Общение между головастиками и фарфоровыми куколками было затруднено. Они воспринимали на слух только ограниченное количество слов, настолько разнились их речевой и слуховой аппараты. Вести беседу напрямую они были неспособны. При проведении Совета Хранителей в полном составе (с участием в нем элиты куколок) был найден простой выход – представители Гнезда, обычно до пяти особей, постоянно входили в краткосрочный симбиоз и выходили из него, передавая информацию то одной, то другой стороне. Для этой цели использовались обитатели Домов последнего приюта. В этом и заключался их последний Долг.
   Все приглашенные на Совет были в сборе. Астралин и Мимозантек, наряду с тремя другими, сидели в центре зала, связанные по рукам и ногам. Они почувствовали резкий, отвратительный запах и увидели головастиков, которые устремились к ним, вползли по ногам и далее по телу и рукам, в сторону головы. Астралин и Мимозантек сидели, оцепенев от ужаса, а головастики уже достигли своей цели. Их тела неожиданно резко вытянулись, сузились и начали проникать в ушные отверстия. Еще двадцать минут, и Астралин с темными, ничего не выражающими глазами, начала излагать позицию Центрального Гнезда.
 
   Переговоры между Хранителями и элитой куколок продвигались успешно. Все стремились к компромиссу и спорные вопросы обходили стороной. Решение поддержать вступление Союза не-гуманоидов в войну приняли единогласно. Обсуждение подготовки к боевым действиям заняло еще около часа, после чего, довольные собой, стали расходиться. Давно Совет не проходил так гладко, давно не было такого единодушия между головастиками и куколками. Все искусно сыграли свои роли и были уверены, что смогли обмануть другую сторону.
   Мимозантек в очередной раз очнулся. За этот вечер он уже четвертый раз выходил из симбиоза, и его нервная система была на пределе. Астралин не выдержала столь жестокого испытания и после третьего превращения скончалась. Никто не позаботился убрать ее труп. Столь короткое пребывание в состоянии симбиоза сохраняло память гуманоидов, и теперь Мимозантек знал причину тех странных перерывов в своей жизни. В те моменты, когда он не находился в одном из Домов, эти проклятые твари владели его телом, его знаниями. Это они украли его жизнь, жизнь Астралин и всех остальных. Ненависть вспыхнула в нем, но он был связан по рукам и ногам, был бессилен и к тому же понимал, что жить ему осталось недолго. Полученные им знания слишком опасны для головастиков, чтобы они оставили его в живых.
   В этом Мимозантек оказался прав. Фарфоровые куколки знали опасность короткого симбиоза. Обитатели Домов последнего приюта были для них просто расходным материалом. По окончании Совета Мимозантека и всех остальных хладнокровно и цинично убили. Этим руководил лично сам З" ек, представитель Службы охраны симбиоза. Хранители вернулись в. Гнездо, элита фарфоровых куколок разъехалась по своим комфортабельным домам, а 3"ек, тайный агент Стратега, поспешил отправить ему сообщение.
 
   Пионтек и Розалин стали единственными из необращенных, кто знал тайну порабощения их расы. На хрупкие плечи влюбленных лег груз ответственности за дальнейшую судьбу их народа, и они бесстрашно вступили на этот путь. На путь борьбы. Они перешли Рубикон. Они сделали свой выбор.
 
   Хранители от имени всех головастиков и элита от имени фарфоровых куколок подтвердили свое стремление вступить на тропу войны. Они были уверены, что воевать придется только на чужой территории и что война никогда не придет в их города и Гнезда. Они тоже перешли свой Рубикон.

Земля. Стратег. Трудное решение

   Стратег бросал свою «ласточку» в подпространство с таким ускорением, что сам скрежетал зубами от перегрузки. Стартовав на Земле, он посетил ее оборонительные рубежи: базу «носорогов» на обратной стороне Луны, отряд «пантер», базировавшийся на Плутоне и три Звездных флота. Это было почти все, чем располагала Земля для своей защиты, и теперь Стратег знал правду о том, в каком состоянии все это находилось. Снежный Барс блестяще справился со своей дипломатической миссией, и зееряне не только сообщили, что враг – это Империя рэмов, но и передали сведения об их звездном флоте и способах ведения войны. Сообщения агентов, внедренных в Союз пяти не-гуманоидных цивилизаций, дополнили картину. Агент, работающий в Конфедерации зеерян, вовремя почувствовал, откуда исходит опасность, и сумел перебазироваться в Империю. В предстоящей войне Стратег мог рассчитывать на него.
   Стратег не привык слепо доверять донесениям даже самых надежных агентов, но разведданные с «Малютки-15» подтверждали полученную информацию. Вернувшись на Землю вместе с Тактиком, он почувствовал необходимость побыть одному и исчез на трое суток. С ним безуспешно пытались связаться, он не отвечал ни на телефонные звонки, ни на вызовы по ИПКСу (индивидуальный прибор космической связи), ни даже на мыслеобразы.
   Если Стратег хотел побыть один, он не запирал себя дома, которого у него как такового и не было, как, кстати, и личных вещей. Он не расставался только со своим ПНК и ИПКСом. Мундир со всеми знаками отличия, фрак и несколько парадных костюмов для торжественных случаев, когда этого требовал протокол, он хранил в своем кабинете, на последнем этаже дворца Совета Земли, и точно такой же джентльменский набор имелся у него на каждой «ласточке». Часть кабинета была отгорожена и превращена в спальню, ванная комната и кухня позволяли здесь жить, но Стратег покидал это место при первой возможности. У него не было материальных проблем, он путешествовал налегке, приобретал одежду и прочее по мере необходимости и чувствовал себя как дома в любом уголке Земли.
   В том состоянии, в котором Стратег сейчас находился, ему обычно требовалось побыть какое-то время одному, исчезнуть, выпасть из социума. В этот раз он отправился в Аликанте, в старинный испанский город, в котором он когда-то потерял свою возлюбленную.
 
   Стратег бродил по узким кривым улочкам, перемещаясь от одного кафе или бара к другому. Вокруг бурлила жизнь, было полно народа. Выпив чашечку великолепно сваренного кофе, он переходил в следующее место, чтобы посидеть за бокалом терпкого вина или побаловать себя местным бренди, общался с посетителями кафе, но в этой праздной толчее он был одинок.
   Мозг Стратега напряженно работал, анализируя информацию, собранную им самим, полученную от Снежного Барса, от экипажа «Малютки-15», от агентов и из многих других источников. Он взвешивал все «за» и «против», отметал один вариант за другим, шаг за шагом приближаясь к цели. Он чувствовал, что еще совсем немного, и выход из тупика, в котором оказалось все человечество, будет найден. Но мозг не может без конца работать над одной и той же проблемой. Ему необходима разрядка, а что может лучше развеять гнетущие мысли, чем воспоминания юности…

Юность Стратега. В поисках друзей.
Ленинград

   Чувство одиночества мучило Александра, он нуждался в друзьях, но врожденная застенчивость мешала ему. Он не мог первым заговорить с незнакомым человеком. Сколько раз он встречал на улице или в транспорте девчонок, которые нравились ему! Многие, замечая его восхищенный взгляд, давали понять, что и они не прочь завязать с ним отношения, но проклятая застенчивость неизменно портила все дело. Он молча проходил мимо, хотя потом жалел, а они удивленно пожимали плечами. Нет, с девчонкой ему никогда не познакомиться! Ну хоть бы друга найти, с которым можно было бы поговорить по душам!..
   Пытаясь перебороть свою робость, он заставлял себя на улицах доставать прохожих вопросами: «Который час?» или «Где ближайший телефон?» Увы, дальше коротких вопросов и односложных ответов дело не продвигалось. Все решил, как всегда, случай.
   Александр уже не раз слышал, что в параллельной группе учится один парень, которого все обзывали умником и недолюбливали. Узнав в деканате его адрес, он, к своему удивлению, обнаружил, что они практически соседи. На следующий же день он подкараулил его у подъезда и пошел следом. Дима – так, как оказалось впоследствии, звали нового друга – ехал в институт. Едва втиснувшись за ним в автобус, Александр легонько и как будто случайно толкнул его. Знакомство завязалось само собой. Ни до какого института они не доехали, а провели весь день вместе, радуясь знакомству и не переставая удивляться схожести их интересов. Когда через какое-то время Александр рассказал об ухищрениях, к которым он прибег, чтобы познакомиться, они долго и дружно смеялись.
   Александр и Дмитрий почему-то сразу решили, что друзей должно быть четверо, и отправились на поиски… в шахматный клуб! Ведь искать-то надо среди умных. Два первых визита прошли впустую. Умных, то есть хорошо играющих в шахматы, там оказалось предостаточно, но в друзья они не годились из-за узости их интересов. Лишь на третий день они обнаружили угловатого паренька, одиноко сидевшего в отдалении. Завсегдатаи им охотно пояснили, что с Алексеем никто не хочет играть, потому что он всегда выигрывает и при этом еще комментирует уровень игры противника.
   Первым вызвался играть Дмитрий. Завязалась упорная борьба примерно равных соперников. Наверное, сказалось отсутствие игровой практики, и Дмитрий проиграл. Никаких шуточек в его адрес со стороны Алексея не последовало. Настала очередь Александра. Начало партии вызвало удивление и у его друга, и у противника. Он явно начинал проигрывать, упуская инициативу. На лице Алексея уже появилась ехидная улыбочка, за которую его и недолюбливали. Партия продолжалась, но Алексей все никак не мог реализовать свое позиционное преимущество. Еще через десять минут улыбка сползла с его лица, уступив место выражению озабоченности. Если в начале партии Алексей играл быстро, а Александр задумывался над каждым ходом, то теперь все было наоборот. Александр стал играть быстро, словно для него все уже давно в этой партии было ясно, а его соперник теперь тратил все больше времени на обдумывание очередного хода. Лицо Алексея выражало сильное беспокойство, переходящее в обреченность. Его преимущество стремительно таяло. Наконец он нашел в себе мужество признать поражение.
   – Меня зовут Алексей, – пробормотал он, протягивая руку. – Вы победили. Может, еще партию?..
   – Как-нибудь потом. Меня зовут Александр, а это мой друг – Дмитрий. Пойдем-ка лучше пивка попьем.
   Впоследствии они сыграли еще не одну партию в шахматы, но все они протекали по одному сценарию – позиционное преимущество в дебюте, казалось, вот-вот позиции Александра рухнут, но затем неизбежно наступал миттельшпиль, и ситуация на доске резко менялась. Таким образом проявлялся необычный склад ума Александра. Его удивительная способность предвидеть развитие ситуации на много ходов вперед.
   Лишь через месяц Алексей признался, что в тот вечер он впервые в жизни попробовал пиво. Все это время неразлучная троица провела вместе в поисках четвертого. Сергей нашелся сам. Как-то вечером друзья засиделись допоздна в институтском общежитии, играя в преферанс. Обычно они собирались на дому, но так совпало, что у всех родители что-то справляли. Сергей, заинтересовавшись игрой, подсел к ним. Через полчаса они продолжили играть уже вчетвером.
   Александр неизменно терялся в больших компаниях, но в кругу новых друзей он стал безоговорочным лидером. Друзья знали о его застенчивости и относились к ней с пониманием. Если надо было что-нибудь спросить, куда-то позвонить или просто о чем-то разузнать – они знали, что это предстоит делать им. Зато, если у них возникали проблемы, нужен был совет или помощь с курсовиком – они не стесняясь обращались к нему, и Александр легко и охотно помогал им.
   В отличие от своих сверстников, они не слонялись бесцельно по городу, редко посещали вечеринки, предпочитая проводить время в своем кругу за интеллектуальными играми. Помимо преферанса, у них были и другие развлечения. Например, они выдумывали различные сложные ситуации и предлагали друг другу найти из них выход.
   Правила игры были до предела просты. Один из игроков рассказывал короткую историю. Другой должен был описать, что этому предшествовало. Можно задавать любые вопросы, на которые следовали ответы: да, нет, не имеет значения.
   Однажды трое припасли для Александра первоклассную историю, очень надеясь, что на этот раз ему придется капитулировать.
   Потирая руки, Дима начал:
   – Ты просыпаешься, а жена с синяком под глазом подает тебе великолепный завтрак прямо в постель.
   Да, тут было над чем призадуматься. Что же такое произошло накануне вечером? Жене так понравилось, что, несмотря на поставленный мужем фингал, она не только не обиделась, но еще и завтрак в постель принесла? В том, что синяк поставил именно муж, не было сомнений, иначе загадка теряла смысл. Но для начала всегда надо задать несколько вопросов, ответы на которые известны, чтобы избежать подвоха.
   – Это муж подбил ей глаз?
   – Да.
   – Он был пьян?
   – Да.
   – Сильно пьян?
   – Да.
   – Жена постоянно подает ему завтраки в постель?
   – Нет.
   – Это было первый раз, когда она принесла завтрак?
   – Да.
   – Жена была вчера пьяной?
   – Не имеет значения.
   – Между ними произошла драка?
   – Нет.
   – Они поссорились?
   – Нет.
   Череда обычных вопросов закончилась, так и не прояснив ситуации. Просто съездил спьяну по морде, а жена осталась довольна. Александр четко усвоил ключ к успеху в таких играх: надо выйти из логического круга, задать вопрос совсем из другой плоскости.
   – Муж приставал к жене, и она ему не дала… – продолжил он после некоторого раздумья.
   – Нет.
   – Жена приставала к нему? – задал он уж совсем нелогичный вопрос.
   – Да! – последовал неожиданный ответ.
   Теперь Александр был совсем близок к разгадке. Жена пристает к пьяному мужу, зарабатывает синяк и остается довольной. Первый шаг к выходу за логический круг сделан. Еще пара вопросов из разных плоскостей, и все прояснится.
   – Муж отказал жене в близости?
   – Нет, – последовал неожиданный ответ.
   – Между ними была близость в этот вечер?
   – Нет.
   По разочарованным лицам друзей он понял, что разгадка близка. Итак, жена приставала к пьяному мужу. Он ей не отказывал в близости, но вместе с тем они так и не переспали, а вместо этого жена получила в глаз и осталась этим чрезвычайно довольна. Задавать вопросы про любовь или про то, что жена сама не хотела близости, было бессмысленно. Он что, так нажрался, что жену не признал?! Ну конечно!!!
   Не скрывая удовольствия, что так быстро справил.;я со сложной загадкой, Александр выдал всю историю:
   – Накануне вечером муж изрядно напился. Когда пришла жена, он не узнал ее, принял за другую женщину. Когда же она стала к нему приставать, он ударил ее и со словами: «Отстань от меня, я люблю свою жену и сплю только с ней», – пошел спать!
   Да! Какая женщина не оценит такое доказательство верности! Вполне логично, что она принесла завтрак в постель.
   Теперь настала очередь Александра рассказывать историю:
   – Мужчина пришел на вокзал с собакой. Подарил ее (или продал – не имеет значения). Купил билет и сел в поезд. Когда поезд въехал в тоннель, он застрелился.
   – Он что, псих, что ли? – задал Дмитрий глупый вопрос.
   – Нет.
   – Больной? – предположил Алексей.
   – Нет.
   – Откуда у него оружие? – сменил тему Сергей.
   – Не имеет значения.
   – Он раньше ездил этим маршрутом?
   – Да.
   – Он знал, что поезд поедет через тоннель?
   – Да.
   Эта серия вопросов явных результатов не дала. Немного посовещавшись, троица снова пошла в атаку.
   – Если бы поезд не въехал в тоннель, он бы не застрелился?
   – Нет.
   – Он испугался темноты!
   – Да.
   – Если бы вместо тоннеля поезд попал в какое-то другое темное место, он бы застрелился?
   – Да.
   – А если бы стало темно, потому что ночь наступила?
   – Нет.
   – Он застрелился, потому что темнота наступила неожиданно, – сделал заключение Сергей.
   В течение следующего часа было задано еще с полсотни вопросов, но это не приблизило их к разгадке. Сдаваться никто не хотел, но свежих идей не появлялось.
   – Вы зациклились на одних и тех же вопросах, – терпеливо пояснил Александр. – Ответ всегда лежит в другой плоскости. Займитесь собакой…
   – Это была обычная собака? – подхватил идею Алексей.
   – Нет.
   – Служебная?
   – Да.
   – Собака-спасатель?
   – Нет.
   – Ищейка?
   – Нет.
   – Собака-поводырь, – догадался Сергей.
   – Да.
   – Мужик был слепым?!
   – Нет.
   – Странно, зачем тогда ему собака-поводырь? – размышлял вслух Дмитрий.
   – Вы разгадали одну часть загадки, – решил помочь Александр, – про собаку. Осталось совсем немного. Просто часто не совсем правильно заданный вопрос сбивает с пути. Вы уже задали два правильных вопроса, их просто надо подкорректировать…
   – Мужчина раньше болел? – начал догадываться Дмитрий.
   – Да!
   – Он раньше был слепым?
   – Да! Теперь вы знаете все. Надо просто включить логическое мышление.
   – С началом все ясно, – решился Алексей, – мужчина раньше был слепым, потом сделал операцию или просто прозрел. Собака-поводырь ему больше не нужна, и он ее отдал, а вот дальше…
   – Он лег спать и проснулся, когда поезд был в тоннеле, – предположил Дмитрий.
   – Правильно, – воскликнул Сергей, – он проснулся в темноте и подумал, что опять ослеп, поэтому и застрелился.
   – Ну вот, – похвалил друзей Александр, – совместными усилиями вы справились. Слаженный коллектив – великая сила.
   Мода на длинные волосы уже почти прошла, но, как и раньше, Александр, теперь уже единственный среди друзей, носил длинные, до плеч волосы. Дмитрий и Сергей в подражание ему тоже немного отпустили волосы. Лишь Алексей остался верен своей короткой стрижке.
   Больше всего друзья любили проводить время за преферансом, часто засиживаясь до утра. Любили и выпить под игру, но до поросячьего визга никогда не напивались.
 
   – Мизер, – заявил Александр, и все спасовали.
   Открылся прикуп, и Александр привычно сделал довольное лицо, хотя радоваться было нечему. Просто он давно взял за правило не только скрывать свои эмоции во время игры, но и улыбаться, когда возникали проблемы, и, наоборот, строить из себя озабоченного, получив хорошую карту. Он уже достаточно много выигрывал и поэтому позволил себе рискнуть, назначив рискованный мизер в надежде на прикуп. Не получилось. Он изначально имел шесть не берущих карт в трефах, семерку и восьмерку в червах и семерку в пиках. Лишь в бубнах у него была девятка. Если семерка с восьмеркой находятся на одних руках, то мизер не сажается. Шансов на успех – пятьдесят процентов, но еще теплилась надежда на прикуп. Дама пик и туз червей оптимизма не прибавили. Если эти две карты и снести, то вся надежда на то, что обе мелкие бубны окажутся на одной руке. Пора блефовать, решил Александр, тем более что-то друзья слишком обрадовались, и снес туза и девятку, оставив пиковую даму.
   – Ура, паровоз, – воодушевился Дмитрий, едва завидев карты, – отбираем две старшие трефы, две червы, пику и отдаемся в бубну. Сегодня удача явно на нашей стороне – мелкие бубны на разных руках. Он получит пять взяток.
   Так все и произошло, за исключением того, что на семерку бубен Александр торжественно снес даму пик, после чего мизер не ловился.
   – Как ты можешь так безрассудно блефовать и идти на такой риск, вместо того чтобы использовать нормальный шанс в бубнах. Это ведь пятьдесят процентов! – не удержался Дмитрий.
   – А вот тут ты ошибаешься, – спокойно парировал Александр. – Я сыграл ровно на те же пятьдесят процентов, только на их другую половину.
   – Как бы не так, – не унимался Дмитрий, – вторая дама в масти ловится всегда!
   – Послушай, Дима, лучше перестань кипятиться и подумай. Если бубна для меня лежит хорошо, то я выиграл, но если она лежит плохо, то я точно так же выиграл, если снесу ее и оставлю явно берущую даму пик. Вы ведь сыграете в этом случае в бубну, и я снесу даму. Я сыграл на те же пятьдесят процентов, только не те, которые приносят удачу, а на оставшиеся пятьдесят, которые ведут к катастрофе. Поймите, что вероятность моего выигрыша при этом не изменилась – она составила те же злосчастные пятьдесят процентов.
   После этого наступила тишина. Друзья поняли его правоту, но его логика была им чужда. Как и все, они привыкли ставить на успех. Ставка же на неудачу, вернее на то, чтобы ее превратить в удачу, воспринималась с трудом. Александр часто поражал друзей образом своего мышления. В следующей сдаче он вистовал вместе с Дмитрием против Алексея в шестерике.
   – Ладно, получи на своего туза бубен, – показывая карты, довольным голосом произнес Алексей. – Марьяж в бубнах и туз с дамой в трефах. Своя игра.
   – Без одной, – не согласился Александр, – я еще на трефового короля претендую.
   – Как бы не так, у меня туз с дамой в этой масти. Если пойдешь мелкой, я не мальчик, чтобы тузом вскакивать. Положу даму, а уж потом короля тузом прихлопну.
   – Правильно рассуждаешь, только произойдет все с точностью до наоборот. Ход будет твой – а я тоже не мальчик и маленькую бубнушку оставил. Короля бубен заберу тузом и отдамся в бубну, и тогда тебе придется разыгрывать трефовую вилку.
   – Опять твоя взяла, – упавшим голосом согласился Алексей. – На сколько же ходов вперед ты планируешь игру?
   – На розыгрыше хороший игрок задумывается три раза, – охотно отвечал Александр. – В самом начале, после первого хода, надо составить план игры. Второй раз – после двух или трех взяток, если произошло что-то неожиданное, чтобы скорректировать план, и, наконец, в трех– или четырехкарточной концовке. Этот же прием называется «впустка». Его цель – отдать ход противнику, чтобы заставить его самому сделать ход в масть, в которой вилка, или выйти из-под фигуры.
   Минут через десять ситуация повторилась, и Алексей опять разыгрывал очередной шестерик. Александр оказался единственным вистующим и предложил лечь. Четырехкарточная концовка казалась очевидной.
   – Ладно, впустку я уже усвоил, поэтому согласен на одну взятку, – показывая карты (марьяж бубен и второго короля пик), согласился Алексей. – Своя.
   – Придется мне тебя огорчить до невозможности. Больше ни одной взятки ты не получишь. Без одной.
   – Ах, у тебя еще одна трефа осталась. Так это ничего не меняет, можешь ее забрать, а от марьяжа бубен я не снесу…
   – Пока погожу. Для начала я сыграю тузом пик.
   – От тебя я такой ошибки не ожидал, – оживился Алексей, – теперь впустки нет. Плюс одна.
   – А вот теперь пришла очередь пойти трефой, и по-прежнему без одной.
   Все уставились на карты:
 
   Стол (или болван):¦ Д6
   ¦ Т7
   Алексей:
   ¦ К9
   ¦ КД
   Александр:
   ¦ Т8
   ¦ 6
   ¦ 10
 
   – Не понимаю, – рассуждал вслух Алексей, и остальные соглашались с ним, – ты запускаешь меня по бубне, и короля пик я не получу. С этим я согласен. Но почему я не получу взятку на марьяж бубен?
   – Это посложнее впустки, – начал объяснять Александр. – Когда я отберу туза пик, мы переходим к трехкарточной концовке:
 
   Стол (или болван): ¦ Д
   ¦ Т7
   Алексей:
   ¦ К
   ¦ КД
   Александр:
   ¦ 8
   ¦ 6
   ¦ 10
 
   – Но теперь же ты сам разрушил впустку, – разом заговорили все, – теперь пиковый король старшая карта. Или он, или марьяж бубен получит одну взятку.
   – Теперь я хожу трефой. Это старшая карта, и она выиграет взятку.
   – Согласны. Но одну тебе все равно придется отдать.
   – А что ты снесешь на трефу?
   – Да какая разница? Хотя бы короля пик!
   – А я снесу мелкую бубну!
 
   Стол (или болван): ¦ Д
   ¦ Т
   Алексей:
   ¦
   ¦ КД
   Александр:
   ¦ 8
   ¦ 6
   ¦
 
   – Теперь я перехожу на стол. Забираю туза бубен, а потом даму пик, ведь короля ты снес!
   – Ну ладно, это была ошибка. Короля пик оставлю, а снесу половинку от марьяжа.
   – А я теперь снесу даму пик!
 
   Стол (или болван): ¦
   ¦ Т7
   Алексей:
   ¦ К
   ¦ К
   Александр:
   ¦ 8
   ¦ 6
   ¦
 
   – Перехожу на стол под туза бубен. Падает король, и семерка берет взятку.
   Наступила тишина.
   – Не важно, что сносить, – выждав паузу, – продолжил Александр, – вся беда в том, что тебе сносить первому. Я же, зная твой снос, сношу другую масть. Это называется попасть на сквиз. Сквиз переводится как удушение.
   Желание играть пропало, и остаток ночи друзья провели за беседой, строя планы на будущее…
   Александр просто упивался общением с друзьями, он проводил с ними почти все свободное время. Стоило только им появиться, как он был готов бросить все, изменить все свои планы, отказаться от самой соблазнительной красотки – все ради их общества…

Земля. Стратег. Трудное решение
(продолжение)

   Стратег заказал себе пинту холодного пива «Гиннесс» с кремовой шапкой пены. Обязанности бармена исполнял молодой парень, народу было немного, и он справлялся один. Затем появилась его помощница и стала обслуживать посетителей. Вначале Стратег не обратил на нее внимания, но потом увидел, как она подошла к бармену и прижалась к нему всем своим гибким и юным телом, подставила губы для поцелуя, словно дикая кошка, выгнув спину. Наверное, именно в этот момент она перехватила восхищенный взгляд Стратега. Он допивал уже вторую кружку «ирландского молока», как называли этот напиток, когда его обдало жаром. Оставив посетителей на попечении бармена, она подсела к нему. Это от нее исходил жар, жар юного девичьего тела, уже познавшего близость с мужчиной. Сколько же ей было лет? Он так никогда этого не узнал. Наверное, шестнадцать, хотя южное солнце сделало свое дело, и она выглядела немного старше. Смуглая кожа, черные как смоль волосы, длинные ресницы и очень выразительные большие глаза, тоже темные. Припухшие губы были, пожалуй, излишне большими, но ей это было к лицу и нисколько не портило общего впечатления. Она заговорила с ним не на общепринятом на Земле англороссе – смеси английского и русского, который понимали все, – и даже не на чистом испанском, а на валенсианском наречии. Ее губы при этом приблизились вплотную к его уху, они не говорили, они щебетали, не рассчитывая, что он поймет.