Борис Руденко
ПРОПАСТЬ И МОСТ

   Протяжный небесный гром услышал каждый взрослый житель Плато от Пропасти до Большой Каменной Стены. Женщины бросались к детским кроваткам, мужчины, схватив оружие, выскакивали из домов и замирали, устремив взгляды в грохотавшее небо; и только дети продолжали безмятежно спать. Их не учили бояться грома, ну что с того, что на этот раз гром звучал немного дольше? Небесный пришелец вынырнул из-за туч, прочертил в небе яркую белую линию со стороны океана, снижаясь, пронесся над Пропастью, но когда те, кто следил за его падением, внутренне напряглись в ожидании тяжкого удара, грохот, достигнув наивысшей мощи, начал плавно стихать и растворился в темноте ночи. Несколько минут тишина была абсолютной, а потом, словно оправившись от пережитого ужаса, в мир начали возвращаться привычные ночные звуки: стрекот цикад, плач шакалов и завывание свиней, как обычно, выбравшихся из Пропасти на ночную кормежку.
 
***
 
   Лео любил это время между ночью и утром, когда ночные хищники прекращали охоту, а огромный красный диск светила лишь заявлял о своем появлении первыми отблесками на вершинах далеких гор. Предутренняя тишина нарушалась лишь редким перестуком копыт и хрустом челюстей кормящихся животных. Лео осторожно вышел из кустов. Громадная свинья - вожак стада - предостерегающе зарычала. Ее маленькие глазки подслеповато моргали, разглядывая пришельца, плоский нос шевелился, оценивая новый запах. Лео сделал медленный шаг, протягивая охапку сочной листвы.
   – Хорошая, Мета хорошая, - приговаривал он, и свинья его узнала.
   С радостным хрюканьем она подбежала к Лео, дружески толкнув его пятаком в грудь, едва не повалив, и принялась шумно поедать угощение. Лео почесал толстую ворсистую складку между пластинами костяной брони, прикрывающей загривок и спину, потом опустился на колени и начал сдаивать из набухших сосцов в деревянный подойник густое, теплое молоко. Свинье процедура дойки нравилась, она уже дожевала листья и стояла сейчас в полной неподвижности, удовлетворенно похрюкивая. Неподалеку Сим и Хади доили своих животных, подозвав их из стада.
   Подойник скоро наполнился. Прежде чем плотно запечатать его крышкой, Лео наклонился и сделал несколько больших глотков. Парное молоко слегка припахивало сероводородом, но на этот запах все обитатели Плато давно уже привыкли не обращать никакого внимания.
   Он закрыл подойник, продел руки в лямки упряжи и забросил его на спину. Зверь уходить не торопился, терпеливо дожидаясь привычной порции ласки.
   – Мета хорошая, добрая свинья, - говорил Лео, изо всех сил царапая незащищенные броней участки тела животного.
   Внезапно свинья подняла голову, несколько раз втянула воздух и тревожно хрюкнула. Лео почувствовал, как напряглись мощные мышцы, и отпрыгнул в сторону, освобождая место для разворота тяжелого туловища, толчок которого заставил бы его покатиться вместе с подойником по траве. Тяжелым галопом Мета устремилась к стаду. Теперь она не хрюкала, ее глотка издавала низкий вибрирующий звук - «вой», предостережение о близкой опасности. Свиньи Сима и Хади тоже мчались вслед за ней, и Лео оставалось лишь надеяться, что товарищи успели завершить дойку. Стадо сбилось в плотную массу и устремилось вниз и чуть в сторону по склону, в желто-серый туман, скрывающий дно Пропасти.
   – Что их встревожило? - спросил подбежавший Хади. - На тысячи шагов вокруг нет ни одного хищника. Кого они испугались?
   – Это мы сейчас увидим, - ответил Лео. - Быстро в лес!
   Они бросились через открытую полосу, разделяющую лес и начало спуска в Пропасть. Под ногами чавкали, разбрасывая зеленые брызги, широкие, мясистые листья травы - любимого лакомства свиней в это время года. Лео вбежал под укрытие подлеска и, сбросив со спины подойник, упал на мягкую подстилку лесного гумуса. Спустя секунду рядом с ним залегли Хади и Сим.
   Тяжелый туман Пропасти медленно колыхался, его движения время от времени рождали фантастические призрачные фигуры, которые уже спустя несколько мгновений разрушались без следа, чтобы уступить место новым короткоживущим химерам. Туман Пропасти жил своей странной жизнью тысячи или миллионы лет, его игра завораживала взгляд, и Лео в который раз ощутил, что снова попадает под гипнотическое воздействие этой странной среды, служившей укрытием и домом для одних обитателей планеты и непреодолимой преградой для других.
   В какой-то момент Лео показалось, что в одном месте туман уплотнился, клочья невесомой серо-желтой ваты будто обрели способность образовывать физически ощутимую плоть, но уже в следующую секунду он понял - это лишь продолжение захватывающей игры собственного воображения, поскольку теперь сквозь истончающийся покров марева из Пропасти на Плато поднимались вполне материальные фигуры двуногих, с оружием в руках и уродливыми наголовниками противогазов.
   Миновав границу царства Тумана, пришельцы стягивали противогазы и обессиленно опускались на траву. Четверо из них тут же заняли позиции на границе временно образовавшегося лагеря. Держа оружие наготове, они пристально всматривались в лесную опушку. Лео услышал шорох, щелчок и, не поворачиваясь, выбросил в сторону руку, прижав к земле поднятый для выстрела арбалет Сима.
   – С ума сошел! - прошипел он. - Их слишком много. И это мне очень не нравится.
   Отряд охранников действительно оказался многочисленным. Лео насчитал их уже три десятка, а люди в противогазах все продолжали выходить из тумана, и казалось, этому никогда не будет конца. Двое - один тянул спереди, другой толкал сзади - вытащили двухколесную тележку, на площадке которой была закреплена матово поблескивающая черная полусфера.
   – Что это? - прошептал Сим.
   Тележку установили на ровной поверхности. Один из охранников склонился над пультом управления, и телескопический шест вознес полусферу над площадкой, где она распалась на шесть частей, развернув симметрично сложенные лепестки-сегменты к лесу. Пока еще они были направлены в сторону от Лео и Сима, но раскрывшийся цветок начал медленное вращение, захватывая невидимым взором новые участки пространства, и Лео понял, что времени у них остается немного.
   – Бежим! - крикнул Лео. - Нужно предупредить людей на фермах. Охранники начали большую охоту!
   Видимо, локатор все же успел зафиксировать стремительное движение теплокровных существ в сплетении лесной зелени, потому что над головами беглецов, срубая ветви и верхушки подроста, пронеслись плотные автоматные очереди. Прицел был взят высоко явно намеренно: их не хотели убивать, а только напугать и остановить. Лео надеялся, что охранники утомлены переходом через Пропасть и погони не будет. Надежда его, однако, оказалась напрасной: с опушки широкой поляны, где они ненадолго остановились, чтобы перевести дух, Лео увидел, как на открытое пространство точно по их следам один за другим выбегают фигуры в темных комбинезонах. Охотники за людьми не собирались отказываться от добычи.
   – Мы разделимся, - решил Лео. - Сим, Хади, вам придется некоторое время поводить их за собой, а я побегу на ферму. Когда оторветесь, уходите к поселку!
   Высоко подпрыгнув, он ухватился за древесную ветвь, подтянулся и затаился, укрытый широкими листьями. Спустя несколько минут Лео услышал приближающиеся звуки погони. Преследователи - их было шестеро - ровным, неутомимым шагом пробежали под деревом и скрылись в зарослях. Лео подождал еще немного и бесшумно спустился на траву. Теперь он взял направление на запад. Он бежал по едва заметным в траве звериным тропам, изредка останавливаясь и вслушиваясь в звуки леса, привычно уворачиваясь от шарящих в поисках живой, теплой пищи щупальцев деревьев-плотоядов, перепрыгивая через ямы-ловушки земляных пауков.
   Через полчаса бега лес сделался ниже и поредел. Лео с плеском и брызгами пересек ручей, взбежал на голую вершину невысокого холма и увидел, что опоздал. Лео не понимал, как такое могло произойти! Ворота фермы были распахнуты, перед домом, скованные попарно, на земле сидели люди, а черные фигуры рыскали по двору и постройкам в поисках новых пленников. Нападение оказалось неожиданным и быстрым, спящие люди были захвачены врасплох. Вряд ли кому-либо из обитателей фермы удалось скрыться.
   Он услышал возбужденный возглас и понял, что обнаружен. Незамеченный Лео наблюдатель засек его появление. Четверо в темной форме уже неслись в его сторону. Лео скатился с холма, устремляясь в заросли. Он понимал, что преследователи не отстанут, пока не настигнут его или не убьют: это вторжение было задумано явно не ради захвата обитателей только одной фермы, беглеца намеревались остановить, чтобы он не предупредил остальных.
   Он бежал, выдерживая максимально высокий темп, стремясь сразу увеличить разрыв между собой и преследователями, лишив их надежды на успех. Скоро, к удивлению своему, Лео понял: враги не только не отказались от погони, но и не слишком сильно отстали. Лео не сомневался, что в любом случае ему удастся скрыться. Пусть охранники имели подробнейшие карты Плато, однако никто из них не мог сравниться с Лео в знании местности. Упорство преследователей требовало разъяснения. Неужели они надеются, что Лео сам выведет их к следующей ферме? Он свернул на северо-запад, - туда, где начинались скальные лабиринты Большой Каменной Стены.
   Пересекая пустошь, что отделяла лес от нагромождения камней, он услышал выстрелы. Пули стайкой жадно гудящих свинцовых ос пронеслись рядом с его правым плечом, а одна, самая ловкая, даже сумела куснуть его, вспоров кожу. Лео обругал себя за излишнюю самонадеянность. Дальше он передвигался с ловкостью и расчетливостью каменного слизня, не дав преследователям ни единой возможности прицелиться.
   Привычно ступая в едва заметные углубления в теле скалы, он легко и быстро взобрался на вершину. Порыв ветра донес острый запах хищника. Лео шарахнулся в сторону, едва не поскользнувшись. Где-то совсем рядом недавно бродил горный ящер, встреча с которым не обещала Лео ничего хорошего. Он скользнул вниз по гладкому желобу, пробитому тысячелетними весенними потоками, затормозив на естественном ярусе. Дальше скала обрывалась отвесно. Теперь предстояло спуститься в глубокую и узкую расщелину, расходившуюся после нескольких поворотов в разные стороны множеством извилистых отростков, в которых преследователи запутаются и потеряют добычу. Лео сейчас не видел и не слышал их, но не сомневался: они упорно карабкаются вверх, следуя только что проделанным им маршрутом. Внезапно Лео сообразил, что оказался в довольно сложном положении. Пока он будет осторожно сползать по отвесной круче, погоня достигнет вершины. Он окажется перед ними, как на ладони, совершенно беспомощный и беззащитный. Может быть, они не полезут за ним. Скорее всего, предложат сдаться, а если Лео откажется, просто застрелят. Но выбора уже не существовало. Прижимаясь к скале всем телом, он то ли съезжал, то ли стекал вниз, цепляясь за малейшие трещины и до крови обламывая ногти. Пару раз не сорвался лишь чудом. Он не поднимал головы, каждую секунду ожидая насмешливого оклика сверху и приказа вернуться.
   Вместо этого Лео услышал выстрелы и яростный звериный рев. Там, наверху, шла схватка. Горный ящер - огромная тварь с толстой шкурой, крокодильей мордой и длинными, цепкими лапами, которую опасались даже могучие свиньи - прибежал на шум в поисках добычи. Охотники всегда уступали ему дорогу: для оружия с костяными и каменными наконечниками хищник был слишком хорошо защищен. Даже из огнестрельного оружия не так просто было поразить мозг, укрытый под сводами массивного черепа, или оба небольших сердца. Выстрелы продолжали греметь, не переставая, а Лео благодарил Великого Отца всех ящеров, небеса и собственную судьбу, используя подаренные ему минуты.
   Выстрелы смолкли, схватка закончилась не в пользу зверя, но Лео уже спрыгнул с двухметровой высоты на дно ущелья, чудом не переломав ноги о камни. Он скользнул за выступ, прежде чем первый из преследователей заглянул с кручи вниз. Они и теперь не собирались отказываться от погони. Один за другим принялись спускаться, почти не уступая в ловкости Лео. Пора было их остановить. Лео натянул арбалет, тщательно прицелился и нажал спуск. Низкий гул отпущенной тетивы заметался меж скал, многократно отозвавшись эхом. Болт с округлым каменным наконечником ударил того, кто начал спускаться последним, в основание шеи. Слабо взмахнув руками, он рухнул вниз, сбивая одного за другим карабкающихся ниже. Вопли падающих наполнили ущелье. Может быть, не все из них погибнут, но оставшимся в живых теперь будет не до погони.
   Крики смолкли, наступила тишина. Теперь можно было спокойно отправляться в поселок, однако, поразмыслив, Лео решил не торопиться…
 
***
 
   Мужчину и женщину, спешивших к поселку из последних сил, дозорные заметили с вершины холма издалека. Старший дозора послал напарника предупредить жителей и теперь напряженно вглядывался в далекую лесную границу, высматривая признаки погони. Однако местность вокруг оставалась пустынной. Когда пришельцы пересекли открытое пространство и вступили на заросшее низким, густым кустарником подножие холма, старший дозора их узнал и выступил навстречу. Это были Барбу Центой и его жена Милика с восточной фермы. Эта ферма, ближайшая к Пропасти, оказалась захваченной одной из первых. Беглецы увидели дозорного и остановились, женщина обессилено опустилась на землю.
   – Барбу, Милика! Вам удалось бежать? За вами нет погони?
   – Здравствуй, Ватан, - ответил Барбу. - Погони за нами нет, потому что мы не бежали. Охранники отпустили нас, чтобы мы передали их послание остальным.
   – Идите к воротам, там вас встретят, - сказал Ватан, а сам принялся следить за местностью с удвоенным рвением, дабы убедиться, что отпущенные пленники не заблуждаются по поводу истинных намерений врага.
   Живущие на Плато назвали свой главный поселок «Надеждой». Надеждой на что? Каждый проголосовавший за это название находил в нем свой смысл, и у каждого он звучал по-разному. Надежда на возвращение на родину, надежда на победу в борьбе, просто надежда на выживание…
   Четыре десятка хижин окружала стена в полтора человеческих роста, сложенная из дерева и камня, служившая достаточно надежной защитой от ночных и дневных хищников. Но от хищников двуногих, вооруженных мощным оружием, укрыть она не могла.
   Бывших пленников уже ждали жители поселка и беглецы с ферм - те, кому удалось ускользнуть от облавы. Люди тесно обступили их, но Барбу не отвечал на сыпавшиеся вопросы. Поддерживая одной рукой обессилевшую Милику, он решительно рассек толпу и зашагал к Общему Дому на маленькой центральной площади.
   Общий Дом - самый первый из построенных в поселке - состоял всего из одной большой комнаты. Вместе с Советом Принимающих Решения, Барбу и Миликой уместиться там смогли человек тридцать. Остальные сгрудились снаружи у открытых двери и окон в надежде узнать хоть что-нибудь о судьбе попавших в плен близких.
   – Они ворвались на ферму рано утром, - рассказывал Барбу. - Я не знаю, почему дозорные у Пропасти не успели предупредить нас. Схватили всех. Потом с других ферм приводили людей, которым не удалось убежать.
   – Кто стоял на страже у Пропасти? - спросил Координатор поселка Димов.
   – Лео с двумя своими охотниками, - ответил огромный, костистый старик Мороган, уже много лет отвечавший за безопасность поселений. - Двое охотников - Сим и Хади - только что вернулись. Они рассказали, что охранников было много, в этот раз они перешли Пропасть несколькими отрядами в разных местах и действовали очень быстро.
   – Барбу, скажи, сколько людей они увели на ту сторону? - спросил Димов.
   – Они никого не увели, - сказал Барбу. - Они просто притаскивали тех, кого сумели схватить, и снова отправлялись на охоту. Всех нас заперли в сарае, там мы просидели до сегодняшнего дня. Нам давали воду, немного еды и каждого спрашивали об одном и том же.
   – О чем?
   – Им нужен Пер Йенсен.
   – Он пять лет как умер, - буркнул Димов. - Конечно, охранники не могли этого знать.
   – Да, не могли, - Барбу закашлялся, выпил воды из протянутой кем-то глиняной кружки и некоторое время переводил дух. - Но теперь знают. Вместо Пера они хотят получить Оле.
   – Они не знают, что в их руках находится Ларе? - быстро спросил Мороган.
   – Никто не сообщил им этого, - подтвердил Барбу.
   – Зачем им нужен мальчик? - удивился Димов.
   – Нам они этого не сказали, - грустно усмехнулся Барбу. - Зато сказали, что взамен готовы отпустить всех, кого схватили, и уйти, не тронув фермы.
   Двенадцатилетний Оле был внуком профессора Йенсена и сыном Ларса, захваченного и уведенного охранниками два года назад. С тех пор о Ларсе, как и обо всех остальных, попавших в плен, никто на Плато не слышал.
   – Они обещали, что мальчику не причинят никакого вреда, - быстро вставила Милика. - Так сказал их главный.
   – Затратить столько сил, чтобы схватить одного человека? - с недоумением сказал Мороган. - Сначала старика, потом ребенка? Они никогда не уводили на ту сторону стариков и детей. Им нужны сильные и здоровые рабы. Зачем им понадобился Оле?
   – Еще они велели передать, что если Оле не приведут, то сначала они убьют пленников, а потом станут охотиться на всех остальных, пока не отыщут мальчишку сами, - сказал Барбу. - Они грозятся уничтожить все наши фермы.
   – Там остались наши дочери, - быстро проговорила Милика, - ты помнишь их, Эгон: Ева и Тина. Тине только что исполнилось пять лет…
   – Сколько они дают нам времени? - спросил Димов.
   – Они ждут ответа уже к завтрашнему утру. Я им говорил: времени, чтобы найти и привести Оле, может понадобиться больше, но они не пожелали меня слушать.
   – У нас нет выбора, - сказал Мороган. - Мы не можем сопротивляться, мы не в состоянии помочь тем, кого они захватили, мы можем только прятаться. Но если они уничтожат фермы с запасами пищи, если разрушат Надежду, зиму нам не пережить.
   – Сколько людей захвачено? - спросил Димов.
   – Нас было там сорок шесть, - ответил Барбу. - Вместе с детьми…
   – Сорок шесть жизней в обмен на одну. Боюсь, Мороган прав. У нас действительно нет выбора.
   За спиной Барбу раздались быстрые шаги, его с силой оттолкнули в сторону. Грета, мать Оле, пробралась сквозь скопление людей и встала лицом к лицу с Димовым и Мороганом.
   – У меня тоже нет выбора, Мороган! - яростно выкрикнула она. - Сначала у меня забрали мужа, теперь вы хотите отнять еще и сына? Думаете, я позволю вам это сделать?!
   – Грета, успокойся… - начал было Мороган.
   – Ты предлагаешь мне успокоиться?! - кричала Грета. - Чем ты собираешься заменить мне Оле? Вначале тебе придется убить меня. Ты готов на это пойти?
   – Нет, - грустно сказал Мороган. - Конечно, нет, Грета. Но и ты мне ответь: ты готова пожертвовать жизнями сорока шести человек?
   Всеми нашими жизнями? Если охранники разрушат все, что мы с таким трудом создавали, нам просто не выжить.
   – Я не отдам Оле! - крикнула она. - Ни вам, ни им!..
   – Тогда мы умрем вместе…
   – Мы умрем не все, - яростно мотнула головой Грета. - Ларе был прав. Мы обязаны были сопротивляться, мы должны были послушаться Зейгера Кама.
   – Как ты смеешь произносить это имя?! - взбешенный Мороган шагнул к ней, вознеся над головой руки. - Из-за него, из-за его глупости и самонадеянности погибла Северная деревня! Ты забыла, как охранники убили наших братьев и сестер? И произошло это только из-за тупого упрямства Зейгера!
   – Подождите, Мороган! - воскликнул Димов. - Во всем этом много непонятного. Зачем им нужен мальчик? Тот корабль, что прилетел две недели назад - нет ли тут какой-то связи? Мы должны узнать, что происходит на той стороне Пропасти.
   – Как? - хмыкнул Мороган.
   – Вот над этим и следует подумать.
   – Пока мы будем думать, они убьют захваченных людей. А потом возьмутся за остальных. Как ты думаешь, долго мы сумеем прятаться?
   – Им зачем-то очень нужен Оле. Мы должны тянуть время, сказать им, что Оле с матерью прячутся на другом конце Плато у скал побережья, что найти и привести его не удастся так быстро.
   – А дальше? Что дальше?
   – Я не знаю… Может быть, мы должны попытаться захватить кого-то из охранников.
   – Захватить охранника, - горько сказал Мороган. - Тебе тоже нужно напоминать об авантюрах Зейгера Кама? А ты помнишь, что они сделали с фермой Златис, когда Куран убил одного из них, защищая свою жену? Они не пощадили никого! Ни взрослых, ни детей!
   – Я помню, - склонил голову Димов. - Но сейчас, когда прилетел корабль…
   – Все они - натасканные, тренированные и прекрасно вооруженные убийцы, - продолжал Мороган. - Захватить охранника! Как ты намерен это сделать?
   У дверей произошло какое-то движение. Люди расступались, давая пройти Лео, который тащил за собой человека в изодранном темном комбинезоне.
   – Уже сделано, - сипло выдохнул он, выталкивая своего пленника на середину комнаты. - Мне просто немного повезло.
   Голова захваченного, охранника была обмотана тряпкой с пятнами крови, заключенная в примитивный лубок рука подвешена на груди. Он выглядел изможденным и испуганным. Бессильно опустившись на пол, он исподлобья бросал мрачные взгляды на окружавших его людей.
   – Охранники гнались за мной от фермы Центой, - Лео старался выдерживать равнодушный тон, но гордости своим успехом скрыть не мог, как ни старался. - Я завел их в скалы, а потом сбил всех одной стрелой, когда они спускались с Серого Клыка. Трое разбились насмерть, а этому повезло. Тогда я подумал, что неплохо было бы взять его с собой в поселок и порасспросить.
   – Теперь они придут сюда, за нами, чтобы отомстить! - прозвучал женский голос из-за спин собравшихся. - Они заберут по десять жизней за каждого своего погибшего и не уйдут, пока счет не будет закрыт. Ты просто дурак!
   Люди заговорили, зашумели. Одни соглашались с женщиной, другие возражали, одобряя Лео.
   – Вначале им нужно будет найти место гибели остальных и понять, отчего они погибли, - крикнул Лео, перекрывая гул голосов. - Вы думаете, трупоеды станут ждать так долго? Когда охранники придут, то найдут только кости и металл. Именно поэтому мне пришлось оставить там их оружие.
   Шум приутих. Внимание собравшихся вновь сосредоточилось на плененном охраннике.
   – Кто ты? - спросил Димов.
   Пленник озирался злобно и испуганно, но отвечать начал сразу.
   – Годойс. Охранник третьего класса. Дайте мне воды!
   – Что за корабль опустился на той стороне Пропасти?
   – Я не буду ничего говорить. Вы должны меня немедленно отпустить. Если вы этого не сделаете, вас всех убьют.
   – Если ты не будешь отвечать на вопросы, то умрешь гораздо раньше, - вмешался Мороган. - У нас не останется никаких причин для того, чтобы сохранить тебе жизнь. Для чего вам понадобился Пер Йенсен?
   – Я не знаю, - сказал Годойс, отведя взгляд в сторону. - Мы просто выполняем приказ.
   – Он действительно ничего нам не скажет, - негромко проговорил Мороган.
   – Тогда он нам не нужен, - Лео рывком поднял пленника на ноги. - Я отведу его к пещерам и скормлю многоножкам. Ты когда-нибудь видел, как насыщаются многоножки? Они парализуют добычу и едят медленно и понемногу, стараясь, чтобы пища подольше оставалась живой. Ты не сможешь двигаться, но боль будешь чувствовать. У тебя в запасе окажется предостаточно времени, чтобы пожалеть о своем упрямстве.
   – Не понимаю, отчего ты так стремишься умереть раньше времени, - сказал Димов. - Мы просто хотим знать, что происходит. Когда ты расскажешь правду, тебя отведут к Пропасти, к твоим друзьям. Или ты все же выбираешь многоножек?
   Годойс молчал, опустив голову. Пауза затягивалась, и Димов кивнул Лео.
   – Убери его отсюда. Теперь нам понадобится другой пленник. Надеюсь, он будет умнее.
   – Подождите! - воскликнул Годойс. - Вы должны пообещать, что не убьете меня!
   – Твоя жизнь нам не нужна.
   – Корабль, - вяло проговорил Годойс. - Прилетел огромный корабль, межзвездник. Все дело в нем. Он кружит на орбите. Он полностью автоматический, там нет команды, ни одного человека. И челнок, который опустился две недели назад, запрограммирован так, что откроется только Перу Йенсену или его прямым потомкам…
   Когда пленник закончил рассказ и его увели, Лео, отозвав Димова в сторону, протянул ему плоскую металлическую коробочку.
   – Я знаю, что с помощью этого они разговаривают друг с другом на расстоянии. Может быть, нам полезно будет послушать, о чем именно?
   Димов торопливо выхватил из его рук аппарат связи, щелкнул тумблером, послушал, приложив к уху, сильно встряхнул и снова послушал, потом ловко снял переднюю панель.
   – Рация разбита и починить ее мы никогда не сумеем, - разочарованно сказал он. - Сейчас соберется Совет, и я хочу, чтобы ты, Лео, присутствовал при разговоре. Нам есть что обсудить…
 
***
 
   Имя того, кто первым додумался и предложил использовать Плато планеты, открытой разведывательным кораблем Даргона, для содержания осужденных пожизненно бунтовщиков, осталось неизвестным. Тем, кого посещают подобные озарения, памятников не воздвигают, хотя особо скрупулезные исследователи истории тюрем при желании всегда смогут отыскать в пыльных архивах Даргона росчерк автора любой пенитенциарной инициативы.
   Планета представлялась весьма перспективной для масштабной колонизации, готовить здесь плацдарм для поселенцев, как не раз уже случалось в человеческой истории, предстояло каторжникам. К тому же оказалось, что для них не придется строить лагерей. Место для компактного содержания узников здесь уже было. Планета обладала уникальной территорией площадью около десяти тысяч квадратных километров, отделенной от остальной части материка широкой и глубокой трещиной. Наполнявшая трещину тяжелая, неподвижная атмосфера была насыщена сочившимися из толщи коры соединениями серы. Неизбежная и скорая гибель ожидала любого человека, оказавшегося там без дыхательного аппарата. Со стороны океана Плато ограждала неодолимая отвесная стена прибрежных скал. Но тот, кто каким-то образом сумел бы преодолеть эту преграду, смог бы лишь убедиться, что тратил силы понапрасну, увидев голый, без единого древесного ствола и куста берег, на который накатывали огромные валы никогда не стихающего океана. Планета была занесена в справочники под очередным номером, но пока отчего-то не получила официального имени. Те, кто жил на ней, называли ее просто - Тюряга.