Он почти кричал, и Аш поймала взгляды Флоры и Анжелотти, устремленные на германского рыцаря.
   - Ты и впрямь рассчитываешь убедить меня? - спросила она.
   Ансельм разыграл финт и выбил оружие из рук Эвена Хью. От дружного крика: "Сент-Джордж!" содрогнулись мощные стены башни.
   Обезоруженный сарацин вдруг уставился за спину Роберту и выкрикнул: "Сзади!"
   Ансельм неосторожно оглянулся через плечо, и Эвен тут же воспользовался моментом, чтобы сделать ему подножку.
   - Господи! - огорченно вскрикнул Фернандо. Эвен Хью отступил с пути валившегося на него тела, перехватил меч Роберта и обрушил могучий удар на его шлем, после чего выпрямился и пропыхтел:
   - Получай, английский ублюдок!
   Аш закусила губу при виде картинно корчащегося на полу Ансельма, сообразила: "Цвет лица в порядке, он может двигаться...", догадалась, что сцена была разыграна по плану и ударила в ладоши. По обе стороны от нее аплодировали Флора и ее брат, а Анжелотти смеялся до слез.
   - Погиб! - выкрикнул Генри Брант, бросаясь к упавшему, в съехавшей набекрень короне, путаясь в королевской мантии. - Погиб!
   Найдется ль врач, что сына моего спасет
   И исцелит смертельное ранение?
   По толпе пробежал шепоток. Аш видела краем глаза, что зрители забыли об угощении и замерли, предвкушая новый поворот событий. Пауза затягивалась. В уголке у камина срочно облачали в костюм нового комедианта.
   - Нет! - Рикард стряхнул с себя помощников и выскочил в зал. По волочившейся за ним долгополой мантии и мешочку с кузнечными инструментами Аш догадалась, что ему предстояло играть доктора, но парень не остановился на площадке, а настойчиво проталкивался к ним, и зрители расступались, давая ему дорогу.
   Рикард с подростковой неуклюжестью склонился перед Аш, и еще ниже перед герцогиней-лекарем.
   - Мне не хватит умения сыграть благородного доктора, - отбарабанил он, - но здесь есть некто, обладающий высоким искусством. Мессир Флориан, прошу!
   - Что? - оторопела Флора.
   - Сыграйте благородного доктора! - повторил мальчишка. - Прошу вас!
   - Просим! - в один голос заорали латники.
   - Ага, давайте, док! - подхватили стрелки во главе с Джоном Барреном.
   Роберт Ансельм, распростертый мертвым на соломе, звякнув железом, поднял голову:
   - Тут принц Джордж помирает, так что давайте, лечите побыстрей!
   - Мессир Флориан, лучше не спорить, - весело вздохнул Анжелотти.
   - Да я роли не знаю!
   - Знаешь! - заспорила Аш, силясь удержаться от смеха. - Ой, ну и вид у тебя! Флора, эти роли все знают наизусть. Да ты наверняка и играла хоть раз на Двенадцатую Ночь! Давай, выходи. Приказ босса!
   - Слушаюсь, босс, ваша милость! - угрюмо буркнула Флора.
   Она постояла в раздумье - высокое пугало, а не женщина - и быстро расстегнула свой полукафтан, скинула его и с помощью пажа влезла в докторскую мантию, дернула плечом, расправляя складки, повернулась к Аш растрепанная, с блестящими глазами:
   - Ну, погоди, я тебе припомню! - и шагнула вперед.
   Рикард кинул ей мешок с инструментом, и она поймала его на лету, на ходу нащупала одну из рукояток, выступила на середину, задумчиво водрузила ногу на широкую грудь Роберта и оперлась руками о колени.
   - Уф-ф!
   Я - доктор...
   - Ё... - Флора запнулась. - Погодите, дайте вспомнить...
   - Господи, вылитый отец, - вырвалось у Фернандо. Он с улыбкой повернулся к Аш: - Какая жалость, что старый негодяй помер. Вот был бы рад узнать, что у него двое сыновей!
   - Провались ты, Фернандо, - добродушно пожелала Аш. - Ты понимаешь, что я не дам ее убить? Так и передай Гелимеру.
   Флора тем временем с помощью пары здоровенных гвоздорезов вскрыла кирасу Ансельма и задумчиво потыкала рукояткой в брюхо страдальца:
   - Бедняга мертв!
   - Давным-давно! - выкрикнула Бальдина.
   - Мертвее камня, - повторил лекарь. - О, дерьмо... нет, не подсказывайте, сама вспомню...
   Аш просунула ладонь под локоть Фернандо поверх плаща. Он чуть склонился к ней и накрыл ее пальцы своей ладонью. Аш крепче сжала его руку.
   Флора посреди зала продолжала исследования. Она передвинула ногу от груди к гульфику. Кошачий концерт! Она продекламировала:
   Я - доктор, любые болезни лечу:
   Чахотку и насморк, понос, золотуху.
   Я вам кости вправляю,
   Я вам мозги вправляю,
   А коль надо - из мертвых пинком подниму!
   - Такая поднимет! - выкрикнул Биллем Верхект в непритворном восторге.
   Флора закинула гвоздодеры за плечо, как алебарду, и отозвалась:
   - Тебе-то чего беспокоиться, Биллем, ты уже много лет покойник!
   - Дьявольщина, мне так и помнилось, что в Генте со мной что-то случилось!
   Аш ухмыльнулась, покачала головой. Последний котел был вылизан дочиста; кухарки вытирали руки фартуками и устраивались среди зрителей.
   "Меньше половины пайка на каждого. И это по случаю Рождества Роберт расщедрился! Мы в дерьме по самые уши..."
   Фернандо вдруг сказал:
   - Гелимер собирается сделать тебе предложение. Он велел сказать... я сам не поверил.... если Дижон сдадут, он даст свободный пропуск всем жителям, хотя ему придется повесить гарнизон. А что касается моей сестры: король-калиф собирается взять герцогиню Бургундии в жены.
   - Что-что?!
   Беззастенчиво подслушивавший Антонио Аижелотти вмешался:
   - Чистая работа, мадонна. Господи, все купцы и гильдейские старшины мигом потребуют сдачи. Вот тут и начнутся споры да раздоры!
   - В жены? - тупо повторила Аш.
   - Тут он промахнулся, - пояснил ей Фернандо, бросив сердитый взгляд на Анжелотти. - Люди Фридриха уже поговаривают, что будь он в силе, так попросту взял бы город штурмом. Ничего из этого не выйдет, но, - он дернул плечом, - я должен был сказать.
   - О, господи! Представляю, как расскажу об этом Ла Маршу! - Помянув бургундца, Аш снова покосилась на дверь. Никого, кроме стражи - и те не бдят на часах, а любуются на герцогиню-доктора и Сент-Джорджа.
   Голос Флоры зазвенел:
   По воле моей и искусством моим
   Мертвый Сент-Джордж - станет живым!
   Моя премудрость тебя зовет:
   Встань, поднимись, тебя подвиг ждет!
   На глазах у всех людей,
   Оживи, подымись скорей!
   Ансельм вскочил на ноги и отвесил публике изящный поклон. Один из наплечников при этом соскочил и со звоном покатился по полу. Эвен Хью, Генри Брант и Адриан Кампин выбежали вперед; "сарацинский рыцарь", "король" и "кляча" сцепили руки.
   Флора дель Гиз ухватила за руки Ансельма и Эвена, подозвала к себе Рикарда и что-то шепнула на ухо молодому оруженосцу. Рикард кивнул, глубоко вздохнул и выкрикнул:
   На Двенадцатую Ночь Рождества
   Жив принц Джордж!
   Чего желаем и вам!
   А теперь нам заплатите
   И спокойно спать идите!
   В громе аплодисментов на актеров обрушился дождь мелких монет и старых башмаков. Ряженые гордо раскланивались.
   Латники сгрудились вокруг, чтобы похлопать по плечам Флору и остальных. Кто-то стянул с балок зеленые гирлянды, и плети плюща увенчали головы отрядного доктора, каптенармуса, второго капитана, командира копья и оруженосца. Аш вдруг почувствовала себя покинутой и одинокой. "Даже если мы выкарабкаемся, - думала она, не сводя глаз с лица Флоры, - возврата к прежнему уже не будет".
   Раздались приветственные крики. Флора, сияя золотистыми волосами, вознеслась над толпой на руках Ансельма и Эвена Хью. Аш медлила пока подходить с поздравлениями. Она оглянулась на Фернандо дель Гиза. Казалось, его что-то обеспокоило.
   - Священник... - Она недоверчиво покрутила головой и с неожиданной для нее самой язвительностью спросила: - И что, много добрых чудес сотворил?
   - Ни одного. Я ведь пока принял только первые обеты, клятву целибата; пока не осенит благодать, я и не узнаю, способен ли я творить чудеса... После неуловимой паузы он добавил: - Аш... это другая церковь. Раз нет необходимости сохранять девственность для благодати, значит, и вообще в ней нет нужды. Священникам высокого ранга дозволено жениться. Я видел жену Мутари - она нубийка.
   - Его счастье, - иронически одобрила Аш. Во рту у нее почему-то вдруг пересохло. В животе возник холодок предчувствия. "К чему он ведет?"
   - К чему ты это говоришь, Фернандо?
   Уголки его губ дрогнули в улыбке. Он пытался сдержать ее, но ясно было: что-то заставило его забыть о том, что он - заложник в осажденном городе, что в любую минуту могут начать обстрел, что перемирие не надежно и его жизнь висит на волоске.
   - Я должен тебе кое в чем признаться...
   - Да? - подбодрила Аш.
   Фернандо помолчал. Аш изучала его лицо. Ей так хотелось снова коснуться его губ, лба под линией тяжелых светлых волос... странное чувство, почти нежность.
   - Говори же, - снова поторопила она.
   - Ладно... Я никогда не думал... - он отвел глаза, оглядел шумный зал и снова взглянул на нее. Его лицо светилось.
   - Никогда не думал, что могу влюбиться, - закончил он. Голос срывался, словно у подростка. - А если и влюблюсь, думал, это будет дочь знатного вельможи, с приданым, из тех, кого подбирала моя матушка; может, даже дочь графа... Никогда не думал, что способен влюбиться в женщину-солдата, Аш, в темноглазую женщину с серебряными волосами, которая вместо платьев носит латы...
   Он задохнулся. Аш, чувствуя, как в груди разгорается огонь, глядела ему в глаза. Влюблен, ясно как день. Все лицо преобразилось.
   - Я... - У нее тоже сорвался голос.
   - Моих владений уже не вернуть. Я - священник, и мне предстоит жить на даяния верующих. Даже если мне когда-нибудь и дадут позволение жениться... Она на меня и не посмотрит, верно? Такая женщина?
   - Может, и посмотрит... - Аш поймала его взгляд. Ладони у нее вспотели, в пальцах бегали мурашки, все тело обмякло. Пойманная врасплох, она только и могла подумать:
   "И как я не понимала, что только об этом и мечтаю?"
   - Может, и посмотрит, - повторила она, не смея коснуться его руки. Не знаю, что тебе сказать, Фернандо. Ты ведь не хотел на мне жениться, тебя заставили. А я хотела обладать тобой, но ты мне не нравился. А теперь - не знаю. Ты вернулся такой... - Она махнула рукой на его рясу. - И это я могу уважать, хоть и не верю, что тебе и вправду удастся хоть кого-нибудь убедить...
   "Это я могу уважать", - повторила она про себя. Во всем теле разливалось легкое тепло.
   - Фернандо, я с первого взгляда увидела, как ты изменился. Я не знаю. Даже если арианскнм священникам позволено жениться, мне-то по закону нельзя. Но... если ты хочешь попробовать начать заново... я согласна.
   У нее кружилась голова. Нелегко вот так открыться. Она не сразу осознала, что Фернандо смотрит на нее с ужасом.
   - Что? Что?
   - О, зараза, - жалко пролепетала она. - Я не так поняла, да?
   - О чем ты?
   Она растерянно смотрела, как он переминается с ноги на ногу, шарит глазами по потолку, тяжело вздыхает...
   - О господи, я все перепутал! Я не тебя имел в виду!
   - Как не меня?
   - Да, я сказал темноглазая, с серебряными волосами... - он с силой ударил себя кулаком по ладони. - О, черт, прости...
   Аш ровно произнесла:
   - Ты говорил не обо мне. Ты говорил о ней.
   Он безмолвно кивнул. Аш ухватилась за стену, чтобы не упасть. Щеки горели. Горячий стыд смыл все, даже режущую боль в груди. Она готова была броситься вон из зала... куда? Головой вниз с крыши?
   - О господи! - голос Фернандо дрожал от боли. - Я не подумал. Да, я о ней... о Фарис. Я хотел рассказать тебе, Аш. Мне в голову не пришло, что ты подумаешь...
   - Да.
   - Аш...
   - Ничего не случилось, - дико проговорила она. - Ни хрена. Дерьмо! Рука сама сжалась в кулак, другая прижалась к груди. - О, дерьмо! Фернандо, что в ней такого? Она тоже для тебя не подходит, она тоже солдат! Мы же с ней как отражения в зеркале!
   Она осеклась, вспомнив свои остриженные патлы и изрезанные шрамами щеки. Когда она решилась украдкой бросить короткий взгляд в лицо Фернандо, то увидела, что он так же покраснел, как, должно быть, она.
   - Мы одинаковые!
   - Нет, разные. Я не знаю, в чем разница, - неуклюже пробормотал он, но она есть.
   - Ах, ты не знаешь, в чем разница? - почти взвизгнула Аш. - Не знаешь. Надо же! Так я тебе скажу, в чем разница, Фернандо. Ей не изуродовали лицо. Она никогда не знала бедности. Ее воспитывал лорд-амир. Ей не пришлось с десяти лет трахаться за деньги со взрослыми мужиками! Вот и вся разница. Она не испорчена, не то, что я!
   Она долгую минуту смотрела ему в глаза наконец тихо проговорила:
   - Я могла бы любить тебя. Сама не знала до этой самой минуты. А тебе лучше бы и вовсе не знать. Жаль.
   - Аш, прости меня!
   Она уже пришла в себя, привычно заслонилась высокомерным взглядом, загнала слезы поглубже в горло.
   - Ну и как, ты ее уже поимел?
   Густой багрянец поднялся по белой шее от высокого воротничка рясы до лба под капюшоном.
   - Неужели нет?
   - Она выехала навстречу королю-калифу, а на обратном пути вызвала меня, чтобы исповедаться. - Он глотнул, дернув кадыком. - Ей хотелось узнать, почему я, рыцарь, стал священником...
   - И ты ее не трахнул?
   - Нет! - на его лице вспыхнул гнев, но тут же сменился смущением, Фернандо провел рукой по волосам, взъерошив короткую прическу. - Как можно? Если я дорасту до ранга, в котором разрешается женитьба, тогда...
   - Ты не во сне ли живешь?
   - Я люблю ее!
   - Мечту свою гребаную ты любишь, а не ее! - Аш сплюнула под ноги. - Ты думаешь, она кто: воительница на белом коне, которая ведет людей в битву, а сама не запятнала свои руки убийством? Ты думаешь, она так же добра, как прекрасна?
   - Аш...
   - Она такая же, как мы, Фернандо. Она тоже посылает людей на бойню. Я такая, ты был такой, и она тоже. Господи, да ты подумай хоть немного головой, а не своим мужским достоинством!
   - Мне очень жаль, - он жалобно протянул к ней руку. - Я все испортил. Я не думал, что ты подумаешь, что я о тебе... Я думал, ты знаешь, что я...
   Аш почувствовала, что пауза затягивается.
   - Думал, я знаю, что ты и под страхом смерти ко мне не притронешься ?
   - Да нет же! Я хотел сказать... - Фернандо беспомощно уставился в пол. - Не могу объяснить. Я видел тебя... Я и ее раньше видел... Просто на этот раз было... по-другому...
   - А! Да заткнись ты на хрен!
   Дрожа и горя от унижения, она пялилась в никуда, не замечая веселившихся солдат, не видя холодного потемневшего неба за узкой амбразурой окна.
   "Теперь я знаю, что имеют в виду, когда говорят, что хочется сквозь землю провалиться!"
   Тихо, но властно прозвучал рядом голос Фернандо:
   - Ты тут ни при чем. Дело не в тебе. Я ненавидел тебя, но, Аш, ведь я не стал бы священником, если бы не ты. Я и не понимал, как много ты значишь для меня, я только сейчас понял, когда почувствовал, как тяжело мне причинять тебе боль. Да, я люблю ее. А ты для меня - как сестра или, может, друг...
   С горькой иронией, почти со слезами, Аш пробормотала:
   - Уж лучше пусть будет "друг", давай не будем припутывать сестер. Твоя сестрица, в отличие от тебя, не отказалась бы меня потрогать.
   Он растерянно моргнул.
   - Ладно, забудь. Не хочу больше об этом слышать.
   - Хорошо.
   Помолчав немного, Аш спросила:
   - Она знает?
   - Нет.
   - Поклоняешься издали, на манер трубадуров?
   Он снова покраснел:
   - Может, это и к лучшему. Я довольно неловок, верно? Я ведь просто хотел извиниться перед тобой и рассказать, что со мной происходит. Аш, я совсем не хотел тебя обидеть.
   - Когда хотел, тебе это хуже удавалось.
   - Понимаю. Что я могу сказать.
   - Да что тут скажешь? - она вздохнула. - Как говорится, так уж вышло. Фернандо, ты лучше промолчи, если тебе придет в голову что-нибудь сделать, ладно?
   - Ладно.
   Она отвернулась от него, глядя на своих людей. Ее охватило желанное отупение, приглушившее обиду, гнев и боль. Пролетела легкая мысль: "Слишком больно об этом думать", и на смену ей пришла другая: "Все это не стоит того, чтобы так заводиться".
   Аш стиснула зубы, чтоб не расплакаться.
   - Раньше лучше получалось, - заметила она про себя.
   - Что?
   - Ничего.
   Она еще не успела справиться со своим голосом, когда у дверей поднялась суматоха.
   В открывшийся проем ворвался яркий дневной свет и холодный сквозняк. Послышался топот сапог, звон оружия; Аш вгляделась, прикрыв глаза ладонью.
   Де Вир с братом Джоном и двумя десятками турок, Оливер де Ла Марш и с ним несколько бургундских офицеров. Джонвилль замер как вкопанный, уставившись на нее.
   - Я же говорил! - заорал де Вир.
   Все как один уставились на Аш, даже янычары проявили сдержанный интерес. Аш уперла руки в боки, срочно собралась, натянула на лицо маску грубоватой насмешливости.
   - В чем дело, я забыла одеться?
   Бургундский сотник Джонвилль с трудом сглотнул:
   - Не Dieux!* [Клянусь богом.] Она! Генерал-капитан!
   Аш строго взглянула на него, на графа:
   - Кто-нибудь скажет мне, в чем дело?
   Бургундцы выпучили глаза, словно ничто в мире не могло поразить их больше, чем зрелище спокойно стоящей женщины в кирасе миланской выделки, с короткими волосами грязно-белого цвета и пятнами копоти на рассеченных шрамами щеках (все еще пылающих румянцем).
   - Вы здесь... - снова заговорил Джонвилль.
   Аш заслонила спиной Фернандо дель Гнза и скрестила руки на груди:
   - Я посылала сообщить вам об этом добрых два часа назад! Ладно... И где же, по-вашему, я должна быть?
   - Понятно, что вы удивлены, - вмешался Джон де Вир, - однако вы должны извинить мастера Джонвилля. Он, как и все мы, видит перед собой генерал-капитана Аш. Но, кажется, час назад генерал-капитан Аш в сопровождении эскорта рабов вышла из лагеря визиготов и вступила в Дижон через северо-западные ворота. Она и сейчас там.
   Теперь уже Аш выпучила глаза:
   - Ни хрена себе!
   - Мы оставили ее в привратном бастионе не более десяти минут назад, кивнул де Вир. - Мадам, это ваша сестра. Фарис. Она заявила, что сдается вам.
   Отдельные листки, вложенные между частями 14 и 15 книги "Аш: Утраченная история Бургундии". Рэтклиф, 2001, Библиотека Британии.
   Сообщение: # 381 (Анна Лонгман)
   Тема: Аш.
   Дата: 16.12.00 07:47
   От: Рэтклиф
   Формат-адрес уничтожен, прочие детали зашифрованы нечитаемым личным кодом.
   Анна,
   Даже непривычно снова писать по-английски! Файл с переводом следующего фрагмента текста Сибл Хедингем прилагаю.
   Завтра, то есть уже сегодня с утра, устрою себе выходной от перевода.
   Я наконец получил возможность сравнить два результата металловедческих исследований образцов "големов-гонцов", найденных на суше. За завтраком встречался с одним из аспирантов Изобель, он мне помог. Итак: существует некоторая вероятность, что в лаборатории перепутали образцы, и, таким образом, мы имеем депо с исследованиями двух различных археологических объектов. Но если исследовали один и тот же образчик бронзы, то поразительно, насколько они различаются почти в каждом пункте, от состава до фоновой радиации.
   Либо одна из лабораторий исследовала не тот образец (уверяю вас, к такому заключению придет любой здравомыслящий человек), либо эти отчеты фиксируют результат процесса, происходившего в самом артефакте за время от первого анализа в ноябре до второго - двумя неделями позже.
   Как мог артефакт оказаться в ноябре "новым" (позднее 1945), а в декабре - "старым" (4-5 тыс. лет)?
   Анна, если действительно идет какой-то процесс, не важно, какой именно, не важно, подтвердит ли он мои предположения - то: "что ждет нас впереди?"
   Я убедил Изобель связаться с полковником ##### и выпросить военный вертолет. Она только что сообщила мне, что он согласился. Трофейный русский МИ-8 будет ждать меня на летном поле в Тунисе перед рассветом, то есть через два часа. А Изобель одолжила мне своего студента в помощники.
   Пилот вертолета должен облететь с нами область к югу от Туниса до самых Атласских гор. Мы берем с собой видеоаппаратуру.
   В археологии аэрофотосъемка может иметь ключевое значение. При косом освещении малейшая неровность земной поверхности отбрасывает тени, и становятся отчетливо видны очертания давно разрушенных поселений.
   Хотя предварительный беглый осмотр интересующей меня местности не дал определенных результатов, я надеюсь, что нам удастся кое-что обнаружить. Хотя бы потому, что мы с Изобель, руководствуясь манускриптом "Фраксинус", более или менее представляем, где искать.
   Если что-то сохранилось - или появилось - от пирамидообразных строений, которые "Фраксинус" именует "Дикими Машинами", - я потребую завести каталог свидетельств.
   Волей случая мы стали тем, что мы есть, или тут чей-то сознательный умысел, но раз в истории нет и следа визиготской "империи", как ее описывают манускрипты, то я вынужден предположить что? Что обе "стороны" в этом столкновении были уничтожены, изменены? И что вся история после этой войны сохранила лишь случайные осколки, палимпсест прежнего мира?
   И все же все же Скажем, манускрипт Сибл Хедингем мог, как предположил ваш Вильям Дэвис, пролежать в забвении в замке Хедингем. Голем-гонец мог тысячи лет пролежать в земле, ожидая появления археологов. Но что прикажете думать о раскопках на морском дне, если даже отметки глубин и геологические условия противоречат свежим картам Адмиралтейства и фотографиям, сделанным со спутников?
   Если мы нашли Карфаген, какие еще находки ожидают нас в пустыне на юге?!
   Я свяжусь с вами немедленно после возвращения.
   Пирс.
   Сообщение: # 211 (Пирсу Рэтклифу)
   Тема: Аш.
   Дата: 16.12.00 08:58
   От: Лонгман@
   Формат-адрес и прочие детали невосстановимо уничтожены.
   Пирс,
   Кажется, вы все взялись за дело серьезно?
   Свяжите меня с др-ом Изобель.
   Анна.
   Сообщение: # 216 (Пирсу Рэтклифу)
   Тема: Аш.
   Дата: 16.12.00 09:50
   От: Лонгман@
   Формат-адрес и прочие детали невосстановимо уничтожены.
   Пирс,
   Простите, не могу дождаться. Как ваш полет? Вы уже вернулись?
   Только что говорила с Джонатаном: они, хотя и не в курсе касательно полного объема ваших находок, рвутся начать съемки на вашем раскопе - если возможно, уже перед Рождеством. Что скажет по этому поводу др. Изобель?
   ЧТО ВЫ НАШЛИ В ПУСТЫНЕ?
   Анна.
   Сообщение: # 383 (Анна Лонгман)
   Тема: Аш.
   Дата: 16. 12.00 10:20
   От: Нгрант@
   Формат-адрес уничтожен, прочие детали зашифрованы нечитаемым личным кодом.
   Мс. Лонгман,
   Надеюсь, вы не против моего вмешательства в переписку.
   Я думаю, независимые съемки начинать еще преждевременно. Может быть, после Рождества и Нового года? Как бы то ни было, я постоянно веду видеозапись работ.
   Пожалуйста, зовите меня просто Изобель.
   И. Напиер-Грант.
   Сообщение: # 218 (ИНГ)
   Тема: Аш.
   Дата: 16.12.00 10:32
   От: Лонгман@
   Формат-адрес и прочие детали невосстановимо уничтожены.
   Дорогая Изобель,
   говорил ли вам Пирс, что второй издатель биографии Аш, Воган Дэвис, возник из небытия после того, как его шестьдесят пет считали умершим?
   Можете ли вы подтвердить то, что сообщает мне Пирс по поводу статуса ваших раскопок на шельфе у побережья Туниса?
   Не с этим ли связано ваше нежелание допустить на раскопки независимую съемочную группу?
   Или Пирс в последнее время перенапрягся?
   Анна.
   Сообщение: # 385 (Анне Лонгман)
   Тема: Аш.
   Дата: 16.12.00 11:03
   От: Нгрант@
   Формат-адрес отсутствует, прочие детали зашифрованы нечитаемым личным кодом.
   Анна,
   насколько могу судить, бегло просмотрев файлы, Пирс не сообщил вам ничего, с чем я в целом не могла бы согласиться.
   Возможно, это отвечает и на ваш последний вопрос?
   Что касается меня - я в тупике.
   Кажется, Пирс как-то отпустил шуточку насчет того, что в один прекрасный день мы пришлем вам "Теорию научных чудес Рэтклифа-Напиер-Грант"? Думаю, спекуляции Тами Иношиши и Джами Хаулета недалеки от подобной теории.
   Если мои коллеги-физики не ошибаются, вселенную в некотором смысле "творит" сознание - на уровне видового разума. Представьте себе волну Возможного (неупорядоченного хаоса) которая миг за мигом опрокидывается из состояния "то, что могло бы быть" в состояние "то, что есть". Коротко говоря, Вероятность непрерывно превращается в Реальность. Это и есть Время; это наше восприятие мира. И, с удивительной самоуверенностью заключает Тами, причина того, что волна обрушивается в "настоящее", в то, что мы воспринимаем как "сейчас", - это восприятие ее видовым сознанием (которое таким образом оказывается не пассивно воспринимающим, но активно творящим).
   Я сама этим утром в шутку заметила Тами и Джеймсу (имея в виду перевод Пирса), что способность эта должна быть генетически обусловлена. Тами вполне серьезно ответила, что нетрудно представить, как могла возникнуть подобная врожденная способность. С точки зрения эволюции, стабильная вселенная - это огромное преимущество, ведь только стабильная вселенная дает уверенность, что сделанное вами сегодня не исчезнет к утру.
   Она говорит, что эта способность должна быть неосознанной. Все происходит на субатомном уровне: так же бессознательно, как фотосинтез в растениях или биение сердца у человека.
   Жаль, что Перси нет на борту, но придется подождать возвращения вертолета - а мне хотелось бы спросить его, не могла ли реальность до возникновения человеческого разума быть более гибкой, менее способной утверждать для себя одно состояние из бесчисленного множества возможных. Я хотела бы спросить, не думает ли он, что именно этим объясняется мифическая предыстория, легендарное прошлое, которое присутствует в каждом человеческом этносе до возникновения "реальной" истории.
   Насколько я знаю - и именно поэтому я так неохотно соглашаюсь на книгу или фильм об этих раскопках: я скорее вызвала бы сюда "междисциплинщиков" теоретиков, работающих на стыке наук. Насколько я знаю, все формы жизни обладают определенной ограниченной способностью приводить вероятностный хаос в состояние упорядоченной предсказуемой реальности. Растения, дельфины, птицы - каждая форма жизни стремиться изменить реальность в свою пользу. В основе этого должно лежать субатомное восприятие "основных блоков" реальности в момент "сейчас", как упорядоченные, стабильные и последовательные.