься на
шестнадцатый этаж. Дверцы плавно захлопнулись, и лифт двинулся.
Но почему-то не вниз, а вверх.
Врач глянул на светящееся табло. 21... 22... 23... Он снова нажал на
кнопку "16". Лифт остановился, и дверцы разошлись.
Доктор Кейн в третий раз надавил ту же кнопку.
Дверцы лифта сомкнулись, и он наконец поехал вниз: 19... 18... 17...
Лифт миновал шестнадцатый этаж и, набирая скорость, продолжал
спускаться.
Кейн испугался и ощутил замешательство. Он уронил справочник и
слайды. Врач судорожно тыкал пальцем во все кнопки подряд. Они вдруг разом
загорелись и начали мигать. Лифт набирал скорость. Он стал вибрировать и
трястись.
10... 9... 8...
- Господи, Боже мой! - закричал Кейн, колотя по панели и нажимая все
кнопки и выключатели.
5... 4... 3...
Внезапно лифт, дернувшись, застопорился. Кейна швырнуло на пол. В
мертвой тишине на полу лифта неподвижно лежал врач, боясь шевельнуться или
вздохнуть.
Потом он перевернулся, медленно и осторожно. Сел. Ощупав себя, Кейн
убедился, что ничего не сломал. Кажется, все обошлось. Он был ошеломлен,
но не ранен. Кейн заметил, что слайды разбились, но сейчас ему было на это
наплевать. Он радовался, что остался жив.
А высоко над ним, в шахте, от внезапной остановки лифта оборвался
один трос. В эти мгновения он падал с молниеносной скоростью, как
огромный, смертоносный кнут.
И тут Кейн услышал звук: высокий, пронзительный, металлический визг.
Врач огляделся, но так и не понял, откуда исходит этот шум. Он поднял
глаза и успел заметить, как трос надвое перерезал крышу лифта, скользнул
вниз и то же самое проделал с полом, заодно расчленив пополам и самого
Кейна.


Дэмьен наконец расслабился; глаза его закрылись, и он уснул, так
мирно и безмятежно, как не спал уже целую вечность с тех самых пор, когда
почувствовал это странное внутреннее волнение. На шестой день июня.



    10



Ричард с Анной валялись в постели, просматривая доставленные вместе с
завтраком утренние газеты. Ричард уткнулся в свою любимую "Уолл Стрит
Джорнал", Анна же предпочитала "Чикаго трибун".
Раскрыв газету, Анна чуть не задохнулась.
- Ричард! Посмотри! - вскрикнула она, протягивая мужу газету.
Там помещалась жуткая фотография погибшего доктора Кейна. Внизу была
напечатана сопровождающая статья о трагедии в лифте накануне вечером.
Рядом коротко излагалось и об утечке газа на "Торн Индастриз".
Ричарда не особенно взволновала гибель доктора Кейна. Он тут же
пробежал глазами заметку об аварии в компании, интересуясь, в каком свете
выставили журналисты эту историю.
- Только вчера мы разговаривали с ним, - задумчиво произнесла Анна,
накручивая на палец прядь волос. - Тебе не кажется, что во всем этом
присутствует нечто сверхъестественное?
- Гм-м-м...
Анна отхлебнула глоток кофе и в упор посмотрела на мужа.
- В любом случае интересно, что за анализы собирался провести доктор
Кейн?
- Я не уверен, - пробормотал Ричард, - я не думаю, что даже он... -
Торн вдруг умолк. - А где мальчики? - внезапно спросил Он.
- Спят, я полагаю. А что?
Ричард отложил газеты и повернулся к Анне.
- Я просто не хочу, чтобы они об этом узнали.
- Но почему? - Анна забеспокоилась. - Что тебе сказал врач?
- Похоже, на Дэмьена газ никак не подействовал.
- Ну, а что же в этом плохого-то? Нам следует благодарить судьбу...
- Но именно это обстоятельство взволновало врача, - возразил Ричард.
- Так произошло потому, что у Дэмьена, как утверждал Кейн, иная
хромосомная структура.
- Иная? - воскликнула его жена. - Да это просто какой-то абсурд!
- Именно так я ему и ответил, - согласился Ричард. - Но, похоже,
доктор Кейн был по-настоящему обеспокоен.
Анна некоторое время сидела молча, потом спросила:
- И что же ты намерен предпринять?
- Да ничего. - Ричард снова потянулся за своей газетой. - Я не
покупаюсь на эти генетические штучки. Дэмьен в полном порядке.


Доктор Чарльз Уоррен только что вернулся из Эйкры, где возглавлял
утомительную отправку последних экспонатов, найденных во время раскопок в
замке Бельвуар. Экспонаты было намечено выставить в музее Торна.
Уоррену так и не удалось увидеть стену Игаэля. Бесценный экземпляр
был упакован и отправлен до того, как прибыл ученый. Уоррен очень
расстроился по этому поводу. С тех самых пор, как его погибшая
приятельница журналистка Джоан Харт устроила из-за стены такой скандал,
его словно магнитом потянуло к этому экспонату. А теперь он вынужден
дожидаться, когда стена Игаэля прибудет, наконец, в Чикаго, или же мчаться
в Нью-Йорк и отлавливать ее там, карауля приход судна.
Уоррен испытал нечто, похожее на счастье, когда ступил на порог
своего кабинета. Ученый полагал, что его кабинет является лучшим рабочим
местом во всем здании музея. Кабинет находился на уровне подвала, он
примыкал к котельной и тем самым обеспечивал тишину и уединение,
необходимые для работы. Особенно в такие вот вечера, как сегодняшний,
когда музей уже закрыт и все разбрелись по домам.
Кабинет Уоррена был оборудован по последнему слову техники, все это
оснащение помогало ученому сохранять и реставрировать древние находки.
Здесь имелись специальные кондиционеры, инфракрасное с ультрафиолетовым
освещение, переносные обогреватели, напичканные термостатами, уйма
каких-то химикатов в бутылках, многочисленные кисти, а также масса
различных ножей и ножичков.
Имея в своем распоряжении эту любопытную комбинацию из древних
памятников и современной технологии, ученый добивался того, что фреска
вековой давности выглядела как новенькая. При этом оригинальный замысел
художника оставался неповрежденным. Для реставрации Уоррен использовал
только те материалы, что были доступны древним художникам.
Доктор Уоррен рассматривал некоторые вещицы, полученные накануне из
Эйкры. Отодвинув в сторону несколько бронзовых ножей и пару глиняных
плошек, он вытащил очень древний кожаный сундучок. Это был один из
экспонатов, которые Уоррен привез сюда на самолете лично. Предполагая их
ценность, он только и ждал подходящего момента, чтобы в одиночестве
внимательно осмотреть находки.
Доктор Уоррен развязал кожаные ремешки и открыл сундучок. Заглянул в
него, понюхал. На поверку оказалось, что сундучок был не таким уж древним,
хотя, конечно же, далеко не современным.
Ученый сунул внутрь руку и вытащил несколько туго перевязанных
пергаментных свитков. Он отложил их в сторону. Потом снова полез в
сундучок и извлек оттуда миниатюрное распятие с фигуркой Спасителя.
Христос, казалось, мучился в страшной агонии. Ученый уставился на предмет.
Затем отложил его и снова запустил руку внутрь сундучка, доставая оттуда
вполне современный конверт! Доктор Уоррен был крайне заинтригован, но и
этот конверт последовал за уже извлеченным содержимым.
В сундучке кое-что еще оставалось.
Уоррен поднял со дна довольно увесистый сверток, обернутый в ветхую,
разодранную тряпку: когда ученый вытаскивал этот сверток, что-то внутри
его звякнуло. Он развернул ткань и обнаружил семь тонких, очень острых и,
похоже, невероятно древних кинжалов. Рукоятки их - каждая в виде распятого
на кресте Христа - были вырезаны из слоновой кости.
Любопытство Уоррена достигло предела. Он схватил конверт и разорвал
его. Оттуда вывалилась кипа каких-то бумаг. Ученый изумленно уставился на
нее. Он узнал почерк Карла Бугенгагена.
Уоррен начал читать бумаги.


Сегодня был один из тех редких чудесных вечеров, когда семья Торнов
собралась в собственном кинозале и смотрела захватывающий вестерн.
Полсеместра мальчики уже отзанимались и теперь приехали на отдых.
На экране высокий мужчина шагал по улице какого-то заштатного
городка. Руки его находились на бедрах, в нескольких дюймах от рукояток
револьверов.
Мужчина, конечно же, не заметил короткого дула винчестера,
нацеленного на него из окна третьего этажа, как не заметил и колебания
занавесей в окне второго этажа, где находился, по мысли режиссера, пустой
продуктовый склад.
И вот грянул выстрел, мужчина упал.
Внезапно изображение начало множиться, стало каким-то размытым, а
затем перескочило с экрана на стену.
- Пристрелить киномеханика! - завопил Дэмьен.
И тут же из отверстия в стене высунулась голова Марка. Мальчик
крикнул в ответ:
- Упал замертво! - Он нетерпеливо повернулся к проектору, исправляя
неполадки.
Как правило, у проектора стоял один из лакеев, но Марк упросил
Ричарда научить его пользоваться аппаратом. Сегодня мальчик впервые
выступал в роли киномеханика и, как нарочно, застопорил фильм на самом
интересном месте.
К счастью, Марк быстро справился с забарахлившим проектором и снова
запустил фильм. Все это время Дэмьен сочувственно подбадривал брата.
И вот герой вскакивает на ноги и устраивает восхитительную пальбу.
Правой рукой он выхватывает пистолет и наповал укладывает человека с
винчестером, а левой вытаскивает еще один пистолет и отправляет на тот
свет кого-то за колеблющейся занавеской. Этот кто-то вынужден рухнуть
прямиком на крышу склада, а потом, прокатившись по ней, свалиться оттуда
на стоящую внизу лошадь. Сам герой тут же прыгает на другую лошадь и
скачет навстречу заходящему солнцу под общие громкие аплодисменты.
- Ну! Хоть конец счастливый! - произнесла Анна, пока Дэмьен включал
свет.
- Так, средненький фильм, - резюмировал Дэмьен.
Анна улыбнулась и покачала головой.
- А не слишком ли ты молод для подобной циничности? - Она встала и
потянулась. - Кто желает сэндвич?
- Первый! - Ричард поднял руку.
- Второй! - присоединился к нему Дэмьен.
- По-моему, Марк тоже не против, - сказала Анна и пошла на кухню.
Тем временем Марк в будке осторожно сматывал фильм, стараясь не
поцарапать киноленты. Дэмьен свертывал экран, а Ричард складывал
настольную игру.
Внезапно раздался звонок в дверь. Ричард с Дэмьеном в один голос
воскликнули:
- Кто бы это мог быть?
Дэмьен пожал плечами.
- Пойду открою, - бросил он и направился к входной двери.


На пороге стоял Чарльз Уоррен. Он насквозь продрог и весь был
запорошен снегом. В руках он сжимал конверт с бумагами Бугенгагена. Ученый
дрожал, но не от холода. Только что он прочел нечто такое, что до смерти
напугало его.
Когда дверь открылась и Уоррен увидел перед собой Дэмьена, он чуть не
задохнулся от неожиданности. Чарльз попытался улыбнуться, но улыбка
получилась какая-то вымученная, и Дэмьен мгновенно уловил эту перемену. Он
моментально насторожился.
- Хэллоу, доктор Уоррен, - чеканя слова, произнес мальчик.
- Привет, Дэмьен, - Чарльз пытался говорить как можно естественней. -
Ты не передашь папе, что мне необходимо повидать его?
- А он вас ждет? - вопрос Дэмьена прозвучал сухо и официально.
Мальчик даже не пригласил ученого в дом.
- Пожалуйста, передай ему, что я здесь, - произнес Уоррен, и в его
голосе зазвенели стальные нотки.
Дэмьен на секунду заколебался, потом проговорил:
- Входите.
Уоррен шагнул в холл, и мальчик прикрыл за ним дверь.
- Я передам ему, что вы здесь, - сказал он и направился в комнату.
Уоррен стряхнул с куртки снег.
- Там доктор Уоррен, - сообщил отцу Дэмьен.
- Чарльз? - Ричард обрадовался, но удивился. - Отлично! Так веди же
его!
Но Уоррен, не вытерпев, уже сам входил следом за мальчиком.
- Попроси маму слепить еще один сэндвич для доктора Уоррена, - велел
Ричард Дэмьену, который молча вышел из комнаты, плотно закрыв за собой
дверь.
Оставшись в одиночестве, Дэмьен дал волю своему бешенству. Ему не
требовалось никакого объяснения, зачем здесь Уоррен и какова причина столь
странного взгляда, каким ученый окинул в дверях мальчика. Но он ничего не
мог сделать - пока... Дэмьен поспешил на кухню заказать еще один
бутерброд, как ему было велено.
Пока Ричард наполнял коньяком два бокала, Уоррен размышлял, с чего
начать.
Торн совершенно забыл о Марке, который все еще продолжал перематывать
пленку. Мальчик находился в будке, откуда было слышно каждое слово беседы
доктора Уоррена с отцом.
Чарльз взял предложенный Ричардом бокал с коньяком и отхлебнул такой
большой глоток, что хозяин удивленно взглянул на него.
Алкоголь придал Уоррену храбрости, и он решил спросить Торна
напрямик.
- Ричард, - начал он, - можно я спрошу тебя об одном очень деликатном
деле?
- Чарльз, мы же друзья, - подбодрил приятеля Торн. - Продолжай.
Уоррен глубоко вздохнул и поинтересовался:
- Ты не мог бы мне сказать, что на самом деле произошло в Лондоне с
твоим братом?
Голос и поведение Ричарда резко изменились, в них появилась та
холодная твердость, которая пресекала все разговоры на подобную тему.
- Почему ты задал этот вопрос? - наконец выдавил из себя Ричард.
- Накануне я распечатал прелюбопытнейший сундучок, который нашел в
Эйкре. Принадлежал он Бугенгагену. В этом сундучке содержались личные вещи
археолога. А нашли его рядом со скелетом Бугенгагена.
- Ну и что? - выпалил Торн. В его голосе начинало звучать нетерпение.
Уоррен сделал еще один приличный глоток.
- Знал ли ты, что именно Бугенгаген вручил твоему брату кинжалы? Те
самые, которыми Роберт пытался заколоть Дэмьена?
Торн резко оборвал друга.
- Что ты такое несешь, черт подери?
В проекционной будке Марк, холодея, вслушивался в разговор.
- Семь лет назад Бугенгаген написал тебе письмо, - продолжал Уоррен.
- Письмо? Мне? - Торн принялся взад-вперед ходить по комнате. - Я не
получал никакого письма.
- Он не успел его отослать. Письмо находилось в сундучке.
- И ты его прочел? - произнес Торн обвиняющим тоном.
Уоррен как-то весь сжался.
- Ричард, - умоляюще вымолвил он. - Ты же знаешь меня. Я - человек
рациональный. Но то, что я хочу тебе сейчас сказать, прозвучит наверняка
совсем по-иному.
- Ну давай же, Уоррен, выкладывай все поскорее, ради Бога!
- Бугенгаген утверждает, что Дэмьен... - Уоррен судорожно сглотнул, -
что Дэмьен... орудие Дьявола. Антихрист!
Торн уставился на Уоррена так, будто тот сошел с ума.
А в проекционной будке у Марка перехватило дыхание.
Уоррен тем временем продолжал:
- Он не человек, Ричард. Я понимаю, все это выглядит сумасшествием,
но Бугенгаген утверждает, что Дэмьен - порождение шакала!
Торн рассмеялся.
- И ты не преминул тут же выложить мне все это? - Он мотнул головой и
собрался уйти.
Уоррен осушил бокал и поставил его на стол.
- Твой брат все понял, - заговорил он, следуя за Торном. - Он приехал
к Бугенгагену в отчаянии, не зная, что ему делать. Старик поведал Роберту,
как покончить с мальчиком.
Торн с грохотом опустил на столик стакан и повернулся к Уоррену.
- Мой брат был болен, - ледяным тоном произнес он. - Болен
психически. Смерть его жены...
- ...вызвал Дэмьен! - закончил за Ричарда Чарльз. - И все остальные
смерти... пять необъяснимых случаев. Кажется, это лишь часть тех
предначертаний, что записаны в "Откровении Иоанна Богослова". - Уоррен
понимал, что вступил на опасный путь, но продолжал, не обращая внимания на
раздражение Торна. - Бугенгаген...
- Который, очевидно, свихнулся, - перебил Чарльза хозяин.
Уоррен в изнеможении покачал головой. Страх вновь овладел ученым.
- Я знаю, все это звучит безумно... - признался он.
- Но ты этому веришь, - возразил Ричард.
Уоррен вытащил из кармана письмо Бугенгагена и швырнул его на стол.
- Вот это письмо. Прочти его сам.
- Нет.
- Если Бугенгаген прав, - настаивал Чарльз, - то все мы в опасности.
Ты, Анна, Марк - все мы. Вспомни-ка, что случилось с Джоан Харт - она
знала.
Торн оставался несокрушимым.
- Я не намерен читать бредни старого маразматика! - произнес он.
- Ричард, - умолял Уоррен, - я знал Бугенгагена. Он не был старым
маразматиком. Неужели ты не испытываешь ни малейшего подозрения? Неужели
ничего странного...
- Нет! - заорал Торн.
Уоррену вдруг показалось, что Ричард его сейчас ударит, но он
настойчиво продолжал: - Ты не замечал ничего такого, что показалось бы
тебе странным? Ни в словах, ни в поведении мальчика?
- Я хочу, чтобы ты сейчас же ушел, Чарльз...
- Смерть уже не раз посетила нас...
- Убирайся! - Торна затрясло от ярости.