И распорядился привезти на место происшествия - в квартиру, где происходили недавние события, Иванова и заложников.
   Стороны привезли и развели по дальним углам комнаты, как боксеров на ринге.
   - Начнем все с самого начала, - попросил Пьер присутствующих. - Кто первым увидел преступника?
   - Я! - сказала хозяйка квартиры. - Он стоял там, на лестничной площадке. С пистолетом.
   - Этот стоял? - показал Пьер на пристегнутого наручниками к полицейскому Иванова.
   - Этот! - кивнула заложница.
   - Этот?! - не поверил психолог...
   - Что было потом?
   - Он выбил дверь, ворвался внутрь и послал того, второго, за соседями.
   - Вы точно помните, что он послал, что тот не сам пошел?
   - Точно! - без всякого сомнения сказала женщина. - Он ткнул в него пистолетом, и тот побежал. А когда тот вернулся, он приказал нас связать.
   - Иванов приказал? - совсем обалдел психолог.
   - Ну да, Иванов.
   - Так и было, - подтвердил слова жены ее муж.
   - А почему вы решили, что он приказал? Ведь вы не знаете русского языка? задал провокационный вопрос психолог.
   - А зачем язык? И так все было понятно, - сказала женщина. - Этот, покосилась на Иванова, - на него кричал, а тот все время оправдывался, а если возражал, то этот грозил ему пистолетом...
   Значит, пистолет все время был у Иванова. А у кого пистолет, тот, как известно, и главный, - подумал Пьер Эжени. - Значит, все-таки Иванов...
   И обратился к свидетельнице.
   - Это вас он пытался выбросить в окно?
   - Меня, меня, - закивала та. И с ненавистью посмотрела на Иванова.
   - Он... вас... из окна? - чуть не захохотал психолог.
   - Он! - совершенно серьезно подтвердила потерпевшая.
   - Это не я, не я... Это все он, товарищ Максим, - запричитал, протестуя Иванов.
   - Как он, если в окне видели вас?! - возразил Пьер Эжени. - Видели, как вы толкали женщину вниз, а она цеплялась за подоконник!
   - А он меня заставил! - объяснил Иванов.
   - Как он мог заставить вас что-то делать, если пистолет был у вас? - опять возразил Пьер Эжени.
   - Мог! - убежденно заявил Иванов. - Он мне грозил!
   - Чем? Если пистолет был у вас!!
   - Он мне кулаком грозил!..
   Пьер чуть дар речи не потерял от удивления. Нет, он точно того... Прав психолог! Но... не прав! В главном не прав!
   - А в окно вы выталкивали своего напарника тоже по его указке? - не сдержался, закричал Пьер.
   - Ну да, по его, - согласился Иванов. - Это товарищ Максим все придумал!
   - Не слушайте его, не верьте ему, это он, все он! - закричала, забилась в истерике женщина. Но все было понятно и без ее криков.
   "Нет, не может он быть дураком, - подумал Пьер. - Дурак такое придумать не способен!.."
   - Ну, что скажете? - обратился он к психологу.
   - Я не знаю... не понимаю... Он не мог. В принципе не мог!.. Уровень интеллекта... Воля...
   - Не мог?! - закричали возмущенно заложники. - Да он нас чуть не убил! Мы вот здесь сидели, а он вон там с пистолетом стоял. А потом пальцы отрубил! Он бандит, гангстер, убийца!,.
   И вдруг, что-то сообразив, завопили:
   - Не верьте ему - он с ним заодно! Он его покрывает.
   Испуганный психолог попятился к двери.
   - Да, наверное... может быть... - бормотал он. - Может быть, мог...
   Когда психолог выбежал на улицу, он столкнулся с влюбленной парочкой, обтирающей стену дома возле подъезда.
   - Пардон! - извинился он и побежал дальше. Но парочка ничего не заметила. Парочка увлеченно, ни на кого не обращая внимания, целовалась...
   ГЛАВА 63
   Встреча была назначена на четырнадцать двадцать. Джон Пирке пришел в четырнадцать девятнадцать, потому что на такие встречи опаздывать нельзя.
   Он встал в условленном месте, сунул, как его просили, левую руку в карман, в правую взял указанный ему журнал, развернув его названием в сторону улицы.
   В четырнадцать двадцать одну возле него притормозило такси.
   - Вам в аэропорт Орли? - спросил его по-английски водитель.
   - Нет, Шарля де Голля. Но не сегодня, завтра в полдень, - произнес отзыв Джон Пирке.
   Водитель распахнул дверцу.
   Садясь в такси, Джон рисковал, но другого выхода не было. В операциях, проводимых вне пределов США, ЦРУ не любит использовать своих людей. Не потому, что их жалко, просто грязные дела на чужой территории всегда лучше делать чужими руками.
   Минут пятнадцать такси кружило по улицам Парижа, потом свернуло в переулок.
   - Пройдете прямо, до первого светофора, потом направо, спуститесь на набережную и сядете на первый прогулочный пароходик. На верхней палубе, на крайнем в последнем ряду сиденье найдете журнал. Откроете седьмую страницу.
   Джон Пирке прошел прямо, повернул направо и спустился на набережную. Пароход подошел через три минуты.
   "Хорошо у них все организовано, - подумал он. - Причем таксист наверняка не их, наверняка подставной, выполняющий одноразовые поручения, и если его взять, то все равно ничего не узнаешь".
   Пароходик был почти пустой Джон Пирке поднялся на верхнюю палубу, нашел крайнее в последнем ряду кресло и увидел там журнал. Между седьмой и восьмой страницей был вложен листок с распечатанным на принтере текстом. Его просили через час быть в соборе Нотр-Дам, где нужно сесть возле третьей колонны справа от алтаря. И просили сразу после прочтения уничтожить записку.
   Джон Пирке разорвал лист на мелкие кусочки и, скатав из них несколько плотных шариков, бросил их за борт.
   Через час он сидел в соборе возле третьей колоны. Внутри было сумрачно и гулко. Сотни людей брели мимо, расходясь в стороны, останавливаясь, задирая вверх головы. Вспыхивали короткие молнии фотовспышек.
   - Здравствуйте, - тихо сказал присевший рядом человек. - Идите на улицу и ждите меня на мосту через Сену. На том, что слева.
   Джон Пирке встал и пошел на улицу.
   Через полчаса к нему подошел тот самый мужчина и, слегка кивнув, прошел мимо. Джон Пирке двинулся за ним. И шел довольно долго, пока не услышал, как его кто-то позвал.
   - Садитесь.
   Он сел в черный "Шевроле", который тут же тронулся с места.
   - Вы, кажется, хотели меня видеть? - спросил его мужской голос с заднего сиденья. Джон попытался обернуться.
   - Сидите, как сидите, - сказал голос. - Я вас слушаю.
   Разговаривать с сидящим за спиной человеком было неудобно, но на это и был расчет.
   - Мне подсказал, как на вас выйти... - начал издалека Джон Пирке.
   - Короче, - сказал мужчина. - У нас мало времени. Что вам нужно?
   - Мне нужно вытащить из полиции одного человека.
   - Это не в наших силах. Если бы мы могли, мы бы в первую очередь освободили своих людей.
   - Вы меня не поняли - основную работу мы берем на себя. Но часть хотели бы поручить вам.
   - Что именно?
   - Вступить в контакт с нужными нам лицами, передать им деньги, организовать встречу и транспортировку того человека, о котором я говорил.
   -Все?
   - Все.
   Мужчина быстро понял, что от него требуется.
   - Вы хотите прикрыться моими людьми, чтобы, если дело не выгорит, искали их, а не вас, а если поймают, то вы останетесь в стороне, потому что все спишут на нашу организацию?
   "Быстро просчитал, - восхитился Джон Пирке сообразительностью собеседника. - Все так - лучше, чтобы в контакт с французами вступали они. Если дело провалится - ЦРУ останется в стороне. Если нет - тоже. А им терять нечего, на них и без того достаточно висит..."
   - Что вы берете на себя? - спросил мужчина.
   - Общий план действий, проработку деталей, контакты, деньги, прикрытие.
   - Что предлагаете нам?
   - Деньги.
   - Сколько?
   - Сто тысяч долларов, - назвал Джон Пирке цену услуги.
   - Деньги меня не интересуют, - ответил мужчина.
   - Что тогда?
   - Программа защиты свидетелей.
   - Это невозможно! - покачал головой Джон Пирке. - Нас не поймут.
   - Тогда я беру вас в заложники, - сказал мужчина. И Джон почувствовал, как ему в бок ткнулось дуло пистолета.
   - Вы что? - испуганно зашептал он. - Мы так не договаривались!
   - У вас свои методы, у нас свои, - спокойно сказал мужчина. - Вам нужна помощь, нам нужна ваша программа. И нам придется договориться.
   - Хорошо, кто? - спросил Джон Пирке.
   - Успокойтесь, не я, - ответил мужчина. - Кто-то из наших людей, но я еще не знаю, кто. Просто нам нужны пути отхода.
   - Сколько их будет? - уточнил Джон Пирке.
   - Двое или трое.
   - Один, только один! - твердо сказал Джон. Потому что заранее предполагал, что одних денег для заключения сделки будет мало, и получил принципиальное согласие на укрытие на территории США одного человека. И это была не цена, потому что была цена не за Иванова. Эти люди могли пригодиться и в дальнейшем.
   - Мне нужны гарантии, - после долгого молчания сказал мужчина.
   - Мне тоже, - ответил Джон Пирке.
   - Мои гарантии - слово! А ваши... Ваши - расписка.
   - Лично от меня? - уточнил Джон Пирке.
   - От вас, но от имени вашей организации.
   - Это невозможно, - ответил Джон Пирке. Потому что это действительно было невозможно. Если эта расписка где-нибудь, когда-нибудь, пусть даже не через год, пусть через пять лет всплывет, разразится жуткий скандал. - Я не могу дать вам расписку, потому что не знаю, в чьи руки она может попасть. Подумайте, что вас может устроить еще?
   - Тогда фамилия человека, которого вы собираетесь освободить, - сказал мужчина.
   Точно так, как утверждали психологи, изучавшие его личность, и должен был сказать. И еще должен был потребовать оружие и спецсредства. Но потребовал не оружие...
   - И еще вы пошлете ко мне кого-нибудь из ваших людей, кто будет координировать наши действия и будет оставаться у нас до завершения операции.
   А вот этого психологи уже не предполагали...
   - На случай, если то, что вы предлагаете, - ловушка.
   "Попался!" - подумал Джон Пирке, потому что понял, что выбора у него нет. Если он откажется, то в заложники возьмут его, если согласится, то придется к ним кого-то посылать, потому что они будут знать фамилию Иванова. То есть будут знать достаточно, чтобы начать шантаж.
   С другой стороны, надежней их исполнителей все равно не найти. И лучше рисковать человеком, чем рисковать делом и собой.
   - Хорошо, я согласен.
   Мужчина сзади завозился, и вдруг Джон Пирке почувствовал, что его рука обвивает ему шею и тянет назад. Голова мужчины приблизилась к его голове. Водитель, оторвав от руля и опустив куда-то вниз левую руку, вытащил какой-то черный предмет, поднял его к лицу. Это был фотоаппарат, полароид.
   В глаза ударила молния вспышки. Из фотоаппарата, жужжа, вылезла фотография.
   - Возьмите ее, - приказал мужчина. Джон Пирке колебался.
   - Ну! - поторопил мужчина, сильно вдавив пистолет в бок.
   Джон протянул руку и взял фотографию. И в то же мгновение понял, что влип, в прямом и переносном смысле слова. Во всех смыслах! Фотография была намазана чем-то липким.
   - Давайте ее сюда!
   Джон протянул фотографию мужчине. Тот взял ее, припечатав к поверхности свои, указательный и большой, пальцы, опустил фотографию в бумажный пакет и спрятал в карман.
   - Получите их в обмен на вашего человека.
   Этот ход психологами тоже не предусматривался!..
   Теперь у мужчины было коллективное - его и Джона Пиркса - фото, где они, как голубки, приникли друг к другу головами. Причем это было не просто фото, а моментальное фото, что исключало фотомонтаж. И еще там, помимо лиц, были их отпечатки пальцев. Его и мужчины. И наверняка была запись их разговора. Так что теперь, если дойдет до скандала, отрицать их встречу будет невозможно.
   - А теперь - фамилию! - сказал мужчина. Отступать было поздно.
   - Иванов, - сказал Джон Пирке.
   - Это тот, который взял заложников? - удивился мужчина. И в его голосе прозвучали нотки уважения.
   - Тот самый, - подтвердил Джон Пирке. Машина остановилась.
   - Найдете меня вот по этому электронному адресу, - протянул мужчина обрывок бумаги.
   И подтолкнул Джона к выходу.
   Машина сорвалась с места и мгновенно пропала в плотном транспортном потоке. Джон Пирке увидел лавочку и, подойдя к ней на одеревеневших ногах, сел.
   "В принципе легко отделался, - подумал он. - Могли и пристрелить. Эти могли!" Потому что "эти" были известной во всем мире террористической организацией, продолжавшей начатое "Красными бригадами" дело. Были леваками.
   Ну ничего, как говорят русские, - клин клином вышибают, - вспомнил Джон Пирке давние уроки русского языка. Эти Иванова вытащат. Эти его из-под земли достанут!..
   ГЛАВА 64
   В Современном мире, где все поклоняются главному и единственному богу двадцать первого века - информации, что-либо спрятать невозможно. Достаточно сесть за компьютер, включить модем, войти в Интернет и... И можно найти все, что угодно!.. А если входить не время от времени, а входить систематически, четко зная, что искать и где искать, и уметь сопоставить взятую из разных источников информацию, то можно найти такое!..
   Именно так в сети Интернет вылавливала сенсации небезызвестная в узких французских читательских кругах журналистка Жани Мерсье, работавшая в еженедельнике "Пари-Экспресс".
   Три раза в неделю, вечером, заварив покрепче кофе, она садилась за компьютер, набирала номер сервера, набирала пароль и... И ночь напролет бродила по закоулкам мировой информационной сети, отбирая, сортируя и раскладывая по каталогам и папкам показавшиеся ей небезынтересными факты. Папок было очень много - может быть, несколько сотен, и каждая посвящалась той или иной узкой теме. Поэтому в любой момент можно было узнать цены на акции корпорации "Дженерал-Электрик" на утренних торгах на бирже в Токио, какого цвета галстук сегодня предпочел наследный принц Монако или с кем нынче спит поп-дива Мадонна.
   Но Жани Мерсье принц Монако и любовные похождения Мадонны интересовали постольку-поскольку, потому что специализировалась на политических скандалах. И поэтому любое виртуальное путешествие начинала с просмотра официальных сайтов государственных учреждений. И сейчас начала...
   Она отсмотрела, чем нынче занимались Национальное собрание и Сенат, с какими заявлениями выступал президент и его окружение, как на это отреагировала оппозиция, ознакомилась с официальными документами министерств и ведомств...
   Ничего, что бы заслуживало ее внимания, она не нашла. Разве только на сайте МИДа?..
   На сайте МИДа был опубликован ответ на ноту России относительно возвращения на родину некоего Иванова Ивана Ивановича. Причем это был не первый ответ, это был как минимум второй ответ.
   И был опубликован ответ на еще одну ноту - на этот раз ноту США, где американцы требовали выдать им... Иванова. Тоже Иванова! Или, может быть, того же Иванова?..
   Что же это за Иванов такой, о котором так хлопочут русские и американские дипломаты?
   Жани Мерсье прочитала ноты внимательней.
   Россия в самой категоричной форме требовала выдачи особо опасного преступника, совершившего на родине ряд тяжких преступлений, в том числе убийств...
   Америка тоже настаивала на выдаче преступника, который изнасиловал афроамериканку и угрожал обороноспособности США!
   И в том и в другом случае речь шла об одном и том же человеке. Об Иванове!
   "Иванов, Иванов..." - попыталась вспомнить журналистка, потому что фамилия показалась ей знакомой.
   А не тот ли это преступник, что недавно захватил в Париже заложников? А если тот, то почему о нем все так активно хлопочут? Интересно, интересно...
   Жани набрала в поисковой строке "Иванов", собрав со всех франкоязычных сайтов всю информацию, где упоминалась фамилия Иванов. Таковых сайтов оказалось множество, и Жани уточнила в поисковой строке, что ищет не просто Иванова, а гангстера Иванова.
   Число сайтов заметно уменьшилось.
   Но все эти сайты были ей знакомы, потому что были старыми.
   В англоязычном Интернете об Иванове не было ничего. Совсем ничего, что тоже было странно, потому что янки обожают смаковать подробности уголовных преступлений, особенно если преступник белый, а жертва черная, или наоборот.
   А что, если посмотреть русский Интернет?
   Жани позвонила своему приятелю, который немножко знал русский язык, и попросила его найти в русском Интернете сайты, посвященные Иванову.
   Приятель вышел на русский поисковик и набрал "Иванов Иван". Но Ивановых Иванов в русском Интернете было астрономически много. Тогда приятель набрал "убийца Иванов Иван" и отправил Жани несколько выбранных наугад сайтов.
   Жани прогнала текст через электронный переводчик и получила относительно удобоваримый текст, из которого поняла, что Иванов миролюбивым характером не отличался и что у себя на родине тоже убивал, и даже интенсивней, чем во Франции. Впрочем, число жертв тоже не могло объяснить странную дипломатическую активность русских. Обычно вопросы выдачи преступников решались в рабочем порядке на уровне полицейских министерств, а тут была пущена в ход тяжелая мидовская артиллерия...
   Все это было по меньшей мере странно.
   Жани еще раз прочитала переводы, отсеивая все упоминающиеся в статьях фамилии, используя которые, можно было расширить поиск. Более всего ее заинтересовал следователь Старков, которого через строчку называли не иначе как Шерлоком Холмсом и утверждали, что это именно он "открыл" Иванова. В одном из сайтов сообщалось, что следователь Старков награждается путевкой в Париж, только непонятно, за что награждается, - за непоимку Иванова?..
   Жани прочитала название отеля, где должен был размещаться Старков, и взяла справочник. Отель в справочнике был помечен одной звездой и, судя по всему, был жуткой дырой.
   Жани набрала номер портье и попросила уточнить, проживает ли в отеле Старков?
   - Да, проживает, - ответили ей.
   Несколько секунд Жани соображала, имеет ли смысл ей с ним встречаться и может ли из всего этого получиться хоть какой-нибудь более или менее удобоваримый материал. И все же решилась.
   - Скажите, пожалуйста, какой у него номер...
   И тут же перезвонила своему русскоговорящему приятелю.
   - Ну очень тебя прошу!.. Позарез надо! - долго уламывала она его. И приятель согласился...
   Однозвездочный отель, из которого действительно, если на улице была ясная погода, а у постояльца двадцатикратный бинокль, можно было увидеть Эйфелеву башню, находился у черта на рогах. Добирались до него часа полтора, часто застревая в пробках, и Жани успела сто раз пожалеть, что ввязалась в эту историю.
   Наконец приехали. Стараясь не касаться грязных перил, нашли номер. Постучали.
   - Кто там? - крикнул Старков.
   - Мы французский репортер, - ответил приятель Жани. - Нам надо с вами говорить. Старков открыл.
   - Вы бы не могли рассказать нам про Иванова? - попросила Жани.
   - С удовольствием, - ответил Старков. И вытащил калькулятор...
   Пять потерпевших на Агрономической плюс четыре на Северной и еще один со спиленными зубами плюс трое два года назад из того же оружия, что на Северной, плюс четырнадцать в Федоровке плюс четыре на даче генерала...
   - Это все он? - поразилась Жани Мерсье. Она знала, что Иванов убийца, об этом писали все газеты, но не знала масштабов. - Он один?
   - Конечно, один! - гордо ответил Старков.
   - Он маньяк?
   - Маньяки своих жертв насилуют и мучают, а он просто убивал, - разъяснил Старков разницу между маньяком и Ивановым. - У нас таких называют серийными убийцами.
   - Почему серийными? - спросила Жани.
   - Потому что они убивают не по одному, а сериями по две - пять жертв.
   - Почему сериями? - задала наивный вопрос Жани.
   - Наверное, чтобы побыстрее набрать нужное число, - ответил Старков.
   - То есть Иванов хочет убить какое-то определенное количество людей? - все более заинтересовывалась Жани.
   - Может быть... - неопределенно ответил Старков. - Я тут попытался вывести статистику его преступлений - получилось, что он убивает по пять и четыре десятых человека в один заход.
   Цифра пять и четыре десятых звучала зловеще.
   - Объясните, почему Иванова так активно требуют вернуть в Россию?
   - Ну, это как раз просто, - сказал Старков. - Просто наши милиционеры за счет ваших полицейских хотят повысить процент раскрываемости.
   - Но переговоры о судьбе Иванова идут на самом высшем уровне, словно он какой-нибудь шпион! - возразила Жани.
   - Да? - удивился Старков. - А что - вполне может быть. Он ведь не просто убийца - он профессиональный убийца, владеющий всеми типами оружия и приемами рукопашного боя, которым учат в спецназе.
   - Так он военный? - все более заинтересовывалась Жани.
   - Этого сказать не могу. Но некоторые его жертвы работали в спецслужбах, а пистолет, из которого он убил нескольких человек, числился за военной разведкой. За ГРУ, - по секрету сообщил Старков. - Так что вполне может быть.
   Это меняло дело, потому что просто русский, убивший французских полицейских, - это одно, а русский военный разведчик - другое. Тогда становится более понятна развязанная Россией дипломатическая война. Вполне вероятно, они борются не за выдачу преступника, а за возвращение в страну обладателя каких-то секретов.
   А чего же тогда добивается Америка?.. А Америка желает носителя секретов, который каким-то образом пытался подорвать ее обороноспособность, перехватить у русских и утащить к себе!..
   Изощренный журналистский ум мгновенно связал воедино разрозненные факты, превратив их в повод для сенсации.
   Значит, получается, что Иванов не уголовник, а матерый шпион и диверсант, который каким-то образом надул Америку, возможно, утащив какой-нибудь особый стратегический секрет, соответственно янки, чтобы иметь основания для его преследования, придумали насилие над негритянкой, о котором не упоминается ни в одной американской газете... Те русские, которых Иванов убил возле казино, были охотящимися за ним спецагентами... Заложники - просто заложниками, вполне вероятно, что взятыми с целью привлечь к себе внимание мировой общественности. А французские полицейские - болванами, которые, не разобравшись в ситуации, полезли на профессионала, за что и получили...
   А? Каково? Может из этого что-нибудь получиться?
   Конечно, может, если все хорошенько увязать, подгадать и подобрать подходящую фактуру...
   Нет, не зря Жани Мерсье приехала в эту богом забытую однозвездочную гостиницу.
   - Ваши прогнозы относительно судьбы Иванова? - задала последний вопрос Жани следователю Старкову. - Выдадут его или нет?
   - Тут я ничего определенного сказать не могу, - развел руками Старков. Но одно сказать могу точно - это еще не конец, потому что это не просто какой-нибудь там рядовой преступник - а Иванов. И от него можно ожидать чего угодно. Он вам еще устроит!..
   - Что устроит? - попросила уточнить Жани.
   - Не знаю что, но знаю, что устроит! - пообещал Старков. - Такое устроит, что мало вам не покажется!.. И, что интересно, Старков оказался прав. Как в воду смотрел Старков!..
   ГЛАВА 65
   Сообщение было неожиданным, как гром среди ясного неба.
   - За заложниками ведется наблюдение! - доложили филеры, отслеживающие подходы к месту преступления и одновременно жительства заложников.
   Ну, что ж, вполне может быть... Вполне может быть, что французская полиция установила за ними негласное наблюдение с целью защиты от посягательств дружков преступника, которые, не исключено, захотят убедить их изменить на суде свои показания. Нормальная практика...
   - Отследите их маршруты.
   Филеры проследили маршруты движения своих коллег, которые привели не в полицейские участки, а в неприметные отели и съемные квартиры.
   - Это не полицейские, - сообщили филеры. - И, по всей видимости, даже не французы.
   - Откуда такая уверенность?
   - В свободное от службы время они осматривают достопримечательности Парижа, фотографируются на фоне памятников, посещают дорогие французские рестораны, кабаре и другие увеселительные заведения. Вряд ли это будут делать люди, которые здесь живут.
   Что верно, то верно, это почерк гостей - старожилы не станут осматривать достопримечательности родного города и уж тем более фотографироваться на их фоне. Попробуйте найти в Третьяковке хоть одного москвича или в Эрмитаже питерца... Знакомство с памятниками культуры - удел приезжих провинциалов.
   Все это было непонятно и очень интересно...
   Генерал Трофимов распорядился проверить у незваных гостей документы, но только так, чтобы не вызвать у них подозрений.
   Филеры довели незнакомцев до самых дверей номеров и обратились к портье, у которых за пару тысяч франков, представившись мужьями, выслеживающими любовников своих жен, выяснили имена и фамилии интересовавших их постояльцев.
   Подозрения подтвердились! Постояльцы были не французы и даже не европейцы. Постояльцы были американцами!
   "Вот те раз! - подумал генерал Трофимов. - Не было несчастья - купила баба порося!.."
   И приказал незаметно сфотографировать янки.
   Филеры, вооружившись длиннофокусной оптикой и делая вид, что снимают виды Парижа, сделали более или менее приличные портреты американцев.
   Генерал внимательно просмотрел фотографии, сканировал их и по электронной почте отправил в Москву с просьбой проверить людей, изображенных на фото, на принадлежность к спецслужбам США.
   "Архивариусы" открыли картотеку работников Центрального разведывательного управления, вывели на экран присланные из Парижа фото и стали сличать их с портретами, вызываемыми из архивов. Смотрели они очень быстро, потому что по специально разработанной методике и потому что глаз был набит.
   Вначале они обращали внимание на посадку глаз, потому что щеки можно подложить, нос удлинить, уши прижать, но сблизить или раздвинуть глазницы невозможно, потому что для этого придется ломать череп.
   После отсмотра глаз более семидесяти процентов лиц отсеивалось, дальнейшего сличения не требуя. А те, что вызвали интерес, сравнивались более внимательно, по абрису лица, ширине лба, форме подбородка и множеству других отличительных черт. Затем с помощью специальной компьютерной программы лица накладывались друг на друга, совмещались и, если совпадали по идентификационным точкам, то считались условно одинаковыми.