Но вернемся к депеше(мне нравится это старинное слово), а скорее радиотайпу, пришедший с Земли от хозяина магазина. Для того чтобы адаптироваться на Земле, некоторым видам мыслящих существ, в особенности тем, у кого обмен клеток недолгий, следует принять мутантную сыворотку. она приблизит внешний вид существа к землянину и сделает его органы чувств несколько похожими на земные. Скажу еще, что некоторыми существами мутанты используются как лекарство; именно так оно было в нашем случае.
   Вероятно, радиационное поле земли сделало больно маленькому существу, похожему на растение, прибывшему с мамой из далекой, не нашей Галактики. А любая мама из любой Галактики старается облегчить боль своему ребенку. Поэтому мама с ребенком и зашла в магазин, где продаются мутанты. и попросила чего-нибудь обезболивающего.
   Как правильно описал маму и ребенка хозяин магазина, эти существа под адаптационным шлемом были похожи на растения. Ребенок взял склянку с мутантами, выпил их немедленно, после чего из серого стал розовым. Мама, глядя на него, тоже стала розовой и, поблагодарив хозяина за оказанную помощь, взяла ребенка и удалилась.
   Но перед самым их уходом продавец, все, казалось бы. повидавший, так удивился цветовой смене настроения своих посетителей, что сунул им на дорогу еще одну склянку с мутантами. И ошибся-сунул не ту. Он даже не помнил, какую именно склянку он им сунул, но был уверен, что не ту. Таки образом, ребенку угрожала потенциальная опасность, и бедный хозяин магазинчика не знал, что и предпринять.
   Визуальные поиски не дали никаких результатов, нигде подобных существ не видели и про них ничего не знали. Хозяин магазинчика дал знать и силам юстиции, и пожарной охране, и всем, кто может находиться в эти часы на улице. Но тщетно, Его утренние гости исчезли. В то время как опасность, утверждал он, чрезвычайно велика: мама может потерять ребенка, а ведь на свете нет чудовищней этого. Стоило поспешить.
   Вы себе даже не представляете, как переполошились все одиннадцать космических вокзалов города, которые отправляют пассажиров во все стороны Вселенной. Мне же казалось, что сначала имело смысл искать маму с ребенком в ближайшем порту.
   Все водители аэробусов были опрошены, все, кто мог видеть такую пару, сориентированы. Мама и младенец исчезли.
   А время не ждало. Хотя бы потому, что антимутантной сыворотки нет на свете, не изобретена.
   Рейд по отелям тоже не дал никаких результатов. Маму с младенцем в виде растений или в форме желе не видел никто.
   Пока мы искали нашу гостью из другой галактики, я подумала, как здорово, что ни один житель Земли не остался равнодушным к нашей просьбе. Все помогали, звонили, летали, стрекотали, сообщали кто что умел, мог и знал. все голографические камеры, установленные на углу каждой улицы и направленные в виде прожекторов в небо, телегазеты, радиотрансляторы - все говорили одно и то же: необходимо остановить женщину с ребенком, назывались ее приметы.
   Но все молчало.
   Тогда мне пришла в голову вот такая мысль: а не могли ли мутанты, данные женщине и ребенку хозяином магазинчика, сделать их невидимыми. Ведь хотя лекарство и предназначалось ребенку, но ведь матери всех галактик пробуют его, прежде чем дать своим детям. Вдруг они в самом деле стали невидимыми?
   Мою версию полностью опроверг хозяин магазинчика: он сказал, что таких мутантов давно уже у него не было, а кроме того, став невидимыми, они бы не потеряли способности слышать и наверняка услышали бы объявление о том, что их ищут, а если вдруг все же не откликнулись, то потому, что, быть может, не поняли, что речь идет о них.
   Вы попросили рассказать меня о нераскрытом деле: я рассказала вам о нем. Оно действительно осталось нераскрытым. Мне и тогда и теперь очень стыдно, что вся техника Земли, придя мне на помощь, все таки до конца помочь не смогла, и еще было тем более стыдно - ведь я тогда только-только получила должность Комиссара юстиции, я чувствовала себя просто не сдавшей экзамен, во сне видела: сейчас кто-нибудь придет и отнимет у меня диплом.
   А время от времени думала о том малыше, который мог случайно полакомиться мутантами, и они могли повредить ему, но, судя по тому, что в обозримой части Вселенной никаких превращений и неприятностей, связанных с жизнью , не происходило, я постепенно стала успокаиваться и даже приходить к выводу, что хозяин магазинчика все-таки выдал ребенку то, что нужно.
   Мы проделали не один следственный эксперимент. И выяснили, что хозяин магазинчика мог видеть отражение флакона и принять его за сам флакон, мог выдать то, что надо, а потом решить, что выдал не то, мог быть нечаянно загипнотизирован этими существами. Короче говоря, мы проделали массу опытов, все ради того, чтобы ребенок неведомого нам вида остался здоров. Старушка Земля всегда была примером гуманизма! Поэтому я горжусь, что стою у столпов именно ее справедливости и даже поддерживаю эти столпы...
   Много лет я думала об этом случае. А несколько лет назад, это было как раз в дни моего знакомства с доктором Антоном - он работал тогда на Базе-3 на моей Базе-2 в правом отсеке появился точно такой же субъект, как и в начале моего рассказа - в виде бесформенной чуть голубоватой и желеобразной массы. По привычке я немедленно надела к этому времени уже усовершенствованный адаптационный не костюм, а шлем и увидела милое, вполне приятное на вид растение. Датчики убедили меня, что оно мужского пола.
   Вежливо поздоровавшись, я осведомилась о том, что привела незнакомца ко мне в кабинет. У меня, знаете, почему то и в мыслях не было, что мы можем быть знакомы, попробуйте отличить один кусок желе или растение от другого.
   Юноша, буду называть его так, представился и сообщил, что он сын того существа, который некогда, много лет назад, навестил меня, меняя цвета. Отец рассказал ему, своему сыну, о существовании в этой части Галактики женщины, восприятие цветов которой похоже на его восприятие.
   - И вот я вырос, - сказал юноша.
   Я готова была рассмеяться, потому что теперь это было совершенно нелепо, я стала из девчонки дамой, у меня есть муж, я люблю его, и вдруг вот такая незадача, снова влюбленность, теперь уже мальчишки, да еще по наследству от папы-желе.
   Право, я чуть не рассмеялась. Интересно, а как вы бы поступили на моем месте?
   Видимо, улавливая мой игривый вид, юноша ( судя по перемежающимся цветам его спектра) был в смятении.
   - Вы меня не так поняли, - сказал юноша, - меня прислал к вам отец поклониться, просто поклониться вам. Я вовсе на вас не претендую.
   -Но тогда в чем же дело? - спросила я, видимо, не очень любезно.
   Я расскажу вам, если у вас есть две минуты...
   Конечно, ямилостиво разрешила. Откуда (я теперь думаю) во мне вдруг взялась эта неземная жестокость.
   И вот эта история.
   -Когда я был маленький, - начал он, - мы посетили с мамой вашу Землю, я тогда занемог, и мама купила мне какое-то лекарство, от которого мне немедленно стало лучше, и тут же на прилавке - это мне рассказал, уж когда я стал взрослым, отец - она увидела флакон, на котором был изображен мужчина с вашей Земли, видимо, красивый по вашим параметрам.
   С этими словами он поставил на мой стол флакон с мутантами, которые в считанные минуты превращают любое космическое существо в жителя Земли. И особь мужского пола любого вида - в мужчину красивого, стройного, сильного и доброго. Так, во всяком случае, рекламировала фирма.
   - И что же? - спросила я, все еще ничего не понимая.
   - Моя мама любила отца, и она погибла от любви. Она знала, что он любит вас, она утащила этот флакон в аптеке и сама привезла ему этот флакон, чтобы он превратился в вам подобное существо. Она не могла поступить иначе...Вы знаете, на нашей планете веками пестовалась любовь, мы даже потеряли из-за этого тела. У нас остался только дух и чувство. Но вот нас поразила какая-то болезнь, и почти женщины, носители великого чувства, умерли. Мой отец нашел мою маму, будучи влюбленным в вас. Простите его.
   Мне уже было не до забав.
   -Вам, конечно, хочется знать о цели моего визита?
   Я не мигая смотрела на растение.
   -Я умею только любить, сама наша природа такова, что я умею это делать.
   Я не удивилась, потому что некогда расследовала дело о гибели ракеты на почве любви растений.
   -Я знаю, у вас скоро родится дочь, я уже люблю ее. Я прошу вас, отдайте ее мне.
   Я широко раскрыла глаза.
   -Я оставлю вам этот флакон; до момента, когда ваша дочь сможет быть женой, объясните ей все; вы найдете меняна этой радиоволне; если она будет согласна, я выпью этих мутантов и превращусь в человека, но любить ее буду так, как пестовалось веками на моей планете.
   С этими словами юноша исчез.
   Боже, насколько несовершенна наша Вселенная, ведь сегодня, когда мне грустно, я вспоминаю космическую жестокость судьбы и гибель Антона. И смотрю на дочь, взрослую семнадцатилетнюю особу, которая немного не такая, как мне хотелось бы...
   Флакон с мутантами пылится на ее туалете.
   Комиссар Марио
   (Снова рассказ Селены)
   За время работы Комиссаром юстиции мне приходилось расследовать необыкновенные дела. Особым образом в их ряду стоит дело об Астероиде Гипербол.
   Он, как известно, находится в нашей галактике и занесен в каталог Гумбольдта под номером 5676.На этом астероиде, как сообщала электронная пресса, обычные разведывательные зонды, когда его только открыли, не обнаружили жизни, лишь много позже выяснилось, что жизнь там есть и протекает в весьма своеобразной форме. Она (чем сегодня удивишь Вселенную) полностью зависит от нашей, земной. Поэтому исследователи, а потом и космоплаватели, попытавшись приспособить этот астероид для нужд земной цивилизации, сплеча, по-земному, не ведая, что творят, активно принялись губить то, что на нем было посеяно вещественного и духовного.
   Дело об этом астероиде поручили вести опытному Комиссару юстиции по имени Марио, высокому красивому человеку, передавшему мне свой опыт. В то время я была помощником, но выполняла, конечно, и серьезные поручения, от которых зависело следствие в целом.
   Меня часто спрашивают: а против кого вы вели в данном случае дело, веди исследователи и космоплаватели не знали, что астероид обитаем, и тогда я отвечаю: мы вели его "не против кого", а по факту. И поучительность этого дела в том, что ...впрочем, все по порядку.
   В современном космобусе мы прилетели на астероид (это уже было во время интенсивного изучения черных дыр) и первое, что увидели - это красноватую его поверхность с горизонтом, напоминающим земной. Я даже подумала, а не приземлились ли мы случайно где-нибудь в пустыне Сахара на Земле и не разыгрывает ли нас автопилот, столь мягко и быстро доставивший нас на этот астероид.
   Датчики на панельке у левого обшлага своего супердаптационного (СД) костюма показывали, что на планете (так мне почему-то постоянно хочется назвать астероид из-за его величины) практически такая же, как на Земле, атмосфера, а следовательно, возможна жизнь. Приборы только подтвердили давно уже известные сообщения зондов, посланных сюда для установления пригодности этой на первый взгляд целины для расселения не в меру разросшейся земной цивилизации.
   Зонд тогда же сообщил, что планета для жизни годится, ибо по странному стечению обстоятельств ее сутки были равны по длине земным, и гравитация, то есть притяжение на ней, такая же, как на Земле.
   Я без боязни ступила на землю планеты. Красноватая поверхность ее была именно такого цвета, потому что такой ее делала красная трава. Это меня сразу насторожило.
   Кстати, замечено, что некоторые открытия позапрошлого и прошлого веков в области химии, физики и естественных наук были сделаны не учеными, а следователями и комиссарами юстиции, увидевшими проблему тогда, когда все проходили мимо.
   Я это говорю, потому что меня удивила красная трава. И еще я подумала: если красный цвет - это цвет (всем известно) противоположный зеленому, то не есть ли вся планета или астероид просто противоположность нашей Земли. Избавиться от этой, скорее всего глупой, а может быть, даже и крамольной мысли было невозможно, и свое расследование я начала под впечатлением именно этой версии.
   Может быть, поэтому я стала изучать здесь не следы тех, кто уже успел потоптать неведомый мир, а сам этот мир. Я видела тонкую пленку СД костюма, ибо хотела, да и обязана была увидеть простым глазом то, что простым глазом увидеть невозможно.
   Принцип действия такого костюма мне непонятен, но изобретен он был, конечно, гением. Он уже много десятилетий применяется для расследования всякого рода непонятных науке явлений:как-то привидений, леших, домовых, ибо дает возможность и точно установить измерение, где находится исследуемый объект, и время, и другие параметры, то есть такой костюм корректирует на осях координат все, что может быть необходимым для изучения, и уже преподносит вашему сознанию информацию, которую способен воспринять ваш мозг. Как аналогию могу привести вашу повседневную работу с компьютером. Вдруг он начинает капризничать и выдавать вам "unconversion". Вы же знаете, что делать.
   Для тоже самого и сделали СД.
   К примеру, попадая на другую планету, исследователи - геологи и географы, физики и химики, биологи и генетики - немедленно с помощью шести органов чувств исследуют все, что только можно исследовать, причем берут за основы своих исследований реально существующий, известный им мир. Иначе говоря, все то, что можно потрогать или ощутить: атмосферу, грунт, растения, животный мир.
   Суперадаптационный костюм существует для нас - блюстителей закона, и никто не имеет права надевать его без разрешения Совета юстиции. Делается это в чисто гуманных целях, ибо нет на обозримом участке световых лет планеты где не было бы иного временного отсчета. Временные координаты Вселенной столь перепутаны, что я не открою вам особой тайны, если скажу: практически любая планета может похвастаться тем, что одновременно находится в центре Вселенной, и на краю ее, и в двух, трех, четырех или больше измерениях.
   В разных измерениях, не видимых простым глазом и не воспринимаемых земным мозгом, исследователей ждет такой диковинный мир, что непостижимое увиденное может изменить психологию и нередко вызывает шок. Поэтому врачи также запрещают надевать суперадаптационные костюмы во время экскурсий на малоисследованные планеты. На экскурсиях земляне видят только то, что им позволяет видеть их земная природа. И слава Богу.
   Прежде чем мне поручили вести дело по Астероиду Гипербол, мне пришлось пройти все медицинские формальности, причем в последнее время нас стали проверять даже галлюцигенными наркотиками. Все это делалось в точной модели космического корабля, который доставил нас на этот астероид.
   Как будто бы мое состояние удовлетворило врачей. Я получила разрешение "исследовать психотронную оболочку астероида 5676"- так называлось путешествие в этом костюме, хотя. Строго говоря, для путешествия мне не надо было делать и лишнего шага.
   И вот с некосмической, но с комической серьезностью на меня стали натягивать этот пластик с таким количеством всяческой электроники, что я диву давалась, как мог человек не только придумать, но и изготовить такую штуку.
   Наконец, костюм был н меня надет. Вокруг меня суетились люди. Один из них протянул мне зеркало. Я взглянула в негопо привычке. Ничего себе видик! Похожа на древнего бога марсиан, каким он явился жителям Южной Америки двенадцать тысячелетий назад, если вспомнить знаменитое наскальное изображение. Совершенно никакого изящества.
   Можно подумать, что я не женщина. Хотя, впрочем, некоторое отличие от мужчины у меня все же было. С каждой стороны моего костюма горела розовая лампа, подчеркивая мой пол, в то время как на костюме моего коллеги комиссара Марио такие же лампы горели синим цветом. И на том спасибо! Это, видимо, было сделано для того, чтобы неведомые духи иного измерения смогли сразу отличить во мне даму и выразить мне свою любезность тем, что съедят или напугают меня последней.
   Как бы то ни было, но я была готова и ждала своего коллегу, пока и он привыкнет к своему новому обличию. Наконец, он тоже доложил о своей готовности.
   Мы прошли на стартовую площадку. Нет, мы вовсе не собирались никуда взлетать, просто таков был порядок: переключать наши костюмы на восприятие иных миров следовало на безопасном от операторов расстоянии.
   Как-то я полюбопытствовала, а будут ли нас видеть исследователи, когда мы окажемся в другом измерении. Оказалось, что будут, только не в нашем теперешнемвиде, а в виде бесформенных, но очень красивых золотых дымов.
   Мне вспомнилось стихотворение старинного поэта:
   И блуждают золотые дымы
   В синих-синих вечерних кушах
   Иль, как радостные пилигримы
   Навещают еще живущих.
   И мы отправились на старт. Легкая музыка известила нас, что превращение началось.
   Мы оба напряглись, мы ждали чудовищного мира с драконами и чудесами, феями и лешими (кстати все духи из древних сказок - это вполне реальные существа иных измерений, по несовершенству своей техники часто попадающие к нам. (Когда-нибудь расскажу, как мы с дочерью, обнаружив у нас на квартире домового, долго думали, как его отправить обратно, в его стихию. И отправили. Но это когда-нибудь).
   Мы не ожидали только увидеть будничной реальности.
   И надо вам сказать, что она-то и напугала нас больше всего. Мы оказались в современном городе, совершенно таком, какой мы оставили на Земле и каких на Земле тысячи. Мы видели людей, таких же, как мы, и множество зданий. Трава была зеленой и обычной. Наши датчики еще раз подтвердили, что мы в мире, где хомо сапиенс нашего типа вполне могут существовать. Не сговариваясь, мы легко отстегнули наши гермошлемы.
   Нам в легкие ворвался самый обычный воздух. Мы помогли друг другу снять эти проклятые костюмы, которые надевали четверть часа назад. Мы совершенно забыли о бдительности, потому что показалось нам, что мы на самом деле на Земле, по которой уже успели порядком соскучиться.
   Мы самым безобразным образом нарушили инструкцию, которая запрещала на каких бы то ни было условиях расставаться с суперадаптационным костюмом.
   Единственное, что могло бы нас реабилитировать в глазах начальника, это то, что мы сняли костюмы и рисковали жизнью в интересах следствия, поскольку к нам подходили уже люди - жители планеты и заговаривали с нами на нашем родном, земном языке.
   Сперва мы оторопели и не могли ничего отвечать: звуки родного голоса завораживали. Мне, не знаю, как моему спутнику, тотчас же полезли в голову странные истории, фантастические рассказы, которые я когда-то в детстве читала, романа древних сочинителей, которые, между прочим, многое сделали для того, чтобы наша наука двигалась интенсивней, за что им и был поставлен памятник. Как бы то ни было - перед нами была совершенно будничная реальность.
   Не знаю, как бы на моем месте поступил Шерлок Холмс или советник юстиции Нестеров (персонажи старинных детективов ), но мы с коллегой Марио поспешили жадно впитать в себя все, что могли преподнести нам наши новые друзья, и очень скоро стало ясно, что, как это ни прискорбно, мы не на Земле.
   Мне, да вероятно, и Марио, показалось даже, что мы просто сошлис ума. Ведь прилетели же мы через несколько световых лет, ведь мерили же эти дурацкие костюмы, ведь видели же астероид и подлетали к нему, испытывали перегрузки и парили в невесомости.
   Не может же быть так, что галлюцигенные таблетки, если грешить на них, дали нам с Марио одинаковый рецидив, нам - совершенно разным людям, разного возраста, уклада жизни и пола.
   Нет так быть не могло. Но все же мы решили отправиться на поиски истины по проторенной дорожке - я попросила Марио помочь мне снова надеть суперадаптационный костюм и, когда это произошло, немедленно очутилась в мире, откуда я только что прибыла.
   Я увидела поверхность чужой планеты, нашу ракету и возбужденные лица наших спутников землян.
   Во избежание травм от случайного нашего появления из ниоткуда, вход на стартовую площадку всем участникам эксперимента был категорически воспрещен.
   Меня не ждали так быстро обратно и потому, едва я превратилась из золотого дыма снова в Комиссара юстиции, удивила и даже, наверное, испугала всех. Но больше других удивилась сама. Планета снова была красноватой от травы, в воздухе метались золотистые дымы. На фоне заката мен оказалось даже, что я все еще вижу город.
   Сбивчиво принялась рассказывать впечатления.
   -А где Марио? - справедливо спросили меня.
   Марио ,-я даже не подумала ,- здесь, вот он ,- я показала на дымок возле себя ,- с ним все в порядке, нам просто показалось, что мы на Земле.
   -Нам тоже,- сказал руководитель группы,- прошу вас, немедленно верните сюда Марио.
   Снова щелкнул рычажок, я снова увидела вполне земной индустриальный пейзаж. Рядом стоял без костюма Марио, который корчил мне рожи и не желал помочь снять этот проклятый костюм. Потом он подошел близко и серьезно сказал, чтобы я возвращалась в экспедицию, а что он будет изучать эту планету сам. Через год он даст о себе знать в этом же квадрате.
   С этими словами он ушел с какими-то людьми, я ничего не могла поделать и поэтому возвратилась обратно в реальность одна.
   Меня, как вы понимаете, встретили не особенно любезно, хотя бы потому, что никто не уполномочивал Марио оставаться здесь для изучения этой планеты...
   Но я ведь не сторож начальнику моему, я его помощник...
   По распоряжению Совета юстиции дело по астероиду Гипербол было прекращено из-за опасности расследования. Он был объявлен зоной CYBN. Что это значит, вы сами знаете.
   А остальные вы помните, конечно, из электронных газет, которые сперва писали, неизвестно на какой информации основываясь, о том, что космическая экспедиция обнаружила во Вселенной сестру нашей Земли. Потом эти же газеты опровергли собственную информацию, а потом какой-то ученый усмотрел в этой статье вообще вредную направленность, и кто-то, уже третий, споря с ним, привели неопровержимые доводы того, что те антиземляне уже давно наблюдают за нами - землянами и потихоньку смеются над нами, потому что давно уже решили для себя проблемы добра и справедливости.
   Год спустя мы отправились в экспедицию за Марио, хотя, как выразился один из ее членов, не стоило бы. В назначенном квадрате Марио не было, но зато было нечто другое, что заняло в то время весь научный мир не меньше, чем потеря одного из ведущих представителей следственной группы. Это было письмо.
   Из письма стало ясно, что Марио не вернется. Письмо я постараюсь привести здесь полностью.
   "Милые и родные мои Земляне ( с третьей планеты), - имелась в виду, конечно, Солнечная система. - Провидение дало мне возможность сообщить вам весьма серьезный и решительный факт, от которого зависит не только судьба Земли, но и Вселенной, и чудовищность его в том, что во Вселенной существует оружие значительно более страшное, чем то, которым располагают жители Земли, никак не могущие угомонить свои каннибальские наклонности. Это оружиевечность. Со смертью планеты не умирает сознание..."
   Дальше шло многоточие, было много зачеркнуто, как будто Марио писал наспех. Но далее совершенно четким почерком было выведено: "...Все, что вы делаете на Земле, отражается на той планете, где я пожелал остаться. Каждое совершенное вами на Земле действие обращается в такое же противодействие на этой планете и ранит или одухотворяет того, кто его совершил".
   Далее было смазано, но ведь и то, что прочитано, ясно, как день. И вот, что интересно, неужели во Вселенной,наконец, найдена тайная бухгалтерия нравственности? И если это так, то разве не решена этим проблема добра и зла?..
   Вот такую историю об Астероиде Гипербол я позволила себе рассказать, и как-быто ни было, а, совершая нечто, я нет-нет, да и вспомню, а вдруг там, той какой-нибудь антиСелене больно оттого, что я здесь сделала что-то не так или не сделала вовсе.
   Марио с нами нет. Он превратился в аккумулятор бытия, но иначе он не мог существовать. Я знаю: это его амплуа.
   Малеевка, 1986
   * Из сборника "Веселенькая справедливость" *
   КОМАНДА ДВЕСТИ
   (Записки эмигранта)
   ГЛАВА 1. НУВОРИШИ
   Наташка очень хорошая женщина.
   Она очень красива и настолько умна, что все годы жизни с ней я прежде, чем что-то сказать, - сперва должен был двадцать раз провести языком по губам.
   У нее была возможность стать умной. Я при всех властях говорил и писал, что хотел, был юристом и занимал весьма приличные должности, а она была дочерью крупного диссидента. Постоянный страх, пусть и придуманный, развил в ней осторожность. А не есть ли осторожность сестренка ума?
   У нее огромные глаза, совершенно не регулируемые сознанием, оттого простаки, и я в том числе (в чем не раскаиваюсь), часто попадали в ее сети.
   В самом деле, представьте себе, устремленную на вас длинноресничную наивность и негу, за которыми скрываются неженский ум, холодность и расчетливость мышления.
   С такой женой мне было спокойно и беззаботно.
   И вообще нам было спокойно и беззаботно, потому что мыбыли неплохо упакованы оба. У нее - обалденные бедра и такие же ноги, вальяжный папа, занявший в одночасье странный, но, по-моему, слишком большой пост в новом правительстве, диплом переводчика и квартира на Плющихе. У меня - два диплома, которые дают мне возможность курить Кент, иметь ровное настроение, и я - удачлив.
   За годы супружеской жизни мы привыкли просыпаться одновременно. Хотя это был никакой не выходной день, мы не отказали себе в естественном желании супругов и, удовлетворив его, а потом, провалявшись еще часа два, как-то внезапно пришли к одному и тому же выводу: поскольку у нас нет никаких проблем, нам и не стоит жить вместе.