– Это заказали для вас. Роскошные цветы. Вам повезло с поклонником, Валерия. Поздравляю с днем рождения! – подмигнул ей курьер и удалился.
   С днем рождения? Валерия?
   Катя заглянула внутрь и увидела карточку: «С днем рождения, Валерия!». Без подписи.
   Понятно, это букет для Суровцевой, который по ошибке доставили не в тот кабинет. Нужно передать его виновнице торжества. Кстати, рабочий день давно закончился. А Катя даже не заметила этого обстоятельства.
   Но это даже хорошо. Прийти в ресторан одной из последних, чтобы никто ее прихода и ее джинсов не заметил. Правда, теперь проскользнуть мышью не удастся. Придется вручать букет неизвестно от кого. Зато она явится на праздник не с пустыми руками.
   Мало того, ее появление вызвало фурор. Не сразу, конечно. Сначала Катя просто лавировала среди приглашенных и высматривала именинницу. Высмотрела Светика и Алексея. Светик, в роскошном серебристом сарафане – юбка-тюльпан и совершенно открытая спина, – кормила жениха суши, демонстрируя изрядную ловкость. Орудовала палочками, макала в соус, подносила к его губам и улыбалась так, что всем становилось понятно: самый лакомый кусочек – это она сама. И ее спутник явно мечтал об этом десерте.
   Катя вздохнула не без зависти. Красивая пара. Ведут себя немного бесстыдно. Но зачем им скрывать, что они молоды, влюблены и полны желаний, которые могут реализовать к обоюдному удовольствию, не дожидаясь конца банкета.
   Катя тоже не старуха, но не умеет обращаться ни с палочками, ни с мужчинами. Хотя…
   – Девушка, – кто-то тронул ее за плечо.
   Или все-таки рано ставить на себе крест? Судьбоносная встреча возможна в любой момент. Вот сейчас кто-нибудь симпатичный и неглупый произнесет сакраментальную фразу: «Девушка, можно с вами познакомиться?»
   – Девушка, не стойте на проходе! – выговорил ей официант. – Курьерам здесь не место. Вручайте свой веник и отваливайте.
   Да, ужин при свечах отменяется. Свадебное путешествие тоже.
   Катя бросила сердитый взгляд на своего шефа. Вечно в его присутствии она предается пустым мечтам. Уж скорее бы они со Светиком поженились, что ли. Тогда бы она мечтать перестала, просто бы поздравила.
   Катя решила как можно скорее вручить букет, засвидетельствовать, так сказать, почтение и сбежать с этого торжества, где ее принимают за обслугу.
   Когда Катя подошла, Валерии Суровцевой целовал ручку какой-то певец. Катя не помнила, как его зовут, что он поет, но смазливое лицо часто мелькало на телеэкране.
   – Песня для именинницы, – провозгласил он, беря в руки микрофон.
   Тут-то Катя и влезла со своими цветами.
   – Поздравляю! – выдавила она из себя.
   – Спасибо. – Валерия улыбнулась.
   Взяла букет, хотела отдать кому-то, чтобы поставили в вазу, которых скопилось за ее спиной с десяток. Но вдруг случилось что-то страшное.
   Суровцева покраснела, из глаз брызнули слезы, руки затряслись, и цветы полетели на пол. Виновнице торжества стало не до красивой песни, улыбок и тостов. Она начала хватать ртом воздух, согнулась и не смогла разогнуться.
   – Что с вами? Вам плохо? – испугалась Катя.
   Валерия не отвечала. Она задыхалась, багровея на глазах.
   Певец резко оборвал песню.
   – Врача! – громко крикнул он в микрофон.
   Вокруг все начали толпиться, пихаться, охать, давать советы. Валерии подставили стул, на который она рухнула почти без чувств. Откуда-то появился Алексей Горчаков, схватил дамскую сумочку, висевшую на стуле, стал бесцеремонно рыться в ней. Вытащил футляр, в котором почему-то оказался шприц, уже наполненный какой-то жидкостью, и, как заправская медсестра, сделал Валерии укол в руку.
   Катя смотрела на все это в полной растерянности. Вместо гламурной светской вечеринки начался какой-то балаган. Красавица именинница выглядела так, будто стояла на краю могилы. И что это за шприц в сумочке? Наркотик?
   Потом приехала скорая. И Валерия смогла самостоятельно выйти вместе с врачами. Хороший признак. Видимо, ей стало лучше. Но расслабляться было рано.
   – Что ты наделала! – услышала Катя пронзительный крик.
   И с ужасом поняла, что это по ее адресу. Светик смотрела на нее с нескрываемым осуждением и тыкала в ее сторону тем самым букетом.
   – Это ты принесла, я видела. Как ты могла?
   – Что?!
   С каких это пор дарить цветы на день рождения – преступление?
   – Алекс, ты посмотри, она принесла ей лилии. – Светик будто приговор оглашала. – Катя, ты принесла ей лилии! Ты что, хотела ее убить?!

Глава 5

   Может, это такая игра? Реалити-шоу «Кто сколько раз обвинит Катю в убийстве». Хотя непонятно, при чем тут насилие? Она же не автомат Калашникова завернула в разноцветный целлофан, а преподнесла имениннице букет. Что может быть естественнее? Только подарить топор Раскольникову.
   – Вы действительно вручили Валерии букет из лилий? – уточнил Алексей Горчаков с таким видом, будто еще не определился, в адвокаты ему пойти или в прокуроры.
   – Я?! – почему-то испугалась Катя. – Нет, не я. Вернее, вручила я… Но там не только лилии, там розы. Красиво…
   – У Валерии на лилии аллергия.
   – Аллергия? – переспросила Катя, хотя это и так было очевидно.
   Сильнейшая аллергическая реакция – вот что подарила новая сотрудница на день рождения своему вице-президенту.
   – Простите, я не знала.
   – А по-моему, я тебе говорила, – встряла Светик. – Точно говорила. Сегодня утром. Мол, будет море цветов. Но только не лилий. Все знают, что у Валерии на них аллергия. И она даже может от этого умереть.
   – Мы это не обсуждали, – возразила Катя. – Не я заказала этот букет. Его посыльный принес к нам. Я решила, он просто кабинетом ошибся, думаю, сама отнесу. Там карточка есть: «С днем рождения, Валерия!». Без подписи. Что же я должна была с ним делать? Я решила вручить.
   – Получился подарок вроде троянского коня, – невесело усмехнулся Алексей.
   – Милый, хорошо, что ты не растерялся, – похвалила Светик. – Сделал укол. Кстати, откуда ты знал, что нужно делать?
   – Мы с Валерией знакомы не первый год. К тому же у меня мама – врач. Наследственность.
   – Конечно, дорогой. Как я об этом не подумала. Алла Станиславовна может тобой гордиться.
   – Этим она и занимается целыми днями, – хмыкнул Горчаков.
   Праздник был безнадежно испорчен. И все из-за Кати. Хотя нет, из-за того, кто выбрал для Валерии именно такой букет. Вряд ли это было случайно. Но, с другой стороны, розы и лилии – классическое сочетание. Так что же это было? Недоразумение или попытка убийства? Знакомый вопрос, не так ли?
   Кате первый раз в жизни захотелось напиться. Не смаковать, не закусывать, не выпить и поговорить. А напиться. Чем-нибудь крепким и горьким. И наплевать на похмелье. Как и ее отцу…
   Раньше у нее тоже бывали неприятности. Но сейчас проблемы, допросы и подозрения преследуют ее, как прыщи подростка. Надо бы их спиртиком…
   Светик и Алексей больше не обращали на нее внимания, увлекшись беседой с каким-то толстым и важным типом. Катя огляделась в поисках выпивки. Заметила, что гости активно прикладываются к керамическим кувшинчикам. Подошла, налила себе какую-то жидкость в небольшую чашечку без ручки.
   – За новую работу, – шепнула она сама себе и выпила залпом.
   Надо же, напиток горячий. Достаточно крепкий и даже острый. Налила еще. Вот не обмыла новое назначение, как положено, оттого и неприятности. Валерия Суровцева и так не в восторге от своей новой сотрудницы. Ей не нравятся ни внешний вид Кати, ни ее историческое мышление. А теперь Валерия ее вообще возненавидит. Катя сунула ей под нос эти проклятые лилии, превратила красивую женщину в задыхающегося вождя краснокожих. Причем позор был публичным. Такое не прощается. Тем более в юридической фирме. Коллеги по судам затаскают.
   – За новую работу, хотя я не уверена, что она у меня еще есть…
   – Сами с собой разговариваете и сами себе наливаете? – спросили у Кати голосом Валерии. – Саке так не пьют.
   Она вздрогнула и обернулась. Рядом с ней стояла… Валерия. На лицо вице-президента фирмы «Горчаков и партнеры» вернулась аристократическая бледность, макияж подправлен, прическа, как всегда, идеальная.
   – Вам хуже? – проблеяла Катя, сама не понимая, что говорит. – То есть лучше?
   – То есть, – кивнула Валерия. – А вам?
   – Мне?!
   – Не переживайте, со мной такое случается. – В голосе Суровцевой явно слышалось участие.
   Или у Кати слуховая галлюцинация? Не станет же комар мило беседовать с «Фумитоксом»?
   – Вы не хотели ничего плохого, и вдруг такие жуткие последствия, – продолжила Валерия. – Людей это пугает. Меня уже нет. Бывают заболевания и похуже.
   Неужели она совсем не сердится? Будь Катя на ее месте, она бы безо всякой жалости отхлестала букетом того, кто испортил ей день рождения опасным для жизни способом. Или это тактический ход? Улыбнуться врагу, пожать ему руку. И уколоть иголкой с ядом, спрятанной в перстне. Так, кажется, поступали в семействе Борджиа?
   – Извините меня, я правда не знала. – У Кати так тряслись руки, что чашку от греха подальше пришлось поставить на стол.
   – Это выглядит ужасно, но быстро проходит. Нужно только вовремя сделать укол. Лешка впервые всадил в меня иголку однажды на лекции. Мы с ним вместе учились в университете.
   Лешка гораздо лучше манерного Алекса, подумала Катя.
   – Вам налить еще? – спросила Суровцева. – Саке – напиток не для одиночек. Его подливают друг другу.
   – Давайте сообразим на троих. – Неожиданно к ним присоединился господин Горчаков.
   Вот это да! Катя хотела тихо напиться в уголке. А оказалась в кругу избранных. Но на всякий случай оглянулась. Вдруг Светик опять налетит со своими обвинениями. Однако подруги поблизости не наблюдалось.
   – У Леры еще на кошачью шерсть аллергия, – предупредил Алексей. – Так что, если кто-нибудь, Катенька, попросит вас передать Валерии котенка, вызывайте милицию, невзирая на степень пушистости. Попытка причинить тяжкий вред здоровью налицо.
   – Да ладно тебе, Лешка, – отмахнулась Суровцева. – Человек же не нарочно. Давайте выпьем за здоровье…
   Катя вдруг стала гвоздем программы на вечеринке? С ней, видимо, хотят чокнуться, чтобы потом рассказывать, что пили вместе с девицей, которая все время пытается кого-то убить. Сначала коллегу, потом начальницу. Убийственный карь ерный рост. Но как иначе объяснить, что с ней уже не одну минуту общаются блистательная биз нес-леди и красивый богатый юрист?
   Впрочем, скоро этот тройственный союз распался. Прибыл еще один гость, вернее, гостья, причем опять из тех, кого показывают по телевизору. Известная актриса поздравляла Валерию и кокетливо улыбалась Алексею.
   Катя забилась в уголок, чтобы попробовать наконец пресловутые суши и роллы. Конечно, с палочками у нее ничего не вышло. Ролл спикировал на ее джинсы и весьма живописно там размазался. С ней всегда так! Но после саке это даже забавно.
   И все же Катя потихоньку ушла из ресторана, пока никто не заметил, что ей срочно нужна химчистка. И с удивлением поняла, что на улице уже сумерки. Да, домой она доберется, скорее всего, уже завтра, зато без пробок.
   Она поплелась к метро, завидуя парочкам, обнимавшимся на бульваре. Когда вдвоем, даже пить не надо. И так голова кружится.
   Какая-то машина затормозила прямо перед ней, когда Катя хотела перейти дорогу. Большая, надо сказать, машина, такую не сразу обойдешь. А тут еще распахнулась передняя дверца, и внутри оказался Алексей Горчаков.
   – Садитесь! – сказал он Кате.
   Она на всякий случай оглянулась, не стоит ли за ней Светик. Хотя Светик наверняка сидит за Алексеем Горчаковым.
   Катя села в его серебристый джип. Но Светика там не обнаружила. На заднем сиденье красовались две девицы модельного вида. Да и не только вида. Они на самом деле работали в модельном бизнесе.
   – Ты чего, Алекс, в таксисты решил податься? – хихикнула одна из них.
   – Конечно, ведь на девок нужны бабки! – со знанием дела, хмельным голосом заявила вторая. – Но мы тебя бесплатно обслужим. Или тебе нас двоих мало?
   – Красивых девушек много не бывает, – усмехнулся Горчаков.
   – Так то красивых. – Вторая моделька с недоумением посмотрела на Катю.
   – Куда едем? – спросил Алексей вполне шоферским тоном.
   – Мне вообще-то далеко, – спохватилась Катя.
   И зачем только она уселась в машину? Им никак не может быть по пути. Хотя побыть рядом с ним – это как на солнышке погреться. Даже несколько минут – уже приятно…
   – Я за городом живу, – сообщила Катя.
   – Ого, загородный дом! А бассейн у тебя есть? – оживились девицы.
   – Я в Подмосковье живу. У нас речка.
   – Говорите адрес, довезем, – пообещал шеф. – Все равно кататься по ночной Москве.
   – Давно надо было смыться, – подала голос моделька. – Скука смертная!
   – Да нет, прикольно было, – возразила подруга. – Ты видела актриску эту? По-моему, она на третьем месяце. И без мужа.
   – А видела, какой брюлик у Регинки из «Космо» на пальце? Ну точно новый спонсор задарил…
   Алексей включил автомагнитолу. Из динамиков полилась «Серенада солнечной долины».
   Наверное, нужно что-то сказать. Не сидеть же, как глухонемой Герасим. Поддержать светскую беседу.
   – А где Света? – спросила Катя.
   И тут же покраснела бы, если бы уже не была розовощекой от саке. Отличный вопрос. Главное, корректный.
   Но Алексей не сказал ей: «Не твое дело. Сиди и радуйся, что не придется платить за метро и маршрутку».
   – Светик прожужжала мне все уши про какого-то Петю. Так что, возможно, она сейчас с ним, – ответил Горчаков так, будто ему было все равно.
   – Петю? Ну не знаю, может быть, у нее просто разболелась голова. С ней такое бывает. – Кате почему-то захотелось представить подругу примерной невестой.
   – Будешь? – Девицы с заднего сиденья протянули Горчакову графин с саке. – Мы умыкнули со стола под шумок. Хотя шампанское, конечно, лучше.
   Алексей, нарушая не только японские церемонии, но и правила дорожного движения, сделал глоток. Катя вжалась в кресло. Машина неслась со скоростью не меньше ста двадцати. Знала бы, что ее пригласили поучаствовать в коллективном самоубийстве, пошла бы пешком.
   Что происходит с ее жизнью? За эти несколько дней она сделала столько всего, чего никогда не совершала раньше. Оказалась подозреваемой, напилась саке, разъезжает в джипах с безбашенным, хотя и симпатичным водителем. В следующее мгновение Горчаков потряс ее еще больше.
   – Катя, я хочу вас попросить. Будьте моей девушкой.
   Надо же так напиться! Ну точно это гроб на колесиках. Хотя музыка не похоронная. Гленна Миллера сменил Луи Армстронг.
   – Почему вы молчите? – спросил Алексей.
   Катя посмотрела на него и растерялась от того, что он тоже смотрел на нее. И говорил вовсе не по мобильному телефону.
   – Вы мне?!
   – Здесь одна Катя. Тех, кто во втором ряду, зовут Ксюша и Лада.
   – Нас не зовут, мы сами приходим, – хохотнули они.
   – Ну так будете моей девушкой? – повторил Алексей.
   – Я не понимаю, – честно призналась Катя.
   – Ненадолго, не беспокойтесь. На этот уикэнд. Моя бабушка устраивает на даче общий сбор. Будет много народу. Пикник, музыка, фейерверк. А Светик заявила, что приедет с Петей. Я же хочу пригласить вас.
   Обмен любезностями? Вообще-то план заключался в том, чтобы, приревновав к Пете, Алексей сделал предложение Светику. А вовсе не в том, чтобы он нашел на выходные бледную и невзрачную замену своей роскошной невесте.
   – Но почему я? – спросила Катя, хотя знала ответ.
   Из-за саке. Завтра шеф протрезвеет и даже не вспомнит об этом разговоре. Впрочем, машину он вел вполне уверенно.
   – Ну не их же мне приглашать. – Алексей взглянул в зеркало заднего вида.
   Ксюша и Лада почти дрались из-за последних капель спиртного.
   – Не ссорьтесь, зайки, – бросил он им. – В клубе будет выпивка.
   – Не хотим в клуб. Хотим на стриптиз! Мужской! – капризно потребовали модельки.
   – Вот видите, – сказал Алексей Кате. – Моя бабушка общалась с Пастернаком. После этого ей немного трудно найти общий язык с моими подругами. Она бы предпочла беседу с доктором наук.
   – Но я пишу только кандидатскую диссертацию, – призналась Катя.
   – То, что надо, – улыбнулся Горчаков. – Вы не похожи на других, Катя.
   Вот именно. Она не похожа на красивых, стильных, беззаботных любительниц стриптиза. Она вообще подозреваемая в особо тяжком преступлении. Не может быть, чтобы она провела уик-энд вместе с мужчиной своей мечты. Хотя, возможно, ей придется общаться исключительно с бабушкой?
   – У меня даже одежды подходящей нет, – вздохнула Катя.
   – Бабушка терпеть не может подходящую одежду. Она любит удобную. Вам не о чем волноваться, Катенька. Просто будьте самой собой…
 
   Когда серебристый джип затормозил у Катиного подъезда, Катин папа, который курил во дворе на лавочке, даже с места приподнялся. А когда увидел дочь, то от удивления опять сел.
   – Ты чего, Катюха? Заболела? Это теперь по нацпроекту «скорые помощи» такие? – хохотнул он.
   – Господи, если бы я в такой дыре жила, я бы уже в ней не жила, – услышала Катя «со второго ряда». – Я бы замуж за Алика вышла. У него однокомнатная, зато в центре.
   Да, Катин двор не назовешь образцово-показательным. Старенькие двухэтажные дома, сараи, благоухающая помойка.
   – А если бы у меня были такие очки, я бы за окулиста замуж вышла, – заявила вторая «зайка». – У меня был один…
   – До свидания, Катенька. – Алексей попытался заглушить голоса своих пассажирок.
   Хлопнула дверь, машина развернулась и уехала. Катя была почти дома и точно в шоке.
   – Что это за танк-то прикатил? – уточнил отец.
   – Начальник подвез, – буркнула дочь.
   – Это правильно, Катюха. Ты у меня умница, далеко пойдешь. А вернее, поедешь на машине с личным шофером!
   В средней степени опьянения папа Кати предавался мечтам и прожектам. Понимание, что они неосуществимы, приходило к нему в сильной степени опьянения. А слабой степени у него давно уже не наблюдалось.
   – Пойдем домой, пап.
   Сегодня до реализма не дойдет…
   – Хорошо, что ты отца привела, – похвалила мама. – Плохо, что поздно с работы возвращаешься. Вот вчера он без тебя так нагрузился, что его под руки вели…
   Нагрузился. Залил за воротник. Хватил лишнего. Мама никогда не скажет просто «напился». Как будто иносказание меняет суть. Мама все не могла свыкнуться с тем, что приличный человек, ответственный работник оказался не у дел и стал запивать пиво водкой.
   
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента