Гости в конференц-зале оживились и зашумели. Когда это Андрей Павлович успел превратиться в такого сухаря? Собрания бывают не реже одного раза в квартал – согласно уставу, а свадьба – раз в жизни, ну два или три... А таких свадеб, когда наряды новобрачным шьет сам Милко, вообще наперечет...
   Милко молитвенно воздел к небу руки: он уже представляет себе наряд невесты – это будет сияющее облако! Облако-зарница! Грозовое облако! Такого подвенечного платья не шил еще никто в мире – он создаст шедевр. Его буду выставлять в музеях и копировать, как подвенечный туалет Жаклин Кеннеди! Свадьба сразу превратилась в главную тему собрания. Практичная Юлиана предложила заранее продать права на съемку в какой-нибудь журнал. Все же бракосочетание совладельцев модного дома – редкое событие в модном мире!
   – Я думаю, об этом еще рано говорить, – пытался вернуться к текущим делам Жданов. – Мы об этом еще не думали. Да и свадьба еще не скоро.
   – Что значит, не скоро? – Кира внимательно смотрела на жениха. – Свадьба через два месяца, Андрей! Ты что, забыл?!
   Катя застыла. Она как никто знала график жизни Андрея на многие месяцы вперед, но еще надеялась на какое-то чудо... или даже катастрофу, которая сможет отсрочить или сделает невозможной свадьбу Андрея и Киры!
   – Кристина давно обещала заняться свадьбой. Но она то в Непале, то в Австралии – мы столько раз переносили дату. Процесс затягивается. А может, вообще обойтись без торжества? Сэкономим деньги уважаемых акционеров! Отправимся в ближайший загс, распишемся шариковой ручкой, а потом при случае сообщим об этом родственникам.
   Присутствующие озадаченно примолкли. И разговор вернулся в деловое русло. Новая коллекция должна выйти раньше, чем состоится свадьба. Поэтому лучше начать с коллекции!
   Жданов снова опустился в кресло и украдкой взглянул на Катерину.
   Она сидела, низко опустив голову, и невидящими глазами смотрела на пол.
 
   Жданов дождался, когда с подиума упорхнет последняя бабочка-мадемуазель, и подытожил:
   – Если коллекция будет одобрена, ее можно запускать в производство.
   – Прошу прощения! – воскликнул нетерпеливый Милко. – Мы с моими девочками трудились все праздники не покладая рук! И теперь моя коллекция не нуждается в одобрении. Я лучше вообще откажусь от нее, чем буду ждать чьего-то одобрения...
   Обиженный маэстро поднялся, собираясь уйти, но его удержала Кира.
   – Не надо так горячиться, Милко! Твои идеи всегда проходят «на ура»! А еще можно позвать Сашу! Будут практически все акционеры.
   – Милая, ты же знаешь: как только приходит твой брат, у нас начинаются проблемы, – скривился, как от зубной боли, Жданов. – Впрочем, если ты настаиваешь...
   – Но это традиция нашей компании, – напомнила Воропаева.
   – Ну хорошо-хорошо, – согласился Андрей. – Кристина, ты позвонишь Александру? Передай, что я буду очень рад его видеть. Издали.
   Юлиана, воспользовавшись заминкой, наклонилась к уху Андрея:
   – Андрюша, можно маленький совет от старой прожженной пиарщицы? Я понимаю, что ты ужасно занят, и все-таки стоит уделять хоть немного внимания собственной свадьбе! Пусть твоя невеста видит, что ты тоже ждешь этого дня с надеждой! Ей, а главное, тебе будет легче... Дождаться...
   – Андрей Павлович, я пойду? – Катя не в силах была пережить новый тур разговоров о свадьбе. – Если что – я в своем кабинете.
   Роман обеспокоенно посмотрел вслед неловко пробиравшейся между рядами стульев Кате. Вскоре разошлись и остальные. В опустевшем конференц-зале остались только Малиновский и Жданов.
   – Какой черт принес Кристину? – Андрей нервно ходил из угла в угол. – Свадьба! Главное событие!
   – Да, Катя все совещание просидела как в воду опущенная, – согласился Роман. – Эта свадьба добьет наш блестящий план и оскудевший бизнес. И неизвестно, что будет тогда с «Zimaletto». Обиженная женщина – это по-страшнее конкурентов и кредиторов, вместе взятых...
   – Я же не могу отменить свадьбу! Мои несостоявшиеся родственники меня просто растопчут.
   – А если свадьба состоится, Катя своим башмаком из «Детского мира» растопчет твой бизнес! Может, лучше тебе сразу порвать с ней все отношения, чтобы потом обидно не было?
   – Порвать? Сейчас? Я не могу... Не хочу! Как ты себе это представляешь? Ты же сам, сам меня учил... Говорил, что роман с Катей – самое главное! Да она с ума сойдет!
   – Тогда решай сам. Но помни – кем-то из этих двух замечательных женщин тебе придется пожертвовать.
   Малиновский, как всегда, прав – печально подумал Андрей. Чем может обернуться отмена свадьбы? Ему даже страшно представить, что скажут родители! А Кира? Ведь он только что обещал ей, что свадьба состоится и все будет хорошо! Но после свадьбы для Кати остается только одна роль – любовницы.
   Роль, на которую она никогда не согласится!

ГЛАВА 25

   Катя медленно брела по коридору, погрузившись в невеселые мысли. В уголке на диване привычно сгрудились барышни из «Женсовета» и звали ее. Оказывается, пока шло совещание, звонил Николай Зорькин. Трубку сняла Вика. Они долго разговаривали и, кажется, договорились о свидании!
   Еще одна напасть! Катя бросилась к себе в каморку, схватила трубку телефона, даже не затворив дверь. На столе лежала открытка Жданова. Катерина быстро спрятала ее в стол. Нужно взять себя в руки. Свадьба состоится – она уже ничего не сможет с этим поделать! И произойдет это всего через два месяца! Но у нее сейчас есть другие неотложные проблемы, которые нужно решить...
   – Коля, что это за игры ты ведешь? – воскликнула она, когда Зорькин наконец-то соизволил ответить.
   – Я – игры?! Это ты в деловую женщину играешь. Тебе не дозвониться. А мне нужно было передать свежие отчеты по «Ника-моде».
   – И по этому поводу ты решил позвонить Виктории Клочковой.
   – А... а что тут такого? Ты мне нужна, твои персональные линии молчат, пришлось звонить в приемную.
   – Я же просила тебя ни под каким видом не связываться с Викой! Коля, это может быть опасно...
   – Подумаешь, всего-то пятиминутный разговор!
   В кабинет вошли подавленные Андрей и Роман, но Катя не заметила их и продолжала строго отчитывать Колю.
   – Слушай, я тебе сто раз говорила – что бы ни случилось, ни-ког-да не звони ей! Ты даже не по делу звонил – это был полноценный получасовой треп!
   – Ну, так получилось, прости. Это... она тебе рассказала?
   – А зачем тебе такие мелкие подробности, Коленька? Лучше расскажи мне, зачем ты обещал взять Клочкову на работу? Если ты еще раз заговоришь с Викой о работе, я уволю тебя и закрою фирму, понятно?
   – Да не собираюсь я ее нанимать! Ты сама виновата! Распускаешь слухи о том, какой я богатый и привлекательный, а потом злишься, что симпатичные секретарши вешаются мне на шею, – довольно рассмеялся Зорькин.
   – Коля, я тебя об одном прошу, – пыталась урезонить его Катерина, – сделай, пожалуйста, так, чтобы мне не было стыдно перед моими подругами...
   Жданов и Малиновский переглянулись. Роман отправился в разведку – на цыпочках подкрался к Катиной двери и припал к ней ухом.
   – Я никогда не видел ее такой раздраженной, – удивился Андрей.
   – Не хочу тебя огорчать, но тут налицо банальная ревность!
   – Она ревнует этого Зорькина? – удивился Жданов. А может, Катя тоже с ним просто играет? Но зачем? Жданов прикусил губу, переплел пальцы и оперся на них подбородком. Все, что произошло сегодня, показалось ему чудовищной фантасмагорией или кошмарным сном, неведомые силы пытались вовлечь и его в это странное действие. Неужели с самого начала он был лишь частью какого-то чужого коварного плана? А как же то, что произошло между ним и Катей? Это не могло быть запланировано – врут словом. Но чувства, взгляды, жесты, дыхание никогда не обманут!
   Сквозь полуоткрытую дверь он наблюдал за суетившейся Катей. Может ли за этой показной неловкостью скрываться коварство? Ведь Катя не глупа! Она очень умная, хорошо образованная девушка, и сейчас она гораздо лучше самого Андрея ориентируется в финансовой ситуации компании! Он своими руками отдал ей в руки все рычаги контроля...
   – Этот Зорькин для нее – просто запасной вариант, – пытался успокоить шефа Роман.
   – Еще неизвестно, кто у кого запасной. В день рождения она выскочила к нему на лестничную площадку, – наконец-то Андрей рассказал своему верному советнику, что же было на Катином дне рождения. – Он ей там серенаду закатил. А теперь Зорькин флиртует с нашей Викой! Нет, это очень опасный тип, от такого всего можно ожидать...
   Дверь каморки скрипнула, Катя прошла и положила перед Ждановым папку.
   – Андрей Павлович, вот баланс «Zimalettо». Проверьте, пожалуйста, когда у вас будет время.
   – Спасибо, Катя. У вас все в порядке?
   – Да, Андрей Павлович... небольшие домашние проблемы... ничего страшного.
   Она снова ушла, а Жданов прошептал другу:
   – Ты видишь, что происходит?! Она меня просто игнорирует!
   – Так это естественно! Ты женишься, ее жених заигрывает с Викой, а ей остается, – Малиновский поднял со стола и взвесил на ладони папку: – Только баланс сводить! Ты напомнил ей, что по-прежнему ее любишь...
 
   В кабинет с воинственным видом заглянули Кира и Кристина. Александра еще нет, но он подъедет с минуты на минуту, объявили девушки.
   Роман быстро оценил взрывоопасную обстановку и попытался проскользнуть мимо сестер Воропаевых. Сослался на то, что надо готовить отчет. Но Кристина игриво удержала его за полу пиджака.
   – Можешь не изображать ответственного работника – я знаю, Жданов все равно никогда отчеты не читает! Пойдемте, выпьем что-нибудь в баре...
   – Он уже идет, – ответила за него Кира и стальным тоном добавила: – Кстати, забыла тебе сказать, Андрюша. Не стоит так переживать по поводу свадьбы. Если тебе не хочется, мы можем все отменить.
   – Послушай, я этого не говорил... – тихо ответил Жданов. Ему меньше всего хотелось скандалить в присутствии Кати. Наверное, она сейчас грустит в своем душном чуланчике и настороженно пытается разобрать, о чем они говорят.
   – Не все желания произносятся вслух. В любом случае я вполне официально заявляю... – Она набрала в грудь по больше воздуха и закричала на весь офис. – Наша свадьба от-ме-ня-ет-ся!
   – Кристина, что ты там говорила про бар? Меня жажда замучила, – заторопился Роман, подхватил старшую Воропаеву под руку и выскочил из кабинета.
   – Может, поговорим об этом вечером? – устало пытался предложить мировую Андрей.
   – А что мешает поставить все точки над «i» прямо сейчас? Или кто? – Она кивнула на двери Катиного кабинета. – Я ведь знаю гораздо больше, чем ты предполагаешь, любимый... Мне давно известно, что Пушкарева тебя прикрывает. Твоя верная помощница может передать твоей любовнице: с сегодняшнего дня Андрей Жданов полностью свободен!
   Во время этой пылкой речи Киры в кабинет вошел Александр. Воропаева смутилась и выразительно посмотрела на брата.
   – Извини, мы немного увлеклись...
   – Да ничего! – язвительно хмыкнул Александр. – Как я понимаю, Жданов, ты дал еще один повод для отмены свадьбы?
   – Мы разберемся в своих отношениях без постороннего участия, – Жданов грозно развернулся к Кире.
   – Не получится. Я не позволю издеваться над моей сестрой! – Воропаев решительно встал между сестрой и Ждановым.
   – Ну, пока не все так страшно... – пыталась успокоить агрессивных мужчин Кира и показала на часы. – Показ начнется через две минуты. Идемте...
   Она потянула брата за собой.
   Жданов вскочил и постучался в дверь Катиной комнатки. Ни звука в ответ. Он толкнул легкую дверь и вошел. Катя сделала вид, что погружена в цифры. Только на мгновенье она оторвала взгляд от бумаг и вопросительно глянула на Жданова.
   – Александр только что подъехал, – нейтрально сообщил тот. – Можно начинать показ коллекции. Я... я очень прошу вас присутствовать.
   – Спасибо, Андрей Павлович, но у меня слишком много работы. Высокая мода – это не для таких, как я!
   – Ну, тогда, если понадобится – я в демонстрационном зале.
   Катя дисциплинированно кивнула и молча уткнулась в расчеты.
   Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, Катя поднялась, выглянула в кабинет, убедилась, что осталась одна, и наконец дала себе волю – зарыдала, закрыв лицо руками.
 
   – Здесь все свои, поэтому будем общаться по-домашнему, – доверительным тоном начал Милко. – Вы знаете, что эта коллекция пришла мне в голову совершенно спонтанно! Захотелось создать что-то легкое, воздушное. Яркие цвета заставят вас воспарить к небесам, а мой фирменный крой любую фигуру сделает изящней. Я докажу – современная женщина может порхать, не задевая каблучками земли, и при этом выглядеть естественной и сохранять уверенность в себе! У женщины в таком платье нет веса и нет возраста! Итак, встречайте – новая коллекция «Мадемуазель Баттерфляй»!
   Маэстро соскочил с подиума, на котором одна за другой снова замелькали модели.
   – И чем все закончилось? – шепотом спросил Андрея Роман.
   – Тем, что вездесущий братец услышал этот скандал и теперь в курсе, что свадьба под угрозой.
   Малиновский понимающе присвистнул. Товарищеский разговор прервал подсевший Воропаев:
   – Не помешал? Хочу выразить свое восхищение новой коллекцией. Прекрасные идеи и весьма качественное исполнение...
   – Я рад, что тебе нравится.
   – Горжусь тобой, Жданов! У тебя железная выдержка, а у Киры с детства тяжелый характер.
   – Ничего страшного, я привык.
   Александр посмотрел на него поверх очков и менторским тоном продолжал:
   – А стоит ли привыкать? Я уже долго наблюдаю за вами и уверен, что вы двое – далеко не идеальная пара. Вам противопоказано жениться. И меня это касается в первую очередь. Я старший брат и отвечаю за благополучие девочек! То, что вы с Кирой не можете жить вместе больше трех часов без скандала, – очевидно. Но ваши личные отношения, увы, затрагивают деловые договоренности между нашими семьями. Поскольку ты не хочешь или не можешь жениться на моей сестре, остается разделить капиталы и разойтись.
   – Забудь об этом. Ни я, ни мой отец этого не допустим!
   – Я слышал, как вы с Кирой отменили свадьбу, и с полным правом на следующем же совещании поднимаю вопрос о разделе компании!
   Кира бросала тревожные взгляды в сторону перешептывающихся мужчин. Она была взвинчена и не пыталась это скрыть. Юлиана ободряюще потрепала ее по плечу и прошептала:
   – Не волнуйся. В присутствии такого количества свидетелей ни один из них не решится на крайние меры. Сегодня обойдемся без драки.
   – С каждым разом все хуже и хуже... – жаловалась Кира. – Мне страшно подумать, что произойдет, когда мы все-таки отменим свадьбу.
   – Отмените свадьбу? – Виноградова опешила. – А вы хорошо подумали, когда решили пожениться?
   – Да мы помолвлены уже целую вечность! – Воропаева произнесла это с нескрываемым отчаянием. – Я не верю, что мы поженимся!
   – Кира, ты знаешь, что я имею в виду. Можно считаться женихом и невестой и при этом не быть готовыми к браку... – наставительно продолжала Юлиана.
   – В любом случае я чувствую – настал решающий момент. Либо я выйду замуж за Жданова сейчас, либо... Потом и за другого!
   – Маэстро, у нас еще что-то осталось? Шоу мает гоу он[1], пока, господин Воропаев не пришел сюда с пилой и не разделил «Zimalettо», – крикнул Андрей.
   В кабинете разгоряченный ссорой Жданов глотнул виски и, немного успокоившись, посмотрел на Романа. Тот просматривал отчет и только что отложил документы в сторону.
   – Солидно выглядит. Впечатляюще. Кажется, все на месте...
   В кабинет влетела Кира с отчетом о продажах магазинов.
   – Господин президент, получите отчет по моему отделу. Она швырнула бумаги на стол перед Ждановым и стремительно направилась к двери. Жданов крикнул ей вслед:
   – Кира! Хотел спросить, куда ты сейчас едешь?
   – Домой! Еще вопросы?
   – Нет, мне все ясно!
   Кира гордо покинула кабинет, даже не дав себе труда закрыть дверь. Андрей и Роман выразительно переглянулись. Катерина невольно вынужденная наблюдать эту мелодраматическую сцену, почувствовала себя лишней и тоже поплелась к выходу.
   – Катя! – окликнул ее Жданов. – А вы куда?
   – Что-то еще? – непривычно раздраженно ответила Катя.
   – Я что, сегодня – козел отпущения?! – дал волю своим чувствам Жданов. – Почему все на меня рычат?!
   Малиновский с напускным испугом попятился к двери. Вероятно, Андрею потребуется сцена «без свидетелей».
   А Кате… Кате даже стало немножко жаль запутавшегося в перипетиях деловых и личных отношений Андрея. Но она дала себе слово – больше никаких служебных романов! Она не будет стоять на пути к семейному счастью своего шефа. Лучше покончить с их отношениями прямо сейчас.
   – Простите, Андрей Палыч, – вежливо, но сухо сказала Катерина. – Вы правы. Я позволила себе недопустимую интонацию. Но у меня тоже бывает плохое настроение... Извините!
   Андрей закрыл глаза – ему было слишком тяжело наблюдать, как его собственная жизнь, набирая скорость, летит под откос. С одной стороны, Кира, на которой он обязан жениться, иначе Воропаев раздерет компанию на куски. С другой стороны, Катя, которая, если он женится на Кире, проглотит «Zimalettо» заживо. У него нет ни выбора, ни выхода!
   – И вы... вы уже уходите домой? – вздохнул он.
   – Да, Андрей Павлович. Завтра с утра я закончу общий отчет по отделам...
   – Катя, могу я вас подвезти?
   – Думаю, это лишнее, – старательно сохраняя спокойствие, ответила девушка. – Зачем вам дополнительные проблемы? Кира Юрьевна опять будет недовольна, что вы задерживаетесь. И будет подозревать, что вы… что я... Вы женитесь, Андрей Павлович!
   – Женюсь... – эхом повторил он. – Если бы все было так, как звучит это слово. Но все гораздо сложнее. Я запутался, Катенька. Мне очень нужно с вами поговорить. Я нуждаюсь в вашем совете!
   Катя, тихо охнув, присела на край стула – с каждой минутой роль спокойной и уверенной в себе служащей давалась ей со все большим трудом.
   – Я вас слушаю.
   – Нет, только не здесь. Давайте я отвезу вас домой. По дороге мы сможем спокойно все обсудить.

ГЛАВА 26

   – Катя, с вашим приходом в «Zimalettо» в моей жизни появился человек, которому я всецело доверяю, – признался Жданов, минуя оживленные улицы. – Я надеялся, что вы тоже верите мне... А сейчас я чувствую, что теряю ваше доверие!
   – Что вы, Андрей Павлович, все в порядке, – тихо ответила Катя, разглядывая большую пуговицу своего пальто. – Когда я пришла в «Zimalettо», у вас уже была невеста – Кира Юрьевна... Я обо всем знала и прекрасно понимала, что не имею права вторгаться в вашу личную жизнь. Сейчас все точно так же, как тогда. Я не могу желать, чтобы вы отменили свадьбу.
   – Отменил свадьбу? – Жданов резко затормозил, остановился и внимательно посмотрел на нее. – Подождите, Катя. Выслушайте меня, Катенька. Пожалуйста! Я не собираюсь отменять свадьбу.
   – Нет? – Катя подняла на него испуганные глаза.
   – Нет-нет, вы меня не поняли, – заторопился замять оплошность Андрей. – К сожалению, это не сводится к личным отношениям. Поэтому все так сложно! Кроме отношений, есть компания. И если я отменю свадьбу, Александр разделит «Zimalettо» между акционерами. Хотя сейчас и делить-то уже нечего.
   – Мы можем переписать все документы, – предложила она. – Хоть завтра. И «Zimalettо», и «Ника-мода» будут вашими. Хотите?
   – Нет, Катя. Только не сейчас. «Zimalettо» будет принадлежать «Ника-моде» до выплаты всех долгов... Иначе на нас обрушатся все – и банки-кредиторы, и поставщики, с которыми мы еще не расплатились.
   – Да. Вы правы, вам придется жениться на Кире Юрьевне.
   – Катя... Катя, посмотрите на меня, – Жданов взял опустившую глаза девушку за подбородок и нежно повернул ее лицо к себе: – Я не обязан жениться на Кире. Но и отменить свадьбу я тоже не могу. Поймите. Приготовления к свадьбе дадут нам шанс выиграть время. И когда все разрешится, я поговорю с Кирой, я ей объясню. Она все поймет.
   – Так нельзя! Это слишком жестоко...
   – Обстоятельства вынуждают быть жестоким, – Жданов отвернулся и посмотрел в окно. Какое удобное, универсальное оправдание – обстоятельства вынуждают! Ему было мерзко от собственных слов, как никогда раньше! Он признался: – Мне даже говорить об этом невыносимо! А уж поступать таким образом. Я ведь и с вами поступаю жестоко. Кира – умная женщина, она понимает, что мы давно стали чужими. И еще... Я не могу потерять вас, Катя!
   – Это сумасшествие какое-то.
   – Да, наверное, мы оба сошли с ума. Но я без вас уже не смогу.
   – И я без вас не могу, Андрей Палыч.
   Катя почувствовала, как глаза наполняются горячими слезами. Она хотела привычно уткнуться в плечо Андрея, но он нежно коснулся губами ее губ. Он действовал импульснвно, неосознанно, а девушка отвечала ему горячо, со страстной надеждой. Жданов прошептал:
   – Совсем скоро нам не придется прятаться по углам и скрывать наши чувства.
   Катя отпрянула – ей казалось, что она ослышалась!
   – Неужели когда-нибудь мы сможем всем рассказать о нас?
   – Конечно, Катенька! Когда-нибудь все именно так и будет. Ведь если два человека любят друг друга, им нечего скрывать.
   – Да... – зачарованно пропела девушка. – Когда-нибудь... Я подожду...
   – Катя, я так рад, что мы с вами понимаем друг друга! – воспрянул духом Андрей.
   – Я тоже, Андрей Палыч. Вы всегда можете на меня рассчитывать!
   Катя оторвала взгляд от мелькавших за окном огней и созналась:
   – После совещания я решила больше с вами не встречаться. Ну, то есть видеть вас только по работе. Знаете, это невыносимо – делить любимого человека с другой женщиной! Но я постараюсь. Я буду осторожной. Буду скрываться, прятаться, врать. И все время ждать, ждать, сколько нужно. Главное, что потом мы сможем быть вместе!
   Она вышла из машины и юркнула в подъезд.
   Жданов едва дождался, когда за Катей гулко хлопнет металлическая дверь подъезда, и схватился за телефон.
   В трубке тут же раздался нетерпеливый голос Малиновского:
   – Ну как? Тебе удалось ее уговорить? Как все прошло?
   – Как по маслу! Она готова ждать, сколько придется! – торжествовал Андрей.
   – Она смирилась с твоей женитьбой? Слабо мне в это верится: либо Пушкарева – ангел-экономист, либо ты – сексуальный гигант!
   – Не совсем... Мне пришлось сказать, что я отменю свадьбу, как только мы расплатимся с долгами. И... я сказал ей, что как только я отменю свадьбу с Кирой, мы всем официально объявим о наших отношениях... – сознался в тактической хитрости Жданов.
   – Жданов, ты сдурел на старости лет? Ты же сам себя подставляешь!
   – А что мне было делать? Катю надо было вернуть любой ценой!
   – Ну да, на войне как на войне! Пленных не берем. Только мне интересно, как ты теперь будешь разруливать ситуацию с Кирой? Может, и вправду отменишь свадьбу?
   – Какая разница? Я не знаю, как быть с Катей. Она верит мне... и любит...
   – Ну и хорошо! Раз любит – значит, все простит!
   Андрей не мог признаться даже своему самому близкому другу, что он просто не хочет расставаться с Катей. Не хочет и не будет возвращаться в прежнюю колею чопорных деловых отношений. Ему было так комфортно рядом с ней, он ждал ее неумелых объятий, поцелуев, даже ссоры с Катей приятно взбадривали, а не раздражали!
   Теперь он ни в коем-случае не будет отказываться от Кати. И компанию тоже попытается сохранить.
   Катя засыпала с надеждой. Теперь она окончательно убедилась, что за время, которое они провели с Андреем вместе, Жданов сильно изменился. Но все равно в ее сердце жила тревога: она боялась, что в жизни Андрея может появится новая женщина. А ведь он бывает таким податливым и импульсивным.
   Катя поняла, что ей придется быть сильной и мудрой за них обоих!
   Утром она примчалась на работу окрыленной и встретила Жданова широкой улыбкой.
   – Доброе утро, Катюша! – улыбнулся Жданов в ответ. – Катенька, прошу вас, позовите Ольгу Вячеславовну. Нам надо просчитать новую коллекцию.
   – Я как раз иду за ней, Андрей Павлович!
   – Так поторопитесь, Катенька, – очень похоже воспроизвел голос Жданова и его манеру говорить слегка припоздавший вице-президент Малиновский.
   – Ой, доброе утро, Роман Дмитриевич.
   – Доброе утро, Катенька, – демонстративно сюсюкал Роман вслед девушке.
   – Да, Жданыч... – уточнил рациональный Роман, – у тебя есть достоверные статистические данные о том, сколько раз за день тебе приходится произносить «Катенька»?
   – Между прочим, это ты заварил эту кашу... – огрызнулся Андрей.
   – Ладно, остынь. Я заварил, мне и разваривать. Смотри, что я принес для нашей принцессы!
   Он выудил из пакета забавную игрушку – целующихся хрюшек на резинке. Стоило развести их в стороны и отпустить, как они снова сливались в поцелуе. Рома продемонстрировал принцип действия хрюшки-игрушки Андрею.
   – Очень мило, – устало поморщился Жданов и щелкнул безалаберного приятеля по лбу. – Главное – ассоциации характерные. Для тебя.
   Он указал на открытку в руке друга:
   – А там что?
   Рома продемонстрировал шефу очередной шедевр эпистолярной лирики.
   – Разве не понятно? Там нежные слова о светлом будущем! Увидишь, ей понравится! – Рома на секунду замер, пораженный новой творческой мыслью: – Слушай, а давай напишем открытку Кире! Я все оформлю по высшему разряду! Напишу, что ты счастлив, что вы скоро поженитесь, и всякое такое. Увидишь, шелковой станет...