— О, Бертрам Вустер! — сказала она.
   — Он исключительно застенчивый молодой джентльмен, мадам, и никогда в жизни не предложит этого сам, но, хорошо его зная, я не сомневаюсь, что он почтёт за честь, если вы обратитесь к нему с просьбой выступить перед юными леди. Он прекрасный оратор и блестяще говорит экспромтом.
   — Прекрасная мысль, — решительно заявила мисс Томлинсон, — и вы очень вовремя мне её подали. Я обязательно попрошу его сказать несколько слов моим девочкам.
   — А если он сделает вид — из скромности, — что…
   — Я буду настаивать!
   — Благодарю вас, мадам. Очень вам признателен. Вы ведь не упомянете о нашем с вами разговоре? Мистер Вустер может решить, что я вмешался не в своё дело.
   Я доехал до конюшен и остановился в небольшом дворике. Затем я вышел и посмотрел на машину задумчивым взглядом. Это была хорошая, новая машина в идеальном состоянии, но почему-то у меня возникло такое чувство, что скоро она сломается, причём неисправность окажется такой серьёзной, что починка займёт несколько часов. У каждого могут возникнуть дурные предчувствия.
 
* * *
 
   Я курил, прислонившись к машине и наслаждаясь тишиной, когда мистер Вустер вошёл во дворик быстрым шагом.
   — Нет, нет, не обращай на меня внимания, Дживз, — сказал он, увидев, что я собираюсь выкинуть окурок. — По правде говоря, я пришёл стрельнуть у тебя сигарету.
   — Боюсь, у меня дешёвый сорт, сэр.
   — Давай какие есть, — несколько нервно произнёс мистер Вустер. Я заметил, что руки у него слегка дрожали, а глаза бегали из стороны в сторону. — Странная история, Дживз. По всей видимости, я потерял свой портсигар. Нигде не могу его найти.
   — Мне очень жаль, сэр. В машине его нет.
   — Да? Тогда, должно быть, я где-нибудь его обронил. — Он глубоко затянулся. — Забавные создания эти маленькие девочки, Дживз, — заметил он после непродолжительной паузы.
   — Совершенно справедливо, сэр.
   — Некоторые даже считают, что они утомительны, э-э-э…
   — En masse, сэр?
   — Вот-вот. Утомительны en masse.
   — Должен признаться, сэр, у меня давно сложилось такое впечатление. В юные годы я начинал свою карьеру, работая посыльным в школе для девочек, сэр.
   — Да ну, Дживз? Первый раз слышу. Послушай, а в твоё время, э-э-э, милые проказницы, гм-м-м, тоже непрерывно хихикали?
   — Практически не останавливаясь, сэр.
   — Должно быть, ты чувствовал себя вроде как старым ослом, что? Не удивлюсь, если они время от времени на тебя пялились, а?
   — В школе, где я служил, сэр, юные леди придумали игру, которой они постоянно развлекались, когда к ним в класс приходил какой-нибудь мужчина. Они смотрели на него не моргая и хихикали, а та юная леди, которая заставляла незнакомца покраснеть, получала небольшой приз.
   — Ох нет, послушай, Дживз, правда?
   — Да, сэр. Они получали огромное удовольствие, проводя время подобным образом.
   — Я никогда не думал, что маленькие девочки такие жестокие.
   — Намного беспощаднее мальчиков, сэр.
   Мистер Вустер достал платок и вытер лоб.
   — Через несколько минут мы будем пить чай, Дживз. Может, после чая мне станет лучше.
   — Будем надеяться, сэр.
   Но я не питал по этому поводу никаких иллюзий.
 
* * *
 
   На кухне меня напоили отменным чаем. Тосты тоже были очень вкусными, а горничные оказались милыми девушками, хоть и немногословными. Служанка, которая присоединилась к нам в конце трапезы — после того как окончила подавать на стол господам, — сообщила мне, что мистер Вустер держится нормально, но выглядит несколько возбуждённым. Я вернулся во дворик и только собрался прислониться к машине, как ко мне подошла юная дочь профессора Мэйнверинга.
   — Эй! — сказала она, протягивая мне портсигар. — Передайте, пожалуйста, мистеру Вустеру, когда его увидите. Наверное, он выронил его из кармана. Представляете, какая хохма, — продолжала она, не переведя дыхание, — он собирается прочесть нам лекцию.
   — Вот как, мисс?
   — Мы обожаем лекции. Мы сидим и смотрим на бедняжек, не моргая, пока они не засохнут. В прошлый раз нам попался один тип, который стал икать. Как вы думаете, мистер Вустер будет икать?
   — Мы должны надеяться на лучшее, мисс.
   — Вот будет хохма, правда?
   — Вне всяких сомнений, мисс.
   — Ну, мне пора. Я хочу сесть в первом ряду.
   И она убежала. Обаятельный ребёнок. С огоньком.
   Не успела она уйти, как раздался топот ног и из-за угла выскочил мистер Вустер. Вид у него был ошарашенный.
   — Дживз!
   — Сэр?
   — Заводи машину!
   — Сэр?
   — Мы уезжаем!
   — Сэр?
   Мистер Вустер начал пританцовывать на месте.
   — Прекрати стоять как истукан и повторять «сэр?». Говорю тебе, мы уезжаем. Сматываемся! Положение отчаянное! Проклятье, Дживз, знаешь, что случилось? Директорша Томлинсон сейчас выдала мне, что я должен прочесть перед девочками речь! Перед всем выводком, пропади они пропадом! Представляю, как я буду выглядеть на сцене! Заводи машину, Дживз, будь она проклята! Скорее! Не медли!
   — Боюсь, это невозможно, сэр. Автомобиль сломался.
   У мистера Вустера открылся рот. Глаза его остекленели.
   — Сломался?
   — Да, сэр. Какая-то неисправность. Возможно, мелкая, но, может быть, придётся повозиться. — Мистер Вустер принадлежал к числу молодых джентльменов, которые умеют водить машину, но абсолютно не разбираются в технике, поэтому я добавил: — Должно быть, не в порядке дифференциал или выхлопная труба.
   Я очень привязан к мистеру Вустеру и, должен признаться, глядя на него, я чуть было не отказался от своего плана. Он смотрел на меня в немом отчаянии, которое тронуло бы сердце самого закоренелого преступника.
   — Тогда я погиб! А может… — внезапно в его глазах появился слабый луч надежды. — Как ты думаешь, Дживз, я успею улизнуть и добраться до шоссе пешком?
   — Боюсь, вы опоздали, сэр, — незаметным кивком головы я указал на высокую фигуру мисс Томлинсон, уверенным шагом приближавшуюся к мистеру Вустеру сзади.
   — Ах, вот вы где, мистер Вустер!
   Он выдавил из себя жалкую улыбку.
   — Да, э-э-э, я здесь.
   — Мы ждём вас в зале.
   — Но, послушайте, я… я… не совсем знаю, что говорить.
   — О, всё, что угодно, мистер Вустер. Всё, что вы сочтёте нужным. Будьте весёлым и непринуждённым.
   — Весёлым и непринуждённым?
   — Можете рассказать им несколько забавных анекдотов из вашей биографии. Но в то же время не забывайте о нравоучительности. Помните, мои девочки стоят на пороге жизни и рады будут услышать что-нибудь ободряющее, полезное, поощрительное, что бы запомнилось на долгие годы. Впрочем, вы сами прекрасно знаете, что им надо, мистер Вустер. Пойдёмте. Мои питомицы вас ждут.
 
* * *
 
   Ранее я уже говорил об изобретательности и о том, какую роль она играет в жизни личного слуги джентльмена. Это качество особенно необходимо, если вы намерены не отставать от событий, в которых вам не положено принимать участия. Слишком много интересного происходит за закрытыми дверями, и личный слуга джентльмена, если он не хочет оставаться в стороне, должен развивать свою сообразительность, чтобы иметь возможность стать если не зрителем, то по крайней мере слушателем, когда ему нужно получить определённую информацию. Я презрительно отношусь к несолидному, вульгарному методу подслушивания у замочных скважин и, никогда не опускаясь так низко, обычно нахожу способ находиться в курсе дел.
   В данном случае это не составило особого труда. Большой зал находился на первом этаже, а так как погода стояла прекрасная, двухстворчатые окна были распахнуты настежь. Незаметно встав за колонной на веранде, я не только слышал, но и видел всё, что происходило. И, должен вам сказать, я очень рад, что не пропустил этого зрелища. Мистер Вустер превзошёл сам себя.
   Мистер Вустер — молодой джентльмен, обладающий всеми достоинствами, кроме одного. Я не имею в виду ум, потому что для слуги умный господин нежелателен. Качество, о котором я говорю, трудно определить словами, но, возможно, его следует назвать умением справляться с нестандартными ситуациями. Когда происходит что-либо неожиданное, мистер Вустер сразу теряется, а потом начинает жалко улыбаться и таращить глаза. В нём нет Величия. Я часто жалел, что не могу наделить его хотя бы частью savior fair, которой обладал мой бывший господин, мистер Монтегю-Тодд, известный финансист, в настоящее время отбывающий срок в тюрьме. Я знавал людей, врывавшихся к мистеру Тодду с намерением отхлестать его кнутом и через полчаса выходивших из кабинета с весёлым смехом и одной из его сигар в зубах. Для мистера Тодда не составило бы ни малейшего труда произнести речь перед залом, битком набитым юными леди; более того, я думаю, что под конец он убедил бы их вложить все деньги, выданные им на карманные расходы, в одно из его многочисленных предприятий; но для мистера Вустера предстоящее испытание было хуже каторги. Он бросил на молодых особ быстрый взгляд, увидел, что они уставились на него не моргая, и тут же отвёл глаза и принялся дёргать себя за рукав. Его можно было сравнить разве что с молодым человеком, который добровольно вызвался помогать фокуснику и не знал, куда ему деться, когда из его шляпы стали доставать кроликов, а из ушей — яйца.
   Мисс Томлинсон произнесла короткое вступительное слово.
   — Девочки, — сказала она. — Некоторые из вас уже познакомились с мистером Вустером, мистером Бертрамом Вустером, и все вы, надеюсь, знаете, кто он такой. — С сожалением должен отметить, что после этих слов мистер Вустер засмеялся каким-то ужасающим, неприличным смехом и, поймав на себе взгляд мисс Томлинсон, покраснел как рак. Мисс Томлинсон продолжала. — Он был так добр, что согласился сказать вам несколько напутственных слов перед своим отъездом, и я не сомневаюсь, что вы выслушаете их с должным вниманием. А сейчас начали.
   Она взмахнула правой рукой, и мистер Вустер, по всей видимости решив, что последняя фраза относится к нему, откашлялся и начал говорить. Но, как оказалось, мисс Томлинсон обратилась к девочкам, которые по её сигналу как одна встали с мест и затянули нечто вроде песни. К счастью, я помню её слова, хотя мотив вылетел у меня из головы.
 
Вам сердечный привет!
Вам сердечный привет!
Вам сердечный привет, дорогой наш гость!
Сердечный привет,
Сердечный привет,
Вам сердечный привет!
Вам сердечный привет!
Вам!
 
   Широта диапазона показалась мне неограниченной, и я бы не сказал, что юные особы пели дружно. Каждый ребёнок пытался спеть предложение как можно скорее, а затем стоял и ждал, когда его догонят остальные. Это было необычное представление, и лично мне оно показалось довольно весёлым. Мистер Вустер, однако, выглядел потрясённым до глубины души. Он отступил на несколько шагов и вытянул вперёд руку, словно защищаясь от нападения. Затем рёв в зале стих и наступила мёртвая тишина. Мисс Томлинсон сверкнула на мистера Вустера глазами, и он моргнул, несколько раз сглотнул слюну и семенящей походкой вышел вперёд.
   — Дело в том, знаете ли… — сказал он.
   Затем ему, видимо, показалось, что подобное обращение не отвечает требованиям этикета.
   — Леди…
   Серебристый смех в первом ряду вновь заставил его умолкнуть.
   — Девочки! — произнесла мисс Томлинсон. Она сказала это тихим, мягким голосом, но шум в зале мгновенно прекратился. Я не могу не отметить, что, несмотря на поверхностное знакомство с мисс Томлинсон, я восхищался этой женщиной как никакой другой. У неё была хватка.
   Мне кажется, мисс Томлинсон к этому времени разобралась в ораторских способностях мистера Вустера и пришла к выводу, что на пылкие речи он не способен.
   — Возможно, — сказала она, — в связи с поздним временем и занятостью мистера Вустера он просто даст вам небольшой совет, который вы сможете использовать в будущей жизни, а затем мы споём гимн школы и начнём вечерние занятия.
   Она посмотрела на мистера Вустера. Он засунул палец за воротничок рубашки.
   — Совет? Будущая жизнь? Что? Ну, я не знаю…
   — Какое-нибудь короткое наставление, мистер Вустер, — твёрдо сказала мисс Томлинсон.
   — Ох, ну ладно… да, ладно… Ну… — Больно было смотреть, как мистер Вустер мучается, стараясь хоть что-нибудь придумать. — Тогда я расскажу вам одну штуковину, которая здорово пригодилась мне в жизни, только учтите, об этом мало кто знает. Мой дядя Генри подкинул мне эту идею, когда я приехал в Лондон. «Запомни, мой мальчик, — сказал он, — если встанешь у кабачка Романо, ты увидишь часы на здании суда на Флит-стрит. Мало кто этому верит, потому что по дороге стоит пара церквух, но это так. Ты сможешь выиграть кучу денег, заключая пари с ребятами, которые ещё не в курсе дела!» И, клянусь своими поджилками, он оказался прав! Я не забыл его наставления и выиграл не один фунт…
   Мисс Томлинсон сухо откашлялась, и он умолк, не закончив фразы.
   — Возможно, мистер Вустер, — холодно сказала она, — будет лучше, если вы расскажете моим девочкам какой-нибудь забавный, нравоучительный анекдот из вашей биографии. То, что вы говорили, безусловно, крайне интересно, но…
   — О, э-э-э, конечно, — сказал мистер Вустер. — Анекдот? Анекдот? Не знаю, вы уже слышали о священнике и девице лёгкого поведения?
   — А сейчас мы споём школьный гимн, — сказала мисс Томлинсон, поднимаясь со стула. Она была похожа на айсберг.
   Я не стал дожидаться, когда юные леди закончат пение. Мне казалось, мистеру Вустеру скоро потребуется машина, поэтому я вернулся во дворик и приготовился ко всяким неожиданностям.
   Ждать мне пришлось недолго. Через несколько минут мистер Вустер выбежал из-за угла. Мистер Вустер не относится к числу людей, которые умеют скрывать свои чувства. Напротив, по его лицу можно прочитать всё, что с ним случилось. Он был для меня раскрытой книгой и сказал именно то, что я ожидал услышать.
   — Дживз, — хрипло выкрикнул он, — ты уже починил этот проклятый автомобиль?
   — Только что, сэр. Я работал над ним, не покладая рук.
   — Тогда, ради всего святого, поехали!
   — Но, насколько я понял, вы должны выступить перед юными леди, сэр.
   — Уже! — воскликнул мистер Вустер, моргая с необычайной быстротой. — Уже выступил!
   — Надеюсь, успешно, сэр?
   — О, конечно. Несомненно. Грандиозный успех. Как по маслу. Но, э-э-э, нам пора. Мне не хочется быть назойливым, что?
   — Безусловно, сэр.
   Я сел за руль и собрался включить зажигание, когда раздались чьи-то голоса. Видимо, мистер Вустер тоже их услышал, потому что он с удивительной ловкостью заскочил в машину, и, обернувшись, я увидел, как он закрывается ковром, лёжа на полу между сиденьями. Какое-то мгновение из-под ковра торчал его умоляющий глаз, потом и он исчез.
   — Вы не видели мистера Вустера, мой милый?
   Мисс Томлинсон зашла во дворик в сопровождении особы, которая, судя по её произношению, была француженкой.
   — Нет, мадам.
   Француженка что-то пробормотала на своём родном языке.
   — Что-нибудь случилось, мадам? — спросил я.
   Мисс Томлинсон, будь она в обычном настроении, никогда не стала бы обсуждать свои дела с личным слугой джентльмена, даже если она ему симпатизировала. То, что она ответила мне не задумываясь, показывало, в какое возбуждённое состояние привели её события последнего часа.
   — Да, случилось. Мадемуазель только что обнаружила, что несколько моих девочек курили в кустах. Когда их допросили, они сознались, что сигареты им дал мистер Вустер. — Она резко повернулась. — Наверное, он в саду или в доме. Мне кажется, этот человек — сумасшедший. Пойдёмте, мадемуазель.
   Должно быть, прошло не меньше минуты, прежде чем мистер Вустер высунул голову из-под ковра, как черепаха из панциря.
   — Дживз!
   — Сэр?
   — Заводи машину! Вперёд! Езжай и не останавливайся. Скорее!
   Я включил зажигание.
   — Я не могу ехать быстро, сэр, пока мы находимся на территории школы, — сказал я. — Мы можем задавить одну из юных леди, сэр.
   — Почему тебя это беспокоит? — недовольно спросил мистер Вустер.
   — Или мисс Томлинсон.
   — Не надо, — мечтательно сказал мистер Вустер. — Не дразни меня, Дживз.
 
* * *
 
   — Дживз, — сказал мистер Вустер. Прошла неделя, и я, как обычно, принёс ему вечером виски с содовой. — Жизнь прекрасна.
   — Сэр?
   — Прекрасна и удивительна, если хочешь знать. Я имею в виду, глядишь на часы и гадаешь, вовремя или не вовремя ты принесёшь доброе старое виски, а затем ты входишь с подносом, всегда вовремя, ни на минуту не опоздав, и ставишь поднос на столик, и уходишь, а на следующий вечер… Я имею в виду, начинаешь чувствовать уверенность в себе. Очень успокаивает. Вот именно. Успокаивает.
   — Да, сэр. Кстати…
   — Ну?
   — Вы уже подыскали удобный загородный дом, сэр?
   — Дом? В каком смысле дом?
   — Вы дали мне понять, сэр, что намерены бросить квартиру и купить загородный дом, чтобы жить там со своей сестрой и тремя её дочурками.
   Мистер Вустер задрожал с головы до ног.
   — Отменяется, Дживз, — сказал он.
   — Слушаюсь, сэр, — ответил я.