— Как и вы…
   Наверное, следовало ответно двинуть тви'лекка в бок кулаком, но Галей не рискнул.
   — Да пребудет с вами Великая сила.
   Пилот коротко мотнул головой и направился в зал.
   Буфетчик с облегчением вздохнул и потер онемевшее плечо. Будем надеяться, что второй тви'лекк окажется менее экспансивным.
 
* * *
 
   Последние несколько часов, — говорил Антиллес, — мы совершаем гиперпространственный прыжок к Джуссафету.
   Слева от него над пластиной голографического проектора висел клочок звездного неба. В центре распускалась туманность, рядом ярко горело несколько звезд, одна из которых механически подмигивала. Мин Дойнос усмехнулся в ответ на свои мысли; в дискуссиях о тактике и стратегии Зсинжа Джуссафет упоминался не единожды.
   — Система расположена на границе Империи и территории, которую контролирует военачальник Зсинж, — говорил тем временем Ведж. — Джуссафет IV обитаем, там какие-то шахты, хотя основные разработки ведутся в зоне астероидов.
   Он увеличил изображение и указал на широкий пояс вокруг желтой звезды.
   — Сегодня утром Джуссафет IV послал сигнал о помощи и сообщил о вторжении элитных отрядов Зсин-жа. Корабль дуро, который вошел в систему с целью совершения каких-то сделок, перехватил сигнал, который изначально предназначался Империи и переправил его нам. Начальство решило, что по Хищникам плачут намордники, а если нам повезет, то мы обгоним импов и, возможно, врежем «Железному кулаку» облагодетельствовав местное население.
   Мин поднял руку, прося слово.
   — А какие шансы на то, что Империя заявится поучаствовать в спасательной акции? Драться на два фронта — не самое веселое дело.
   — Что верно, то верно, — согласился Антиллес. — Но шанс невелик. Империя по горло сыта и нами, и Зсин-жем. Скорее всего, она вышлет только разведчиков и наблюдателей. Но «Мон Ремонду» все равно будут сопровождать фрегаты, а «Мон Каррен» и «Преданность» останутся на границе системы в резерве. Понадобится, явятся на помощь.
   Следующей поднялась рука Коррана Хорна.
   — А какие шансы на то, что это не очередной капкан?
   — Такие же. Возможно, но маловероятно. Дуро отслеживают ход боев в астероидном поле и на поверхности планеты, они подтверждают, что там действуют именно Хищники. Мы взлетаем, как только «Мон Ремонда» войдет в систему. «Ашки» проводят предварительный облет планеты, Разбойный эскадрон вместе с «бритвами» начинают зачистку астероидов. У Призраков в строю только четверо, поэтому они сопровождают десантные боты, Заговорил Мордашка Лоран, который сидел, наклонившись вперед, чтобы не задевать больной спиной спинку стула: — Вот — теперь в няньки загремела Призрачная эскадрилья, — в голосе бывшего актера проскользнуло узнаваемое высокомерие Тал'диры. — Отныне и навсегда.
   Пилоты засмеялись. Все, даже Антиллес, как отметил про себя Мин, но не Тал'дира. Тви'лекк упер взгляд в пол и никак не отреагировал на шутку. Не только Мина заинтересовало необычное смирение шумного и вспыльчивого пилота. Хорн тоже бросил на тви'лекка удивленный взгляд.
   — Пусть так, — отсмеявшись, сказал Ведж. — Навигационные данные уже загружены в память астродрои-дов и бортовых машин. Удачи.
   Народ потянулся на выход. Дойнос решил не участвовать в общей толкучке и остался сидеть. Возле него остановились Мордашка и Диа.
   — Хотел бы я лететь с вами, — завистливо вздохнул Гарик.
   — Рад, что ты не можешь, — отозвался Мин, а когда Мордашка растерянно заморгал, ухмыльнулся и пояснил: — Так редко удается за кого-нибудь отвечать. Так что получай ранения, когда пожелаешь, не стесняйся.
   — Спасибочки… — Лоран неуверенно рассмеялся.
   В коридоре Мордашка задержался у тележки с ка-фом, взял протянутую чашку.
   — Спасибо, Галей.
   — Не за что, сэр.
   Мин шел следом, поэтому слышал, как буфетчик произнес: — Прошу прощения, офицер Туалин! Не могли бы вы уделить мне минуту вашего драгоценного времени?
 
* * *
 
   Тал'дира и раньше с нетерпением ждал команды на взлет, а сегодня и вовсе сгорал от нетерпения. Мысли были далеко отсюда. Как может Антиллес, герой Альянс и Новой Республики, пасть так низко, что скрывает хромоту? И уж совсем подло делать протез из транспаристи-ла! Не иначе как черная магия Императора! В сердце Та-л'диры кипел праведный гнев. Тви'лекк еле сдерживался но, как положено истинному воину, держал себя в руках.
   — Командир группы — Пронырам, — раздался в наушниках ненавистный голос с кореллианским акцентом. — Подтвердите готовность.
   Когда подошла его очередь, Тал'дира спокойно произнес: — Проныра-5, двигатели в норме, три на полной мощности, один на девяносто пять процентов.
   Правый нижний двигатель барахлил. Надо будет сказать механикам, чтобы занялись его машиной.
   Разумеется, после того, как он разделается с предателем.
 
* * *
 
   О выходе из гиперпространства предупредил заунывный вой сирены. Водоворот всех оттенков ослепительно серого за магнитным полем створа внезапно рассыпался на картинку попроще. На фоне звездного неба одиноко висела небольшая планета, цветастый, яркий мячик.
   Проныры один за другим покидали летную палубу, формируя строй в километре от «Мон Ремонды». Тал'дира, под чьим присмотром находилось второе звено, подождал ведомого. Сердце тви'лекка пело от радости, пульс ускорялся по мере того, как приближался великий момент.
   Тал'дира выловил из общего галдежа знакомый голос: еще один уроженец Рилота, Секира-2, сообщал командиру о критическом сбое маршевого двигателя.
   — Мощность падает до пятидесяти четырех процентов… сорока,., тридцати восьми…
   — Секира-лидер — Секире-2, выйди из строя и возвращайся в ангар. Может, в следующий раз повезет больше.
   Тал'дира наблюдал, как одиннадцать «ашек», набирая скорость,. уходят к Джуссафету IV, пока астродроид выводил на экран координаты. Потом он с отсутствующим видом просмотрел цифры, которыми не собирался воспользоваться.
   — Проныра-лидер — группе, начинаем по моему сигналу. Десять, девять, восемь…
 
* * *
 
   — Призрак-4, ты не на позиции.
   Тирия испуганно вздрогнула, оглянулась. Это она была не на позиции, это к ней обращались. Следует отвалить от «Мон Ремонды», чтобы уступить дорогу остальным — Мину Дойносу, Ларе и Элассару Таргону.
   Тогда почему ее понесло к носу крейсера? Руки управляли машиной, не советуясь с головой.
   Впереди болталась в пространстве одинокая «ашка», мучительно медленно возвращаясь к створу корабля-матки. Очевидно та самая, с поврежденным двигателем.
   Очевидно… но невероятно. Тирия до рези в глазах всматривалась в затемненный колпак кабины, сквозь кожу и плоть пилота, пока не добралась до светящегося клубка, который по эту сторону матрицы назывался сознанием.
   — «Мон Ремонда», щиты на полную мощность! — закричала Тирия. — Секира-2…
 
* * *
 
   — … стреляет в вас!
   Хэн Соло не стал тратить время на глупости.
   — Поднять щиты! Полная мощность!
   «Ашка» выстрелила. Транспаристиловый иллюминатор потемнел, оберегая глаза экипажа от вспышки. Потом треснул, не выдержав натиска лазерной пушки.
   Осколки разлетелись по мостику, а затем мощный поток уходящего воздуха высосал их сквозь пробоину в космос.
 
* * *
 
   — Четыре…
   Тал'дира поднял руку к верхнему дополнительному пульту, щелкнул тумблером. Плоскости «крестокрыла» раскрылись в боевое положение, к лицу пилота опустился блок системы наведения.
   — Три…
   Все четыре лазерные пушки были нацелены на хвостовое оперение и дюзы антиллесовской машины. Можно было решить вопрос протонной торпедой, но взрыв заденет ни в чем не повинных пилотов. Тал'дира, не торопясь, подкрутил верньер настройки.
   — Два…
   — Босс, уйди! — проорал Корран Хорн.
   Тал'дира вздрогнул и раньше времени нажал на гашетку. Невозможно… тви'лекк не поверил собственным глазам, но Антиллес, не переспросив, в чем дело, бросил истребитель в сторону. Лазерные пушки, к радости Тал'-диры, все же полоснули лучами по левой плоскости «крестокрыла», отстрелив один из маршевых двигателей-и подпалив фюзеляж.
   Эфир взорвался вопросами и недоуменными восклицаниями. Антиллес продолжил маневр на трех двигателях, теряя скорость и высоту относительно эскадрильи. Сорвавшийся следом капитан Селчу занял положенное ведомому место.
   Тал'дира улыбнулся. Вызов. Это хорошо,
 
* * *
 
   Взрывом Хэна чуть было не выбросило из кресла; не вцепись кореллианин изо всех сил в подлокотники, сейчас бы его волокло по палубе к расширяющейся дыре. Правда, встреча с пространством все равно обещала состояться; да, тяжелое кресло привинчено к полу, но винты вырвало из креплений. В нескольких метрах капитан Онома пребывал в еще более бедственном положении.
   Надрывно орали аварийные сирены, перекрывая пронзительный визг уходящего воздуха. Хэн почему-то вспомнил, что в случае разгерметизации и течи дверь на мостик закрывается автоматически. А еще должны опуститься дополнительные переборки.
   И как только это произойдет, он — мертвец. Как и все по соседству. Воздух улетучится, и если Хэна к тому времени не выкинет в пространство, самое меньшее, что ему грозит, это испытать восторг стремительной декомпрессии.
   В столь экстремальном даже по кореллианским меркам развлечении Хэн участвовать не пожелал, поэтому уперся ногой в сопротивляющееся кресло. Хорошо еще, искусственная гравитация не отказала.
   Соло вытащил из кобуры бластер и прицелился в контрольную панель сбоку от двери. Он даже умудрился попасть в нее с первого раза.
   Опускающаяся дверь остановилась.
   Шанс выбраться из передряги резко повысился. Правда, теперь воздух уходил и из коридора. Придется не зевать.
   А сбрендившая «ашка» по-прежнему болталась снаружи.
 
* * *
 
   — И вы не имеете права говорить от имени Новой Республики, — заключила доктор Гаст.
   Непосредственный помощник (а по совместительству и личной инициативе юридический консультант) командира Разбойного эскадрона учтиво кивнул. Его лекку были красиво разложены по плечам.
   — Меня уполномочило правительство. Как только мы придем к соглашению, вы избавитесь от всего этого, — Навара Вен обвел когтистым пальцем убогую каморку.
   Вен занимал единственный стул, Эдда Гаст полулежала на койке, опираясь плечами и затылком о стену.
   — Мои требования вам известны. Миллион кредиток без обложения налогом, амнистия за все известные и неизвестные преступления, в которых я соглашусь покаяться, и новые документы.
   — Не пойдет, — терпеливо ответил Навара. — Амнистию мы можем предложить лишь после детального и обстоятельного рассказа о преступлениях. Утаите хоть одну деталь, этот пункт аннулируется, обвинения останутся в силе. Ста тысяч кредиток хватит для начала новой жизни. Большего вы не стоите. За каждую кредитку мы платим жизнями наших людей.
   — А каждая деталь будет значить жизнь для десятка ваших людей, — парировала доктор Гаст. — Пункт об амнистии я принимаю в вашей редакции. Но миллион остается.
   Вдалеке подали голос сирены.
   — Это еще что? — недовольно поморщилась женщина. — Очередные военные игры? Забавно.
   Она зевнула, прикрыв рот ладонью.
   — Занятно, кто погибнет сегодня?
   Навара подумал, что сейчас ударит собеседницу.
   — В отличие от Империи мы не практикуем пытки, — вместо этого сказал тви'лекк. — С другой стороны, мы можем задержать вас по обвинению в некоторых преступлениях, список прилагается. И не станем делать тайны из вашего нового адреса. Как вы думаете, сколько времени потребуется Зсинжу, чтобы отыскать вас?
   Эдда скривила губы.
   — А я в таком случае кое о чем умолчу, и погибнет еще больше ваших людей. Из тех, кого вы так обожаете и цените. Что скажешь на это, экзот? И вообще я отказываюсь говорить с отбросами и хочу, чтобы переговоры вел человек.
   За дверью раздался шум, в природе которого сомневаться не приходилось. Два выстрела, шорох, царапанье, глухие удары тел о палубу.
   Навара встал, взялся за край койки и опрокинул ее, сбросив доктора Гаст на пол. Швырнул перевернутую койку поверх распластавшейся женщины и неуклюже скользнул к двери.
   Эдда Гаст негодующе вскрикнула, стараясь освободиться.
   Дверь открылась. Сначала в проем сунулся бластер, зажатый в крупной человеческой руке. Навара вцепился в поросшее короткими рыжими волосками запястье.
   Противника он увидел лишь мельком: массивный коротышка с огненно-рыжими растрепанными волосами и веснушчатым лицом. Затем в глаза тви'лекку плеснули обжигающей жидкостью. Вскрикнув, Навара инстинктивно отвернулся.
   В челюсть ему врезался увесистый кулак. Вен уселся на пол, тряся головой и вытирая с лица коричневые капли. Судя по запаху, каф сварили недавно.
   Тем временем коротышка четыре раза выстрелил в развороченную кровать, изпод койки раздался женский стон.
   Затем убийца повернулся к Наваре.
   Вен рванулся в сторону, ударился об опрокинутый стул и выкатился в коридор. Разряд оплавил палубу у самых ног.
   Снаружи нашлись два охранника, оба бездыханными кучами лежали на полу. Навара выхватил из руки одного бластер. К двери он повернулся в ту же секунду, когда коротышка прицеливался поточнее…
   Навара не стал целиться. Он выстрелил, услышал характерный звук попадания. Убийца заорал, рухнул на пол, но оружия не выпустил и сознания не потерял.
   Тви'лекк выстрелил еще раз; на этот лазерный луч впился коротышке промеж глаз. В коридоре завоняло палеными волосами, убийца все-таки спустил курок — непроизвольно, а быть может, в агонии, Вен не знал. Пострадала стена.
   Навара с трудом поднялся на ноги.
   Койка больше не ходила ходуном Зная, что, скорее всего, под ней увидит, тви'лекк приподнял четыре раза прожженный матрас.
 
* * *
 
   — Секира-2, — говорила Тирия, — — выключите двигатели, обесточьте орудия и сдавайтесь, или я вас уничтожу.
   Плоскости ее «крестокрыла» разошлись и зафиксировались в боевой позиции.
   «Ашка», набрав скорость, проворно умчалась прятаться за «Мон Ремонду».
 
* * *
 
   Услышав чистый тон сигнала, Тал'дира растянул в улыбке узкие губы. Прицел зафиксирован. Негромкий гудок оборвался на фальшивой ноте, и тви'лекк перестал улыбаться. Тикхо Селчу вклинился между хищником и добычей. Тал'дира взял выше, понадеявшись выстрелить через голову алдераанца. Обмануть капитана не удалось.
   Сейчас Тикхо Селчу был сказочно легкой мишенью. Один выстрел, одна торпеда, и от капитана останутся лишь воспоминания да короткая вспышка света. Тал'дира облизал губы. Селчу — не враг, Селчу — не предатель.
   — Капитан, уйдите с дороги, — взмолился тви'-лекк. — Не мешайте мне выполнить свой долг.
   Он позволил себе отвлечься на приборы. Эскадрилья не вмешивалась, оставалась на прежних местах, кроме Проныры-9. Корран Хорн летел параллельным курсом, но не приближался.
   — Проныра-5, — раздался в эфире безукоризненный и спокойный голос Тикхо Селчу. — Остановитесь, отключите все системы и возвращайтесь на «Мон Ре-монду» или вынудите считать вас противником. В этом случае нам придется вас уничтожить.
   — Я не противник! — в отчаянии выкрикнул Тал'ди-ра, — Это Антиллес, этот одноногий маньяк! Селчу, уйди с линии огня!
   Антиллес пытался завершить маневр на непослушном, рыскающем истребителе, явно намереваясь уйти Тал'дире за спину. Селчу не отставал от кореллианина; мешая преследователю стрелять, он упрямо держался между двумя машинами. Тви'лекк скрипнул зубами, повел «крестокрыл» скольжением в «змейку» — направо, налево, опять направо, — но Селчу был слишком хорошим пилотом. Он по-прежнему перекрывал выстрел.
 
* * *
 
   Хэн заставил себя расстаться с креслом и пополз к двери, цепляясь за решетчатый настил. Капитан Онома двигался туда же, но почему-то не по прямой, а наискосок. Хэн удивился было, но тут каламари крепко ухватил его за рубашку.
   Помогая друг другу, они сделали первый шаг к спасению, затем второй и третий, дальше дело застопорилось. Поток воздуха усилился. Хэн поскользнулся, опустился на колено, чтобы не упасть. УШИ закладывало, в голове грохотало так, словно кореллианин решил вздремнуть, перепутав наковальню с подушкой в разгар рабочего дня.
   Еще шажок и еще один. Уже можно дотянуться до двери кончиками пальцев. Но ревущий ураган тормознул и человека, и мон каламари намертво.
   Намертво…
   Вот это слово Соло никогда не нравилось.
   А затем тусклые аварийные лампы в коридоре заслонила рослая фигура, в проем сунулась покрытая рыжевато-бурой шерстью лапа и зацепила когтями воротник кореллианина. Хэн сгреб Оному в объятия, а в следующее мгновение их одним ловким движением, как рыбин из воды, вдернули в коридор. — Чуй…
   Соло толкнул Оному подальше от двери и схватил вуки за перевязь, помогая удержаться на месте.
   Чубакка рыкнул в знак благодарности и выудил из рубки связиста, кого-то из навигаторов, затем — помощника капитана. И так далее, и так далее. В конце концов внутри что-то рвануло; вуки пошатнулся, шерсть на груди его была испачкана в крови. Чубакка оглушительно взревел.
   — Все вон! — перевел Хэн остальным. — Нет, погодите, одного не хватает.
   Он пересчитал вахту по головам.
   — Голорно, гравиакустик…
   — Голорно погиб, — сказал капитан Онома.
   Как и все свои сородичи, на общегалактическом капитан говорил монотонно и глухо, но Хэн все равно расслышал сожаление и печаль.
   — Его вынесло наружу. Хэн сморщился.
   — Чуй, закрывай дверь!
   Он навалился на металлическую плиту. Чубакка помог, и дверь наглухо закрылась.
 
* * *
 
   Радар и сенсоры бесполезны, вблизи от «Мон Ремонды» они не распознавали крохотную «ашку», Особенно если та прижимается к крейсеру чуть ли не вплотную.
   Может быть, там, где отказывает аппаратура, поможет Великая сила? Тирия попыталась сконцентрироваться…
   Ничего не вышло. Что-то она делает не так. Девушка откинулась на подушку ложемента, расслабилась.
   Закрыла глаза.
   Задание, у него есть задание. Он должен уничтожить капитанский мостик или кого-то, кто там находится.
   Тирия открыла глаза и направила истребитель к вздутию надстройки. Вынырнув из-под «Мон Ремонды», она обнаружила «ашку», та обстреливала мостик.
   — Нет, — отрывисто бросила Тирия.
   Но времени на уговоры, которые безумец все равно не услышит, не было. Еще несколько градусов, вот он, как на ладони, просто-таки идеальная мишень.
   Тирия нажала на гашетку. Протонная торпеда поразила цель и взорвалась раньше, чем девушка осознала, что снаряд вышел из пусковой шахты. Секира-2 превратился в яркую вспышку, облако раскаленного газа и множество мелких обломков. Часть осколков осыпала «Мон Ремонду», часть улетела в пространство.
 
* * *
 
   — Капитан, прошу вас, — говорил Тал'дира. — Не в моем характере умолять. Но молю вас, уйдите с линии огня, прежде чем я вас убью.
   Но ответил ему Корран Хорн, а не Тикхо Селчу. Алдераанец молча закрывал собой командира.
   — Так нечестно, Тал'дира! Ты стреляешь ему в спину!
   Тви'лекк скосил глаза на экран. Антиллес, завершив разворот, летел сейчас практически навстречу Проны-ре-9, через несколько секунд он протаранит Хорна. Тал'дира пожал плечами. Какое ему дело до тех, кто мешает выполнять долг?
   Бесчестие.
   Слово обожгло его. Он уже обесчестил себя — первым выстрелом. Он выстрелил Антиллесу в спину. Как трус Потому что предатель должен умереть!
   Но нельзя переступать через честь, лишь бы уничтожить мерзавца. Так нельзя, так воины не поступают.
   Но он уже поступил именно так. Он выстрелил в спину ни о чем не подозревающему кореллианину, не вызвав на бой, не предупредив. И снова поступит так же, как подсказывала еще функционирующая часть сознания. Убив Антиллеса, он обесчестит себя. И если отпустит своего бывшего командира, тоже себя обесчестит.
   Тал'дира услышал стон, должно быть, свой собственный. Он умрет опозоренным, и пятно ляжет на весь его клан, на родную планету.
   Нет. Тал'дира гордо вздернул голову, выпятил подбородок. Честь превыше всего. Он воин.
   Антиллес и Селчу вышли на лобовой таран машины Коррана Хорна, Тал'дира приблизился к ним вплотную. Еще через пару секунд он окажется в досягаемости пушек.
   Тви'лекк откорректировал дефлекторные щиты и открыл огонь по Тикхо Селчу.
   Проныра-9 выстрелил.
 
* * *
 
   За спиной полыхнуло. Сначала Ведж решил, что взорвался второй двигатель, но проходили секунды, ничего не менялось, он все еще был жив. Кореллианин посмотрел на мигающие от нехватки энергии приборы.
   Проныры-5 больше не существовало.
   При других обстоятельствах пилоты находят слова похвалы за сложный и меткий выстрел, но кого обрадуют поздравления со смертью товарища?
   Ведж чувствовал себя разбитым и больным, а когда сумел заговорить, не удивился, услышав сиплый и сдавленный голос.
   — Корран, ты лететь можешь? Он терпеливо ждал.
   — Так точно, сэр.
   — Тик, прими командование. Я сменю машину и догоню вас.
   — Слушаюсь, сэр, — отозвался Селчу; алдераанец был чересчур бесстрастен, чтобы все поверили в спокойствие Тикхо.
   — Спасибо, Тик.
   — Не за что, босс, Проныры, Новые звезды, следуйте за мной. Нам есть чем заняться, господа.
   Тикхо отвалил в сторону, чтобы занять место во главе строя, Корран Хорн последовал за ним.
 

Глава 8

   Задание, которое началось с беды, ею же и завершилось. Но не для эскадры Соло. «Ашки» обнаружили и уничтожили многочисленные очаги активности Хищников. Десантные лодки, на которых солдаты Зсинжа спустились на планету, были взорваны. Республиканский десант при поддержке даже ополовиненной Призрачной эскадрильи занял временную базу противника вблизи столицы. Проныры и Новые звезды под командованием капитана Селчу, которого вскоре сменил вернувшийся на машине Иансона коммандер Антиллес, прошли через астероиды, словно озлобленные крайтдраконы, сметая все попавшиеся им на пути ДИ-истребители, а заодно и оставшийся без прикрытия одинокий корвет.
   Отследив векторы отступления кораблей, за которыми погнался Разбойный эскадрон, экипаж «Мон Ремонды», собравшись на вспомогательном мостике, высчитал координаты ударной группы. Та, как оказалось, состояла из двух крепких каракк и тяжелого модифицированного корабля-матки и, едва заметив крейсер Мон Каламари, развернулась и дунула в гиперпространство.
   Население Джуссафета не сказало слов благодарности добровольным помощникам. . Впрочем, никто их не ждал. В глазах имперских граждан корабли Альянса выглядели крайне подозрительно. Хотя многие пилоты перехватили в эфире анонимные «спасибо», иногда замаскированные под ругательства.
   Хэн Соло приказал наземным войскам взять как можно больше пленных, забрать транспорты Хищников, а все остальное не трогать.
 
* * *
 
   Когда пришло сообщение, Ведж (измочаленный сверх меры, и вовсе не из-за часов, проведенных в кабине истребителя) выстраивал свой потрепанный выводок для возвращения на летную палубу «Мон Ремонды».
   — Сенсоры показывают, что из гиперпространства выходит имперский «звездный разрушитель». Он находится на границе системы по противоположную от нас сторону относительно солнца, так что в любое время может развернуться и уйти. Медленно движется к нам.
   Антиллес не сумел даже выругаться толком.
   — Спасибо, мостик. Проныры, глянем, что им понадобилось. Только не спешите.
   Никто и не сумел бы, даже если бы захотел. На облет звезды и еще одну драку топлива ни у кого не оставалось, не говоря уже о силах. Разбойный эскадрон еле плелся.
   Через минуту поступил новый приказ.
   — Мордобой отменяется, малой, — на этот раз за комлинк взялся сам генерал Соло. — Возвращайся к мамочке. Импы. вышли на связь. Говорят, что зовутся «Истязатель», и утверждают, будто сгорают от желания, побеседовать с коммандером Антиллесом.
   Ведж сумел удивленно дернуть бровью и изумился своему подвигу.
   — Чьи они? Империи или Зсинжа?
   — Год назад были с Империей, сейчас не признаются.
   — Занятно. Ну ладно… Тогда я, наверное, смотаюсь в гости и выясню, чего ребятам понадобилось.
   — Тебя там не контузило ненароком? Смотается он… до ближайшей расстрельной команды и стенки, — Хэн помолчал; слышно было, как он, отвернувшись от микрофона, переругивается, с Чубаккой. — Мою кандидатуру только что забраковали. Я их спросил, не хотят ли они переговорить с капитаном Ономой. Погоди-ка… нет, не хотят. Им не нравится, что он мон каламари. Но согласны принять у себя любого твоего пилота Кого тебе не жаль?
   Ведж мысленно перебрал имена. Проныр было жаль поголовно всех, даже новичков, да и находились они не в лучшем состоянии духа и тела. Гибель Тал'диры больно ударила по всей эскадрилье.
   — Попроси Мордашку Лорана вызваться добровольцем, — пришел он к решению. — Думаю, уж он-то должен их удовлетворить по всем статьям.
   — Лады. Давай-ка, малой, возвращайся поскорее.
 
* * *
 
   Гарику уже приходилось бывать на борту «звездного разрушителя», но тогда он притворялся союзником тех, кому наносил визит. Сейчас же он явился в качестве представителя воюющей стороны во время короткого перемирия. Неудивительно, что выбрался он на палубу гигантского корабля с сильно бьющимся сердцем. Место для посадки ему выделили между двумя недоукомплектованными ДИ-эскадрильями. Хуже не придумаешь.
   Встретивший его офицер скупо кивнул, не проявив никаких признаков эмоций — ни положительных, ни отрицательных.