- Можно творить колдовство просто пением?
   Я прикусила ругательство, услышав сомнение в голосе Харайла.
   - Я почти год путешествую с магами. Они пытаются разгадать эту головоломку в течение поколения, и джалквезан оказался тем кусочком, который точно подошел! - Я откровенно блефовала с пустыми руками, чтобы сорвать куш.
   - Мы просто должны петь?
   Харайл посмотрел на группу детишек. Они были заплаканные, а одна девочка все оглядывалась через плечо и просительно лепетала понятное на любом языке "ма-ма-ма-ма".
   - Ты поешь, веруя в силу джалквезана. - Я говорила так глубокомысленно, что могла бы убедить императора Тормалина заплатить мне за право занять его собственный трон.
   - Мы все должны петь?
   Сэдрин спаси меня, что эти ученые теории говорили о Высшем Искусстве? Вера есть ключ, и чем больше умов сфокусировано на чем-то определенном, тем больше сила, из коей та вера может черпать? От одной лишь попытки осмыслить это разболелась голова, и я закрыла глаза. Зачем осмыслять? Почему просто не сделать это и положиться на удачу? Я открыла глаза и увидела, что Харайл смотрит на меня выжидательно.
   - Постарайся вовлечь в пение как можно больше людей, - посоветовала я, излучая спокойную уверенность. - Просто порекомендуй им сосредоточиться на словах и желании, чтобы ваши люди остались целы и невредимы. Остальное сделает джалквезан.
   У целителя разгладился лоб.
   - Если это не поможет, то и не повредит, - устало улыбнулся он. - И пение, несомненно, подбодрит людей.
   Я бы предпочла более горячую поддержку, но всегда беру то, что предложено.
   - Если ты извинишь меня, я пойду узнаю, как дела у моих друзей. - Одну руну я положила, пора выложить еще несколько.
   Мои спутники собрались вокруг Узары, который сидел на земле, сосредоточенно глядя в широкую мелкую миску, стоявшую между его вытянутыми ногами. Я остановилась рядом с Джилмартеном. Грен скрестив ноги сидел напротив, а Дарни смотрел вниз, нависнув над головой Узары. Сорград с нейтральным лицом сидел в нескольких шагах от него, что-то жуя.
   Тусклый зеленый свет начал собираться на дне миски. Кружась, он свился в образ, который сиял пронзительно ярким светом гор, причудливо контрастируя с приглушенным светом, сочащимся вокруг нас сквозь листву. Изображение устремилось вниз и понеслось над каменистой тропкой, вьющейся в выжженной солнцем траве. Сухая земля и гравий заполнили образ, скользя мимо с головокружительной скоростью. Мой желудок восстал, и я закрыла глаза.
   - Где отряды? - нетерпеливо спросил Грен.
   Узара согнул руки и сконцентрировался, высунув от напряжения кончик языка.
   - Поблизости никого не видно, это уже кое-что.
   - Найди основную часть их сил! - приказал Дарни. Узара запрокинул голову.
   - Было бы гораздо легче, если б ты не дышал мне в затылок. А я уж как-нибудь сам справлюсь со своим гаданием. - Он нахмурился. - Я не уверен, что мне не мешает их проклятая эфирная магия.
   - Попробуй с этим. - Я покачала над миской ножичком стервы Шелтии и лукаво улыбнулась Узаре. - Разве твое гадание не бывает гораздо вернее с чьими-то вещами?
   Маг прищурился, но взял ножик и бросил в воду, выразительно щелкая пальцами. Я подмигнула Сорграду и Грену.
   - Мы на месте, - внезапно сказал Узара.
   Все бросились к нему, отпихивая друг друга, чтобы лучше видеть, но каждый старался не толкнуть мага.
   Мягкий зеленый свет поднялся из воды, едва заметный на солнце. Серебряное лезвие ножа заблестело на миг, прежде чем исчезнуть, когда новый образ лег на поверхность воды. Появилась та девушка в каком-то рекине.
   - Я бы не сказала, что все вы, горцы, выглядите одинаково, но ваши дома похожи, как близнецы! - прошептала я Сорграду.
   Девушка стояла у длинного сланцевого стола, который мог быть вырублен из того же куска, что и стол в фессе Хачал. Пока я говорила, Шелтия пересекла загроможденную мебелью комнату и вышла из рекина. Джилмартен затаил дыхание, остальные выругались.
   Двор фесса был забит людьми. Пучки стрел передавались из мастерской, ремни с мечами надевались поверх кольчуг, шлемы застегивались на пряжки под решительными подбородками. Девушка ходила от одной группы мужчин к другой, после чего у них мрачнели от ненависти лица и глаза горели от ярости, которую способна унять только месть.
   - Тебе следовало использовать голубую соль, моя девочка, - заметил Грен без удовольствия.
   Он указал на человека в серой мантии Шелтии - его голова выделялась среди прочих более темным цветом. Это был эльетиммский колдун, и я грязно выругалась.
   - В следующий раз мы его прикончим, - пробормотал Сорград. Посмотрим, как он справится с мечом в кишках.
   Я выдавила саркастичную улыбку. Узара перенес заклинание за стену, и мы увидели, как толпа выходит из огромных ворот и рассыпается по склону холма. Навстречу, одолевая длинный подъем, шли мулы, нагруженные узлами, за ними плелись какие-то люди. Долина во всю свою ширь была разрыта шахтами, входы старых и новых рудников чернели в земле, как следы от гигантских когтей. Там же стояли огромные квадраты камнедробилок и печей для обжига извести, а фесс и рекин казались почти незаметными среди гигантских куч пустой породы, возвышавшихся с разных сторон. Но все это казалось карликовым по сравнению с горами. Они тянулись ввысь, в голубое небо, которое отражалось в глазах Сорграда, пока горец изучал их вершины и крутые склоны.
   - Кто-то планирует войну, - с мрачным удовлетворением изрек Дарни.
   - Покажи мне пики, - внезапно попросил Сорград. Узара тяжело дышал, его тощие плечи сгорбились, но он повернул изображение кругом и поднял высоко над фессом к горам. Острый голый гребень поднимался до снежного поля, где лед бросал вызов солнцу на впалой груди горы. Там гребень разделялся надвое: одна вершина поднималась к неровной макушке обрушившейся скалы, другая - к высокому пику, иссеченному зарубками и вогнутому, как поношенный нож. Два могучих пика господствовали в верхней части долины: один - пронзающий наконечник копья, одетый в лед и расколотый глубокими трещинами, другой - темный, нависающий, не терпящий никакого снега на своих боках, которые блестели в лучах летнего солнца будто вороново крыло.
   - Дол Тейва, - сообщил Сорград.
   - Ты уверен? - спросил Дарни.
   Горец посмотрел на него бесстрастным взглядом.
   - Уверен. Тебя в детстве учили запоминать улицы и дома твоего родного города? А нас учили пикам всех Пределов - Восточного, Западного и Среднего.
   - Дол Тейва. - Дарни попробовал на язык это незнакомое название. - Как далеко мы от него?
   - Почти в двенадцати днях пути, если двигаться быстро и налегке. Я нарисую тебе карту, - пробормотал Сорград. - Если, конечно, они не доберутся сюда первыми.
   Мы посмотрели на многолюдный лагерь, где все были заняты своим делом. Одни ставили шатры: кто - в круг, кто - аккуратными рядами, а кто отдельно, в сторонке; другие приносили охапки хвороста, складывая его у костровых ям; третьи подвозили воду. Кольчуги блестели на солнце, и несколько человек, торопливо ходивших туда-сюда без тяжести доспехов, были одеты в неброское серое одеяние Шелтий. Я подавила слабую дрожь.
   Мы понаблюдали еще какое-то время - ничего особенного не происходило, но затем ворота крепости распахнулись, и вышла маленькая группа. Она направилась к открытому месту в долине, быстро увеличиваясь за счет любопытных. Там все уселись полукругом на сухую землю, и какой-то мужчина из тех, что вышли из фесса, обратился к ним с речью. Он был коренаст, но хорош собой - Ниэлло заплатил бы бешеные деньги, чтобы вылепить с его лица актерскую маску. Откинутые назад жесткие золотые волосы открывали широкий лоб над гордым носом. Челюсть под короткой бородой была квадратной, и, судя по жестам говорившего, рот его был столь же красноречив, сколь красив. Мужчина поворачивался из стороны в сторону, его выразительные руки то простирались в мольбе, то сжимались в кулаки и, наконец, поднялись к небесам в страстном призыве. Толпа зашевелилась, кивая и вторя его жестам, слова оратора подстегивали слушателей. Когда он закончил, потрясая мечом, толпа вскочила, исполненная решимости. Люди махали и выкрикивали что-то явно одобрительное. Дружно досадуя, что нельзя услышать слов этого обаятельного вожака, мы всматривались в лицо, обрамленное краями миски, пока Узара направлял всю свою энергию в ходе заклинания на этого человека.
   - Чтобы их остановить, нужно в десять раз больше людей, чем у нас есть, - проворчал Грен.
   - А кто защитит этих, если мы уведем всех, способных стоять на ногах и держать оружие? - Дарни исподлобья смотрел на детей, стариков и немощных.
   - Это было бы законным использованием магии, - сказал Джилмартен.
   - А ты не был бы полезнее в бою? - парировал Сорград. - Удар молнии в нужном месте мог бы причинить больше вреда, чем половина тормалинской когорты.
   - Нам придется очень осторожно выбирать, где и как сражаться. - Дарни игнорировал эту пикировку. - От верной позиции зависит успех.
   Грен наблюдал за крошечными фигурками, расходившимися от оратора.
   - Не думаю, что он ухитрился поднять какой-либо дол целиком. Будь это настоящее войско, как в старых сагах, каждый фесс имел бы свой костер и свое знамя.
   - Кто ж тогда идет за ним? - Я посмотрела внимательнее, пытаясь углядеть хоть какие-то различия в многоликой толпе.
   - Изгнанники, те, кого выгнали за преступление, реальное или воображаемое, - иронично усмехнулся Сорград.
   - Младшие сыновья с голодных земель, - подхватил Грен. - Сыновья тех, кто женился на девушках низин и лишился своих кровных прав.
   - Зар, мне нужно, чтобы ты осмотрел все ближайшие долины, - сказал Дарни. - Надо узнать, все ли они вооружаются или это ограниченное восстание, поднятое тем Беловолосым.
   - Нам-то какая разница? - раздраженно пробормотал Узара. - Их и так много, и все с мечами и направляются сюда.
   - Не обязательно, - покачал головой Сорград. - Они могут направляться в Ущелье, а не сворачивать на юг, к нам.
   - Тем больше оснований попытаться положить конец этому, и быстро. Дарни посмотрел на Узару с плохо скрываемым нетерпением. - Посмотри чуть дальше своего носа, человек!
   Это был разговор воинов. Но я не воин, никогда им не была и быть не хочу. С другой стороны, в очень редких, отчаянных случаях в первые годы моих скитаний голод заставлял меня прятаться в переулках с дубиной в руке и сердцем в пятках. Я всегда искала человека, который слишком неосторожно пьет и имеет при себе тугой кошелек, а затем шла за ним, чтобы лишить и чувств, и кошелька. На голову ниже любой потенциальной жертвы и вполовину ее легче, я не собиралась ни с кем состязаться в равном бою. Разбойник бьет по голове, а не по рукам.
   - Что, если вы убьете их вожаков? - предложила я. - Ледяные островитяне, сражавшиеся в Келларине прошлым летом, сдались сразу, как только их командиры умерли.
   - Тогда у эльетиммов меньше общего с Людьми Гор, чем они утверждают, с презрением ответил Сорград. - Аниатиммы приучены выполнять работу вместо раненого товарища, будь то на рудниках, на установке капканов или в сражении с жителями низин в Ущелье.
   - Однако они слишком внимательно прислушиваются к Красавчику, рассуждал Грен. - Бьюсь об заклад, если он поймает стрелу в горло, у них появится пауза для размышлений. Толпа сильна, пока силен тот, кто ее сплачивает, Град, ты знаешь это.
   - А как насчет Шелтий? - подкинула я новую идею. - Особенно если они используют эфирную магию, чтобы не дать своему войску разбежаться.
   Сорград скорчил гримасу.
   - Ты бы поменяла серебро на медь, моя девочка. За убийство Шелтий ты проживешь на горном склоне ровно столько, сколько потребуется воронам, чтобы найти тебя и выклевать твои глаза и печень. Убей Шелтию, и та армия выйдет на кровную месть.
   - А Ледяной островитянин? - У меня засосало под ложечкой.
   Дарни посмотрел на Сорграда.
   - Верность крови распространяется на него? Ставлю полбогатства Хадрумала, что он - зачинщик этого зла.
   - Даже если он прикидывается Шелтием, он не рожден ни в одном из долов на этой стороне океана, не говоря уже об Ущелье, - медленно ответил Сорград. - Это видно по его лицу и волосам. Вероятно, они постараются отомстить за его смерть, но я не думаю, что это будет считаться кровной обидой.
   - Семья в горах - это все, - кивнул Грен. - Но этот нож обоюдоострый: если у тебя нет семьи, ты - ничто.
   - Так что, если мы уберем эльетиммского колдуна с весов? упорствовала я. - Обычно Шелтий остаются нейтральными, мы это знаем. - Я нащупала ускользающую мысль. - Значит, нужно было приложить усилия, чтобы их расшевелить. Судя по тому, что мы видели в фессе Хачал, Шелтий считают себя петухами на навозной куче, и простой горец не смог бы их зажечь. Остается только этот колдун, верно?
   - Он вполне может быть ключевым звеном в цепи. - Сорград повеселел. Стоит поглядеть, что произойдет, если мы это звено порвем.
   - Значит, мы втроем поднимемся в горы и разберемся с ним, - заключил Грен. - А тем временем ты, Дарни, приведешь этот Народ в форму и не дашь армии нашего Красавчика еще глубже влезть в беду.
   - Я бы определенно ухватился за любую идею, которая предлагает кратчайший путь через это, - пробормотал Дарни. - У меня нет бойцов для настоящего сражения.
   - Простите, но я не могу с этим согласиться. Все воззрились на Узару, и маг покраснел.
   - Сорград нужен мне здесь, - упрямо заявил он и поднялся, оставив свою магию без внимания. - Планир сказал, что я должен использовать свои силы вместе с Джилмартеном и еще каким-нибудь магом, которого удастся найти здесь, на месте.
   - Я не маг, и ни ты, ни твой Верховный не имеете на меня никаких прав, - невозмутимо ответил Сорград.
   - Я понимаю, ты не мог познать свой магический потенциал, учитывая твое происхождение и воспитание, - продолжал Узара, игнорируя ответ Сорграда, - но мы можем натаскать тебя, даже необученного, в нескольких простых заклинаниях.
   - Нет, - сказал горец. Узара уставился на него.
   - Что ты имеешь в виду?
   - Я неясно выразился? - Глаза Сорграда излучали холод. - Нет.
   - Сейчас не время упрямиться, человек. Ты урожденный маг! рассердился Узара. - Твой долг - использовать свою магию, и я не могу представить себе более подходящего момента для принятия ответственного решения!
   - Я никому ничего не должен, - с презрением отчеканил Сорград. - Я не отвечаю за случайность моего рождения, так же, как ты - за потерю своих волос. Я верен моей крови и моим друзьям.
   - Даже если из-за твоего упрямства эти люди погибнут, - горячился Узара, - в то время как твое сотрудничество могло бы их спасти?
   Грен шевельнулся, и я бросила на него упреждающий взгляд. У меня была одна руна, способная переломить ход игры.
   - Что именно сказал Планир?
   Маг на минуту растерялся, когда я потребовала его внимания, встав между ним и Сорградом. Это был не самый благоразумный шаг, но кто-то должен был прекратить этот спор, грозивший вылиться в потасовку.
   - Я спросил, что мне следует делать, так как поблизости нет других магов, кроме Джилмартена и меня, - раздраженно ответил Узара. - Планир сказал, чтобы я не был в этом так уверен, и затем разорвал связь. Должно быть, он имел в виду Сорграда, вот и все.
   - С чего ты взял? - взорвался Грен. - Как он вообще узнал о моем брате?
   - Я сообщил Верховному, что обнаружил мага среди Горных Людей. До сих пор мы считали, что среди них маги не рождаются. - Узара вызывающе вскинул подбородок. - Что до твоей необъяснимой способности подавлять свое стихийное родство... - он взглянул на Сорграда с досадой и подозрением, это лучше оставить до тех пор, пока мы не вернемся в Хадрумал. Там мы исследуем эту странность.
   - Забудь об этом, маг, - небрежно бросил Сорград. - Скорее моя задница срастется, чем я поеду в Хадрумал.
   Узара встопорщил перья и затряс гребешком, как молодой петушок, задирающий бойцового петуха.
   - Планир сказал...
   - Почему ты говоришь, что среди горцев маги не рождаются?
   Вежливый вопрос Джилмартена с его мягким солурским выговором прошел сквозь гнев Узары, как нож сквозь масло. Даже после двух тяжелых дней пути маг выглядел сравнительно опрятным, хотя из-за потери шляпы его лицо немного обгорело на солнце.
   - Потому что это так, то есть они неизвестны, - в замешательстве ответил Узара.
   - Они известны в Солуре, - смущенно произнес Джилмартен. - По крайней мере я встречал магов и наполовину, и на четверть Горной крови и как-то слышал об одном маге-горце чистой крови.
   - А что еще вы там, в Хадрумале, неверно поняли? - съязвил Грен.
   - А как насчет Лесной крови? - Вопрос Узары на полбиения сердца опередил мой собственный.
   - Что-нибудь еще, чего вы не знаете, Песочный? - вкрадчиво спросил Грен.
   Солуранский маг кивнул.
   - То же самое, насколько я знаю: редко, но встречаются.
   - Вот тебе и ответ, - торопливо промолвила я, чтобы не дать Грену еще больше раздувать огонь. - Если хочешь добыть себе новых учеников, мы посмотрим, нет ли здесь кого с... - Я запнулась, не зная, как это назвать. - В общем, урожденного мага.
   - В моей традиции есть методы обучения с помощью зубрежки. Они могли бы дать этим людям хорошие средства защиты, - сказал Джилмартен, нервно улыбаясь.
   Сквозь упрямство на лице Узары проступила неуверенность. Маг чувствовал, что почва уходит у него из-под ног.
   - Давайте браться за дело. Наши препирательства играют только на руку врагу, - твердо заявил Дарни. - Нам нужно знать, с кем мы воюем, поэтому, Зар, осмотри ближайшие долины. Выясни, какие готовятся к сражению. Вы двое, вы знаете горы и знакомы с тактикой боя, а здешние охотники знают лес. Нам нужно собраться и сообща начертить карту. Понадобится по крайней мере один обученный маг в бою, но если мы найдем здесь урожденных магов, которые смогут защищать своих, то высвободим больше людей для себя, не важно, мужчин или женщин. Джилмартен и Ливак, ступайте и выясните, что сможете.
   Дарни упорно присваивал себе командование, но по крайней мере он вывел всех из тупика. Здоровяк вместе с Греном направился к Бере, и Сорград неторопливо последовал за ними с загадочным выражением лица. Узара сердито засопел, склонясь над гадальной миской, но его раздражение постепенно прошло, когда он приступил к заклинаниям.
   Я обернулась к Джилмартену. Маг робко улыбнулся мне.
   - Давай начнем с Харайла, - предложила я. - Вероятно, он знает, кто тут может быть урожденным магом.
   Мы вошли в серый сумрак пещеры.
   - Харайл?
   - Я здесь. - Он пробрался через тесно уложенные тюфяки, на которых лежали раненые, завернутые в одеяла. - Чем могу помочь?
   - Узара ищет ваших врагов. - Я показала на мага, сгорбившегося над миской. - Если у тебя есть средство, чтобы притупить боль, не притупляя его мозги, это помогло бы.
   - Я могу приготовить настой, чтобы его взбодрить, - предложил Харайл.
   - Большое спасибо. - Я почувствовала, как Джилмартен рядом со мной зашевелился. - Я все хотела спросить: у вас, среди Народа, когда-нибудь рождались маги? - небрежно проговорила я. - Эта магия проявляется примерно в том возрасте, когда Дрианон пускает девочке кровь, по крайней мере среди инородцев.
   Мы последовали за Харайлом к костру, где он повесил мятый чайник над самым жарким пламенем. - Мы обычно замечаем это, когда Тримон ломает голос мальчика. С девочками это происходит когда угодно после того, как Ларазион откроет для них пору цветения.
   - Что вы замечаете? Что означает для вас родиться магом? - Джилмартен рассеянно подергал свою эспаньолку.
   - Одни - это сущая досада. Пока это не пройдет, стоит им появиться возле очага, и огонь либо сжирает половину ночного запаса дров за несколько минут, либо просто гаснет и отказывается снова загораться. - Целитель, смешивавший в чаше щепотки трав, остановился. - Другие в течение полугода не оставляют следов, и всегда ходят рассказы о девушке, которую дождь поливал от Солнцестояния до Солнцестояния, только ее одну, вы понимаете, никого другого. - Он засмеялся. - Но я слышал эту историю от горсти Лесных жителей отсюда и до южного моря, и все говорили, будто она приключилась с подругой подруги, а потому я думаю, что это просто ветер в высокой траве.
   - Давай я отнесу это Узаре.
   Я взяла чашку, и Джилмартен пошел со мной. Сбитый с толку, он почесал затылок.
   - Никогда не слышал, чтобы общность со стихией просто исчезала.
   - Ты можешь определить, кто урожденный маг, а кто - нет? Существуют какие-то испытания?
   Я поставила чашку рядом с Узарой, и мы пошли обратно к Харайлу, который растирал листья для припарки.
   - Есть методы определения главной общности, - ответил Джилмартен, когда ее действия проявляются впервые. - Он выглядел озабоченным. - А не может ли быть так, что если общность не обучается, то она утрачивается?
   - Судя по Сорграду - нет, - решительно отрезала я. - Харайл, ты не знаешь здесь кого-нибудь из урожденных магов? Возможно, они помогли бы нашим чародеям защищать ваших больных и стариков.
   Харайл тотчас поставил свою миску с зеленой кашицей.
   - Пойдемте со мной.
   Он повел нас к костру, вернее, к нескольким углям, тлеющим в гнезде пушистого пепла. Вокруг него сидели подростки, сумевшие спасти малую часть пожитков и одно одеяло на всех. Куда делась их беспечная уверенность, к которой я успела привыкнуть, живя с Лесным Народом?
   - Это Сарачи. - Харайл указал на юношу с рыжими Лесными волосами и простым лицом - ему бы следовать за плугом в Каладрии. - Он родился магом, насколько мы могли судить.
   - Ну и что? - Этот парень еще не утратил способности проявлять характер.
   Харайл кивнул на Джилмартена.
   - Этот маг думает, что ты мог бы помочь ему. Парень начал вставать, но солуранин взмахом руки велел ему садиться. Я пристроилась на пеньке и молча наблюдала. Джилмартен зажег веточку от последних язычков костра.
   - Сосредоточься на пламени. - Он передал веточку Сарачи. - Посмотрим, сможешь ли ты его уменьшить.
   На мой взгляд, слабое желтое трепетание не изменилось ни на йоту, пока не стало угрожать пальцам Сарачи. Тот бросил ветку.
   - Мне нужна чашка воды. - Джилмартен посмотрел вокруг, словно ожидал увидеть слугу в трактире. Какая-то девочка без слов передала ему резную деревянную чашу. - Сложи руки ковшиком. - Джилмартен налил немного воды в ладони подростка. - Держи ее там как можно дольше.
   Вздох разочарования послышался со всех сторон, когда вода вытекла меж пальцев Сарачи, несмотря на усилие, от которого побелели его костяшки.
   - Не важно.
   Казалось, Джилмартен говорит серьезно. Если нет, то я наконец-то встретила мага, достойного сыграть со мной в Ворона. Солуранин наскреб горсть земли, выбросил из нее остатки сгнившего листа и слегка посыпал пеплом из костра. Потом вдавил все это в открытую ладонь Сарачи.
   - Посмотрим, сможешь ли ты поднять пепел из земли. Сосредоточься. Представь себе, как серое выходит из коричневого и уносится ветром.
   Подросток нахмурился, и в следующее мгновение горсть из ладони вихрем поднялась в воздух. Мы задрали головы и дружно выругались, когда крупицы земли упали в наши разинутые рты и широко открытые глаза.
   - Воздушная общность, - радостно сообщил Джилмартен, - или родство, как ее называют в Хадрумале.
   - Но ты велел мне сосредоточиться на земле, - возразил Сарачи.
   - Обманываешь, маг? - поддразнила я.
   - Что-то вроде того. Необученная общность может сама себе мешать, и комбинированные испытания обходят эту проблему. - Джилмартен огляделся. Кто-нибудь знает еще урожденных магов?
   Тонкая девушка с прямыми каштановыми волосами подняла грязную, покрытую синяками руку.
   - Я знаю Кастам.
   Кастан, обнаруженная у костра на другой стороне лощины, оказалась деловитой женщиной с опухшими красными глазами. Мысль о том, что ее давно забытое родство со стихиями может защитить троих ее юных отпрысков, заставила огонь бушевать под ее котелком. Джилмартен объяснил это явление; мы потушили пожар и быстро пошли дальше, к следующему потенциальному магу.
   К тому времени, когда мы вернулись к Узаре, за нами шагали уже семеро. К Сарачи присоединились парень с нежным пушком на щеках и мужчина средних лет с усталым лицом. Кастан вела трех женщин помоложе. Все они нервно улыбались, слушая слова ободрения и поддразнивание подруг. Мы оставили позади еще пятерых: одни злились, другие вздыхали с облегчением, когда Джилмартен объявлял, что они или никогда не были урожденными магами, или родились с общностью столь слабой, что ее невозможно обучить.
   - Дарни один из тех: родство слишком слабое, чтобы с ним работать, тихо сообщила я солуранину, когда мы оставили одного разочарованного мужчину, сердито мешавшего палкой свой непокорный костер.
   - Я не знал, - задумчиво протянул Джилмартен. - Однако это значит, что мы можем связываться с ним огнем и металлом, если он будет где-то в другом месте.
   - Он не должен быть для этого настоящим магом? Только урожденным?
   Следующий шаг был очевиден. Джилмартен сделал его.
   - Нет, и это означает, что мы могли бы связаться с твоим другом Сорградом, если он готов признать свою общность до такой степени.
   - Попробую его уговорить.
   Возможно, Сорград не хочет быть магом на условиях Хадрумала, но если он не увидит выгоды в том, чтобы маги держали нас в курсе событий, значит, он не тот человек, которого я знаю. Конечно, будут и неудобства, но мы придумаем, как их обойти.
   Узара поднял глаза от миски, когда мы подошли. Он осторожно подвигал одеревенелыми плечами, и от их треска я поморщилась.
   - Ну?
   - Семеро, - возбужденно произнес Джилмартен. - По одному с землей и воздухом, трое с огнем, что очень необычно, и двое с водой.