Как передается болевой сигнал? По древовидной системе нервных волокон, от пораженного участка сначала в спинной, а после – ив головной мозг. Сигнал от каждого рецептора поступает туда отдельно. Это становится возможным благодаря системе временно образуемых химических связей между отростками отдельных нейронов – так называемых синапсов. Благодаря системе синапсов, создаваемых нейронами для каждого отдельного случая тоже отдельно, вероятность попадания сигнала «не по адресу» практически исключена.
   Однако особенность строения и назначения коры головного мозга такова, что нередко она сама способна симулировать усиление, ослабление или распространение боли на не задетые патологией по факту ткани. Это связано, во-первых, с ее склонностью реагировать на раздражение всплесками активности, которая способна молниеносно охватить все клетки серого вещества без исключения. И во-вторых, с тенденцией, так сказать, четко расставлять приоритеты при решении нескольких задач одновременно. Кроме того, болевые ощущения в известной степени и сами могут ухудшать не только психологическое, но и физическое состояние больного. Последнее происходит за счет появления смежных условных реакций – спазмов, добавочного напряжения, вынужденных ограничений подвижности, нарушения кровообращения.

Глава II
ПРАКТИКИ КИТАЙСКОЙ ТРАДИЦИОННОЙ МЕДИЦИНЫ В ЛЕЧЕНИИ БОЛИ И ЕЕ ПРИЧИН: КАКУЮ И КОГДА СЛЕДУЕТ ПРЕДПОЧЕСТЬ?

   В каждой исконной национальной культуре существуют свои системы врачевания. Они разнятся у отдельных народов, но главный принцип воздействия у них у всегда один и тот же. Я представляю, разумеется, китайскую традиционную медицину, основанную на концепции даосизма. У меня на родине, в Китае, терапевтических систем такого рода существует несколько: акупунктура (оригинальное название «чжэнь-цзю» – где «чжэнь» означает «укол иглой», а «цзю» – «прижигание»), цигун, фитотерапия, терапия питанием, гуаша и туйна. Кроме того, развиты многие варианты акупунктуры, в которых воздействие на жизненно важные точки оказывается не иглой, а тлеющей тростинкой, цветным лучом (цветопунктура), надавливанием пальцами или тупой иглой, металлическими пластинами (цубо), магнитным полем, нанесением различных биологически активных веществ. Еще одна разновидность акупунктуры – это су-джок, активизация с помощью массажа пальцами точек выхода энергетических меридианов на кистях рук и стопах ног.
   Не сомневаюсь, что отдельные слова из числа упомянутых мной могут быть совершенно незнакомы европейскому читателю. В частности, если об иглоукалывании (другое название акупунктуры) известно уже всем, то «гуаша», и в особенности «туйна», для многих европейцев звучат не более чем экзотическим заклинанием. Поэтому для начала организуем беглое знакомство с направлениями, которые стали известны миру сравнительно недавно.
   Итак, цигун уже успел занять свою нишу популярности в Европе и мире наравне с индийской йогой.
   В сущности, цигун – это комплекс сложных, сходных с гимнастическими упражнений, направленных на равномерное распределение в организме энергии ци.
   В этом названии всего два иероглифа – «ци», обозначающий вид космической энергии, и «гун» – переводимый как «работа», «деятельность». То есть цигун является практикой, предназначенной для работы с ци – в любом желаемом направлении. Что такое ци? Ци есть космос. То есть сила, порождающая и поддерживающая существование каждого оформленного, отдельно существующего предмета нашего мира.
   С исчезновением ци все вокруг смешается в невразумительную кашу и станет первоначальным хаосом – как Земля до начала времен. Когда ци покидает человеческое тело, вещь или растение, человек с растением умирают, а вещь ломается и рассыпается на кусочки. О предметах, отживших, с точки зрения европейцев, свой век китайцы говорят: «Их ци иссякла».
   Отличие цигун от акупунктуры заключается в том, что акупунктура позволяет провести более тонкую «настройку» интенсивности тока ци – в тех или иных меридианах, в определенное время суток.
   Акупунктура решает более конкретные, местные проблемы энергетического баланса. Цигун же создает и моделирует общий энергетический «фон» организма. Иначе говоря, помогает восстановить полноценные связи человека с окружающим его миром.
   Кстати, именно цигун является внутренней основой всех восточных единоборств. То есть именно той их частью, в которой сэнсэй требует от ученика не хорошей чисто спортивной техники, силы, точности удара, а сосредоточенности, настроя, особого состояния души во время поединка. Если сказать еще несколько иначе, цигун – это тот компонент восточных боевых искусств, овладение которым позволяет мастеру пробивать голым кулаком бетонную стену без ущерба для здоровья конечности. Это возможности тела, которые выходят далеко за пределы простой спортивной подготовки.
   Что же касается туйна, то отчасти его приемы знакомы каждому жителю Земли. В том или ином виде. Туйна – это массаж. В то же время между туйна и европейским медицинским массажем существуют определенные различия. В частности, мастер туйна редко сочетает массаж мышц, допустим, с разминанием костей. Туйна, скажем так, более строго дифференцирован: отдельные методы воздействия в нем составляют одновременно отдельные направления. И цели у каждого из них – свои собственные.
   Наконец, гуаша – это тоже методика сродни массажу. Но выполняется она с помощью костяных (каменных, металлических) инструментов наподобие скребков. Название метода образовано из слов «гуа» («скрести») и «ша» («неприятное», «плохое»). То есть вся его, так сказать, соль заключается в очистке поверхности человеческого тела от негативных энергетических наслоений. За коим, разумеется, следует улучшение и внутреннее.
   Мастер гуаша практически не давит ни на мышцы, ни на кости. Большинство его движений напоминают ритмичное поглаживание или похлопывание гребешками по телу пациента. Конечно же, с непременным учетом энергетически значимых линий и областей. Именно особенности энергетической «карты» тела задают специалисту порядок работы, расстановку акцентов воздействия, индивидуальный подбор инструментов и массажного масла, без которого в данном виде лечения не обойтись.
   Ну, раз теперь терминология нам более или менее ясна, пришла пора определиться в двух вопросах. Первый: какая из перечисленных методик поможет нам быстрее, эффективнее и безопаснее всего справиться с болевыми ощущениям? И второй, тесно связанный с первым: какие вообще виды болей мы можем попытаться снять в домашних условиях, не прибегая к помощи специалиста и не рискуя ухудшить собственное состояние во много?
   Строго говоря, порядок вопросов хорошо бы поменять – второй сделать первым, поскольку он гораздо более важен для понимания всей картины в целом. Мы подошли к тому моменту, о котором я вскользь упоминал выше: боль обозначает заболевание. И наши возможности по самостоятельной борьбе с ним ограничены нехваткой знаний.
   В альтернативной медицине механизм заболевания не так принципиален, как в медицине научной, зато в ней нужно досконально разбираться в тонкостях методик. Они изобилуют деталями, требующими одновременно и внимания, и навыка, и точности движений. Сравним вновь с больницей и врачебной помощью, где основную сложность составляет умение делать инъекции в вену и знание, какую кнопку на каком аппарате следует нажать первой.
   Прежде всего следует уяснить для себя, что нам требуется. Одно дело, когда у нас внезапно заболело что-либо. Тогда мы, понимая или не понимая причину боли, наверняка захотим или избавиться от нее вовсе, или хоть ослабить до того момента, когда найдем время обратиться к врачу. И совершенно другое, если боль преследует нас уже довольно долгий период времени. В таком случае нам, как правило, известна ее причина, назначена медицинская терапия и озвучены приблизительные сроки, в которые нам предстоит ее терпеть.
   Я говорю о сроках, потому что большинство видов альтернативной терапии невозможно освоить и успешно применить за несколько часов и даже недель. Хуже того, многие из них требуют наличия специального инструментария. Часто такого, который если и продается, то далеко не в каждой аптеке. Например, скребки и смеси масел для гуаша. Эта «новинка» для Европы еще не стала популярной настолько, чтобы инструменты, к ней прилагаемые, поступили в свободную продажу. С другой стороны, наборы игл для акупунктуры и лазерные указки для цветопунктуры уже существуют.
   Исходя из подобных мерок, нам сразу следует признать, что цигун и акупунктура в остром периоде для нас категорически не подходят. В случае с долгим лечением их все равно разумнее осваивать в группе или с инструктором. Главным образом потому, что есть основательные риски и во влиянии методик на течение многих заболеваний, и в сложности их приемов.
   То есть при самостоятельном, постепенном освоении «с нуля» имеется вероятность, что навык снятия болей придет уже после того, как вызывавшая их патология будет устранена. В таком случае методика тоже сработает, конечно. В некотором смысле. Хотя бы в том, что в процессе изучения она будет отчасти отвлекать внимание пациента от его страданий. Последнее, как мы уже знаем, нередко приводит к облегчению болей. Впрочем, мне по-прежнему кажется, что это совсем не то, чего мы хотели добиться изначально. А значит, совет остается в силе: браться за изучение сложных практик следует только из интереса к ним самим, а не с какой-то частной, теряющей со временем свою значимость целью.
   Вот что можно попробовать освоить в экстренном, так сказать, порядке, так это некоторые модифицированные виды акупунктуры – цветопунктуру и су-джок. Опять-таки, для этого потребуется время сроком, как минимум, до недели. Но в этих методиках, по крайней мере, существенно меньше технических сложностей, не нужна филигранная точность работы и снижен риск получения серьезной травмы.
   Единственное исключение здесь составляют пациенты с онкологическими заболеваниями, которым следует с осторожностью применять цветопунктуру и су-джок. Таким больным следует сперва во всех подробностях изучить особенности своего заболевания. И, применяя какую бы то ни было практику, ориентироваться на успокаивающие, расслабляющие, замедляющие процессы в организме комплексы. Стимуляция же любых из них для онкобольных допустима только в одном периоде – на этапе активной борьбы с ростом опухоли!
   Что касается фито– и диетотерапии, то здесь, мне кажется, все и так понятно. Качество жизни нашего тела напрямую зависит от качества нашего питания. Диетотерапия не помогает от острых болей – разве что при язве желудка или кишечника, полипах, геморрое. Как самостоятельный метод диетотерапию можно применять только всю жизнь. В остальных же случаях – исключительно в сочетании с другими, более эффективными системами!
   В оригинале, лечение травами требует и обширных знаний, и доступа к свежему, качественному сырью. Однако его вполне реально применить разово или под какой-то конкретный случай самостоятельно, либо как вспомогательное средство при другой терапии. Если серьезно, то трав, способных «в одиночку» полностью унять сильную боль, не существует. Тем не менее с их помощью вполне реально воздействовать на причину болей, ослабляя в том числе и их как симптом. Или ладно, существуют. Некоторые. Но их распространение и продажа является уголовным преступлением. Полагаю, все понимают, о каких именно травах идет речь? Если да, то дам лишь один совет для закрытия этой темы: применяя их в каком бы то ни было виде, нельзя забывать о высокой вероятности передозировки. И о том, что нередко организм, повинуясь собственным законам работы, может изменять уровень достаточной или высокой (по его меркам) дозы. В остальном же – действуем на свой страх и риск.
   Противовоспалительные, жаропонижающие, противоотечные, успокаивающие, вяжущие, релаксанты. Все это можно купить в аптеке, в таблетках. А можно заварить дома и выпить или сделать компресс. Главное в такой ситуации – точно понимать причину боли. Пока или если она неясна, удачнее будет, пожалуй, таблетка с ее более сильным, более всеобъемлющим и более целенаправленным действием.
   Таким образом, у нас остается массаж. Следует сразу отметить, что он тоже отнюдь не универсален и далеко не все боли лечатся с его помощью. Гуаша нам здесь мало чем поможет. Это техника скорее профилактическая, более похожая на цигун, чем на иглоукалывание. А вот туйна действительно способен стать тем, что надо. По крайней мере, для большинства случаев болей из-за травм или того, что в медицине называется процессом старения организма. Кроме того, определенные части этой методики дают возможность быстро снять чувствительность нервных окончаний на определенных их участках и ответвлениях.
   Именно потому, что туйна – это не совсем, вернее, далеко не только массаж, некоторые из его принципов применимы в том числе при раке. И в местах серьезных ранений, на которые никаким массажем действовать, разумеется, нельзя. Интересна ли нам возможность временно «отключить» от сообщения с мозгом какой-либо участок нерва или даже целый пучок нейронов? Несомненно! В таком случае давайте рассмотрим, что представляет собой туйна, поподробнее.
   Вместо обобщения изложенного выше, в конце этой главы мне хотелось бы максимально прояснить взаимоотношения альтернативных техник обезболивания с таким заболеванием, как рак. Полагаю, мои цели понятны: когда человек с опухолью, от которого отказалась официальная медицина, слышит или видит слово «обезболивание», зачастую он готов на любые жертвы уже просто ради того, чтобы облегчить свои страдания. Я же, будучи тоже врачом, пусть не надевающим белого халата и не приносившим клятвы Гиппократа, не чувствую за собой права обманывать пациентов напрасными надеждами.
   Грамотное надавливание на нерв в нужном месте и впрямь способно прервать любую боль полностью. Это вполне осуществимо, но при целом ряде оговорок. Во-первых, не обладающему никакими специальными знаниями в области анатомии человеку это наверняка не удастся ни с первой попытки, ни с десятой. Для этого совершенно необходимо понимать, где именно в позвоночнике располагаются выходы нервных отростков тех или иных органов, тканей, конечностей. Еще более очевидная деталь состоит в том, что собственный позвоночник нам недоступен для качественного, достаточно сильного надавливания даже на половине своей общей протяженности. А в данном случае нажатие должно быть и точным, и сильным.
   Во-вторых, отсутствие связи между нервом и остальной центральной нервной системой продлится ровно столько, сколько будет пережато нервное волокно. Наилучшим образом действие методики можно пронаблюдать на больном зубе. Достаточно нащупать на внутренней стороне челюсти, под ее костью корень больного зуба. На ощупь корни зубов напоминают сталактиты – выросты на нижнем крае надкостницы. На нужный из таких выростов следует с силой надавить снизу, как будто в попытке вытолкнуть зуб из его лунки. Мягкие ткани будут болеть из-за давления пальца, но боль в пульпе утихнет мгновенно. И эта сравнительная тишина продлится еще около минуты после того, как мы уберем палец от корня. А потом пульсация воскреснет вновь, с прежней силой.
   Таким образом, если уж говорить об этом пути всерьез, то подобная методика существует и в официальной медицине. Хирург может в определенных случаях раз и навсегда «отключить» участок нерва от сообщения с болевыми центрами мозга с помощью скальпеля. Массажист же быстро устанет давить пальцем в найденную точку. В то же время хирурги решаются на подобные операции довольно редко, и у них на то есть очень серьезные основания.
   Теперь об основаниях. В-третьих, у прерывания сообщения с ЦНС существуют свои последствия. Безопасно «отключить» таким образом можно только какую-либо из конечностей. Для мышц нервные импульсы являются основным источником сигнала к сокращению – расслаблению лишь когда срабатывает условный рефлекс – отдернуть руку от горячего, схватиться за что-нибудь при потере равновесия. Условный рефлекс будет утрачен, но мозг по-прежнему сможет отдавать такого рода команды осознанно. Изменение неудобное, но терпимое. Однако для всех жизненно важных органов тела именно сигналы, передаваемые мозгом по дугам условного рефлекса, служат залогом работы как таковой!
   Мы можем сознательно усилить секрецию желудочного сока при поступлении пищи? Мы можем нарочно ускорить или замедлить сердцебиение? Мы можем приказать своей поджелудочной железе выбросить прямо здесь и сейчас в кровь рекордное количество инсулина? Ответ на все эти вопросы – нет! Существуют определенные уровни подготовки в индийской практике йоге. Но для достижения таких вершин самоконтроля йогой необходимо заниматься всю жизнь – скрупулезно, тщательно, отрешившись ото всего мира, половину этой самой жизни проведя в состоянии медитативного транса!..
   Следует понимать со всей очевидностью, что в 95 случаях из 100 «отключение» нервной ветви приведет к смерти пациента в течение нескольких часов – дней. А оставшиеся пять случаев приходятся на поражение исключительно мышечных тканей, без участия зависимых от работы центральной нервной системы органов. И в связи именно с онкологическими заболеваниями не могу не напомнить, что, в-четвертых, процент случаев, когда неоперабельный рак локализован только в мышечных тканях, сам по себе ничтожно мал.
   Больной раком может получить статус безнадежного по нескольким причинам. Первая причина: опухоль расположена там, откуда ее невозможно удалить, не убив пациента немедленно (головной и спинной мозг, сердечная мышца, ткани печени, начиная с определенных размеров опухоли). Вторая причина: рак обнаружили слишком поздно, и в наличии обширные метастазы, не подлежащие удалению. Третья причина: основная опухоль имела не слишком обширные метастазы, была удалена, и после удаления больной проходил процедуры, направленные на уничтожение оставшихся, не подлежащих удалению клеток. В частности, химиотерапию, радиотерапию, иммунотерапию. По прошествии некоторого времени обнаружилось, что усилия по купированию активности метастазов не увенчались успехом, и начался рост вторичных опухолей. Обычно множественных.
   При любом из трех сценариев – чем дальше, тем быстрее и обширнее будут прорастать злокачественные ткани. Относительно успешности попыток обезболить прерыванием связи пораженные участки этот факт может означать лишь одно. А именно что ничего подобного сделать не удастся: по мере появления новых метастазов боли тоже будут появляться во все новых местах и органах.
   И наконец, в-пятых, никакой физической возможности «отключить» боли при поражении опухолью костей и костного мозга не существует. Этого не сможет ни хирург, ни массажист.
   В совокупности же пять основных «но», мною перечисленных, практически не оставляют шансов на успешность применения техники прерывания импульса. Это просто следует понимать. Повторюсь: я подчеркиваю реальность перспектив лечения злокачественных болей методами альтернативных систем не потому, что надежды на их эффективность нет вовсе. Напротив, альтернативная медицина зачастую дает при работе с болезнями – загадками для науки гораздо лучшие результаты, чем посмел бы рассчитывать как сам лекарь, так и его пациент! Однако среди всего многообразия методик тоже нужно уметь выбирать соответствующие случаю – то есть способные воздействовать на причину, а не на следствие!
   При раке боль является следствием, а стремительный рост опухоли – ее причиной. Но не наоборот! Это значит, что если пациент хочет снять боль, ему нужно сосредоточить все свои усилия не на поиске мест входа магистральных нервных каналов в позвоночник, а на замедлении или остановке роста опухоли. Тема же лечения злокачественных опухолей находится за пределами данной книги – вот, на самом деле, и все.

Глава III
ОСНОВЫ МЕТОДИКИ ТУЙНА И ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О БОЛЕВЫХ ТОЧКАХ

   С представлением о болевых точках мы еще не знакомы, но понять, что это такое, нам будет несложно. Как и всегда, когда требуется наглядность примера, я вновь вынужден обратиться к научной концепции строения нейронов. Итак, ответвления нервных волокон, подобно проводам, пронизывают ткани нашего тела повсеместно. Как и кровеносные сосуды, нервные стволы бывают помельче (сравним с капиллярами), покрупнее (как сосуды) и определенно крупные. Вот последние с артериями сравнить уже точно не получится. Самые крупные сгустки нейронов – это спинной и головной мозг нашего тела. То есть формация куда более грандиозная, чем даже аорта.
   Естественно, что нерв является чувствительной по всей своей длине тканью. Иными словами, в случае повреждения не особенно важно, на каком именно участке он был задет, – болеть все равно будет одинаково. Чем больше нейронов при прикосновении к ним подаст одновременные сигналы в мозг, тем выше вероятность, что тот примет их за боль. Маленькие же скопления клеток и достаточно чувствительны для того, чтобы выполнять возложенную на них функцию, и в то же время слишком малы, чтобы реагировать на раздражитель неоправданно сильно.
   В то же время предсказать, где именно мы наверняка сможем найти нервный ствол, проще, чем нащупать какую-либо из основных артерий. Все центральные ветви нейронов туловища отходят от единого, общего для всех них ствола – спинного мозга. Скажу иначе: прижав пальцем одну определенную точку в том или ином месте вдоль позвоночного столба, можно на время сделать нечувствительной как конечность, так и участок тела, и орган.
   Пример? Шейный остеохондроз частенько сопровождается онемением в безымянном пальце и мизинце – на одной руке или на обеих. Казалось бы, какое отношение проблемы с позвоночником могут иметь к пальцам рук? А вот такое, что нервные окончания из пальцев ведут не куда-нибудь, а в позвоночник. Нарушается положение и состояние его сочленений – и туго, буквально со скрипом трущиеся друг о друга кости начинают делать то, чего в норме делать не должны. Они пережимают «струну» магистрального нерва конечности.
   Но случаи, когда болит в четко определяемой даже без прощупывания точке, не составляют и половины от общего количества. Такое явление характерно для костей и суставов. А вот в мягких тканях, особенно в мышцах, обычно «ноет» или «стреляет» по всей длине волокна. И попробуй тут найди место, с которого начался процесс! А поскольку, как уже было сказано, нейроны обладают одинаковой чувствительностью по всей протяженности, ситуация может осложниться еще и тем, что боль мы ощутим совершенно не в том месте, где расположено начало патологии. И обнаружим не без удивления, что основа мигрени, скажем, «спряталась» у нас в шее или плечах, а «прострел» под лопатку следует устранять практически в районе поясницы.
   Опять-таки, «отключить» эту ветку нейронов от позвоночника (а значит, и от головного мозга) можно. Но, между нами говоря, такое решение проблемы – не самое лучшее. Наибольшее, чего удастся добиться «отключением», – это ослабления вторичного спазма. А вот первичный, запустивший болевой механизм, все равно придется устранять иными способами. То есть поисков «стартовой» точки нам не избежать ни так ни сяк. Главное здесь – не забывать следовать не только ходу самой ветки нервных волокон, но и расположению мышц.
   Как мы уже знаем, боль по нейронам тела иррадирует вовсе не так часто, как кажется. Такое явление – это скорее исключение, чем правило. Другое дело, когда мы говорим, что боль в одном месте ткани распространяется во все стороны по волокнам той же самой ткани. Как правило, в направлении вверх от места возникновения боли. Последний сценарий не просто встречается чаще – он еще и составляет гораздо более масштабную (иначе говоря, сложнее излечимую), чем иррадиация нервного импульса, патологию!
   
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента