Александр Попов
Два Петербурга. Мистический путеводитель

ОТ АВТОРА

   Петербург, несмотря на свою относительную молодость, безусловно, самый мистический город России. И кто-то наверняка скажет, что еще и самый «темный» и «тяжелый»…
   Многие легенды Петербурга уже забыты, многие живут в веках, а многие рождаются прямо сегодня, на наших глазах. Мы с вами поговорим о различных преданиях Санкт-Петербурга, хотя в этой книге выхвачена лишь малая толика его истории, и, более того, повествующая лишь о Темной Стороне бывшей имперской столицы.
   Автор книги не ставил себе целью подтвердить или опровергнуть существующие в городе легенды о призраках, привидениях или просто нехороших местах Петербурга. Тем более что петербургские призраки порою выходят из легенд и из книг. Например, как уверяют горожане, по улицам Петербурга шатается целая череда призраков героев Гоголя и Достоевского. А множество старинных городских легенд, кажется, обрели призрачную материализацию. Как, например, легенда о веселых похоронах, что приводится в этой книге. И кто сможет точно сказать: появление призрака создало легенду или, наоборот, легенда вызвала появление призрака? Но, как бы то ни было, давно известно, что наша мысль – материальна, а мысль тысяч людей вполне может породить какой-нибудь призрак.
   Темные энергии города пробуждали к жизни самые черные людские черты, и потому петербургская преступность была, может быть, и не более жестокой, чем в других городах, но гораздо более мрачной и изобретательной. О ней мы также поговорим в этой книге.
   Если историю страны необходимо изучать по годам, то историю города, безусловно, по номерам домов и названиям улиц. Поэтому автор решил привести как можно более точные адреса «пребывания» всех петербургских призраков, ужасных происшествий и различных загадочных событий.
 
   Когда-то Андрей Синявский сказал, что во времена былые история вдохновлялась музой из хоровода Аполлона и вмещала авантюрный роман.
   Хочется надеяться, что эта книга, вдохновленная Клио, вам понравится.
 

…ЗЕМЛЯ БЕЗВИДНА И ПУСТА

На обломках чужой жизни: колдовские капища на Фонтанке

   Уже само основание Петербурга окружено мистикой и легендами. Самая главная, пожалуй, повествует о том, что земля, на которой возникла будущая столица Российской империи, была, говоря библейским слогом, «безвидна и пуста». Но это не так.
 
   Сегодня все уже знают о городе Ниеншанц, но далеко не все представляют, что это был за город. М. И. Пыляев в книге «Старый Петербург» сообщает, что в Ниене «было много превосходных пильных заводов и там строились хорошие и красивые корабли; помимо шведского, финского и немецкого прихода, в нем находился и православный. От Ниеншанца ходил паром на левый берег Невы, к лежащему здесь русскому селению Спасскому».
   Каждый август в Ниене проводилась трехнедельная ярмарка, на которую съезжались купцы со всей Европы и близлежащих земель. Местные купцы вели обширную торговлю с Европой, и еще один маленький, но сильный штрих: «…русское купечество в Ниеншанце вошло и привело сие место в такую славу, что в последние годы один тамошний купец, прозванный Фризиус, шведскому королю Карлу XII в начале его войны с Петром Великим мог взаймы давать немалые суммы денег, за что после пожалован был дворянством, и вместо прежнего дано ему прозвание Фризенгейм и учинен судьей в Вилманстранде».
 
 
   План осады Ниеншанца 1703 года
 
   На тех землях, где сегодня раскинулся Петербург, согласно старым шведским картам, кроме Ниеншанца находилось 41 поселение. Жили здесь и шведы, и русские. Например, на месте, где сегодня стоит Зимний дворец, была финская деревенька с красивым названием Osadissa-saari.
   Современные исследователи считают, что на момент основания города на этих землях жило порядка шести-семи тысяч человек, что для того времени весьма немало.
   То есть Петербург, вопреки легендам, строился не на пустом месте. Что за город может быть построен на обломках чужой жизни, мы рассуждать не будем. Лишь заметим, что возраст петербургской Темной Стороны гораздо больше трехсот лет.
   Известно, например, что первые петербургские церкви были построены на местах древних языческих финно-угорских капищ, – в частности, заложенная в 1733 году церковь Рождества Богородицы (позже на ее месте был выстроен Казанский собор).
   При строительстве Петербурга были найдены древние колдовские капища и на Фонтанке. Некоторые считают, что языческое капище располагалось и в самом сердце Петербурга, на Заячьем острове, где Петр заложил город, и там даже приносились человеческие жертвы. Одна из не слишком известных городских легенд говорит, что и Петр, закладывая новую столицу, пролил на этом месте кровь врага.
 
 
   Когда-то на берегах Обводного канала, еще свободного от гранита, стояли языческие капища…
 
   А в 1923 году было найдено древнее капище и на Обводном канале, где-то между Боровым мостом и устьем Волковки. Но камни, испещренные древними письменами, были отвезены в камнерезную мастерскую и сегодня служат поребриками на Лиговском проспекте. Под камнями были обнаружены человеческие кости, которые просто вывезли на свалку. Говорят, что именно после разрушения древнего капища на Обводном началась эпидемия самоубийств.
 

Геопатогенная зона

   Но дело не только в мистике места, на котором расположен Петербург. Сама природа обладает здесь темной аурой. Ученые считают, что Северная столица находится на стыке четырех тектонических пластин: Балтийского щита и Русской плиты, с одной стороны, и двух пластин на обширном разломе северо-западного направления – с другой.
   Места над разломами земной коры являются геопатогенными. Геологические разломы земной коры вызывают сильные изменения электромагнитного поля на поверхности. Кроме этого, в таких местах на поверхность может выходить радон – радиоактивный одноатомный газ без цвета и запаха. Попадая в организм человека, радон запускает в нем патологические процессы, приводящие к раку легких, – он считается вторым по частоте (после курения) фактором, провоцирующим эту болезнь.
   Считается, что проживание в геопатогенных зонах отрицательно влияет на физическое и психическое здоровье человека. Люди, проживающие в подобных зонах, чаще болеют, здесь часто происходят несчастные случаи, автомобильные аварии, техногенные катастрофы и т. п. В Петербурге от 20 до 40 процентов населения города проживает в геопатогенных зонах. Геопатогенными зонами считаются Красносельский район, Васильевский остров, Озерки, Гражданка, Купчино и районы вдоль реки Невы.
   В 1995 году ученые Е. К. Мельников и В. А. Рудник провели исследование медицинской статистики в районе Гражданского проспекта. Изучив амбулаторные карточки в поликлиниках, они обнаружили, что в некоторых домах продолжительность жизни оказалась существенно меньше среднестатистической, а заболеваемость – выше. Увеличение заболеваемости было отмечено по ишемической болезни сердца и росту числа онкологических больных (Санкт-Петербург вообще является одним из лидеров в России по количеству онкологических больных на тысячу населения). Ученые сделали вывод, что эти дома располагаются как раз на разломах земной коры.
   Но, как считают ученые, геопатогенные зоны не только вызывают болезни, но и стимулируют творческую активность человека, и, видимо, в силу и этой причины Петербург считается культурной столицей России, и творческая активность населения здесь всегда была весьма высока.

Пустой город

   «Быть Петербургу пусту», – пророчили множество блаженных, как петербургских, так и российских.
   Впервые это мрачное заклятие произнесла Евдокия Лопухина, первая супруга Петра I, мать царевича Алексея. Петр прожил с ней недолго и быстро перебрался в Немецкую слободу к Анне Монс. Пока была жива его мать, он поддерживал видимость брака, но после смерти Натальи Кирилловны в 1694 году Петр уехал в Архангельск и даже перестал поддерживать с супругой переписку. А в 1697 году, будучи в Великом посольстве в Лондоне, он поручил своим соратникам уговорить царицу постричься в монахини, что тогда было эквивалентом развода. Евдокия не согласилась, и по возвращении из-за границы Петр, когда и его уговоры ничего не дали, 23 сентября 1698 года отправил царицу в Суздальско-Покровский монастырь под конвоем. Узнав о новом увлечении супруга – строительстве города, – бывшая царица со злобой бросила: «Месту сему быть пусту!» Это факт документально подтвержденный. В показаниях царевича Алексея под следствием (от 8 февраля 1718 года) есть такое: «Еще де сказывала, что Питербурх не устоит за нами: „Быть-де ему пусту; многие-де о сем говорят”». И правда, говорили об этом слишком многие.
   Позже, в 1722 году, в петербургском Троицком соборе было видение, слухи о котором быстро наполнили город.
   Вот как описывает эту реальную историю Алексей Толстой в «Хождении по мукам»: «Еще во времена Петра Первого дьячок из Троицкой церкви, что и сейчас стоит близ Троицкого моста, спускаясь с колокольни, впотьмах, увидел кикимору – худую бабу и простоволосую, – сильно испугался и затем кричал в кабаке: „Петербургу, мол, быть пусту”, – за что был схвачен, пытан в Тайной канцелярии и бит кнутом нещадно». В «Дне Петра» он же пишет:«– Ваше величество, дело пономаря Гультяева, что в прошедшем месяце у Троицы на колокольне кикимору видел и говорил: „Питербурху быть пусту”, разобрано, свидетели все допрошены, остается вашему величеству резолюцию положить. – Знаю, помню, – ответил Петр, пуская клуб дыма. – Гультяева, глупых чтобы слов не болтал, бить кнутом и на каторгу на год». Только в одном писатель ошибался: удостоившийся видения кикиморы был осужден на три года каторги.
   Еще одну легенду приводит Дмитрий Мережковский в романе «Александр Первый»: «Старики сказывают – на Петербургской стороне, у Троицы, ольха росла высокая, и такая тут вода была, лет за десять до построения города, что ольху с верхушкою залило, и было тогда прорицание: как вторая-де вода такая же будет, то Санкт-Петербургу конец, и месту сему быть пусту. А государь император Петр Алексеевич, как сведали о том, ольху срубить велели, а людей прорицающих казнить без милости. Но только слово то истинно, по Писанию: не увидеша, дондеже прииде вода и взят вся…»
   Но буйство стихий так и не сумело стереть Петербург с лица земли. Крупное наводнение и в самом деле произошло в 1691 году. Шведские летописи говорят, что водой была скрыта вся местность центральной части будущего города на двадцать пять футов высоты (7,62 метра).
   Надо отметить, что в Петербурге первое наводнение случилось уже через три месяца после его основания: в ночь с 19 на 20 августа 1703 года. Вода тогда поднялась более чем на 2 метра. Еще одно произошло через три года, в 1706 году. Петр I тогда писал Александру Меншикову: «Третьего дни ветром вест-зюйд-вест такую воду нагнало, какой, сказывают, не бывало. У меня в хоромах было сверху пола 21 дюйм (почти 54 сантиметра. – Прим. авт.), а по городу и на другой стороне по улице свободно ездили на лодках. Однако же недолго держалась, менее трех часов. И зело было утешно смотреть, что люди по кровлям и по деревьям, будто во время потопа, сидели… Вода, хотя и зело велика была, беды большой не сделала».
   Но крупнейшим в истории Петербурга стало наводнение 7 (19) ноября 1824 года, когда вода поднялась на 421 сантиметр. Газета «Русский инвалид или Военные ведомости» писала: «В бедственном наводнении более всех других частей Петербурга потерпели Галерная гавань, Васильевский остров и Петербургская сторона. На Невском проспекте доходила вода до Троицкого переулка (ныне ул. Рубинштейна). Далее, к Знаменью, на Песках и на Литейной, она не выливалась на улицы. Моховая и Троицкий переулок были крайними ее границами. Селения около Екатерингофа и казенный чугунный завод ужасным образом потерпели. Там погибло несколько сот человек и весь домашний скот. Почти все деревянные строения, так же как в Галерной гавани, снесены или разрушены водою…» Всего же за триста лет городской истории случилось 324 наводнения. Но наводнениям так и не удалось опустошить Северную Пальмиру. Люди преуспевали в этом гораздо больше, чем стихии.
* * *
   Множество раз Петербург хотели убить, истребить, смести с лица земли. В первый раз это произошло уже вскоре после его основания: в 1728 году внук Петра, Петр II, снова перенес столицу в Москву, и Северная Пальмира начала пустеть, приходить в упадок и просто разрушаться. За два коротких года петровский парадиз пришел в полнейшее запустение. Но, к счастью, Анна Иоанновна уже в 1730 году вернула столицу на берега Невы.
   В следующий раз Петербург обезлюдел в Гражданскую. Лишившись столичного статуса, Петроград опустел, и художник Анненков, например, вспоминал, что даже трамвайные пути в центре города заросли сорняками. Есть подобные воспоминания о разрушающемся Петербурге и еще во многих мемуарах. Тогда снова вспоминали старое пророчество о том, что быть городу пусту.
   Никто не мог и предположить, что город снова оживет, а потом почти умрет – в блокаду. Потом так и не убитый немцами город начала промалывать в своих жерновах сталинская репрессивная машина. Сначала взялись за культуру, и вышло постановление о журналах «Звезда» и «Ленинград». Потом началось т. н. «Ленинградское дело»… По сути, репрессивное уничтожение не Ленинграда – а Петербурга – началось на десятилетие раньше, еще в тридцатых, после убийства Кирова. Тогда советская власть решила избавиться от «неблагонадежного элемента», уничтожить в «Красном Ленинграде» последние следы имперской столицы. Ленинградцы, жившие в ту пору в коммуналках, вспоминали, что порою половина комнат в больших квартирах стояла запечатанной, а их бывшие жильцы считали дни в «Крестах».
   Только за 1935 год, следующий за убийством Кирова, из Ленинграда и Ленинградской области были выселены 39 660 человек, а 24 374 человека были приговорены к разным наказаниям. Местами тайных захоронений в необозначенных массовых могилах служили тогда участки Ржевского артиллерийского полигона у поселков Старое Ковалеве Бернгардовка и Токсово и городские кладбища. На самом большом таком кладбище, Левашовской пустоши, лежат тела более 46 тысяч расстрелянных с 1937 по 1954 год. 40 485 из них реабилитированы и 6286 не реабилитированы.
 

ПЕТРОПАВЛОВСКАЯ КРЕПОСТЬ

Церковь на месте жертвенника

   Петр I, выбирая 16 мая 1703 года место для закладки будущего города, обратил внимание, что над островом Енисаари (ныне Заячий остров) кружится орел.
   Царь сам выкопал начало рва, в него опустили каменный ящик с золотым ковчегом, где находилась частица мощей святого апостола Андрея Первозванного. На крышке ковчега была выгравирована золотая надпись: «По воплощении Иисус Христове 1703 майя 16 основан царствующий град Санкт-Петербург великим государем царем и великим князем Петром Алексеевичем, самодержцем Всероссийским». Как только ящик был забросан землей и царь провозгласил: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь. Основан царствующий град Санкт-Петербург», – орел тут же, с «великим шумом», спустился с высоты и стал парить над государем.
   Затем, как говорят, царь вырезал две полосы дерна и, сложив их крестом, повелел основать на этом месте церковь. Многие петербургские мистики считают, что крепостная церковь Первоверховных апостолов Петра и Павла была основана на месте древнего языческого капища, где совершались жертвоприношения. Потому городу и выпала такая странная судьба: великое совмещалось в ней с ужасным, а блистательное – с кровавым. И, конечно же, в полной мере все это отразилось в судьбе и самой Петропавловской крепости.
 
 
   Знаменитый шпиль Петропавловки. Неужели на месте храма было капище?
 
   Совсем рядом с усыпальницами российских царей и торжественными перезвонами колоколов Петропавловского собора находилась одна из самых страшных российских тюрем – где был убит по приказу отца царевич Алексей, где погибла княжна Тараканова, где содержался автор книги «Путешествие из Петербурга в Москву» А. Радищев, где томились декабристы, петрашевцы и народовольцы. В 1872 году на территории крепости была построена тюрьма Трубецкого бастиона, через которую до 1917 года прошли около 1500 политических заключенных.
   Но если после революции о находящейся здесь царской усыпальнице постарались забыть, то о втором предназначении крепости помнили очень хорошо.
   Сначала здесь были заключены министры Временного правительства, а в 1919 году в крепости были расстреляны четыре великих князя (братья Николай Михайлович и Георгий Михайлович, Павел Александрович и Дмитрий Константинович). В 1917–1921 годах в крепости проводились массовые расстрелы и захоронения казненных. Часть тайных захоронений найдена уже в наше время, остальные еще ждут своего часа. В 2008 году писатель Даниил Гранин предложил установить в Петропавловской крепости памятник жертвам красного террора, но городская администрация не согласилась с этой идеей. Более того, на месте потаенного некрополя недавно проложили широкую дорогу к новой автобусной стоянке…
 
 
   8 ноября 1925 года Ленинградский совет постановил разрушить Петропавловскую крепость, а на ее месте построить стадион. Решение впоследствии было отменено, и памятник архитектуры остался на своем месте.
   Многие считают, что вместе со сносом Петропавловки изменилась бы и судьба Петербурга. Так это или нет – нам не дано узнать.

Призрак землекопа

   Первым официальным, если так можно выразиться, призраком Санкт-Петербурга является призрак землекопа.
   Летом 1708 года проводились работы по строительству Кронверка – бастиона Петропавловской крепости. Они уже подходили к концу, когда рабочие услышали крики о помощи – один из землекопов свалился в Кронверкский пролив, который в те годы был весьма широк и глубоководен. Помочь тонувшему не успели, а когда пришла лодка с баграми, то тело отыскать так и не смогли.
   Спустя столетие, уже при Александре I, ночью на Кронверке дико закричал часовой. Прибежавшему офицеру он объяснил, что ровно в полночь из пролива вышел серый человек и, широко раскинув руки, направился к нему, бормоча что-то об ужасах преисподней. «Ожившего» утопленника отыскать не удалось, но какие-то странные следы, похожие на отпечатки босых ступней, на берегу все же были обнаружены.
 
 
   Кронверкский пролив Петропавловки. Где-то здесь бродит призрак землекопа…
 
   Призрак землекопа появлялся с тех пор регулярно и затих только в начале XX века, когда какой-то рыбак, не питавший уважения к привидениям, бросил в него освященной просвирой. С тех пор явление землекопа стало происходить намного реже – только если кто-то в сумерках особенно буйно ведет себя на берегу пролива – бросает в воду камни, бутылки, пытается искупаться a la naturel и так далее. Но призрак за столетия стал более смирным и теперь только ругается матом и просит на опохмелку, с собой же никого в преисподнюю забирать не пытается.
 

Призрак княжны Таракановой

   Еще один призрак Петропавловской крепости – привидение княжны Таракановой. Появляется оно обычно у Трубецкого бастиона. Картина К. Д. Флавицкого «Княжна Тараканова», написанная в 1864 году, имеет к реальности мало отношения: княжна вовсе не утонула. Впрочем, и эта картина, и эта легенда – всего лишь еще один штрих к загадочной биографии самозванки, настоящего имени которой никто не знает.
   Будущая императрица Елизавета I, дочь Петра Великого и императрицы Екатерины I, появилась на свет, когда ее родители еще не состояли в законном браке. Но, несмотря на это, Екатерина хотела видеть своей преемницей на престоле именно Елизавету.
   Однако быстрая смерть помешала воплощению желаний императрицы: сначала на престол взошел внук Петра и сын Алексея Петровича Петр II, а затем, когда тот умер в возрасте четырнадцати лет от оспы, – вторая дочь царя Ивана V (брата и соправителя Петра I) Анна. Ее монаршие полномочия были ограниченными, но она весьма быстро разогнала Верховный тайный совет и забрала всю власть в свои руки. Правила она десять лет, оставив после себя на троне Ивана VI, сына своей племянницы Анны Леопольдовны. Новоявленному государю было всего несколько месяцев от роду, но Анна Иоанновна пыталась сделать все, чтобы трон не достался потомкам Петра. Год регентствовал Бирон, а затем, после его ареста, Россией от имени Ивана стала управлять Анна Леопольдовна.
   Елизавета же все эти годы находилась в опале. И выжидала. Почувствовав, что при Анне Леопольдовне авторитет власти упал практически до предела, 32-летняя княжна в ночь на 25 ноября (6 декабря) 1741 года в сопровождении графа М. И. Воронцова, лейб-медика Лестока и своего учителя музыки Шварца словами: «Ребята! Вы знаете, чья я дочь, ступайте за мною! Как вы служили отцу моему, так и мне послужите верностью вашей!» – подняла гренадерскую роту Преображенского полка. Елизавета оказалась на престоле, Иван Антонович в Петропавловской крепости (где снискал себе прозвище «русская железная маска» и был убит в возрасте двадцати четырех лет «при попытке побега»), а все фавориты прежней императрицы – в Сибири.
   Елизавета не слишком много внимания уделяла государственному правлению. Провозгласив возвращение к петровским преобразованиям, она почти целиком передоверила правление своим фаворитам – братьям Разумовским, Шуваловым, Воронцовым и А. П. Бестужеву-Рюмину.
   А у самой императрицы были дела поважнее: легендарные балы-метаморфозы, когда женщины наряжались мужчинами, а мужчины – женщинами, охота, верховая езда и наряды (в гардеробе императрицы было, по слухам, больше 12 000 платьев). И, конечно же, Алексей Разумовский.
* * *
   Фаворит императрицы родился 17 марта 1709 года в деревне Лемеши (на сегодня Козелец-кий район) Черниговской губернии. Сын простого украинского казака вскоре бежал от отца в соседнее село, где жил у дьячка и пел на церковном клиросе. Там он и был в 1731 году замечен полковником Вишневецким, который набирал певчих для Придворного хора. Екатерина II впоследствии писала, что Алексей был одним из красивейших мужчин, каких она встречала в жизни, и, естественно, это не прошло мимо внимания Елизаветы, красота которой также была легендарной. Певчий Алексей вскоре стал фаворитом цесаревны (для начала получив должность управляющего ее имениями, а затем чин камер-юнкера и фактическое распоряжение двором будущей императрицы). Обвенчались они тайно, в 1742 году, в подмосковном селе Перово. В 1744 году императрица втайне родила дочь, которая вскоре была отправлена получать воспитание за границу. По повелению императрицы Екатерины II в 1785 году наследница силой была привезена в московский Ивановский монастырь, где была пострижена под именем Досифеи и где прожила до самой смерти в 1810 году в полнейшем уединении: даже церковные службы совершались для нее одной. Досифея занималась благотворительностью, чтением «душеполезных» книг и рукоделием. Последние годы жизни она приняла на себя обет безмолвия и многими считалась святой. После смерти Екатерины Досифею посещали митрополит Платон и некоторые знатные лица. Похоронена она была при большом стечении народа, в том числе многих знатных вельмож и представителей рода Разумовских в Новоспасском монастыре, в усыпальнице бояр Романовых.
 
 
   Монахиня Досифея
 
   Неудивительно, что загадочная судьба дочери Елизаветы и предшествовавший ей не менее загадочный брак, в реальности которого многие историки до сих пор сомневаются, породили не только множество легенд, но и множество самозванцев обоего пола, которые выдавали себя за тайных детей императрицы Елизаветы.
   Но самой известной стала, безусловно, «княжна Тараканова». Кстати, сама себя она этой фамилией не называла и, возможно, даже не знала о ее существовании.
* * *
   Ее высочество Али-Эмете появилась в Париже 1772 года весьма внезапно и буквально ниоткуда. Уже позже было выяснено, что услышали об этой даме за несколько лет до этого в немецком Киле, откуда, спасаясь от кредиторов, та бежала в Берлин, а задолжав и там, перебралась сначала в Гент, а затем и в Лондон. Представлялась она то девицей Франк, то – Шель, то госпожой Тремуйль. В Париже она также сменила несколько имен и, побыв немного султаншей Али-Эмете, переименовалась в Элеонору, принцессу Азовскую, а затем и вовсе призналась, что на самом деле она принцесса Елизавета Владимирская, из богатого русского рода князей Владимирских. «Принцесса» очень живописно рассказывала, как она воспитывалась у дяди в Персии и что по достижении совершеннолетия приехала в Европу, чтобы отыскать свое наследство, находящееся в России.