Ромка еще раз всмотрелся в самый край снимка, жутко засуетился, увеличил кадр и предъявил друзьям.
   – Что это?! – Катькино лицо стало еще испуганней, чем на снимке. Потому что сбоку, никем ранее не замеченная, отчетливо отпечаталась человеческая рука, опирающаяся о березовый ствол. А запястье этой руки обхватывали большие черные часы с синим ободком.
   Тогда Ромка еще больше увеличил фрагмент снимка с рукой и часами.
   – Рука-то правая, – заметил он.
   – А большинство людей носят часы на левой руке, – сказала Лешка. – Значит, этот человек – левша?
   – Не обязательно, я сам одно время часы на левой руке носил, – возразил Артем.
   – Но кто это? Почему он не подошел к нам? – хриплым от волнения голосом спросила Катька.
   – Не знаю. – Ромка покачал головой, и его как током стукнуло: – Послушайте, а может, это тот самый седой, который приходил к деду и расспрашивал у него про Марью Антиповну?
   – Что еще за седой? – не понял Артем.
   Ромка передал друзьям свой недавний разговор со старичком и, помолчав немного, убежденно заявил:
   – Конечно, это был он, больше некому.
   – Наверное, он за нами следил, – расширила глаза Катька.
   – Не мели чепуху, – поморщился Артем. – Откуда ему было знать, зачем вы идете в лес? – Он взял у Ромки фотографию, пристально всмотрелся в нее и недоуменно пожал плечами. – Скорее всего, он на вас случайно наткнулся.
   – Думаешь? – Ромка сел, снова вскочил, оперся руками о стол и обвел всех взволнованными глазами: – Тогда он нас подслушивал, мы с Катькой очень громко разговаривали. Иначе зачем ему было от нас прятаться? Вот что! – оторвавшись от стола, он саданул по нему кулаком. – Надо срочно найти этого седого и посмотреть, какие у него часы!
   Но на улице уже стемнело, и поиски седого незнакомца друзья отложили на завтра. А еще Ромка предложил съездить к леснику за старой картой местности. Никто не возражал. Всем вдруг захотелось посмотреть, что представляет собой лесничий хутор.
   Перед сном друзья еще раз просмотрели все фотографии, но ни на одной из них ничего странного и необычного больше не обнаружили.
 
   А глубокой ночью Ромка разбудил Артема – они жили в одной комнате – и таинственно прошептал:
   – Слушай, мне кажется, этот седой или кто другой там не случайно оказался и вовсе не потому, что за нами следил. Мы ведь с Катькой там только фотографировались, а клад уже не искали, потому что на обед торопились. Что, если на той поляне как раз и зарыты сокровища?
   – Все может быть, – не вдаваясь в смысл Ромкиных слов, пробормотал Артем и повернулся на другой бок.
   Ромка еще долго вздыхал и ворочался, но в конце концов затих и он.

Глава III
Кровь на поляне

   Лешка с Катькой проснулись от звона и грохота и выскочили на кухню. Оказалось, что Нина Сергеевна уронила какую-то тарелку и теперь собирала ее осколки.
   – Надеюсь, посуда разбита к счастью. Садитесь за стол, раз встали, – сказала она и включила чайник. Вскоре на плите зашкворчала яичница и запахло свежесмолотым кофе.
   Со второго этажа сбежал Артем:
   – Как вкусно пахнет!
   – А где еще один гость? – обратилась к племяннику Нина Сергеевна. – Если все еще спит, то пойди разбуди, чтобы мне второй раз не готовить завтрак.
   – А Роман пошел погулять, – ответил Артем.
   – Как это – погулять?! – вскричали все хором.
   – Так. Захотел – и пошел.
   – Он что, не мог сначала поесть? – удивилась Нина Сергеевна.
   – А он поел.
   Тетка Артема заглянула в холодильник:
   – И правда. Почему же я его не видела?
   На это Артем только плечами пожал, а Лешка, улучив момент, когда Нина Сергеевна вышла из кухни, прошептала:
   – Ромка в самом деле гулять пошел?
   – Не совсем. – Артем сморщил лоб, пытаясь вспомнить Ромкины слова. – Он мне сказал… Сказал, что ему надо кое-что проверить, и больше ничего. Быстро собрался и исчез, я не успел его ни о чем спросить.
   – И во сколько это было?
   Артем взглянул на часы и присвистнул.
   – Елки-палки, уже больше трех часов прошло. Сейчас девять, а он ушел – шести не было, вот тетя Нина его и не видела.
   – Так рано? Ромка редко чуть свет встает, только когда за своим кладом ходит. Где же он бродит до сих пор? А телефон он с собой взял? Проверь.
   Артем сбегал наверх, и, вернувшись, кивнул:
   – Взял. И сумки его тоже нет, с лопаткой и металлоискателем.
   Но дозвониться до Ромки они не смогли: его мобильник не отвечал. Лешка в недоумении пожимала плечами:
   – Мы же с ним договаривались, что сегодня, прямо с утра, будем искать человека с часами. Может, он один к нему пошел? Но тогда почему с ним нет связи? Или он к леснику отправился? Опять же, почему без нас? Мы ведь и на лесничий хутор все вместе собирались.
   – Погоди, он говорил, что туда удобнее на велике добираться, а не на лодке, хутор к дороге ближе, чем к озеру. Сейчас я проверю. – Наскоро выпив кофе и оставив недоеденной яичницу, Артем выскочил во двор и заглянул в сарай.
   Велосипед стоял на месте.
   – Значит, к леснику он не поехал, – выйдя за ним, раздумчиво сказала Лешка.
   – Мне кажется, я догадываюсь, куда он подался, – вздохнул Артем. – На ту самую поляну, где они с Катькой вчера фотографировались и где за ними кто-то следил.
   – Зачем?
   – Проверить, нет ли там клада. Должно быть, убедил себя в том, что найдет его под кустом. Он мне ночью твердил что-то подобное, а я спросонья не понял.
   – Ясно, – удрученно кивнула Лешка. – Совсем рехнулся на своих кладах. Будем его ждать или поищем? Он давно должен был дать о себе знать, найти способ позвонить. Не может же он не понимать, что мы будем за него волноваться? Лично я уже волнуюсь. Вдруг этот человек с часами какой-нибудь преступник или маньяк?
   – Ну что, выяснили, куда делся Ромка? – выбежав во двор, спросила Катька.
   – Думаем, не пошел ли он на ту вашу поляну, – ответил Артем. – Ты сумеешь найти к ней дорогу?
   – Конечно, это легко, – закивала девчонка.
   Друзья взяли с собой Лешкиного Дика и побежали к реке.
   Собираясь позавчера на озеро, Ромка развопился, что этот неуклюжий бегемот – а Дик был огромной кавказской овчаркой – только будет мешать им грести, и заставил сестру оставить собаку дома. Но сейчас без Дика им было не обойтись. Хотя пес ходить по следу не умел (кавказцы – собаки пастушьи, а не служебно-разыскные), зато он любил играть в прятки и неизвестно как всегда находил Ромку, где бы тот от него ни спрятался.
 
   На Чистое озеро вели два пути: водный – Медовка стояла на малой речке, а та узкой протокой соединялась с озером – и наземный. В начале лета друзья ездили на озеро на велосипедах, а потом выяснили, что водный путь значительно короче, и стали пользоваться только им. Чаще всего они брали лодку у Петра Ивановича и потому первым делом решили проверить, на месте она или нет.
   Двухвесельная посудина отставного майора колыхалась у маленького деревянного причала, принадлежащего его приятелю Еремеичу, маленькому добродушному старичку. А вот лодка самого Еремеича на причале отсутствовала.
   Ребята побежали к старичку – его дом находился недалеко от реки, – и в ответ на Лешкин вопрос, куда подевалась его лодка, Еремеич ответил, что ее взял Ромка.
   – Прибежал ко мне чуть свет и сказал, что ему очень нужно сплавать в одно место, – пояснил он.
   – А когда он обещал вам ее вернуть? – спросил Артем.
   – Скоро. Сказал, что берет ее ненадолго.
   – Ненадолго? – похолодела Лешка.
   Тут и Еремеич обеспокоился:
   – Я думал, вы с ним, не проследил. Он что, один уплыл?
   – Да вы не беспокойтесь, он на Чистом озере загорает и нас там ждет. Мы сами виноваты, все на свете проспали, – успокоил его Артем и попросил: – Мы возьмем лодку Петра Ивановича, ладно? Он нам всегда разрешает ее брать.
   Еремеич не возражал. Он вынес им весла, помог отомкнуть цепь, которой крепилась к причалу собственность Петра Ивановича, трое друзей и собака сели в лодку и спустя короткое время – Артем греб так быстро, как только мог, – подплыли к протоке. И еще минут через пятнадцать пристали к знакомому берегу.
   Первым на сушу выпрыгнул Дик, за ним – его хозяйка. Лешка побежала вдоль озера и сразу нашла вытянутую на прибрежный песок лодку Еремеича и неподалеку от нее – еще одну, с крест-накрест сложенными веслами. На дне второй неизвестно чьей посудины сиротливо валялось небольшое удилище.
   Из этого следовало, что все их предположения оказались верны: Ромка отправился искать свой клад и не удосужился их об этом предупредить. И лодку Еремеича в камышах не спрятал. Впрочем, за ее сохранность он мог не волноваться, так как Аллочка и ее спутники все еще оставались на озере. Берег по-прежнему украшали разноцветные палатки, чуть дальше стояли автомобили, а от костра пахло дымом и вкусным варевом.
   Друзья подтянули свою лодку к двум остальным, до кучи, и побежали к костру.
   – Всем привет! – еще издали крикнула Катька.
   – Вы Ромку не видели? – подбежав ближе, спросила Лешка.
   – Нет, – ответила Алла и погладила Дика.
   – А почему? Вон там, – Лешка указала на «флотилию», – его лодка. Он сюда на ней приплыл.
   – Наверное, не захотел нас будить. Когда мы проснулись, эта лодка уже здесь стояла, и другая тоже, – пояснила девушка и встревожилась: – А в чем дело? Он что, опять пошел в лес и пропал? Так давайте его вместе искать, сейчас я ребят позову.
   – Не надо пока никого звать, – покачал головой Артем. – У нас есть кое-какие наметки, мы сначала сами в одно место сбегаем, а если его там нет, тогда уж всех вас призовем на помощь.
   – Надеюсь, этого не случится. Ну, Ромка, ну я ему покажу! – воскликнула Лешка. Гнев и досада на брата перемежались у нее с лихорадочным волнением, и она подтолкнула подругу: – Веди нас на ту поляну с шиповником и березой и что там еще на ней было?
   – Пень, из-под которого хорек выскочил. Примет, как видите, много, я ее легко найду, – заявила Катька и уверенно зашагала по узкой дорожке в лес.
   Сначала она шла бодро и целеустремленно, непринужденно болтая, на каждом шагу подпрыгивала, нюхала попадающиеся по пути цветочки и срывала ягоды. Но спустя какое-то время Катька притихла, цветы замечать перестала, пошла медленнее, сосредоточенно озираясь по сторонам. И только когда они вышли на небольшую светлую полянку, облегченно вздохнула:
   – Уф! Боялась, что не найду! Вот он, этот куст. А вон дерево. А… – Катька растерянно оглянулась. – А куда ж делся пень?
   – Значит, это не та полянка, – стараясь сохранять спокойствие, сказал Артем.
   – Значит, не та, – кивнула Катька. – Я ошиблась. Сейчас найду ту.
   Петляя и кружа по лесу, они прошли еще с полкилометра. Периодически Катька отбегала то вправо, то влево и громко восклицала: «Идите сюда! Я ее нашла», – а потом снова жалобно стонала: «Нет, опять не та!»
   Дик тоже носился взад и вперед. Пес очень хотел угодить своей хозяйке и найти Рому, но и его старания были тщетны.
   – Вот похожая! – в который раз крикнула Катька, но, подождав Артема с Лешкой, виновато вздохнула: – Ой, ну я же не знала, что нам снова придется сюда идти, и не запоминала дорогу. Знаете что? Вы постойте тут, а я еще вон там проверю.
   Она понеслась по светлой мягкой, невероятно густой траве, и вдруг левая нога ее куда-то провалилась. Катька ухватилась за ветку, подтянулась, оступилась, и вторая ее ступня тоже ушла по щиколотку в скрытую травой обманчивую трясину.
   – Помогите! – испуганно закричала она.
   Лешка с Артемом кинулись на ее голос. Когда они подбежали к болоту, Катька уже увязла по колени.
   – Стой и не шевелись! – крикнул Артем и протянул ей толстую ветку с торчащими сучьями. Катька за них уцепилась, и Артем с Лешкой еле-еле вытянули ее на сухое место.
   – Ты что, не видела, что здесь трясина? – чувствуя, что терпение его скоро лопнет, спросил Артем.
   – Откуда же я могла о ней знать? – заныла Катька. – Там, где болото, был щит. Или это другое, еще одно болото? Около того росло высокое дерево, с развилкой посередке, я его хорошо запомнила. Так вон оно, то дерево! – Указав на огромную раскидистую иву, она завертела головой. – А где же щит?
   Артем подошел к иве и заметил неподалеку от нее взрыхленную землю. По всей видимости, на этом месте действительно совсем недавно был врыт какой-то столбик, но его кто-то выдернул.
   – В любом случае надо быть осторожней, – строго сказал он.
   А Катька вылила из кроссовок болотную жижу, обмыла ноги в небольшой лужице и в который раз уверенно заявила:
   – Зато теперь я знаю, куда идти. От этой ивы та поляна недалеко, это я хорошо помню.
   Но не успели трое друзей сделать и пары шагов, как за деревьями громко залаял Дик.
   – Может, Ромка там?! – воскликнула Лешка.
   Не разбирая дороги, они поспешила на собачий лай. А когда выбежали на узкую тропинку, то увидели никакого не Ромку. Перед ними стоял высокий, темноволосый парень с впалыми, давно не бритыми щеками, застывший в позе «замри». За его спиной висел огромный темно-зеленый рюкзак.
   Лешка ухватила рычащего Дика за ошейник:
   – Не бойтесь, он не укусит.
   Незнакомец с опаской взглянул на огромного лохматого пса:
   – Ты все же его придержи.
   К парню подбежала Катька:
   – Вы случайно не видели здесь мальчика? Он вот такой, – она руками обрисовала овал, что, в ее понимании, означало Ромкину фигуру. – В общем, он не то чтобы толстый, но и не худой. Темненький такой и не очень высокий.
   – Нет, не видел, – покачал головой парень. – Он что, заблудился?
   – Это мы заблудились, никак не можем попасть туда, куда надо, – сказала Лешка и с недовольством покосилась на Катьку.
   – Этот лес – не тайга, не пропадете, – усмехнулся незнакомец.
   Прислушавшись, Лешка услышала далекий гул автомобиля. «Да отсюда до дороги рукой подать», – подумала она и слегка успокоилась. Может быть, пока они с Катькой петляли по лесу, Ромка давно вернулся к озеру и теперь, в свою очередь, разыскивает их?
   А парень дернул плечом, поправил громоздкую ношу и размашистым шагом ушел от них по узкой тропинке.
   – На озеро спешит, – поглядев ему вслед, сказал Артем.
   – С чего ты взял? – удивилась Катька.
   – А если к дороге, то пошел бы сюда. Вот видишь? – мальчик указал на еле заметную, заросшую травой колею. Он, как и Лешка, тоже слышал далекий автомобильный гул и тоже сразу понял, где они находятся. В отличие от Катьки – она недавно приехала к ним из Воронежа – Артем неплохо знал здешние места.
   И снова они принялись искать полянку с пнем, березой и кустом шиповника.
   Новые поиски продолжались минут десять, как вдруг Катька остановилась и уставилась на большой пень, торчащий из-под зеленых кустов.
   – Боюсь утверждать, но вроде бы тот противный хорек выбежал отсюда, – прошептала она. А когда заглянула за кусты, голос ее зазвучал еще уверенней: – Идите сюда. Это та самая поляна. Вот она, та береза, а вон там – куст шиповника.
   Продравшись сквозь густые заросли, Катька первая выскочила на полянку и громко ахнула. Лешка с Артемом подбежали к ней и тоже еле сдержали крик. Все трое увидели сверкающий белыми щербинами ствол небольшой осинки, а под ней – огромную лужу крови. От лужи в глубь леса тянулась цепочка кровавых следов, и траву вдоль них, словно ягоды, усеяли крупные алые зловещие капли.
   От объявшего ее ужаса Лешка побледнела и покачнулась. Дик завизжал, уткнулся носом в следы и пропал за деревьями. Не помня как, Лешка тоже пробежала несколько метров да так и замерла.
   На небольшой прогалине, откинув назад лобастую, с закрытыми глазами голову, лежала огромная серая собака. Вокруг нее, бешено мельтеша хвостом, как угорелый носился Дик.
   – Не Ромка! – коротко выдохнула Лешка. – Господи, как я боялась, что это он! А это собака. Вся в крови. Как думаете, она жива?
   Девочка кинулась к безжизненно лежащему животному, склонилась над ним, но Артем вдруг резко дернул ее за руку:
   – Стой! Это не собака. Это волк! Волчица!
   – Волчица? – опешила Лешка.
   Катька заглянула через плечо подруги:
   – Конечно, волчица. Видишь, серая какая. Недаром мне вчера ночью волки снились.
   – А мы слышали волчий вой, – вспомнил Артем. – Скорее всего, это она и выла.
   – Наверное, она на кого-то напала, и ее убили, – предположила Катька.
   А вдали снова послышался автомобильный гул.
   – Зачем ей подходить к дороге и нападать на людей, когда в лесу полно кабанов? – Лешка присела перед волчицей на корточки и дотронулась до черного кожаного носа. – Горячий совсем. Ей, наверное, очень плохо.
   На веко зверя села огромная зеленая муха. Волчица моргнула, приоткрыла янтарный глаз, снова его закрыла, и в уголке его появилась влага.
   – Она плачет, – прошептала Лешка, и ей стало ужасно жалко раненого зверя. Так жалко, что она чуть сама не заплакала. Она приподняла голову и с мольбой сказала: – Мы же не оставим ее здесь умирать, а?
   Ее Дик, все так же виляя хвостом, лизнул окровавленный волчий бок.
   – Но что мы можем поделать? А вдруг она нас укусит?! – воскликнула Катька.
   – Не укусит, она просит о помощи!
   – Но разве мы сможем дотащить ее до дома? Она же тяжелая!
   – И Ромку надо искать, – горько вздохнула Лешка.
   – А мы вот что сделаем. Вы побудете с Диком здесь, а я смотаюсь к озеру и спрошу у ребят, не видели ли они Ромку, и попробую ему оттуда позвонить, – сказал Артем. – И если с ним все в порядке, то, – он посмотрел на склонившуюся к зверю Лешку и вздохнул, – займемся волчицей. Можно, опять же, попросить баскетболистов отвезти ее к нам в поселок.
   Артем уже сделал по тропинке несколько шагов в сторону озера, как Лешка, порывисто вскочив, его остановила.
   – Нет, тебя одного мы никуда не отпустим. Уж лучше ты побудь здесь с Катькой, а я с Диком сбегаю на озеро. С ним я не заблужусь, и всем нам так будет спокойней.

Глава IV
Исчезнувший клад

   Не слушая никаких возражений, Лешка выбежала на тропинку, припомнила, в какую сторону пошел парень с рюкзаком, и побежала туда же.
   Дорога стала шире, и она поняла, что путь выбран правильно. Вскоре показались знакомые места, вдали мелькнула светлая полоска воды. Девочка прибавила шаг, и тут же свернула с дороги: мимо нее пронеслись сразу несколько автомобилей. Лешка узнала бордовый «Шевроле» Олега и коричневый «Пассат» Вовчика.
   «Вот ведь не повезло, – подумала она. – Уехали в самый неподходящий момент, когда они мне так нужны».
   Лешка вбежала на небольшую горку, откуда хорошо был виден озерный берег. Все три лодки по-прежнему упирались носами в прибрежный песок. Рядом с ними сидел тот самый высокий парень, которого они только что встретили в лесу.
   Она вытащила из маленького рюкзачка телефон и попробовала вызвать Ромку. Но бесстрастный женский голос снова сообщил, что «телефон отключен или находится вне зоны действия сети».
   Вконец обессилев, Лешка села прямо на песок, потерла руками виски, а потом набрала дачный номер. Просто так, ни на что уже не надеясь.
   – Нина Сергеевна, а Ромка не приходил? – с преогромным трудом ей удалось придать своему голосу беспечность.
   – Нет, но звонил, – ответила Нина Сергеевна. – Просил вам передать, что у него полный порядок.
   Лешка не поверила своим ушам:
   – Правда? А когда это было? Давно?
   – Недавно. Минут двадцать или полчаса назад.
   – А он сказал, когда придет?
   – Ничего он мне не сказал. И голос у него был какой-то странный, будто что-то стряслось. Где вы, почему не вместе? Что у вас за дела такие? – с подозрением спросила Нина Сергеевна.
   – Никаких дел у нас нет, просто мы с ним разминулись, – радостно ответила Лешка. Значит, Ромка и впрямь заблудился в лесу, и теперь из него благополучно выбрался. Интересно только, куда он снова делся? Может, у него телефон разрядился и он воспользовался чужим? Или и впрямь свой клад отыскал, оттого и голос его Нине Сергеевне показался странным? Во всяком случае он жив и здоров, и это самое главное.
   Лешка спрятала телефон и вскочила. Она почувствовала себя так легко, будто у нее выросли крылья. Теперь все ее мысли переключились на раненого зверя. Хорошо бы отвезти волчицу к ветеринару, но как это сделать? Как жалко, что баскетболистов здесь больше нет.
   Однако, оглядевшись, Лешка с удивлением заметила за деревьями все те же разноцветные палатки и вьющийся над ними тонкий дымок. Значит, с озера уехали не все студенты. Лешка подбежала к костру. Алла и две девушки, одна из которых была новой подругой Вовчика, готовили обед.
   – Привет еще раз. А куда подевались ваши ребята?
   – На тренировку поехали, вернутся часа через три-четыре, – ответила Алла и в свою очередь спросила: – Ну что, Ромка нашелся?
   Лешка кивнула:
   – Можно сказать, что да, хотя мы его так и не видели. Он домой позвонил и сказал, что с ним все в порядке.
   Так как ни одного автомобиля у озера не осталось, то девушки ей не могли ничем помочь, и Лешка, чтобы не терять времени даром, не стала рассказывать им о раненой волчице, а стала думать, кому бы ей позвонить, кто откликнется на ее не совсем обычную просьбу. Она вспомнила о знакомом голубеводе по фамилии Березкин, таком же любителе животных, как и она сама. Михаил Васильевич как-то раз отвозил в Москву к ветеринару ее Дика, может, отвезет теперь и волчицу?
   Однако Березкина в Медовке не оказалось. Лешка перебрала в памяти всех своих старших друзей и остановилась на Жан-Жаке – он-то точно должен быть дома. Только вот автомобиль у него совсем новенький, захочет ли он пачкать его сиденья, класть на них грязного, окровавленного лесного зверя?
   Но иного выхода не было. Лешка позвонила французу и сбивчиво рассказала ему о том, как они бродили по лесу, нашли кем-то подстреленную волчицу и теперь не могут бросить ее на произвол судьбы.
   Высказав все это, Лешка замолчала, со страхом ожидая, что Жан-Жак начнет ей возражать, возмутится, скажет, зачем им дикий, никому не нужный зверь или что-то вроде этого. Но муж Маргариты Павловны ничего такого не сказал, а быстро и деловито спросил:
   – Куда нужно подъехать?
   – Мы вынесем ее на дорогу, которая идет вдоль леса, за Чистым озером, и будем вас на ней поджидать.
   – Хорошо, – лаконично ответил Жан-Жак.
   Подпрыгивая от радости, Лешка снова подбежала к Алле и выпросила у нее старое одеяло. Затем подобрала у костра пустую двухлитровую бутылку, наполнила ее родниковой водой, окликнула Дика и помчалась с ним назад в лес.
   Артем с Катькой сидели на траве возле раненой волчицы, и Катька веткой отгоняла от нее мух. Волчица чуть слышно, как человек, вздыхала. Наверное, ей было очень больно.
   – Ромка звонил Нине Сергеевне, сказал, что с ним все в порядке, – оповестила друзей Лешка. – А Жан-Жак будет ждать нас на дороге.
   Она покапала на нос волчицы водой из бутылки, и та слизала ее языком. Затем они расстелили на траве одеяло, перекатили на него зверя и подняли импровизированные носилки за четыре края. Артем держал одеяло с одной стороны, Катька с Лешкой – с другой. Волчица оказалась тяжелой, тянула килограммов на пятьдесят, никак не меньше.
   Но не успели друзья пройти к дороге и нескольких шагов, как сбоку, на той самой полянке, с березкой, шиповником, пнем и лужей крови, послышался треск кустов, громкий топот ног и чье-то хриплое дыхание. Громко залаяв, Дик бросился туда.
   Катька замерла, чуть не выронив одеяло.
   – Кто там?
   – Давайте посмотрим, – сказал Артем.
   Все трое опустили зверя на землю, тихо прокрались к поляне и осторожно выглянули из-за березы.
   Около куста шиповника стоял… Ромка.
   Услышав шорох, он испуганно оглянулся, и голоса четверых друзей слились в единый хор.
   – Вы?!
   – Ты?!
   – Как вы здесь оказались?! – с удивлением вскричал Ромка.
   – А ты? – подбежала к нему Катька.
   – Я-то сюда специально шел.
   – А где до этого был? Мы всюду тебя искали!
   – И до этого тоже был здесь. Я клад нашел. Я его услышал. И человека тоже услышал. Хотел выкопать клад – не успел. Он раненый был, пришлось полицию вызывать.
   – Кто раненый? Клад? Кого ты услышал? Что ты несешь? – толкнула его Катька.
   – Да нет, не клад раненый, а человек раненый, я же ясно сказал. Он там лежал, а клад – тут. – Ромка сначала указал влево, потом – на куст.
   – Слушай, давай снова и по порядку, – потребовал Артем.
   – Да я и так по порядку. Я еще вчера вечером подумал, что не зря на нас с Катькой кто-то пялился, а ночью и вовсе испугался, что он раньше меня клад отроет. Потому встал рано утром – и сюда. Прибежал, начал искать на этом вот месте и, представьте себе, сразу нашел! Моя интуиция меня не подвела! То есть я его не нашел, а услышал. Мой металлоискатель так растрещался и распищался, что я чуть не оглох. Значит, мне не какой-нибудь медный пятак попался, а золото в огромном количестве. Ну, я лопатку взял и не успел копнуть, как услышал стон. Вон там. – Ромка снова указал влево. – Побежал туда, а там человек лежит, весь в крови и без сознания.
   – Что за человек? Какой человек?! – воскликнула Лешка.
   – Понятия не имею. Я на дорогу выбежал – в лес же сигнал не проходит, – полицейских по телефону вызвал, дождался их там, сюда привел, они все здесь осмотрели и раненого с собой унесли. Я их до дороги проводил и назад вернулся. За кладом своим. Вот и все.
   Говоря все это, Ромка без дела не стоял. Он вынул из сумки лопатку, присел у куста и без особых усилий снял темно-зеленый бархат мха. Вернее, что машинально отметила Лешка, мох отвалился сам.