23 февраля, во время совещания в Вильгельмсхафене на борту своего флагмана «Фридрих дер Гроссе», Шеер сумел убедить кайзера разрешить флоту более активные операции, тем более что от имени армии генерал Фалькенгайн потребовал от флота таких действий, которые ослабили бы давление союзников под Верденом. Когда разрешение Вильгельма II было получено, Шеер, не мудрствуя лукаво, решил повторить успешный набег на побережье Англии, надеясь, что сумеет поймать часть английского флота.
   5—6 марта 1916 года германский флот совершил пробный выход в море к Текселю, но Адмиралтейство узнало об этом слишком поздно, перехватить немцев не удалось. Ответ последовал довольно быстро. 24 марта Гарвичские Силы вышли в море, сопровождая гидроавианосец «Виндекс» к входу в Скагеррак. Планировался налет гидросамолетов на базу цеппелинов в Тондерне. В атаке участвовало 5 гидросамолетов. Несмотря на штормовую погоду, все они сумели подняться в воздух, однако не нашли ангары цеппелинов. Рейд был сорван появлением звена немецких самолетов, высланных на поиски «Виндекса» и сопровождавших его кораблей. Затем пришло сообщение, что главные силы немецкого флота выходят в море. Из-за сильного шторма столкнулись эсминцы «Медуза» и «Лейврок», причем первый получил серьезные повреждения, и его скорость упала до 6 узлов. Лидер «Лайтфут» взял поврежденный эсминец на буксир, хотя это было очень рискованно, так как отряд находился недалеко от вражеского побережья. Шеер вышел из Яде, чтобы перехватить Тэрвитта, а Битти ринулся на помощь. Ночью Тэрвитт столкнулся с патрульными миноносцами противника, легкий крейсер «Клеопатра» протаранил и потопил миноносец G-194, но при этом сам был протаранен крейсером «Андаунтед». «Клеопатра» пострадала не слишком сильно, однако «Андаунтед» смял себе нос, и его скорость упала до 6 узлов. Впрочем, прекрасная морская выучка англичан позволила спасти крейсер, а вот «Медузу» пришлось-таки затопить. Утром 26 марта казалось, что линейные крейсера Битти столкнутся с немцами без поддержки Джеллико, но начавшийся шторм вынудил Шеера вернуться в порт.
   Следующий выход Флота Открытого Моря состоялся 21 апреля из-за ошибочного предположения, будто Тэрвитт собирается повторить атаку Тондерна. Комната 40 вовремя предупредила Первого Лорда Адмиралтейства адмирала Генри Джексона, и тот приказал Гранд Флиту выходить, но прежде чем Джеллико смог достичь Скагеррака, Шеер решил, что атака Тэрвитта откладывается, и вернулся в Яде. Джеллико находился в море, пока его Флот Линейных Крейсеров не попал в густой туман. Ночью линейные крейсера «Аустралия» и «Нью Зиленд» столкнулись, вынудив Битти вернуться в Розайт. 23 апреля, примерно в 04.30, недалеко от берегов Ютландского полуострова Джеллико повернул обратно, он тоже понес потери из-за тумана. Дредноут «Нептун» столкнулся с торговым судном, та же участь постигла 3 эсминца, причем «Ардент» пришлось буксировать кормой вперед. Корабли Джеллико принимали топливо, когда он получил известие о Пасхальном мятеже в Дублине. Можно было ожидать выхода германского флота на помощь мятежникам, но дело ограничилось посылкой крейсера «Глостер» и 4 эсминцев из состава Гранд Флита для патрулирования у берегов Ирландии, чтобы перехватывать пароходы с оружием, которые немцы могли послать мятежникам. Кстати, один такой пароход – «Либау» – действительно был перехвачен.
   Под впечатлением сообщений о действиях британского флота Шеер пришел к заключению, что Гранд Флит разделился на две группы, и решил нанести внезапный удар по английскому побережью и обстрелять Лоустофт. Вот, оказывается, какой способ давления на Гранд Флит избрал Шеер! Почитателям «таланта» этого адмирала не следует забывать, что немецкий командующий в данном случае показал себя как обычнейший военный преступник и убийца. В операции должны были участвовать все силы Флота Открытого Моря. Ударный отряд состоял из 4 линейных крейсеров 1-й Разведывательной группы под командованием контр-адмирала Бёдикера (Хиппер был в отпуске по болезни), 4 легких крейсеров 2-й Разведывательной группы и 2 флотилий эсминцев. 24 апреля они покинули внешний рейд Яде, все остальные корабли германского флота должны были прикрывать их, находясь северо-западнее Тершеллинга.
   Однако немцев сразу начали преследовать неудачи. «Зейдлиц» наскочил на мину, корабль принял 1400 тонн воды и сел носом почти на полтора метра. Бёдикеру пришлось переносить флаг на «Лютцов», ложные сообщения об английских подводных лодках сделали эту процедуру долгой и нервной. Вдобавок немцам пришлось резко усилить радиопереговоры, что встревожило Комнату 40. В 19.30 Гранд Флит получил приказ выйти в море. Шеер об этом не знал. Адмирал получил несколько радиограмм из Берлина, которые окончательно успокоили его. Он решил, что британский флот проводит свою собственную операцию и не сможет помешать немцам.
   В полночь германский флот вышел в условленный район севернее Тершеллинга. Как раз в это время в море вышли Гарвичские Силы Тэрвитта, он сам вел 5-ю эскадру легких крейсеров, в которую входили «Конквест», «Клеопатра» и «Пенелопа», а также лидер «Лайтфут» и 7 эсминцев. Немного позднее порт покинули лидер «Нимрод» и еще 9 эсминцев. Тэрвитт решил не идти в указанную Адмиралтейством точку, а постараться найти неприятеля и направился прямо к Лоустофту. 25 апреля, около 03.50, Тэрвитт обнаружил несколько кораблей, идущих на северо-запад, это были легкие крейсера «Франкфурт» и «Висбаден», шедшие впереди линейных крейсеров. Тэрвитт намеренно дал немцам обнаружить себя, после чего повернул на юг. Он надеялся, что противник последует за ним. Действительно, сначала германские легкие крейсера повернули за ним, но почти сразу прекратили погоню. Бёдикер не намеревался отвлекаться от намеченного плана ради сомнительной погони с неясными результатами.
   В 04.11 Бёдикер открыл огонь по Лоустофту с дистанции 14 000 ярдов. Бомбардировка продолжалась всего 10 минут, в городе было разрушено около 200 зданий, однако на сей раз жертвы оказались невелики. Командир «Фон дер Танна» капитан 1 ранга Ценкер в своем рапорте писал:
   «Туман над морем и дым с кораблей, идущих впереди, очень затруднили поиск целей, когда мы приближались к Лоустофту. После того как мы повернули на север, отель «Эмпайр» послужил нам четким ориентиром во время обстрела. В 04.11 мы открыли огонь из тяжелых и средних орудий по портовым сооружениям и мостам. После нескольких недолетов стрельба стала хорошей. С кормового мостика заметили большой пожар в городе, а с другого поста донесли о сильном взрыве у входа в гавань».
   Услышав, что канонада стихла, Тэрвитт решил, что немцы направляются к Ярмуту, и снова повернул на север. В 4.30 крейсера Тэрвитта заметили на севере германские крейсера «Росток» и «Эльбинг». С расстояния 65 кабельтов англичане открыли огонь. Их корабли на фоне берега не были видны, и немецкие крейсера начали отходить, стараясь навести противника на свои линейные крейсера. Через 5 минут на севере показалась 1-я Разведывательная группа, идущая прямо навстречу Тэрвитту. Он немедленно развернулся на 16 румбов и лег на обратный курс, однако Бёдикер уже открыл огонь. Один из первых же залпов попал в надстройки флагманского крейсера «Конквест». Около 40 человек были убиты и ранены, но машины не пострадали, и крейсер сохранил скорость 20 узлов. Кроме «Конквеста» пострадал эсминец «Лаэртес», на котором был разбит один котел.
   Тактика Тэрвитта сработала: германские линейные крейсера почти не стреляли по городу, так как Бёдикеру пришлось идти на помощь своим легким крейсерам. Планировалось вести обстрел города в течение получаса, но в действительности стрельба велась только 15 минут. Бёдикер мог уничтожить слабый отряд противника, вместо этого стал отходить на восток к главным силам, которые еще в 05.20 повернули на обратный курс. Во время погони за Тэрвиттом он получил несколько донесений о замеченных подводных лодках и следах торпед, что было чистой фантазией. Тэрвитт следовал за ним до 08.45, когда Адмиралтейство, опасаясь стычки между Давидом и Голиафом, отозвало его. Битти, который шел на полной скорости к месту боя, тоже повернул назад. Он разминулся с Бёдикером всего на 45 миль. Около 10.00 в крейсер «Пенелопа» попала торпеда, которая оторвала руль, и на этом активные действия противников завершились. Немцы также потеряли 2 подводные лодки, UB-13 была потоплена английским дрифтером, а UC-5 вылетела на мель и даже была захвачена англичанами. Однако при этом UB-18 потопила английскую подводную лодку Е-22 и даже спасла двоих моряков с нее.
   Джеллико нанес ответный удар 3 мая, выйдя в море с двумя соединениями. Минные заградители «Принцесса Маргарет» и «Эбдиел» должны были поставить мины на протраленных германцами фарватерах, а гидросамолетам с «Энгедайна» и «Виндекса» поставили задачу бомбить ангары цеппелинов в Тондерне. Линейный Флот и Флот Линейных Крейсеров осуществляли прикрытие на случай, если Флот Открытого Моря выйдет из гаваней.
   Рано утром 4 мая 1916 года «Виндекс» и «Энгедайн» вышли в точку взлета самолетов. 11 машин были спущены на воду, но сильное волнение помешало им, и только 3 сумели взлететь. У остальных 8 либо просто оторвало пропеллер, либо залило магнето. Один из стартовавших самолетов врезался в антенну эсминца «Госхок» и разбился, другой из-за неполадок в моторе уже после нескольких минут полета был вынужден вернуться, последний гидросамолет долетел до Тондерна, однако ангары цеппелинов были полностью скрыты утренним туманом. Действия заградителей вообще остались незамеченными. Более того, внимание Шеера отвлекла необходимость оказать помощь 8 цеппелинам, которые возвращались домой после налета на Британию. Только вечером 4 мая он понял, что Гранд Флит выходил в море, но в это время Джеллико уже приказал своим кораблям возвращаться в порты. Однако легкие крейсера «Галатея» и «Фаэтон» ухитрились сбить цеппелин L-7, остатки команды которого подобрала британская подводная лодка Е-31.
 
   Германский канцлер назвал рейд на Лоустофт свидетельством того, что Британия больше не удерживает контроль над морем. Но из этого последовал совершенно неожиданный вывод: было решено отложить начало неограниченной подводной войны. В самой Британии «безнаказанность, с которой враг атаковал наше восточное побережье», так потрясла общественное мнение, что Первый Лорд Адмиралтейства, которым стал Артур Бальфур, пообещал новую передислокацию флота.
   12 мая в Розайте состоялась встреча адмиралов Джеллико и Битти с Первым Морским Лордом адмиралом Генри Джексоном. Было решено к началу зимы оборудовать Розайт для стоянки двух эскадр линейных кораблей, а Хамбер подготовить для базирования там одной эскадры. Однако, когда Джеллико заикнулся было о перебазировании туда части сил Гранд Флита, Джексон не посмел принять на себя такую ответственность. Битти напомнил, что 3-я эскадра линейных крейсеров должна отправиться в Скапа Флоу для проведения учебных стрельб, и потребовал заменить ее 5-й эскадрой линкоров. Джеллико согласился, хотя и с большой неохотой. Как всякий компромисс, это решение имело самые неудовлетворительные последствия. Битти не успел (не сумел или вообще не пожелал?) отработать взаимодействие с эскадрой адмирала Эван-Томаса, а Джеллико лишился самого мощного своего соединения. И если во время Ютландского боя 3-я эскадра линейных крейсеров адмирала Худа случайно оказалась в очень нужном месте и в очень нужное время, это было делом слепого случая, а не гениального предвидения адмиралов. Зато именно несплаванность отряда Битти в новом составе едва не привела к уничтожению 5-й эскадры линкоров. Впрочем, для нетерпеливого адмирала эти корабли все-таки были слишком тихоходны, и он намеревался при первой же возможности вернуть их Джеллико.
   Битти, который разделял опасения Джеллико относительно невозможности артиллерийской практики в Розайте, пришлось послать свои линейные крейсера в Скапа Флоу. Это решение, однако, запоздало, и лишь эскадра Худа сумела улучшить свою стрельбу до новой вылазки Флота Открытого Моря. Зато постановку артиллерийского дела на остальных кораблях Битти иначе как омерзительной назвать нельзя. Например, линейный крейсер «Тайгер» за два сражения – Доггер-банка и Ютландское – выпустил около 500 снарядов и добился всего лишь одного попадания. Какие там три процента попаданий?! Но при этом его командир капитан 1 ранга Пелли не получил даже малейшего взыскания, хотя в военное время за такое и под суд военного трибунала можно отдать.
   Чтобы защитить подходы к Темзе против нового рейда немцев, 3-я эскадра линкоров адмирала Брэдфорда, падчерица Гранд Флита, состоявшая из броненосцев типа «Кинг Эдуард VII» и «Дредноута», была передвинута в устье Темзы. Вдобавок была затеяна реорганизация минных сил флота. Таким образом, знаменитый корабль потерял даже теоретические шансы хоть немного пострелять по противнику. Коммодор Хоксли только месяц назад поднял свой брейд-вымпел на легком крейсере «Кастор» и лишь начал формировать новые флотилии из поступающих с верфей кораблей улучшенных проектов. Необученность команд и несплаванность флотилий серьезно помешали действиям британских минных сил в Ютландском сражении. Хоксли даже не пытался руководить действиями эсминцев, если не считать его собственную флотилию.
   Офицеры в кают-компаниях германских кораблей частенько провозглашали тост за Der Tag – день, когда им приведется встретиться в бою с британским флотом. О чудовищной силе Гранд Флита они предпочитали не вспоминать, ведь человеку всегда свойственно надеяться на чудо. Адмиралы смотрели на перспективы такого боя более трезво, чем пылкие лейтенанты, и Шеер продолжал надеяться на то, что ему удастся уничтожить хотя бы несколько британских линкоров, не встретившись с главными силами противника. Первые вылазки к английским берегам завершились относительно благополучно. Потеря «Блюхера» мало что изменила в балансе сил на Северном море, но кое-какие выводы германский командующий сделал. Обстрел Лоустофта мог привести лишь к столкновению с отрядом Тэрвитта, поэтому в следующий раз мишенью для линейных крейсеров Хиппера должен был стать расположенный севернее Сандерленд. Но при этом Шеер сформулировал два обязательных условия для проведения подобной операции. Первое – цеппелины должны провести разведку и точно установить, что Джеллико не вышел в море. Второе – несколько подводных лодок, которые сейчас были перенацелены на «чисто военные задачи», поставят мины перед английскими портами и постараются атаковать выходящие в море британские корабли. Кроме того, они были обязаны сообщить Шееру о выходе Гранд Флита, так как неожиданное столкновение с ним планом германского командующего предусмотрено не было. Он рассчитывал уничтожить линейные крейсера Битти до того, как вмешается Джеллико.
   А Джеллико, в свою очередь, собирался поймать Шеера в капкан, подсунув ему лакомую приманку, чтобы заманить Флот Открытого Моря дальше к северу, чем до сих пор тот осмеливался заходить. Для этого планировалось направить две эскадры легких крейсеров к Скагерраку и далее по Каттегату до Большого Бельта и Зунда. Возле Скагеррака Джеллико собирался держать эскадру линкоров, а главные силы Гранд Флита – чуть дальше к северу. Даже если бы немцы не зашли так далеко, они могли налететь за гарвичские подводные лодки, патрулирующие чуть южнее Хорнс-рифа и у Доггер-банки. Минный заградитель «Эбдиел» должен был поставить минное заграждение южнее Хорнс-рифа. Чтобы не позволить немцам обнаружить западню, к Хорнс-рифу предполагалось направить гидроавианосец «Энгедайн» в сопровождении крейсеров и эсминцев, чтобы его гидросамолеты отгоняли цеппелины. Эта операция была назначена на 2 июня.
   Немецкий линейный крейсер «Зейдлиц»
 
   Шеер наметил обстрел Сандерленда на 17 мая. В море вышли 17 подводных лодок, из которых 10 должны были занять позиции перед Скапа Флоу, Кромарти и Ферт-оф-Фортом. Однако Шеер неожиданно узнал, что ремонт «Зейдлица» не удается завершить к намеченному сроку, вдобавок выяснилось, что на кораблях 3-й эскадры линкоров имеют место многочисленные неисправности машин, которые пришлось исправлять в аварийном порядке. Операция была отложена до 23 мая, но отозвать лодки Шеер уже не мог. Позднее срок ввода в строй «Зейдлица» был перенесен еще раз, и операцию пришлось снова отсрочить, теперь до 31 мая, так как Шеер не хотел отправлять Хиппера всего лишь с 4 линейными крейсерами. 28 мая «Зейдлиц» доложил, что он «к походу и бою готов», однако тут же из-за неисправности конденсаторов пришлось поставить на ремонт новый линкор «Кёниг Альберт». Новой отсрочки быть не могло, так как 1 июня подводные лодки должны были возвращаться.
   Задача германских лодок оказалась сложнее, чем можно было представить. U-74, один из подводных минных заградителей, был потоплен англичанами. U-75 поставила заграждение северо-западнее Оркнейских островов, которое не помешало действиям Гранд Флита, однако дорого обошлось англичанам. 5 июня на нем подорвался броненосный крейсер «Хэмпшир», на котором следовал в Россию министр обороны Китченер. Маршал погиб. UB-27 сумела пробраться в залив Ферт-оф-Форт, но там запуталась в противолодочных сетях. Лодке понадобились целые сутки, чтобы вырваться на свободу, и атаковать линейные крейсера она не смогла. В результате лишь 4 лодки находились на позициях, когда Гранд Флит вышел в море, никаких успехов они не добились. Сильные ветры помешали Шееру использовать цеппелины. Таким образом, немецкий план начал рушиться с первых шагов, но Шеер операцию не отменил, однако он был вынужден перейти к альтернативному плану. Вместо обстрела Сандерленда адмирал решил совершить вылазку к Скагерраку, надеясь, что датское побережье прикроет его флот от внезапной атаки с восточного направления.
   Итак, 31 мая 1-я Разведывательная группа, состоящая из 5 линейных крейсеров под командованием адмирала Хиппера, в 2.00 покинула Яде. Ее сопровождали 2-я Разведывательная группа контр-адмирала Бёдикера (4 легких крейсера), а также 2, 6 и 9-я флотилии эсминцев под командованием коммодора Гейнриха, находившегося на легком крейсере «Регенсбург». В 2.30 мимо плавучего маяка Яде прошли 7 линкоров 3-й эскадры контр-адмирала Бенке. За ними последовал сам Шеер, державший флаг на «Фридрихе дер Гроссе». Флагман сопровождали 8 линкоров 1-й эскадры вице-адмирала Шмидта, а также 6 броненосцев 2-й эскадры контр-адмирала Мауве. Хотя эти корабли уже не имели серьезной боевой ценности и лишь связывали более быстроходные дредноуты, Шеер все-таки взял их с собой. Перечисленные три эскадры линкоров сопровождала 4-я Разведывательная группа коммодора Рейтера (5 легких крейсеров), а также коммодор Михельсен на легком крейсере «Росток». Он командовал 1, 3, 5 и 7-й флотилиями эсминцев, насчитывающими 31 вымпел. К 8.00 Линейный Флот Шеера находился в 50 милях за кормой линейных крейсеров Хиппера. Они миновали траверз Гельголанда и повернули на север по протраленному фарватеру к плавучему маяку Хорнс-риф. Для кораблей погода была прекрасной, но 3-балльный ветер был слишком силен для хрупких цеппелинов.
   Отметим, что решение взять с собой 2-ю эскадру линкоров Шеер принял совершенно спонтанно, буквально вечером накануне выхода в море, первоначальным планом операции это не предусматривалось. Шеер пишет, что сделал это, уступив горячим просьбам адмирала Мауве, а также чтобы поддержать боевой дух личного состава 2-й эскадры. Говорят, что сыграла роль и некая сентиментальность, потому что Шеер не столь давно сам командовал этой эскадрой. Но в любом случае все это непонятно, командующий не должен в своих решениях поддаваться сантиментам. Ведь Шеер сам облегчил Джеллико решение «неразрешимой» задачи – скорость броненосцев делала вполне возможным преследование германского флота, если бы только Джеллико собирался это делать.
   А сейчас посмотрим, что в это время делали англичане. Еще 16 мая Адмиралтейство отметило повышенную активность германских подводных лодок в Северном море и сделало правильный вывод, что немцы что-то затевают. Комната 40 подтвердила эти опасения, расшифровав приказы Шеера. 30 мая она передала: «Вражеские силы могут выйти в море». Гарвичские Силы получили приказ вернуться в гавань, а в полдень Джеллико было отправлено предупреждение. 3-я эскадра линкоров, базирующаяся в устье Темзы, получила приказ разводить пары и приготовиться к выходу в море на следующее утро. В 17.40 Адмиралтейство отправило сообщение Джеллико и Битти: «Немцы наметили какую-то операцию, выходят через Хорнс-риф. Вы должны сосредоточиться к востоку от Долгих Сороковых[2] в готовности к любой встрече». Поэтому Линейный Флот получил приказ приготовиться к выходу из Скапа-Флоу и Кромарти. Битти отдал своим линейным крейсерам приказ: «Развести пары, приготовиться дать 22 узла, сообщить по готовности». Через четверть часа Джеллико узнал, что Гарвичские Силы и 3-я эскадра линкоров не выйдут в море, пока не прояснится ситуация, однако Тэрвитт получил приказ 31 мая находиться в часовой готовности к выходу. В 20.15 Битти получил инструкции Джеллико: 31 мая Флот Линейных Крейсеров должен был выйти в точку в 100 милях от Хорнс-рифа к 14.00, в это же время Линейный Флот должен занять позицию в 65 милях севернее. Если до 14.00 не будет новых сообщений, то Битти должен идти на север на соединение с Джеллико, который, в свою очередь, будет двигаться на юг к Хорнс-рифу.
   В 21.30 «Лайон» вывел в море линейные крейсера: 1-я эскадра контр-адмирала Брока (3 корабля) и 2-я эскадра контр-адмирала Пакенхэма (2 корабля). Вместе с ними находилась 5-я эскадра линкоров (4 корабля), 1, 2 и 3-я эскадры легких крейсеров (каждая по 4 корабля) коммодоров Александер-Синклера и Гуденафа и контр-адмирала Нэпира соответственно. Их сопровождали 1, 9, 10 и 13-я флотилии эсминцев, которые насчитывали в общей сложности 2 легких крейсера и 27 эсминцев. Битти прихватил с собой и маленький гидроавиатранспорт «Энгедайн».
   Примерно в это же время в море из Скапа Флоу и Кромарти вышли 24 линкора. Это были 1-я эскадра вице-адмирала Берни, 2-я эскадра вице-адмирала Джеррама и 4-я эскадра вице-адмирала Стэрди. Вместе с ними вышли 3-я эскадра линейных крейсеров контр-адмирала Худа (3 корабля), 1-я и 3-я эскадры крейсеров (по 4 броненосных крейсера) контр-адмиралов Арбетнота и Хита. Главные силы флота сопровождала 4-я эскадра легких крейсеров коммодора Ле Мезюрье (5 кораблей), а также других 7 легких крейсеров. 4, 11 и 12-я флотилии эсминцев, всего 50 кораблей, прикрывали главные силы флота. Минный заградитель «Эбдиэл» имел собственную отдельную задачу. Джеллико намеревался взять с собой большой гидроавианосец «Кампэния», но тот не сумел выйти вовремя. Таким образом, благодаря отличной работе Комнаты 40, Гранд Флит вышел в море на два с половиной часа раньше Флота Открытого Моря.
   В 05.00 Линейный Флот Джеллико лег на курс ОSO и развил скорость 16 узлов, однако в полдень она была уменьшена до 14 узлов. Линейные крейсера Битти шли к точке рандеву со скоростью 19 узлов. Тэрвитт, напомнив Адмиралтейству, что его отряд ожидает указаний, получил приказ стоять в порту в часовой готовности к выходу. В 12.35 Адмиралтейство передало: «Достоверных сведений о противнике не имеется. Предполагалось, что он вышел в море, но, по данным радиоперехвата, в 11.10 его флагман находился в Яде. Очевидно, они не смогли провести воздушную разведку и отложили операцию». Это выглядело вполне разумно, но было абсолютно неверно. В очередной раз кабинетные адмиралы показали свою несостоятельность.
 
   «Руководство Комнаты 40 в глазах Оперативного отдела было компанией очень умных парней, способных расшифровать радиограмму, но даже предположение, что они способны интерпретировать ее, встречалось в штыки. Утром 31 мая начальник Оперативного отдела (контр-адмирал Томас Джексон) запросил их: откуда по пеленгам идет позывной DK? Получив ответ: «Из Яде», он умчался, не задав больше ни одного вопроса. Если бы он обсудил ситуацию, то узнал бы, что позывной DK используется германским командующим только при стоянке в гавани, а при выходе в море передается береговой станции».
 
   В результате Джеллико и Битти могли сделать лишь один вывод: если немцы и вышли в море, то лишь частью сил, а их линкоры остались в порту. Поэтому Джеллико совершенно спокойно сохранял дистанцию 65 миль между линкорами и линейными крейсерами, хотя тактически более выгодно было бы сократить ее до 40 миль. Его линкоры держались севернее, чтобы при необходимости поддержать 10-ю эскадру крейсеров, патрулирующую между Шетландскими островами и Норвегией, все остальное время эти устаревшие корабли были предоставлены самим себе. Линейные крейсера Битти находились южнее, чтобы перехватить немецкие корабли, которые осмелятся направиться к берегам Англии.