Когда-то Звездная Лига использовала такие костюмы различного типа в основном для ведения разведки и обеспечения мобильной поддержки пехотой громоздких и медлительных боевых роботов. Представители различных кланов, когда они впервые обрушились на Внутреннюю Сферу с необычной жестокостью, да к тому же обладая более высокой технологией, имели в своем вооружении так называемые «индивидуальные доспехи». Это были костюмы, выполненные по размеру определенного человека, снабженные энергетической установкой и обеспечивающие возможность совершать прыжки — такие же мощные и смертельно опасные для врага, какие делают боевые роботы. Были свидетельства того, как. отряд пехоты напал на боевого робота и буквально растерзал его на части.
   За последние несколько лет эти костюмы стали появляться в воинских подразделениях Внутренней Сферы, либо производимые местной промышленностью по восстановленной технологии, либо найденные на тайных складах Звездной Лиги. Однако очень небольшое количество наемных подразделений могло позволить себе иметь эти костюмы. Серому Легиону Смерти повезло больше других, и они смогли приобрести несколько экземпляров, как только это снаряжение появилось во Внутренней Сфере. Немного погодя Легион смог увеличить количество костюмов, когда майор Фрей из Третьего батальона обнаружил несколько штук модели «Марк XXI Сова» на одном из тайных военных складов Звездной Лиги на Карбале во время своего рейда по границе Лиранского Содружества и Свободной Республики Расалхаг. Техники Легиона несколько модифицировали их и создали два типа костюмов: один для боев, а другой, более легкий и мобильный, для разведки. Именно эти костюмы сейчас были на Макколле и Алексе.
   — Мы будем ждать вас, Алекс, — сказала ему Эйлин, — вы можете рассчитывать на нас!
   — Мы знаем это, Эйлин.
   Организация «Разбойники», как оказалось, насчитывала около четырех или пяти сотен человек, мужчин и женщин, хотя генерал Амброс Макби и его офицеры не захотели назвать точную цифру. Алекс не осуждал их за это: они и так потеряли много своих людей в стычках с милицией и во время внезапных облав. Переключив свои сканеры снова на ИК-изображение, Алекс повернулся в поисках Макколла, одетого в такой же костюм «Сова». По сравнению с пляшущими световыми пятнами, излучаемыми повстанцами, костюм Макколла был почти невидимым в ИК-изображении. Когда он находился в покое, то почти не излучал тепло. Кроме того, бронекостюмы обладали качеством хамелеона: специальная электроника непрерывно контролировала окружающую среду по цвету, свету и оттенкам, и меняла не только цвет, но и текстуру поверхности костюма. Конечно, это не делало костюм полностью невидимым, но он становился почти неразличим на определенном расстоянии и при слабом освещении.
   «Особенно, — подумал Алекс, — если тебя не ждут там, где ты собираешься появиться».
   — Майор, — обратился к Макколлу Алекс, подходя к нему вплотную. Он использовал свой внутренний передатчик, расположенный в шлеме, а не радио. Существовала большая опасность, что радиосигналы могли быть запеленгованы из Цитадели. — Вы получили всю необходимую информацию?
   — Думаю, да, — ответил Макколл, — эта Цитадель настоящий огромный лабиринт. Но несколько человек из повстанцев были там и вернулись обратно. Некоторые как заключенные, другие — по делам. Роберт ошибался, говоря, что местные жители в Цитадель не ходят.
   — Мы с вами тоже видели гражданских сегодня утром во дворе Цитадели, — напомнил Алекс.
   — Да. Люди везде одинаковые, что бы ни случилось. Поверрнись, я хочу еще рраз прроверрить энерргосистему.
   — Есть, сэр.
   Сегодня днем Алекс и Макколл забрали два костюма, тщательно упакованные в специальные двухметровые ящики с надписью «запасные части» и хранящиеся на складе космопорта Нового Эдинбурга. Доставив их в поместье, они провели много времени, настраивая электронику, устанавливая источники питания, проверяя вооружение и загрузку программы — одним словом, готовясь к боевым действиям. Несмотря на то, что костюмы были очень похожи на тяжелые космические скафандры, они были на удивление легкими. Датчики, установленные на руках и ногах, улавливали малейшее движение человека, и костюм с помощью миомера с высокой точностью повторял это движение. Человек, облаченный в «Сову», становился не только почти невидимым, но еще и необычайно сильным. Макколл и Алекс были вооружены лазерными ружьями, микрогранатометами, а также многим другим. Макколл нес также в ранце несколько снарядов полидеталина с кольцевыми детонаторами, которые он в шутку называл «грроза замков».
   Они очень долго и тщательно все проверяли, уделяя особое внимание энергосистемам, расположенным на спине в специальном отсеке. Макколл еще раз проверил костюм Алекса и подтвердил его полную готовность. Затем он повернулся к Алексу спиной, и тот тоже проверил систему энергоснабжения костюма Макколла.
   — Все в порядке, — сказал Алекс, — нам пора идти.
   — Да. Порра.
 
   Когда стемнело, повстанцы привели Алекса и Макколла к Цитадели тайными тропами. И сейчас они находились в густом лесу на склоне горы Альбы в пяти километрах от дороги, ведущей к мосту через глубокий каньон. Они оставили каледонцев, растянувшихся стрелковой цепью, в лесу, а сами пошли через густой подлесок напрямик туда, где возвышалась темная громада Цитадели.
   Шли молча, скорее всего, в этом месте могли быть датчики, улавливающие радиосигналы, а также детекторы для обнаружения человеческого голоса. Да им и не нужно было переговариваться: план действий был много раз оговорен сегодня днем, когда они занимались костюмами.
   Повстанческая организация, или, как они себя называли, «Разбойники», состояла из очень разных людей, в основном фермеров и торговцев. И только незначительная горстка людей имела хоть какое-то представление о боевом искусстве. Эйлин, например, была дочерью виноторговца из Нового Эдинбурга. Молодая женщина работала на заводе по производству сельскохозяйственных роботов, которые использовались на фермах Каледонии. Джеймс Грахэм, сапожник из небольшой деревушки около Данди, был выходцем из семьи, которая занималась разведением новых пород вьючных животных. Даже генерал, которого Алекс и Макколл, несмотря на занятость, все-таки навестили сегодня днем, был фармацевтом, как он сам шутливо добавлял, «в той, настоящей жизни». Большой веселый человек, почти такой же толстый, как Вилмарт, рассказал им за обедом, что он совсем недолго служил в армии. Много лет тому назад он был капитаном улан. А после возвращения на Каледонию служил в местной милиции, которая в те дни носила гордое название «Каледонские Разбойники». Но, как многие каледонцы, он оставил службу в милиции сразу после того, как Вилмарт был назначен на должность наместника Каледонии. Слишком многое не устраивало Амброса Макби.
   Большинство миров имеет организацию обороны планеты, милицию, которая представляет собой что-то вроде воинского подразделения, состоящего из местных жителей, которые вместе обучаются и тренируются и должны в случае необходимости помогать регулярным войскам и наемникам, которые могут быть наняты в случае опасности извне. Обычно милиция включает людей не очень хорошо обученных и плохо вооруженных. И это неудивительно: лучшее вооружение всегда предназначается для регулярной армии, и невозможно найти столько денег, чтобы оснастить еще и милицию боевыми роботами. И тем не менее не один рейд и даже вторжение большой группы завоевателей были отражены этими решительными мужчинами и женщинами, служащими в местной милиции. И дело здесь, конечно, в том, что они защищают от посягательств врагов свою родную землю, свои дома и своих близких.
   За последние пять лет, однако, в организации «Каледонские Разбойники» произошли очень серьезные изменения. В ее рядах становилось все больше и больше пришельцев из иных миров, наемников… или просто завербованного в различных космопортах всякого отребья, которому пообещали большие деньги в обмен на простую, легкую работу. Они отказались от традиционного черного цвета дозора шотландских горцев, заменив его черно-желтым, и даже изменили название. Теперь они называли себя «Кровопийцами» и действовали не как милиция, а как самая настоящая банда. В высшей степени заносчивые, жестокие и необузданные, они бродили по улицам больших городов Каледонии, грабя, насилуя и убивая ее жителей по своему собственному желанию. Их появление на Каледонии заставило жителей снова восстановить организацию «Разбойники», но на этот раз в виде секретного общества, члены которого собирались, каждую неделю меняя места встреч, а оружие хранили на специальных тайных складах в пригородах.
   «То, что Вилмарт психически больной человек, это очевидно, — подумал Алекс, — такого следует держать в руках, управлять им. Кто же стоит за спиной каледонского наместника сейчас… Фолкер?» В это верилось с трудом, хотя было совершенно очевидно, что Вилмарта контролируют, им управляют, этим мнимым наместником Каледонии. Здесь должен быть кто-то гораздо выше, кто-то, занимающий очень высокий пост в правительственной иерархии, кто-то, кто «заказывает музыку» .
   «Интересно, что бы предпринял сейчас мой отец, будь он на моем месте?» — подумал Алекс. Этот вопрос мучил его последние несколько часов. То, что они, Макколл и он, собирались сделать, было противозаконным, опасным и захватывающим. Хотя когда он поделился этой мыслью с Макколлом, тот только пожал плечами и сказал:
   — Этот черртов ублюдок поставил себя вне закона, Алекс. И мы должны воздать ему то, что он заслужил.
   Странно, но сейчас Алекса совершенно не пугала мысль о предстоящей операции. Он думал, что даже намек на возможные боевые действия заставит его бояться. Но может, все дело в том, что с самого момента их появления на Каледонии они с Макколлом не имели ни одной свободной минутки, чтобы он мог поразмышлять об этом.
   А теперь тем более не было времени об этом думать.
   Заросли впереди поредели, а мгновение спустя Алекс вышел из леса и оказался в нескольких метрах от края каньона. Прямо перед ним, на расстоянии пятидесяти метров, стены Цитадели поднимались как огромные черные скалы, казалось, вырастающие прямо из бездны. Мост и дорога из города проходили справа от этого места, а слева от Алекса, молча и неподвижно, стоял Макколл в своем удивительном костюме, почти неразличимый на фоне листвы и скалы благодаря уникальной возможности бронекостюмов приспосабливаться к окружающей среде. Проведя сканирование верхней части стен Цитадели, Алекс увидел тепловое излучение нескольких часовых, двигающихся вдоль крепостного вала.
   Макколл поднял правую руку, выставив вверх большой палец. Алекс повторил его движение, затем присел, напрягая мускулы ног, снял с предохранителя переключатель в левой рукавице костюма, чтобы приготовиться к прыжку.
   Затем он прыгнул. Его движение было трансформировано электроникой костюма в плавный полет, кото рый легко поднял Алекса с края каньона. Через мгновение включились прыжковые двигатели, выбросив струю горячего воздуха из воздушных клапанов по обе стороны портативной энергосистемы, расположенной у него на спине, а еще через секунду он уже стоял на вершине крепостного вала в боевой стойке с лазерным пистолетом в руке. Макколл появился на крепостном валу в двадцати метрах от него и тут же легко спрыгнул на парапет, идущий вдоль прохода. Звук их двигателей наверняка должен был обратить на себя внимание часовых, но поскольку защитники Цитадели были именно такими, как Макколл и Алекс представляли их себе, то скорее всего их приземление осталось незамеченным. Желтые пятна двигались по ИК-дисплею Алекса — это солдаты торопливо шли вдоль парапета прямо на них. Он легко соскочил и тут же взлетел на другой, более низкий парапет, с которого открывался вид на внутренний двор Цитадели. Во дворе горел свет, который отражался от белой феррокритовой мостовой, но их тени на парапетах над мостовой были черными и непроницаемыми благодаря ИК-электронике.
   — Что это было? — спросил один из часовых. Его голос раздался совсем рядом по внешнему микрофону бронированного костюма Алекса. — Эй! Что здесь происходит?
   — Да скорее всего ветер, — ответил другой голос. Через минуту двое часовых прошли всего в двух метрах от места, где стоял Алекс, прижавшись к черной феррокритовой стене, и ни один из них даже не посмотрел в его сторону. Алекс подумал, что, если бы на нем даже не было этого костюма, они, вероятно, все равно его бы не заметили. Яркий свет во дворе мешал им хорошо видеть в темноте.
   — Ну ладно, Алекс, — тихо сказал Макколл, пользуясь внешним переговорным устройством, а не радио, — мне порра отпрравляться.
   — Понял, — ответил Карлайл, — желаю удачи! — Он не услышал и не увидел, как исчез Макколл.
   Алекс нашел удобное место на парапете, выходящем на внутренний двор Цитадели, откуда открывался хороший обзор, и, удобно устроившись, стал ждать.
 
   Макколл переключил свой прибор видения с ИК на обычное освещение, но с увеличением предметов, что позволило ему легко ориентироваться в темноте, и почти тут же нашел то, что искал. Молодой повстанец из «Разбойников», который работал в Цитадели несколько месяцев, рассказал ему об этой двери, через которую можно было попасть во внутреннее помещение крепости. Находясь в углу крепостной стены, сразу за второй самой высокой башней, она вела на кухню, и персонал Цитадели использовал ее для доставки продуктов на склады, расположенные около кухни. Дверь была закрыта, и Макколл почувствовал искушение использовать один из своих взрывпакетов, «грозу замков», чтобы открыть ее. Но это можно было сделать и почти бесшумно. Поскольку костюм увеличивал силу человека, Дэвис легко сорвал крышку с панели доступа к электронике, отсоединил несколько проводов и подключил их к электронной системе на поясе своего костюма. Прогнав десятки тысяч цифровых комбинаций за несколько секунд, он наконец нашел нужный ему код. С помощью этого кода Макколл тихо и быстро открыл дверь.
   Внутри стоял часовой, его лазерное оружие было закинуто за спину. Бронированный кулак Дэвиса метнулся вперед быстрее нападающей змеи, раздробив челюсть часового и перебив ему шейные позвонки. Положив труп на пол, Макколл набрал код, и дверь за ним тихо закрылась. Пока все шло хорошо.
   Интересно, как далеко ему удастся проникнуть в недра крепости, прежде чем начнется тревога? По крайней мере не менее тысячи человек находится сейчас в Цитадели или в бараках, которые расположены полукругом вокруг крепости во внутреннем дворе, включая несколько сот солдат, входящих в состав милиции «Кровопийцы». Рано или поздно его должны обнаружить, но пока этого не произошло, он намеревался проникнуть в глубь лабиринта Цитадели, пользуясь инструкциями повстанцев. Коридор, по которому он шел, спускался вниз, в самый центр внутреннего помещения, и вел на кухню. А боковой коридор проходил через кладовую, где обычно работали жители города.
   Ну наконец-то! Он прошел по кладовой и увидел боковую лестницу, ведущую к камерам, где находились заключенные.
 
   — Что это? Вон там!
   Алекс замер на месте, но было поздно. Группа солдат милиции вышла из дверей на проход парапета в тридцати метрах от него, и на одном из них был надет шлем с ИК-сканерами и специальным щитком на лице, такими же эффективными, что и у Алекса. Хотя бронированный костюм «Сова» почти не пропускал ИК-излучения, но он носил его уже несколько часов, поднимался долго в гору, а потом еще совершил прыжок через каньон. Без сомнения, он не был уже невидимым для ИК-датчиков.
   — Стой! — раздался крик. — Ты! Стой на месте!
   Алекс метнулся с парапета. Это был прыжок с высоты десяти метров на феррокритовую мостовую. Почти у земли он включил прыжковые двигатели, что обеспечило ему мягкое приземление. С крепостного вала раздалась автоматная очередь, пули просвистели над его головой, а одна стукнулась о грудь и отскочила рикошетом.
   Отпрыгнув в сторону, Алекс просканировал крепостной вал и через тепловизор увидел двигающиеся по валу цветовые пятна. Он поднял лазерный пистолет и поймал в объективе приближающегося противника. Электроника костюма выдала ему всю необходимую информацию о наведении на цель. Курсор на экране совпал с сеткой, и загорелся зеленый свет.
   Алекс нажал на спуск. Темноту ночи разрезала вспышка, и его внешнее устройство связи донесло до него крик человека, когда на том загорелась одежда. Когда весь объятый пламенем человек упал со стены, Алекс уже стрелял в другую цель, второго солдата, бегущего вдоль прохода. Выстрел пришелся ему прямо в грудь. Страшный взрыв отбросил солдата назад, и он тоже упал с парапета.
   Алекс включил двигатели, прыгнул к стоящим в ряд припаркованным во дворе машинам и приземлился, взметнув облако пыли. Прямо перед ним двое солдат появились в дверях барака с ружьями в руках, но растерянные и не готовые к встрече с противником. Алекс мгновенно уложил одного из них, а второму удалось скрыться в бараке и поднять тревогу. На этом закончилось их тайное пребывание в Цитадели.
   Конечно, глупо было надеяться, что они вдвоем смогут проникнуть в охраняемую таким количеством солдат крепость, да еще с таким количеством персонала, и оставаться долго незамеченными. Где-то в глубине центральной части крепости раздался сигнал тревоги, громкий воющий звук, от которого невозможно было укрыться. На верху сторожевой башни справа от Алекса развернулась установленная там пушка, ее сдвоенные стволы нащупали цель. Алекс выстрелил в пушку из лазерного пистолета, послав зеленовато-голубой импульс, сверкнувший в темноте ночи. Он попал в один из стволов пушки, и тот расплавился, обдав все вокруг горячим воздухом.
   Но второй ствол успел сделать залп. На том месте, где за секунду до этого стоял Алекс, раздались взрывы, но он успел напрячь мускулы ног и совершить прыжок, а на лету послать еще один выстрел из лазерного пистолета, поразив на этот раз прицел пушки и антенны систем наведения. Приземлившись, он на всякий случай отстегнул микрогранатомет «Император-Д», пристегнутый к поясу. Быстро включив его, он обвел глазами двор, выбрал цель и выпустил очередь. Между припаркованными машинами раздалась серия взрывов.
   В одно мгновение довольно мирный до этого момента двор Цитадели превратился в поле сражения, где непрерывно раздавались автоматные очереди и выстрелы из орудий. Как только загудел сигнал тревоги, вооруженные солдаты появились изо всех уголков двора. А в самой крепости, под высокой башней дверь пятнадцати метров в высоту, выполненная из специальной бронированной стали, медленно двинулась на смазанных маслом рельсах. Мужчины в легком боевом вооружении мчались по феррокритовым подвесным переходам, а выбегая на открытое пространство, сразу попадали под обстрел из гранатомета.
   Алекс языком нажал кнопку, соединяющую его с каналом радиосвязи.
   — «Череп-один», это «Череп-два». Здесь становится очень жарко. Вы слышите меня? Прием.
   Ответа не последовало. Из дальнего угла двора раздался выстрел. Алекс выстрелил в ответ. Раздался крик, и метнулась объятая пламенем фигура солдата.
   — «Череп-один»! «Череп-один»! Вы слышите меня?
   Ночь вокруг была наполнена выстрелами, криками, вспышками, но от Макколла ответа не было.

xv

   Цитадель
   Каледония, пограничная область Скаи
   Федеративное Содружество
   23 часа 08 минут, 3057 года
 
   Дэвис Макколл не слышал позывных Алекса по своему каналу радиосвязи. К этому времени он находился так глубоко под землей, что даже его мощные приемники, вмонтированные в наушники, не были в состоянии принять эти радиосигналы. Он даже не слышал выстрелов, но услышал звук сигнала тревоги, потому что вой сирены, казалось, проникал во все уголки крепости.
   Дэвису удалось избежать встречи с группой солдат. Подпрыгнув вверх, Макколл уцепился за пучок кабелей и проводов, прикрепленных к каменному потолку в четырех метрах над полом, перебросил ноги через водосточные трубы и замер именно в тот момент, когда дверь открылась и солдаты торопливо пошли по коридору. Между их головами, одетыми в шлемы, и висящим на потолке Макколлом было около двух метров.
   В таком положении он не мог их видеть, но мог слышать каждого проходящего под ним солдата по шуму, который тот производил. Когда за дверью замер последний звук шагов, Макколл отпустил провода и легко спрыгнул на пол, при этом его чудо-костюм уже не имел той защитной окраски — рисунка проводов, водосточных труб и теней, — которую костюм принял, как только Макколл подпрыгнул и очутился на потолке. Мысленно поздравив себя с тем, что ему удалось избежать нежелательной встречи, он снял с плеча лазерное ружье, толкнул рукой дверь и почти столкнулся с двумя солдатами, отставшими от группы. Они с удивлением смотрели на Макколла.
   Инстинктивно Макколл вскинул ружье, нажал на курок, и ослепительный зелено-голубой луч попал в голову ближайшего из солдат, превратив ее в месиво кровавых костей и серого вещества.
   Второй солдат вскинул свое ружье — опасный на таком расстоянии пистолет-пулемет, — нажал на курок и выпустил целую обойму прямо в грудь стоящего перед ним Макколла. Сильный удар заставил Макколла отступить на шаг назад, когда пули ударились и отскочили от пластины, закрывающей его грудь. Он направил свое ружье на солдата, но стрелять не стал, потому что стрелявший в него дергался и подпрыгивал, как тряпичная кукла на бешено дергающейся нитке, пораженный целой дюжиной пуль из собственного оружия, отскочивших рикошетом от брони костюма Макколла. Все еще держа палец на курке и не прекращая стрелять, солдат упал на пол, выпустив последние пули в потолок, и замер.
   Перешагнув через два распростертых на полу окровавленных тела, Макколл вошел в большую комнату с низким потолком, куда выходило много дверей. В центре комнаты находился полукруглый пульт управления, за которым сидел офицер из состава каледонекой милиции «Кровопийцы», он, медленно поднимаясь из-за стола, тянул руку к кобуре, пытаясь вытащить пистолет.
   — Стоять! — приказал Макколл, наставив лазерное ружье на грудь офицера. Легкое прикосновение к спуску лазера — и на груди офицера появилось маленькое зелено-голубое пятно. — Мне стоит только увеличить мощность — и ты покойник!
   Офицер, скосив глаза, посмотрел на пятно, находящееся на его груди, потом медленно поднял руки над головой и взмолился:
   — Не стреляйте! Пожалуйста!
   Держа его на прицеле, Макколл подошел ближе и взглянул на пульт управления. Здесь было расположено несколько миниатюрных мониторов, и на каждом было изображение мужчин и женщин, сидящих в небольших тюремных камерах с каменными стенами по одному или небольшими группами.
   — Откррывай камерры, — приказал Макколл, — выпускай их на свободу!
   Мужчина немедленно повиновался и нажал нужную кнопку. С противным скрипом двери по всему периметру комнаты все разом открылись. Вдруг офицер быстрым движением выхватил пистолет из кобуры, но Макколл выстрелил первым. Мужчина вскрикнул только один раз, и его дымящееся тело рухнуло на пол.
   — Выходите! — громыхнул голос Макколла по громкоговорителю, потому что пока из дверей никто не показался. — Вы свободны!
   Одна женщина осторожно выглянула из дверей камеры. Секунду спустя из другой камеры неуверенно вышли двое мужчин и остановились на пороге. Потом вышли еще трое.
   — Кто вы? — спросил один из мужчин.
   — Это не имеет значения, — ответил Макколл. — Слушайте меня очень внимательно, рребята. Мне нужен Ангус Макколл! Он здесь?
   — Я здесь, — раздались слова, и Макколл повернулся на голос человека, произнесшего их. Он не сразу узнал брата в этом грязном оборванце, в лохмотьях вместо одежды и с неопрятной, нечесаной бородой. — Д-дэвис, неужели это ты?
   — Я, Ангус. Что ты такое натворрил, чтобы попасть в такую исторрию?
   — Я не могу… не могу поверить собственным глазам!
   — Меня послала мама, Ангус, — с усмешкой ответил Макколл, — она сказала, что тебе порра идти домой!
   — И она совершенно права, Дэвис.
   Где-то высоко над их головами раздался страшный взрыв.
 
   Алексу было необходимо найти способ, чтобы обеспечить себе и Макколлу хотя бы короткий промежуток времени полной неразберихи, и он был почти уверен, что нашел его. Транспортные средства — автомобили, легкие бронированные транспортеры и танки на воздушных подушках — были припаркованы рядами за вертикальной опорой сторожевой башни. Среди них стояла небольшая серебристая автоцистерна, но поскольку на Каледонии не было недостатка в воде, то вряд ли ее привозили в Цитадель в цистернах. Поэтому что бы ни находилось в цистерне, это явно не вода, а что-нибудь подходящее для его плана. Он также не знал, полна ли сейчас цистерна или нет, но даже если она пустая, то все равно пары продуктов нефти в закрытой цистерне позволят превратить ее в очень большую бомбу — при определенных условиях конечно.
   И он решил создать ей такие условия. Левой рукой Алекс достал из специального ранца бронированного костюма осколочную гранату с большим радиусом поражения и часовым механизмом и установил таймер на одну минуту. Он мощным броском, который увеличила мускулатура костюма, забросил блестящий цилиндр на восемьдесят метров. Тот ударился о стену, упал на кабину транспортера и, скатившись на мостовую, остановился в десяти метрах от автоцистерны.