рождения, -- почти столько же, сколько между рождественскими
праздниками.
Вечером накануне этого торжественного дня у Малыша был
разговор с Карлсоном.
-- Завтра день моего рождения, -- сказал Малыш. -- Ко мне
придут Гунилла и Кристер, и нам накроют стол в моей комнате...
-- Малыш помолчал; вид у него был мрачный. -- Мне бы очень
хотелось и тебя пригласить, -- продолжал он, -- но...
Мама так сердилась на Карлсона, что бесполезно было
просить у нее разрешения.
Карлсон выпятил нижнюю губу больше, чем когда бы то ни
было:
-- Я с тобой не буду водиться, если ты меня не позовешь! Я
тоже хочу повеселиться.
-- Ладно, ладно, приходи, -- торопливо сказал Малыш.
Он решил поговорить с мамой. Будь что будет, но невозможно
праздновать день рождения без Карлсона.
-- А чем нас будут угощать? -- спросил Карлсон, перестав
дуться.
-- Ну конечно, сладким пирогом. У меня будет именинный
пирог, украшенный восемью свечами.
-- Хорошо! -- воскликнул Карлсон.
-- Знаешь, у меня есть предложение.
-- Какое? -- спросил Малыш.
-- Нельзя ли попросить твою маму приготовить нам вместо
одного пирога с восемью свечами восемь пирогов с одной свечой?
Но Малыш не думал, чтобы мама на это согласилась.
-- Ты, наверно, получишь хорошие подарки? -- спросил
Карлсон.
-- Не знаю, -- ответил Малыш и вздохнул. Он знал то, чего
он хотел, хотел больше всего на свете, он все равно не
получит...
-- Собаку мне, видно, не подарят никогда в жизни, --
сказал Малыш. -- Но я, конечно, получу много других подарков.
Поэтому я решил весь день веселиться и совсем не думать о
собаке.
-- А кроме того, у тебя есть я. Я куда лучше собаки, --
сказал Карлсон и взглянул на Малыша, наклонив голову. --
Хотелось бы знать, какие ты получишь подарки. Если тебе подарят
конфеты, то, по-моему, ты должен их тут же отдать на
благотворительные цели.
-- Хорошо, если я получу коробку конфет, я тебе ее отдам.
Для Карлсона Малыш был готов на все, особенно теперь,
когда предстояла разлука.
-- Знаешь, Карлсон, -- сказал Малыш, -- послезавтра я
уезжаю к бабушке на все лето.
Карлсон сперва помрачнел, а потом важно произнес:
-- Я тоже еду к бабушке, и моя бабушка гораздо больше
похожа на бабушку, чем твоя.
-- А где живет твоя бабушка? -- спросил Малыш.
-- В доме, а где же еще! А ты небось думаешь, что она
живет на улице и всю ночь скачет?
Больше им не удалось поговорить ни о бабушке Карлсона, ни
о дне рождения Малыша, ни о чем другом, потому что уже стемнело
и Малышу нужно, было поскорее лечь в постель, чтобы не проспать
день своего рождения.
Проснувшись на следующее утро, Малыш лежал в кровати и
ждал: он знал -- сейчас отворится дверь, и все войдут к нему в
комнату и принесут именинный пирог и другие подарки. Минуты
тянулись мучительно долго. У Малыша даже живот заболел от
ожидания, так ему хотелось скорее увидеть подарки.
Но вот наконец в коридоре раздались шаги и послышались
слова: "Да он, наверно, уже проснулся". Дверь распахнулась, и
появились все: мама, папа, Боссе и Бетан.
Малыш сел на кровати, и глаза его заблестели.
-- Поздравляем тебя, дорогой Малыш! -- сказала мама.
И папа, и Боссе, и Бетан тоже сказали: "Поздравляем!" И
перед Малышом поставили поднос. На нем был пирог с восемью
горящими свечками и другие подарки.
Много подарков -- хотя, пожалуй, меньше, чем в прошлые дни
рождения: на подносе лежало всего четыре свертка; Малыш их
быстро сосчитал. Но папа сказал:
-- Не обязательно все подарки получать утром -- может
быть, ты получишь еще что-нибудь днем...
Малыш был очень рад четырем сверткам. В них оказались:
коробка с красками, игрушечный пистолет, книга и новые синие
штанишки. Все это ему очень понравилось. "Какие они милые --
мама, и папа, и Боссе, и Бетан! -- подумал Малыш. -- Ни у кого
на свете нет таких милых мамы и папы и брата с сестрой".
Малыш несколько раз стрельнул из пистолета. Выстрелы
получались очень громкие. Вся семья сидела у его кровати и
слушала, как он стреляет. О, как они все друг друга любили!
-- Подумай, восемь лет назад ты появился на свет -- вот
таким крошкой... -- сказал папа.
-- Да, -- сказала мама, -- как быстро идет время! Помнишь,
какой дождь хлестал в тот день в Стокгольме?
-- Мама, я родился здесь, в Стокгольме? -- спросил Малыш.
-- Конечно, -- ответила мама.
-- Но ведь Боссе и Бетан родились в Мальме?
-- Да, в Мальме.
-- А ведь ты, папа, родился в Гетеборге? Ты мне говорил...
-- Да, я гетеборгский мальчишка, -- сказал папа.
-- А ты, мама, где родилась?
-- В Эскильстуне, -- сказала мама.
Малыш горячо обнял ее.
-- Какая удача, что мы все встретились! -- проговорил он.
И все с этим согласились.
Потом они пропели Малышу "Многие лета", а Малыш выстрелил,
и треск получился оглушительный.
Все утро Малыш то и дело стрелял из пистолета, ждал гостей
и все время размышлял о словах папы, что подарки могут
появиться и днем. На какой-то счастливый миг он вдруг поверил,
что свершится чудо -- ему подарят собаку. Но тут же понял, что
это невозможно, и даже рассердился на себя за то, что так глупо
размечтался. Ведь он твердо решил не думать сегодня о собаке и
всему радоваться. И Малыш действительно всему радовался. Сразу
же после обеда мама стала накрывать на стол у него в комнате.
Она поставила в вазу большой букет цветов и принесла самые
красивые розовые чашки. Три штуки.
-- Мама, -- сказал Малыш, -- нужно четыре чашки.
-- Почему? -- удивилась мама.
Малыш замялся. Теперь ему надо было рассказать, что он
пригласил на день рождения Карлсона, хотя мама, конечно, будет
этим недовольна.
-- Карлсон, который живет на крыше, тоже придет ко мне, --
сказал Малыш и смело посмотрел маме в глаза.
-- О! -- вздохнула мама. -- О! Ну что ж, пусть приходит.
Ведь сегодня день твоего рождения.
Мама провела ладонью по светлым волосам Малыша:
-- Ты все еще носишься со своими детскими фантазиями.
Трудно поверить, что тебе исполнилось восемь. Сколько тебе лет,
Малыш?
-- Я мужчина в самом расцвете сил, -- важно ответил Малыш
-- точь-в-точь как Карлсон.
Медленно катился этот день. Уже давно настало то "днем", о
котором говорил папа, но никаких новых подарков никто не
приносил.
В конце концов Малыш получил еще один подарок.
Боссе и Бегай, у которых еще не начались летние каникулы,
вернулись из школы и тут же заперлись в комнате Боссе.
Малыша они туда не пустили. Стоя в коридоре, он слышал,
как за запертой дверью раздавалось хихиканье сестры и шуршание
бумаги. Малыш чуть не лопнул от любопытства.
Некоторое время спустя они вышли, и Бетан, смеясь,
протянула Малышу сверток. Малыш очень обрадовался и хотел уже
разорвать бумажную обертку, но Боссе сказал:
-- Нет, сперва прочти стихи, которые здесь наклеены.
Стихи были написаны крупными печатными буквами, чтобы
Малыш смог их сам разобрать, и он прочел:

Брат и сестра тебе дарят собаку.
Она не вступает с собаками в драку,
Не лает, не прыгает и не кусается,
Ни на кого никогда не бросается.
И хвостик, и лапы, и морда, и уши
У этой собаки из черного плюша.

Малыш молчал; он словно окаменел.
-- Ну, а теперь развяжи сверток, -- сказал Боссе.
Но Малыш швырнул сверток в угол, и слезы градом покатились
по его щекам.
-- Ну что ты, Малыш, что ты? -- испуганно сказала Бетан.
-- Не надо, не плачь, не плачь, Малыш! -- растерянно
повторял Боссе; видно было, что он очень огорчен.
Бетан обняла Малыша:
-- Прости нас! Мы хотели только пошутить. Понимаешь?
Малыш резким движением вырвался из рук Бетан; лицо его
было мокрым от слез.
-- Вы же знали, -- бормотал он, всхлипывая, -- вы же
знали, что я мечтал о живой собаке! И нечего было меня
дразнить...
Малыш побежал в свою комнату и бросился на кровать. Боссе
и Бетан кинулись вслед за ним. Прибежала и мама. Но Малыш не
обращал на них никакого внимания -- он весь трясся от плача.
Теперь день рождения был испорчен. Малыш решил быть целый
день веселым, даже если ему и не подарят собаку. Но получить в
подарок плюшевого щенка -- это уж слишком! Когда он об этом
вспоминал, его плач превращался в настоящий стон, и он все
глубже зарывался головой в подушку.
Мама, Боссе и Бетан стояли вокруг кровати. Всем им было
тоже очень грустно.
-- Я сейчас позвоню папе и попрошу его пораньше прийти с
работы, -- сказала мама.
Малыш плакал... Что толку, если папа придет домой? Все
сейчас казалось Малышу безнадежно грустным. День рождения был
испорчен, и ничем уже нельзя было тут помочь.
Он слышал, как мама пошла звонить по телефону, но он все
плакал и плакал. Слышал, как папа вернулся домой, но все плакал
и плакал. Нет, никогда Малыш теперь уже не будет веселым. Лучше
всего ему сейчас умереть, и пусть тогда Боссе и Бетан возьмут
себе плюшевого щенка, чтобы вечно помнить, как они зло
подшутили над своим маленьким братом в тот день рождения, когда
он был еще жив...
Вдруг Малыш заметил, что все -- и мама, и папа, и Боссе, и
Бетан -- стоят вокруг его постели, но он еще глубже зарылся
лицом в подушку.
-- Послушай, Малыш, там возле входной двери тебя кто-то
ждет... -- сказал папа.
Малыш не ответил. Папа потряс его за плечо:
-- Ты что, не слышишь, что тебя у двери ждет один
приятель?
-- Наверно, Гунилла или там Кристер, -- ворчливо отозвался
Малыш.
-- Нет, того, кто тебя ждет, зовут Бимбо, -- сказала мама.
-- Не знаю я никакого Бимбо! -- пробурчал Малыш.
-- Возможно, -- сказала мама. -- Но он очень хочет с тобой
познакомиться.
Именно в эту минуту из передней донеслось негромкое
тявканье.
Малыш напряг все свои мускулы и упрямо не отрывался от
подушки. Нет, ему и в самом деле пора бросить все эти
выдумки...
Но вот опять в прихожей раздалось тявканье. Резким
движением Малыш сел на постели.
-- Это что, собака? Живая собака? -- спросил он.
-- Да, -- сказал папа, -- это собака. Твоя собака. Тут
Боссе кинулся в прихожую и минуту спустя влетел в комнату
Малыша, дерзка на руках -- о, наверно, Малышу это все только
снится! -- маленькую короткошерстую таксу.
-- Это моя живая собака? -- прошептал Малыш.
Слезы застилали ему глаза, когда он протянул свои руки к
Бимбо. Казалось, Малыш боится, что щенок вдруг превратится в
дым и исчезнет.
Но Бимбо не исчез. Малыш держал Бимбо на руках, а тот
лизал ему щеки, громко тявкал и обнюхивал уши. Бимбо был
совершенно живой.
-- Ну, теперь ты счастлив, Малыш? -- спросил папа.
Малыш только вздохнул. Как мог папа об этом спрашивать!
Малыш был так счастлив, что у него заныло где-то внутри, то ли
в душе, то ли в животе. А может быть, так всегда бывает, когда
ты счастлив?
-- А эта плюшевая собака будет игрушкой для Бимбо.
Понимаешь, Малыш! Мы не хотели дразнить тебя... так ужасно, --
сказала Бетан.
Малыш все простил. И вообще он почти не слышал, что ему
говорят, потому что разговаривал с Бимбо:
-- Бимбо, маленький Бимбо, ты -- моя собака!
Затем Малыш сказал маме:
-- Я думаю, что мой Бимбо гораздо милее Альберга, потому
что короткошерстые таксы наверняка самые лучшие собаки в мире.
Но тут Малыш вспомнил, что Гунилла и Кристер должны прийти
с минуты на минуту...
О! Он и не представлял себе, что один день может принести
с собой столько счастья. Подумать только, ведь они сейчас
узнают, что у него есть собака, на этот раз действительно его
собственная собака, да к тому же еще самая-самая распрекрасная
в мире! Но вдруг Малыш забеспокоился:
-- Мама, а мне можно будет взять с собой Бимбо, когда я
поеду к бабушке?
-- Ну конечно. Ты повезешь его в этой маленькой корзинке,
-- ответила мама и показала специальную корзинку для перевозки
собак, которую вместе со щенком принес в комнату Боссе.
-- О! -- сказал Малыш. -- О!
Раздался звонок. Это пришли Гунилла и Кристер. Малыш
бросился им навстречу, громко крича:
-- Мне подарили собаку! У меня теперь есть своя
собственная собака!
-- Ой, какая она миленькая! -- воскликнула Гунилла, но тут
же спохватилась и торжественно произнесла: -- Поздравляю с днем
рождения. Вот тебе подарок от Кристера и от меня. -- И она
протянула Малышу коробку конфет, а потом снова села на корточки
перед Бимбо и повторила: -- Ой, до чего же она миленькая!
Малышу это было очень приятно слышать.
-- Почти такая же милая, как Еффа, -- сказал Кристер.
-- Что ты, она куда лучше Еффы и даже куда лучше Альберга!
-- сказала Гунилла.
-- Да, она куда лучше Альберга, -- согласился с ней
Кристер.
Малыш подумал, что и Гунилла и Кристер очень хорошие
друзья, и пригласил их к празднично убранному столу.
Как раз в эту минуту мама принесла блюдо маленьких
аппетитных бутербродов с ветчиной и сыром и вазу с целой горой
печенья. Посреди стола уже красовался именинный пирог с восемью
зажженными . свечами. Потом мама взяла большой кофейник с
горячим шоколадом и стала разливать шоколад в чашки.
-- А мы не будем ждать Карлсона? -- осторожно спросил
Малыш. Мама покачала головой:
-- Нет, я думаю, ждать не стоит. Я уверена, что он сегодня
не прилетит. И вообще давай поставим на нем крест. Ведь у тебя
ж теперь есть Бимбо.
Конечно, теперь у Малыша был Бимбо, но все же он очень
хотел, чтобы Карлсон пришел на его праздник.
Гунилла и Кристер сели за стол, и мама стала их угощать
бутербродами. Малыш положил Бимбо в корзинку и тоже сел за
стол.
Когда мама вышла и оставила детей одних, Боссе сунул свой
нос в комнату и крикнул:
-- Не съедайте весь пирог -- оставьте и нам с Бетан!
-- Ладно, оставлю по кусочку, -- ответил Малыш. -- Хотя,
по правде говоря, это несправедливо: ведь вы столько лет ели
сладкие пироги, когда меня еще и на свете не было.
-- Только смотри, чтобы это были большие куски! -- крикнул
Боссе, закрывая дверь.
В этот самый момент за окном послышалось знакомое жужжание
мотора, и в комнату влетел Карлсон.
-- Вы уже сидите за столом? -- воскликнул он. -- Наверно,
все уже съели?
Малыш успокоил его, сказав, что на столе еще полным-полно
угощений.
-- Превосходно! -- сказал Карлсон.
-- А ты разве не хочешь поздравить Малыша с днем рождения?
-- спросила его Гунилла.
-- Да-да, конечно, поздравляю! -- ответил Карлсон. -- Где
мне сесть?
Мама так и не поставила на стол четвертой чашки. И когда
Карлсон это заметил, он выпятил нижнюю губу и сразу надулся:
-- Нет, так я не играю! Это несправедливо. Почему мне не
поставили чашку?
Малыш тут же отдал ему свою, а сам тихонько пробрался в
кухню и принес себе оттуда другую чашку.
-- Карлсон, -- сказал Малыш, вернувшись в комнату, -- я
получил в подарок собаку. Ее зовут Бимбо Вот она. -- И Малыш
показал на щенка, который спал в корзинке.
-- Это отличный подарок, -- сказал Карлсон. -- Передай
мне, пожалуйста, вот этот бутерброд, и этот, и этот... Да! --
воскликнул вдруг Карлсон. -- Я чуть не забыл! Ведь и я принес
тебе подарок. Лучший в мире подарок... -- Карлсон вынул из
кармана брюк свисток и протянул его Малышу: -- Теперь ты
сможешь свистеть своему Бимбо. Я всегда свищу своим собакам
Хотя моих собак зовут Альбергами и они умеют летать...
-- Как, всех собак зовут Альбергами? -- удивился Кристер.
-- Да, всю тысячу! -- ответил Карлсон. -- Ну что ж теперь,
я думаю, можно приступить к пирогу.
-- Спасибо, милый, милый Карлсон, за свисток! -- сказал
Малыш. -- Мне будет так приятно свистеть Бимбо.
-- Имей в виду, -- сказал Карлсон, -- что я буду часто
брать у тебя этот свисток. Очень, очень часто. -- И вдруг
спросил с тревогой: -- Кстати, ты получил в подарок конфеты?
-- Конечно, -- ответил Малыш. -- От Гуниллы и Кристера.
-- Все эти конфеты пойдут на благотворительные цели, --
сказал Карлсон и сунул коробку себе в карман; затем вновь
принялся поглощать бутерброды.
Гунилла, Кристер и Малыш тоже ели очень торопливо, боясь,
что им ничего не достанется. Но, к счастью, мама приготовила
много бутербродов.
Тем временем мама, папа, Боссе и Бетан сидели в столовой.
-- Обратите внимание, как тихо у детей, -- сказала мама.
-- Я просто счастлива, что Малыш получил наконец собаку.
Конечно, с ней будет большая возня, но что поделаешь!
-- Да, теперь-то уж, я уверен, он забудет свои глупые
выдумки про этого Карлсона, который живет на крыше, -- сказал
папа.
В этот момент из комнаты Малыша донеслись смех и детская
болтовня. И тогда мама предложила:
-- Давайте пойдем и посмотрим на них. Они такие милые, эти
ребята.
-- Давайте, давайте пойдем! -- подхватила Бетан.
И все они -- мама, папа, Боссе и Бетан -- отправились
поглядеть, как Малыш празднует свой день рождения.
Дверь открыл папа. Но первой вскрикнула мама, потому что
она первая увидела маленького толстого человечка, который сидел
за столом возле Малыша.
Этот маленький толстый человечек был до ушей вымазан
взбитыми сливками.
-- Я сейчас упаду в обморок... -- сказала мама.
Папа, Боссе и Бетан стояли молча и глядели во все глаза.
-- Видишь, мама, Карлсон все-таки прилетел ко мне, --
сказал Малыш. -- Ой, какой у меня чудесный день рождения
получился!
Маленький толстый человечек стер пальцами с губ сливки и
так энергично принялся махать своей пухлой ручкой маме, папе,
Боссе и Бетан, что хлопья сливок полетели во все стороны.
-- Привет! -- крикнул он. -- До сих пор вы еще не имели
чести меня знать. Меня зовут Карлсон, который живет на крыше...
Эй, Гунилла, Гунилла, ты слишком много накладываешь себе на
тарелку! Я ведь тоже хочу пирога...
И он схватил за руку Гуниллу, которая уже взяла с блюда
кусочек сладкого пирога, и заставил ее положить все обратно.
-- Никогда не видел такой прожорливой девчонки! -- сказал
Карлсон и положил себе на тарелку куда больший кусок. -- Лучший
в мире истребитель пирогов -- это Карлсон, который живет на
крыше! -- сказал он и радостно улыбнулся.
-- Давайте уйдем отсюда, -- прошептала мама.
-- Да, пожалуй, уходите, так будет лучше. А то я при вас
стесняюсь, -- заявил Карлсон.
-- Обещай мне одну вещь, -- сказал папа, обращаясь к маме,
когда они вышли из комнаты Малыша. -- Обещайте мне все -- и ты,
Боссе, и ты, Бетан. Обещайте мне никогда никому не рассказывать
о том, что мы сейчас видели.
-- Почему? -- спросил Боссе.
-- Потому, что нам никто не поверит, -- сказал папа. -- А
если кто-нибудь и поверит, то своими расспросами не даст нам
покоя до конца наших дней!
Папа, мама, Боссе и Бетан пообещали друг другу, что они не
расскажут ни одной живой душе об удивительном товарище,
которого нашел себе Малыш.
И они сдержали свое обещание. Никто никогда не услышал ни
слова о Карлсоне. И именно поэтому Карлсон продолжает жить в
своем маленьком домике, о котором никто ничего не знает, хотя
домик этот стоит на самой обыкновенной крыше самого
обыкновенного дома на самой обыкновенной улице в Стокгольме.
Поэтому Карлсон до сих пор спокойно гуляет, где ему вздумается,
и проказничает сколько хочет. Ведь известно, что он лучший в
мире проказник!
Когда с бутербродами, печеньем и пирогом было покончено и
Кристер с Гуниллой ушли домой, а Бимбо крепко спал в своей
корзинке, Малыш стал прощаться с Карлсоном.
Карлсон сидел на подоконнике, готовый к отлету. Ветер
раскачивал занавески, но воздух был теплый, потому что уже
наступило лето.
-- Милый, милый Карлсон, ведь ты будешь по-прежнему жить
на крыше, когда я вернусь от бабушки? Наверняка будешь? --
спросил Малыш.
-- Спокойствие, только спокойствие! -- сказал Карлсон. --
Буду, если только моя бабушка меня отпустит. А это еще
неизвестно, потому что она считает меня лучшим в мире внуком.
-- А ты и вправду лучший в мире внук?
-- Конечно. А кто же еще, если не я? Разве ты можешь
назвать кого-нибудь другого? -- спросил Карлсон.
Тут он нажал кнопку на животе, и моторчик заработал.
-- Когда я прилечу назад, мы съедим еще больше пирогов! --
крикнул Карлсон. -- От пирогов не толстеют!.. Привет, Малыш!
-- Привет, Карлсон! -- крикнул в ответ Малыш. И Карлсон
улетел.
Но в корзинке, рядом с кроваткой Малыша, лежал Бимбо и
спал.
Малыш наклонился к щенку и тихонько погладил его по голове
своей маленькой обветренной рукой.
-- Бимбо, завтра мы поедем к бабушке, -- сказал Малыш. --
Доброй ночи, Бимбо! Спи спокойно.


    * ЧАСТЬ ВТОРАЯ. КАРЛСОН, КОТОРЫЙ ЖИВЕТ НА КРЫШЕ, ОПЯТЬ ПРИЛЕТЕЛ *




Земля такая огромная, и на ней столько домов! Большие и
маленькие. Красивые и уродливые. Новостройки и развалюшки. И
есть еще совсем крошечный домик Карлсона, который живет на
крыше. Карлсон уверен, что это лучший в мире домик и что живет
в нем лучший в мире Карлсон. Малыш тоже в этом уверен. Что до
Малыша, то он живет с мамой и папой, Боссе и Бетан в самом
обыкновенном доме, на самой обыкновенной улице в городе
Стокгольме, но на крышей этого обыкновенного дома, как раз за
трубой, прячется крошечный домик с табличкой над дверью:

Карлсон,
который живет на крыше,
лучший в мире Карлсон

Наверняка найдутся люди, которым покажется странным, что
кто-то живет на крыше, но Малыш говорит:
-- Ничего тут странного нет. Каждый живет там, где хочет.
Мама и папа тоже считают, что каждый человек может жить
там, где ему заблагорассудится. Но сперва они не верили, что
Карлсон на самом деле существует. Боссе и Бетан тоже в это не
верили. Они даже представить себе не могли, что на крыше живет
маленький толстенький человечек с пропеллером на спине и что он
умеет летать.
-- Не болтай, Малыш, -- говорили Боссе и Бетан, -- твой
Карлсон -- просто выдумка.
Для верности Малыш как-то спросил у Карлсона, не выдумка
ли он, на что Карлсон сердито буркнул:
-- Сами они -- выдумка!
Мама и папа решили, что Малышу бывает тоскливо одному, а
одинокие дети часто придумывают себе разных товарищей для игр.
-- Бедный Малыш, -- сказала мама. -- Боссе и Бетан
настолько старше его! Ему не с кем играть, вот он и
фантазирует.,
-- Да, -- согласился папа. -- Во всяком случае, мы должны
подарить ему собаку. Он так давно о ней мечтает. Когда Малыш
получит собаку, он тотчас забудет про своего Карлсона.
И Малышу подарили Бимбо. Теперь у него была собственная
собака, и получил он ее в день своего рождения, когда ему
исполнилось восемь лет.
Именно в этот день мама, и папа, и Боссе, и Бетан увидели
Карлсона. Да-да, они его увидели. Вот как это случилось.
Малыш праздновал день рождения в своей комнате. У него в
гостях были Кристер и Гунилла -- они учатся с ним в одном
классе. И когда мама, и папа, и Боссе, и Бетан услышали звонкий
смех и веселую болтовню, доносившиеся из комнаты Малыша, мама
предложила:
-- Давайте пойдем и посмотрим на них, они такие милые, эти
ребята.
-- Пошли! -- подхватил папа.
И что же увидели мама, и папа, и Боссе, и Бетан, когда
они, приоткрыв дверь, заглянули к Малышу?
Кто сидел во главе праздничного стола, до ушей вымазанный
взбитыми сливками, и уплетал так, что любо-дорого было глядеть?
Конечно, не кто иной, как маленький толстый человечек, который
тут же загорланил что было мочи:
-- Привет! Меня зовут Карлсон, который живет на крыше. Вы,
кажется, до сих пор еще не имели чести меня знать?
Мама едва не лишилась чувств. И папа тоже разнервничался.
-- Только никому об этом не рассказывайте, -- сказал он,
-- слышите, никому ни слова.
-- Почему? -- спросил Боссе.
И папа объяснил:
-- Подумайте сами, во что превратится наша жизнь, если
люди узнают про Карлсона, Его, конечно, будут показывать по
телевизору и снимать для кинохроники. Подымаясь по лестнице, мы
будет спотыкаться о телевизионный кабель и о провода
осветительных приборов, а каждые полчаса к нам будут являться
корреспонденты, чтобы сфотографировать Карлсона и Малыша.
Бедный Малыш, он превратится в "мальчика, который нашел
Карлсона, который живет на крыше...". Одним словом, в нашей
жизни больше не будет ни одной спокойной минуты.
Мама, и Боссе, и Бетан поняли, что папа прав, и обещали
никому ничего не рассказывать о Карлсоне.
А как раз на следующий день Малыш должен был уехать на все
лето к бабушке в деревню. Он был очень этому рад, но
беспокоился за Карлсона. Мало ли что тот вздумает выкинуть за
это время! А вдруг он исчезнет и больше никогда не прилетит!
-- Милый, милый Карлсон, ведь ты будешь по-прежнему жить
на крыше, когда я вернусь от бабушки? Наверняка будешь? --
спросил Малыш.
-- Как знать? -- ответил Карлсон. -- Спокойствие, только
спокойствие. Я ведь тоже поеду к своей бабушке, и моя бабушка
куда больше похожа на бабушку, чем твоя.
-- А где живет твоя бабушка? -- спросил Малыш.
-- В доме, а где же еще! А ты небось думаешь, что она
живет на улице и скачет по ночам?
Так Малышу ничего не удалось узнать про бабушку Карлсона.
А на следующий день Малыш уехал в деревню. Бимбо он взял с
собой. Целые дни он играл с деревенскими ребятами и о Карлсоне
почти не вспоминал. Но когда кончились летние каникулы и Малыш
вернулся в город, он спросил, едва переступив порог:
-- Мама, за это время ты хоть раз видела Карлсона?
Мама покачала головой:
-- Ни разу. Он не вернется назад.
-- Не говори так! Я хочу, чтобы он жил на нашей крыше.
Пусть он опять прилетит!
-- Но ведь у тебя теперь есть Бимбо, -- сказала мама,
пытаясь утешить Малыша. Она считала, что настал момент раз и
навсегда покончить с Карлсоном. Малыш погладил Бимбо.
-- Да, конечно, у меня есть Бимбо. Он мировой пес, но у
него нет пропеллера, и он не умеет летать, и вообще с Карлсоном
играть интересней.
Малыш помчался в свою комнату и распахнул окно.
-- Эй, Карлс-о-он! Ты там, наверху? Откликнись! -- завопил
он во все горло, но ответа не последовало. А на другое утро
Малыш отправился в школу. Он теперь учился во втором классе.
После обеда он уходил в свою комнату и садился за уроки. Окно
он никогда не закрывал, чтобы не пропустить жужжание моторчика
Карлсона, но с улицы доносился только рокот автомобилей да
иногда гул самолета, пролетающего над крышами. А знакомого