- Да потому, что на ночь ограбления у него прекрасное алиби: он не мог ограбить мистера Моулза, находясь в тюрьме, и если мы его арестуем, то он заявит, что нашел это колечко где-нибудь, ну, скажем, на полу в "Лайонс-баре", где он постоянно слоняется. И это может оказаться такой же пустышкой, как и браслет, обнаруженный у Лизи Фойгт... К тому же, я не удивлюсь, что Дейв Хоук оказался менее щедрым, чем его брат и подарил на Рождество какой-нибудь девице не браслет, а перстень...
   - Да-а, - задумчиво протянул лейтенант, потирая лоб, - возможно ты и прав. Здесь спешить нельзя. А что ты намерен делать?
   - Завтра утром я встречусь с Хенком, так как именно завтра он обещал дать мне, как он выразился в последнюю встречу, весьма ценную информацию, выслушаю его, записав разговор на магнитофон, а потом в доверительной беседе предъявлю ему перстенек...
   - Пожалуй, так будет лучше, - сказал Рейлан. - Да, так будет лучше, но я желаю тебе вытрясти из него все.
   Но встретиться мне с Хенком Брейгом утром не пришлось...
   Глава 9
   Труп Хенка Брейга выловили рано утром в заливчике, где при всем желании утонуть было почти невозможно, а поэтому вначале возникла версия об ограблении и убийстве. Но вытащившие его на землю полицейские обнаружили, что в его бумажнике находилось тысяча пятьсот долларов купюрами по сто долларов, не считая мелких бумажек в кармане, на месте были золотые часы и золотой портсигар. При осмотре полицейский врач не обнаружил никаких повреждений, которые могли бы служить причиной насильственной смерти, но зато при вскрытии все стало ясно: он выпил слишком большое количество виски, чтобы продолжать дальше жить... Конечно, был и еще один вопрос: как он оказался возле этой лужи, но на этот вопрос никто не мог ответить. Смерть Хенка Брейга особенно никого не опечалила, так как сержант Хаберт высказал общее мнение, что его смерть сохранила казне деньги на судебные издержки и на приведение приговора в исполнение. Ну а в том, что он заслужил казни, никто не сомневался. Было не до шуток только мне, а поэтому лейтенант Рейлан подошел ко мне и положил руку на плечо.
   - Ну, подох Хенк, - сказал он. - Ну и черт с ним! У тебя и так достаточно улик, чтобы прижать Моулза. Какая разница, одной больше или меньше...
   - Спасибо, Френк, - сказал я. - Спасибо за все. Послушай, Френк, - вдруг мне в голову пришла интересная мысль. - Завтра последний день, и именно завтра я нанесу удар Гарри Моулзу, а сегодня вечером не составишь ли ты мне компанию в борьбе с бурбоном?
   - Ты что, хочешь напиться? - настороженно спросил он.
   - Нет, Френк, я просто хотел немного выпить и посмотреть, как проводят вечера братья Хоуки с женами...
   - Что ж, - как бы размышляя вслух, сказал лейтенант. - Это можно. Они облюбовали себе клуб "Зорро", где их принимают на высшем уровне.
   - Вот туда мы и отправимся, - закончил я.
   Около половины девятого я уверенно вел свой "ягуар" по дороге в Майами.
   Рядом сидел лейтенант Рейлан. Ехали мы молча, быстро пожирая колесами мили пути.
   - Послушай, Сид, - вдруг нарушил молчание Рейлан, - только не дай им повода привязаться к нам, чтобы кто-нибудь из их баб не устроил скандала, обвинив в нем нас...
   - Нет, этого не будет, - усмехнулся я. - Мы только понаблюдаем.
   Мы подъехали к сияющему неоновой рекламой клубу. Едва мы вошли внутрь, как к нам подбежал юркий мужчина лет тридцати с прилизанными волосами и провел нас в зал ресторана. Разумеется, наметанным глазом и он, и штатные гориллы этого заведения распознали нас, если только не узнали в лицо, а поэтому были вынуждены принимать, как самых дорогих гостей, тем более, что лейтенант в свое время служил в Майами еще сержантом. Войдя в зал, я быстро оценил обстановку и выбрал столик у окна, недалеко от расположившихся за столом семейства Хоуков и Дика Лоренса. Мы заказали виски, которое почти мгновенно, что не делалось в классных кабаках, оказалось на нашем столике.
   Я налил в стаканы, отпил немного и неотступно смотрел на Стеллу Хоук, сидевшую ко мне вполоборота. Видимо, она почувствовала мой взгляд и повернула ко мне лицо. Я видел, как ее глаза расширились, и она тут же отвернулась. Я встал, и, хотя оркестр уже почти заканчивал блюз, направился к их столику.
   - Мистер Хоук, - обратился я к Арчи, - разрешите пригласить вашу очаровательную супругу на блюз?
   Он удивленно взглянул на меня.
   - И вы здесь, шериф? - сказал он.
   - Я тоже иногда отдыхаю. Миссис Хоук, - обратился, я к Стелле, - не составите ли вы мне компанию в танце?
   Она надменно кивнула головой, грациозно поднялась, и мы направились к танцующим парам. Танцевала она легко, а я постепенно уводил ее в танце к бару. Когда танец кончился, мы оказались у бара.
   - Вы хотели мне что-то сказать, шериф? - спросила она.
   - Отдаю должное вашей проницательности, - сказал я. - Так что вы будете пить?
   - Мартини.
   - Мартини и бурбон, - сказал я бармену. Мы сели у стойки и взяли свои стаканы.
   - Так что вы хотели мне сказать, шериф? - повторила она.
   - Пока еще никому не удавалось меня дважды провести, миссис Хоук. И только из-за вашей сестры вы все еще на свободе.
   - Что это значит? - удивилась она, хотя рука, державшая рюмку, дрогнула.
   - Это значит то, что после нашего разговора вы пытались с Диком Лоренсом убить меня...
   - Что это за глупость, шериф! - возмутилась она.
   - О, так мы никогда не закончим разговор, а ведь вас ждут, - спокойно сказал я, - а поэтому, только слушайте и думайте. Вы были с Диком в спортивной машине, когда в меня был произведен выстрел из пистолета 22-го калибра № 322171, зарегистрированного на имя Стеллы Моулз. Заключение экспертизы у меня в кармане, - и я небрежным жестом похлопал себя по карману. - Но чтоб у вас не было больше желания еще раз избавиться от меня, я приехал в сопровождении лейтенанта Рейлана. Да, пуля была выпущена из вашего пистолета. Да и Дик тоже наследил... Он оставил на месте преступления окурок сигары.
   - Но ведь сигары курит не только он! - парировала она.
   - Разумеется, но экспертиза по слюне определила группу крови, которая соответствует его группе.
   - Откуда вы можете знать его группу крови? - удивилась она.
   - Миссис Хоук, вы забываете, что он служил в армии, а поднять его досье не составило большого труда. - У меня ничего такого, конечно, не было, но я говорил так уверенно, как блефует игрок с "парой" на руках, показывая всем, что у него не менее "каре". - К тому же, есть и еще одна интересная деталь.
   Я изъял браслет с сапфирами и бриллиантами, который у вас якобы был похищен из сейфа отца и который вы указали в списке украденных драгоценностей под № 11, у актрисы Лизи Фойгт, с которой успели переспать и ваш муж, и ваш любовник.
   - Вы слишком много себе позволяете, шериф! - высокомерно сказала она.
   - Я говорю только то, что могу подтвердить и представителям прессы, и под присягой в суде. Я знал, что будет слишком трудно доказать покушение на меня, а поэтому дал вам пару недель срока, чтобы вы успокоились, а сам в это время собрал довольно-таки интересные сведения. Кстати, вы не хуже меня знаете, что ваш муж наркоман... Вы не хуже меня знаете некоторые свои проступки, которые любая женщина хотела бы скрыть. Кроме указанного вами браслета, я обнаружил еще и недурной перстенек, якобы пропавший у Бетти Хоук, но так же, как и ваш браслет, покинувший пределы досягаемости хозяйки месяца два-три назад... Это становится очень интересным. - Я опустил руку в карман и извлек оттуда перстень. - Я думаю, вы узнаете эту вещичку? А теперь встает следующий вопрос: существовали ли вообще драгоценности? Не подменили ли вы их стекляшками, которые потом утащил из сейфа Дик Лоренс, оглушив вашего отца? Вы же в это время создавали ему алиби...
   - Это уже слишком! - сказала она и встала с табурета. - Вы не имеете права!
   Хотя эти слова она и произнесла твердым тоном, но я увидел, как она побледнела.
   - Это не слишком, дорогая Стелла, - я впервые назвал ее по имени. - Мне просто будет жаль, если сестре моей жены придется отвечать на эти вопросы прессе, а ведь несмотря на все богатство и могущество вашего отца, найдутся желающие предать огласке этот скандал, да еще добавить и домыслы... А факты я им предоставлю завтра же. Я с ними не расстаюсь даже в ванной. - Я опустил перстенек снова в карман и дотронулся освободившейся рукой до пиджака в том месте, где был внутренний карман.
   Она в упор смотрела на меня.
   - А если завтра отец даст согласие на ваш брак с Джулией, то что тогда? тихо спросила она.
   - Тогда я никому не позволю позорить доброе имя Моулзов, - так же тихо ответил я.
   - О'кей, родственник, - усмехнулась она. - Завтра утром вам позвонит отец и даст согласие. На этот раз я вам это твердо обещаю. - С этими словами она повернулась и пошла к своему столику, не дожидаясь, чтобы я ее проводил.
   Я вернулся к лейтенанту.
   - Ну как? - встретил он меня вопросом.
   - Я загнал ее в угол, и она сегодня уговорит отца, - спокойно ответил я, садясь за столик.
   - О'кей, Сид. За удачу, - сказал он, поднимая стакан.
   Мы еще немного посидели, выпили и направились к выходу. Обратный путь мы проделали молча. Каждый думал о своем. Мои мысли были заняты завтрашним решающим днем.
   Я приехал домой, но не мог уснуть. Еще и еще раз я мысленно проигрывал все события минувшего месяца... Нет, кажется, ошибки нигде не было. Я должен, должен выиграть... Я не видел ни малейшей лазейки для Гарри Моулза или его дочери Стеллы. Все было против них. Все против...
   Часы показывали полночь. Я загасил последнюю сигарету и решил ложиться спать, как вдруг раздался телефонный звонок.
   - Слушаю, Керт, - сказал я, сняв трубку.
   - Сид, приезжай срочно в бунгало, - раздался какой-то неестественный и взволнованный голос Джулии, а затем короткие гудки.
   Я даже не подумал, что она должна находиться на ферме, не подумал, зачем она приехала сюда и почему, считая меня своим мужем, не зашла ко мне домой.
   Я быстро оделся, проверил пистолет и бросился к машине. "Ягуар" быстро летел по спящим улицам, и постепенно до меня стало доходить, что Джулия попала в какую-то ловушку и мне надо быть осторожнее. Я, конечно, не думал, что Джулия может предать меня и заманить куда-то, но что-то с ней случилось, я не сомневался. Я остановил машину, не доезжая до бунгало ярдов двести, и направился туда пешком. Подойдя к дому, я прислушался. В домике было темно и не доносилось ни одного звука. Это мне показалось странным. Я попробовал дверь в коридор была открыта. Я тихонько прошел в коридор и рывком распахнул дверь в комнату. Парень, стоявший у двери, взмахнул дубинкой, но я успел отклониться и всем корпусом толкнуть его так, что он отлетел к противоположной стене. Однако на меня накинулся второй, тоже с поднятой дубинкой. Я потерял равновесие и не смог полностью уклониться от удара. В голове поплыл звон, а из глаз посыпались искры. Что-то теплое и липкое тихо закапало мне за воротник. В свете луны было видно, что мой противник был крепким парнем, но, видимо, он был неопытен в драках. Когда он повторно взмахнул дубинкой, я сделал ложное движение, и дубинка со свистом пронеслась мимо. Он несколько потерял равновесие, а я в этот момент нанес ему сильный удар в пах. Парень с воем согнулся. Удар по затылку сжатыми вместе руками довершил нашу с ним беседу. И тут я заметил, что второй подонок кинулся на меня с поднятой дубинкой. Я дождался момента удара, отклонился в сторону и встретил его ударом локтя в живот, а затем перехватил его руку на своем плече, так, что дубинка ушла вперед, и резко дернул вниз. Раздался хруст ломающейся кости, и он взвыл. Я ступил на шаг вперед, развернулся и выдал ему отличный удар в челюсть. Он упал и не шевелился. Я прошел к выключателю и комнату залил свет. Я знал, что надо спешить, что ловушка, может быть, раскрыта мной еще не полностью. На полу я увидел лежащего без движения Дика Лоренса и корчившегося от боли, еще не пришедшего в себя Дейва Хоука, который рефлекторно-бессознательно протягивал здоровую руку к сломанной.
   Теперь я знал, кто меня заманил. Я сразу рассчитал, что Гарри Моулз в этой игре не участвует: он был не настолько глуп, чтобы ввязаться в такую авантюру. Я включил ночник, выключив верхний свет, быстро связал ноги обоим ремнями, а руки Дика его же галстуком. Дейву одну руку крепко стянул галстуком и закрепил к туловищу, а к поломанной руке привязал платком дубинку в виде дощечки при переломах. Потом устроил обоих в креслах и найденной веревкой привязал их. Затем взял графин с водой и вылил им воды на головы, чтобы они быстрее пришли в себя. Чтобы не терять времени зря, пока они приходили в себя, я направился к стоящему в углу магнитофону, который своими мелодиями скрашивал наши часы любви с Джулией, включил его и, выхватив первую попавшуюся под руки пленку, взглянул на кассету. Это были песенки Конни Френсис, которые так нравились Джулии. Но мне сейчас было не до сантиментов. Я поставил кассету на магнитофон, нажал на "запись" и включил его.
   Оба подонка уже подавали признаки жизни. Я подошел к ним.
   - Ну так что, будем говорить? - спросил я. - Где Джулия?
   - О чем говорить, шериф? - нагло заявил Дик Лоренс. - Мы будем жаловаться на вас лейтенанту и прокурору.
   - Жаловаться?! На меня? За что?
   - Вы силой ворвались в бунгало и избили нас, - так же нагло ответил Дик.
   Я не выдержал и выхватил пистолет.
   - Вы не будете жаловаться, парни, - я резко ударил стволом по носу Дика так, что у него на глазах выступили слезы. - Вы не будете жаловаться, повторил я. - Я поступлю так же, как и вы: уложу вас в машину, которая стоит у бунгало, оглушу дубинками, столкну где-нибудь машину под обрыв, вылью на вас ведерко бензина, а потом, отойдя в сторону, брошу на вас зажженную сигарету... И никто ничего не сможет доказать, парни. Я был дома...
   Они сидели с расширенными от ужаса глазами, сознавая, что сами попали в западню. Я повернулся к Дейву Хоуку.
   - Может быть, ты ответишь мне, - обратился я к нему, - где Джулия? Или мне для этого нужно немного постучать рукояткой пистолета по твоей сломанной руке?
   Я направился к нему.
   - Нет! Нет! - закричал он. - Не надо этого делать. Я скажу... Я все скажу... Мы не знаем, где Джулия... Она уже несколько дней не живет дома...
   - Лжешь! - твердо сказал я, перехватывая револьвер за ствол и направляясь к нему. - Она мне звонила и пригласила сюда.
   - Это не она звонила... - выдавил Дейв. - Это Стелла прокрутила в телефон запись ее предыдущего приглашения вас в бунгало.
   "Вот почему ее голос звучал довольно неестественно", - подумал я.
   - А зачем ей это потребовалось?? - спросил я.
   - Она хотела заманить вас сюда, шериф, чтобы мы вас здесь оглушили и связали... Потом мы бы вызвали ее сюда, а она доказала бы, что вы пытались ее изнасиловать, а мы заступились... Здесь были бы репортеры... Вам больше не было бы веры, шериф...
   - О'кей, - сказал я. - А теперь ты. Дик Лоренс, говори... Расскажи о том вечере, когда вы стреляли в меня. Ну... - Увидев, что он не хочет говорить, я снова перехватил револьвер и замахнулся. - Ну...
   - Я буду говорить, шериф, но обещай, что не убьешь нас, - тихо произнес он.
   - Обещаю, парни, но учтите - говорить правду... Только правду...
   - Хорошо, - Дик облизнул губы. - Вы ее чем-то напугали. Я не знаю чем, но она была испугана и решила попугать вас...
   - Хорошенькое "попугать", - усмехнулся я. - Меня спасло только то, что пуля угодила в пистолет.
   - Она не говорила, что будет стрелять, - сказал Дик. - Она попросила только на большой скорости промчаться мимо, ослепив вас фарами. Я сам испугался, когда увидел у нее в руке револьвер и услышал выстрел...
   - Хорошо, - сказал я, - этот вопрос выяснили. А зачем ей нужно было скрывать, где она была в ночь ограбления?
   Дик, склонив голову, молчал.
   - Отвечай, Дик, - сказал я. - И не думай о том, что здесь сидит брат ее мужа. Что Стелла твоя любовница, знают все, но как деликатные люди, делают вид, что им ничего не известно.
   - Да, - тихо проговорил Дик Лоренс, - мы были с ней в ту ночь - здесь...
   И не хотели, чтобы кто-нибудь узнал об этом, тем более ее отец.
   - Как вы стали ее любовником? - спросил я.
   - Она... Она сама... - Дик снова облизал губы. Я взял стакан, налил воды и поднес к его губам. Он жадно сделал несколько глотков. - Спасибо, шериф.
   Когда она вышла замуж, то поняла, что вытянула пустой билет. У Арчи было много саморекламы и мало данных для карьеры, разве только умение нравиться людям и пускать пыль в глаза. Стелла... миссис Хоук - деловая и расчетливая женщина. Она стала искать на задворках киноиндустрии среди начинающих. Там она и нашла меня. Она заставила меня работать с Арчи, доказав, что сам я не смогу выбиться наверх. Я понял, что она была права... И согласился... Но чтобы крепче меня привязать, она пустила меня в свою постель... После этого я готов был идти за ней куда угодно...
   - А как же Лизи Фойгт? Ведь с ней вы были близки уже после начала вашей связи со Стеллой Хоук?
   - Да... Это тоже была ее идея. Она приказала мне увлечь ее, что совсем не составляло никакого труда, а затем переложить в постель ее мужа, чтобы тот, если узнает о нашей связи, не мог поднять скандала...
   - А браслет, который оказался у Лизи Фойгт? Как он попал к ней?
   - Он... Его подарил Лизи Арчи Хоук, - тихо проговорил Дик. - Это тоже была идея Стеллы... Он дарит ей браслет из ее коллекции и... он на все время у нее в руках. Это же кража, причем, кража известного всем драгоценного предмета...
   - А как же он дошел до такого? - удивился я.
   - Стелла заставила меня подать ему эту идею. Я и убедил его, что Стелла не поднимет шум, чтобы не разрушать семью, а он навсегда завоюет расположение Лизи...
   - Что ты знаешь об ограблении?
   - Клянусь, шериф, ничего... Я все рассказал.
   - Почему же вы все это старались скрыть даже ценой преступления?
   - Мистер Гарри Моулз немного старомодных взглядов. Он не интересуется, чем занимается его дочь после замужества, - и он, усмехнувшись, взглянул на меня, - но считает, что семейный союз должен быть священным и не давать поводов для сенсаций... Если бы он узнал обо всем, то Стелле было бы очень плохо.
   - О'кей, - сказал я. - Теперь я хочу услышать кое-что и от тебя, дорогой Дейв. Может мне не стоит напоминать, что я случайно могу задеть тебя по руке...
   - Нет, шериф, не стоит, - тихо ответил он.
   - Итак, вы знали, что ваш брат - наркоман? - спросил я.
   - Да, я знаю об этом уже почти четыре года. Я пытался лечить Арчи, но все пока безуспешно... Вот мне и приходится доставать ему снадобье, чтобы он не обращался к чужим людям и не рекламировал свой порок...
   - А как он стал наркоманом? - спросил я.
   - Этого я не знаю, шериф.
   - Может быть, ты знаешь? - обратился я к Дику. Тот молча опустил глаза. Ну, ну, вспоминай. Пока еще из твоего носа капает кровь, а повторный удар тебе не доставит удовольствия. Вспомнил?
   - Да, шериф, - выдавил он из себя. - Как-то, когда мы работали... Арчи вообще-то неплохой парень и хороший организатор. С ним было легко работать.
   Так вот, когда мы работали, пришла его жена и сказала, что в Голливуде для поднятия тонуса и улучшения работоспособности принимают наркотики... Она угостила нас коричневыми сигаретами... Я не стал больше их курить, а Арчи она, видимо, угощала еще и еще... Так Арчи пристрастился к наркотикам. Мне жаль его, но...
   - Что но? - спросил я грозно.
   - Видимо, мужем-наркоманом легче управлять, - усмехнулся Дик Лоренс.
   - Хорошо, - заключил я. - Теперь у меня последний вопрос к Дейву. Почему ваша жена и Стелла Хоук не застраховали свои драгоценности?
   - Дело в том, что неофициально они застрахованы, - ответил Дейв.
   - Как это "неофициально"? - удивился я.
   - Фирма, производящая сейфы, и банк, где они хранятся, заключили договор, что они отвечают за сохранность драгоценностей, да еще и платят некоторую сумму за рекламу... Понимаете, реклама, что гарантирована сохранность в этих сейфах даже незастрахованных драгоценностей. А когда Стелла Хоук надевала что-то действительно ценное, ее охранял целый отряд горилл. Реклама, шериф, есть реклама...
   - А как перстенек вашей жены мог оказаться у Хенка Брейга? - спросил я.
   - Это сложный вопрос... Если с браслетом Стеллы вопрос ясен, то здесь я вам затрудняюсь сказать что-либо определенное. Возможно, он пропал у Бетти гораздо раньше, и Стелла посоветовала скрыть это от меня... И хотя я верю своей жене, но такой вариант возможен. А здесь удобный случай: списать все на грабителя...
   - О'кей, парни, благодарю вас за интервью, - сказал я, подходя к магнитофону и снимая кассету. - А теперь скажите честно: жить хочется, а?
   - Но, шериф! - воскликнул Дик Лоренс, пытаясь привязанным подняться с кресла. - Вы же обещали...
   - Да, я обещал, но хочу, чтобы вы выполнили последнее условие. Согласны?
   - Да, - поспешно ответил Лоренс.
   - Но я не слышу второго голоса, Дейв, - сказал я.
   - Конечно, согласен...
   - Так вот, сейчас сюда приедет Гарри Моулз, и вы повторите ему все, что говорили мне. - Я помахал в воздухе магнитофонной кассетой. - Если вы еще раз вздумаете встать на моем пути, то... Поверьте, парни. Стелла все-таки его дочь и сама выкрутится, а вы спасайте свои шкуры... Тебя, Дик Лоренс, я могу упрятать в тюрьму за кражу браслета, - я поднял руку, видя, что он пытается что-то возразить, - Лизи Фойгт, спасая себя, подтвердит все, что я ей прикажу, а уж спасать тебя не кинется ни мистер Моулз, ни, тем более, Стелла... К тому же, учти, что я тебя обвиняю в покушении на убийство шерифа... Это все минимум лет десять тюрьмы. О Стелле не беспокойся. При связях и деньгах ее отца, ее признают невменяемой, а вот ты... А теперь о тебе, Дейв. Если ты не выложишь все мистеру Моулзу, то я - обвиню тебя в торговле наркотиками. Ведь ты сам подтвердил, что снабжал снадобьем брата, а это тоже обеспечит тебе несколько лет отдыха. Думайте пока, парни, и, как говорит мистер Моулз:
   - "Не упустите свой шанс". Если все это вы подтвердите мистеру Моулзу, я к вам не буду иметь претензий.
   Затем я подошел к телефону, снял трубку и набрал номер телефона приемной мистера Моулза, известный весьма ограниченному кругу лиц.
   Долго никто не брал трубку, но потом в ней прохрипел заспанный голос Гарри Моулза:
   - Да...
   - Это вы, Гарри? - спросил я.
   - Сид? - удивился он. - Какого черта вам не спится? - Его голос все повышал тональность. - И потом, с каких пор я стал для вас Гарри, черт возьми!
   - Слушайте меня внимательно, Гарри, - спокойно сказал я. - Я решил учиться у вас и на этот раз не упущу свой шанс... Я не хочу вам зла, а просто добьюсь своего: Вы дадите свое согласие на наш брак с Джулией.
   - Ни черта вы не добьетесь, подонок! - взревел он.
   - Успокойтесь, Гарри, и, если не хотите больших неприятностей, то немедленно берите Джо Наумана и приезжайте в свое бунгало. Здесь вы узнаете много интересного. Если после всего, что вы узнаете, у вас появится желание побеседовать со мной, то позвоните мне утром в кабинет, - и я положил трубку.
   - Желаю вам успешно выбраться из этой переделки, парни, - сказал я и вышел.
   Я дошел до своей машины, сел в нее и быстро помчался к себе домой.
   Глава 10
   И вот я сижу в последний раз в своем кабинете. Я вспомнил все, что было, умолчав лишь об одном, но это я оставил до встречи с Гарри Моулзом. Я жду его звонка. Жду и уверен, что он позвонит. Он не дурак и должен понять, что на этот раз проиграл. Я поставил на своем заявлении подпись, отложил ручку, закурил, и в этот момент зазвонил телефон.
   - Слушаю, Керт, - сказал я, сняв трубку.
   - Сид, это Гарри, - пророкотал голос мистера Моулза. - К сожалению, я должен признать, что ты оказался слишком талантливым учеником. Я согласен на твое предложение. Так что ты хочешь?
   - Я хочу встретиться, ну, скажем, через полчаса в вашем бунгало и обсудить все наши вопросы, - сказал я.
   - При всем моем огромном желании послать тебя ко всем чертям, к сожалению, я не имею такой возможности, а поэтому согласен на встречу. Но почему в бунгало? У тебя есть еще для меня сюрприз?
   - Разумеется, дорогой Гарри, есть. Ведь не зря же вы меня учили жизни. Да еще и какой! К тому же, неплохо бы смыть в волнах все наши старые размолвки и дурное отношение друг к другу.
   - Ну что ж, встречаемся через полчаса там, - сказал он, кладя трубку.
   И вот, пройдя через все, я еду в бунгало победителем. Когда я подъехал, машина мистера Моулза уже стояла там, а Джо Науман, небрежно развалясь на сиденье, курил. Меня приветствовал вышедший из бунгало Гарри Моулз:
   - Хелло, Сид. Рад тебя видеть.
   - Хелло, Гарри. Рад или не очень, но будем теперь видеться довольно часто.
   - Я это понял. Ты, конечно, продашь все сведения, которыми располагаешь, за миллион, и я буду вынужден сдержать свое слово и отдать тебе Джулию, так?
   - Нет, Гарри, не так.
   - Ты хочешь больше? - удивился он.
   - Нет, я хочу только Джулию, а деньги меня не интересуют.
   - Что?! - удивился он. - Ты же говорил, что многому у меня научился, а заявляешь опять как какой-то сопляк. Кстати, где ты прячешь Джулию?
   - Она живет на ферме, где жила моя тетушка Элис, - ответил я.
   - Моя дочь на ферме, - сморщился он. - Но все равно: ты мой зять. А где все документы?
   - В надежном месте, Гарри. Или вы мне не доверяете? Или вы думаете, что я буду позорить свою, - я подчеркнул это слово, - семью? Правда, вы вынудили меня уйти в отставку. Я уже написал бумагу. Ведь я дал слово, что если не найду преступника, то уйду в отставку.
   - Это к лучшему, Сид. Я найду тебе место поинтересней. А этих преступников все равно найдут...
   - Нет, Гарри, я думаю, что не найдут. Но поиски могут привести к тем же фактам, которые раскопал я...
   - Ладно, поехали к Джулии, Сид. Думаю, что ее обрадует такая новость. Ты действительно закрутил девчонке голову. Я думал, что это просто увлечение.
   - Нет, Гарри, - ответил я. - Я же сказал, что надо смыть все старое в волнах. К тому же, я должен вам еще кое-что рассказать. Я не хочу, чтобы беря меня в зятья, вы думали обо мне, как о мелком мошеннике и шантажисте, который благодаря случайности, смог достичь своей цели. Нет, я все сделал из любви к Джулии. Даже лейтенант Рейлан сказал, что порядочный человек, доведенный до отчаяния, может пойти на все. Я был в такой ситуации, а теперь хочу стать не просто зятем, а любимым зятем мистера Моулза...