Рев приближающейся толпы на мотив "Уморилась".
   Где он, где он, где он, - сей
   Наш спасительный бассейн?
   Уморилась, утомилась,
   Исстра-да-ли-ся!
   Подходят ближе... Еще ближе... Еще... Еще...
   - Ох, нет! Давайте занавес! Следующую картину!
   КАРТИНА 6-Я
   Станционные задворки.
   Стоит бак с надписью: "Кипяченая вода".
   Пече, Мече и Вече сачками вылавливают из бака головастиков: кто больше зачерпнет?
   Потом пускают головастиков обратно в бак, и игра начинается сначала.
   Они так увлечены, что толпа жаждущих застает их за этой интересной игрой.
   - Ага, вот они чем занимаются?!
   - Изверги, кровопийцы, где вода?
   - Почему бак не на месте? Почему с головастиками, - сказывай!
   Пече спокойно ждет, пока стихнет буря негодования. Правдивыми, честными глазами смотрит он в глаза измученным людям.
   - Товарищи! Эти головастики... они не простые. Для научных целей разводятся.
   - Для научных целей? Ах вы ироды! А кошки дохлые в бассейне тоже для научных целей?!
   - Товарищи! Не волнуйтесь! Ей-богу, мы не виноваты насчет кошек! Понимаете, эти кошки... они... самоубийцы. Ей-богу, на моих глазах десятая кошка с собой кончает. И дался ведь им этот бассейн несчастный!
   - Да что ты врешь-то, глазенки твои бесстыжие!
   - Что голову людям морочишь!
   - Русским языком тебя спрашиваем: почему воду в бассейне не сменили? Почему кошек дохлых не выловили?
   - Пробовали, товарищи! Ей-богу, пробовали. Только вытащить их никак невозможно. Вцепились они когтями в воду... то есть в мазут, и ничего с ними поделать нельзя. Тащили-тащили и бросили...
   - Бросили? То-то вы бросили?
   - Вас бы самих туда заместо этих кошек!
   - Ну, сказывайте, ироды, где воду взять!
   - Товарищи, не волнуйтесь! Честное слово, вода в двух шагах от вас. На водокачке. Через пути, налево.
   Озлобленная толпа направляется к водокачке. Пече, Мече и Вече захлебываются икотой и недоумевают: "Кто это, дескать, нас так крепко вспоминает?"
   КАРТИНА 7-Я
   На переднем плане - водокачка. Она выглядит хмурой, озабоченной... К ней робко подходят изможденные люди, протягивая вперед чайники и котелки.
   - Водокачечка! Матушка! Кормилица!
   - Пожалей ты нас, горемычных!
   - Дай водицы!
   - Капельку!
   - Глоточек! Толпа в ужасе замолкает.
   Водокачка внезапно содрогнулась, и явственно слышен ее каменный, замогильный голос.
   - Человек надоедлив и глуп...
   Лезет с просьбами всякий и каждый...
   Я сама изнываю от жажды
   Кукиш с маслом! Холеру Вам в... пуп!
   Раздается громоподобный, подозрительный звук, и водокачка извергает из себя сгустки вонючей плесени и разный мусор.
   Толпа разражается бурей угроз по адресу Пече, Мече и Вече. В это мгновение со станции слышится 3-й звонок.
   КАРТИНА 8-Я
   Рабочий поезд "Максим" отходит со станции "Безводная".
   Из вагонов доносятся хрип, предсмертные стоны и проклятия.
   Пече, Мече и Вече слушают проклятия и укоризненно качают головой. Всем своим видом они говорят:
   - Боже мой! За что?! И так вот каждый день!
   И затем уже вслух:
   - Нетерпеливый народ пошел! Буян-народ! А мы - мученики!
   Из последнего вагона поезда вырывается душераздирающий вопль:
   - Воды! Во-ды-ы-ы!!
   ПОСЛЕСЛОВИЕ
   Если читатель, прочтя предыдущее, скажет: "выдумки" - мы, к сожалению, должны будем разуверить его. Все написанное, по существу, голая, не преувеличенная правда - наши рабкоры собрали ее по кусочкам на следующих станциях: 1. Красный Берег - Зап. ж. д. (рабкор э 291); 2. Каменская-Ю.-В. ж. д. (Поляков); 3. Аляты - Закавказской ж. д. (рабкор э 255); 4. Пачелма Сызр.-Вяземской ж. д. ("Чумазый"); 5. Батраки - М. Каз. ж. д. (рабкор э 694); 6. Гомель - Зап. ж. д. ("Жало"); 7. 209 верста - Мос.-Каз. ж. д. Казарма (рабкор э 694).
   Конечно, не на всех указанных станциях воют именно пассажиры: чаще даже они уступают эту честь мастерским, депо, казармам и стрелочным постам.
   Конечно, не везде кошки кончают жизнь самоубийством (бассейны не на каждой станции есть).
   Не спорим: все эти станции во многом отличаются друг от друга. Но суть их одна: каждая из них - кусочек безводной пустыни Сахары и каждая под угрозой эпидемии.
   Имеющие уши слышать - пусть услышат...
   М. Мишев
   "Гудок", 8 июня 1924г.
   Михаил Булгаков. Ре-ка-ка
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   На станции Тюшки Юго-западных дорог в глухой и ненастный вечер 14 октября 1923 года произошло происшествие. Шел мимо Тюшек поезд э 7, и машинист высунулся, чтобы ухватить обруч с путевой. Но ввиду того, что в Тюшках, конечно, тьма полная, машинист ухватил вместо обруча самого помощника начальника станции Тюшки гражданина Пугача и разорвал собственную его гр. Пугача тужурку вдребезги.
   Когда гр. Пугач прибыл к домашнему очагу, жена ему сказала так:
   - Спасибо, что хоть штаны в целости принес. Служака!
   Прошло много месяцев, в течение которых Пугач тосковал по своей тужурке.
   Однажды весною 1924 г. неизвестный, с которым Пугач поделился своим горем, сказал ему:
   - Чудак ты! Ты слышал, что такое РЕ-КА-КА?
   - Нет, - чистосердечно признался Пугач.
   - У-у, у-у! Это, брат, - штука изумительная. Для разбора всяких дел существует. Ты двинь туда жалобу. Так, мол, и так: при исполнении служебных обязанностей... Проходящего поезда э такой-то машинист вместо обруча пронзил меня, и вот, мол, пожалте десять целковых за тужурку.
   - Неужели дадут? - усомнился Пугач.
   - Вот чудак. Обязательно дадут. Нет такого закона, чтобы тужурки рвать. А то сегодня он тебе тужурку, а завтра ухо или руку оборвет. Так нельзя ездить.
   - Понятное дело - это свинство, а не езда, - согласился Пугач.
   Подзудил Пугача собеседник настолько, что тот написал жалобу. И ровно 8 месяцев спустя после происшествия получился на свет замечательный акт из Ре-Ка-Ка:
   "1924 года, мая 8 дня мы, нижеподписавшиеся, составили настоящий акт в том, что Председатель РКК гр. Маркевич сделал обследование во ст. Тюшки по случаю ДСП гр. Пугача от 14 октября прошлого года. Установили, что гр. Пугач к поезду э 7 подавал разрешение на обруче, но ввиду темноты помощник машиниста не пронзил руки в центр обруча, пустил руку мимо и ударь его в грудь и упал на землю.
   В данное время в конторе ВС обручи имеются в количестве пять штук.
   Подписи. Председатель РКК Маркевич. ДС (подпись неразборчива). ДСП Пугач".
   Когда Пугач пришел домой, жена спросила:
   - Поздравляю тебя, Пугач, с получением десяти целковых.
   Пугач ответил:
   - Отстань ты от меня! Никаких десять целковых не дали, а дали акт.
   - Ну, что же в акте?
   - Ничего я не понял, что в акте, - ответил Пугач, - и вообще отцепись от меня.
   С тех пор Пугачу проходу не было. Все поздравляли с получением, так что он в конце концов стал злиться.
   Корреспондент сочинил по этому поводу блестящие стихи:
   Коль скоро речь об обручах идет,
   То дело ДСП решенья подождет.
   Пока он не найдет по несчастью друзей
   От количества всех пяти штук обручей
   А вот порвал ли ДСП тужурку иль не рвал,
   Об этом акт ни слова не сказал!
   Разберется об этом деле ДОРПК,
   Не подумали об этом ни ДС, ни председатель РКК.
   "Гудок" 5 сентября 1924 г. Михаил Булгаков. Ревизия
   (из рабкоровских сцен с натуры)
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   Дверь станционного помещения скрылась и впустила ревизора, а за ревизором ввалилось бледное станционное население.
   Ревизор, впрочем, произвел не страшное, а скорее приятное впечатление. Он был гладенько выбрит, почему-то пахнул резедой, руки его были сложены на животике, и животик этот колыхался, а левая ножка прихрамывала, как простреленная. Кроме того, он смеялся оригинальным образом - с треском и звоном, как будто внутри у него помещался музыкальный ящик.
   - Только в управлении Западных таких и делают! - восторженно шепнул один конторщик другому.
   Начал ревизию ревизор с того, что выпустил свою музыку:
   - Хе-хе-хе, - а затем заиграл дальше: - А у вас здесь очень мило... Столики, окошечки, бумажки... Э-э-э... это что такое?
   - Конторские книги, - отрапортовал начальник станции.
   - Очень, очень красивые. Тяжелые какие. А-а... э... это что такое? Рядом с книгами? Черненькое... кругленькое?
   - Чернильница, - отрапортовал начальник станции.
   - Помилуйте, какая же чернильница! Что вы, мой дорогой!.. Которая с бантом?
   - Это конторщица, - удивленно ответил начальник станции.
   - Очень, очень мила.
   Тут ревизор насадил на нос пенсне и через все помещение проследовал непосредственно к конторщице. Левая ножка его при этом запрыгала, как на пружине.
   - Драсте, товарищ!
   - Здравствуйте, - ответила конторщица, почему-то густо краснея.
   - Трудитесь все? Очень, очень хорошо. Пишете?
   - Пишу, - ответила конторщица замогильным голосом.
   - Что же вы пишете, милая? - спросил ревизор и изогнулся у стола.
   - Все, что ни прикажут, - ответила конторщица почтительно.
   - Э-э-э... Да вы послушная, как я вижу. Это хорошо! А это что такое?
   - Кавычки, - ответила конторщица.
   - Какая прелесть! Никогда не видал таких красивых кавычек. Только такой ручной и можно вывести такие прелестные кавычки. Чья это ручка, позвольте узнать?
   - Казенная, - ответила конторщица, а потом добавила, еще гуще краснея: - А это моя собственная. Не трогайте.
   - Очень, очень милая ручка. Такой бы ручке да маникюрчик, а она кавычки тут всякие пишет! И глазки. Ваше как имя, товарищ конторщица?
   - Анна, - ответила конторщица.
   - Анютины глазки, стало быть! Хе-хе... Ги-ги!
   - Ги-ги?! - очень удивленно отозвались станционные.
   - Ну, хорошо, не буду вам мешать. Я вижу, что у вас все в порядке. Тетради... Книги... Очень, очень мило. Ну-с, итак, всего лучшего. Оревуар!
   - Честь имеем кланяться, - отозвались станционные и, почтительно расступившись, пропустили ревизора. Он торжественно прошел в дверь и отбыл.
   Когда дверь за ним закрылась, начальник станции развел руками и заявил:
   т - Сорок пять лет живу на свете и ничего подобного никогда не видел. Вот это ревизор так ревизор!
   - Легкая личность, - согласились все и разошлись по своим домам.
   "Гудок", 24 января 1925 г. Михаил Булгаков. Ряд изумительных проектов
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   ПОДАРОК ЛУКИЧА
   Иногда людям нечего бывает делать, хотя бы даже и на транспорте. И вот Лукич сочинил в редакцию "Гудка" письмо:
   "Хочется многое вам привезти в подарок ко дню 12-го марта, дню самодержавия..."
   Такое громкое начало крайне всех заинтересовало. "Придумал Лукич подарочек", - подумали все. Что же он придумал? Оказывается, подарить ему нечего, поэтому подарил свой собственный проект.
   "Для того, чтобы все знать без волокиты и справок о пишущем товарище, необходимо, по-моему, в дальнейшем установить цвет чернил для подписи, дабы знать, кто откуда, чей такой, и присвоить:
   - партийному - красный цвет,
   - кандидату - зеленый цвет,
   - беспартийному - фиолетовый,
   - а лишенному избирательных прав - черный цвет". Вот спасибо вам за подарок! Продолжаем этот список:
   - уголовным - химический карандаш,
   - женатым - карандаш обыкновенный,
   - лысым - цветной карандаш.
   Но кроме шуток, фиолетовыми чернилами отвечаю вам, Лукич:
   - Совершенно невыносимую чепуху вы придумали.
   Кроме того, почему-то ваше письмо написано черными чернилами. Сами подумайте, какой из этого можно сделать вывод, согласно вашему проекту.
   КАК ИСТРЕБИТЬ ДЕВИЦ НА ТРАНСПОРТЕ
   Корреспондент рожден был хватким:
   "Машинистка Икс, таких-то дорог, девица, прижила ребенка с гражданином Игрек и по суду получает от него 20 руб. в месяц, неся прежнюю службу.
   Я ничего не имею против наказывания таких граждан, как Игрек, заносчиво пишет автор проекта, - но при чем тут транспорт, дающий отпуска для родов, отлучки для кормления ребенка и т. п.?
   Как работающий в НОТу и в производственных комиссиях, я считаю, что на транспорте в связи с сокращением штата должны остаться лишь вполне работоспособные агенты, каковыми не могут быть ни девицы-матери, ни жены служащие".
   Далее, работающий в НОТу пишет что-то, чего нельзя понять... Вероятно, смысл таков, что девиц нужно вышибать с транспорта начисто.
   Не бойтесь, девицы, ничего с вами не сделает лихой корреспондент.
   НЕСОЗНАТЕЛЬНЫЙ АВТОМАТ
   "На ст. Гомель-пасс. Зап. дорог у входа в пассажирский зал стоит автомат, выкидывающий за 15 коп. перронный билет".
   Оказывается, автомат этот негодяй:
   "Одинаково выдает билеты и за царскую серебряную монету, и за советскую!"
   Злостный автомат!
   Корреспондент предлагает проект - поставить около автомата человека, который бы проверял монету!
   Нет, это не подходит, товарищ. Потому что тогда и автомат не нужен, если человек будет стоять.
   Собрал М. Б.
   "Гудок", 21 марта 1925 г. Михаил Булгаков. Собачья жизнь
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   Уважаемый товарищ редактор!
   Поместите мой скромный рассказ про японскую собаку-подарок.
   Обслуживая поезд э 1 Чита - Москва, пришлось мне при ревизии его обнаружить замечательное присутствие собаки в поезде.
   Именно: из Шанхая до Вены ехала австрийская гражданка, жена австрийского консула, находящегося в Японии, в международном вагоне и занимала в нем два места. Одно место э 10 для себя и другое место э 9 для собачки.
   Мне пришлось австрийскую гражданку оштрафовать на некоторую сумму за неимение на руках квитанции для собачки. Австрийская гражданка уплатила мне деньги.
   Но меня очень заинтересовало, что это за такая собачка, которая едет в первом классе, а так как я ни на каком языке, кроме русского, не говорю, то мне пришлось прибегнуть к проводнику.
   - Спроси, - говорю, - у нее, на какой предмет эта собачка?
   Проводник поговорил с гражданкой на иностранных языках и отвечает:
   - Собачка эта особенная, везет ее гражданка в подарок австрийскому министру иностранных дел, и заплатила она за собачку в Японии 1000 рублей золотом.
   - А спроси, - говорю, - на какого черта министру иностранных дел такая дорогая собака? Он отвечает:
   - Оказывается, у австрийского министра есть одна японская собачка-мужчина, а, оказывается, везет она ему собачку-даму.
   - Ага, - говорю.
   И стал подсчитывать, во что же обошлась невеста-собачка. Тысяча рублей золотом в Японии да билет первого международного класса от Читы до Москвы 187 р. 34 к. Да еще дальше билеты. Кроме того, что собачка кушает? Оказывается: кормят ее на первое - бульон из птицы, на второе - маниэл каше, а на третье блюдо - заграничный шоколад.
   - Почему, - говорю, - заграничный?
   Оказывается, собачка заявила, что русского шоколада она жрать не будет! Заинтересовала меня собачка чрезвычайно. Одеяло у нее шелковое, подушка шелковая и, кроме того, есть платьица - несколько штук - и тоже все шелковые.
   - А сапог она, - спрашиваю, - не носит?
   - Не, - говорит проводник после иностранного языка, - оказывается, ходит босая.
   - А если она, - говорю, - простудится по грязи?
   А проводник мне отвечает:
   - Глупый ты человек, разве она будет по грязи ходить? Она в автомобиле ездит.
   - Как, - говорю, - маленький автомобиль собачий?
   - Да нет, - говорит, - в обыкновенном автомобиле. Хозяйка ее на руках возит.
   Ну, тут я все узнал, поблагодарил проводника. Говорю: "До свидания". Собачка - никакого на меня внимания.
   А проводник говорит: "Она пролетариев не любит".
   x x x
   Пожалуйста, товарищ редактор, напечатайте мой правдивый рассказ про министерскую собаку, чтоб его прочитали все рабочие на нашем транспорте.
   Железнодорожник.
   Письмо железнодорожника списал,
   ничего не изменяя,
   Михаил Булгаков
   "Гудок", 4 декабря 1924г. Михаил Булгаков. Счастливчик
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   Выиграл! Выиграл!
   Вот счастливец...
   Он всегда выигрывает.
   Песня
   Вечером в квартиру железнодорожника Карнаухова на ст. Н. постучали. Супруга Карнаухова, накинув пуховый платок, пошла открывать.
   - Кто там?
   - Это я, Дашенька, - ответил за дверью под всхлипывания дождя нежным голосом сам Карнаухов и внезапно заржал, как лошадь.
   - Напился, ирод? - заговорила Дашенька, гремя болтом.
   Луч света брызнул на лампочки, и в пелене дождя показалось растерянное и совершенно трезвое лицо Карнаухова, а рядом с ним из мрака вылезла лошадиная морда с бельмом на глазу. Супруга отшатнулась.
   - Иди, иди, Саврасочка, - плаксивым голосом заговорил Карнаухов и потянул лошадь за повод. Лошадь, гремя копытами, влезла на крыльцо, а оттуда - в сени.
   - Да ты?! - начала Дашенька и осталась с открытым ртом.
   - Тпррр-у... Дашенька, ты не ругайся... Но... но... о, сволочь, - робко заговорил Карнаухов, - она ничего - лошадка смирная. Она тут в сенцах постоит!..
   Тут Дашенька опомнилась:
   - Как это так в сенцах? Кобыла в сенцах? Да ты очумел!!
   - Дашенька, нельзя ее на дворе держать. Сарайчика ведь нету. Она животная нежная. Дождик ее смочит - пропадет кобылка.
   - И чтоб ты с ней пропал! - воскликнула Дашенька. - Откуда ж ты на мою голову такую гадину привел? Ведь ты глянь, она хромая.
   - И слепая, Дашенька, - добавил Карнаухов, - вишь, у ей бельмо, как блин.
   - Да ты что ж, смеешься, - взревела Дашенька. - Сколько ты за нее заплатил? И на какого тебе лешего лошадь, несчастный!..
   - Полтинник, Дашенька. Пятьдесят копеек всего.
   - Полтинник? Да я б два фунта сахара купила...
   - Дашенька, верь совести, на дамские ботинки целился. Тебе ж думал подарочек к рождению сделать.
   - Какие ботинки, алкоголик?
   - Я не алкоголик, Дашенька... Лотерея произошла. Я убежать хотел, а начальник депо поймал. Здравствуй, говорит, Карнаухов, разыгрываю я, говорит, Карнаухов, интересные билеты в лотерею - бери билеты. Я говорю - не хочу. А он отвечает таким голосом: а, не хочешь! Ну, как хочешь... Давно я замечаю, что ты, Карнаухов, меня не любишь. Ну, ладно... Вижу, не возьмешь беда. Ну, говорю, позвольте билетик. А он уверяет - у тебя, говорит, счастливая натура, обязательно ты выиграешь или дамские ботинки 36, или музыкальный ящик, играющий 19 пьес. Стали таскать билеты, всем пустые, а мне э 98 - хлоп - кобыла! Публика хохочет, я убежать хотел, а начальник депо говорит: нет, стой! Это не по закону. Выиграл, так забирай. А куда я ее дену? Стал дарить - никто не берет, публика хохочет.
   - Вон! - рявкнула Дашенька. - Вон вместе с кобылой, и чтоб духу твоего не пахло дома!
   - Даш...
   - Вон! - повторила Дашенька и распахнула двери.
   - Ну, - тпррруу. Дашенька, ты послушай... Иди, иди, стерва...
   Кобыла загрохотала копытами. Лампа последний раз сверкнула в дождевые полосы, а затем завеса тумана съела счастливца с его выигрышем.
   Сквозь шум дождя глухо донеслось:
   - Но-но... Чтоб ты издохла.
   "Гудок", 2 декабря 1924г. Михаил Булгаков. Три вида свинства
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   "В наших густонаселенных домах
   отсутствуют какие-либо правила и порядок
   общежития".
   (Из газет)
   1. БЕЛАЯ ГОРЯЧКА
   Пять раз сукин сын Гришка на животе, по перилам, с 5-го этажа съезжал в "Красную Баварию" и возвращался с парочкой. Кроме того, достоверно известно: с супругами Болдиными со службы возвратилось 1 1/2 бутылки высшего сорта нежинской рябиновки приготовления Госспирта, его же приготовления нежно-зеленой русской горькой 1 бутылка, 2 портвейна московского разлива.
   - У Болдиных получка, - сказала Дуська и заперла дверь на ключ.
   Заперся наглухо квартхоз, пекарь Володя и Павловна, мамаша.
   Но в 11 часов они заперлись, а ровно в полночь открылись, когда в комнате Болдиных лопнуло первое оконное стекло. Второе лопнуло в двери. Затем последовательно в коридоре появился пестик, окровавленная супруга Болдина, а засим и сам супруг в совершенно разорванной сорочке.
   Не всякий так может крикнуть "караул", как крикнула супруга Болдина. Словом, мгновенно во всех 8-ми окнах кв. 50, как на царской иллюминации, вспыхнул свет. После "портвейного разлива" прицелиться как следует невозможно, и брошенный пестик, проскочив в одном дюйме над головой квартхоза, прикончил Дуськино трюмо. Осталась лишь ореховая рама. Тут впервые вспыхнуло винтом грозовое слово:
   - Милиция!
   - Милиция, - повторили привидения в белье.
   То не Фелия Литвин с оркестром в 100 человек режет резонанс театра страшными криками "Аиды", нет, то Василий Петрович Болдин режет свою жену:
   - Милиция! Милиция!
   2. ЗАКОННЫМ БРАКОМ
   Когда молодой человек с усами в штопор проследовал по коридору, единодушно порхнуло восхищенное слово:
   - Ах, молодец мужчина!
   Ай да Павловнина Танька!
   Подцепила жениха!
   Молодец мужчина за стыдливой Таней, печатницей, последовал прямо в комнату э 2 и мамаше Павловне сказал такие слова:
   - Я не какой-нибудь супчик, мамаша. Беспартийная личность. Я не то, чтобы поиграть с невинной девушкой и выставить ее коленом. А вас мамаша, будем лелеять. Ходите к обедне, сам за вас буду торговать.
   Пошатнулась суровая Павловна, и поехал мерзавец Шурка по перилам в Моссельпром за сахарным песком.
   Обвенчался молодец мужчина в церкви св. Матвея, что на Садовой ул., и видели постным маслом смазанную голову молодца мужчины рядом с головой Тани, украшенной флер-д'оранжем.
   А через месяц сказал молодец мужчина мамаше Павловне:
   - И когда вы издохнете, милая мамаша, с вашими обеднями. Тесно от вас.
   Встала Павловна медленно, причем глаза у нее стали как у старого ужа:
   - Я издохну? Сам сдохнешь, сынок. Ворюга. Обожрал меня с Танькой. Царица небесная, да ударь же ты его, дьявола, громом!
   Но не успело ударить громом молодца мужчину. Он медленно встал из-за чайного стола и сказал так:
   - Это кто же такой "ворюга"? Позвольте узнать, мамаша? Я ворюга? спросил он, и голос его упал до шепота. - Я ворюга? - прошептал он уже совсем близко, и при этом глаза его задернулись пеленой.
   - Караул! - ответила Павловна, и легко и гулко взлетело повторное: Караул!
   - Милиция! Милиция!
   Милиция!
   3. ИМЕНИНЫ
   В день святых Веры, Надежды и Любови и матери их Софии (их же память празднуем 17-го, а по советскому стилю назло 30-го сентября) ударила итальянская гармония в квартире э 50, и весь громадный корпус заходил ходуном. А в половине второго ночи знаменитый танцор Пафнутьич решил показать, как некогда он делал рыбку. Он ее сделал, и в нижней квартире доктора Форточкера упала штукатурка с потолка, весом в шесть с половиной пудов. Остался в живых доктор лишь благодаря тому обстоятельству, что в тот момент находился в соседней комнате.
   Вернулся Форточкер, увидал белый громадный пласт и белую тучу на том месте, где некогда был его письменный стол, и взвыл:
   - Милиция! Милиция!
   Милиция!
   Михаил Булгаков,
   литератор с женой, бездетный,
   непьющий, ищет комнату в тихой
   семье.
   "Красный перец", э 21,1924 г.
   Литвин Фелия Васильевна (1861-1936) - знаменитая русская певица, диапазон голоса которой охватывал, по выражению специалистов, две с половиной октавы от нижнего соль до верхнего ре. С легкостью необыкновенной она исполняла Джильду в "Риголетто" и Кармен в одноименной опере Визе, была непревзойденной исполнительницей партий Брунгильды и Изольды, вообще вагнеровского репертуара. Скорее всего, М. А. Булгаков слушал Фелию Литвин и восхищался ее мастерством.
   Михаил Булгаков. Увертюра Шопена
   Неприятный рассказ (по материалам рабкора)
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   - Какой негодяй распустил слух, что наш клуб никуда не годится? воскликнул завклубом.
   - Это враги наши говорят, - ответил член правления Колотушкин.
   - Свиньи, свиньи, - качая головой, заметил заведующий, - вот-с, не угодно ли: приход от платных спектаклей - 248 р. 89 к., а расход - 140 р. 89 к. В остатке, стало быть, 109 рубликов чистейшей пользы. И не будь я заведующий, если я их не употреблю...
   Тут дверь открылась и вошел заведующий передвижным театром.
   - Драсте, - сказал он. - братцы, сел я в лужу. Нету у меня денег. Пропал я! Застрелюсь я!..
   - Не делай этого, - ужаснулся заведующий, - твоя жизнь нужна родине. Сколько тебе нужно?
   - 10 рублей, или я отравлюсь цианистым калием.
   - На, - сказал великодушный заведующий, - только не губи свою душу. И пиши расписку.
   Завтеатром сел и написал:
   "Прошу 10 рублей до следующего моего приезда в Себеж".
   А заведующий написал: "Выдать".
   - Вы спасли мне жизнь! - воскликнул театральщик и исчез.
   Засим пришел гражданин Балаболин и спросил:
   - Веревку от занавеса не дадите ли мне, друзья, на полчасика?
   - Зачем? - изумились клубные.
   - Повешусь. Имею долг чести, а платить нечем,
   - Пиши!
   Балаболин написал: "Прошу на два дня"...
   Получил резолюцию Колотушкина и пять рублей и исчез.
   Пришел Пидорин и написал:
   "До получения жалования"...
   Получил 30 рублей и исчез.
   Пришел Елистратов с запиской от Пидорина, написал:
   "В счет жалования"...
   И, получив 20 рублей, исчез.
   Затем пришел фортепьянный настройщик и сказал:
   - На вашем фортепьяне, вероятно, ногами играли или жезлами путевыми. Как стерва дребезжит.
   - Что ты говоришь? - ужаснулись клубники. - Чини его скорей!
   - 55 рублей будет стоить, - сказал мастер.
   Написали смету, а в конце приписали:
   "По окончании ремонта заставить настройщика сыграть увертюру Шопена и на дорогу выпить добрую чарку".
   Не успел фортепьянщик доиграть Шопена и допить чарку, как открылась дверь и ввалилось сразу несколько:
   - Нету, нету больше, - закричал заведующий и замахал рукой, - чисто!
   - Нам и не надо, - гробовым голосом ответили ввалившиеся и добавили: Мы ревизионная комиссия. Наступило молчание.
   - Это что? - спросила комиссия.
   - Расписки, - ответил зав и заплакал.
   - А это кто?
   - Фортепьянщик, - рыдая, ответил зав.
   - Что ж он делает?
   - Увертюру играет, - всхлипнул зав.
   - Довольно, - сказала комиссия, - увертюра кончена, и начинается опера.
   - К-какая? - пискнул зав.
   - "Клубные безобразники", - ответила комиссия. - Слова Моссельпрома, музыка Корнеева и Горшанина.
   И при громких рыданиях клубных села писать акт.
   Эм.
   "Гудок", 17 сентября 1924г. Михаил Булгаков. Удачные и неудачные роды
   558-го рабкора рассказ
   Собр. соч. в 10 т. Т.2. М.: Голос, 1995.
   OCR Гуцев В.Н.
   Чуден Днепр при тихой погоде, но гораздо чуднее Московская участковая страхкасса М.-Б. Балт. ж. д.
   Приходит рабочая 2-го околотка пути, чтобы получить пособие после родов за 8 недель. Бюллетень у нее честь честью - подписан врачебно-контрольной комиссией.
   Взяли бюллетень и сказали:
   - Придите через полторы недели. Она послушно пришла через полторы недели и получила по 87 коп. за 40 дней.
   - А скажите, дядя, - спросила рабочая, - сколько дней в 8 неделях?
   - Разно бывает, и больше и меньше, - ответили ей. И точно: тут же открывается дверь и входит вторая рабочая того же самого околотка и того же разряда по тарифной сетке, которая родила, но на четыре дня удачнее: у нее в 8 неделях вышло 44.
   Тогда первая подняла бунт:
   - Объясните - почему?!
   На что ей ответили страхкассиры:
   - Мы с вами, дорогая родильница, времени терять не можем. Возвратитесь к воспитанию вашего дитяти.
   - А я жаловаться буду!
   - Пожа... пожа...
   - А куды?
   - Туды.
   И показали в окно.
   Указательным пальцем. Она постояла. Плюнула. И ушла.
   Михаил Б.
   "Гудок", 8 февраля 1925 г.