Активировала ее и, укрепив полосками клейкой ленты, привинтила панель на место. Один Провод она вывела наружу и через подготовленный заранее тумблер присоединила к ручке управления.
   Оставалось немногое: восстановить питание, понадеявшись, что вмешательство не вызовет обвал систем и что не активирован какой-нибудь датчик, непредусмотренный оригинальной конструкцией ДИ-перехватчика.
   Если все получится, Лара окажется на один шажок ближе к уничтожению «Железного кулака». Если нет… остается молиться, что удача не оставит ее и ее деятельность останется без внимания. Может быть.
   После бешеной десятиминутной активности нужно время, чтобы привести в порядок дыхание, и теперь Лара просто сидела и разглядывала звезды.
   А те вдруг сместились, поплыли, размазались… «Репрессалия» вошла в гиперпространство.
   — Прыжок будет короткий, — услышала Лара голос комэска. — Приготовьтесь к взлету сразу же по прибытию на место.
 
* * *
 
   «Тысячелетняя ложь» болталась на низкой орбите, экипаж бездельничал и любовался зеленым буйным миром, который медленно проворачивался под днищем корабля.
   — Долго что-то, — вздохнул Мин Дойнос. — Нас уже должны были заметить. Нас проверяют.
   — Наверное, — беззаботно откликнулся Ведж, который выглядел так, будто собрался на пикник.
   — Я вижу другие корабли, ожидающие разрешения на посадку, — озабоченно сообщил Пискля.
   — Может, и не проверяют, — сказал Ведж, — и здесь всегда такая волокита. Или проверяют, а очередь собрали для видимости. Чтобы нас не мучили подозрения.
   — О! — воскликнул Пискля. — Но мы же ими все равно мучаемся.
   — У них ничего не вышло, — пояснил Антиллес.
   — А если нас взорвут, это будет иметь какое-либо значение?
   — Ровным счетом никакого.
   На приборной доске чирикнул динамик, Ведж наклонился, чтобы взглянуть на текстовый монитор.
   — А вот и разрешение.
   Чубакка замотал кудлатой башкой, тыча лапой в экран радара.
   А там расцветал мощный сигнал — с востока, на том же эшелоне.
   — Похоже на истребители, — сказал Ведж. — Эскадрилья полной комплектации. По меньшей мере. Лады, пора двигать.
   Он расстегнул ремни безопасности.
   — Дойнос, нижний блистер, я — в верхний. Чубак-ка, принимай управление. Пискля, ты на комлинке. Вызывай немедленно Призраков, затем начинай передачу картинки на «Мон Ремонду». Ну а потом жди сигнала в своем новом статусе.
   — Буду счастлив дебютировать!
   — Только в том случае, если к тебе обратятся.
   — Так точно, сэр.
   Следом за Веджем Мин добрался до лесенки, спустился в нижнюю орудийную башню и, пока командир устраивался в верхней, активировал пушку, проверил подвижность установки, провернув ее вправо-влево. Ощущения подсказали, что фрахтовик, набирая скорость, удаляется от планеты.
   По интеркому голосил Пискля: — Чубакка говорит, что ДИшки будут здесь минуты через две! А из гравитационной тени мы выйдем только через пять минут! По меньшей мере!
   — Значит, у противника есть полторы минуты, чтобы намять нам бока, прежде чем к нам подойдет подкрепление, — философски согласился голос Антилле-са. — Будем сами выкручиваться.
   — Чубакка говорит… мама! Нет-нет-нет!!!
   — В чем дело, Пискля? — полюбопытствовал Ведж.
   — А вы уверены, что хотите знать? Новости плохие!
   — Домой хочешь попасть? — Да!
   — Так докладывай.
   — Чубакка говорит, что из гиперпространства выходит большой корабль… как раз нам навстречу! И он ближе, чем Призраки! Ближе, чем ДИшки! И он выпускает ДИ-истребители! Прошу прошения, ДИ-перехватчики! Две эскадрильи! Идут строем, который называется «зонтиком»!
   — Чем?!!
   — Так Чубакка говорит, а не я, и… ой-ей-ей! Они приближаются!
   — Преследуют нас? — быстро спросил Ведж.
   — Они… ах, кажется, отстают! Да, они уравняли скорости, больше не догоняют.
   — Загонщики, — подытожил Антиллес. — Спасибо, Пискля.
   Последовала затяжная пауза.
   — Чубакка, — опять заговорил Ведж, — держи курс прямо на корабль. Когда окажешься на самой границе действия установок захвата, запускай пакет номер один и отваливай. Пакет номер два — по собственному усмотрению.
   Из интеркома донеслось глухое ворчание.
   — Кажется, вуки не понравилось ваше распоряжение, сэр.
   — А ты передай ему, что приказы начальства не обсуждаются.
   — А он и не спорит, он выполнит приказ, сэр. О! Наконец-то опознали корабль. Тяжелый дредноут с верфей Рендили. О, так это же «Репрессалия»! Как приятно видеть ее на ходу. Знаете, однажды она заходила на Кесселъ…
   — Отставить воспоминания на потом! — оборвал излияния дроида Ведж. — И не забудь про маску.
   — Слушаюсь, сэр, — обреченно сказал Пискля.
 

Глава 13

   Выводя машину на цель, Лара заботилась лишь о скорости. Конечно, оторваться от группы ей не удалось, зато чуть-чуть обогнать своих новых сослуживцев Лара сумела. Рядом держались только трое — ее напарник и два «жмурика» из сто восемьдесят первой.
   И один из этой парочки вышел на связь: — Не терпится пострелять, лейтенант?
   Низкий звучный голос с легким кореллианским акцентом.
   — Не терпится продемонстрировать вам, барон, из какого теста я слеплена, — Да не будет никому позволено утверждать, что я обделен галантностью, — откликнулся Фел. — Первый заход — даме.
   Лара приложила максимальные усилия, чтобы ответ прозвучал возбужденно и радостно: — Благодарю вас, сэр!
   Но на вкус ее слова были как желчь. Лара понимала, что происходит. Тест. Проверка. Чуть-чуть меньше азарта и решительности в погоне за фальшивым «Тысячелетним соколом», и новые хозяева сочтут ее недостойной доверия.
   Что ж, она им покажет! Кому-то придется жарко.
 
* * *
 
   — «Тысячелетний сокол»! — прозвучал женский голос. — Говорит бывший Призрак-2. Готовьтесь к смерти.
   Идущая первой ДИшка открыла стрельбу.
   Спину, плечи, шею свела судорога, Мин одеревенел. Пальцы дрогнули, выверенный прицел уплыл в сторону.
   «Жмурик» продолжал стрелять — единственный из четверки. Первые выстрелы прошли мимо, зато потом дело у Лары пошло на лад. Фрахтовик затрясло.
   Первая двойка перехватчиков проскочила мимо, тут же заложила петлю и вновь встала в очередь. Они тоже хотели сначала почесать языки.
   — Полагаю, что обращаюсь к генералу Соло. Вы сможете спасти жизни вашему экипажу, если немедленно сдадитесь мне.
   Мин слышал этот голос раньше, поэтому оглянулся на комэска. Ходили слухи, что у Антиллеса с бароном Фе-лом то ли личные связи, то ли личные счеты, но никто в точности не знал, в чем дело. Конечно, барон недолгое время служил в Разбойном эскадроне, но это же не повод реагировать на его поведение так, как это сделал командир. Ведж сидел не менее деревянный, чем секунду назад Мин, и точно так же не мог справиться с прицелом.
   Дойнос подавил улыбку. Несмотря на обстоятельства, знание, что вечно собранного, непрогибаемо уверенного в себе коммандера тоже можно застать врасплох, приятно грело.
   Ведж молчал, но барон Фел получил ответ.
   И говорил с ним — Мин не поверил собственным ушам — сам генерал Соло.
   — А, барон! Как там ферма, не разорилась еще? Тут поговаривают, что после Вейдера ты у импов ходишь в первых номерах. Пока ты был у Веджа на побегушках, мне не хотелось тебя обижать, но сейчас я тебе вот что скажу, землячок. Я летал против Вейдера… Так вот, ты недостоин даже шлем ему полировать. Силенок маловато. Не думаю, что в Империи по тебе кто-то рыдает, дезертир несчастный…
   — Этого мы не узнаем, — отрезал барон. — Но мне хватит сил, чтобы закончить ваше существование, генерал.
   Он вместе с ведомым начал атаку, а сзади к фрахто-вику торопились еще двадцать ДИ — перехватчиков.
 
* * *
 
   Только-только Мин наладил отношения с прицелом, как тот сбили вновь, а звездное небо начало вращение по продольной оси. Чубакка явно вознамерился осложнить «жмурикам» задачу.
   Тем не менее и Фел, и его напарники все же ухитрились засадить парочку гостинцев в морду фряхтовика. Мин выстрелил в ответ, промахнулся, зато сумел зацепить ведомого из второй пары. Дойнос разнес ему обе солнечные батареи, и ДИперехватчик куда-то укатился. Его напарник тоже исчез с голографической сенсорной сетки, на его месте осталась лишь россыпь обломков. Антиллес явно не собирался предаваться унынию и печали. Мин тоже повеселел.
   Но «жмуриков» оставалось еще очень и очень много, а дредноут все увеличивался и увеличивался в размерах.
 
* * *
 
   Пискля восхищенно смотрел, как вселенная с безумной скоростью вращается вокруг него. Просто фоторецепторов не отвести. Дроид переключил вокодер на свой собственный голос.
   — Полагаю, будь я живым существом, я бы заблевал тебе всю приборную доску.
   Чубакка нашел время повернуть голову и прорычал громогласную тираду.
   Пискля в изумлении оглянулся. Сквозь прорези абсурдной маски, которая все время норовила сползти набок, разглядеть вуки целиком было совершенно невозможно.
   — Ты никогда не говорил мне ничего приятнее. Что, действительно так похоже на него?
   — Агрх.
   Пискля постарался идентифицировать ощущение. Должно быть, это как раз то, что живые называют удовлетворением. Он столько времени провел с генералом Соло, записывал голос, анализировал фразы, делал грамматический разбор предложений и мимолетных фраз. Кто бы мог подумать, что у генерала столь богатый лексикон! И вот оно, справедливое вознаграждение. Пискля не только одурачил барона Фела, который, между прочим, хорошо знал когда-то генерала, но и заслужил одобрение Чубакки.
   Фрахтовик вновь дернулся, где-то что-то задребезжало, из блистеров донесся удивительно слаженный дуэт (ох уж эти кореллиане с их проклятиями!), запахло горелой изоляцией.
   — А мы не могли бы обойтись без участия вражеских сил?
   Вуки ожег дроида злобным взглядом. — Да что я такого сказал?!
 
* * *
 
   ДИшки сделали заход; отстрелявшиеся и уцелевшие при этом перехватчики собрались за кормой фрахтовика Местная эскадрилья развернулась и ушла к поверхности, явно получив распоряжение не вмешиваться. «Репрессалия» и ее пилоты спешили искупаться в блеске славы без посторонних. Мин Дойнос с тревогой просматривал показания сенсоров. Первую встряску их хлипкий кораблик пережил, но в будущее Мин смотрел без оптимизма, Первой в новую атаку пошла, конечно же, Лара. До оптимальной дистанции для поражения ДИшкам оставалось не больше секунды., — Командир! — крикнул Мин. — Что делать с Ларой?
   — Когда начнем расхождение, — отозвался Ведж, — займись одной из ее плоскостей. Тогда не придется убивать.
   Мин перевел дух.
   — Если мне будет дозволено вмешаться, — влез Пискля, — то я бы посоветовал разрешить офицеру Нотсиль стрелять в нас.
   Перехватчики вновь открыли огонь. Краем глаза Мин заметил, что по проходу на хорошей скорости летит гаечный ключ. Дойнос попытался увернуться, и инструмент врезался ему в грудь, а не в голову. Мин охнул от боли.
   — Ты что? — по интонации командира становилось ясно, какое выражение было написано у него на лице. — Пискля, у тебя что, логические цепи перегорели?
   — Никак нет, сэр. Тут все так запутанно, и очень долго объяснять. Просто доверьтесь мне, — дроид говорил с необычной уверенностью. — Я кое-что знаю об этом. Что? О! Чубакка говорит, что до маневра осталось тридцать секунд.
   Мин развернул орудие. Он никогда в жизни не целился так тщательно. Длинная очередь едва не срезала Ларе плоскость. Со стороны могло показаться, что стрелок промахнулся. Пилот второго «жмурика» решил не рисковать, но получил пробоину и воздержался от продолжения атаки, уйдя в сторону.
   Оттуда полыхнула ослепительная вспышка — Антиллес не промазал.
 
* * *
 
   На мостике «Железного кулака» с интересом наблюдали за развитием событий; передача шла с «Репрессалии». Судя по всему, «Тысячелетний сокол» вознамерился протаранить дредноут. Вокруг роились ДИшки.
   — Ну же! — возбужденно прошептал военачальник Зсинж. — Давай! Вызывай «Мон Ремонду». Ты же сдохнешь, если она не придет!
 
* * *
 
   — Десять секунд до маневра, — бубнил Пискля. — Девять… восемь…
   Громогласно взревел Чубакка.
   — А почему это я должен производить запуск? Понял, — дроид положил металлическую ладонь на рычаг, который установил на пульте сегодня утром. — Четыре-три…
   Чубакка замедлил вращение фрахтовика. «Тысячелетнюю ложь» затрясло, барон Фел обстреливал броню.
   — Один! — Пискля дернул рычаг.
 
* * *
 
   Печати вдоль правого борта сорвало; кусок обшивки отнесло на полметра в сторону, Чубакка круто бросил фрахтовик на левый борт. Завизжали компенсаторы перегрузки, стараясь приспособиться к повороту почти на девяносто градусов. Растерявшиеся «жмурики» не успели отреагировать и пролетели мимо. Обломок брони с ускорением летел к «Репрессалии».
   — Офицер Коннайр, — сказал Пискля, — начинайте, как только будете готовы.
 
* * *
 
   Быстрой петлей Лара и барон Фел вернулись к фрахтовику; оба продолжали вилять из стороны в сторону, мешая противнику целиться.
   Лара услышала, как барон вызывает дредноут: -… к «Соколу» было что-то присоединено… не могу разобрать… ого!
   «Что-то» удалялось от фрахтовика, и его уже можно было распознать. Оно оказалось «ашкой», которая завела двигатели и деловито рванула прочь на скорости, которую могла развить только она.
   — Не отвлекайтесь, Петотель, — сказал барон Фел. — Держитесь изначальной цели.
   — Обо мне не беспокойтесь, — отозвалась девушка и вновь принялась расстреливать поддельный «Сокол».
   Ведомый барона развернулся и отправился в погоню за «ашкой».
 
* * *
 
   На мостике «Репрессалии» капитан и вахтенные офицеры не могли оторвать взглядов от танцующего возле них «Тысячелетнего сокола».
   — Он собирается обойти нас, — предположил офицер, отвечающий за артиллерию. — Вероятно, когда окажется вне досягаемости наших орудий, вернется на прежний курс.
   — Прикажите ДИшкам гнать его в нашу сторону, — распорядился командир дредноута, дородный, тучный человек, который не мог вернуться в свой дом на Корускан-те, пока там хозяйничали мятежники, а Империя пальцем о палец не ударила, чтобы очистить Галактику от Хэна Соло и подобных ему. — Барона мы остановить не сумеем, но, возможно, успеем сделать первый выстрел и украдем у Фела славу. Кто мне скажет, что это за обломки?
   — Летят в нашу сторону, — доложил гравиакус-тик. — Но скорость и масса недостаточны, чтобы причинить нам значительный ушерб. Наши дефлекторы выдержат.
   — Вот и хорошо, — сказал капитан.
 
* * *
 
   На пару с бароном Лара поливала огнем корму фрахтовика. Занятие не из легких, если при этом нужно уворачиваться от ответных выстрелов. Остальные перехватчики отошли, формируя строй позади «Тысячелетней лжи» и диктуя ей условия полета — либо к планете, либо в противоположную сторону, к дредноуту.
   Вот чего они не ждали, так это того, что вдоль их строя пронесется «ашка», пилот которой не снимает пальца с гашетки. Дорсет Коннайр успела взорвать две ДИшки, прежде чем кто-то понял, что вообще происходит. На преследующий ее «жмурик» Дорсет не обращала внимания, хотя тот тоже стрелял не переставая.
   Мин еще пару раз выстрелил в сторону Лары, как только она попадалась ему на глаза, изо всех сил стараясь не зацепить ее. Зато на ее напарнике Дойнос оттягивался в полный рост. Попасть в барона, которого он хотел убить, ему удалось ровно столько же, как в ту, по которой хотел промахнуться. Противники, не осложняя себе жизнь подобными терзаниями, долбили броню фрахтовика. Дефлекторным щитам оставалось жить не дольше секунды.
   Вуки опять развернул их шаткий корабль, но манепр подвел «Ложь» слишком близко к дредноуту. Теперь они летели прямиком под орудия «Репрессалии».
   Мин рукавом стер пот со лба и вновь припал к прицелу, К чему волноваться? Если на «Репрессалии» умеют стрелять, он погибнет раньше, чем успеет почувствовать боль.
 
* * *
 
   Зсинж наблюдал за полетом кореллианина, постукивая кулаком по переборке в надежде подавить нервную дрожь.
   — Где «Мон Ремонда»? Почему она не появляется? — бормотал военачальник. — Петотель говорила, что крейсер обеспечивает «Соколу» прикрытие.
   — Может быть, она ошибалась? — предположил Мелвар. — Или противник сменил тактику.
   — А какой смысл? Нет, Соло не вызывает свой флагман. Почему «Репрессалия» ничего не делает с обломками?
   Мелвар посмотрел на экран, куда выводили данные с дредноута.
   — Он слишком легкий, щиты выдержат.
   Зсинж повернулся от голографической картинки к экрану. Подозрительность военачальника не желала утихомириваться.
   — Свяжитесь с «Репрессалией». Пусть немедленно взрывают обломок! решил он.
 
* * *
 
   Неторопливо кувыркающийся в пространстве безобидный обломок вошел в контакт с носовым дефлек-торным полем дредноута.
   Встроенный датчик изменения гравитации и внезапного столкновения зафиксировал этот факт и подал сигнал на детонатор, подсоединенный к взрывчатке, которой была начинена секция корабельной обшивки.
   Бомба, предназначавшаяся заводу на Комкине V, смела дефлекторные щиты «Репрессалии».
 
* * *
 
   Экипажу фрахтовика казалось, что дредноут принимает душ из ослепительно белого пламени. Мин нехотя оторвал взгляд от перехватчика Лары, чтобы выяснить, что случилось, В головных телефонах сипели помехи. Затем что-то крякнуло.
   — У нас есть для вас хорошие новости, — сообщил Пискля. — Призраки на подходе.
 
* * *
 
   Робот-секретарь отключил интерком и посмотрел на косматого старпома. Он надеялся, что фоторецепторы горят в достаточной мере гневно.
   — Ты не предупредил меня о бомбе! Чубакка презрительно гавкнул.
   — Как раз сейчас самое время о ней поговорить! Ты обманом втянул меня в военные действия! Я нанес вред живым существам! А мне этого не позволяется! Не знаю, как я смогу пережить душевную травму…
 
* * *
 
   Мордашка вел семь «крестокрылов» Призрачной эскадрильи в облет кормы дредноута вдоль правого борта. Их было семеро, потому что место Мина Дойноса в истребителе занял Келл Тайнер. Плоскости машин уже были раскрыты и зафиксированы в боевой позиции.
   — Первый пошел, — скомандовал Гарик.
   Четырнадцать протонных торпед отправились навстречу ДИшкам; на таком расстоянии Призракам даже целиться не пришлось. «Жмурики» шли плотным строем. Те, кто успел заметить опасность, сумели и отвернуть. Прочим повезло значительно меньше. Астро-дроид зафиксировал десять попаданий. Оставшиеся в живых перехватчики брызнули в разные стороны, перегруппировались, разбились на двойки и приготовились дать неравный бой обидчикам.
   — Один прием дважды на публике не срабатывает, — огорченно вздохнул Мордашка. — Второй залп — дредноуту в морду. Пли!
   Еще четырнадцать торпед. Нос «Репрессалии» был объят пламенем, но понять, выдержала броня или нет, сказать пока было трудно.
   — Расходимся и занимаемся делом.
 
* * *
 
   Хэн Соло находился вовсе не там, где хотел быть больше всего на свете. Он сидел в кресле на капитанском мостике «Мон Ремонды» и просматривал передачу с «Тысячелетней лжи». В животе там, где, как; учит анатомия, обязан находиться желудок, оглушался неприятный, завязанный бантиком комок. Набитый иголками. Фрах-товик как раз пытался оторваться от преследователей.
   Почти удалось, только два перехватчика все еше держались сзади как привязанные. Дредноут в веселье не участвовал, ему хватало собственных проблем.
   — Знаешь, военачальник, — пробормотал кореллианин себе под нос, — а ведь они сбегут от тебя. А ты не хочешь их отпускать. Давай, Зсинж, прыгай. Вводи «Железный кулак».
 
* * *
 
   — Командир, — позвал дроид, — сказать Призракам о Ларе?
   Ведж замешкался. Сколько ни шифруй сообщения, все равно когда-нибудь код взломают. И получится, что он сам выложит противнику сведения о потенциальном союзнике в их рядах. Что же делать-то?
   — Отметь ее как нейтральную мишень, больше ничего не говори, — решился Антиллес.
   Да, наверное, так будет лучше всего. Чем короче сообщение, тем его сложнее перехватить. И раскодировать.
   — Слушаюсь, сэр!
 
* * *
 
   — Я — наверху, ты внизу, — предложил Келл Тайнер.
   — Мы твой ведомый, — согласился Кроха.
   Оба истребителя направлялись к лже-«Соколу»; спор шел о том, кто с какой стороны от фрахтовика пролетит, разгоняя «жмуриков».
   Келл взял чуть выше, боясь случайно зацепить расхлябанный грузовик. Его мишень так мотало, что рано или поздно она сама попадет под огонь. Вот сейчас, например…
   И вдруг на сетке прицела мишень сменила цвет. Келл выругался от неожиданности, убрал палец с гашетки. И «Тысячелетняя ложь», и его преследователи стремительно промелькнули под брюхом «крестокры-ла». Тайнер начал разворот, ведомый повторил его действия.
 
* * *
 
   Поддельный «Сокол» трясло как в лихорадке. Ведж поморщился от резкой боли в углах: упало давление. В подтверждение догадки завыл уходящий в пробоину воздух и заверещал перепуганный дроид.
   — У нас утечка! Нас подбили! Не выдержали килевые шиты!
   — Чуй, переверни эту посудину! — заорал в ответ Антиллес, стараясь перекричать Писклю.
   Надежды оправдались: звездное небо перевернулось на сто восемьдесят градусов и вместо Лары в прицеле оказался барон Фел. Тоже не сахар, но все-таки легче, Ведж даже не раздумывал, просто открыл по барону огонь, и все.
   — Мин! — позвал он. — Латай броню! Чуй, держи между нами и фелом здоровый дефлектор. Может, Лара не станет взрывать нас…
   Мать Безумия, на что он собрался рассчитывать? На заверения роботасекретаря, что не нужно стрелять в агента Империи и предателя? И это когда их незащищенный дефлектором киль открыт ее пушкам, и прекратить их существование Лара может одним-единственным выстрелом!
 
* * *
 
   Лара отметила вращение фрахтовика. Хмурилась она недолго, до тех пор, как сенсоры показали отсутствие дефлекторного поля.
   Нужно стрелять — иначе Зсинж поймет, что она предатель.
   Лара судорожно дернула штурвал (слишком резко!), машина прыгнула вперед, стремительно надвинулось белесое, в пятнах ржавчины и подпалинах брюхо фрахтовика. Дальнейшие события от девушки уже не зависели. Хруст сминаемых шпангоутов показался ей оглушительным. По закаленному транспаристилу иллюминатора побежали зигзаги трещин.
   — Петотель! — раздался голос барон. — Петотель, вы ранены?
   Лара не отвечала.
 
* * *
 
   Зсинж еле сдерживался. Хотелось приоткрыть от изумления рот, но тогда он будет глупо выглядеть. А военачальник не любил выглядеть глупо.
   Передача с мостика «Репрессалии» прервалась, потому что не существовало и самого мостика. Но данные продолжали поступать.
   «Репрессалия» теряла воздух. Взрыв бомбы пробил обшивку дредноута, обрушив носовые щиты и выведя корабль из строя. Протонные торпеды завершили дело. Старый дредноут разваливался на части.
   Из всех шелей и трещин гейзерами били струи воздуха, перекосившиеся и согнутые переборки мешали перекрыть разгерметизированные отсеки. Перед взрывом капитан скомандовал разворот, несомненно, не хотел выпускать «Тысячелетний сокол» из зоны досягаемости пушек. Дряхлый корабль раскололся, как гнилой орех, не выдержав маневра.
   Зсинж тяжело навалился на переборку, ему надо было на что-то опереться.
   — Никак не получается его убить, — отчаянно простонал военачальник. — Никак не получается избавиться от этого контрабандиста! Я не знаю… я ничего не могу придумать…
   — Сто восемьдесят первую разбили, — прошептал над ухом Зсинжа бесплотный голос. — Я приказал уцелевшим выйти из боя. Но можно послать еще один корабль, чтобы вновь координировать их действия.
   — Нет. К чему швыряться деньгами после проигрыша? Кроме того, Соло окажется в гиперпространстве раньше, чем наш корабль прибудет на позицию. Сворачивайте операцию.
   Мелвар не стал тратить время на споры или удивление; генерал откозырял и отошел переговорить с координатором.
   — Уводите пилотов на наземную базу, — с легким сожалением распорядился он.
   Зсинж чувствовал схожее разочарование. А еще военачальник ощущал ярость. Все валилось из рук… Все просто валилось из рук!
 
* * *
 
   ДИшки роились по-прежнему, но теперь поредевший рой летел к границе атмосферы.
   Как только «жмурики» перестали мельтешить перед лобовым иллюминатором, Пискля снял маску. Все равно она требовалась лишь для того, чтобы скрыть золотистый цвет его металлического лица, и действовала в том случае, когда наблюдатель проносился мимо на скорости приблизительно сто НГСС. По указанию Веджа дроид переключился на свой «второй» голос и активизировал связь.
   — «Тысячелетний сокол» — Призракам, следуйте за мной и приготовьтесь к прыжку. Секира-7, не пора ли к папочке в трюм?
   — Уже иду, генерал.
   Ведж постучал дроида по плечу.
   — Добавь: «Хорошо ты там развлеклась, детка».
   — Что это значит?
   — Что она хорошо стреляла.
   — А разве она сама этого не знает?
   Затянувшаяся пауза удивила Писклю, и дроид оглянулся. Коммандер Антиллес был взмылен, растрепан и уже придумал, что делать с гаечным ключом, который ему услужливо протягивал вуки.
   — Здорово ты там развлеклась, Коннайр.
   — Спасибо, генерал.