— Привет! — крикнул один, помахав рукой.
— Привет, — ответил шакмар, подходя. Он тщетно пытался определить пол ребенка. Все дети саква-джуо носили почти одинаковые повязки вроде юбок, а черты лица были трудноразличимы для ящероподобного шакмара.
Ребенок хихикнул, ткнул одной из нижних рук своего приятеля. Тот, бросив колупать пальцем чешую лурпо, обернулся и тоже расплылся в улыбке. Грэг списал это на то, что местные дети вряд ли видели шакмаров.
Бругг не открывал глаз и почти не шевелился. Похоже, что ящера разморило на солнце и он попросту уснул. Даже кувыркающиеся по нему дети не нарушали покой большого лурпо.
«Да, когда-то этот лурпо мог считаться Повелителем небес, — уважительно подумал Грэг, оценив вблизи размеры Бругга. — На таком звере не стыдно было бы летать и лорду Всадников… Лет двадцать тому назад».
Когда шакмар подошел довольно близко, ящер открыл зеленые глаза и глухо зарычал, оскалив сточившиеся зубы.
— Вы ему не нравитесь, — сообщил один из детей.
— Почему? — спросил Грэг. Саква-джуо дернул верхними плечиками.
— Не знаю. Но раз он рычит, то вам лучше не подходить.
— Почему? — снова спросил ученик ШаТора.
— Я бы вам не советовал к нему приближаться. — Ребенок этой фразой выдал свой пол. — Ну, если только вам не дороги ваши руки и ноги, то можете даже попытаться его погладить.
— Мальчик, — сказал Грэг, — мне нужно срочно улететь с вашего, острова, а помочь в этом мне может только Бругг, понимаешь?
— Я-то понимаю, — сочувственно проговорил мальчишка, — но вот Бругг, похоже, не разделяет ваше горе.
— А он кого-нибудь слушается?
— Не-а. — Второй маленький саква-джуо помотал головой. — Только Ним-Лаэ, но она улетела к карликам за покупками…
— То есть будет не раньше, чем дирижабль? — закончил Грэг.
— Ага. Она нам что-нибудь вкусное привезет.
Шакмар отвернулся и грязно выругался на языке гарров, который был очень богат подобными оборотами. Если подойти отвлечённо, то в этом плане данный язык переплевывал даже русский. Правда, Грэг об этом знать не мог.
Но всё же на душе мага немного полегчало. Раз выхода нет, придется ждать изменения обстоятельств…
4
— Привет, — ответил шакмар, подходя. Он тщетно пытался определить пол ребенка. Все дети саква-джуо носили почти одинаковые повязки вроде юбок, а черты лица были трудноразличимы для ящероподобного шакмара.
Ребенок хихикнул, ткнул одной из нижних рук своего приятеля. Тот, бросив колупать пальцем чешую лурпо, обернулся и тоже расплылся в улыбке. Грэг списал это на то, что местные дети вряд ли видели шакмаров.
Бругг не открывал глаз и почти не шевелился. Похоже, что ящера разморило на солнце и он попросту уснул. Даже кувыркающиеся по нему дети не нарушали покой большого лурпо.
«Да, когда-то этот лурпо мог считаться Повелителем небес, — уважительно подумал Грэг, оценив вблизи размеры Бругга. — На таком звере не стыдно было бы летать и лорду Всадников… Лет двадцать тому назад».
Когда шакмар подошел довольно близко, ящер открыл зеленые глаза и глухо зарычал, оскалив сточившиеся зубы.
— Вы ему не нравитесь, — сообщил один из детей.
— Почему? — спросил Грэг. Саква-джуо дернул верхними плечиками.
— Не знаю. Но раз он рычит, то вам лучше не подходить.
— Почему? — снова спросил ученик ШаТора.
— Я бы вам не советовал к нему приближаться. — Ребенок этой фразой выдал свой пол. — Ну, если только вам не дороги ваши руки и ноги, то можете даже попытаться его погладить.
— Мальчик, — сказал Грэг, — мне нужно срочно улететь с вашего, острова, а помочь в этом мне может только Бругг, понимаешь?
— Я-то понимаю, — сочувственно проговорил мальчишка, — но вот Бругг, похоже, не разделяет ваше горе.
— А он кого-нибудь слушается?
— Не-а. — Второй маленький саква-джуо помотал головой. — Только Ним-Лаэ, но она улетела к карликам за покупками…
— То есть будет не раньше, чем дирижабль? — закончил Грэг.
— Ага. Она нам что-нибудь вкусное привезет.
Шакмар отвернулся и грязно выругался на языке гарров, который был очень богат подобными оборотами. Если подойти отвлечённо, то в этом плане данный язык переплевывал даже русский. Правда, Грэг об этом знать не мог.
Но всё же на душе мага немного полегчало. Раз выхода нет, придется ждать изменения обстоятельств…
4
Ростислав спал. Уставший после прохождения Пути, он еще нашел в себе силы раздеться и рухнуть на заранее разобранную услужливыми сильфами постель. Во сне всё воспринимается не так, как наяву, поэтому он совсем не испугался, увидев Молоха. Архидемон сидел на кухне квартиры Коротковых в своем человеческом облике, одетый, как и при первой встрече, в черный деловой костюм.
— Заходи, Ростислав, — сказал Молох. — Хочешь чаю?
— Что вы тут делаете, Молох? — спросил Ростислав. Он мельком заметил, что здесь, во сне, куда-то подевались и крылья, и оружие. Правда, ненавистных очков не было, и это радовало.
— Аргаррон, — сказал архидемон. — Называй меня Аргарроном.
— Ладно. Что вы тут делаете?
— Это просто сон. — Архидемон пожал плечами. — Но разговор настоящий.
Ростислав промолчал. Он смотрел на родные стены, в которых его мама всегда готовила пищу, на засаленный кафель над плитой, на давным-давно забитый жиром воздушный фильтр. В небольшом шкафчике стояла посуда, а в столе, в специально сделанных отцом отделениях, лежали столовые приборы, причем одна ложка, которой ел сам Ростислав, была серебряным антиквариатом, доставшимся от прабабки…
— Что, воспоминания? — спросил Аргаррон.
— Да… — Ростислав вынырнул из глубин памяти, повернулся к собеседнику. — Зачем?.. Мало было Проводника?
— А с чего ты взял, что он моих рук дело? — Архидемон сделал удивленное лицо.
— А почему вы не спросили, кто он такой?
— Подловил… — Аргаррон улыбнулся.
— Зачем мы тут? — Юноша присел за знакомый до последней царапины стол.
— Просто поговорить.
— С Проводником уже наговорился. — Ростислав поморщился.
— Просто выслушай. — Архидемон плеснул в две небольшие кружки крепкого индийского чая. — Тебе уже многого наговорили квостры и, думаю, Лоарин в частности, но мне хотелось, чтобы ты выслушал и мою позицию…
— Я слушаю. — Ростислав, вздохнув, отпил немного чая.
Вкусный.
— Во-первых, — начал архидемон, — тебе, наверное, не говорили, что Избранник может убить меня только ценой своей собственной жизни…
— Что?! — Ростислав поперхнулся чаем.
— Ах, тебе не сказали? — наигранно удивился Аргаррон. — Огнекрылый, надо сказать, знал, на что идет… С другой стороны, выбора особо не было… В общем, ты должен нанести мне один-единственный удар, в который вложишь всю свою веру в себя, свою душу и жизненную энергию. Тогда этот поток пробьет грань бытия и унесет меня обратно в… назовем это Преисподней.
Ростислав молчал, глядя на архидемона.
— Пойми, я вовсе не хочу никого убивать, — продолжил Аргаррон. — Но я хочу порядка в Каеноре.
— Ты — демон.
— И что? — Аргаррон тоже отхлебнул чая. — Что тебе до ярлыка? Тьма, Свет, это всего лишь стихии, причем вторичные. Нет, помолчи, выслушай. Так вот, я не дурак. Я понимаю, что без Света нет Тьмы, равно как и наоборот. Что изменилось бы, будь я архангелом?.. Да ровным счетом ничего! Методы одни и те же, черт возьми.
— Заходи, Ростислав, — сказал Молох. — Хочешь чаю?
— Что вы тут делаете, Молох? — спросил Ростислав. Он мельком заметил, что здесь, во сне, куда-то подевались и крылья, и оружие. Правда, ненавистных очков не было, и это радовало.
— Аргаррон, — сказал архидемон. — Называй меня Аргарроном.
— Ладно. Что вы тут делаете?
— Это просто сон. — Архидемон пожал плечами. — Но разговор настоящий.
Ростислав промолчал. Он смотрел на родные стены, в которых его мама всегда готовила пищу, на засаленный кафель над плитой, на давным-давно забитый жиром воздушный фильтр. В небольшом шкафчике стояла посуда, а в столе, в специально сделанных отцом отделениях, лежали столовые приборы, причем одна ложка, которой ел сам Ростислав, была серебряным антиквариатом, доставшимся от прабабки…
— Что, воспоминания? — спросил Аргаррон.
— Да… — Ростислав вынырнул из глубин памяти, повернулся к собеседнику. — Зачем?.. Мало было Проводника?
— А с чего ты взял, что он моих рук дело? — Архидемон сделал удивленное лицо.
— А почему вы не спросили, кто он такой?
— Подловил… — Аргаррон улыбнулся.
— Зачем мы тут? — Юноша присел за знакомый до последней царапины стол.
— Просто поговорить.
— С Проводником уже наговорился. — Ростислав поморщился.
— Просто выслушай. — Архидемон плеснул в две небольшие кружки крепкого индийского чая. — Тебе уже многого наговорили квостры и, думаю, Лоарин в частности, но мне хотелось, чтобы ты выслушал и мою позицию…
— Я слушаю. — Ростислав, вздохнув, отпил немного чая.
Вкусный.
— Во-первых, — начал архидемон, — тебе, наверное, не говорили, что Избранник может убить меня только ценой своей собственной жизни…
— Что?! — Ростислав поперхнулся чаем.
— Ах, тебе не сказали? — наигранно удивился Аргаррон. — Огнекрылый, надо сказать, знал, на что идет… С другой стороны, выбора особо не было… В общем, ты должен нанести мне один-единственный удар, в который вложишь всю свою веру в себя, свою душу и жизненную энергию. Тогда этот поток пробьет грань бытия и унесет меня обратно в… назовем это Преисподней.
Ростислав молчал, глядя на архидемона.
— Пойми, я вовсе не хочу никого убивать, — продолжил Аргаррон. — Но я хочу порядка в Каеноре.
— Ты — демон.
— И что? — Аргаррон тоже отхлебнул чая. — Что тебе до ярлыка? Тьма, Свет, это всего лишь стихии, причем вторичные. Нет, помолчи, выслушай. Так вот, я не дурак. Я понимаю, что без Света нет Тьмы, равно как и наоборот. Что изменилось бы, будь я архангелом?.. Да ровным счетом ничего! Методы одни и те же, черт возьми.
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента