Конечно, дело было не столько в упрямстве напуганных войной и боявшихся возвращаться в Чечню людей, сколько в том, что кое-кому существование этого лагеря было очень выгодно. Кто-то извлекал из этого политические дивиденды, кто-то контролировал распределение гуманитарной помощи с трансфертами и неплохо на этом наживался… По большому счету, эти несчастные люди давно превратились в игрушку в руках различных политических сил. Ими просто бесстыдно манипулировали, и они стали заложниками чужих интересов.
   К жилому корпусу с тыла почти вплотную подступал лес. Над ним низко висела глянцевая луна. Проплывающие по ночному небу белесые невесомые облака периодически заволакивали ее сизой дымкой. Где-то поблизости от лагеря время от времени подавал голос филин.
   Казалось, люди давно и безмятежно спят. Но это было не так. Старый Мурза – своего рода аксакал лагеря беженцев – стоял в тени за углом корпуса и терпеливо кого-то дожидался. Погода была относительно теплой, но ночная свежесть все равно пробирала старые кости Мурзы. И старик кутался в пальто на ватной подкладке.
   Наконец его терпение было вознаграждено. Далеко в лесу верхушки деревьев осветил свет фар. Через некоторое время старик расслышал приглушенный звук двигателя. Еще через несколько минут из леса донесся условный сигнал. Кто-то мастерски пять раз подряд прокричал филином. Настоящий филин тоже отозвался, но дважды.
   Старик поспешно поднял небольшой фонарик и высветил им в сторону леса условную серию. Через несколько секунд за забором послышались шаги. К корпусу вышли двое. В камуфляжных куртках, с автоматами. Старик по-чеченски поздоровался с ними и повел в корпус.
   Старшего из прибывших звали Ахмадом Бериевым. Он был полевым командиром небольшого отряда. И дальним родственником Мурзы. Они принадлежали к одному тейпу, хотя и носили разные фамилии. Тейп Бериевых никогда не был сильным и богатым. За две войны он потерял почти всех своих мужчин. Большинство проживающих в лагере женщин были как раз вдовами тейпа Бериевых. Возвращение в контролируемую другими тейпами Чечню не сулило им ничего хорошего…
   Мурза провел гостей на второй этаж. Шли они очень тихо, но старая Фатима услышала шаги. И тут же быстро сервировала стол в дальней комнате. Потом она исчезла, а гости приступили к еде. Ахмад ел не спеша. Его молодой спутник и телохранитель запихивал еду в рот большими кусками и периодически чавкал. Но ни Ахмад, ни Мурза не обращали на это внимания. Оба о чем-то думали.
   Наконец гости насытились. Ахмад сказал своему спутнику:
   – Можешь отдыхать.
   Тут же из соседней комнаты выглянула Фатима. Она повела молодого чеченца к месту ночлега. Оставшись вдвоем, Ахмад и Мурза немного помолчали. Потом боевик сказал:
   – Я знаю, что ты хочешь спросить, что у нас за неприятности, Мурза. Сейчас я тебе расскажу то, что не мог сказать по телефону. У Хамзата в Польше большие неприятности… – Казалось, абсолютно непроницаемое лицо Мурзы при этих словах дрогнуло. Так сложилось, что все сыновья Мурзы погибли. Официальные. Но Хамзат тоже был его сыном. Внебрачным. Одним из немногих, кто об этом знал, был Ахмад. И он этим умело пользовался. Выдержав паузу, Ахмад продолжил: – На Хамзата вышли тамошние спецслужбы. Они передали его американцам. А те выставили мне ультиматум – либо я с ними сотрудничаю, либо Хамзата посадят в тюрьму…
   Мурза судорожно сглотнул слюну. Хамзат остался единственным, кем старик еще дорожил в этой жизни. И вот, когда у него наконец все вроде бы заладилось, такой удар…
   Ахмад снова немного помолчал, потом продолжил:
   – Я знаю, как ты относишься к Хамзату. И мне он тоже больше чем брат, иначе я не доверил бы ему свои деньги… В общем, я решил согласиться.
   Мурза облегченно вздохнул, хотя ничего и не сказал. Ахмад подумал, что теперь старик сделает все, что потребуется. И он сообщил:
   – Именно поэтому я приехал. Завтра здесь у меня состоится встреча с американцем. Его зовут Фоллет. Он приедет под видом члена международной организации «Райт Ворлд». Если я с ним договорюсь, Хамзата оставят в покое. Ты все понял, Мурза?
   – Да.
   – Нужно сделать все так, чтобы о моей встрече с этим Фоллетом никто не догадался.
   – Я все сделаю, Ахмад. Когда он приедет?
   – Около одиннадцати утра.
   – Я понял.
   – Тогда все. Я устал. И хочу отдыхать, – поднялся Ахмад.
   – Она тебя ждет, – быстро проговорил старик. – Фатима тебя проводит…
   – Тогда до завтра, – попрощался Ахмад.
   Возникшая словно тень Фатима, не произнеся ни звука, провела Ахмада в одну из комнат второго этажа. Там его уже ждали…
 
23
 
    Моздок, Россия
   Снятая под офис «Райт Ворлд» квартира была четырехкомнатной. Пройдя по коридору, Игорь открыл расположенную слева дверь и заглянул в нее:
   – Джон, я кандидата доставил, документы проверил. Заходи, Логинов…
   Охранник посторонился, Виктор вошел в комнату квадратной формы, довольно просторную. Обставлена она была офисной мебелью, у окна, совмещенного с балконной дверью, стоял большой стол. Из-за него поднялся человек в голубоватой сорочке с закатанными рукавами и распущенным на шее галстуком. На вид ему было лет тридцать пять, шатен, лицо продолговатое, среднего телосложения.
   Выглядел он как типичный американец из фильма – ухоженный, в блестящих туфлях, ноги в которых можно было смело закинуть на стол. Улыбнувшись американской улыбкой, он протянул Виктору руку:
   – Джон Фоллет! Очень приятно!
   – Виктор Логинов, – подал руку Виктор.
   – Располагайтесь. Колы? Кофе?
   – Нет, спасибо.
   – Ну тогда к делу, – сказал Джон, обойдя стол и усевшись в кресло.
   Поправив закатанные рукава своей сорочки, он щелкнул компьютерной мышью и посмотрел на монитор. Потом перевел взгляд на Виктора:
   – Я ознакомился с вашим резюме, господин Логинов.
   Идея с внедрением Логинова в «Райт Ворлд» в качестве наемного сотрудника принадлежала, конечно, замдиректору ФСБ. Когда по его указанию местные фээсбэшники аккуратно взяли офис организации под плотное наблюдение, они выяснили, что «Райт Ворлд» подала заявку в кадровое агентство. Требовался американцам «специалист по безопасности со знанием местных условий», причем аккурат к приезду Лизы и Джимми.
   Именно эта информация и подвигла замдиректора на разработку оперативной комбинации «Казанова». С Виктором Логиновым в главной роли. И вот полковник управления по борьбе с терроризмом ФСБ РФ Виктор Логинов сидел в офисе «Райт Ворлд». Под своим именем, но с заметно подкорректированной биографией, которая и была изложена в резюме.
   – В каком звании вы вышли в отставку? – спросил Фоллет.
   – В звании майора.
   – Но здесь указано, что закончили службу вы в звании капитана. Это что, ошибка? – внимательно посмотрел на Логинова Фоллет.
   Кажется, американец собирался своим вопросом застать Виктора врасплох. Он просто не догадывался, что легенду ему готовили спецы ФСБ, которые в своем деле собаку съели.
   – Нет, – спокойно покачал головой Виктор. – Никакой ошибки. Все верно.
   Американец выглядел явно озадаченным. Логинов же намеренно выдержал паузу, вытащив сигареты.
   – Прошу прощения, курить можно?
   – Да, конечно, – кивнул Фоллет на пепельницу. Подождав, пока Виктор щелкнет зажигалкой, он сказал: -Честно говоря, я не понял, господин Логинов. Ведь майор и капитан разные звания?
   – Да. Просто у нас на этот счет существует определенная практика. Традиция, так сказать. Как правило, увольняющемуся в запас офицеру присваивается перед самым выходом в отставку очередное звание. Это касается не только ФСБ, но и Российской армии. Самый известный случай – это Дудаев. Генералом бывший президент Ичкерии никогда не был. Службу он закончил полковником, а генеральское звание получил при выходе в отставку.
   – Ясно, – кивнул Фоллет. – Не скрою, это несоответствие меня здорово смущало. Теперь дальше. Тут написано, что вы служили в спецназе. О чем идет речь? Можно поподробнее?
   – Поподробнее нельзя, – покачал головой Виктор. – Я подписку давал. А вообще речь идет о спецназе ФСБ.
   – «Альфе»?
   – Не совсем. «Альфа» – это элитный отряд по борьбе с терроризмом, созданный по приказу Андропова и подчиняющийся непосредственно директору ФСБ. У него свои задачи. В то же время при каждом региональном управлении ФСБ существует свой отряд, специализирующийся на силовых операциях. Именно он осуществляет задержания, силовое обеспечение оперативных мероприятий и тому подобное на региональном уровне. Как раз в таких региональных отрядах я и проходил службу.
   – Ясно. А при каких именно региональных управлениях?
   – Вообще это информация, не подлежащая разглашению. Но здесь, на Кавказе, я тоже работал, если вы это имели в виду. И довольно долго.
   – Ну что же, – сказал Фоллет. – Ваши ответы меня удовлетворили. А почему вы уволились?
   – Уволился я потому, что у меня была маленькая зарплата и у меня не было собственной квартиры. Как и шансов на ее получение в ближайшее время.
   – Ясно, мистер Логинов. Тогда такой вопрос. Как у вас с опытом оперативной работы? Дело в том, что миссия нашей организации сугубо мирная, заложников мы не освобождаем, арестов тоже не осуществляем. Наша функция заключется в мониторинге прав человека. То есть, попросту говоря, в сборе информации. Открытой, не содержащей военной и государственной тайны, это я подчеркиваю. Для этого нашим сотрудникам приходится много ездить, а обстановка здесь, на Кавказе, крайне неспокойная. Поэтому нам и потребовался специалист, способный обеспечить их безопасность. Согласитесь, это немного другое…
   – Да, – кивнул Виктор. – Я понимаю, что вы имеете в виду. Я думаю, такой опыт у меня имеется. Заложников мне, конечно, тоже приходилось освобождать, но, слава богу, не так часто. В основном же моя работа заключалась в том, что меня привлекали к оперативным комбинациям, когда имелась вероятность силовых действий.
   – Ну что же, вы меня убедили, – улыбнулся Фоллет. – Тогда последний вопрос. А разрешение на ношение оружия вы сможете получить?
   – Оно у меня есть, – широко улыбнулся Виктор. – Выдали с наградным пистолетом.
   – Ну что же, мистер Логинов. Приятно было с вами побеседовать, – поднялся Фоллет. – Я сообщу о результатах нашей беседы руководству. Если вы нам подойдете, мы вам перезвоним…
   – Ага, – кивнул Виктор, тоже поднимаясь. – Всего доброго, господин Фоллет.
 
24
 
    Осетия, Россия, лагерь чеченских беженцев
   Ахмад переступил через порог, Фатима тихо закрыла за ним дверь. Секунду спустя к боевику шагнула Зухра. Это была двадцативосьмилетняя чеченка. Не очень высокая, но стройная.
   – Здравствуй! – прошелестела она. – Я так по тебе соскучилась…
   Дальше женщина принялась раздевать Ахмада. Покончив с этим, она помыла в специально приготовленном тазу его ноги и бережно вытерла их.
   Зухра была вдовой. Причем ее муж принадлежал совсем к другому тейпу. Намного более мощному, чем тейп Бериевых. По чеченским законам Зухра после гибели мужа была обязана уйти жить в его семью. И превратиться в дармовую рабочую скотину.
   Вероятно, так бы все и случилось, но Зухра встретила Ахмада и влюбилась в него без памяти. Случилось это еще во время войны. Ахмад вывез Зухру с малолетним сыном в Осетию, и с тех пор она находилась в лагере под присмотром Мурзы. А Ахмад получил возможность периодически навещать ее, отдыхая от своих бандитских дел…
   Вытерев ноги Ахмада, Зухра шагнула к расстеленной кровати, увлекая мужчину за собой. Ахмад с удовольствием окунулся в свежую простыню и закрыл глаза.
   Он знал, что сейчас последует, и едва не стонал от вожделения. Зухра была чудесной женщиной. Может, не красавицей, но зато она любила Ахмада и делала с ним в постели такое, чего не дождешься даже от профессиональной проститутки…
   Полночи прошло в бурных ласках, потом утомленный дорогой и сексом Ахмад уснул. Зухра же не спала. Лежа рядом с любимым мужчиной, она тихонько дышала, чтобы не потревожить его сон, и мечтала о том, что когда-то они наконец смогут проводить вместе каждую ночь. Несмотря на молодой возраст, Зухра достаточно выстрадала и имела полное право на свое небольшое счастье. Аллах просто не мог не дать ей этого.
   Так думала в ту ночь Зухра…
 
25
 
    Осетия, Россия, лагерь чеченских беженцев
   На следующий день глубокой ночью Мурза провожал Ахмада. Телохранитель Бериева ушел в лес, где они оставили в схроне машину. Его задача заключалась в том, чтобы осмотреться в лесу, выгнать машину к дороге и подать Ахмаду знак, что все нормально.
   Мурза с Ахмадом стояли в торце корпуса. Мурза кутался в пальто на ватной подкладке, Ахмад привычно поглаживал свой «калашников» и улыбался в темноте в бороду. Два последних часа он провел в жарких объятиях Зухры и теперь чувствовал во всем теле приятную истому. Но это было не главное.
   Главное заключалось в том, что, пожалуй, впервые за все время Ахмад чувствовал себя хозяином своей судьбы. Как это ни странно звучало, но Бериеву очень повезло, что польские спецслужбы вышли на Хамзата. Все случилось как раз по известной русской поговорке – не было бы счастья, да несчастье помогло.
   Только через несколько часов после встречи с Фоллетом Ахмад понял это окончательно. Ему не раз везло в жизни. Восемь шрамов украшали тело Ахмада, но ни одного серьезного ранения он так и не получил. Еще несколько раз пули и осколки проходили буквально в миллиметрах от его головы. Но по-настоящему Ахмаду повезло только теперь.
   За годы войны он слишком многим перешел дорогу, врагов – явных и тайных – у Бериева был легион. Поэтому каждый день мог стать для Ахмада последним. И спасти его от неминуемой гибели мог только отъезд в далекую спокойную страну с натурализацией под чужими документами. Но даже в этом случае, как показал горький опыт Хамзата, Ахмад не мог чувствовать себя спокойным. И рисковал быть разоблаченным…
   И вот встреча с Фоллетом стала для Бериева манной небесной. В обмен на сотрудничество американцы гарантировали Ахмаду «стандартный комплекс мероприятий по защите свидетелей». А именно – освобождение от ответственности за все совершенные преступления, смену внешности, документов и обустройство практически в любой стране мира.
   О таком Ахмад еще вчера не мог мечтать даже в самых сладких своих грезах. Правда, под сотрудничеством американцы подразумевали некую «силовую акцию». Довольно рискованную, как признал Фоллет. Но Ахмад рисковал ежесекундно, так что испугать этим его было трудно. В то же самое время сразу после проведения этой акции Ахмаду обещали предоставить коридор для ухода на Запад…
   Конечно, во все эти тонкости Ахмад Мурзу не посвятил. Но старик слишком много прожил на свете и многие вещи просто чувствовал. Поэтому он по поведению Ахмада почти сразу понял, что встреча прошла отлично. Правда, от вопросов старик целый день воздерживался. Все ждал, когда Ахмад сам скажет ему, что происходит. А Ахмад все не говорил.
   И вот наконец, стоя у торца корпуса, Мурза не выдержал:
   – Ты скоро к нам заглянешь, Ахмад?
   – Скоро, Мурза. Скоро… Жди на следующей неделе.
   – Опять будет встреча? – спросил после паузы Мурза.
   – Да. Только об этом никто не должен знать. Даже Фатима. Сам понимаешь, от этого напрямую зависит будущее Хамзата. Если я сделаю то, что нужно американцам, его оставят в покое. Навсегда…
   Старый Мурза задумчиво прищурил свои глаза. Потом пожевал губами. И вдруг спросил:
   – Ты Зухре сказал?
   От этого вопроса Ахмада словно током пронзило. Неизвестно как, но чертов старик понял то, чего не договорил Ахмад – что после выполнения задания Бериев навсегда покинет Кавказ.
   – Нет! – дернул головой Ахмад. – Она ничего не должна знать! Понял?
   Старик молча кивнул. Ахмад с досадой поморщился. Своим резким ответом он выдал себя. После паузы Ахмад проговорил, стараясь держать себя в руках:
   – Я беспокоюсь не только за себя, Мурза. От этого зависит и будущее Хамзата.
   Мурза снова кивнул, щурясь куда-то в темноту. Ахмад же испытывал к нему в этот момент почти ненависть. Старик, казалось, видел его насквозь. И от этого Ахмад сразу почувствовал себя неуютно. Старая пословица гласит – то, что знают двое, знают все.
   – Ты все понял, Мурза? – переспросил Бериев.
   – Да. Я все понял, Ахмад. И можешь быть уверен, что даже Фатима не догадается об этом. Дело твое. Аллах тебе судья. Я ни во что не хочу вмешиваться, но все же скажу тебе одну вещь. Я старый человек и много перевидел на этом свете, Ахмад. И это дает мне право высказать свое мнение. Так вот, настоящему мужчине нужна любящая женщина. Без этого мужчина не мужчина. Я много видел на своем веку, Ахмад. Но чтобы женщина любила мужчину так, как любит тебя Зухра, я не припомню. Она без тебя пропадет, Ахмад. Это я знаю точно. Просто подумай об этом, чтобы потом не жалеть всю жизнь…
   Слова Мурзы задели Ахмада за живое. Иначе он не стал бы говорить того, что сказал:
   – Я думал об этом, Мурза. Хорошо думал. Дело тут не в Зухре, а в ее щенке. Если бы она не упрямилась, а отдала его родственникам своего мужа, я бы не колебался. Но Зухра слишком любит его и не согласится бросить. Понимаешь? А этот щенок тейпа Байсаровых очень скоро превратится в волка. И, не исключено, вцепится мне в горло. Зачем мне это надо?
   Мурза ничего не сказал. Формально Ахмад, конечно, был прав. С тейпом Байсаровых у Бериева отношения были, мягко говоря, не очень хорошими. И дело было не только в Зухре. Дело в том, что в последнюю войну Ахмад и муж Зухры воевали в одном отряде.
   Отряд окружили федералы. Жестокий бой продолжался несколько часов. Прорвались из плотного кольца только несколько человек. И кто-то из них видел, как Ахмад ушел в горы вместе с мужем Зухры. Они уже оторвались от федералов и якобы были в безопасности. А на следующую ночь в дом Зухры постучал Ахмад и сообщил, что ее мужа убило шальной пулей…
   Мурза никогда не спрашивал Ахмада о том, как это произошло. Задать такой вопрос означало бы нанести Ахмаду смертельное оскорбление. Но кое-кто из Байсаровых, особенно после того, как Зухра стала женщиной Ахмада, очень хотел поговорить на эту тему с Бериевым. Само собой, что эти слухи могли дойти и до одиннадцатилетнего сына Зухры…
   Наконец в лесу пять раз ухнул филин. Ахмад облегченно вздохнул и повернулся к Мурзе:
   – Я пошел!
   Мурза обнял боевика.
   – Удачи! Береги себя! Когда тебя ждать?
   – На той неделе. В среду.
   – Я понял. И все сделаю как надо.
   Шаги Ахмада затихли в лесу. Старый Мурза еще немного подождал и побрел к корпусу. Он думал о том, что жизнь сложная штука. За время, что Зухра жила в лагере, старик присмотрелся к ней. И часто жалел, что лично ему судьба не подарила встречи с такой женщиной. А Ахмаду подобное счастье выпало, но он решил Зухру бросить…
   Погруженный в эти мысли старик не услышал, как в корпусе кто-то на цыпочках прокрался к одной из комнат и тихонько прикрыл за собой дверь. И невдомек было умудренному жизнью Мурзе, какую злую шутку сыграла с ним и Ахмадом судьба…
 
26
 
    Моздок, Россия
   Логинову позвонили через день, накануне приезда в Моздок агентов МНБ. Фоллет сообщил, что Виктора ждут назавтра для окончательной беседы, и назначил время.
   Все повторилось почти в точности. Вниз снова спустился бывший мент Игорь, только на этот раз он не стал проверять документы, а сразу пожал Логинову руку.
   – Привет, Витя! Поздравляю! С тебя поляна!
   – Подожди, может, меня еще не возьмут.
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента