И магия, и стрелы достигали своей цели, но не убивали. Однако мантихоре очень скоро надоело все это, и она убралась.
   Путешественники соскочили со спасительного тиса. Травница заметила, что мужчины не спешат опускать оружие, с превеликим подозрением глядя на горгулью. Ива и сама отступила за их спины, справедливо считая, что ближний бой – это привилегия более сильных.
   Горгулья, судя по позе, тоже была готова к сражению. Ее каменное тело было словно создано для него. Клыки, когти, сильные крылья – идеальный воин, не знающий усталости. Ростом она, правда, не была велика.
   – Ты кто такая? – с порыкиванием, от которого тролль, похоже, не всегда мог удержаться, вопросил Грым.
   Черная, судя по виду, хотела огрызнуться, потом мотнула головой и выдавила:
   – Я поступила в Магический Университет, здесь на испытаниях.
   Все переглянулись.
   – Чей-то я не помню среди нас горгулий, – выразил общую мысль тролль.
   Та, заметно поколебавшись, поглядывая на обнаженные мечи и наложенную на тетиву стрелу, сделала два шага назад… и в короткое, равное взмаху ресниц, мгновение перед ними стояла высокая черноволосая девушка. Ива вспомнила, что видела ее при поступлении. Знахарка тогда еще подумала, что что-то в ней есть от другой – нечеловеческой расы. И, как оказалось, она была права: черные горгульи были существами с двумя ипостасями, одна из которых – человеческая.
   Ива видела, что смена облика горгульи произвела впечатление на ее спутников, но не настолько, чтобы они убрали оружие.
   – Я видела ее при поступлении.
   Златко тряхнул светлыми локонами:
   – Я тоже.
   Эльф недоверчиво покосил на них глазом.
   – Но это же горгулья, – словно обиженно указал он на очевидное.
   – Эльфы! – фыркнула та. – У вас все не такие. – Она презрительно скривилась. – А при Аурмиэле что-то вы не погнушались воспользоваться нашей помощью!
   Глаза светлого распахнулись еще шире. Битва при Аурмиэле была одним из самых легендарных сражений известного мира. Тогда из Каменных Пустынь на Светлый Лес Лайомеехел двинулись объединенные орды степных орков, гоблинов, волколаков, диких троллей, кочевников человеческой расы, боги знают кого еще. Эльфов просто бы смели, если бы не подошли на помощь люди под руководством Короля Всех Людей, гномы, отряды наемников из равнинных троллей. Были там и дриады, и разумные оборотни, и темные эльфы. Были и черные горгульи. Тогда именно они ценой жизни почти всего клана сумели остановить прорвавшихся через горы врагов. Именно после битвы при Аурмиэле их признали, перестали считать монстрами, врагами по определению. Но этот клан всегда жил очень обособленно. Память об их подвиге постепенно стиралась. Мелкие стычки перекрыли его величие. Горгулий не перестали бояться, а значит, и ненавидеть. Однако сейчас эльф смотрел на черную, и его широко распахнутые детские глаза наполнялись осознанием своей вины. Калли был именно в том возрасте, когда переделать мир кажется просто необходимостью.
   – Прости, я был неправ, – очень просто и достойно произнес он. – Так ты и правда из тех черных, что сражались при Аурмиэле?
   Девушка вскинула голову:
   – Об этом повествуют семейные хроники.
   Эльф с мигом загоревшимися глазами (все эльфы питали ничем не истребимую слабость к рассказам о древних подвигах) уже был готов забросать ее вопросами, как вмешался Златко:
   – Ты спасла Иву, да и нам всем помогла. Мы благодарим тебя. А теперь скажи, ты случайно на нас набрела?
   – Честно говоря, да. Случайно. Но… – горгулья поколебалась, – но будет неправдой сказать, что я не искала. Я совсем заплутала в этом лесу и представления не имею, куда идти дальше. Вот и подумала, что было бы неплохо объединиться с кем-нибудь.
   Ива чуточку выступила из-за спин мужчин:
   – У тебя есть подсказка?
   Горгулья покачала головой.
   – А разве… – немного опешила девушка, – к тебе не приходил инкуб?
   Черная вновь покачала головой. Крупные черты ее лица можно было назвать красивыми, особенно для тех, кто любит жесткую, суровую красоту. Да и формами боги ее не обделили: пышная грудь, длинные, сильные ноги, покатые бедра. Рядом с ней знахарка казалась маленьким, милым ребенком.
   – Нет, я спала в ипостаси горгульи. А при каменном облике мы для инкубов полностью бесполезны. Они от нас не могут получить ни капельки энергии, скорее наоборот, да и магия их на нас не действует. А что, именно у них были подсказки?
   Все четверо синхронно кивнули. Эльф тут же залился краской. Ива сделала для себя «зарубку» поинтересоваться, как ему удалось добыть свою подсказку. У Златко тоже был поразительно довольный вид.
   – Подожди минутку, – попросил он и обернулся к остальным: – Ну что?
   Тролль пожал могучими плечами:
   – Почему нет?
   Ива и эльф согласно склонили головы.
   – Она помогла нам, – добавила знахарка.
   Они снова повернулись к горгулье.
   – Как хоть тебя зовут?
   – Можете называть меня Дэй.
 
   Когда четверка рассказала горгулье свои затруднения с рекой, текущей на запад, та предложила:
   – Я могу поискать с воздуха.
   – Давай. Ждем тебя здесь.
   Дэй немного отошла, оглянулась на спутников, приняла свой истинный облик и взмахнула мощными крыльями.
   – Земля и воздух. – С поднесенной к глазам рукой Златко наблюдал за парящей в вышине горгульей.
   – Думаешь? – также прикрываясь от солнца ладонью, спросила Ива.
   – Уверен.
   Тем временем Дэй пошла на снижение.
   – Нашла я реку, – отряхиваясь после превращения, сказывала она. – Далековато. Туда. – Горгулья махнула рукой в сторону.
   – А удобно иметь в отряде горгулью, – одобрительно хмыкнул Грым.
   Та щелкнула на него зубами, без горгульих клыков это выглядело не так эффектно, но все усмехнулись, приняв намек к сведению.
   – Заметила кого-нибудь кроме нас? – спросил Златко, поудобнее прилаживая свои вещи и подпрыгивая, чтобы убедиться, что ничто не гремит.
   – Нет. Из-за этих проклятых деревьев ничего не видно. – Горгулья повесила сумку на плечо. – Не люблю лес… То ли дело горы… Эх…
   Дэй, Грым и Калли проверяли снаряжение, по примеру Бэррина подскакивая, дабы удостовериться, звенит оное или нет. Знахарка оглядела прыгающую на месте группу и ухмыльнулась. Вслед за ней усмехнулся Златко.
   – А хорошо у нас получается, – не удержавшись, заметил он. Все тут же перестали скакать и расхохотались. – Думаю, стоит поступить так. Поскольку, как мы имели возможность убедиться, эта местность кишит всякого рода дрянью, то надо идти по возможности тише и в определенном порядке. Ива и Калли сзади.
   Названные кивнули. Вполне логично. Девушка явно не воин. Прикрывать с тыла годится, но не более. Эльф – лучник.
   – Грым, думаю, ты пойдешь перед Ивой. Она среди нас самая уязвимая. Твоя сила тут более всего нужна. Дэй, ты перед эльфом. Я по центру. Пошли.
   В паре шагов друг от друга в указанном порядке группа адептов начала свое движение к цели и дружбе.
   – Впереди нежить, – предупредила Ива, – пятьсот шагов, на одиннадцать часов.
   – Откуда знаешь? – подивился тролль.
   – Чую, – ответила знахарка. – Я эту дрянь частенько чую.
   – На одиннадцать часов… не проскочить, – пробормотал Златко.
   – Нельзя оставлять нежить за спиной, – возмутился Грым.
   – Я и не говорю, что можно. Сколько их, Ива?
   – Не знаю. Больше трех, но меньше десятка.
   – Дэй? – Дворянин повернулся к горгулье.
   – Сейчас…
   Тяжело взмахивая каменными крыльями, она поднялась в воздух. Вернулась буквально через пару вдохов.
   – Восемь. Зомби. Даже на вид опасные.
   – Кто знает, как бороться с этой гадостью?
   – Сжечь, – тут же выдала Ива.
   – Разобрать по кусочкам, – откликнулся Грым.
   – Упокоить некромантским обрядом. – Калли помолчал и добавил: – Но это долго, и я этого не умею.
   – Еще предложения? – Златко помолчал, потом резюмировал: – Значит, мы втроем с Грымом и Дэй идем вперед и удерживаем их, пытаясь, по выражению Грыма, разобрать по кусочкам. Калли, сможешь их поджечь?
   – Горящими стрелами? Смогу. Только неизвестно, как хорошо они горят. Это может занять долгое время.
   – У меня осталось несколько склянок с горючей смесью. Но мне не хотелось бы их тратить. Но если будет туго – брошу.
   – Хорошо. Без особой надобности не трать.
   – Эх, жалко, у нас мага огня нет, – посетовала Дэй.
   – Нет так нет, – буркнул тролль. – Зато так интересней. Повеселимся, мечами махаючи.
   Все двинулись вперед.
   – Так что же ты в маги пошел, коли махать мечом так весело? – съязвила горгулья.
   – Шоб было еще веселей.
 
   Зомби брели по лесу, очень хорошо заметные среди деревьев.
   – Приготовились, – тихо и четко произнес Златко.
   – Они нас чуют, – отметила Ива. Через мгновение это заметили и все остальные. Зомби целенаправленно двигались в их сторону.
   – Давай, Калли.
   Ива, ответственная за огонь, поднесла факел к намотанной на стрелы ветоши.
   Крохотные сгустки пламени полетели к наступающей нежити. Две минуты – и в груди каждого из них торчали горящие стрелы. Но сжечь мертвую плоть было не так просто.
   Зомби продолжили двигаться вперед, и очень быстро.
   – Это не просто зомби, – проворчал Грым, вытаскивая свой здоровенный меч. – Это очень хорошие зомби. Самый высший уровень мастерства. Некромант работал со степенью не меньше магистра.
   Златко, доставая из ножен фамильный меч, сквозь зубы выдал что-то очень непотребное по поводу вышеупомянутого некроманта, не побоялся, что будущий преподаватель может его услышать.
   Они организованно отступали, давая возможность эльфу выпустить как можно больше горящих стрел. Однако зомби оказались на удивление проворными.
   – Боги, где они столько шустрых трупов нашли? – проворчала Ива.
   – Более того, – подхватил тролль, – они были следопытами при жизни или очень опытными солдатами.
   – Приготовились, – оборвал разговоры Златко.
   В следующий миг раздались тяжелые удары. Огромный меч Грыма знахарка в деле уже видела, а вот мелькающий с бешеной скоростью клинок дворянина ее удивил. Но более всего поражала манера драться горгульи. В своем каменном обличье она не побрезговала мечом. Без каких-либо изысков простой добротный средней длины клинок поднимался и опускался. Необычным было то, что Дэй, оказавшаяся не самой искусной фехтовальщицей, порой парировала удары противников крыльями. Их концы были чем-то похожи на острие копья, и горгулья, ловко отражая чужие удары, однако не подставляла свое каменное тело под прямые удары. Ива даже заподозрила, что вовсе оно не такое крепкое, как бают в легендах.
   – Фланги! – коротко хлестнул голос Златко.
   Ива с эльфом и сами видели. Калли пришлось оставить лук и взяться за то ли длинные кинжалы, то ли очень короткие мечи. Знахарка даже умилилась. Ее возлюбленный эльф тоже предпочитал парные клинки. Правда, они больше походили на катаны жителей восточных островов, чем на чисто эльфийские тонкие сверкающие лезвия. Сама травница решила пожертвовать своим волшебным антиупыриным зельем. Момент был на редкость удачным. Пятеро зомби навалились на троицу впереди. Шестого пытался покромсать на куски эльф, получалось пока не очень. Двое последних по широкой дуге обошли группу и двинулись прямо на Иву, очевидно посчитав самой уязвимой в отряде. «Интересно, они сохранили знания с того времени, как были живыми, или ими руководит маг. Вот забавляется, наверное», – следя за происходящим, размышляла она. Парочка мертвых оказались совсем рядом, и что особенно удачно – стояли они близко друг к другу.
   Знахарка уже размахнулась, но в последний момент некая идея сверкнула в ее мозгу. Спустя мгновение пузырек все же полетел в зомби. Он должен был разбиться о мертвые тела и загореться по принципу жидкого масла. Рецепт этот был довольно известен, но пользовались им преимущественно бродячие знахарки наподобие Ивы. Дело в том, что без постоянной магической подпитки – или силой, или определенными травами – он быстро разрушался и становился опасным, прежде всего для владельца. Кроме того, частенько портил лежащие рядом с ним вещи и другие эликсиры. В больших объемах, например для охраны замка, – даже при наличии штатного волшебника – его также не использовали, поскольку в таких количествах нужных ингредиентов достать было невозможно.
   Подобные бутылочки подходили у Ивы к концу, и жадность простимулировала смекалку. У знахарки появилась идея, как усилить эффект от зелья.
   Как и задумывалось, эликсир, ударившись о тело зомби, мигом вспыхнул. Но это был не просто огонь. Это было пламя, рассчитанное именно на сожжение восставших мертвецов. Оно мгновенно превратило в факел наступающего неживого воина. Ива же мягким посылом силы толкнула его на второго зомби. Грым, подхватив идею, извернулся, но сумел-таки отправить в полет «своего» зомби. Тот со всего размаху врезался в оба горящих тела. Волшебный огонь получил новую подпитку и в мгновение ока перекинулся на нового мертвеца. Златко в этот момент отрубил голову четвертому зомби, что хоть и не уничтожило опасность, исходящую от него, но существенно ее уменьшило, и затем толкнул труп вперед, оставшись лицом к лицу еще с одним противником. Тролль мощнейшим ударом раскроил череп второму из навалившихся на него зомби. Ива, подскочив к тому мертвецу, от ударов которого уворачивался юркий эльф, направила к выгнившим глазницам кулачок. Дрейко, злорадно зашипев, прицельно плюнул огнем. Калли толкнул ногой тело с обуглившейся головой. В этот же момент Златко с поддержкой Грыма и Дэй закончил со своими противниками. Не сговариваясь, все пятеро бросились добивать поверженных врагов. Всем известно, что даже половина или четверть зомби способна преодолеть сотни верст, следуя приказу некроманта. Никому не хотелось однажды ночью ощутить на своем горле пальцы мертвеца. По здравом размышлении адепты даже не поленились сложить костер и сжечь всех зомби, к гоблинской матери.
   Глядя на огромный костер, Грым толкнул Иву локтем.
   – А неплохо у нас получилось! – рыкнул он.
   Знахарка утерла лоб рукавом, жар от огня исходил нешуточный.
   – Да уж! – вместо нее влез Златко. – На диво хорошо.
   К ним приблизился эльф, как и все длинноухие испытывающий непреодолимую слабость к слову «дивный». Ушки у него вновь стояли торчком, а не прижимались испуганно к волосам, будто он боялся, как бы в пылу сражения не нанес кто урон гордости дивных. Наверное, только травница заметила происходящие с ним метаморфозы. И то только потому, что ее в свое время забавляли споры с Т'ьелхом, с непонятным упорством раз за разом пытающимся доказать невозможность подобного.
   Калли кивнул. Поблескивающие глаза на невозмутимом лице с головой выдавали охватившие его чувства, столь необычно сильные для светлых.
   – Предлагаю убраться отсюда поскорее, – буркнула горгулья. Несмотря на недовольный тон, было видно, что все происходящее ей очень даже нравится. – Запашок еще тот!
   Ива с облегчением рассмеялась. Сбрасывая с себя напряжение, ее примеру последовали и остальные.
   Вытирая невольно выступившие слезы, знахарка ответила:
   – Все равно помыться придется. Да и одежду простирнуть не мешает. От запаха-то.
 
   После купания в небольшом ручье группа неожиданных соратников вольготно развалилась на мягкой травке и предавалась заслуженному отдыху, ожидая, когда подстреленная эльфом куропатка зажарится на костре. Аромат над бережком шел восхитительный. Ива не поскупилась на приправы, да и само мясо, румянясь над пламенем, было искушением похлеще суккуба-инкуба.
   Горгулья, вытянув руку, пощупала подсыхающую рубаху. Запасные костюмы были у всех, но очень уж не хотелось тащить в сумках вдвое потяжелевшие мокрые вещи.
   – А все-таки жаль, что среди нас нет ни одного огненного мага. Сейчас бы колданул – и вещи сухие.
   Златко сладко потянулся и, глядя в чистые небеса, лениво ответил:
   – Насколько я знаю этих огненных вредителей, они, скорее, вовсе бы оставили нас без одежды. Тут же тонкая работа нужна. Это вам не огненными шарами кидаться.
   – К тому же, – услышала горгулья с другого края голос Грыма, который, разумеется, не мог остаться в стороне от разговора, – ты у нас воздушный маг. Может, ветер лучше высушит, чем огонь?
   Дэй задумалась, потом покачала головой, отчего ее длинные – до талии – волосы черными змеями зашевелились по одеялу, на котором она лежала.
   – Думаю, результат будет тот же, что и с, как выразился Златко, огненными вредителями: мы останемся без одежды. И хорошо еще, если только без той, что сушится.
   Поляна огласилась смехом. Этим молодые маги и отличались – силы, как правило, немерено, а вот с толком применить…
   Еще посмеиваясь, Златко перевернулся и вытащил изо рта травинку. Посмотрел на внимательно следящего за жарящейся куропаткой эльфа, которому сегодня выпало кашеварить, потом на знахарку, лежащую рядом, и ласково провел травинкой с мягким колоском на конце по ее щеке.
   – А вот скажи мне, Ива, – вкрадчиво начал он, – а что это так хорошо полыхнуло огнем, когда ты бросилась помогать Калли?
   Ива смотрела в небо – голубое, безоблачное, мягко освещаемое солнцем. По краю его обрамляли кроны деревьев, рисуя причудливый, похожий на колдовскую вязь узор. Вздохнула и посмотрела в карие глаза склонившегося к ней мужчины.
   – Познакомьтесь, это Дрейко, – произнесла она, вытянув руку. – Дрейко, покажись.
   Пришлось объяснять. Ее лапку с дракошей на пальце по разу, но цапнули все. Всем хотелось вблизи рассмотреть артефакт. Дрейко это, правда, быстро пресек, пару раз клацнув зубами перед носом особо любопытных, один раз даже покусился на длинные ушки эльфа. Только проворство последнего и предупредительный вскрик тролля спасли это сокровище. Хохот был громогласный. Калли совсем уж надумал обидеться, но потом махнул рукой и присоединился к смеющимся. А его замечание о готовности вожделенной куропатки окончательно спасло дракончика от столь ненавистного ему внимания.
   Обжигаясь и едва успевая слизывать текущий по рукам жир, юноши и девушки хохотали, уплетая за обе щеки нежнейшее мясо. Дэй даже предложила назначить эльфа штатным поваром. Все бурно поддержали эту идею. Однако Калли высокомерно заявил, что в следующий раз они получат угольки от морковки, и вопрос был закрыт.
   Перещупав нисколько не высохшую одежду, все одобрили идею остаться в этом гостеприимном месте на ночлег.
   – Златко, – устроив свое лежбище, обратилась Ива, тот посмотрел на нее, справедливо не ожидая ничего хорошего, – а что это за заклинание, которым ты перебил врон?
   Все заинтересованно обернулись на отпрыска дворянского дома. Он сладко улыбнулся девушкам.
   – Действительно, Златко, очень хорошее заклинание, – поддержал знахарку Грым.
   – Очень простое заклинание. – Юный Бэррин слегка пожал плечами. – Признаться, самое простое из школы магии Земли. Я немного удивлен, что вы его не знаете. Почему-то все знают огненные шары магии Огня, и никто не знает… я называю их «камушки». Что-то вроде огненных шаров только с поправкой на магию Земли.
   – Ага, – сообразила Ива, – у меня иногда – очень редко – получаются… назовем их «снежками». Магия Воды.
   – Златко, Ива, а это действительно камни и лед или все-таки сгустки энергии? – поинтересовалась горгулья со своего одеяла.
   Они крепко задумались, потом единодушно выдали:
   – Что-то среднее.
 
   Разговор проходил в далекой от острова таверне «Магическое зеркало». Мужчина недовольно посмотрел в серебряное стекло, что отражало все вверх ногами, вздохнул и вновь взглянул на собеседника:
   – Ты все понял?
   – Да что тут не понять? Не беспокойтесь, хозяин. Все в порядке. Силки расставлены. Скоро уже активизировать время придет.
   – Да, уже этой ночью надо, – задумчиво протянул маг.
   – Вот-вот. Я и говорю. А клиентов я завтра с утра к вам прямо в кабинет доставлю. Не извольте беспокоиться. Все будет в лучшем виде.
   – Хм… смотри у меня. Не дай боги, проколешься!
   – Да вы что, босс?! Да когда я…
   – Помни, самое главное, – оборвал его тот, кого называли «хозяином», – секретность!
   – Ниже травы…
 
   Ночь прошла спокойно. Утром Калли и Дэй оправились на разведку. Вернулись недовольные.
   – Какие новости? – спросил Златко, попивающий остывший травяной настой.
   – Так себе, – поморщилась горгулья. Эльф уселся рядом с дворянином, как раз доливающим себе напитка, и подставил чашку. Златко вопросительно посмотрел на горгулью, не глядя наполняя кружку Калли. Эльф благодарно кивнул, а Дэй продолжила:
   – Уже близко наша река. Течение очень быстрое, не переплыть. Более того, там очень острые и шаткие камни. Разобьемся, к гоблинам. В одном месте почти вплотную к реке подходит скала. Даже вот эльф на нее не мог взобраться. А в единственном проходе поставили заставу и, очевидно, не пускают. По крайней мере, именно об этом шла речь в том разговоре, что подслушал наш длинноухий.
   Калли чуточку обиженно посмотрел на рассказчицу, но решил не ввязываться в перепалку по пустякам и кивнул, подтверждая ее слова.
   – То есть не перелезть, непросто проплыть… Хм… – задумался Златко. – А обойти?
   – Более дня потеряем, да и болото там какое-то нехорошее. Может, эльф и найдет тропку… – Дэй вопросительно посмотрела на напарника.
   Тот помолчал.
   – Рискованно. Я вблизи того болота не видел. Может, и есть тропка, может, и нет. К тому же мне трудно судить, пройдут ли здесь люди и прочие тролли. Я же привык на эльфов рассчитывать.
   – Ива, ты сможешь с болотником договориться? – Златко бросил взгляд на травницу.
   Та как раз осматривала рану тролля. Поэтому он и не принимал участия в беседе, что вообще за ним не водилось. На миг знахарка оторвалась от «членовредительства», как выразился Грым, и задумалась.
   – Можно попробовать. Но болотники – самые противные из мелкой нечисти. Я даже с тем, что жил около нашей деревушки, с трудом ладила. К тому же нужно время и что-нибудь, чем его можно задобрить. Обычно хорошо помогают в этом яйца домашней птицы. Отчего-то нечисть лесная да луговая их любит. Даже вот водяной не брезгует. Но у нас их нет, – она ненадолго задумалась. – Да и вообще болотники – очень странные типы. Могут добренькими прикинуться да в такую трясину заманить, что никто и никогда не найдет. Нет, ребята, давайте лучше что-то другое придумаем.
   – Да-а, – протянул Златко, глядя, как Ива дает затрещину троллю, чтобы не вертелся. – Дэй, а ты не сможешь нас по одному через скалы перетащить.
   Горгулья фыркнула.
   – Я что, похожа на грифона, такие тяжести таскать?! И думать забудьте!
   Грым, избавившись наконец от знахарского внимания, тут же азартно включился в разговор.
   – Развалить, к гоблинам, эту заставу!!! – без перехода зарычал он, выплескивая злость из-за болящей раны.
   – В этом есть свой резон, – неожиданно для самой себя поддержала Ива. – Если эта гоблинская застава стоит на нашем пути, то, скорее всего, это еще одно испытание, что подсунули нам наши славные преподаватели.
   – Хм, думаешь, это испытание силы? – задумался Златко. – Может, наоборот, разума?
   – А я полагаю, что надо подойти поближе и посмотреть всем, – недовольно буркнула горгулья. – Может, вы увидите то, что мы с Калли пропустили.
 
   Группа медленно с величайшими предосторожностями продвигалась вперед. Впереди на расстоянии тридцати шагов шел эльф. По бокам на таком же – двигались Златко и Дэй. Тролль и Ива были в центре. Сделано это было для того, чтобы в случае нападения знахарка, как самая слабая, осталась под защитой. Калли в лесу был практически невиден. В случае опасности он должен был подать сигнал. К тому же эльфа могли запросто и не заметить. Тролль тоже двигался по лесу практически бесшумно, но его размеры не позволяли так хорошо маскироваться. Травница настаивала, что тоже отличается «легким шагом» в лесу, но ее предложение идти сбоку вызвало бурю протеста. Ива даже решила обидеться, но тут Златко доказал, что не зря принадлежит направлению Разум (иногда его еще называют Дух): в пять минут он убедил девушку в собственной – то бишь его – правоте, да так, что все время, пока они пробирались по лесу, она пыталась воспроизвести его доводы в поисках ошибки в рассуждениях, но так и не преуспела в этом.
   Лес почти вплотную подходил к скальному хребту, что своим краем практически упирался в реку, оставляя путникам лишь небольшой участок для прохода. Именно на нем и стояла та самая застава. Выглядело это как простое нагромождение камней и поваленных деревьев в два человеческих роста. Тем не менее наверху стоял часовой, недреманным оком оглядывающий небольшую свободную от деревьев площадку перед завалом.
   Несмотря на неказистый внешний вид, возможности захватить это сооружение знахарка не видела. Судя по недовольной мине Златко, он – тоже, а как не ему, дворянскому отпрыску, было знать, как брать штурмом… э-э… не замки, конечно, но все же.
   – Какие мысли? – прошептал он.
   – Безнадежно, – прошипела горгулья. – Я, конечно, перелечу, но перенести никого не смогу. Тяжелые вы слишком.
   – Так чего же не летишь, крылатая ты наша? – подковырнул тролль.