- Они защищают свой дом. От всяких граждан начальников... Джордан усмехнулся. Но промолчал. * * * "Заповедник непуганых экстрасенсов", - раздраженно бурчал себе под нос Джордан. Сюрприз следовал за сюрпризом. Оказалось, что в Каменном еще и электричества нет! В квартире Лося, где проводник решил любезно приютить гостя на ночь, Джо в темном коридоре сразу машинально начал шарить ладонью по стене в поисках выключателя. И прервало его поиски хихиканье хозяйской жены - так смеются над малышом, делающим полнейшую, с точки зрения взрослых, глупость. Оказывается, излучение линий электропередач ужасно мешает тонкой и сверхчувствительной ментальной сфере хозяев города. И потому, уважаемые сограждане, живите при свечках! А утюги разогревайте с помощью угля. Ну, конечно, если кому-то очень захочется, он может купить для своей бытовой техники автономный блок питания. Запросто, в Новых Улицах продается. "Вот зарегистрируешься, тебе любой проводник ориентиры даст, и можешь бегать за АБП-шками, все равно как за свежими булками по утрам", - успокоил гостя Лось. - "Правда, если использовать их для освещения жилья, дорого получится. Джо, да не выдумывай ты! Живем тут все при свечах и керосинках, и ничего. Зато много другого хорошего... Того, чего у вас нет." Джордан ворчал. Его совсем не вдохновляла свечная романтика и перспектива бегать за батарейками в другой мир. То, что Джордан принял за тщательно сберегаемый средневековый уголок старого города, оказалось самим городом. Наутро, пока Лось вел его к зданию управы, была возможность в этом убедиться. Теперь они шли заметно дольше, чем вчера от перехода до дома Лося - через весь город, к восточной окраине. По неожиданно чистым узеньким улицам, безо всяких там вонючих луж и охапок мусора; мимо рыночной площади, пестрая толпа на которой напоминала массовку малобюджетного фильма в жанре "фэнтези" - когда просто выгребли со склада поношенные костюмы всех времен, стран и народов, да и нарядили статистов во что попало. А-а, сказочка - так сказочка, сойдет! Зритель скушает! Интересно, что за "режиссер" тут с целым городом в сказочку играет? В кабинете городской управы Джордана встретили четверо. Смуглая и темноволосая молодая женщина ("Кобылица арабских кровей" - сразу обозвал ее про себя Джо, не красавица, но очень сочная); гладенький, холеный и упитанный чиновник средних лет с пышными усами; тощая сушеная вобла неопределенного возраста, упакованная в строгий костюм; и низкорослый, поджарый, весьма бодрый старичок-одуванчик. С новоприбывшим гостем Каменного беседовали долго - почти целый день. Да-а, с определением "непуганые" применительно к экстрасенсам Джордан несколько поторопился. Уж на что он сам никогда не замечал у себя способностей к сверхчувствительности, но разлитую в воздухе паранойю можно было ощущать буквально кожей. Особенно расстаралась "арабская красотка". Она взялась за гостя первой, остальные вышли; но Джо готов был поручиться, что троица во время беседы сидела в соседней комнате у слухового отверстия (а может, и у динамика - кто их знает; может, они напоказ пренебрегают техникой, а втихомолку охотно ей пользуются?). Кстати, допрос был просто безграмотный. Любой вчерашний выпускник полицейской школы провел бы его лучше. Потом красотку сменил упитанный усатый чиновник. Он настолько явно и увлеченно играл в крутого следователя, что Джо усмехнулся про себя: для полноты антуража, пожалуй, не хватает только направленной в глаза лампы. Но если в вашем средневековом гнезде нет электричества, чем ты мне в лицо посветишь? Свечкой? Или керосинкой? А может, запаха керосина ваши сверхчувствительные натуры тоже не переносят? А усатый вдруг встал и вышел. И вернулся с лампой - очень похожей на обыкновенную настольную, но вместо плафона на гибкой "шее" была прикреплена сплошная полусфера. Чиновник развернул эту полусферу к собеседнику, покрутил какой-то регулятор на подставке, и в глаза Джордану плеснулся ослепительно яркий поток света. - Итак, на чем мы остановились? - спросил почти неразличимый за световым ореолом темный силуэт. "Телепаты!" - ёкнуло у Джордана внутри. Он-то сидел и ждал, когда его поведут в комнату, набитую сложными приборами и наденут на голову шлем с проводами, а им-то вовсе никаких приборов и не надо! И пока он хихикал над безграмотным допросом, они спокойно разглядывали его мысли, как букашку под микроскопом! Вот так влип... К концу дня Джордан сам себе напоминал прокрученную между валиками стиральной машины простыню. Или пустой тюбик из-под зубной пасты. Эти четверо от души постарались, чтобы новый кандидат в граждане Каменного города сполна почувствовал себя на месте подследственного. Напугали ежа голым задом! Как будто раньше ему не приходилось такого испытывать! Но все-таки мысль, что в мозгах покопались телепаты, обдавала слишком уж неприятным холодком. В приемную, где устало развалился в кресле Джо, вышел старик. - Мы сообщим решение Круга завтра, - сухо сказал он. - А разве вы... - Мы - всего лишь эксперты. Принимать решение будет Круг. Особенно в вашем случае, Джордан. Учитывая некоторые моменты вашей служебной биографии... "Ага, раскопали..." - Лично я буду настаивать на разрешении, - пообещал старик. - Мое слово имеет в Круге определенный вес. - Вы знаете, и тем не менее... - Любой человек имеет право изменить свою жизнь, - произнес старик несколько высокопарным тоном. - Ваши истинные намерения не противоречат интересам Круга. "Насколько же глубоко вы покопались в моих намерениях? Да впрочем, я действительно хочу распрощаться со службой и с коллегами, и не трястись остаток жизни, как на пороховой бочке, что меня заподозрят в разглашении какой-нибудь засекреченной фигни или пришьют к наспех склепанному делу, чтобы отмазать настоящего виновника. И житье в Каменном более всего для этого подходит. Я ничуть не врал. И хорошо, что вы можете в этом убедиться. Однако... Чего-то ты, дедуля-одуванчик, слишком благодушно ко мне настроен. Вон, ваша жгучая южная молодка просто потоки ненависти изливала. Да и та вобла тоже... Тьфу! Нельзя же так! Он же мысли читает!" Старик повел плечами. - Успокойтесь, Джордан, я не могу читать мысли буквально - каждое слово, каждую фразу. Я ясно чувствую ваше смятение, недоверие, опаску, но не в состоянии воспроизвести слова, которые вы сейчас про себя произносите. Это умеют некоторые мои коллеги, но не я. Почему я это вам объясняю? Потому, что понимаю - очень неприятно ощущать себя перед собеседником открытой книгой. И мне не хочется, чтобы ваше недоверие портило наши отношения, - и он многозначительно замолчал. "А ты, дедуля, на что-то рассчитываешь... Зачем тебе понадобилась дружба с отставным особистом? Или есть какие-то проблемы в вашем любовно обустроенном, чистеньком гнездышке?" Матвей выглянул в окно вслед уходящему Джордану. Надо, надо настоять на разрешении. Хотя, конечно, Зира будет метать громы и молнии, да и Густав, скорее всего, поддержит ее. Ну, Луазвиль... У этой вместо чувств один сплошной калькулятор. Факт "за" - факт "против". Выложит перед Кругом свою калькуляцию, и все. Но ведь "против" можно превратить в "за", смотря с какой стороны подойти... Похоже, этот новичок - как раз то, что нужно. И не ему, Матвею, лично - а по большому счету, всему Кругу. Да вот только как это остальным объяснить?! ...Назавтра Джордану выдали личный жетон - металлический кругляш (кругляш?! ха-ха!) с петелькой для шнурка и гравированным символом города - восьмилучевой звездой. Что-то вроде очень распространенной эмблемы путешественников - розы ветров. Такая же "роза" из белого и синего стекла красовалась над входом в местное культовое сооружение, помпезно именуемое "Храм Ушедших" (или, как Джо уже успел разузнать у горожан, в просторечии обзываемое "Уходняк") - небольшой, изящных очертаний собор готического стиля, выстроенный напротив городской управы. Эту церквушку попросили как следует рассмотреть и запомнить; а потом, взявши в ладонь свой личный жетон, представить ее себе, желательно во всех подробностях. - А теперь посмотрите на свой жетон, - попросила скучная пожилая дама-чиновница, которую Джордан увидел сегодня впервые; но в уголке кабинета, за ее спиной, с деланно-равнодушным видом перекладывал какие-то бланки уже ему знакомый старичок-одуванчик. По окружности металлического кругляша бежали вспышки голубоватых искр. - В этом и состоит способ идентификации, - пояснила дама. - Надо взять в руку жетон и представить мысленно фасад Храма Ушедших. В чужой руке жетон не засветится, он настроен лично на вас. Поздравляю, теперь вы - полноправный житель Каменного и обладаете всеми правами и привилегиями... Джордану показалось, что она с трудом сдерживает зевоту. Старик отложил бумажки и вышел вслед за ним в коридор. - Поздравляю, Джордан! Признаться, это было нелегко. - Вы о чем? - удивленно приподнял брови Джо. - Об этом, - старик указал на кругляш в ладони Джордана. - Помните наш вчерашний разговор? А по поводу прав и привилегий, а также местных особенностей... Думаю, вам нужно узнать о них поподробнее. Идемте-ка в мой кабинет... * * * - Ну, вообще-то я не знаю... - озадаченно наморщил лоб крупный рослый парень, смуглый, с чем-то неуловимо цыганским во внешности. - С одной стороны, соблазнительно; с другой - я не хочу наниматься к кому-то на постоянную работу. Ответственность, обязанности... Предпочитаю быть сам по себе. - А ты все-таки подумай, - посоветовал Джордан. - И сколько времени у меня на раздумья? - Да как надумаешь, так и приходи! Для "сквозняка" у меня всегда вакансия найдется, - весело пообещал Джо. - Да ну?! Посмотрим! - парень в тон ему так же весело сверкнул ярко-зелеными глазами. Резко развернулся, шагнул в сторону - и исчез, только мелькнул в воздухе пышный темно-каштановый хвост, стянутый на затылке бечевкой. В зале таверны следом за ним взметнулся порыв ветра. - Б-р-р-р! - Джордан покрутил головой. - Не первый раз уже вижу, а все равно не верится. Так и хочется встряхнуться и проснуться, когда кто-нибудь перед носом в воздухе растворяется... - Ничего, привыкнешь! Это ведь Каменный... - сказал позади Митяй. - Кстати, о "сквозняках"... Ты к местным особенностям еще не привык; так вот, к сведению... Деньги и ценности всегда держи в сейфе, а ключ, ясное дело, при себе. В сейф никакой "сквозняк" не залезет, если он, конечно, не умелый взломщик. А на складах устанавливают защиту, чтоб товары "ветром не сдуло". В "Фазане" уже пора подновлять. - А-а... Э-э... - Кругляши защиту ставят, - снисходительно пояснил Митяй, глядя на растерянную физиономию Джордана. - Какие-то поля, сквозь которые не "пронырнешь". И на квартиру тоже можно. За плату, разумеется. Где-то на полгода хватает, потом надо подновлять. А этого вот типа, - Митяй махнул рукой в сторону, где исчез парень, - лично я не советовал бы нанимать. - А почему? - Да ветреный он... Одно слово - "сквозняк". В голове ветер. Сначала делает, а уж потом думает. А делает только то, что хочет. В жизни ни дня не работал. А зачем ему? Для него практически нет дверей и замков. Куда хочет - туда войдет, чего захочет - то возьмет... Зачем работать-то? - Ну, проводник - это тоже все-таки работа. - А, - махнул рукой Митяй, - для Вэра это так, повод устроить себе приключение. Ввинтиться в какое-нибудь опасное местечко, пошуровать там и исчезнуть. Нервы себе пощекотать... Да ладно, если бы только себе. А то и спутники из-за его разгильдяйства в дерьмо влипали. Черныш, и тот не стерпел, в прошлом году дал-таки ему коленом под зад. Ну и правильно! Кэн под пытку угодил из-за того, что проводника на месте не оказалось; Вэрчик, видите ли, на поиски приключений усвистал! Ладно еще, покалечить не успели... - Кэн Черныш? - перебил Джордан ворчание в адрес разгильдяя Вэра. - Погоди-ка... А какой он из себя? - Невысокий такой, коренастый, ноги коротковатые... На одного восточного актеришку похож, не помню, как того зовут... Пацаны мои как-то притащили кассету с боевиком; я смотрю - ба, вылитый Кэн! На лицо не очень, а по фигуре точно похож! И такой же шустрый. Скачет прямо как теннисный мячик! - Значит, Черныш - азиат? - Наполовину. У него мать - азиатка, он лицом в нее удался. Глаза немножко раскосые, а волосы - как будто головой в черную тушь макнули. Потому и Черныш... Джо, а ты с ним знаком, что ли? - Может быть. Если это тот, о ком я подумал. Хм... А лет ему сколько? - Что-то около тридцатника. - Вполне может быть, что он... А у них с Вэром какие-то особые отношения? Ты сказал: "Даже Кэн не стерпел"? Значит, он выходки Вэра дольше всех терпел? - Ну да, этот оболтус ему вроде бы как воспитанник. Кэн его в Каменный привел, еще малька. Подобрал беспризорника на какой-то войне... - На войне? А давно это было? - насторожился Джо. - Лет десять назад. Честно говоря, я мало что об этом знаю. Вроде бы у Кэна проводник там погиб, и он потом еле выбрался... "Вот так финт... Значит, тогда добыча буквально из рук ушла... Я мог бы найти Каменный еще десять лет назад, если бы не этот тупица Ларк! Дуболом проклятый, все испоганил!.." - Я-то с Кэном почти и не был знаком до этого его похода, - продолжал Митяй, сам все больше в Горы лазил, а таверной маманя занималась. Потом уж, когда она слегла, мне пришлось участок бросить... Но я помню, какой он тогда вернулся. - Ну, и какой же? - поинтересовался Джо. - Неживой! - вдруг с неожиданной злостью выпалил Митяй. - Тень одна... Ходит, разговаривает, а глаза пустые. Как у зомбяка. - Надо же, "как у зомбяка", - передразнил Джордан. - Где ты их видел, зомбяков-то? В кино? "Интересно, а что Кэн об этом в Каменном рассказывал?! А то вдруг расписал в красках всю свою печальную историю, и теперь здешним умникам останется только сложить два и два, чтобы догадаться..." - Он с тех пор ни с кем дружбы не водит. В "Фазан" изредка заходит - проводника нанимать, а сидеть тут - почти и не сидит. Все один... - Настолько необщительный? - Да нет, поговорить-то он может, и вообще парень приветливый, обходительный. Но близко к себе никого не подпускает. Разве что Вэра рядом терпел, да и то, как я уже говорил, в прошлом году наконец-то отшил обормота. Ну и правильно! И тебе его подбирать не советую. - С одной стороны - да, - пробормотал себе под нос Джо. - А с другой - жалко "сквозняка"-то упускать. Возможности-то у него немеренные... Ну ладно, посмотрим. Может, парень еще и сам откажется. "Особенно после того, как Черныш расскажет ему обо мне много хорошего", добавил он про себя. - Слышь, Митяй, а когда этот Кэн здесь появится? - Где-то в последних числах сентября. Ну, и закрытие сезона он, разумеется, не пропустит. Так что второго октября жди его в "Фазане", он обязательно будет... Джордан вышел на улицу, запрокинул лицо, подставляя его солнцу, краешком заглянувшему в этот каменный колодец. Над крышами нависали горы. Так близко, что казалось - огромный гелиевый баллон причудливой формы закреплен где-то позади ближайшего дома. Вон на той скале четко видны все разломы и складки, и можно даже различить толстое корявое дерево над обрывом... Фокусы перепутанных-перекрученных пространств. На самом деле к подножию гор надо идти часа полтора, или минут за двадцать-тридцать можно доехать верхом. (Иначе никак - транспорта в городе нет. Здесь не только порох, но и бензин не воспламеняется. А трястись на велосипеде по бугристой булыжной мостовой - удовольствие сомнительное.) Местные жители зовут их - Горы. Именно так, с заглавной буквы. Самая странная частица этого замороченного и непонятного мирка. Место, где растет некое растение с крупными мясистыми листьями, называемое "собачья трава". А внутри этих листьев, похожих на треугольные собачьи уши, полным-полно тягучего желто-зеленого сока с сильным резким запахом. Сока, который затягивает глубокий порез за пару часов, а запущенную гнойную рану - за три-четыре дня. Джордан машинально потер левую руку. Да, только благодаря этому соку рука при нем и осталась... Правда, к перемене погоды ноет и разламывается, сволочь; но все же, худо-бедно гнется, и пользоваться ей вполне можно. Без "главной" руки было бы совсем хреново. Вот ведь угораздило же родиться левшой! Честно говоря, совсем недавно он и сам всерьез не верил, что попадет сюда. И вот - пожалуйста! Если не веришь - подними голову и посмотри на висящую над тобой скальную гряду. Место, карту которого никто ни разу не смог составить. Потому, что каждого путешественника Горы ведут особым, одному ему открывающимся маршрутом, и если возьмешь нарисованные кем-то другим кроки - все равно не найдешь ни одного отмеченного на них ориентира. Место, в котором невозможно залезть на чужой участок - ты просто не попадешь туда. Горы не пустят. Проплутаешь несколько дней и выйдешь на то же самое место, откуда начал путь. Конечно, хозяин участка может привести тебя с собой, но только вряд ли дождешься от кого-нибудь из "собачников" подобного дружеского жеста. Он уж скорее свою жену тебе на ночь предложит, чем поведет чужака на свою поляну. Изредка бывает, родственники вместе обирают участок; но чаще всего добытчики пробавляются в одиночку. А многие и к покупателям потом товар везут сами, никому не доверяя свое "жидкое золото". Дело трудное и опасное. Наверняка многие из "собачников" были бы довольны, если кто-нибудь помог с поиском покупателей, дал надежную охрану для доставки, или вовсе купил оптом все летние заготовки... А Кэн... Да пусть рассказывает что угодно - все равно вид на жительство уже получен. Джо потрогал висящий на шнурке медальон. А вообще-то интересно будет с Чернышом побеседовать... Джордан усмехнулся своим мыслям и пошел обратно в зал таверны. На сегодня еще много дел. И до второго октября тоже очень далеко. - Ого, я смотрю, вы уже вполне неплохо устроились! - Матвей оглядел сияющую свежим лаком обшивку стен. - Очень нарядно, свежо... Хотя вообще-то многие предпочитают дерево в чистом виде, без лака, в крайнем случае - натирают вощиной... - Лак - это намного практичней. Особенно для заведения, где кто-нибудь так и норовит наблевать на стену. Или съездить по ней грязным сапогом. А лакированную доску тряпочкой протер - и все в порядке, - пояснил Джордан. Итак, дедушка-кругляш пришел в гости. Уж наверняка не за тем, чтобы интерьером полюбоваться. - Просто поразительно, как быстро вам удалось взять "Золотой Фазан" в свои руки. И что же, Дмитрий охотно уступил вам свое заведение? - А почему бы ему не уступить? - Оно для него очень дорого. Митяй ведь сам бывший "собачник", и обожает здешнюю публику, а публика обожает его... - Он не устоял перед ценой. - Вы купили себе большие заботы и хлопоты, - сочувственно улыбнулся старик. Теперь, Джордан, чтобы сохранить клиентуру, вам придется "держать марку". И еще вопрос, как примут вас завсегдатаи... - А что, могут быть какие-то проблемы? - Наверно, вы еще не очень хорошо разобрались в местной специфике, - улыбка Матвея на этот раз была снисходительной. - "Золотой Фазан" - это не просто заведение, куда приходят поесть и накачаться спиртным. Это - своеобразный деловой центр "собачников"... - Я это знаю, и потому купил именно "Фазана", - перебил Джо. - ...Если вы не понравитесь публике, народ просто постепенно перекочует в какое-нибудь другое место, и тогда вы уже не сможете их контролировать. - А почему таверна - единственный способ делать это? - спросил в лоб Джордан. Разве "собачники", да и представители прочих занятий, не могут объединиться в артель? В городе есть меняльные конторы и зачатки банковского дела; разве в нем не может возникнуть биржа? - Не может, - с мягкой улыбкой Матвей посмотрел Джордану в глаза. "И понятно, почему. Потому что вы не хотите", - взглядом ответил Джо. Матвей прошел вглубь зала, осторожно тронул пальцем скамейку - не липнет ли лак, присел. - Джордан, Каменный - наш дом. Нам стоило очень многих трудов заполучить его в собственность. И теперь мы поставим здесь такую мебель и повесим такие занавески, которые нам нравятся. И сделаем на двери такой замок, чтобы наш дом действительно был, как гласит пословица, нашей крепостью. - Хм... Но ведь чтобы проникнуть в крепость, необязательно штурмовать ворота. Это можно сделать многими другими способами. Прорыть подкоп, перелезть через стену, подкупить охрану... - Джордан, здесь откуда-то дует, - Матвей с покряхтыванием поднялся со скамьи. Может быть, продолжим разговор в кабинете Митяя? Ах, прошу прощения, в вашем кабинете... - Пожалуйста. - Да, и еще... На кухне ремонт уже закончен? Сможете угостить старика чайком? 2. Тридцатого сентября, в восьмом часу вечера он вышел из дома и направился... Нет, не в сторону вокзала. Сначала пристроил пакет с мусором на куче возле переполненного контейнера; из-под ног метнулась вспугнутая кошка; ветер носил по двору грязные скомканные газеты. Кэн остановился под аркой проходного двора. Задрал подбородок, подставляя лицо ветру. Усмехнулся. Картинка прямо как в начале старого, знакомого с юности, когда-то любимого и заезженного до скрипа фильма. Все было почти как там. Но, в отличие от его героя, Кэн знал, куда ему идти. В "Золотой фазан", куда же еще... Пора проведать собратьев по ремеслу, хотя, честно говоря, совсем не хочется. Но надо. Как-никак, послезавтра - второе октября. Пьянка-гулянка, окончание сезона сбора, и его, Кэна Черныша, день рождения. Вот ведь как совпало! Вообще-то он никогда своим именинам значения не придавал и никогда их не праздновал, но в этом году вышел особый случай. Ему исполняется тридцать, и Вэр, зараза, решил с размахом отметить юбилей друга - оповестил всех знакомых и полузнакомых, и пригласил их в "Золотой фазан". Самого виновника торжества, естественно, не спросивши. Только вчера перед фактом поставил, когда в гости заскочил. Сюрприз, блин! Теперь хочешь - не хочешь, а пои эту ораву и сиди с ними в кабаке. И столько друзей сразу нашлось! Кэн даже и не подозревал об их существовании. Ко второму октября почти весь народ возвращается с Гор; дольше там делать нечего. Даже в последней декаде сентября "собачью траву" почти никто не собирает, все только перетаскивают в город давно заполненные и припрятанные на участках фляги с целебным соком. Вообще-то листья будут зеленеть до самого снега, но что толку от октябрьского перестарка? Сок из него быстро загустеет и превратится в бесполезный студень, а разводить его спиртом и делать настойку невыгодно; больше денег на спирт истратишь, чем от продажи настойки выручишь не ценится она, нет в ней той силы, что в чистом соке. Конец сентября - конец сезона. Погреба заполнены бутылями и флягами; теперь можно хоть немного отмыть с ладоней крепко въевшиеся желто-зеленые пятна, дать отдых натруженным ногам, скинуть с натертых плеч лямки рюкзаков - кому ненадолго, до торгового похода, а тому, кто оптом сдает урожай перекупщикам - аж до следующего лета. Ну, и разумеется, опрокинуть по стаканчику - за то, чтоб хорошо хранилось да подороже продавалось! За то, чтоб не попала вода в погреб и не пошли прахом тяжкие и долгие летние труды. Попробуй-ка, повыжимай измельченные листья и стебли вручную - поначалу из-за ломоты несколько ночей не уснешь. Зато выжатый руками сок хранится вдвое дольше, чем сок из-под пресса, и ценится много дороже: покупатель с наметанным взглядом и тонким нюхом сразу определит разницу. Потому-то всегда и узнают настоящего "собачника" по крепкому, как тиски, рукопожатию. Каким бы мелким и тощим ни был он сам, лапищи у него всегда железные. А на гулянке молодежь обязательно будет меряться силой, тягаться "на локотках" и сминать в ладонях пустые консервные банки из толстой жести. Праздник с каждой рюмкой будет все больше и больше набирать обороты, пока не превратится в бурную попойку с битьем посуды и мордобоем. Вот этого уже Кэн терпеть не мог, и всегда старался улизнуть до того, как приятели начнут промахиваться вилкой мимо тарелки и громко выяснять, кто кого не уважает. Но в этот раз, похоже, придется сидеть до победного конца. А может, взять и удрать потихоньку в самый разгар вечеринки, а гостей и расходы оставить на Вэра? Он народ пригласил - вот пусть и отдувается. Ведь знал, зараза, что Кэну этот праздник сто лет не нужен, и все равно сделал по-своему! Да, действительно... Оставить его с гостями, а самому смотаться в более приятную компанию. На Традантскую линию, например - к Маринке в гости, или на тамошнюю рок-тусовку. За четыре месяца тишина и одиночество настолько обрыдли, что приятно окунуться в трёп и гам шумной толпы, в возню длинноволосых молодых щенят. Ночевать по общагам и грязным облезлым "хатам", где плотность тараканов на единицу площади вот-вот перевалит критическую отметку; питаться пивом и вареной кукурузой... А потом - опять в Каменный, нанимать проводника и развозить постоянным заказчикам товар. У дедушки Аркелия в обители икона, наверное, уже весь свой чудотворный елей выплакала. Ждут - не дождутся поставщика с новой партией, хихикнул Кэн. А может, сразу туда сока отвезти, а уж потом, с денежками в руках, по Траданту гулять? Этот маршрут нетрудный, вряд ли поездка надолго затянется; пожалуй, в Траданте даже осень еще не успеет закончится. "О-осень, сви-иньи яблоки жру-у-ут..." "Тьфу, чего-то меня не в ту сторону заносит..." А уж потом - в Скочлан. Б-р-р! В эту голую холмистую пустыню, в это разбойничье гнездо, где из любой расщелины в любой момент может вывалиться шальная вооруженная орава. Нечего пенять - сам такие места нашел! Мог бы и поспокойней найти, или вообще сдавать сок перекупщикам. Конечно, выручка меньше, зато своей шкурой рисковать не надо. А шеф монастыря хорошо-о платит! За то, что полая бронзовая статуя какого-то тамошнего великомученика истекает пахучим желто-зеленым елеем. Еще бы ему не платить - с паломников, которые сцеживают это лечебную жидкость в махонькие пузырьки, он все равно намного больше получит. А ведь началось все с того, что лет девять назад некий бродяга прятался от полицейского патруля в закоулках церковного лабиринта, и тараканом заполз внутрь небрежно опрокинутого набок изваяния. Отчаянно зажимая нос, чтоб не чихнуть от пыли, Кэн задел ладонью наслоения чего-то густого, маслянистого на стенке статуи.