Народ в столице встречал его с радостью и ликованием, ведь помимо молодости он имел привлекательную наружность. Взор у него был ласковым и огненным, волосы от природы белокурыми и вьющимися, так что, когда он шел, освещенный солнцем, то многим казался почти что божеством.
   В течение некоторого времени Коммод оказывал всяческий почет отцовским друзьям и во всех делах пользовался их советами. Но потом он поставил во главе преторианцев Перенниса, родом италийца, который, злоупотребляя возрастом юноши, совершенно развратил его и отвадил от подобающих государю забот (Геродиан: 1; 7-8). Охотно поддавшись его влиянию, Коммод стал безумствовать во дворце на пирах и в банях вместе с тремястами наложниц, которых он набрал из матрон и блудниц по признаку красоты, а также с тремястами взрослых развратников, которых он собрал из простого народа и из знати, насильно и за деньги, причем дело также решала красота. Он сражался на арене среди своих спальников как гладиатор, пользуясь тупыми рапирами, а иногда и отточенными мечами. Иногда он приказывал осквернять у себя на глазах даже своих наложниц. Он дошел до такого позора, что сам отдавался молодым людям, и все без исключения части тела, даже уста, были осквернены сношениями с людьми обоего пола. У него были любимцы, именами которых служили названия срамных частей мужского и женского тела; им он особенно охотно раздавал свои поцелуи. Он держал также у себя одного человека, у которого был необыкновенных размеров мужской орган; этого человека он называл своим ослом и очень дорожил им. Коммод сделал его богатым и поставил во главе жрецов сельского Геркулеса. В бане он мылся по семи и восьми раз в день и в бане же принимал пишу. Даже шутки его были под стать необузданному характеру. Часто в дорогие кушанья он подмешивал человеческий кал и таким образом смеялся над гостями. Префекту претории Юлиану он приказал плясать голым с измазанным лицом перед своими наложницами и бить в кимвалы (Лампридий: "Коммод Антонин"; 5, 10, 11). Между тем, позволив Коммоду заниматься удовольствиями и попойками, Перен-нис постепенно приобрел такую силу, что все управление государством оказалось у него в руках. Влияние свое он всецело использовал в корыстных целях и первом делом начал клеветать на самых достойных из друзей и сподвижников Марка Аврелия. Успеху его козней много способствовал и заговор против императора, раскрытый как раз в это время (Геродиан: 1; 8). Во главе заговорщиков стояла сестра прин-цепса Луцилла, а убить Коммода должен был близкий к нему человек, Клавдий Помпеян. Но войдя к Коммоду с обнаженным мечом и имея возможность действовать, он выкрикнул: "Этот кинжал посылает тебе сенат". Этим он только выдал существование замысла, но не выполнил дела, так как был в ту же минуту обезоружен (Лампридий: "Коммод Антонин"; 4). Это покушение стало первой и главной причиной ненависти юноши к сенату; сказанное ранило его душу, и он стал считать всех сенаторов врагами, постоянно помня о речи напавшего на него. Коммод беспощадно казнил всех, кто состоял в заговоре, а также и многих попавших под подозрение (Геродиан: 1; 8).
   Луциллу он сначала отправил на Капри, а потом велел умертвить. Впрочем, Переннис ненадолго пережил своих врагов. Вскоре он был обвинен в подготовке покушения на жизнь императора и казнен вместе со своим сыном. С кончиной обоих вскрылись многочисленные злоупотребления, творимые ими якобы волей императора. Коммод отменил многие распоряжения своего прежнего фаворита и даже объявил о своем намерении лично заняться государственными делами. Но в таком настроении он пробыл не более месяца, а потом все пошло по-старому. Место Пе-ренниса занял вольноотпущенник Клеандр (Лампридий: "Коммод Антонин"; 4, 6). Он достиг такой чести и могущества, что ему были доверены личная охрана, заведование опочивальней государя и командование войсками (Геродиан: I; 12). Произволу этого временщика не было никаких границ. По его усмотрению даже вольноотпущенников выбирали в сенат и причисляли к патрициям. Тогда впервые в один год было двадцать пять консулов, и все провинции были проданы. Клеандр продавал за деньги все: возвращенных из изгнания удостаивал почетных должностей, отменял решение суда. Все, кто пытался раскрыть Коммоду глаза на злоупотребления Клеандра, немедленно подвергались опале. Коммод велел казнить даже мужа своей сестры Бирра, причем вместе с ним было умерщвлено много других лиц, защищавших его. Среди жертв оказался также префект претория Эбуниан. Вместо него Клеандр сам стал префектом (Лампридий: "Коммод Антонин"; 6). Но и этого само-властца в конце концов постигла расплата. В 189 г. Клеандр скупил в огромном количестве хлеб и держал его под замком, чем вызвал голод в столице. Коммод тем временем настолько отошел от дел государства, что ничего об этом не знал. Когда же толпа народа двинулась к его дворцу, чтобы принести жалобу на Клеандра, на нее были пушены войска. В результате на улицах города разыгралось настоящее сражение между разъяренной чернью и всадниками. Только тогда Коммоду осмелились донести о происходящем, и он распорядился немедленно казнить Клеандра. Когда голову ненавистного вольноотпущенника показали римлянам, волнения улеглись сами собой (Геродиан: 1; 12-13). Тогда же были убиты и другие придворные вольноотпущенники, ставленники Клеандра. Между прочим выяснилось и то, что Клеандр вступал в связь с наложницами Коммода и имел от них детей, которые после его гибели были убиты вместе со своими матерями (Лампридий: "Коммод Антонин"; 7). Испытав столь великие опасности, Коммод стал относиться с недоверием ко всем, беспощадно убивая и легко веря всем наветам. В поведении своем он вскоре откинул всякий стыд и раскрыл перед римлянами всю безмерную пропасть своей разнузданности. Прежде всего, он велел именовать себя не Коммодом, но Геркулесом, сняв римское и императорское одеяние, натягивал на себя львиную шкуру и носил в руках дубину. Этой дубиной он убил несколько человек, одних в припадке гнева, других - просто в шутку (Лампридий: "Коммод Антонин"; 9). Иногда он надевал пурпурную златотканую одежду, так что стал смешным, подражая одновременно своим внешним видом и расточительству женщин, и силе героев. Изменил он и названия месяцев года, отменив древние и назвав все месяцы своими собственными названиями (Геродиан: 1; 13- 14). Август стал именоваться коммодом, сентябрь геркулесом, октябрь - непобедимым, ноябрь - преодолевающим, декабрь амазонским. Амазонским он был назван в честь любимой наложницы императора Марции, портретом которой в виде амазонки он любовался (Лампридий: "Коммод Антонин"; 11). Он поставил и свои статуи по всему городу и даже против здания сената статую с натянутым луком - он хотел, чтобы и его изображение грозило ужасом. Эту статую сенат после его смерти убрал и воздвиг изображение свободы. Не сдерживая себя, он опустился наконец до того, что стал обнаженным участвовать в публичных зрелищах, как простой гладиатор. Он даже пожелал переселиться из дворца в казарму гладиаторов и себя именовал уже не Геркулесом, но именем одного знаменитого, незадолго до этого скончавшегося гладиатора. Он велел отрубить голову величайшей статуи, почитаемой римлянами как изображение солнца, и поместил на ее место свою голову, подписав на основании вместо обычных императорских прозваний "победивший тысячу гладиаторов" (Геродиан: 1; 15). В самом деле, он Победил или убил столько ретиа-риев, что количество гладиаторских пальмовых ветвей доходило у него до тысячи (Лампридий: "Коммод Антонин"; 12). Впрочем, это было и не удивительно, так как все поддавались ему, думая о нем как о государе, а не как о гладиаторе (Геродиан: 1; 15). Часто он убивал своих противников под видом оборонительной битвы, в то время как у него самого было оружие, снабженное свинцовым острием. После того как он уже многих заколол таким образом, некий гладиатор по имени Сцева, полагаясь на свою смелость, физическую силу и выучку, отпугнул его от таких упражнений: он отбросил меч, признав его бесполезным и сказав, что достаточно для двоих того оружия, которым был вооружен сам Ком-мод. А тот испугался, как бы он не выхватил у него в бою кинжал - что бывает, - и отпустил Сцеву. С тех пор он стал опасаться и других борцов и обратил свою ярость против диких зверей (Виктор: "О Цезарях"; 18). Он устраивал грандиозные зрелища, дав обещание собственной рукой убить всех зверей. Молва об этом распространилась, и со всей Италии и из соседних провинций съезжались люди, чтобы посмотреть на то, чего они раньше не видали и о чем не слыхали. Толковали о меткости его руки и о том, что он бросал копье и пускал стрелу, не зная промахов. При нем были обучавшие его чрезвычайно опытные в стрельбе из лука парфяне и лучшие метатели копья мавританцы - их всех он превосходил ловкостью. Когда же наступили дни зрелищ, амфитеатр наполнился; для Коммода была устроена ограда в виде кольца, чтобы он не подвергался опасности, сражаясь со зверями лицом к лицу; бросая копье сверху, из безопасного места, он выказывал больше меткости, нежели мужества. Он поражал оленей и газелей и других рогатых животных, какие еще есть, кроме быков, бегая вместе с ними и преследуя их, опережая их бег и убивая их ловкими ударами; львов же и леопардов и других благородных зверей он, обегая вокруг, убивал копьем сверху. И никто не увидел ни второго дротика, ни другой раны, кроме смертоносной; как только животное выскакивало, он наносил удар в лоб или в сердце и ни разу его дротик не попадал в другую часть тела. Отовсюду для него привозили животных, и, убивая, он показал римлянам всех животных, дотоле неизвестных, из Индии и Эфиопии, из южных и северных земель. Все поражались меткости его руки. Как-то, взяв стрелы, наконечники которых имели вид полумесяца, он стал выпускать их в мавританских страусов, мчавшихся благодаря быстроте ног и изгибу крыльев с необыкновенной скоростью. Он обезглавливал их, перерезая верхнюю часть шеи; даже лишенные голов из-за стремительности стрел, они продолжали бежать вокруг, будто с ними ничего не случилось. Когда однажды леопард в своем чрезвычайно быстром беге настиг выпустившего его человека и готовился укусить его, Коммод, опередив его своим дротиком, зверя убил, а человека спас. В другой раз из подземелий была одновременно выпущена сотня львов, и он убил их всех таким же количеством дротиков - трупы их лежали долго, так что все спокойно пересчитали их и не увидели ни одного лишнего дротика (Геродиан: 1; 15). При избиении зверей он проявлял необыкновенную силу, пронзая пикой насквозь слона, прокалывая рогатиной рог дикой нумидийской козы и убивая с первого удара много тысяч громадных зверей.
   Но если во всем этом он был достаточно силен, то в остальном оказывался слаб и немощен. У него была большая опухоль в паху, и римский народ замечал этот его недостаток сквозь шелковые одежды. Лень и небрежность его доходили до того, что на многих прошениях он писал одно и то же, а почти все его письма ограничивались единственной фразой: "Будь здоров". Все же остальные государственные дела делались другими с великими злоупотреблениями (Лампридий: "Коммод Антонин"; 13).
   Погиб Коммод в 192 г. в результате заговора, который составили против него ближайшие к нему люди. Говорят, что поссорившись со своей любовницей МарциеЙ, он составил список тех, кого хотел казнить той же ночью. Кроме Мар-ции и еще нескольких известных людей, в него внесены были Лет, префект претория, и Эклект, императорский спальник. Но случилось так, что Филокоммод, маленький мальчик, с которым император любил возиться и спать, играя, выташил этот список из кабинета Коммода. Таким образом, он попал в руки Марции, а она показала его Лету и Эклекту. Хотя эта история и кажется не очень правдоподобной, она вполне вероятна; во всяком случае несомненно, что именно эти трое задумали умертвить принцепса и осуществили свой замысел. Когда Коммод после бани пришел к Марции, она напоила его отравленным вином. Сначала яд подействовал усыпляюще, но потом у Коммода началась сильная рвота (Геродиан: 1; 17). Заговорщики испугались, что после этого сила яда окажется недостаточной и император догадается о покушении. Тогда они подослали к нему вольноотпущенника Нарцисса, мастера натираний. Как бы занимаясь своим искусством, тот надавил Коммоду локтем на горло и таким образом задушил его (Виктор: 40 Цезарях"; 17). И сенат, и народ восприняли весть о смерти Коммода с величайшим ликованием. Было даже принято постановление бросить его труп в Тибр. Но новый императора Пертинакс не разрешил такого кощунства, и тело Коммода погребли в усыпальнице Адриана (Лампридий: "Коммод Антонин"; 17).
   КОМНИНЫ
   Византийская императорская династия, правившая в 1057-1059 и 1081 1185 гг.
   КОНСТАНТ I, Флавий Юлий
   Римский император в 337-350 гг. Сын Константина I. Род. в 320 г. Умер 350 г.
   В 333 г. Констант был провозглашен Цезарем, а после смерти отца в 337 г. стал Августом и получил в управление Иллирик, Италию, Африку, Далмацию, Фракию, Македонию и Ахайю (Виктор: "О жизни и нравах римских императоров"; 41). В 340 г., после победы над братом Константином II, Констант присоединил к своим владениям также Галлию, Британию и Испанию. По характеру он был очень необуздан и неосторожен, поддавался дурному влиянию своих слуг, был крайне жаден и пренебрегал воинами. За деньги он брал себе в заложники красивых мальчиков и ухаживал за ними, так как установлено, что он был предан пороку такого рода (Виктор: "О Цезарях"; 41). У него были слабые руки и больные суставы. В войске и среди провинциалов Констант не имел никакой популярности. И вот, когда он по своей страсти к охоте блуждал по лесам и ущельям, некоторые его военачальники, по замыслу Хрес-тия, Марцеллина, а также Магне-ция, сговорились убить его. Когда они назначили день для свершения задуманного, Марцеллин созвал много гостей на пир будто бы в день рождения сына. Дождавшись поздней ночи, Магнеций вышел как бы по естественной нужде, но при этом надел на себя императорское одеяние. Заметив это, Констант пытался бежать, но около ближайшего к Пиринеям городка, называвшегося Еленой, был убит Гаизоном, посланным за ним в погоню с отборными солдатами (Виктор: "О жизни и нравах римских императоров"; 41).
   КОНСТАНТ II
   Византийский император Ираклейской династии, правивший в 641-668 гг. Сын Константина III. Род. 8 ноября 631 г. Умер 15 июля (или сентября) 668 г.
   Констант (до восшествия на престол его звали Ираклием), был провозглашен императором дядей Ираклием П. Этому предшествовали бурные события: волнения в столице и мятеж в армии, поднятый Валентином Аршакуни. Вскоре после этого Ираклий II был низложен, и Констант, которому едва исполнилось десять лет, сделался единовластным императором (Феофан: 633). Первое время Валентин имел большое влияние на дела правления. Мечтая об императорской власти, он задумал обмануть синклит - потребовал звания венценосца и позволения занимать должность полководца с венцом на голове. На жителей столицы он наложил тяжелые повинности - велел содержать сначала 3000 своих воинов, а потом прибавил к ним многих других. Недовольные византийцы сошлись однажды в Софии и жаловались на Валентина патриарху Антонию. Валентин послал воинов разогнать собравшихся. Солдаты ворвались в храм, стали избивать народ, нанесли побои самому патриарху. Едва весть об этом бесчинстве облетела столицу, горожане восстали, ворвались в дом Валентина и отрубили ему голову. Только после этого Констант вполне утвердился на царстве (Себеос: 42). В годы его правления было много войн с арабами. Хотя наступление мусульман замедлилось, они продолжали наносить империи чувствительные удары. В 642 г. пала Александрия, захватчики окончательно овладели Египтом и Киренаикой. В 649 г. арабский флот напал на Кипр и опустошил многие острова. В 652 г. патриций Пасагнатес передал арабам Армению, а в 654 г. арабы захватили Родос. В следующем году арабский флот выступил против Константинополя. Констант со своими кораблями встретил его у берегов Финикии, но в сражении римляне были побеждены. Констант едва избежал гибели и спасся бегством, переодевшись в простое платье. Впрочем, из-за возникшей в халифате междоусобицы поход на Константинополь так и не состоялся, и в 659 г. император заключил с халифом Моавией мир. Успешнее Констант вел войны со славянами, завоевавшими в предшествующую эпоху большую часть Балканского полуострова. В 658 г. он вторгся в Македонию, а затем подчинил своей власти славянские племена, расселившиеся в Греции в районе Коринфа.
   Отношения с собственными подданными у Константа портились год от года. Византийцы не прощали ему необузданности и жестокости (Феофан: 633, 640, 643, 646, 649). Правление Константа было отмечено столь многочисленными казнями знатных людей, что, по словам Себеоса, в государстве не осталось ни одного мужа совета (Себеос: 45). Всеобщую ненависть Констант навлек на себя защитой монофелитства и гонениями на православное духовенство: в 652 г. Констант велел захватить и после многих издевательств сослать в Херсонес папу римского Мартина, а Максиму Исповеднику, глубокому старику, велел отрезать язык и правую руку. Многих православных он казнил мучениями, изгнаниями и лишением имений. В 663 г. император распорядился убить собственного брата Феодосия (перед этим он велел посвятить его в диаконы). Наконец, не в силах сносить сильную неприязнь, которой награждали его византийцы, Констант весной 663 г. навсегда покинул Константинополь и переселился в Сиракузы. В последующем он хотел перенести столицу в Рим и часто покушался увезти туда императрицу и трех сыновей, но Андрей, спальничий, и Федор, начальник колоний, воспрепятствовали его намерению. Констант провел в Сиракузах шесть лет и был убит в 668 г. в бане. По словам Феофана, некто Андрей, прислуживавший ему во время мытья, ударил императора шайкой по голове в ту минуту, когда тот намылил голову. Оглушенный Констант упал в воду и захлебнулся (Феофан: 651, 653, 660).
   КОНСТАНТИН I ВЕЛИКИЙ, Гай Флавий Валерий
   Римский император в 307-337 г. Сын Констанция I Хлора. Род. 27 февр. 272 г.Умер 22 мая 337 г.
   Точное место рождения Константина неизвестно. Вероятно, он происходил из города Нэсса в Дакии. Матерью его была простая женщина по имени Елена, как гласит предание, - дочь содержателя гостиницы. Ему было около двадцати лет, когда его отец был возведен в звание Цезаря императором Диоклетианом, но при этом принужден был развестись с его матерью и жениться на Феодоре, падчерице второго Августа - Макси-миана Геркулия. Вместо того чтобы последовать за отцом на запад, Константин остался на службе у Диоклетиана (Гиббон: 14). По свидетельству Феофана, он с юности выказывал необыкновенный разум, телесные силы и большие способности к наукам. Во всех африканских войнах Диоклетиана и персидских Галерия он отличался своим мужеством (Феофан: 288, 293). Мало-помалу его возвысили до почетного звания трибуна первого разряда.
   После отречения Диоклетиана в 305 г. Константин оказался в Нико-медии на положении почетного пленника (Гиббон: 14). Галерий боялся отпускать его от себя, так как знал что в случае смерти Констанция, Константин легко сможет склонить на свою сторону галльские и британские легионы. Часто он строил козни против молодого человека, но не решался предпринять чего-нибудь явно, дабы не навлечь на себя гнев граждан и ненависть воинов. Однажды император как бы в шутку и для испытания силы и ловкости Константина втолкнул его в клетку со львом. Но Константин одолел хищника. Между тем в 306 г. тяжело больной Констанций отправил письмо Галерию и просил прислать к нему сына, которого он хотел видеть перед кончиной. Так как Галерий не имел больше приличного предлога препятствовать отъезду Константина, он с большой неохотой дал на это согласие. Впрочем, он намеревался задержать его по дороге и поэтому повелел, чтобы он отправился в путь утром. Однако Константин в тот же вечер умчался из Никомедии, искалечив по пути всех государственных лошадей на многочисленных дорожных постах. Когда Галерий узнал об этом, он пришел в ярость, но уже не мог ничего поделать. С невероятной быстротой Константин добрался до Британии и застал отца при смерти. Тот успел только представить его воинам и передать власть из рук в руки (Лактанций: 24).
   Галерий вынужден был признать свершившееся и даровал Константину титул Цезаря. В завязавшейся затем междоусобной войне Константин поначалу не участвовал, но явно был на стороне врагов Галерия. В 307 г. он женился на дочери Максимиана Фаусте и принял из рук тестя звание Августа, которое Галерий после своего поражения вынужден был за ним признать. Константин взялся за оружие только в 312г., когда ему объявил войну правивший в Италии Максенций. Но коль скоро война началась, он действовал стремительно и решительно. Пока Максенций собирал силы, армия Константина уже перевалила через Альпы и вторглась в Италию. Под Турином Константин нанес своему врагу первое поражение, после чего вся Северная Италия признала его власть. Под Вероной была разбита вторая армия. Решительное сражение произошло у Красных Скал в девяти милях от столицы. После упорного боя воины Максенция обратились в бегство, а сам он при переправе через Тибр упал в воду и утонул. Вступив в Рим, Константин велел казнить двух сыновей свергнутого императора и позаботился о совершенном истреблении его рода. Но когда некоторые римляне потребовали казни всех приверженцев Максенция, Константин решительно воспротивился такой жестокости и объявил всеобщую амнистию (Гиббон: 14). Справедливость была одним из главных достоинств Константина. По свидетельству Аврелия Виктора, он всем врагам своим оставил почет и имущество и принял их в число друзей. Легионы преторианцев и их вспомогательные отряды, более пригодные для смут, чем для защиты города, он совершенно распустил и вместе с тем отменил их особое вооружение и военную одежду (Виктор: "О Цезарях"; 40, 41).
   Пробыв недолгое время в Риме, Константин отправился в Медио-лан и здесь выдал за Лициния свою сестру Констанцию. Кроме того, оба императора издали эдикт окончательно положивший конец гонениям на христиан. В нем, в частности, говорилось: "Руководствуясь здравым и правым смыслом, мы объявляем следующее наше решение: никому не запрещается свободно избирать и соблюдать христианскую веру и каждому даруется свобода обратить свою мысль к той вере, которая, по его мнению, ему подходит... Отныне всякий, свободно и просто выбравший христианскую веру, может соблюдать ее без каких бы то ни было помех..." (Ев-севий: "Церковная история"; 10; 5). Даровав свободу вероисповедания своим поданным, сам Константин еще несколько лет жил в двоеверии. Он все более деятельно поддерживал христиан и продолжал приносить жертвы старым богам; давал большие деньги на восстановление христианских церквей и не менее щедро поддерживал языческие храмы; превозносил Христа и благоволил к Аполлону. Но в последующие годы почитатели старины и древнего римского духа с болью и гневом убедились, что император постепенно склоняется к новой религии. Он отказался участвовать в публичном молебство-вании в честь Юпитера Капитолийского (Гиббон: 20) и запретил ставить свои изображения в храмах, а потом и вовсе перестал посещать их. Епископы и проповедники нового учения приглашались к императорскому столу и назначались воспитателями его детей. В чертогах дворца Константин устроил род церкви, где молился вместе со всем своим двором. Евсевий пишет, что император проводил целые ночи без сна за изучением Священного писания и сочинением проповедей. Затем, собрав слушателей, он вставал с поникшим лицом и тихим голосом, весьма благоговейно, толковал им божественное учение. Если потом слушатели оглашали его одобрительными криками, то он давал им знак возводить очи к небу и своим удивлением, своими благоговейными похвалами чествовать одного Бога. Разделяя речи на части, он то обличал заблуждения многобожия, то говорил о единовластвующем Божестве и вслед за тем рассуждал о всеобщем и частном промысле. Даже на золотых монетах он повелел изображать себя со взорами, обращенными вверх, в виде молящегося (Евсевий: "Жизнь Константина"; 4; 15-17, 29). В походах Константин возил за собой сделанную наподобие церкви палатку. Позже каждый легион стал иметь такую походную церковь и получил священников и диаконов (Созомен: 1; 8).
   Между тем прошло совсем не много времени и прежнему единодушию императоров пришел конец. После смерти всех остальных Августов римский мир оказался поделен между Константином и Ли-цинием, и соперничество между ними было неминуемо. Начало вражде, как можно предположить, положил Лициний. Вскоре после победы Константин возвел в Цезари своего полководца Бассиана и выдал за него замуж свою сестру Анастасию. Но короткое время спустя оказалось, что Бассиан замешан в заговоре против Константина. Следствие показало, что нити заговора тянулись на восток к Ли-цинию. Рассерженный Константин в 314 г. начал против него войну. Первое сражение произошло в Паннонии у города Цибалиса. Упорный бой продолжался с утра до позднего вечера. Наконец Константину удалось на правом фланге потеснить легионы Лициния. Тот отступил в свой лагерь, а ночью поспешно бежал на другой берег Сабы и разрушил за собой мосты. Вторая битва развернулась во Фракии и была еще более упорной, чем первая. Лициний опять отступил - на этот раз в Македонию. Потери его были столь велики, что он вынужден был просить мира. Константин согласился на прекращение войны, однако отобрал у своего соперника Паннонию, Далмацию, Дакию, Македонию и Грецию. Некоторое время спустя оба Августа договорились о провозглашении трех новых Цезарей. Ими стали сыновья Константина - Крисп и Константин II, а также Лициний II, сын Лициния.