Довольный произведенным эффектом, Рэнд на секунду оставил ее, торопливо сбросил джинсы и лег рядом.
   — Утром я позвонила Дэвиду и хотела сразу же ехать в Денвер, — шепнула Калинда, обнимая его. — Но поняла, что не могу уехать, не повидавшись с тобой…
   — Я бы с ума сошел, если бы ты исчезла из моей жизни.
   Он прильнул губами к нежному изгибу ее плеча, щекоча кожу языком, а рукой властно коснулся ее груди. Отвердевший под ладонью сосок возбудил его еще больше, и Калинда ощутила, как напряглось его тело.
   — Ты действительно не спал всю ночь? — задыхаясь, спросила она.
   — А что, не похоже? — усмехнулся Рэнд. — Стоило помучиться, чтобы утром открыть дверь и увидеть тебя. Я с первого взгляда понял, что мне больше не о чем беспокоиться.
   Он обвел пальцем ее сосок и коснулся нежного живота, следуя за рукой губами. Когда он припал к жаркой плоти между ее ног, Калинда задержала дыхание и судорожно обхватила его шею.
   — О-о, Рэнд! Ты сводишь меня с ума. Какая сладкая мука…
   Он погладил ее бедро, и Калинда непроизвольно согнула ногу в колене.
   — Я знаю, что ты чувствуешь, — хрипло бормотал он. — Расставшись с тобой вчера, я обругал себя дураком. Я должен был настоять на своем, невзирая на твои протесты. Но я хотел, чтобы ты сама пришла ко мне, как сейчас…
   — Похоже, ты знаешь меня лучше, чем я сама, — прошептала Калинда. Ее дыхание участилось, волны желания захлестнули ее.
   — А теперь я собираюсь узнать тебя еще лучше, — пообещал Рэнд. — Я хочу сделать тебя своей, Калинда Брейди, сейчас, немедленно!
   Неукротимое пламя, горящее в его взоре, обожгло ее. Голова у нее закружилась, она больше не владела собой.
   Рэнд приподнялся, и через секунду его сильное тело нависло над ней, обдавая жаром. Калинда потянулась к нему и поняла, что он не спешит слиться с нею, желая оттянуть миг блаженства.
   — Рэнд, умоляю, — пробормотала она, дрожа как в лихорадке. — Прошу тебя, Рэнд, возьми меня…
   В ответ он немного приблизился, сводя ее с ума своей сладострастной медлительностью.
   — Скажи мне, — потребовал он властно и в то же время умоляюще, — скажи, что хочешь меня, что я тебе нужен…
   — Больше всего на свете, — призналась она, запрокинув голову и выгибаясь всем телом. — Со мной это впервые… Я хочу тебя, хочу быть с тобой! — Это была правда. Никогда она не испытывала такой «всепоглощающей жажды, никогда не желала мужчину с таким самозабвением.
   — И я тоже, — хрипло отозвался он. — Я хотел услышать это от тебя. Я должен был знать наверняка.
   Он сжал ее плечи и накрыл ее трепещущее тело своим. У Калинды перехватило дыхание, она прильнула к нему, инстинктивно стремясь вобрать его в себя, стать его частичкой.
   Рэнд держал ее так крепко, что они, казалось, стали единым существом.
   — Господи, дорогая моя, — прошептал он. — Ты горишь как в огне…
   Калинда стонала от наслаждения, с восторгом откликаясь на древний, неподвластный рассудку зов плоти, из века в век соединяющий мужчину и женщину.
   Потрясенная ощущением, которого так жаждала, она вскрикнула, судорога сжала горло. Нарастающее с каждой секундой напряжение наконец разрешилось с оглушающей силой.
   С приглушенным стоном удовлетворенного мужского желания и триумфа Рэнд благодарно прижал к себе ее содрогающееся тело.
   — Калинда, моя дорогая Калинда, — повторял он снова и снова.
   Солнце освещало их блестящие от пота нагие тела. Свежий ветер с гор проникал в открытое окно, смешиваясь с терпким ароматом страсти, и Калинда жадно вдохнула его.
   — Скажи мне правду, Калинда, — начал Рэнд. — Ты не жалеешь, что не встретилась с тем, другим? Совсем не жалеешь?
   Она шевельнулась, открыла глаза и с удивлением увидела в его взгляде тревожное ожидание.
   — Конечно, нет, — мягко улыбнулась она. Рэнд опустил ресницы, и она почувствовала, что он признателен ей за такой ответ.
   — Вчера ты меня очень напугала, — признался он, откидываясь на подушки и глядя в потолок.
   — Почему-то мне трудно представить тебя испуганным, — лукаво сказала Калинда.
   — Посмотрела бы ты на меня в четыре часа утра!
   — Ты так сильно за меня беспокоился?
   — Если бы ты не появилась сегодня до полудня, я взял бы инициативу в свои руки. Я не допустил бы этого свидания, Калинда. Ты не понимала, чем рискуешь. — Он покачал головой, словно представив себе опасность, подстерегавшую ее.
   — Приятно, что ты так обо мне заботишься, — пробормотала она, — но риск был не так уж велик. Дэвид не склонен к насилию.
   — Ты слишком наивна, дорогая моя, — усмехнулся он, ласково ероша ее волосы, и без того достаточно спутанные, и заглянул ей в глаза. — Но дело не только в этом. Даже если опасность насилия с его стороны была маловероятна, я боялся и еще кое-чего!
   — Что я поддамся его обаянию? Этого бы не случилось, Рэнд, поверь мне!
   — Но ты испытывала к нему такие сильные чувства, — настаивал он.
   — Ничего подобного. Ты вовремя раскрыл мне глаза. Я привыкла ненавидеть его и хотела наказать за предательство. Благодаря тебе я поняла, что ненависть разрушает меня, это была дорога в никуда… Слава Богу, теперь все позади. Кроме того, мне не давала покоя мысль о его бедной жене. В конце концов я поздравила себя с тем, что не оказалась на ее месте. А ведь была близка к этому!
   — Как он среагировал, когда ты ему позвонила?
   Калинда пренебрежительно приподняла плечо.
   — Естественно, разозлился. Я объяснила, почему мы не должны встречаться. Из-за его жены, моей репутации. Сказала, что мы взрослые, разумные люди и должны все правильно оценить и не совершать ошибку.
   — И он согласился? — Карие глаза Рэнда сузились.
   — Уговаривал меня остаться здесь и подождать его приезда. Предложил обсудить все спокойно и не по телефону. В конце концов мне это надоело, и я выложила ему всю правду, ну… что согласилась с ним встретиться, потому что хотела отомстить. Потом велела не звонить мне больше никогда и повесила трубку.
   — М-м…
   — Что это должно означать? — встревожилась Калинда, удивленная его ироническим тоном.
   — Да так, ничего, дорогая. Потом поговорим. — Он зевнул и потянулся. — Черт, у меня совсем нет сил! Что ты со мной сделала? — шутливо спросил он, с любовью глядя на Калинду.
   — Я тут ни при чем. Ты устал оттого, что всю ночь не спал, и, между прочим, без всякой причины.
   — Вовсе нет, у меня была причина, — сонно пробормотал он, — но она здесь со мной в постели, слава Богу. Ты не обидишься, дорогая, если я немного посплю? — Он просительно взглянул на нее.
   У него был такой измученный вид, что Калинда невольно улыбнулась и почувствовала к нему нежность, какой не испытывала ни к кому, никогда. Погладив его по небритой щеке, она покачала головой:
   — Нет, конечно.
   — Нам надо столько всего обсудить, — пробормотал он, засыпая. Глаза Калинды наполнились слезами. Она зажмурилась, чтобы не расплакаться, и замерла в ожидании. Через некоторое время рука, обнимавшая ее за плечи, расслабилась, Рэнд крепко спал, утомленный бессонной ночью.
   Прекрасно понимая, что конец этого романтического приключения может быть только один, Калинда медленно поднялась, стараясь не разбудить Рэнда, прикрыла его золотистым покрывалом и начала одеваться.

Глава 5

   Калинда стояла у окна своего кабинета и рассеянно смотрела на расстилавшийся далеко внизу город. За последние годы Денвер, расположенный на равнине, окаймленной на западе горной грядой, стал центром деловой жизни штата Колорадо.
   Энергетический бум, в недавнем прошлом потрясший страну, вызвал приток капитала, стимулировавшего развитие других отраслей промышленности. Сверкающие небоскребы, построенные в центре города, служили лучшим тому доказательством.
   В прошлом веке главной приманкой этих мест были золотые прииски. Позже обнаруженные здесь большие запасы нефти, угля и урана привлекли сюда предприимчивых авантюристов и спекулянтов. С течением времени они становились добропорядочными гражданами и горячими патриотами Денвера.
   Не в последнюю очередь это превращение объяснялось близостью Скалистых гор с их прекрасными возможностями для отдыха. Зимой здесь выпадал обильный снег, привлекающий в Денвер любителей горнолыжного спорта со всего света. Многие утверждали, что горы в Колорадо ничуть не хуже европейских Альп. Летом же у туристов просто дух захватывало от живописных каменистых утесов, громоздящихся посреди зеленых долин.
   О чем я только думаю, одернула себя Калинда, с отвращением отвернувшись от окна. Неужели я обречена вспоминать случайную встречу в горах, стоит мне только подойти к окну?
   Сколько потребуется времени, чтобы забыть о мимолетном курортном приключении? — в сотый раз спрашивала она себя, наливая чашку чая и хмуро оглядывая кабинет. Пол был устлан мягким ковром цвета беж, в углу стоял массивный письменный стол из красного дерева, перешедший ей по наследству от отца, когда она заняла его место. Ей не особенно нравилась строгая обстановка комнаты, но средства компании были ограниченны, и их приходилось тратить на более насущные нужды, чем ремонт кабинета президента фирмы.
   Калинда пила чай, пытаясь сосредоточиться на аудиторском отчете, разложенном на столе. Необходимо немедленно выбросить из головы Рэнда Аластера, забыть о нем навсегда! Лучшее средство для этого — работа. О чем она только думает? Ей следует беспокоиться о приеме, который она устраивает сегодня вечером, а не о человеке, которого она оставила спящим в доме у озера. Усилием воли Калинда заставила себя вникнуть в отчет. Через неделю ей предстоит встреча с советом директоров, и к этому времени она должна иметь полное представление о финансовом состоянии» Брейди дейта процессинг «.
   Калинда углубилась в работу. Внезапно раздался телефонный звонок.
   — Да, Джордж, — рассеянно произнесла она, нажимая клавишу селектора и не отрывая взгляда от столбиков цифр.
   — Мисс Брейди, с вами хочет поговорить Дэвид Хаттон. Соединить?
   В бесстрастном тоне Джорджа Барретта слышалось едва уловимое неодобрение. К удивлению многих, Джордж оказался прекрасным секретарем. Сам он считал, что, заняв должность, традиционно считавшуюся» женской «, он выступил против дискриминации по признаку пола. Упорно стремясь стать настоящим профессионалом, он многого добился. Обычно Джордж держался нейтрально, однако порой позволял себе выразить личное отношение к происходящему, но только в тех случаях, когда затрагивались жизненно важные интересы компании.
   За последние несколько месяцев, в течение которых Джордж работал секретарем Калинды, она привыкла полагаться на его интуицию. Ему было известно, что обычно она отказывалась разговаривать с Дэвидом Хаттоном. Раз он решился побеспокоить ее, значит, у него имеются на то веские основания.
   — В чем дело, Джордж? — спокойно спросила Калинда, откладывая отчет. Ситуация требовала ее безраздельного внимания. — Ты же знаешь, что у меня нет ни малейшего желания общаться с этим человеком.
   Барретт молчал. Калинда уловила его нерешительность и представила себе, как он сидит в приемной в элегантном костюме-тройке и бдительно охраняет вход в святая святых компании. Этот привлекательный молодой человек лет двадцати пяти отличался редким присутствием духа и безупречной выдержкой. Сослуживцы поначалу отнеслись к нему с изрядной долей иронии, но очень скоро зауважали и приняли в свой круг как равного. Калинда знала, что ему даже пришлось установить довольно жесткие правила для любителей поболтать в рабочее время, причем вовсе не по требованию Калинды, а по собственной инициативе: необычный секретарь пользовался слишком большим успехом у сотрудниц фирмы.
   — У меня такое впечатление, мисс Брейди, что это необычный звонок, — наконец сказал Джордж официальным тоном. — Он отказался объяснить, чего хочет, но я думаю, вам следует с ним поговорить.
   Калинда стиснула зубы и недовольно вздохнула.
   — Ладно, Джордж, соедини меня с ним. Но если ты ошибся…
   — Я все понял, — прервал ее секретарь, — если вы повесите трубку, объясняться с ним придется мне.
   Калинда усмехнулась и нажала другую клавишу.
   — В чем дело, Дэвид? — холодно спросила она без вступительных церемоний.
   — Наконец-то ты соблаговолила ответить, — послышался в трубке знакомый голос. — Твой секретарь, черт бы его побрал, второй день морочит мне голову.
   — Он выполняет мои указания. Прошу тебя, Дэвид, переходи к делу, я очень занята. Хотя нам, по-моему, не о чем говорить. — Калинда не ощущала ничего, кроме досады и нетерпения. Все ее чувства к Дэвиду умерли. Жажда мести, заставившая ее согласиться на свидание с бывшим женихом, исчезла. От нее не осталось и следа. Еще и поэтому ей будет трудно забыть Рэнда Аластера.
   — Именно это я и собираюсь сделать, дорогая: поговорить о деле, — нараспев произнес Дэвид, и что-то в его тоне заставило Калинду насторожиться. — Зря ты не встретилась со мной, Калинда. Нам было бы сейчас гораздо легче договориться.
   — Что ты имеешь в виду?
   — Слияние наших фирм. Ты просто чудо совершила. Два года назад все в один голос твердили, что» Брейди» пойдет ко дну. Ты же все перевернула вверх дном и превратила отцовскую фирму в лакомый кусочек. Я намереваюсь отобрать ее у тебя.
   От изумления, смешанного с гневом, Калинда потеряла дар речи. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.
   — Исключено, — заявила она ледяным тоном. — Мы не заинтересованы в слиянии с кем бы то ни было, и уж менее всего с твоей компанией, Дэвид.
   — У тебя нет выбора. На днях я подаю заявку в комиссию по регистрации. Собираюсь заполнить все необходимые документы.
   — Что?! — Калинда растерянно смотрела на телефонную трубку. Он подает заявку в комиссию по регистрации? Зачем? Есть только одно объяснение…
   — Вот именно, детка, — самодовольно хмыкнул Дэвид, догадавшись, о чем она думает. — Я собираюсь навязать тебе слияние, раз уж ты не захотела обсудить ситуацию при более благоприятных обстоятельствах.
   — То есть не переспала с тобой, после чего ты заставил бы меня отдать компанию без боя?
   — Совершенно верно, — подтвердил Дэвид. — Я бы предпочел договориться полюбовно, но, поскольку ты заупрямилась, имей в виду: я готов к открытой борьбе. Конечно, мне это обойдется дороже, придется предложить более высокую цену за твои акции, но в конечном счете все расходы окупятся.
   — Сколько акций ты уже скупил? — запинаясь, спросила Калинда.
   — Около пяти процентов, — гордо заявил Дэвид.
   Калинда вздрогнула. Согласно существующим правилам, каждый, кто приобретает более пяти процентов акций какого-либо предприятия, должен подать заявку в комиссию по регистрации. Именно это и собирается сделать Дэвид. Потом он начнет охотиться за остальными акциями «Брейди дейта процессинг», находящимися в свободной продаже на рынке, и в результате приобретет контрольный пакет. Калинду охватил страх. Два года она трудилась без устали, чтобы поставить фирму на ноги! Если Дэвид отберет у нее дело ее жизни, она этого не переживет. А что будет с ее служащими? Как только до них дойдут слухи о грозящей опасности, все полетит к черту. Ничто так не пугает персонал любого предприятия, как слухи о предстоящем насильственном слиянии. Хватит ли у них сил и знаний, чтобы противостоять Дэвиду?
   — Зачем ты это затеял? — холодно спросила Калинда, лихорадочно пытаясь выработать тактику защиты. К сожалению, она знала о подобных ситуациях лишь понаслышке и никогда не думала, что такое может случиться с ней.
   — О, причины самые обычные, — любезно ответил Дэвид. — У меня имеется излишек наличности, и я хочу пустить свободные деньги в оборот. Я видел твой балансовый отчет, дорогая, и убедился, что «Брейди» как раз то, что нужно.
   — И ты смеешь утверждать, что руководствуешься исключительно деловыми соображениями? — зло спросила Калинда.
   — О нет, я бы этого не сказал, — усмехнулся Хаттон. — Эта сделка доставит мне огромное удовольствие. Я должен был завладеть «Брейди дейта процессинг» еще два года назад.
   — Но тогда ты этого не захотел!
   — Я передумал. Благодаря тебе, Калинда. Никто не ожидал, что тебе удастся совершить невозможное. Более того, все были уверены, что «Брейди» вот-вот обанкротится. А теперь, когда ты сделала всю грязную работу…
   — Ты решил, что можешь воспользоваться плодами чужого труда? Так вот, Дэвид, имей в виду: без боя мы не сдадимся.
   — Сначала все так говорят. Давай, детка, действуй. Так даже интереснее. Побарахтаешься немного и поймешь, что напрасно отменила наше рандеву в горах. Может, ты даже сама предложишь мне встретиться? Вот будет забавно, правда? Интересно, сколько президентов фирм, которым грозило насильственное поглощение, пытались откупиться от «захватчиков» собственным телом? Любопытная мысль, не так ли?
   Калинда в сердцах швырнула трубку на рычаг, но уверенный, оскорбительный смех Дэвида еще долго звенел у нее в ушах.
   Несколько минут она сидела неподвижно, невидящими глазами уставившись в зеркало, висевшее напротив. В нем отражалась красивая молодая женщина в белом строгом костюме безупречного покроя с узкой юбкой и облегающим фигуру жакетом. Светлые волосы, как всегда, собраны в тяжелый узел на затылке. Воротник желтой шелковой блузки, распахнутый с небрежной элегантностью, открывает стройную шею.
   О Господи, в отчаянии думала Калинда, что же делать? В колледже они ничего подобного не проходили. Таким вещам учишься «на улице», в жестокой «партизанской» войне. Калинда знала, как наладить работу компании, как приобрести необходимый капитал, организовать научные исследования, заинтересовать посредников, с тем чтобы они предлагали акции инвесторам. Все это было ей известно. Кое о чем рассказывали преподаватели, многому она научилась на собственном нелегком опыте.
   Но игра, которую навязывает ей Дэвид, — совсем другое дело. Подобные несчастья случались с другими компаниями, но она и представить себе не могла, что ее постигнет та же участь! Калинда на секунду прикрыла глаза, упрекая себя в том, что не предусмотрела такого поворота событий. Она допустила серьезную ошибку, не подготовившись заранее. Два года назад главным было спасение «Брейди» от банкротства. Она так увлеклась этой задачей… Ей и в голову не приходило, что, когда дело пойдет на лад, объявится вот такой мерзавец, который захочет вырвать у нее из рук плоды победы.
   Особенно тяжело придется руководящему составу «Брейди дейта процессию — „. Как сообщить им эту ужасную новость? Именно директора попадут под удар в первую очередь. Рядовым сотрудникам, скорее всего, ничего не грозит. Новые владельцы оставят их на местах: кому-то ведь надо выполнять обычную работу. Но высшему руководству придется туго. Этих людей, долгие годы проработавших в фирме, уволят обязательно, их должности займут молодые, энергичные ребята из «вражеской“ компании.
   Все, чего она достигла за два года, пойдет прахом. Сама она, естественно, вылетит первой.
   Так нельзя! Типичное негативное мышление, одернула себя Калинда. Она встала и подошла к окну. Надо бороться. Другого выхода нет. Ее долг — помочь компании сохранить независимость. Завтра утром она пригласит ведущих сотрудников на экстренное совещание, и они вместе подумают, что можно предпринять, разработают стратегию защиты. Калинда печально покачала головой: какой страшный удар их ожидает!
   Однако, несмотря на отчаянное положение и необходимость принимать срочные меры, сегодня вечером она практически ничего не сможет сделать. Не отменять же прием! Это повредит ее репутации. Нахмурившись, Калинда уселась за стол и взялась за работу.
   Спустя несколько часов прием был в самом разгаре. Калинда на секунду отвлеклась от обязанностей хозяйки дома и критическим взглядом обвела гостиную. Пришли все, кого она пригласила. Здесь были несколько ее партнеров по бизнесу, в основном мужчины. Значит, она должна проявить особое внимание к их женам. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они ревновали к ней своих мужей. Только этого не хватало! В течение двух лет ей удавалось «держать дистанцию», и сейчас она поздравила себя с тем, что сумела сохранить дружеские отношения с влиятельными бизнесменами, не возбудив при этом подозрений у их жен.
   Калинда задумчиво разглядывала хорошо одетых гостей. Мужчины — в дорогих костюмах, женщины — в элегантных вечерних платьях. К кому из них обратиться за советом и профессиональной консультацией? Непременно нужно с кем-нибудь поделиться. С человеком, который знает, как поступать в таких ситуациях, как противостоять грязным методам, применяемым в игре без правил. К сослуживцам обращаться бесполезно. Вряд ли она получит от них дельный совет, ведь никто из них не сталкивался ни с чем подобным.
   Ее размышления прервало появление симпатичной пожилой дамы в шифоновом платье, благоухающей французскими духами.
   — Калинда, дорогая моя! Спасибо тебе огромное за прелестную акварель, которую ты подарила нам с Гарольдом. Как мило, что ты вспомнила о нас на отдыхе! Впрочем, неудивительно: твой папа был чутким и отзывчивым человеком, а ты вся в него!
   — Рада, что вам понравилось, — улыбнулась Калинда, вспоминая, какую цену заплатила за акварель, купленную в галерее Рэнда. Курортное приключение…
   — Картина прекрасно смотрится в берлоге Гарольда. А ты сегодня выглядишь просто потрясающе! — прибавила миссис Себастьян, с искренним восхищением оглядывая ее шелковое платье винно-красного цвета с ярко-синими разводами. Воротник и манжеты были отделаны золотой тесьмой. Платье придавало облику Калинды что-то восточное и чрезвычайно шло ей. Легкая ткань мягко облегала небольшую грудь и округлые бедра.
   — Благодарю вас, — сказала Калинда и сделала гостье ответный комплимент. Потом побеседовала с супругой одного из своих директоров и, извинившись, отправилась проверить, накрыт ли стол с закусками.
   Ее окружал веселый гомон и смех гостей, заполнивших изысканно обставленную квартиру. Сочный зеленый цвет пушистого ковра отлично сочетался с персиковой узорчатой обивкой мебели.
   Насыщенные зеленые и желтоватые тона подчеркивались яркими вкраплениями белого — расставленными кое-где настольными лампами и низким квадратным журнальным столиком со стеклянной поверхностью. Длинный обеденный стол, тоже белый, стоял у стены, сплошь покрытой зеркалами, в которых отражались блюда с закусками.
   Принимая гостей, Калинда обычно не считалась с расходами, полагая, что это только на пользу бизнесу. Нет, не правда, улыбнулась она, дело совсем не в этом. Просто ей нравилось устраивать приемы. Но сегодня все удовольствие отравляла мысль о неожиданной опасности, дамокловым мечом нависшей над ее головой. Да и кто бы на ее месте радовался жизни в такую минуту?
   Немногие из присутствующих знали, что хозяйка дома сама приготовила маленькие бутерброды и оригинальные салаты. Большинство же считало, что она наняла для этого поваров из ресторана. Калинда никого не разубеждала. Зачем гостям знать, что кулинария помогала ей отвлечься и расслабиться? Она и сама совсем недавно поняла, что, проведя несколько часов на кухне, полностью забывает о служебных заботах.
   Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, Калинда обернулась и увидела приближающегося к ней Колина Уэйна. За последнее время она встречалась с ним после работы раза два или три и убедилась, что ей приятно находиться в обществе этого остроумного, обаятельного человека. Колину было чуть больше тридцати, его голубые глаза постоянно искрились сдерживаемым смехом, светлые волосы всегда тщательно уложены. Недавно Калинде стало известно, что он с успехом играет на фондовой бирже Денвера.
   — Прекрасный вечер, Калинда, — приветствовал ее Колин, широко улыбаясь, и потянулся за крекером с черной икрой. — Ума не приложу, как тебе удается столь напряженно работать и при том устраивать такие замечательные приемы! Знаешь, из тебя вышла бы отличная домохозяйка!
   — Вот тебе раз! Поглощаешь приготовленную мной еду — и говоришь гадости. Тебе не стыдно? — с притворным возмущением заявила Калинда.
   — Знаю-знаю, карьера тебе дороже всего. Но это только потому, что ты еще не встретила мужчину своей жизни. Когда-нибудь…
   — Съешь лучше еще один крекер с икрой, — перебила его Калинда. — Мы оба знаем, что это не для меня. Я бы со скуки умерла, если бы мне пришлось сидеть дома.
   — Не буду спорить. Я бы и сам этого не вынес.
   — Что-то мне трудно представить тебя в роли заботливой хозяюшки, — засмеялась Калинда.
   — И все же, — весело продолжал Колин, — если бы нашлась женщина, которая создала бы мне подобный уют и окружила заботой… — Он обвел многозначительным взглядом изысканную обстановку и в упор посмотрел на Калинду. Та лукаво улыбнулась и отрицательно покачала головой.
   — Не надо на меня смотреть, — поспешно сказала она.
   — Как насчет брака по расчету? — жизнерадостно предложил Колин, отправляя в рот очередной крекер с икрой. — Я бы следил за передвижением твоих акций, а ты осуществляла бы общее руководство. Между прочим, спрос на твои акции заметно возрос, — добавил он с хитрой усмешкой.
   Калинда бросила на него быстрый взгляд и натянуто улыбнулась.
   — Ты это заметил?
   — А как же! И цена, кстати, тоже растет. Не хочешь открыть мне свой секрет, дорогая? Всегда рад распространить хорошую новость, если это на пользу делу. Собираешься выбросить на рынок что-то новенькое?