Страница:
- Все-таки жаль, что мы не знаем, чьи деньги за ними стоят, посетовала Сью, когда ажиотаж немного поутих. Во время заседания она вежливо поинтересовалась об этом у директора, однако тот сухо сообщил, что их благодетель пожелал остаться неизвестным. Оставалось только надеяться, что дело не сорвется.
***
Открыв дверь своего домика, Сью сразу ощутила запах роз и вспомнила об Эдди. На сей раз он плюнул на все приличия. Роз было пятнадцать, и все точно такого же цвета, как та, что он подарил Сьюзен на теплоходе. На глаза девушки навернулись слезы. Слава Богу, он все-таки не обиделся.
***
Эдди решил ехать в Нью-Джерси поездом.
Интересно, как Сьюзен отнесется к его неожиданному появлению. Ведь она считает, что он в Новом Орлеане. Ему было немного неловко, что он использовал как предлог дочурку, хотя девочка и не знала о приезде папы. Он как раз накануне говорил с ней по телефону, насколько возможен разговор с трехлетним ребенком.
Для Эдди было очень важно, чтобы девочка с младенческих лет знала, что у нее есть отец, который ее любит. Он не так уж и часто виделся с Фанни и сам удивлялся тому, что с каждым днем все больше привязывается к дочке. Ведь когда она родилась, он испытывал лишь чувство ответственности, желание обеспечить ее всем тем, не дал ему собственный отец. Однако стоило ему увидеть Фанни, как все изменилось, хотя, представляя себя в роли любящего папаши, Эдди неизменно посмеивался.
Впрочем, в данный момент его волновала не Фанни, а маленькая белокурая женщина, похоже, решительно настроенная держать его подальше от своей семьи. Как ни странно, Эдди не считал, что причиной тому ее снобизм. Скорее всего, срабатывал некий инстинкт самосохранения, и это была очередная попытка Сьюзен держать его на расстоянии.
Эдди до сих пор не знал, как сумел отпустить ее в понедельник. Даже в самых смелых фантазиях он и мечтать о таком не мог. Разительный контраст между сдержанной аристократкой Сьюзен Тори и Сью, стонавшей от наслаждения в его объятиях, сразил его наповал. Даже сейчас, вспомнив о прошедших выходных, Эдди заерзал на сиденье.
Эдди был одним из немногих пассажиров, сошедших в Гринвуде. Где же, черт возьми, тут такси, подумал Эдди с раздражением жителя большого города. В конце концов, он подхватил сумку и пошел по улице, попутно разглядывая витрины магазинов. Может, он вообще доберется до гостиницы прежде, чем поймает такси. Интересно, почему так мало людей на улицах? Ведь еще не поздно - даже десяти нет.
Эдди в задумчивости остановился на перекрестке, не зная, куда идти дальше, и тут рядом с ним затормозила машина. Увидев надпись на борту, он инстинктивно напрягся. Это осталось у него с детства - с тех пор, когда у него были причины бояться встречи с полицией. Из машины вышел молодой парень в полицейской форме, и Эдди нахмурился.
- Похоже, вы заблудились, - вежливо улыбнулся полицейский. - Могу я чем-нибудь помочь?
Эдди оторопел и на секунду лишился дара речи. Надо же, в этом городе полиция помогает людям!
- Да, я только что приехал. Такси не нашел, и вот ищу гостиницу.
- Садитесь. Тут всего пять кварталов.
Эдди сел в машину, все еще не оправившись от удивления.
- А почему так мало народа на улицах? - спросил он. - Боятся выходить из дома по ночам?
- Да нет, усмехнулся полицейский. - Тут и малый ребенок может в любое время суток спокойно разгуливать по улицам. У нас здесь тихо. А вы в нашем городке впервые?
- Да, - отозвался Эдди. - Я приехал к знакомой, она здесь живет.
Машина остановилась на красный свет, и полицейский с интересом взглянул на Эдди.
- Да? И кто же она, если не секрет?
Эдди заколебался. Вопрос был задан вполне дружелюбно, но ему как-то не приходило в голову, что этим будут интересоваться. Эдди совсем забыл, что городок-то не очень большой.
- Сьюзен Торп. Она преподает...
- Как же, как же. Ее тут все знают. Торпы - самая старинная семья в городе, а в наших местах это кое-что да значит. Люблю проезжать мимо их дома. Погодите, сами увидите.
Автомобиль затормозил перед ярко освещенным изящным зданием, и полицейский, обернувшись, внимательно посмотрел на Эдди:
- Знаете, а ведь я, кажется, вас где-то видел. Может, скажете, как вас зовут.
- Ну, разве что в неофициальном порядке. Я Эдди Норман, - улыбнулся Эдди.
Парень ударил кулаком по рулю.
- Точно! Мы с женой регулярно посещаем ваш оздоровительный клуб в Трентоне. И ваше шоу я тоже смотрю, если не отсыпаюсь по утрам после ночного дежурства.
Эдди поблагодарил полицейского и вышел из машины. Ну, что ж, по крайней мере один горожанин его узнал. От этого стало как-то легче, потому что после разговора с полицейским он занервничал - его стали одолевать мысли о том, что значит принадлежать к старинному семейству в городе и быть одним из Торпов.
10
На следующее утро Эдди проснулся в тревоге. Тишина стояла такая, что сначала ему показалось - он оглох. Дома до его окон всегда доносился шум большого города. А здесь слышалось лишь пение птиц.
Эдди принял душ, надел темно-синие брюки и голубую рубашку, прихватил ветровку и отправился завтракать. Хорошенькая официантка посмотрела на него так, словно узнала, и это было приятно, хотя обычно он не обращал на такие взгляды никакого внимания. Он, как всегда, плотно позавтракал и решил отправиться на разведку. Слава Богу, что он не сообщил Сью о своем приезде будет хоть время оглядеться.
Официантка принесла счет и, увидев его подпись на чеке, просияла. Эдди одарил девушку самой ослепительной из своих "телевизионных" улыбок и вышел в вестибюль. К нему возвращалась уверенность в себе.
Он попросил телефонную книгу. В справочнике оказалось пять Торпов, в том числе и Сьюзен. Эдди с неудовольствием отметил, что ее адрес был тем же, что и у Тимоти Торпа. До сих пор ему не приходило в голову, что Сьюзен живет в одном доме с родителями. Из разговоров он понял, что у девушки своя квартира. Такой оборот Эдди не понравился. Во-первых, с какой стати взрослой женщине жить с родителями, а во-вторых, это лишало их возможности уединиться. Впрочем, они всегда могли прийти в его гостиничный номер.
Очнись, парень, велел себе он. Единственный способ притащить Сью в гостиницу - это надеть ей мешок на голову. Ее же тут каждая собака знает. Эдди вышел на улицу, чувствуя, что уик-энд станет сплошным разочарованием.
Он добрался до улицы с магазинами, которые еще только открывались. Сплошной антиквариат. Ну и народ здесь живет - они что, ничего больше не покупают? Сам Эдди так и не научился отличать старый хлам от антиквариата и сильно подозревал, что одно не слишком отличается от другого. В свое время он даже запретил дизайнеру обставить антиквариатом свою квартиру, объявив, что если бы ему это понадобилось, он бы обратился за старьем в Армию Спасения. Кстати, его юмор не оценили, и он сменил дизайнера.
Улица вывела его на зеленую городскую площадь. Ее украшала типичная ново английская церковь - хоть сейчас на открытку. Неподалеку находился памятник, окруженный цветочной клумбой. Эдди подошел поближе и, взглянув на надпись, слегка попятился. Только этого не хватало! Центральную площадь города украшал памятник явно одного из предков Сью. Интересно, как она это воспринимает? Или так привыкла, что вообще не обращает на него внимания?
Эдди зашагал дальше, инстинктивно стараясь уйти подальше от статуи. Студенческий городок, находящийся невдалеке от площади, словно сошел с картинки, и он тут же вспомнил неряшливый колледж, куда ходил сам. Миновал студенческий городок и вышел на пустую улицу со старыми платанами и не менее старинными домами. Эдди не очень разбирался в архитектуре, но чутье подсказывало, что дома эти стоят уже гораздо больше сотни лет.
Все здесь казалось настолько чинным и респектабельным, что Эдди ступал по булыжной мостовой осторожно, ни на минуту не теряя бдительности. Ни одной выбоины, ни одной ржавой или покосившейся ограды и нигде ни соринки. Нет, такой стерильности просто не бывает! Он поколебался, потом двинулся дальше, уже зная, что приближается к дому своей избранницы.
Эдди не было нужды смотреть на табличку - дом выделялся среди остальных своими размерами и располагался немного в глубине улицы: белое здание с черными ставнями. Справа от него находилось строение, напоминавшее каретный сарай и, по-видимому, теперь служившее гаражом. Перед большим домом была разбита большая круглая клумба, едва начинавшая цвести, а в ее центре флагшток с настоящим флагом колониальных времен.
Эдди остановился. Так вот он какой, дом Сьюзен Торп! Здесь она росла, играла в куклы, бегала по ухоженным лужайкам. Он в общем-то ожидал, что увидит что-нибудь в таком роде, однако его поразила собственная реакция. То была не зависть и не обида на несправедливость судьбы. Просто именно сейчас он понял, какая пропасть отделяет его от этой утонченной женщины.
Внезапно дом словно ожил. На пороге появилась фигура - седой мужчина в полосатых брюках и джинсовой рубашке с кожаной сумкой для гольфа на плече. Мужчина вошел в гараж, и вскоре оттуда выехала машина. Эдди едва успел отскочить в сторону. К тому времени, когда серебристый "мерседес" отъехал, он уже шел по улице, стараясь держаться как можно более непринужденно. Водитель бросил взгляд в его сторону, и Эдди на мгновение увидел невысокого седовласого мужчину с правильными чертами лица. Даже на расстоянии Эдди показалось, что он узнал знакомые серо-голубые глаза этого благородного джентльмена.
***
Сьюзен, в общем-то, любила выходные. Обычно она поздно вставала, ходила с матерью по антикварным магазинам, ездила верхом и занималась тем, чего не позволяло в будни перегруженное расписание ее работы в колледже и Институте Брайтона. Однако сегодня все было иначе. Девушка проснулась рано и сразу с болью вспомнила об Эдди. Она сокрушалась, что, несмотря на присланные им цветы, он все же обиделся. И это понятно - ведь семейный праздник был бы идеальным поводом познакомить его с ее родственниками.
Сью выбралась из постели и занялась обычными утренними делами, но все ее мысли по-прежнему были о Нормане. И чем больше она размышляла, тем более странным ей казалось его повеление. Что-то он подозрительно легко уступил. Конечно, поездка к дочери могла быть запланирована уже давно, но все же... А вдруг он возьмет и завтра явится сюда? Собственно, почему бы и нет? Это вполне в его характере. Что ж, в таком случае сначала она потребует объяснений, зачем он ей наврал, а потом, разумеется, возьмет его с собой на день рождения тетки и будет уповать на Господа. Да и с чего она вообще так разволновалась? Эдди Норман способен найти общий язык с кем угодно, он даже тетю Иву может покорить. В худшем случае та будет держаться с ледяной вежливостью, зато все остальные будут очень любезны, в этом Сью ничуть не сомневалась. Единственное, что беспокоило девушку, это неприятное ощущение, что почва уходит у нее из-под ног и привычному размеренному существованию пришел конец.
Зазвонил телефон, и Сью с облегчением ухватилась за возможность отвлечься от тревожных мыслей. Наверное, мама звонит спросить, пойдет ли она с ней за покупками.
- Я в гостинице, - без вступления объявил знакомый бархатный голос.
- В какой гостинице? - Сью решила, что Эдди звонит из Нового Орлеана.
- В здешней. Приехал вчера вечером.
- О, - только и смогла выговорить Сью. Ее переполняли смешанные чувства радости и смятения.
- Я соврал тебе насчет поездки в Новый Орлеан. - Нападение - самый лучший способ защиты. - Слышала? - Сьюзен ответила не сразу, и Эдди продолжал:
- Ты ведь понимаешь, почему я солгал?
- Да, но...
- Ну что? Я могу тебя увидеть? У тебя есть какие-нибудь планы?
- Я собиралась на верховую прогулку. Эсмеральда только что оправилась после растяжения связок, и ее надо выезжать.
Эдди расхохотался, и Сью слегка расслабилась.
- Эсмеральда? Ничего себе имечко для лошади.
- А Кот? Ничего себе имечко для кота.
- Я подумывал взять его с собой, но боялся, что он изгрызет все старинные гобелены вашего дома, - усмехнулся Эдди. - Слушай, если у вас найдется какая-нибудь кляча, которой пора на бойню, я с удовольствием составлю тебе компанию.
Сью улыбнулась. Перспектива поехать вместе с Эдди верхом показалась ей забавной. Сама того не сознавая, девушка уже подстраивала свою жизнь под его.
- Здесь все лошади - в частном владении, но одна из хозяек пропадает в Нью-Йорке и нечасто сюда наезжает. Посмотрим, можно ли умыкнуть коня. Он, кстати, благородных кровей и прекрасно воспитан.
- А я весьма посредственно воспитан, так что мы замечательно поладим, надеюсь.
Через полчаса Сью уже подъехала к гостинице. Эдди ждал у входа, мужественный, стройный, в джинсах и сером пушистом свитере. Он распахнул дверцу машины Сьюзен, увидел ее костюм для верховой езды и игриво улыбнулся. Затем сел в машину и сразу заключил девушку в объятия. Его поцелуй был довольно настойчивым, и Сью мягко отстранилась.
- Здесь не Нью-Йорк, и люди все замечают...
- Плевать! - отозвался Эдди, которого только посмешило ее предупреждение. - Похоже, вашему городку не помешает хорошая встряска!
Девушка засмеялась и включила зажигание.
- Ты уже успел посмотреть город?
- Да, имел честь пройтись по нему сегодня утром.
- Ну и как?
- Просто декорация какая-то из прошлого века. Или, наоборот, из будущего! Ни тебе мусора, ни пьяных, ни трущоб, ни бездомных собак. Изобилие антикварных магазинов. Даже люди одеваются одинаково.
- Разве? - лукаво подняла бровь Сью.
- Все, кроме тебя. Не хочешь помахать дедуле?
Сьюзен проследила за тем, куда указывал палец Эдди.
- Ах, ты уже и памятник видел. По-моему, перед "дедулей" надо поставить два или три "пра".
- Слушай, тебе не скучно жить в этой кунсткамере? - спросил Эдди таким скорбно-кислым тоном, что Сью удивленно посмотрела на него.
- Да нет. С чего бы?
- Давно должно было уже наскучить, но теперь тебе не о чем волноваться. Я ведь с тобой. - Эдди прильнул губами к ее шее.
Сью осторожно отстранилась и перевела разговор на другую тему.
- Я хочу тебе все объяснить насчет дня рождения...
- Сделай одолжение, - с иронией ответил Эдди и откинулся на сиденье.
- Знаешь, моя тетушка Ива невероятный сноб, не в том, что касается денег, конечно, а в том, что касается происхождения. Ей все равно: пусть человек будет даже последним бедняком, лишь бы он имел безупречную родословную.
- Мне говорили, что мой дед был бутлегером во время сухого закона, ухмыльнулся Эдди. - А сестра утверждает, что другой дедуля был профессиональным игроком, причем настолько отчаянным, что окончил свои дни в Гудзоне с камнем на шее.
- Ты хочешь довести тетку до инфаркта в ее день рождения? В конце концов, я ее любимая племянница, - рассмеялась Сью.
- Вот уж в чем я не сомневаюсь, - ухмыльнулся Эдди.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Только то, что ты слишком долго была чересчур уж безупречной леди, моя милая!
- Это вовсе не обязательно произносить столь презрительным тоном.
- Ты права. И, на мой взгляд, тебе это лишь добавляет сексуальности. Но лишь отчасти. По-моему, твоей семье пора понять, что у тебя есть и другие дарования, которые они не замечают.
- И что же во мне есть такого, чего они не видят?
- Им известно о том, какая страстная натура скрывается под обликом добропорядочной дочки?
- Нет, конечно, - поспешно отозвалась Сьюзен. - И я не хочу, чтобы моя семья...
- Слово "страстность" подразумевает не только занятия любовью, Сью, не дал ей договорить Эдди. - В тебе сидит просто неистребимая жажда жизни, вот только ты не выпускаешь ее на волю.
Сью промолчала. Жажда жизни? Девушка видела ее в других людях, но никогда не задумывалась, обладает ли ею сама. Может быть, Эдди в чем-то и прав?..
- Эти лошади живут лучше, чем я жил в детстве, - печально заметил он, увидев опрятную конюшню.
Сьюзен проследила за его взглядом. Конюшня была одной из лучших в округе, но девушка к этому привыкла - ведь она всю жизнь держала здесь свою лошадь. Теперь же, вспомнив о том, как поднялись в последние время цены за аренду, она покаянно вздохнула.
- Надо думать, долларов на четыреста в месяц.
Эдди поднял брови и присвистнул.
- Неужели Эсмеральда того стоит?
- Конечно, - улыбнулась Сью. - Это лошадка арабских кровей, и у меня уже семь лет. Раньше, когда было больше времени, я даже выставляла ее на соревнования, но теперь езжу просто для собственного удовольствия.
- Надеюсь, ей это тоже доставляет удовольствие, - усмехнулся Эдди, когда они направились к стойлам.
Сью сначала показала ему Эсмеральду, а потом повела к Индейцу. Эдди подозрительно разглядывал крупного жеребца.
И вдруг на его лице промелькнуло очень странное выражение. Эдди усмехнулся и отпустил замечание насчет того, что порция здорового страха еще никому не вредила. Что мог означать этот взгляд? На короткое мгновение Эдди показался девушке почти затравленным - другого слова она подобрать не могла. Он помог ей принести седла и стоял рядом, пока она седлала лошадей, с видом человека, который хочет ей помочь, потому что седлать лошадей - не женское дело, да только сам не знает, как это делается. Сью это позабавило.
Она вывела Индейца из стойла, и Эдди с недовольством уставился на дорогое седло с инкрустацией.
- Добро пожаловать в мир настоящей верховой езды, мистер Норман, улыбнулась Сью и, подведя к нему Индейца, вложила в руку поводья, а сама отправилась за пританцовывавшей от нетерпения Эсмеральдой.
Как только они вышли из конюшни, девушка легко вскочила в седло и предложила проехать несколько кругов в манеже, чтобы Эдди привык к седлу. Тот, однако, по-прежнему стоял с поводьями в руках и опасливо разглядывал крупную черную кобылу, на которой сидела Сьюзен.
- Она для тебя не слишком велика?
- Дело не в размерах лошади, а в умении управлять ею, - спокойно отозвалась Сью, которую ситуация с каждой минутой все больше забавляла.
Похоже, ее слова не слишком успокоили Эдди, однако он послушно вскарабкался в седло.
- Опусти каблуки вниз и сжимай коленями седло. Он пойдет за Эсмеральдой, так что насчет аллюра не беспокойся.
- А разве не надо на него кричать "но-о-о, пошел"?
- Совершенно не обязательно. Чтобы остановиться, достаточно слегка натянуть поводья, а чтобы он шел быстрее - сжать холку.
Для Эдди верховая езда явно была в новинку, но он был спортивным от природы, и это ему очень помогало. Вскоре Сью выехала на дорожку для верховой езды, объяснив, что такие тропы тянутся на несколько миль, а поддерживает их в хорошем состоянии местная ассоциация любителей верховой езды.
На узких участках тропы Эдди ехал позади девушки, одновременно любуясь ее грациозной посадкой и внутренне содрогаясь при виде хрупкой фигурки на огромной лошади. Его беспокоило и то, что, будучи совершенно несведущим, он не сможет помочь ей, если, не дай Бог, что-то случится. Ситуация явно вышла из-под его контроля, что усиливало тревожное чувство, не отпускавшее его с первой минуты, когда он прибыл в этот патриархальный городок.
Как все же она прекрасна! Здесь Сью явно была в своей стихии маленькая фигурка с развевающимися белокурыми волосами верхом на холеной черной лошади.
Сью заметила, что Эдди наконец успокоился и, похоже, ему даже стала нравиться прогулка. Это радовало. Девушка только сейчас поняла, как для нее важно, чтобы ему понравились ее родные места. Они спугнули стадо оленей. Эдди резко осадил лошадь и проводил животных восхищенным взглядом.
- Как могут люди стрелять в таких прекрасных созданий? - с недоумением произнес он.
- Здесь, слава Богу, не могут, - отозвалась Сьюзен, улыбаясь его мальчишескому восторгу. - У нас охота запрещена повсеместно. Ты ведь никогда подолгу не жил в деревне?
- Нет. В детстве я несколько раз бывал летом в благотворительных лагерях рядом с Нью-Йорком, и все. Я редко беру отпуск, а когда беру, то еду в Европу или на Гавайи. Я и не знал, что здесь столько земли пустует.
Земля. В голове Нормана стала формироваться идея. В городе человек никогда не чувствовал себя хозяином, даже если у него была собственность. Квартира в огромном здании - это совсем не то Эдди вспомнил дом Торпов. Он так и не рассказал девушке, что видел и ее дом, и ее отца. Почему-то язык не поворачивался признаться.
Здесь на пути им всюду попадались приземистые здания - то старые, то новые, - большие ухоженные поместья. Эдди невольно сравнивал их со своей квартирой. А он-то считал ее просторной!
- Может, сделаем перерыв? - предложила Сью, осаживая Эсмеральду возле небольшого лесистого участка.
Эдди, не дожидаясь, пока Индеец остановится, тут же соскочил с лошади, и девушка засмеялась.
- Тебе стоило бы попробовать себя в родео, - заметила она, когда он подошел и поднял руки, чтобы помочь ей сойти.
Эдди улыбнулся в ответ и снял ее с седла. Да, подумал он, место этой хрупкой женщины здесь. И пусть он сам пока тут чужой, увезти ее отсюда он просто не имеет права.
Сжав Сьюзен за узкую талию, Эдди несколько мгновений держал ее на весу, любуясь раскрасневшимся личиком и растрепавшимися светлыми волосами. И неожиданно его охватило такое властное желание, что он сам испугался его.
А Сью, сжатой в мощных объятиях, оставалось лишь полностью покориться. Эдди медленно опустил девушку на землю и жадно прильнул к ее рту, страстно лаская его языком. И она сразу же отозвалась. Руки мужчины скользнули вниз, стиснув ее ягодицы, и Сьюзен мгновенно ощутила его твердую мужскую плоть. Поцелуй был властным, без тени нежности, и она, встревоженная его неожиданной грубой жадностью, осторожно высвободилась из объятий.
Они привязали лошадей к деревьям и вошли в лес, где между камней весело журчал прозрачный ручеек. Сью сделала попытку завязать разговор, но Эдди ограничивался односложными ответами. Что-то не так, сообразила девушка, но не стала настаивать - пусть сам скажет...
Через полчаса они вернулись в конюшню, но Эдди по-прежнему был молчалив и задумчив. Сью передала лошадей девочке лет пятнадцати, присматривавшей за животными. Ее позабавило то, как та уставилась на Эдди широко раскрытыми глазами. К счастью, внимание к его персоне произвело положительный эффект, рассеянность тут же исчезла с его лица, и ее место заняла привычная улыбка.
Он предложил принять душ и переодеться перед обедом, но Сью отмахнулась.
- Здесь край лошадников. Никто и не обратит внимания на наши костюмы.
Немного позже, когда они вошли в ресторан отеля, Эдди понял, что она была права. Прочая публика тоже была в костюмах для верховой езды, теннисной форме и даже в тренировочных брюках. Мелочь, конечно, но Эдди снова остро ощутил себя чужим.
После обеда Сью объявила, что ей пора домой - принять душ и немного отдохнуть. Договорившись о встрече, она оставила Эдди в холле отеля и поспешила домой, размышляя, чем объяснить его странное поведение. Скукой? Нет, это исключалось. Сью же видела, как ему понравилась верховая прогулка. Он ведь даже за обедом продолжал ей задавать вопросы о лошадях. Так в чем же дело?
Она перебрала массу возможных причин, но ей ни на мгновение не пришло в голову, что Эдди просто чувствует себя не в своей тарелке и ее мир, настолько привычный для нее, навевает на него почти благоговейный ужас. Сьюзен же казалось, что его уверенность в себе безгранична и ничто на свете не может выбить мистера Нормана из колеи.
11
Она потянулась к ручке дверцы, но задержалась. Большой белый лимузин, припаркованный рядом с ее машиной, говорил о том, что филадельфийская ветвь семейства уже прибыла. А раз так, то они будут ждать, что она непременно зайдет в большой дом. Кроме того, все равно надо было предупредить родителей о неожиданном госте, ждавшем ее в отеле.
Уже возле массивной дубовой двери дома Сью вспомнила о дочери Эдди и скандале, связанном с этой историей. Ей стало не по себе. Но, в конце концов, прошло три года, так что вряд ли они припомнят. И все же, здороваясь с родственниками, девушка заметно волновалась. Ей так хотелось, чтобы Эдди им понравился!
Мать сразу спросила дочь, будет ли она ужинать с ними в местном клубе. Девушка задумалась, потом решила отказаться от этой затеи. Ее семья принадлежала к старинному клубу, куда допускались лишь избранные. За многие годы даже многие миллионеры и конгрессмены уже поняли, что для того, чтобы стать членом такого клуба, одних денег недостаточно. Сью и самой не очень нравилась атмосфера напыщенного снобизма, царившая там, а уж Эдди там точно делать нечего.
- Боюсь, что нет, мама. Ко мне на выходные приехал гость, и у нас свои планы. Кстати, я приведу его с собой на день рождения тети. Он остановился в отеле.
Мысли, отразившиеся на лице матери, Сью прочитала без труда: тот самый, с цветами и статуэткой крылатого коня. Однако по выражению ее лица было ясно, что миссис Торп ждет дальнейших разъяснений, да и остальные явно заинтересовались. Пришлось продолжить:
- Его зовут Эдди Норман. Он...
- Тот самый парень, который владеет сетью оздоровительных клубов? удивленно перебил девушку ее двоюродный брат Фредди.
- И еще он ведет утреннее шоу по телевизору, - закончила Сьюзен с некоторым вызовом. - Да, это он. Мы познакомились во время круиза. Он оказался там, чтобы обсудить с судовой компанией перспективу создания плавучих оздоровительных клубов.
Если уж кто-то из родственников и мог знать еще что-нибудь об Эдди, так это лишь Фредди. Он был в своем роде плейбоем, немного общался со знаменитостями. Сью любила Фредди за его ироничный ум и умение пренебрегать условностями их круга.
***
Открыв дверь своего домика, Сью сразу ощутила запах роз и вспомнила об Эдди. На сей раз он плюнул на все приличия. Роз было пятнадцать, и все точно такого же цвета, как та, что он подарил Сьюзен на теплоходе. На глаза девушки навернулись слезы. Слава Богу, он все-таки не обиделся.
***
Эдди решил ехать в Нью-Джерси поездом.
Интересно, как Сьюзен отнесется к его неожиданному появлению. Ведь она считает, что он в Новом Орлеане. Ему было немного неловко, что он использовал как предлог дочурку, хотя девочка и не знала о приезде папы. Он как раз накануне говорил с ней по телефону, насколько возможен разговор с трехлетним ребенком.
Для Эдди было очень важно, чтобы девочка с младенческих лет знала, что у нее есть отец, который ее любит. Он не так уж и часто виделся с Фанни и сам удивлялся тому, что с каждым днем все больше привязывается к дочке. Ведь когда она родилась, он испытывал лишь чувство ответственности, желание обеспечить ее всем тем, не дал ему собственный отец. Однако стоило ему увидеть Фанни, как все изменилось, хотя, представляя себя в роли любящего папаши, Эдди неизменно посмеивался.
Впрочем, в данный момент его волновала не Фанни, а маленькая белокурая женщина, похоже, решительно настроенная держать его подальше от своей семьи. Как ни странно, Эдди не считал, что причиной тому ее снобизм. Скорее всего, срабатывал некий инстинкт самосохранения, и это была очередная попытка Сьюзен держать его на расстоянии.
Эдди до сих пор не знал, как сумел отпустить ее в понедельник. Даже в самых смелых фантазиях он и мечтать о таком не мог. Разительный контраст между сдержанной аристократкой Сьюзен Тори и Сью, стонавшей от наслаждения в его объятиях, сразил его наповал. Даже сейчас, вспомнив о прошедших выходных, Эдди заерзал на сиденье.
Эдди был одним из немногих пассажиров, сошедших в Гринвуде. Где же, черт возьми, тут такси, подумал Эдди с раздражением жителя большого города. В конце концов, он подхватил сумку и пошел по улице, попутно разглядывая витрины магазинов. Может, он вообще доберется до гостиницы прежде, чем поймает такси. Интересно, почему так мало людей на улицах? Ведь еще не поздно - даже десяти нет.
Эдди в задумчивости остановился на перекрестке, не зная, куда идти дальше, и тут рядом с ним затормозила машина. Увидев надпись на борту, он инстинктивно напрягся. Это осталось у него с детства - с тех пор, когда у него были причины бояться встречи с полицией. Из машины вышел молодой парень в полицейской форме, и Эдди нахмурился.
- Похоже, вы заблудились, - вежливо улыбнулся полицейский. - Могу я чем-нибудь помочь?
Эдди оторопел и на секунду лишился дара речи. Надо же, в этом городе полиция помогает людям!
- Да, я только что приехал. Такси не нашел, и вот ищу гостиницу.
- Садитесь. Тут всего пять кварталов.
Эдди сел в машину, все еще не оправившись от удивления.
- А почему так мало народа на улицах? - спросил он. - Боятся выходить из дома по ночам?
- Да нет, усмехнулся полицейский. - Тут и малый ребенок может в любое время суток спокойно разгуливать по улицам. У нас здесь тихо. А вы в нашем городке впервые?
- Да, - отозвался Эдди. - Я приехал к знакомой, она здесь живет.
Машина остановилась на красный свет, и полицейский с интересом взглянул на Эдди.
- Да? И кто же она, если не секрет?
Эдди заколебался. Вопрос был задан вполне дружелюбно, но ему как-то не приходило в голову, что этим будут интересоваться. Эдди совсем забыл, что городок-то не очень большой.
- Сьюзен Торп. Она преподает...
- Как же, как же. Ее тут все знают. Торпы - самая старинная семья в городе, а в наших местах это кое-что да значит. Люблю проезжать мимо их дома. Погодите, сами увидите.
Автомобиль затормозил перед ярко освещенным изящным зданием, и полицейский, обернувшись, внимательно посмотрел на Эдди:
- Знаете, а ведь я, кажется, вас где-то видел. Может, скажете, как вас зовут.
- Ну, разве что в неофициальном порядке. Я Эдди Норман, - улыбнулся Эдди.
Парень ударил кулаком по рулю.
- Точно! Мы с женой регулярно посещаем ваш оздоровительный клуб в Трентоне. И ваше шоу я тоже смотрю, если не отсыпаюсь по утрам после ночного дежурства.
Эдди поблагодарил полицейского и вышел из машины. Ну, что ж, по крайней мере один горожанин его узнал. От этого стало как-то легче, потому что после разговора с полицейским он занервничал - его стали одолевать мысли о том, что значит принадлежать к старинному семейству в городе и быть одним из Торпов.
10
На следующее утро Эдди проснулся в тревоге. Тишина стояла такая, что сначала ему показалось - он оглох. Дома до его окон всегда доносился шум большого города. А здесь слышалось лишь пение птиц.
Эдди принял душ, надел темно-синие брюки и голубую рубашку, прихватил ветровку и отправился завтракать. Хорошенькая официантка посмотрела на него так, словно узнала, и это было приятно, хотя обычно он не обращал на такие взгляды никакого внимания. Он, как всегда, плотно позавтракал и решил отправиться на разведку. Слава Богу, что он не сообщил Сью о своем приезде будет хоть время оглядеться.
Официантка принесла счет и, увидев его подпись на чеке, просияла. Эдди одарил девушку самой ослепительной из своих "телевизионных" улыбок и вышел в вестибюль. К нему возвращалась уверенность в себе.
Он попросил телефонную книгу. В справочнике оказалось пять Торпов, в том числе и Сьюзен. Эдди с неудовольствием отметил, что ее адрес был тем же, что и у Тимоти Торпа. До сих пор ему не приходило в голову, что Сьюзен живет в одном доме с родителями. Из разговоров он понял, что у девушки своя квартира. Такой оборот Эдди не понравился. Во-первых, с какой стати взрослой женщине жить с родителями, а во-вторых, это лишало их возможности уединиться. Впрочем, они всегда могли прийти в его гостиничный номер.
Очнись, парень, велел себе он. Единственный способ притащить Сью в гостиницу - это надеть ей мешок на голову. Ее же тут каждая собака знает. Эдди вышел на улицу, чувствуя, что уик-энд станет сплошным разочарованием.
Он добрался до улицы с магазинами, которые еще только открывались. Сплошной антиквариат. Ну и народ здесь живет - они что, ничего больше не покупают? Сам Эдди так и не научился отличать старый хлам от антиквариата и сильно подозревал, что одно не слишком отличается от другого. В свое время он даже запретил дизайнеру обставить антиквариатом свою квартиру, объявив, что если бы ему это понадобилось, он бы обратился за старьем в Армию Спасения. Кстати, его юмор не оценили, и он сменил дизайнера.
Улица вывела его на зеленую городскую площадь. Ее украшала типичная ново английская церковь - хоть сейчас на открытку. Неподалеку находился памятник, окруженный цветочной клумбой. Эдди подошел поближе и, взглянув на надпись, слегка попятился. Только этого не хватало! Центральную площадь города украшал памятник явно одного из предков Сью. Интересно, как она это воспринимает? Или так привыкла, что вообще не обращает на него внимания?
Эдди зашагал дальше, инстинктивно стараясь уйти подальше от статуи. Студенческий городок, находящийся невдалеке от площади, словно сошел с картинки, и он тут же вспомнил неряшливый колледж, куда ходил сам. Миновал студенческий городок и вышел на пустую улицу со старыми платанами и не менее старинными домами. Эдди не очень разбирался в архитектуре, но чутье подсказывало, что дома эти стоят уже гораздо больше сотни лет.
Все здесь казалось настолько чинным и респектабельным, что Эдди ступал по булыжной мостовой осторожно, ни на минуту не теряя бдительности. Ни одной выбоины, ни одной ржавой или покосившейся ограды и нигде ни соринки. Нет, такой стерильности просто не бывает! Он поколебался, потом двинулся дальше, уже зная, что приближается к дому своей избранницы.
Эдди не было нужды смотреть на табличку - дом выделялся среди остальных своими размерами и располагался немного в глубине улицы: белое здание с черными ставнями. Справа от него находилось строение, напоминавшее каретный сарай и, по-видимому, теперь служившее гаражом. Перед большим домом была разбита большая круглая клумба, едва начинавшая цвести, а в ее центре флагшток с настоящим флагом колониальных времен.
Эдди остановился. Так вот он какой, дом Сьюзен Торп! Здесь она росла, играла в куклы, бегала по ухоженным лужайкам. Он в общем-то ожидал, что увидит что-нибудь в таком роде, однако его поразила собственная реакция. То была не зависть и не обида на несправедливость судьбы. Просто именно сейчас он понял, какая пропасть отделяет его от этой утонченной женщины.
Внезапно дом словно ожил. На пороге появилась фигура - седой мужчина в полосатых брюках и джинсовой рубашке с кожаной сумкой для гольфа на плече. Мужчина вошел в гараж, и вскоре оттуда выехала машина. Эдди едва успел отскочить в сторону. К тому времени, когда серебристый "мерседес" отъехал, он уже шел по улице, стараясь держаться как можно более непринужденно. Водитель бросил взгляд в его сторону, и Эдди на мгновение увидел невысокого седовласого мужчину с правильными чертами лица. Даже на расстоянии Эдди показалось, что он узнал знакомые серо-голубые глаза этого благородного джентльмена.
***
Сьюзен, в общем-то, любила выходные. Обычно она поздно вставала, ходила с матерью по антикварным магазинам, ездила верхом и занималась тем, чего не позволяло в будни перегруженное расписание ее работы в колледже и Институте Брайтона. Однако сегодня все было иначе. Девушка проснулась рано и сразу с болью вспомнила об Эдди. Она сокрушалась, что, несмотря на присланные им цветы, он все же обиделся. И это понятно - ведь семейный праздник был бы идеальным поводом познакомить его с ее родственниками.
Сью выбралась из постели и занялась обычными утренними делами, но все ее мысли по-прежнему были о Нормане. И чем больше она размышляла, тем более странным ей казалось его повеление. Что-то он подозрительно легко уступил. Конечно, поездка к дочери могла быть запланирована уже давно, но все же... А вдруг он возьмет и завтра явится сюда? Собственно, почему бы и нет? Это вполне в его характере. Что ж, в таком случае сначала она потребует объяснений, зачем он ей наврал, а потом, разумеется, возьмет его с собой на день рождения тетки и будет уповать на Господа. Да и с чего она вообще так разволновалась? Эдди Норман способен найти общий язык с кем угодно, он даже тетю Иву может покорить. В худшем случае та будет держаться с ледяной вежливостью, зато все остальные будут очень любезны, в этом Сью ничуть не сомневалась. Единственное, что беспокоило девушку, это неприятное ощущение, что почва уходит у нее из-под ног и привычному размеренному существованию пришел конец.
Зазвонил телефон, и Сью с облегчением ухватилась за возможность отвлечься от тревожных мыслей. Наверное, мама звонит спросить, пойдет ли она с ней за покупками.
- Я в гостинице, - без вступления объявил знакомый бархатный голос.
- В какой гостинице? - Сью решила, что Эдди звонит из Нового Орлеана.
- В здешней. Приехал вчера вечером.
- О, - только и смогла выговорить Сью. Ее переполняли смешанные чувства радости и смятения.
- Я соврал тебе насчет поездки в Новый Орлеан. - Нападение - самый лучший способ защиты. - Слышала? - Сьюзен ответила не сразу, и Эдди продолжал:
- Ты ведь понимаешь, почему я солгал?
- Да, но...
- Ну что? Я могу тебя увидеть? У тебя есть какие-нибудь планы?
- Я собиралась на верховую прогулку. Эсмеральда только что оправилась после растяжения связок, и ее надо выезжать.
Эдди расхохотался, и Сью слегка расслабилась.
- Эсмеральда? Ничего себе имечко для лошади.
- А Кот? Ничего себе имечко для кота.
- Я подумывал взять его с собой, но боялся, что он изгрызет все старинные гобелены вашего дома, - усмехнулся Эдди. - Слушай, если у вас найдется какая-нибудь кляча, которой пора на бойню, я с удовольствием составлю тебе компанию.
Сью улыбнулась. Перспектива поехать вместе с Эдди верхом показалась ей забавной. Сама того не сознавая, девушка уже подстраивала свою жизнь под его.
- Здесь все лошади - в частном владении, но одна из хозяек пропадает в Нью-Йорке и нечасто сюда наезжает. Посмотрим, можно ли умыкнуть коня. Он, кстати, благородных кровей и прекрасно воспитан.
- А я весьма посредственно воспитан, так что мы замечательно поладим, надеюсь.
Через полчаса Сью уже подъехала к гостинице. Эдди ждал у входа, мужественный, стройный, в джинсах и сером пушистом свитере. Он распахнул дверцу машины Сьюзен, увидел ее костюм для верховой езды и игриво улыбнулся. Затем сел в машину и сразу заключил девушку в объятия. Его поцелуй был довольно настойчивым, и Сью мягко отстранилась.
- Здесь не Нью-Йорк, и люди все замечают...
- Плевать! - отозвался Эдди, которого только посмешило ее предупреждение. - Похоже, вашему городку не помешает хорошая встряска!
Девушка засмеялась и включила зажигание.
- Ты уже успел посмотреть город?
- Да, имел честь пройтись по нему сегодня утром.
- Ну и как?
- Просто декорация какая-то из прошлого века. Или, наоборот, из будущего! Ни тебе мусора, ни пьяных, ни трущоб, ни бездомных собак. Изобилие антикварных магазинов. Даже люди одеваются одинаково.
- Разве? - лукаво подняла бровь Сью.
- Все, кроме тебя. Не хочешь помахать дедуле?
Сьюзен проследила за тем, куда указывал палец Эдди.
- Ах, ты уже и памятник видел. По-моему, перед "дедулей" надо поставить два или три "пра".
- Слушай, тебе не скучно жить в этой кунсткамере? - спросил Эдди таким скорбно-кислым тоном, что Сью удивленно посмотрела на него.
- Да нет. С чего бы?
- Давно должно было уже наскучить, но теперь тебе не о чем волноваться. Я ведь с тобой. - Эдди прильнул губами к ее шее.
Сью осторожно отстранилась и перевела разговор на другую тему.
- Я хочу тебе все объяснить насчет дня рождения...
- Сделай одолжение, - с иронией ответил Эдди и откинулся на сиденье.
- Знаешь, моя тетушка Ива невероятный сноб, не в том, что касается денег, конечно, а в том, что касается происхождения. Ей все равно: пусть человек будет даже последним бедняком, лишь бы он имел безупречную родословную.
- Мне говорили, что мой дед был бутлегером во время сухого закона, ухмыльнулся Эдди. - А сестра утверждает, что другой дедуля был профессиональным игроком, причем настолько отчаянным, что окончил свои дни в Гудзоне с камнем на шее.
- Ты хочешь довести тетку до инфаркта в ее день рождения? В конце концов, я ее любимая племянница, - рассмеялась Сью.
- Вот уж в чем я не сомневаюсь, - ухмыльнулся Эдди.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Только то, что ты слишком долго была чересчур уж безупречной леди, моя милая!
- Это вовсе не обязательно произносить столь презрительным тоном.
- Ты права. И, на мой взгляд, тебе это лишь добавляет сексуальности. Но лишь отчасти. По-моему, твоей семье пора понять, что у тебя есть и другие дарования, которые они не замечают.
- И что же во мне есть такого, чего они не видят?
- Им известно о том, какая страстная натура скрывается под обликом добропорядочной дочки?
- Нет, конечно, - поспешно отозвалась Сьюзен. - И я не хочу, чтобы моя семья...
- Слово "страстность" подразумевает не только занятия любовью, Сью, не дал ей договорить Эдди. - В тебе сидит просто неистребимая жажда жизни, вот только ты не выпускаешь ее на волю.
Сью промолчала. Жажда жизни? Девушка видела ее в других людях, но никогда не задумывалась, обладает ли ею сама. Может быть, Эдди в чем-то и прав?..
- Эти лошади живут лучше, чем я жил в детстве, - печально заметил он, увидев опрятную конюшню.
Сьюзен проследила за его взглядом. Конюшня была одной из лучших в округе, но девушка к этому привыкла - ведь она всю жизнь держала здесь свою лошадь. Теперь же, вспомнив о том, как поднялись в последние время цены за аренду, она покаянно вздохнула.
- Надо думать, долларов на четыреста в месяц.
Эдди поднял брови и присвистнул.
- Неужели Эсмеральда того стоит?
- Конечно, - улыбнулась Сью. - Это лошадка арабских кровей, и у меня уже семь лет. Раньше, когда было больше времени, я даже выставляла ее на соревнования, но теперь езжу просто для собственного удовольствия.
- Надеюсь, ей это тоже доставляет удовольствие, - усмехнулся Эдди, когда они направились к стойлам.
Сью сначала показала ему Эсмеральду, а потом повела к Индейцу. Эдди подозрительно разглядывал крупного жеребца.
И вдруг на его лице промелькнуло очень странное выражение. Эдди усмехнулся и отпустил замечание насчет того, что порция здорового страха еще никому не вредила. Что мог означать этот взгляд? На короткое мгновение Эдди показался девушке почти затравленным - другого слова она подобрать не могла. Он помог ей принести седла и стоял рядом, пока она седлала лошадей, с видом человека, который хочет ей помочь, потому что седлать лошадей - не женское дело, да только сам не знает, как это делается. Сью это позабавило.
Она вывела Индейца из стойла, и Эдди с недовольством уставился на дорогое седло с инкрустацией.
- Добро пожаловать в мир настоящей верховой езды, мистер Норман, улыбнулась Сью и, подведя к нему Индейца, вложила в руку поводья, а сама отправилась за пританцовывавшей от нетерпения Эсмеральдой.
Как только они вышли из конюшни, девушка легко вскочила в седло и предложила проехать несколько кругов в манеже, чтобы Эдди привык к седлу. Тот, однако, по-прежнему стоял с поводьями в руках и опасливо разглядывал крупную черную кобылу, на которой сидела Сьюзен.
- Она для тебя не слишком велика?
- Дело не в размерах лошади, а в умении управлять ею, - спокойно отозвалась Сью, которую ситуация с каждой минутой все больше забавляла.
Похоже, ее слова не слишком успокоили Эдди, однако он послушно вскарабкался в седло.
- Опусти каблуки вниз и сжимай коленями седло. Он пойдет за Эсмеральдой, так что насчет аллюра не беспокойся.
- А разве не надо на него кричать "но-о-о, пошел"?
- Совершенно не обязательно. Чтобы остановиться, достаточно слегка натянуть поводья, а чтобы он шел быстрее - сжать холку.
Для Эдди верховая езда явно была в новинку, но он был спортивным от природы, и это ему очень помогало. Вскоре Сью выехала на дорожку для верховой езды, объяснив, что такие тропы тянутся на несколько миль, а поддерживает их в хорошем состоянии местная ассоциация любителей верховой езды.
На узких участках тропы Эдди ехал позади девушки, одновременно любуясь ее грациозной посадкой и внутренне содрогаясь при виде хрупкой фигурки на огромной лошади. Его беспокоило и то, что, будучи совершенно несведущим, он не сможет помочь ей, если, не дай Бог, что-то случится. Ситуация явно вышла из-под его контроля, что усиливало тревожное чувство, не отпускавшее его с первой минуты, когда он прибыл в этот патриархальный городок.
Как все же она прекрасна! Здесь Сью явно была в своей стихии маленькая фигурка с развевающимися белокурыми волосами верхом на холеной черной лошади.
Сью заметила, что Эдди наконец успокоился и, похоже, ему даже стала нравиться прогулка. Это радовало. Девушка только сейчас поняла, как для нее важно, чтобы ему понравились ее родные места. Они спугнули стадо оленей. Эдди резко осадил лошадь и проводил животных восхищенным взглядом.
- Как могут люди стрелять в таких прекрасных созданий? - с недоумением произнес он.
- Здесь, слава Богу, не могут, - отозвалась Сьюзен, улыбаясь его мальчишескому восторгу. - У нас охота запрещена повсеместно. Ты ведь никогда подолгу не жил в деревне?
- Нет. В детстве я несколько раз бывал летом в благотворительных лагерях рядом с Нью-Йорком, и все. Я редко беру отпуск, а когда беру, то еду в Европу или на Гавайи. Я и не знал, что здесь столько земли пустует.
Земля. В голове Нормана стала формироваться идея. В городе человек никогда не чувствовал себя хозяином, даже если у него была собственность. Квартира в огромном здании - это совсем не то Эдди вспомнил дом Торпов. Он так и не рассказал девушке, что видел и ее дом, и ее отца. Почему-то язык не поворачивался признаться.
Здесь на пути им всюду попадались приземистые здания - то старые, то новые, - большие ухоженные поместья. Эдди невольно сравнивал их со своей квартирой. А он-то считал ее просторной!
- Может, сделаем перерыв? - предложила Сью, осаживая Эсмеральду возле небольшого лесистого участка.
Эдди, не дожидаясь, пока Индеец остановится, тут же соскочил с лошади, и девушка засмеялась.
- Тебе стоило бы попробовать себя в родео, - заметила она, когда он подошел и поднял руки, чтобы помочь ей сойти.
Эдди улыбнулся в ответ и снял ее с седла. Да, подумал он, место этой хрупкой женщины здесь. И пусть он сам пока тут чужой, увезти ее отсюда он просто не имеет права.
Сжав Сьюзен за узкую талию, Эдди несколько мгновений держал ее на весу, любуясь раскрасневшимся личиком и растрепавшимися светлыми волосами. И неожиданно его охватило такое властное желание, что он сам испугался его.
А Сью, сжатой в мощных объятиях, оставалось лишь полностью покориться. Эдди медленно опустил девушку на землю и жадно прильнул к ее рту, страстно лаская его языком. И она сразу же отозвалась. Руки мужчины скользнули вниз, стиснув ее ягодицы, и Сьюзен мгновенно ощутила его твердую мужскую плоть. Поцелуй был властным, без тени нежности, и она, встревоженная его неожиданной грубой жадностью, осторожно высвободилась из объятий.
Они привязали лошадей к деревьям и вошли в лес, где между камней весело журчал прозрачный ручеек. Сью сделала попытку завязать разговор, но Эдди ограничивался односложными ответами. Что-то не так, сообразила девушка, но не стала настаивать - пусть сам скажет...
Через полчаса они вернулись в конюшню, но Эдди по-прежнему был молчалив и задумчив. Сью передала лошадей девочке лет пятнадцати, присматривавшей за животными. Ее позабавило то, как та уставилась на Эдди широко раскрытыми глазами. К счастью, внимание к его персоне произвело положительный эффект, рассеянность тут же исчезла с его лица, и ее место заняла привычная улыбка.
Он предложил принять душ и переодеться перед обедом, но Сью отмахнулась.
- Здесь край лошадников. Никто и не обратит внимания на наши костюмы.
Немного позже, когда они вошли в ресторан отеля, Эдди понял, что она была права. Прочая публика тоже была в костюмах для верховой езды, теннисной форме и даже в тренировочных брюках. Мелочь, конечно, но Эдди снова остро ощутил себя чужим.
После обеда Сью объявила, что ей пора домой - принять душ и немного отдохнуть. Договорившись о встрече, она оставила Эдди в холле отеля и поспешила домой, размышляя, чем объяснить его странное поведение. Скукой? Нет, это исключалось. Сью же видела, как ему понравилась верховая прогулка. Он ведь даже за обедом продолжал ей задавать вопросы о лошадях. Так в чем же дело?
Она перебрала массу возможных причин, но ей ни на мгновение не пришло в голову, что Эдди просто чувствует себя не в своей тарелке и ее мир, настолько привычный для нее, навевает на него почти благоговейный ужас. Сьюзен же казалось, что его уверенность в себе безгранична и ничто на свете не может выбить мистера Нормана из колеи.
11
Она потянулась к ручке дверцы, но задержалась. Большой белый лимузин, припаркованный рядом с ее машиной, говорил о том, что филадельфийская ветвь семейства уже прибыла. А раз так, то они будут ждать, что она непременно зайдет в большой дом. Кроме того, все равно надо было предупредить родителей о неожиданном госте, ждавшем ее в отеле.
Уже возле массивной дубовой двери дома Сью вспомнила о дочери Эдди и скандале, связанном с этой историей. Ей стало не по себе. Но, в конце концов, прошло три года, так что вряд ли они припомнят. И все же, здороваясь с родственниками, девушка заметно волновалась. Ей так хотелось, чтобы Эдди им понравился!
Мать сразу спросила дочь, будет ли она ужинать с ними в местном клубе. Девушка задумалась, потом решила отказаться от этой затеи. Ее семья принадлежала к старинному клубу, куда допускались лишь избранные. За многие годы даже многие миллионеры и конгрессмены уже поняли, что для того, чтобы стать членом такого клуба, одних денег недостаточно. Сью и самой не очень нравилась атмосфера напыщенного снобизма, царившая там, а уж Эдди там точно делать нечего.
- Боюсь, что нет, мама. Ко мне на выходные приехал гость, и у нас свои планы. Кстати, я приведу его с собой на день рождения тети. Он остановился в отеле.
Мысли, отразившиеся на лице матери, Сью прочитала без труда: тот самый, с цветами и статуэткой крылатого коня. Однако по выражению ее лица было ясно, что миссис Торп ждет дальнейших разъяснений, да и остальные явно заинтересовались. Пришлось продолжить:
- Его зовут Эдди Норман. Он...
- Тот самый парень, который владеет сетью оздоровительных клубов? удивленно перебил девушку ее двоюродный брат Фредди.
- И еще он ведет утреннее шоу по телевизору, - закончила Сьюзен с некоторым вызовом. - Да, это он. Мы познакомились во время круиза. Он оказался там, чтобы обсудить с судовой компанией перспективу создания плавучих оздоровительных клубов.
Если уж кто-то из родственников и мог знать еще что-нибудь об Эдди, так это лишь Фредди. Он был в своем роде плейбоем, немного общался со знаменитостями. Сью любила Фредди за его ироничный ум и умение пренебрегать условностями их круга.