Его полет сопровождался тихой и печальной музыкой. Да, ошибки
быть не могло, заунывные звуки "Плач малютки привидения"
огласили темную, осеннюю ночь.
-- Вот... О, гляди, гляди... Боже праведный! --
воскликнула фрекен Бок.
Она побелела как полотно, ноги у нее подогнулись и она
плюхнулась на стул. А еще уверяла, что не боится привидений!
Малыш попытался ее успокоить.
-- Да, теперь я тоже начинаю верить в привидения, --
сказал он. -- Но ведь это такое маленькое, оно не может быть
опасным!
Однако фрекен Бок не слушала Малыша. Ее обезумевший взгляд
был прикован к окну -- она следила за причудливым полетом
привидения.
-- Уберите его! Уберите! -- шептала она задыхаясь.
Но маленькое привидение из Вазастана нельзя было убрать.
Оно кружило в ночи, удалялось, вновь приближалось, то взмывая
ввысь, то спускаясь пониже, и время от времени делало в воздухе
небольшой кульбит. А печальные звуки не смолкали ни на
мгновение.
"Маленькое белое привидение, темное звездное небо,
печальная музыка -- до чего все это красиво и интересно!" --
думал Малыш.
Но фрекен Бок так не считала. Она вцепилась в Малыша:
-- Скорее в спальню, мы там спрячемся!
В квартире семьи Свантесон было пять комнат, кухня, ванная
и передняя. У Боссе, у Бетан и у Малыша были свои комнатки,
мама и папа спали в спальне, а кроме того, была столовая, где
они собирались все вместе. Теперь, когда мама и папа были в
отъезде, фрекен Бок спала в их комнате. Окно ее выходило в сад,
а окно комнаты Малыша -- на улицу.
-- Пошли, -- шептала фрекен Бок, все еще задыхаясь, --
пошли скорее, мы спрячемся в спальне.
Малыш сопротивлялся: нельзя же допустить, что бы все
сорвалось теперь, после такого удачного начала! Но фрекен Бок
упрямо стояла на своем:
-- Ну, живей, а то я сейчас упаду в обморок! И как Малыш
ни сопротивлялся, ему пришлось тащиться в спальню. Окно и там
было открыто, но фрекен Бок кинулась к нему и с грохотом его
запахнула. Потом она опустила шторы, задернула занавески, а
дверь попыталась забаррикадировать мебелью. Было ясно, что у
нее пропала всякая охота иметь дело с привидением, а ведь еще
совсем недавно она ни о чем другом не мечтала.
Малыш никак не мог этого понять, он сел на папину кровать,
поглядел на перепуганную фрекен Бок и покачал головой.
-- А Фрида, наверно, не такая трусиха, -- сказал он
наконец.
Но сейчас фрекен Бок и слышать не хотела о Фриде. Она
продолжала придвигать всю мебель к двери -- за комодом
последовали стол, стулья и этажерка. Перед столом образовалась
уже настоящая баррикада.
-- Ну вот, теперь, я думаю, мы можем быть спокойны, --
сказала фрекен Бок с удовлетворением.
Но тут из-под папиной кровати раздался глухой голос, в
котором звучало еще больше удовлетворения:
-- Ну вот, теперь, я думаю, мы можем быть спокойны! Мы
заперты на ночь.
И маленькое привидение стремительно, со свистом вылетело
из-под кровати.
-- Помогите! -- завопила фрекен Бок. -- Помогите!
-- Что случилось? -- спросило привидение. -- Мебель сами
двигаете, да неужели помочь некому?
И привидение разразилось долгим глухим смехом. Но фрекен
Бок было не до смеха. Она кинулась к двери и стала расшвыривать
мебель. В мгновение ока разобрав баррикаду, она с громким
криком выбежала в переднюю.
Привидение полетело следом, а Малыш побежал за ним.
Последним мчался Бимбо и заливисто лаял. Он узнал привидение по
запаху и думал, что началась веселая игра. Привидение, впрочем,
тоже так думало.
-- Гей, гей! -- кричало оно, летая вокруг головы фрекен
Бок и едва не касаясь ее ушей.
Но потом оно немного поотстало, чтобы получилась настоящая
погоня. Так они носились по всей квартире -- впереди скакала
фрекен Бок, а за ней мчалось привидение: в кухню и из кухни, в
столовую и из столовой, в комнату Малыша и из комнаты Малыша и
снова в кухню, большую комнату, комнату Малыша и снова, и
снова...
Фрекен Бок все время вопила так, что в конце концов
привидение даже попыталось ее успокоить:
-- Ну, ну, ну, не реви! Теперь-то уж мы повеселимся
всласть!
Но все эти утешения не возымели никакого действия. Фрекен
Бок продолжала голосить и метаться по кухне. А там все еще
стоял на полу таз с водой, в котором она мыла ноги. Привидение
преследовало ее по пятам. "Гей, гей", -- так и звенело в ушах;
в конце концов фрекен Бок споткнулась о таз и с грохотом упала.
При этом она издала вопль, похожий на вой сирены, но тут
привидение просто возмутилось:
-- Как тебе только не стыдно! Орешь как маленькая. Ты
насмерть перепугала меня и соседей. Будь осторожней, не то сюда
нагрянет полиция!
Весь пол был залит водой, а посреди огромной лужи
барахталась фрекен Бок. Не пытаясь даже встать на ноги, она
удивительно быстро поползла из кухни.
Привидение не могло отказать себе в удовольствии сделать
несколько прыжков в тазу -- ведь там уже почти не было воды.
-- Подумаешь, стены чуть-чуть забрызгали, -- сказало
привидение Малышу. -- Все люди, как правило, спотыкаются о
тазы, так чего же она воет?
Привидение сделало последний прыжок и снова кинулось за
фрекен Бок. Но ее что-то нигде не было видно. Зато на паркете в
передней темнели отпечатки ступней.
-- Домомучительница сбежала! -- воскликнуло привидение. --
Но вот ее мокрые следы. Сейчас увидим, куда они ведут. Угадай,
кто лучший в мире следопыт!
Следы вели в ванную комнату. Фрекен Бок заперлась там, и в
прихожую доносился ее торжествующий смех.
Привидение постучало в дверь ванной:
-- Открой! Слышишь, немедленно открой!
Но за дверью раздавался только громкий, ликующий хохот.
-- Открой! А то я не играю! -- крикнуло привидение.
Фрекен Бок замолчала, но двери не открыла. Тогда
привидение обернулось к Малышу, который все еще не мог
отдышаться.
-- Скажи ей, чтоб она открыла! Какой же интерес играть,
если она будет так себя вести!
Малыш робко постучал в дверь.
-- Это я, -- сказал он. -- Долго ли вы, фрекен Бок
собираетесь просидеть здесь взаперти?
-- Всю ночь, -- ответила фрекен Бок. -- Я постелю себе в
ванне все полотенца, чтобы там спать.
Тут привидение заговорило по-другому:
-- Стели! Пожалуйста, стели! Делай все так, чтобы
испортить нам удовольствие, чтобы расстроить нашу игру! Но
угадай-ка, кто в таком случае немедленно отправится к Фриде,
чтобы дать ей материал для новой передачи?
В ванной комнате долго царило молчание. Видно, фрекен Бок
обдумывала эту ужасную угрозу. Но в конце концов она сказала
жалким, умоляющим тоном:
-- Нет-нет, пожалуйста, не делай этого!.. Этого я не
вынесу.
-- Тогда выходи! -- сказало привидение. -- Не то
привидение тут же улетит на Фрейгатен. И твоя сестра Фрида
будет снова сидеть в телевизоре, это уж точно!
Слышно было, как фрекен Бок несколько раз тяжело
вздохнула. Наконец она позвала:
-- Малыш! Приложи ухо к замочной скважине, я хочу тебе
кое-что шепнуть по секрету.
Малыш сделал, как она просила. Он приложил ухо к замочной
скважине, и фрекен Бок прошептала ему:
-- Понимаешь, я думала, что не боюсь привидений, а
оказалось, что боюсь. Но ты-то храбрый! Может, попросишь, чтобы
это привидение сейчас исчезло и явилось в другой раз? Я хочу к
нему немного привыкнуть. Но главное, чтобы оно не посетило за
это время Фриду! Пусть оно поклянется, что не отправится на
Фрейгатен!
-- Постараюсь, но не знаю, что получится, -- сказал Малыш
и обернулся, чтобы начать переговоры с привидением.
Но его и след простыл.
-- Его нету! -- крикнул Малыш. -- Оно улетело к себе
домой. Выходите.
Но фрекен Бок не решалась выйти из ванной, пока Малыш не
обошел всю квартиру и не убедился, что привидения нигде нет.
Потом фрекен Бок, дрожа от страха, еще долго сидела в
комнате Малыша. Но постепенно она пришла в себя и собралась с
мыслями.
-- О, это было ужасно... -- сказала она. -- Но подумай,
какая передача для телевидения могла бы из этого получиться!
Фрида в жизни не видела ничего похожего!
Она радовалась, как ребенок. Но время от времени
вспоминала, как за ней по пятам гналось привидение и
содрогалась от ужаса.
-- В общем, хватит с меня привидений, -- решила она в
конце концов. -- Я была бы рада, если б судьба избавила меня от
подобных встреч.
Едва она успела это сказать, как из шкафа Малыша
послышалось что-то вроде мычания. И этого было достаточно,
чтобы фрекен Бок вновь завопила:
-- Слышишь? Клянусь, привидение притаилось у нас в шкафу!
Ой, я, кажется, сейчас умру...
Малышу стало ее очень жаль, но он не знал, что сказать,
чтобы ее утешить.
-- Да нет... -- начал он после некоторого раздумья, -- это
вовсе не привидение... Это... это... считайте, что это
теленочек. Да, будем надеяться, что это теленочек.
Но тут из шкафа раздался голос:
-- Теленочек! Этого еще не хватало! Не выйдет! И не
надейтесь!
Дверцы шкафа распахнулись, и оттуда выпорхнуло малютка
привидение из Вазастана, одетое в белые одежды, которые Малыш
сшил своими собственными руками. Глухо и таинственно вздыхая,
оно взмыло к потолку и закружилось вокруг люстры.
-- Гей, гей, я не теленок, а самое опасное в мире
привидение!
Фрекен Бок кричала. Привидение описывало круги, оно
порхало все быстрее и быстрее, все ужасней и ужасней вопила
фрекен Бок, и все стремительней, в диком вихре, кружилось
привидение.
Но вдруг случилось нечто неожиданное. Изощряясь в сложных
фигурах, привидение сделало чересчур маленький круг, и его
одежды зацепились за люстру.
Хлоп! -- старенькие простыни тут же поползли, спали с
Карлсона и повисли на люстре, а вокруг нее летал Карлсон в
своих обычных синих штанах, клетчатой рубашке и полосатых
носках. Он был до того увлечен игрой, что даже не заметил, что
с ним случилось. Он летал себе и летал, вздыхал и стонал
по-привиденчески пуще прежнего. Но, завершая очередной круг, он
вдруг заметил, что на люстре что-то висит и развевается от
колебания воздуха, когда он пролетает мимо.
-- Что это за лоскут вы повесили на лампу? -- спросил он.
-- От мух, что ли?
Малыш только жалобно вздохнул:
-- Нет, Карлсон, не от мух.
Тогда Карлсон поглядел на свое упитанное тело, увидел
синие штанишки и понял, какая случилась беда, понял, что он уже
не малютка привидение из Вазастана, а просто Карлсон.
Он неуклюже приземлился возле Малыша: вид у него был
несколько сконфуженный.
-- Ну да, -- сказал он, -- неудача может сорвать даже
самые лучшие замыслы. Сейчас мы в этом убедились... Ничего не
скажешь, это дело житейское!
Фрекен Бок, бледная как мел, уставилась на Карлсона. Она
судорожно глотала воздух, словно рыба, выброшенная на сушу. Но
в конце концов она все же выдавила из себя несколько слов:
-- Кто... кто... боже праведный, а это еще кто?
И Малыш сказал, едва сдерживая слезы:
-- Это Карлсон, который живет на крыше.
-- Кто это? Кто этот Карлсон, который живет на крыше? --
задыхаясь, спросила фрекен Бок.
Карлсон поклонился:
-- Красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом
расцвете сил. Представьте себе, это я.


    КАРЛСОН НЕ ПРИВИДЕНИЕ, А ПРОСТО КАРЛСОН



Этот вечер Малыш запомнит на всю жизнь. Фрекен Бок сидела
на стуле и плакала, а Карлсон стоял в сторонке, и вид у него
был смущенный. Никто ничего не говорил, все чувствовали себя
несчастными.
"Да, от такой жизни и вправду поседеешь раньше времени",
-- подумал Малыш, потому что мама часто так говорила. Это
бывало, когда Боссе приносил домой сразу три двойки, или когда
Бетан ныла, выпрашивая новую кожаную курточку на меху как раз в
те дни, когда папа вносил деньги за телевизор, купленный в
рассрочку, или когда Малыш разбивал в школе окно и родителям
надо было платить за огромное стекло. Вот в этих случаях мама
обычно вздыхала и говорила:
"Да, от такой жизни и вправду поседеешь раньше времени!"
Именно такое чувство овладело сейчас Малышом. Ух, до чего
же все нескладно вышло! Фрекен Бок безутешно рыдала, слезы
катились градом. И из-за чего? Только из-за того, что Карлсон
оказался не привидением.
-- Подумать только! Эта телевизионная передача была уже у
меня в кармане, -- всхлипывая, сказала фрекен Бок и злобно
поглядела на Карлсона. -- А я-то дура, специально ходила к себе
домой и рассказала все Фриде...
Она закрыла лицо руками, громко зарыдала, и никто не
расслышал, что же она сказала Фриде.
-- Но я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом
расцвете сил, -- сказал Карлсон, пытаясь хоть чем-то ее
утешить. -- И меня можно показывать в этом ящике...
Фрекен Бок поглядела на Карлсона и злобно зашипела:
-- "Красивый, умный и в меру упитанный мужчина"! Да таких
на телевидении хоть пруд пруди, с этим к ним и соваться нечего.
И она снова поглядела на Карлсона сердито и недоверчиво...
А ведь этот маленький толстый мальчишка и впрямь похож на
мужчину...
-- Кто он, собственно говоря, такой? -- спросил. она
Малыша.
И Малыш ответил истинную правду:
-- Мой товарищ, мы с ним играем.
-- Это я и без тебя знаю, -- отрезала фрекен Бок и снова
заплакала.
Малыш был удивлен: ведь папа и мама вообразили, что у них
начнется кошмарная жизнь, если только кто-нибудь узнает о
существовании Карлсона, что все тут же захотят его увидеть и
его будут показывать по телевидению; но вот теперь, когда
наконец его увидала посторонняя женщина, она льет слезы и
уверяет, что раз Карлсон не привидение, он не представляет
никакого интереса. А что на спине у него пропеллер и что он
умеет летать -- на это ей, видно, наплевать. А тут как раз
Карлсон поднялся к потолку и приняло снимать с абажура свои
привиденческие одежды, но фрекен Бок посмотрела на него уже
совсем свирепым глазом и сказала:
-- Подумаешь, пропеллер, кнопка... а что же не может быть
у мальчишки в наше-то время! Скоро он будут летать на Луну, не
начав ходить в школу.
Домомучительница по-прежнему сидела на стуле и накалялась
все больше и больше. Она вдруг поняла, кто стащил плюшки, кто
мычал у окна и кто писал на стене в кухне. Это же надо
додуматься -- дарить детям такие игрушки, чтобы они летали куда
им заблагорассудится и так бесстыдно издевались над старыми
людьми. А все таинственные истории с привидениями, о которых
она писала в шведское телевидение, оказались проказами
сорванца. Нет, она не намерена терпеть здесь этого негодного
маленького толстяка.
-- Немедленно отправляйся домой, слышишь! Как тебя
звать-то?
-- Карлсон! -- ответил Карлсон.
-- Это я знаю, -- сердито сказала фрекен Бок. -- Но у
тебя, кроме фамилии, надо думать, и имя есть?
-- Меня зовут Карлсон, и все!
-- Ой, не зли меня, не то я совсем рассержусь, я и так уже
на последнем пределе, -- буркнула фрекен Бок. -- Имя -- это то,
как тебя зовут дома, понимаешь? Ну, как тебя кличет папа, когда
пора идти спать?
-- Хулиган, -- ответил Карлсон с улыбкой.
Фрекен Бок с удовлетворением кивнула:
-- Точно сказано! Лучше и не придумать!
Карлсон с ней согласился:
-- Да, да, в детстве мы все ужасно хулиганили. Но это было
так давно, а теперь я самый послушный в мире!
Но фрекен Бок больше не слушала его. Она сидела молча,
глубоко задумавшись, и, видимо, начинала постепенно
успокаиваться.
-- Да, -- сказала она наконец, -- один человек будет от
всего этого на седьмом небе.
-- Кто? -- спросил Малыш.
-- Фрида, -- горько ответила фрекен Бок.
Потом, глубоко вздохнув, она направилась на кухню, чтобы
вытереть пол и унести таз.
Карлсон и Малыш были рады, что остались одни.
-- И чего это люди волнуются по пустякам? -- сказал
Карлсон и пожал плечами. -- Я ведь ей ничего плохого не сделал.
-- Ну да, -- неуверенно согласился Малыш. -- Только
понизводил ее немножко. Зато теперь мы станем самыми
послушными.
Карлсон тоже так думал.
-- Конечно, станем. Но я хочу немного позабавиться, а то
не буду играть!
Малыш напряженно выдумывал какое-нибудь забавное занятие
для Карлсона. Но он зря старался, потому что Карлсон все
придумал сам и вдруг, ни с того ни с сего, кинулся к шкафу
Малыша.
-- Погоди! -- крикнул он. -- Когда я был привидением, я
видел там одну толковую штуку!
Он вернулся с маленькой мышеловкой. Малыш нашел ее в
деревне у бабушки и привез в город.
"Я хочу поймать мышку и приручить ее, чтобы она у меня
осталась жить", -- объяснил Малыш маме. Но мама сказала, что в
городских квартирах мыши, к счастью, не водятся, у них, во
всяком случае, мышей точно нет.
Малыш пересказал все это Карлсону, но Карлсон возразил:
-- Мыши заводятся незаметно. Твоя мама только обрадуется,
если вдруг, откуда ни возьмись, в доме появится маленькая
нежданная мышка.
Он объяснил Малышу, как было бы хорошо, если бы они
поймали эту нежданную мышку. Ведь Карлсон мог бы держать ее у
себя наверху, а когда у нее народятся мышата, можно будет
устроить настоящую мышиную ферму.
-- И тогда я помещу в газете объявление, -- заключил
Карлсон. -- "Кому нужны мыши, обращайтесь в мышиную ферму
Карлсона".
-- Ага! И тогда можно будет расплодить мышей во всех
городских домах! -- радостно подхватил Малыш и объяснил
Карлсону, как заряжают мышеловку. -- Только в нее надо
обязательно положить кусочек сыру или шкурку от свиного сала, а
то мышь не придет.
Карлсон полез в карман и вытащил оттуда маленький огрызок
шпика.
-- Как хорошо, что я его сберег. После обеда я все
собирался кинуть его в помойное ведро.
Он зарядил мышеловку и поставил ее под кровать Малыша.
-- Теперь мышь может прийти когда захочет.
Они совсем забыли про фрекен Бок. Но вдруг услышали
какой-то шум на кухне.
-- Похоже, что она готовит еду, -- сказал Карлсон. -- Она
грохочет сковородками.
Так оно и было, потому что из кухни донесся слабый, но
чарующий запах жарящихся тефтелей.
-- Она обжаривает тефтели, оставшиеся от обеда, --
объяснил Малыш. -- Ой, до чего же есть хочется!
Карлсон со всех ног кинулся к двери.
-- Вперед, на кухню! -- крикнул он.
Малыш подумал, что Карлсон и в самом деле храбрец, если он
отважился на такой шаг. Быть трусом Малышу не хотелось, и он
тоже нерешительно поплелся на кухню.
-- Гей, гей, мы, я вижу, пришли как раз кстати. Нас ждет
скромный ужин, -- сказал Карлсон.
Фрекен Бок стояла у плиты и переворачивала тефтели, но,
увидев Карлсона, она бросила сковородку и двинулась на него.
Вид у нее был угрожающий.
-- Убирайся! -- крикнула она. -- Убирайся отсюда
немедленно!
У Карлсона дрогнули губы, и он надулся.
-- Так я не играю! Так я не играю! Так себя не ведут! Я
тоже хочу съесть несколько тефтелек. Разве ты не понимаешь,
что, когда целый вечер играешь в привидение, просыпается
зверский аппетит?
Он сделал шаг к плите и взял со сковородки одну тефтельку.
Вот этого ему не следовало делать. Фрекен Бок взревела от
бешенства и кинулась на Карлсона, схватила его за шиворот и
вытолкнула за дверь.
-- Убирайся! -- кричала она. -- Убирайся домой и носа сюда
больше не показывай!
Малыш был просто в отчаянии.
-- Ну, чего вы, фрекен Бок, так злитесь? -- сказал он со
слезами в голосе. -- Карлсон мой товарищ, разве можно его
прогонять?
Больше он ничего не успел сказать, потому что дверь кухни
распахнулась и ворвался Карлсон, тоже злой как черт.
-- Так я не играю! -- кричал он. -- Нет, так я не играю!
Выставлять меня с черного хода!.. Не выйдет!
Он подлетел к фрекен Бок и топнул ногой об пол.
-- Подумать только, с черного хода!.. Я хочу. чтобы меня
выставили с парадного, как приличного человека!
Фрекен Бок снова схватила Карлсона за шиворот.
-- С парадного? Охотно! -- воскликнула она, потащила
Карлсона через всю квартиру и вытолкнула его через парадный
ход, не обращая никакого внимания на слезы и гневные вопли
бегущего за ней Малыша. Так Карлсон добился своего.
-- Ну вот, теперь с тобой обошлись достаточно благородно?
-- осведомилась фрекен Бок.
-- Достаточно, -- подтвердил Карлсон, и тогда фрекен Бок
захлопнула за ним дверь с таким грохотом что было слышно во
всем доме.
-- Ну наконец-то, -- сказала она и пошла на кухню.
Малыш бежал за ней, он очень сердился:
-- Ой! До чего вы, фрекен Бок, злая и несправедливая!
Карлсон имеет право быть на кухне!
Он там и был! Он стоял у плиты и ел тефтели
-- Да, да, меня надо было выставить через парадную дверь,
чтобы я смог вернуться с черного ход и съесть несколько
превосходных тефтелей, -- объяснил он.
Тогда фрекен Бок схватила Карлсона за шиворот в третий раз
вытолкнула за дверь, теперь опять с черного хода.
-- Просто удивительно, -- возмущалась она, -- никакого с
ним сладу нет!.. Но я сейчас запру дверь и он все же останется
с носом.
-- Это мы еще посмотрим, -- спокойно сказал Карлсон.
Фрекен Бок захлопнула дверь и проверила, защелкнулся ли
замок.
-- Тьфу, до чего же вы злая, фрекен Бок, -- не унимался
Малыш.
Но она не обращала никакого внимания на его слова. Она
быстро подошла к плите, на которой так аппетитно румянились
тефтели.
-- Может, и мне наконец-то удастся съесть хоть одну
тефтельку после всего того, что пришлось пережить в этот вечер,
-- сказала она.
Но тут из открытого окна раздался голос:
-- Эй! Хозяева дома? Не найдется ли у вас двух-трех
тефтелек?
На подоконнике сидел довольный Карлсон и широко улыбался.
Увидев его, Малыш не смог удержаться от смеха.
-- Ты прилетел сюда с балкончика?
Карлсон кивнул:
-- Точно. И вот я опять с вами! Вы, конечно, мне рады...
особенно ты, женщина, стоящая у плиты!
Фрекен Бок держала в руке тефтельку -- она как раз
собиралась сунуть ее в рот, но при виде Карлсона застыла,
уставившись на него.
-- Никогда в жизни не видел такой прожорливой особы, --
сказал Карлсон и, сделав большой круг над плитой, схватил на
лету несколько тефтелей и быстро сунул их в рот. Потом он
стремительно взмыл к самому потолку.
Но тут фрекен Бок как с цепи сорвалась. Она заорала не
своим голосом, схватила выбивалку для ковров и, размахивая ею,
погналась за Карлсоном:
-- Ах ты озорник! Да что же это такое! Неужели мне так и
не удастся тебя выгнать?
Карлсон, ликуя, кружил вокруг лампы.
-- Гей, гей, вот теперь-то мы позабавимся на славу! --
крикнул он. -- Так весело мне не было с тех пор, как папочка
гнался за мной с мухобойкой! Я тогда был маленький, но помню,
тогда мы тоже здорово позабавились!
Карлсон метнулся в большую комнату, и снова началась
бешеная погоня по всей квартире. Впереди летел Карлсон -- он
кудахтал и визжал от удовольствия, за ним мчалась фрекен Бок с
выбивалкой для ковров, за ней еле поспевал Малыш, а позади всех
скакал Бимбо, бешено тявкая.
-- Гей, гей! -- кричал Карлсон.
Фрекен Бок не отставала от него, но всякий раз, когда она
уже готова была его схватить, Карлсон взмывал вверх, под самый
потолок. А когда фрекен Бок начинала размахивать выбивалкой,
ему всегда удавалось пролететь мимо, едва ее не коснувшись.
-- Эй, эй, чур, не бить по ногам, так я не играю! --
кричал Карлсон.
Фрекен Бок запыхалась, но продолжала подпрыгивать, и ее
большие босые ноги шлепали по паркету. Она, бедняжка, так и не
успела еще обуться -- ведь весь вечер ей пришлось гонять по
квартире. Она очень устала, но сдаваться не собиралась.
-- Ты у меня дождешься! -- кричала она, продолжая погоню
за Карлсоном.
Время от времени она подпрыгивала, чтобы стукнуть его
выбивалкой, но он только смеялся и набирал высоту. Малыш тоже
хохотал до слез и никак не мог остановиться. От смеха у него
даже заболел живот, и, когда все они в третий раз очутились в
его комнате, он кинулся на кровать, чтобы хоть немножко
передохнуть. Смеяться у него уже не было сил. но он все же
стонал от смеха, глядя, как фрекен Бок мечется вдоль стен,
пытаясь поймать Карлсона.
-- Гей, гей! -- подбадривал ее Карлсон.
-- Я тебе всыплю за это "гей, гей"! -- кричала, едва
переводя дыхание, фрекен Бок. Она с остервенением размахивала
выбивалкой, и в конце концов ей удалось загнать Карлсона в
угол, где стояла кровать Малыша.
-- Ну вот, -- воскликнула она с торжеством, -- попался,
голубчик!
Но вдруг она издала такой вопль, что у Малыша загудело в
ушах. Он перестал хохотать.
"Эх, Карлсон попался", -- подумал он.
Но попался не Карлсон. Попалась фрекен Бок; большой палец
ее правой ноги угодил в мышеловку.
-- Ой, ой, ой! -- стонала фрекен Бок. -- Ой, ой, ой!
Она подняла ногу и в ужасе уставилась на странную вещь,
вцепившуюся в ее большой палец.
-- Ой, ой, ой! -- завопил уже Малыш. -- Подождите, я
сейчас ее раскрою... Простите, я этого не хотел...
-- Ой, ой, ой! -- продолжала вопить фрекен Бок, когда
Малыш помог ей высвободить палец и к ней вернулся дар речи. --
Почему у тебя мышеловка под кроватью?
Малышу было очень жаль мышеловки, и он сказал, запинаясь:
-- Потому что... потому что... мы хотели поймать нежданную
мышку.
-- Но, конечно, не такую большую, -- объяснил Карлсон. --
Маленькую мышку с длинным хвостиком.
Фрекен Бок покосилась на Карлсона и застонала:
-- Опять ты... Когда же ты уберешься отсюда в конце
концов?
И она снова погналась за ним с выбивалкой.
-- Гей, гей! -- закричал Карлсон.
Он вылетел в переднюю, а оттуда в большую комнату, а потом
из нее в комнату Малыша, и снова началась погоня по всей
квартире: в кухню и из кухни, в спальню и из спальни...
-- Гей, гей! -- кричал Карлсон.
-- Ты у меня сейчас получишь "гей, гей"! -- погрозила
фрекен Бок, задыхаясь от быстрого бега.
Она замахнулась выбивалкой и прыгнула что было сил, но,
забыв в азарте погони, что сдвинула всю мебель к дверям
спальни, споткнулась о книжную полку, стукнулась обо что-то
головой и с грохотом рухнула на пол.
-- Все! Теперь в Нурланде снова будет землетрясение, --
сказал Карлсон.
Но Малыш в испуге кинулся к фрекен Бок.
-- Ой, вы не расшиблись? -- спросил он. -- Бедная, бедная